Текст книги "Влюбилась в демона? Беги! – 2 (СИ)"
Автор книги: Валентина Колесникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)
– Намного…
Он продолжал смотреть. Не отводил взгляда и был так близко… Непозволительно близко! А затем…
Затем поцеловал. Еле заметно, слегка касаясь моих губ…
– Я уже столько раз должен был умереть, ― Дор прошептал это у самого уха, с интересом отмечая то, как я застыла, не в силах прийти в себя. Внутри все словно упало в бездну, ухнуло, перевернулось и на место уже не встало. Бабочки в животе ― ничто по сравнению с тем, что я испытала от простого, по своей сути детского поцелуя в губы, ― что не простил бы себя, если бы не поцеловал. Прости, но ты ведь знаешь о том, что я чувствую.
– З…Знаю… ― пролепетала я, ― знаю…
Потом он поцеловал меня в щеку, медленно опуская губы к шее. Я замерла, не понимая, что делать, и как себя вести. Словно пятнадцатилетняя девчонка, которую впервые поцеловали. Он смотрел на то, как я краснею, как хочу что-то сказать, но слова превратились в моей голове в кашу, а затем исчезли. Я ничего не понимала, ни о чем не могла думать и хотела лишь одного ― лежать так дальше, ни о чем не переживать и наслаждаться каждым мгновением.
– Хватит мне тут разврат устраивать, ― голос отшельника мигом привел в реальность, разбивая потоки фантазии на мириады осколков. ― Надо было раньше момент ловить, демон, а не когда уже, возможно, поздно. Вы лучше подумайте, что дальше делать, где ваших гранг искать, и кто враг. И очень вас прошу, не создавайте мне больше проблем… и без вас их по горло!
В свете солнца я наконец-то смогла разглядеть отшельника как следует. Действительно белые, словно снег, волосы ― они имели чистый цвет. Без примеси желтизны и серого отблеска. Кожа загорелая, темная, под глазами морщинки. Само тело немного сухое от старости лет, но мужчина выглядел очень сильным. На первый взгляд ему не больше пятидесяти, но ведь эльфы наверняка живут тысячи лет. Его глаза оказались синими, словно само море ― ледяные, до ужаса пронзительные, и было в них что-то до ужаса знакомое. Да что это за чувство такое?
Встав с кровати, я осознала, что у меня затекла шея. Повернуть голову вправо оказалось почти невозможно, и я тут же простонала, стараясь размять мышцы.
На столе уже давно стоял небольшой завтрак ― каша, чашки чая и нарезанный на деревянной доске хлеб. Судя по всему, отшельник и в этот напиток добавил трав. Я смотрела на него и не чувствовала угрозы ― значит ничего не подсыпал.
– По поводу гранг, ― заговорил мужчина, как только мы сели за стол, ― я уже на протяжении нескольких лет гоняю их от Кор’ру. Они постоянно нарушали границы, пытались найти лазейки, но понятия не имели, на чем основана магия льда.
– Вы всех их выгнали?
– Нет, что ты, ― отшельник улыбнулся, обнажая белые зубы, ― я их всех убил. Единственный, кто выжил после встречи со мной ― это ваш Корвин в компании Карла. Теперь еще и вы, кстати. Старею я, старею… Совсем сентиментальным стал, но разве ж можно убить такую милую влюбленную пару ― полукровку и демона. Ты, Катерина, что делать будешь?
