Текст книги "Хакерша и Её большие проблемы (СИ)"

Автор книги: Валентина Гордова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

– Одна река была, как белый день, – протянула Варя, расставив руки в стороны, заставив тем самым посторониться Никитку.

– Вторая черная, как ночь, – продолжила я, хитро глянув в сторону парня.

– А волны третьей были пламенем, – продолжила Варя безбожно фальшивить.

– Но ожидало их одно-о, – а это вновь я.

Окончание песни услышать не удалось, зануда Кирилл переключил радиостанцию. Но это не значит, что парни не смогли насладиться нашим вокалом:

– Вела меня от юга и до севера… дорога по неведомым края-ям, – завыли мы с ней в унисон, словно мартовские коты.

– Да что ж у них везде одно и то же? – возмущался Сашка.

Парни… да, насладились. А потом скривились. Дружно. Допеть мы, увы, не смогли: Никита притянул к себе Варю и заткнул ей рот своей рукой. Сидящий рядом со мной Саша попытался совершить нечто подобное, за что и остался с прокусанной рукой.

– Ненормальные! – взвыл он.

Если Кирилл надеялся, что, переключив станцию, что-то изменит, то это была его самая большая ошибка.

– С пятницы по понедельник я с тобой, – растопырив пальцы и зачем-то надув губы бантиком, на полном серьезе пропела я, если не подражая Егору Криду, то хоть пытаясь, – бездельник и без денег, но зато я твой…

– Заткнись, пожалуйста!

– Все говорят плохой, но это временно, – продолжила я, как ни в чем не бывало.

– Замолкни, Кара!

– Моя невеста, ты моя невеста, – присоединилась и Варя, тоже укусив сдерживающего её парня. Горланили мы уже в унисон.

– Кир, выключи! – взмолился Никита.

Следующая песня под названием «Counting Stars» ненадолго поставила нас в тупик. Парни обрадовались и уже было расслабились, довольные тем, что песню мы не знаем. Но длилось это ровно до слов Вари:

– Давай на русском.

– А давай, – легко согласилась я, благо на курсы по английскому с ней ходили вместе, и мы продолжили ночную забаву:

– Я представляю эту жизнь раскачивающейся виноградной лозой… Моё сердце колышется за чертой…

– Как-то не очень получается, – вынуждена была остановиться и поведать подруге.

– Да неужели? – ехидно воскликнул Кирилл с водительского места.

Его было решено проигнорировать. Ибо сами виноваты! Всё началось с громкого заявления о том, что парни, оказывается, имеют свою музыкальную группу. А затем на наше восторженное «ого-о» они зачем-то решила добавить, что пение – это талант, которым награждены далеко не все. В итоге мы с Варькой на пару старательно и в подробностях распевали им, в каких местах и в каком количестве они были неправы.

– Согласна, – с важным видом кивнула подруга дней моих суровых, – давай тогда на английском.

Но мы не успели. Композиция вновь сменилась. И менялись они с завидной регулярностью, стоило нам с Варей только рты раскрыть:

– Хоп, эроина, хоп-хоп, эроина…

– Помнишь небо, помнишь сны о молчании…

– Татухи набили, губы налепили, ногти напилили, негатив удалили…

– Всё, у меня уже станции закончились! – пожаловался Кирилл, уверенно ведя машину по ночному городу.

– Включай что-нибудь из своего, они этого наверняка не знают, – посоветовал Сашка.

Наивный!

– Мы легли на дно, – пародируя голос солиста группы Би-2, начала я.

– Мы зажгли огни, – подхватила Варя.

И представьте себе наше удивления, когда куплет закончил Никита!

– Во вселенной только мы одни.

– Некит, и ты туда же? – возмутился Саша, – Кир, переключай нахрен!

– Водитель выбирает музыку, – назидательно процитировала я, подняв указательный и отчего-то расплывающийся перед глазами палец вверх, – а пассажир помалкивает в тряпочку.

Спасибо тебе, Дин Винчестер, за очешуенные цитатки, которые теперь можно свободно использовать в повседневной жизни. Кирилл даже если мою точку зрения и разделял, протянул руку к магнитоле исключительно из-за врожденной вредности.

– Подумать, и вряд ли я жизнь доживу, – наполнился салон дорогого автомобиля всё тем же голосом Би-2,– Варвара…Варвара…Варвара…Варвара…

– Моя любимая песня! – радостно сообщила я, заглушая Варькино недовольное бурчание:

– Ненавижу эту песню.

– С тобой я готов был бежать на край света, – заголосила я, блаженно прикрывая глаза.