– Эльфы же не знают, что я полукровка, так… Может, и не узнают вовсе…
– Дело не только в тебе, ― отшельник отщипнул от хлеба небольшой кусок и с большим удовольствием проглотил его почти целиком. Как странно, я помню, что мой отец так же делал… Вредная привычка ― есть, почти не разжевывая. ― Магия льда передается по крови. Ты что делать будешь, если у твоих детей внезапно побелеют волосы и они начнут убивать прикосновением? Эльфы льда именно поэтому и живут обособленно ― наша магия только на нас не действует. А контролировать ее очень сложно, для некоторых это почти невозможно. Ты ничего о себе не знаешь, к тому же, не забывай, что помимо эльфийской крови в тебе течет кровь ведьмы. А это дополнительная сила. И судя по тому, что ты маг визуализации ― тебе придется несладко. Лично я тебе не завидую… И сестра твоя такая же, кстати. Вот только после инициации с демоном она как пороховая бочка с зажженным фитилем ― рванет в любую секунду. Если бы вы спокойно жили в своем мире, не зная о том, что такое магия, то ничего плохого бы с вами и вашими детьми не случилось. Но раз тело познало колдовство, то обратной дороги нет. Кстати. Как только ты пройдешь инициацию, в твоем теле магия льда мгновенно активизируется. Судя по тому, что я узнал, твоя сестра все же меньше подвержена ее воздействию. Ее дар никак не связан с силой эльфийского народа ― тут чисто мамины гены, а вот ты… Ты чуешь ложь, можешь заставить говорить правду, такой силой владеют только ледяные эльфы.
– А если мы твою маму в наш мир заберем, это будет очень плохо?
– Да! ― я простонала в ответ, не понимая, что делать дальше. ― Она не готова к такому. Ей уже не двадцать лет, у нее слабое сердце, нельзя вот так просто травмировать человека!
– Вы можете ей помочь? ― Дор обратился к отшельнику, из-за чего мужчина сильно удивился, явно не ожидая такого от демона.
– О какой помощи идет речь?
– О вашей магии. Как ее контролировать? В чем ее суть, сила?
– На эти вопросы я не могу дать ответ демону, ― отшельник вышел из-за стола, достал старый, помятый, пожелтевший лист пергамента и длинное перо, ― мы сами не знаем, как ее контролировать. И научить Катерину может лишь тот, кто не выдаст ее секрет, и тот, кто не боится расстаться из-за этого с жизнью
– Вы имеете в виду моего отца? ― догадалась я.
– Именно, ― отшельник что-то писал в пергаменте, затем сложил его несколько раз, прошептал непонятные слова и дыхнул на послание ледяным дыханием, от которого сам лист покрылся изморозью, ― но сейчас вам не о магии льда думать надо, а о грангах. Эти наивные твари хотели сделать своим пристанищем мой лес ― у них не получилось, а это значит, что есть место куда более доступное для маскировки. И скорее всего оно где-то совсем рядом… Я выведу вас из Кор’ру, доведу до Корвина… Все же, мне придется с ним поговорить… Собирайтесь.
Поговорить с Корвиным? Ему? Что-то не так… Что-то не то!
Дор видел мои сомнения, молчал, не лез с вопросами и смиренно ждал, когда в моей голове улягутся хоть какие-то мысли. Я схватила его за руку, наблюдала за тем, как собирается отшельник, как отряхивает свой плащ, наполняет сумку странными склянками и пучками трав, как колдует над своим крыльцом, приговаривая, что ни одна тварь не посмеет нарушить обозначенной границы.
– Отшельник, ― обратилась я к мужчине, когда все приготовления были завершены, и мы стояли на улице, ожидая, когда он закончит колдовать над своим домом, ― так кто вы такой? Не думаю, что просто ледяной эльф. Вы тут один, словно наказаны за что-то…
– Наказан, ― честно признался он, понимая, что обмануть меня не получится, ― и моим наказанием является защита границ наших земель. Я один из тех немногих ледяных эльфов, кто может контролировать силу, поэтому все еще жив. Идем, нам надо успеть к закату ― это от моей крови комары дохнут, а вот ваша ― пир для ночной нежити.
Лес Кор’ру оказался странным. Среди множества сосен можно было увидеть огромные, совершенно лысые, гладкие стволы неизвестных мне деревьев. Их кроны казались самыми настоящими густыми облаками ― они почти полностью закрывали небо, громко шелестели при порывах ветра и отливали серебром на свету. Длинные толстые ветви образовывали сети, переплетаясь между собой ― будто бы огромный лабиринт из множества троп, что расположены над землей. Эти деревья впивались корнями в землю, образовывали замысловатые круги переплетений, вокруг которых почти не росла трава. Земля оказалась черной и сухой, изредка на нее опадали листья, где-то в кустах пробегали мыши, слышалось гортанное пение странных птиц.
Отшельник шел впереди, осторожно ступая на землю ― каждый его шаг был продуман. Иногда казалось, что мужчина плывет по воздуху ― настолько плавными были его движения.
Дор держал меня за руку, не отпускал. Он постоянно наблюдал за мной, улыбался, видя, как краснеют кончики моих ушей. На одном из привалов он вновь прижал меня к себе, слегка целуя в нос. Отшельник при виде всего этого гневно рыкнул, запустил в нас ледяным пульсаром, явно намереваясь просто спугнуть.
– Если мне память не изменяет, то ведьма не может быть с демоном… ― как бы невзначай напомнил отшельник, ― или брат идет по стопам брата?
– Брат слушает зов сердца, ― спокойно ответил демон, ― к тому же тут одна особа ляпнула, не подумав, о нашей помолвке, а она девушка серьезная, взрослая, за свои слова отвечает…
– Дор, ― я аж хрюкнула от возмущения, ― мы тогда от Рэндона хотели избавиться ― я сказала первое, что пришло в голову, лишь бы от меня отстали, но Корвин, если мне память не изменяет, смог сгладить ситуацию.
– А ее действительно необходимо сглаживать? Я же не слепой, Кать…
Я промолчала, набрав в грудь воздуха. Дор прекрасно все понимал, знал, что я не могу остаться в его мире, так зачем все так усложнять? Да я и сама виновата ― не оттолкнула… И даже сейчас… ну, какой же он милый! Как же хочется к нему прижаться, кто бы знал!
Внезапно отшельник замер. Он внимательно всматривался вдаль, пытался что-то рассмотреть, а затем резко ушел в сторону, требуя следовать за ним и не отставать.
Лес изменился. Очень сильно ― он стал другим ― ледяным, холодным. Все живое было погребено под толстым слоем льда, который не таял при соприкосновении с солнечными лучами. Яркий отблеск заставлял щуриться, не позволял полноценно оценить внешнюю обстановку. Толстые стволы деревьев оказались заточены в ледяной панцирь, трава на земле превратилась в острые прозрачные иглы, что слегка звенели при соприкосновении друг с другом.
Ноги тут же замерзли, все тело окутала дрожь, и дыхание отчетливо виднелось в виде паров белого дыма. Лед скрипел, давил со всех сторон и вызывал ужас от осознания того, что могут сделать с нами ледяные эльфы.
– Смотрите по сторонам, ― прошептал отшельник, ― если нападут, не идите в лобовую атаку, это верная смерть. Эти существа уже не подчиняются себе ― ими завладела магия, они нападают без разбора и морозят все, что видят.
Мы нервно сглотнули, стараясь не задевать острые иглы на земле, но получалось с большим трудом. Даже отшельник наводил много шума, скрипя зубами. Он слегка пригнулся, выставил перед собой руки в защитном жесте, держа при этом изогнутый клинок. Голубое пламя охватило лезвие и, когда со стороны послышался свист, с силой резануло воздух…
Существо напало из-за спины ― его шагов никто не слышал…
Оно было похоже на человека ― мужчина, кожа бледная, почти что белая, как и волосы, что блестели в свете солнца, отливая серебром. Глаза совершенно пустые, они не имели зрачка ― лишь белок. Он вдыхал воздух, словно принюхивался, будто не видел тех, кто стоит перед ним, а затем я задела тонкую ледяную травинку…
Хруст послужил сигналом, и спустя мгновение эта тварь бросилась в мою сторону. Неимоверная скорость, до ужаса потрясающая ловкость и длинные когти, под которыми застряла чья-то плоть, судя по цвету и отвратительному запаху. Рука ледяного эльфа прошла в миллиметре от моего лица ― я спаслась лишь благодаря Дору ― демон успел притянуть меня к себе, создав поток ветра и отбросив эльфа в сторону. Существо упало, ломая своим телом ледяные скульптуры. Звук треснувшего льда напоминал гром среди ясного неба ― что-то вроде опознавательного сигнала для остальных существ…
– Бей в сердце! ― рыкнул отшельник, ― их только так можно убить. Отсечешь голову ― тело продолжит функционировать чисто на рефлексах.