– Но ты изменила, сама ты туда удрала, – подхватил Кирилл.

– Кирилл, переключи, пожалуйста, – очень вежливо попросила Варенька.

– Порвалась струна и теперь моя песенка спета. И жизни мне нет – вот такие дела, – был ответом ей дружный хор голосов.

А всего пару минут спустя грозные на вид парни дружно успокаивали двух рыдающих, да к тому же не совсем трезвых – а точнее совсем не трезвых – девушек, попутно приговаривая, что всё у нас будет хорошо, покорно соглашаясь, что все мужики – козлы, и обещая всё, что нашим душенькам угодно.

– Парня нормального хочу, – заявила Варя, утирая горючие слёзы, – чтоб не как все, а… Карина, а ты хочешь?

– Парня? – округлила я от ужаса глаза. А потом задумалась…

Вот тяжела женская доля. Сначала мы парням на барабанные перепонки давили, теперь на мозги капаем… Но они молодцы, сразу видно, что с женщинами дело уже имели: не растерялись, не разозлились, а принялись с проблемой разбираться.

– Так, с Кариной потом разберемся, – решил Кирилл с переднего сидения, – Варь, ты какого парня хочешь?

– Хоро-о-ошего, – протянула великомученица, горестно вздохнула, носом шмыгнула и продолжила, – заботливого, внимательного, чтоб любил меня сильно-сильно, красивого…

– Как я? – широко улыбнулся Кирилл в зеркало заднего вида. И куда всё его недовольство только делось?

Мы с Варей одновременно уставились на парня, внимательно оглядывая его с ног до головы, насколько это вообще сейчас возможно было. Волосы рыжие, глаза голубые, как небо, улыбка такая красивая… Фигура спортивная, простая серая футболка обтягивает рельефную мускулатуру, длинные ноги спрятаны в свободные серые же штаны…

Взгляд сам по себе скользнул на подругу. Красивая…

– Как ты, – шмыгнула она аккуратным носиком, – а ты хороший?

– Очень, – ещё шире улыбнувшись, заверил парень.

– А добрый? – с сомнением покосилась на него девушка.

– Добрее не бывает, – улыбка парня была уже просто запредельной, обнажая оба ряда ровных белоснежных зубов.

– Правда? – вскинула тонкие брови наивная подруга.

– Правда, – кивнула Кирилл, – и заботиться о тебе буду, и защищать, и…

Прервало парня чьё-то громкое рыдание вперемешку с завыванием. И посмотрели все на самую несчастную меня.

– Бери свою красавицу и уговаривай лечь спать, – распорядился Никита рядом, вынуждая Кирилла свернуть на обочину, – Карина! А ты-то что ревёшь?!

– Я тоже, – тихонько шмыгнула я носом. И плевать, что пьяной я практически не была, мне тоже можно поплакать, у меня причина достойная: парня нет!

– Что «тоже»? – не понял Никита, поменявшись с Кириллом местами и теперь занимая место водителя.

– Парня хочу, – пояснила смущённо.

– А-а-а, – понятливо протянули все и разом. Только Варя молчала. Ей, насколько я поняла, было вполне уютно в объятиях своего нового парня.

– Выбирай тогда, – с усмешкой в голосе махнул рукой Никита, страгиваясь и стремительно набирая скорость.

– Что, – не поверила я, – любого?

– Ага, – кивнул Санька.

– Прежде чем ты выберешь, – подал голос рядом сидящий и нежно Варю обнимающий Кирилл, – я хочу рассказать тебе про пару недостатков каждого из них…

– Заткнись! – зарычали оба из оставшихся парней, а продолжил уже один Саша, усмехнувшись, – Потом сама узнает.

– Да не, – помедлив, покачала я головой, – не может быть такого, что я могу выбрать любого.

– Просто прими, как факт, – вздохнув, посоветовал Кирилл.

– Ну-у, – озадаченно протянула я, почесав затылок, – если уж вы совсем всех тараканов в головах перетравили и вам насто-о-олько скучно, то… А можно я потом выберу?

Парни подумали и одновременно покачали головой.

– Сейчас выбирай, – потребовал Никита.

– Выбери меня, – попросил Санька.

Как же вовремя я вспомнила, что совсем недавно наплела Варьке про несуществующего парня, с которым встречаюсь! А тут Саша… да и понравился он мне больше, чем Никита. У него и глаза красивые, и чёлка косая, которую он задорно сдувает.

– Хорошо, – кивнула, подавляя зевок.

– Серьезно? – не поверил Саня, глядя на меня широко распахнутыми глазами.