– Это что за рефлексы-то такие? ― прорычала я, создавая перед собой стаю белых птиц. Они послужили прекрасной приманкой, выманив на свет еще троих ледяных эльфов, ― как у тараканов…
– Таракан не способен тебя задушить, ― Дор создал вакуум, помещая в него нападавших. Они задергались, хватали ртом воздух, но постепенно теряли сознание, ― а эти существа мне вообще не известны…
Отшельник выпустил синее пламя, дополнительно сковав пленных. Несмотря на то, что воздуха им не хватало, они продолжали извиваться, вгрызались в лед, царапали его своими когтями, но не умирали.
Мужчина без единой тени сомнения вонзил кинжал в самое сердце противника. Он убил каждого, стирая с лезвия красную кровь, убирая ее при этом платком.
– Не смотри так, ― прошептал он, обращаясь ко мне, ― они уже давно мертвы. Магия льда подчиняет, сводит с ума, морозит до самых костей ― она убивает носителя изнутри и сдержать подобную силу очень сложно.
– Поэтому вы живете отдельно и никого не пускаете на эти земли?
– Именно, ― кивнул отшельник, указывая дорогу, ― нас осталось мало, но поверь мне, один ледяной эльф при желании способен уничтожить все войско Корвина вместе с замком, и никакой черный туман его не спасет. А раз этот гад женится на полукровке, то по закону он будет иметь доступ в Кор’ру. Он сможет спокойно ступить на мою землю, и я не буду иметь права его прикончить.
– Его прикончит какая-нибудь другая тварь, поверь мне, ― прошептал Дор, осматривая труп, ― у моего брата никогда не было политического интереса относительно этих земель. Тут играет роль простое любопытство, не более того. К тому же я не думаю, что он знает об отце Анастасии и о ее родословной. Знал бы ― не стал связываться…
– Это почему же? ― я не злилась на слова демона, так как понимала, что этот союз теперь может принести еще больше проблем.
– Где гарантия того, что твоя сестра не прибьет половину демонов в порыве страсти? Что, если ее дар проснется? А если он проявится у детей? Это очень опасно, рискованно и нелогично. Но обратной дороги нет ― если демон делает предложение, то отказаться от него он уже не может. Да и не захочет… Это же Корвин…
Дальше мы шли молча. Дор так и не выпустил моей руки, я же напряженно смотрела в спину отшельника. Мужчина был красив, притягателен ― его внешний вид сильно привлекал внимание, но больше всего притягивал взгляд ― холодный и в то же время с ярким пламенем внутри.
Да, моей маме именно такие мужчины и нравятся. Его вопросы про мою семью, злость от того, что Настя с Корвиным… То, как он проглатывает хлеб… Только идиот не догадается. Но почему все произошло именно так? Почему мы встретились сейчас, при таких странных обстоятельствах и совершенно случайно? Да и случайно ли…
– Слушай, отшельник, ― я нарушила тишину, невольно сжимая руку Дора. Демон понял, что сейчас я задам странный вопрос, который, скорее всего, не понравится нашему проводнику, но он даже не догадывается, что именно я хочу узнать, ― можно спросить кое-что?
– Спрашивай, ― мужчина слегка повернул в нашу сторону голову, ожидая, когда я заговорю.
– Почему именно Виктор? В нашем мире так много имен…
Дор мгновенно замер, открыв от удивления рот. Он хватал им воздух, смотрел на меня с диким безумием в глазах, не веря в то, что сейчас происходит. Он ждал, что отшельник рассмеется, но… Но не дождался.
– Потому что это имя означает «победа».
Раньше я полагала, что если встречу отца, то обязательно расплачусь. Это не будут слезы радости или обиды ― скорее такая реакция возникнет из-за сильных, переполняющих все тело эмоций.
Я ошиблась. Вместо слез я смогла ощутить лишь внутреннюю пустоту и странное разочарование.
Глава Одиннадцатая
– Мне уже называть вас «папой»? ― Дор пытался разрядить обстановку, но выходило плохо.