И ведь жалеть потом буду, если вообще вспомню… Ай, так жить однозначно веселее, поэтому:

– Ага.

– Ладно, – хмыкнул парень, притягивая меня к себе и насильно укладывая на своей груди, – спи уж. Адрес ты нам ещё в клубе сказала, ключи в сумке отроем.

– Ага, – вновь повторила я, устраиваясь поудобнее. А потом уснула на груди у практически незнакомого человека, с которым только что согласилась встречаться.

* * *

– Я тебя ненави-и-ижу, – стонала расстроенная в лучших ожиданиях я, стоя на беговой дорожке в центральном парке. В восемь утра. В свой считай единственный выходной!

И ведь не собиралась я никуда идти, так Варвара Дмитриевна на угрозы перейти изволили.

– Ой, да брось, не ври, – отмахнулась она, присев на корточки и осторожно перевязывая шнурки на беленьких кроссовках.

К этому утру подруга подготовилась со всей ответственностью: аккуратные светлые прядки убраны в высокий хвост, обтягивающая белая майка, выгодно подчеркивающая стройную фигурку, и черные легенсы. И всё это было уже на ней, когда белобрысая зараза, совсем не страдающая от похмелья, заявилась ко мне ранним утром. Сразу после того, как смоталась до своего дома!

Я же идти собиралась в халате, планируя поспать где-нибудь в кустах, пока Варя бегает. Спортивный костюм она тоже сама отрывала. Простые серые штаны, футболка с нарисованным крестом, будто бы висящим на шее, да любимые кеды. Про волосы я, пожалуй, промолчу. Про не открывающиеся глаза тоже…

– Я не вру, – старательно выговаривая каждую букву, ответила я Варе. Подумала и решила вдобавок покачать головой.

Зря, как выяснилось позже, уже лежа на земле.

– Кара! – испуганно воскликнула девушка, падая на колени рядом со мной, – Карина, что с тобой?

– Уйди, старуха, я в печали, – пробубнила не слишком разборчиво я, не предпринимая каких-либо попыток подняться. Мне и тут хорошо. Асфальт не такой уж и твердый, терпимо. А спать хочется просто невероятно. Глаза отказываются открываться, а тело отчаянно требует горизонтальной поверхности… Можно даже без подушки и одеяла.

– Опа-па, как мы заговорили! Да ты, мать, очешуела поди совсем.

– Нет, я просто устала. Ты беги, если хочешь, а я тут полежу. Только это, с тренировкой когда закончишь, пни меня, чтоб я в сторону дома ползла. Хотя знаешь, я могу начать прямо сейчас.

И, кое-как перевернувшись и заставив себя двигаться, я начала медленный, но очень энергозатратный путь. Судя по ощущения, получалось как-то не очень… Подозрения подтвердил звонкий смех Вари.

– Карин, ты такая спортивная, – сквозь смех кое-как выдавила она.

Любопытство – страшная вещь. Заставить себя открыть глаза и оценить собственный вид я смогла не сразу, а когда все же собиралась это сделать, оказалось, что поздно.

– Какой вид, – протянул чей-то тихий насмешливый голос.

Смех Варьки моментально оборвался и повисла какая-то нагнетающая тишина.

– Чёт я не понял, – возмутилась подруга, – у кого-то глазюльки запасные есть? Потому что если ты продолжишь пялиться на ее задницу, я тебе твои-то повыковыриваю. Кара, на ноги вскочила!

– Неа, – лениво отозвалась я, пытаясь ползти дальше, – мне фиолетово, я зеленоглазая.

– Кар-р-ра! – весьма так натурально зарычала моя милая подруженька. Что-то она сегодня совсем не в духе, уже и на людей бросается.

Удивительно, как простое произношение твоего имени влияет на сонливость. Оно, произношение, сон снимает, как рукой. Еще и на ноги ставит – моментом!

А неожиданным свидетелем моих телес оказался смутно знакомый парень. В свободных серых штанах, черных кроссовках, серой же футболке, обтягивающей все рельефные прелести мужского тела. Длинноватые темные волосы растрепаны в художественном беспорядке, что, нужно признать, парню очень шло. Выразительные голубые глаза в обрамлении длинных темных ресниц, которым позавидовала бы любая девушка. Нос с небольшой горбинкой, тонкие губы, поистине бычья шея, широкий разворот плеч, узкие бедра, длинные ноги.

Хорош, гаденыш.

Но, нужно признаться, узнала я его исключительно по закрывающей глаза чёлке. Точнее по тому, как парень её сдул.

– Вы знакомы? – недоуменно вскинула брови Варя.