– Нет, пока не стоит, ― Виктор развел костер на привале. Он вел себя так же, как и прежде, и ничем не показывал волнения, но я видела, как иногда дрожат его руки, как меняется взгляд. Я видела, что он понятия не имеет, как себя вести. ― У тебя, должно быть, много вопросов.
– Не знаю, ― честно призналась я, ― раньше я думала, что их невозможно все уместить в голове, а сейчас ни одного нет… Какое твое настоящее имя? Ну, хотя бы как мне тебя называть?
– Виктор, ― спокойно предложил отец. ― В этом мире меня зовут Видар. Это мое настоящее имя.
– И вы не боитесь его произносить? ― удивился Дор.
– Ваши проклятия на нас не действуют, ― пояснил отшельник, подбрасывая сухие ветки в огонь, ― так же, как и яды. От знания наших имен нет никакого толка.
– Так вот почему Леллея не смогла управлять Настей! ― я чуть ли не подпрыгнула на месте от догадки. ― А мы думали, что все дело в амулете Корвина и в том, что ее крестили под другим именем!
– Вообще здесь каждый из этих факторов важен, ― я не могла говорить с отцом на тему семьи, но если постараться абстрагироваться, то возможно мне не захочется его придушить. ― Амулет демона укрепляет защиту, кровь ледяного эльфа сама по себе выступает прекрасным барьером, но не забывай, что вы полукровки, а значит, яды, проклятья и поиск на вас действуют, пусть и не так хорошо, как хочется противнику. По поводу крещения ― это очень сильный обряд, не стоит его недооценивать. Это те самые остатки древних знаний, что еще не утеряны вашим народом. Я не вникал в его суть, прости, не смогу объяснить детали, но точно знаю, что он дает потрясающую защиту.
– Это твое наказание? ― Дор озвучил мои мысли, он произнес то, что я никак не могла выдавить из себя. Демон развел руками, словно хотел обнять окружающий нас лес.
– Да, ― Видар кивнул, ― меня поймали при переходе. Я не мог постоянно находиться в мире, где жили моя жена и дети. На протяжении долгих лет мне удавалось скрывать свои путешествия, но в конечном итоге меня поймали.
– И что было потом? ― вот сейчас меня трясло от злости, обиды и негодования. Все чувства смешались в единое целое, и отец это прекрасно видел.
– Меня не убили, потому что не смогли доказать связь с человеком, и потому, что я на тот момент был единственным, кто обуздал магию льда. Ну… и заодно был их правителем…
– ЧТО-О? ― Дор не мог вынести свалившейся на него информации. Я тоже, если честно. Услышанное просто не укладывалось в моей голове.
Видар лишь пожал плечами, а затем продолжил:
– Наши миры тесно связаны. Я случайно попал в портал и перенесся прямиком в ваш город, где и встретил твою маму в ночном переулке.
– На нее напали, и ты ее защитил? ― предположила я, но была приятно удивлена.
– Нет, ― хмыкнул отец, ― точнее не совсем так. На нее действительно напали, и я вмешался, только мама твоя отметелила горе-нападавших с такой силой, что я ее испугался.
– Ну, не мудрено… ― я фыркнула, вспоминая маму, ― двадцать лет айкидо никто не отменял… И что было потом? Просто мне мама сказала, что ты произвел на нее настолько неизгладимое впечатление, что она с первого взгляда поняла ― это ее судьба.
– Я начал молиться, ― честно признался отец, ― я первый раз оказался в другом мире, где все блестело, горело тысячей огней, шумело. Темно, проливной дождь и женщина, избившая троих непонятных бандитов одной левой пяткой. Причем после профессионального захвата свой последний удар она наносила исключительно по самому больному мужскому месту, так что пищали те несчастные долго, звонко и с матом.
– Так вот в кого ты пошла характером! ― рассмеялся Дор. ― У вас это семейное, видимо… И что было дальше?
– Я пропал, ― спокойно ответил Видар, вновь подбрасывая в огонь ветки. ― Портал перенес меня обратно прямо на глазах у твоей мамы. Так что она с первой нашей встречи поняла, кто я.
– Ага, ― я всплеснула руками, ― а я-то думала, чего это бабушка все шутки шутила про психбольницу и бурную фантазию, что передалась всей нашей семье. Ты и был причиной… И немудрено, я бы тоже к врачу обратилась, если бы увидела, как на моих глазах человек в воздухе растворяется.
– Да уж, я и сам тогда чуть с ума не сошел, ― Видар смотрел на огонь с безумной грустью. Я чувствовала, что ему тяжело вспоминать, но… У него не было выбора, я имела право знать, какого лешего он бросил нас! ― Катя, я вернулся в ваш мир уже самостоятельно, желая найти вашу маму. Она, как призрак, постоянно преследовала меня во сне, виделась в каждой тени… Это было словно проклятье, но я ничего не мог с собой поделать. На тот момент я плохо контролировал силу, но жажда встречи с человеком стала огромным стимулом к работе над собой. Потом я вновь переместился в ваш город, на то же самое место…
– Неужели она была там? ― Дор слушал историю, даже не пытаясь скрыть удивления. ― Она ждала вас?
– Не совсем. Она пришла на то самое место, чтобы покончить с жуткими воспоминаниями. Она хотела доказать самой себе, что я ей просто привиделся, но… судьба распорядилась иначе. Помню, она запустила в меня мусорным контейнером… Потом пыталась убежать, но я понимал, что если позволю ей скрыться, то больше никогда ее не увижу. Пришлось догонять…
– И как? ― я не ожидала, что у моих родителей такая история. ― Догнал?
– Ага, догнал… И получил от нее… Мы с ней недолго воевали ― она нападала молча, но все же женское тело в разы слабее мужского, плюс я владею магией и когда она увидела, что все вокруг превратилось в лед ― перестала бушевать. Просто застыла в ужасе, наблюдая за тем, как я медленно подхожу к ней и пытаюсь поговорить. Твоя мама глубоко засела в моей голове. Она боялась, плакала, не верила в магию, но в конечном итоге смирилась с тем, что ее преследует «чокнутый холодильник».
– Это она такую кличку придумала? ― я рассмеялась.
– Именно! ― отец тоже улыбался. ― Мы прожили вместе больше десяти лет. Я знал, что в конечном итоге мне придется покинуть семью, понимал, что рано или поздно меня поймают. Она тоже все обо мне знала. Я взял с вашей мамы обещание, что она не расскажет о том, кто я и откуда, чтобы не было соблазна найти меня или попутешествовать по мирам. Я понимаю, что сейчас это прозвучит как оправдание, но я оставил на ее счету большую сумму денег ― их должно было хватить на безбедную жизнь.
– Она всегда воспитывала нас в строгости, не позволяла лишнего, но не доводила все до абсурда, ― я задумалась, а ведь и правда, мама смогла дать мне и сестре дорогое образование. Очень дорогое! Медицина требует огромных вложений даже после окончания института, ведь после выпуска молодой специалист без связей не способен обеспечить себя сам. По крайней мере, первое время. Я помню, как Настя сокрушалась по этому поводу, как ее раздражало, что приходилось просить помощи у мамы, но все же она встала на ноги и съехала из родительского дома. Мой институт тоже был очень дорогой и престижный, а сколько денег тратилось на краски и художественные товары! Раньше я и не думала, откуда у одинокой женщины такие возможности… Мы всегда были хорошо одеты, каждое лето, бывало, и зимой мы отдыхали заграницей. Дорогие подарки, путешествия…
– Она кого-нибудь встретила? ― отец долго пытался задать этот вопрос, но не знал, как.
– Да, ― я вспомнила отчима, ― тот мужчина был хорошим, но после потери ребенка они разошлись. Ее сбила машина, и брата не удалось спасти. Мама не могла прийти в себя очень долгое время. К тому же, теперь я понимаю, что она сравнивала каждого встреченного ею мужчину с тобой. А с демоном в нашем мире конкурировать сложно… Ты, правда, не мог вернуться? Даже сейчас?