– Вы тоже, – хмыкнула я, удивляя её ещё больше.

А затем девушка нахмурила изящные брови, будто что-то припоминая.

– Хочешь? – протянул вчерашний знакомый Саша мне бутылочку Pulpy.

– Это тот самый, после которого обезьяны мерещатся? Нет, спасибо, пей сам.

В ответ мне лишь хмыкнули, показательно медленно открутили ярко рыжую крышку, поднесли бутылку ко рту и сделали одни большой глоток. Выждав для верности пару мгновений, Саша с улыбкой на губах обернулся вокруг собственной оси, развел руки в сторону и наигранно печально доложил:

– Обезьян нет.

– Пойдем со мной, – ласково улыбнулась Варя, мягко подплыла поближе к парню, провела ручкой по его плечу, – я тебе таких травок намешаю, что обезьянки придут и больше никогда не уйдут.

– Варя!

– А ты можешь? – неожиданно заинтересовался Саша, о чем-то серьезно задумавшись.

– Для тебя – все что угодно, – мурлыкнула девушка.

– Санёк, – зевнула я, прикрывая рот рукой.

– Чагось?

– А ты как в парке оказался?

– Так вы вчера о пробежке договаривались, вот я и решил составить компанию, – невозмутимо пожал плечами парень.

Что-то я такого не помню. Завидев недоумение на моём лице, Сашка и сам нахмурился.

– Тебе Варя сказала, что обиделась на тебя и в наказание вы завтра идете бегать.

Вот так поворот! Ну нормально? На меня ещё и обиделись! А кто пил, как слон на водопое? Я что ли?

– Какой мужчина, – простонала Варя, – сам на пробежку вышел, не пришлось идти и выталкивать его из кровати пинками. Са-а-ань, а у тебя есть девушка?

А вот и вишенка на торте.

– Кари-и-ин, – совсем как подруга недавно, протянул парень, выразительно на меня поглядев.

Старательно кошу под дурочку.

– Я чего-то не знаю? – забеспокоилась Варя, тоже уделяя всё своё внимание мне хорошей.

Ещё старательнее изображаю саму невинность.

– Много чего не знаешь, – усмехнулся Саня, – начну с самого безобидного: Карина теперь моя девушка, поздравления принимаются только в материальном виде.

Ой, дура-а-ак… Тебе сейчас в материальном виде только разве что кулаком по лбу прилететь может.

– Карина! – возмущенно воскликнула Варя, с укором и негодованием глядя на меня.

Сашка тоже на меня смотрел, и улыбался, блин!

– Тюлень! – искренне просветила я парня.

Как удачно, бывает, я вспомню что-нибудь в самый подходящий момент. Вот и сейчас вспомнила: мы ж на пробежку выбрались!

– Это ещё не самое веселое, – продолжил Сашка удивлять мою подругу, втянувшись во вкус.

– У тебя ещё один парень? – испуганно просипела она, глядя на меня широко распахнутыми глазами, в которых плескалась мольба заверить её в обратном.

Я торопливо замотала головой из стороны в сторону.

Нет, дорогая, тут кое-что, что тебе понравится куда как больше… Мысленно предвкушающе потерев лапки, я приготовилась к незабываемому шоу под названием «офигиоз обыкновенный».

– Тогда что? – заподозрила Варя что-то неладное, переводя напряженный взгляд с меня на моего неожиданного парня и обратно.

– У тебя, – с самым трагичным выражением лица, которое в принципе мог состроить, громким шепотом возвестил Саша.

– Два парня? – сипло выдавила подруга, заметно белея.

Кажись, представила, во что ей это может вылиться.

– Ну, – озадачился Санёк, потирая затылок, – этого не знаю, но один теперь точно есть. Он, кстати, тоже собирался к пробежке присоединиться.

– Что? – совсем уж жалко пискнула Варя.

И решила посидеть. Прямо тут, на асфальтированной беговой дорожке. А Сашка, безразлично пожав плечами, повернулся ко мне с широченной лыбой и задорным таким голосом предложил:

– А пошли на свидание?

Вот если совсем честно, я бы согласилась. Он забавный и от него такая энергетика весёлая исходит, что хочется подойти, обнять его и просто постоять, глупо улыбаясь, а потом пойти куда-нибудь и говорить, говорить, говорить… Обо всем и ни о чём.

Но есть одно Но с большой буквы:

– У меня работа, – простонала я совсем обреченно, впервые в жизни ненавидя это слово.