– Я не умею создавать порталы и сейчас привязан к этому месту, обязан следить за ним и убивать тех ледяных эльфов, кто не смог обуздать силу. И, самое главное, как только я попытаюсь перенестись в ваш мир, за мной обязательно кого-нибудь пошлют, а я не хочу рисковать.
– Интересно, что еще нам предстоит узнать, ― Дор почему-то выглядел печальным.
– Меня больше интересует, как отреагирует Настя, когда обо всем узнает… ― на самом деле, она не помнила отца. Виктор, точнее, Видар, исчез, когда ей было чуть больше года.
– Лучше думайте о том, как к информации отнесется Корвин, ― отец явно что-то задумал, судя по тому, каким серьезным стало его лицо, ― мы с ним давно воюем. Он меня терпеть не может, хоть до сих пор в лицо ни разу не видел… Ха, сколько у меня появилось поводов над ним поиздеваться. И что самое приятное ― он не сможет меня убить, а вот я такими ограничениями не наделен, он ведь пока не в браке с Анастасией.
Отец замолчал. Мы смотрели друг на друга, выжидали, оба надеялись, что возникшая между нами стена растает, но чуда не случилось. Сейчас передо мной сидел совершенно чужой человек, который на деле оказался нечистью с трудно контролируемой силой. Как моя мама вообще согласилась на этот брак? Она же знала, что в конечном итоге останется одна. Тут нетрудно догадаться, что после совместной жизни с таким мужчиной все остальные меркнут на его фоне.
Я еще долгое время не могла понять решения своей мамы, а затем вспомнила Настю. Ведь истории, по сути, похожи. Тоже демон, та же магия. Между ними возникла сильная любовь, которая принесет много горя, проблем и сложных ситуаций, но ведь они согласны справляться с ними вдвоем, согласны идти против общества, заключить брак, наплевать на мнение окружающих и возможное осуждение. Хотя какое тут может быть осуждение ― Корвина все боятся, при виде Насти крестятся и чуть ли не в пол кланяются. Все же из них получилась странная пара, какая-то нереальная.
Мой взгляд невольно упал на Дора. Демон смотрел на то, как меняется выражение моего лица, он видел, как я переживаю, как злюсь, прихожу в уныние. Дор больше не улыбался, прекрасно понимая, что после всего случившегося я не оставлю маму одну. Нам предстоит многое выяснить. Очень многое.
– У взрослых свои проблемы, да? ― прошептал Дор, помогая спускаться с крутого склона. Местность стала обрывистой, мы то и дело приходили к огромным ямам, заполненным странной жижей, не имеющей запаха. Приходилось делать круги, иногда возвращаться назад и обходить препятствия.
– Наверное, ― так же тихо ответила я, понимая, что думать обо всех скопившихся проблемах у меня просто не хватит сил.
Вскоре лес вновь изменился. Сам ландшафт стал пугать своим разнообразием. Среди густых зарослей папоротника, растущего в низинах, можно было увидеть странную тень. Вначале я решила, что земля черная, но эхо, раздавшееся будто из самой преисподней, повергло меня в ужас.
Черные дыры диаметром примерно метр были полностью скрыты травяным покровом, но их положение выдавало полное отсутствие деревьев и зарослей ― это была своего рода плешь на поверхности земли. Стоя почти у самого края, я боялась даже слегка наклониться, чтобы внимательней разглядеть дно, если оно вообще имелось.
– Мы подходим к пустынным тропам, ― отец стоял у самого края, совершенно не боясь обвала, ― после них идет граница с землей Корвина. Не советую…
Видар видел, как я слегка наклонилась над пропастью, но тут же пресек мое любопытство, схватив за рукав:
– Иногда отсюда вылезают твари, ― пояснил он, не отпуская хватки, ― редко, раз в год, но лезут. Они сильные, мощные, огромные, и я понятия не имею, где они обитают. Любой, кто пробовал спуститься в эти разломы, живым не возвращался. В данный момент нам ничто не угрожает ― существа появляются исключительно зимой, в ночное время суток, но лучше не рисковать.
Край земли треснул, осыпался под тяжестью наших тел, и мы тут же отскочили в сторону.
Ничего не произошло ― просто несколько плотных кусков черной земли упало в пропасть… И, судя по тому, что я так и не услышала звука падения ― глубина этих ям была невероятной.
Вскоре я осознала, что смотреть на отца стало больно. Морально, не физически. Вот он, здесь, совсем рядом, но… После стольких лет разлуки он даже не обнял, не подошел и не извинился ― мы чужие. Кто мы друг другу? По сути дела, просто связаны кровью…
Лес постоянно менялся ― то заросли высокого папоротника, то сосновый бор, то болотистая местность, наполненная мелкой нечистью. Затем шла полоса смешанного леса, где деревья росли чуть ли не друг на друге. Пробираться сквозь подобные препятствия было очень тяжело и опасно. Существа, что обитали в этом лесу, сильно отличались от тех, кто был на территории Корвина, но на данный момент я могла сравнивать лишь тех, о ком успела прочитать в книгах. Во многом жизнь тех существ, что не питались человеческой кровью и мясом, зависела от маскировки. И могу сказать, что в ней они преуспели, как и хищники. Видар очень часто направлял поток голубого света в сторону, где я не могла разглядеть никого живого, но как только пламя освещало притаившуюся среди деревьев тварь, я приходила в бешенство ― это как рояль в кустах! Огромный яркий рояль, заметить который не сможет разве что слепой.
После того, как маскировка терпела фиаско, существо обиженно уходило вглубь леса, но иногда его приходилось отгонять при помощи силы. С последней задачей прекрасно справлялся Дор. Демон создавал сильные потоки ветра, которые просто сносили в стороны незадачливых тварей.
Отец удивленно смотрел на Дора, я видела, как он наблюдает за ним, оценивает. Чувствовала, что что-то планирует… Вот только что именно?
– Мы почти пришли, ― голос отца вывел меня из состояния задумчивости. Оторвав взгляд от земли под ногами, я застыла от удивления, не совсем понимая, где мы находимся.
– Иногда мне кажется, ― прошептала я, ― что этот лес находится в нескольких мирах одновременно. Не удивлюсь, если через сто метров пойдет снег, а еще через сто ― солнце устроит адское пекло. И оба этих природных явления будут спокойно существовать рядом относительно друг друга.
Отец ничего не ответил, так же как и Дор, внимательно осматривая территорию вокруг.
Пустыня ― маленькая, обособленная, закрытая со всех сторон лесным массивом песчаная территория, на которой неистово жарило солнце. Именно здесь, именно на этом месте солнечные лучи устроили самое настоящее пекло, жар от которого ощущался даже кончиком носа, при условии того, что мы еще не дошли до границы.
– Как это возможно? ― я не могла понять, как в одном лесу можно встретить столько странных явлений природы.
– Сам не знаю, ― Видар поднял с земли камень и с силой кинул в сторону песков, ― но будьте осторожны, эти пески давно голодают.
– Что, прости, пески делают? ― не сразу поняла я, но как только брошенный отцом камень пропал под толщей желтого песка, все сразу стало понятно, ― а есть в вашем мире хоть что-то безопасное? Хоть кто-то, кто не хочет нас съесть? То болото, то теперь песок… Ну сколько можно-то?
– Катя, ― Видар стал создавать в руках большой энергетический шар, ― этот мир переполнен магией, хищными тварями и прочей нечистью, с которой тебе в одиночку не справиться. Здесь даже простой пенек может оказаться кровожадным монстром, готовым проглотить тебя живьем… Пригнитесь…
Я послушалась незамедлительно, как и Дор. Демон нагнулся как раз вовремя ― Видар бросил созданный им пульсар в сторону «голодных» песков, те с удовольствием проглотили наживку, и спустя мгновение раздался взрыв. Большие куски плотной твердой породы, скрытой под желтым песком, с шумом разбились о камни, пролетая мимо нас. Пульсар образовал небольшой кратер, который, судя по всему, не питал явной жажды крови.
– Под «голодными» песками находится простая земля. Порода очень твердая, а вот пески ― мягкие, зыбкие и до ужаса прожорливые. Видите лес вдалеке? Вот нам туда.