Кто-то где-то засмеялся. Ну, знаете, этот жуткий хохот, который обычно используют в фильмах ужасов? Так вот это был именно он. И смеялся мой мобильник.

– Помяни дьявола, – хмыкнула я, наблюдая вытянувшееся лицо парня, – и он тут как тут. Слушаю тебя, солнышко всея Руси.

– Кариночка, зайка моя, луна жизни моей, свет моих надежд, лучик солнышка во мраке…

– Короче, – перебила я начавшего распинаться начальника, почкой чувствуя, что у него опять крупные проблемы. Просто не стал бы он звонить, зная, что я приду через несколько часов. И не прозвучало привычного «заноза в одном месте», «раковая клетка моего головного мозга» и «система неохлаждения процессора».

– Короче, – послушно вздохнул Дим-Димыч, – у нас Армагеддон.

Вот тебе и крупные проблемы…

– Еду.

* * *

Денис.

Сегодняшний день не предвещал ничего хорошего уже со вчерашнего вечера. Об этой нехитрой вещи я и раздумывал, стоя в на удивление длинной очереди в магазине, торгующем посудой.

– Откуда ж вы все тут взялись, в одиннадцать утра субботы-то?! – раздраженно пробормотал я себе под нос, за что и получил кучу недоуменных взглядов со всех сторон.

На самом деле, было непонятно, как я сам-то тут оказался. Всё, вроде бы, шло, как по маслу. Проснулся, что уже хорошо, кое-как дополз до ванной…Мдям, вот там и начались трудности. Для начала я умудрился порезаться о ножницы, которые вообще всю мою жизнь были тупыми и толком ничего не резали, а руки элементарно не дотягивались их поточить. Но факт остается фактом – глубокий порез на наспех перебинтованной руке это доказывал.

Потом, для остроты ощущений, нужно полагать, на кухне стакан треснул прямо в руке. В этот раз на другой! Нужно было видеть, как я во второй раз за утро доставал из уникальной самодельной коробочки аптечку и повторял манипуляции с наматыванием на конечность бинта. А потом проснулась Виктория Александровна…

На меня вновь принялись бросать странные взгляды, когда небольшое помещение магазинчика наполнила тихая, но отборная ругань.

И не утихала она ровно до того момента, как моё терпение не сделало всем ручкой, удалившись под молчаливое возмущение остальных чувств. Плюнув на всех и на всё, я, оправдывая себя отвратным настроением, хроническим недосыпом и пустым желудком, обошёл засопевшую от такой наглости толпу и раздраженно треснул кулаком по прилавку.

– Есть кружка с Крошем?!

У миловидной продавщицы на кассе вырвался нервный смешок. Затем взгляд серых глаз опустился на мой сжатый кулак… Сглотнув испуганно, брюнетка Аня, о чём гласил её бейджик на груди, торопливо закивала, стремительно оборачиваясь и покидая свой пост.

Немаленькая толпа, просто-таки жаждущая приобрести новую посуду в субботу утром, заголосила и рискнула воззвать к совести уставшего человека, но была остановлена хмурым:

– У меня ребёнок не желает пить чай из кружки, на которой нет Кроша.

Ну, Вика… Вырастешь, я тебе это обязательно припомню!

– А-а-а, – мгновенно успокоились присутствующие, из-за чего накалившаяся обстановка остыла на добрых пару градусов.

Сегодняшний день не предвещал ничего хорошего уже… так, что-то я повторяюсь. Но вернемся, собственно, к вчерашнему вечеру.

Когда вчера на втором этаже клуба «Аурум» на нашу внеплановую драку выскочила Карина, я, признаться, растерялся. С одной стороны, честь и один чёрт знает, что ещё, девушек я защитил. С другой, не хотелось выглядеть неадекватным психопатом, коим она меня и так считает, в глазах Зайцевой. И я исчез прежде, чем она меня узнала. Потом, правда, сожалел об этом и порывался вернуться, чтобы всё объяснить. Хорошо, что не стал.

Вернувшись домой, растолкал заснувшую прямо на кухонном столе уставшую Маргариту. Предлагал остаться ей у нас – не согласилась и потопала к себе. Поэтому я тоже завалился спать, а утром… Утром было утро.

Вот так вот просто и незатейливо.

– Есть с Ёжиком, Нюшей и Барашем, а с Крошем закончились…

– Давайте все, – принял я нелегкое решение, заслужив от рядом стоящей тучной дамочки уважительный взгляд.

А пятнадцать минут спустя я уже стоял в своей кухне и глядел на маленький комок сонного счастья, с умилением рассматривая три разные кружки с персонажами из её любимого мультика.

Риту, вырванную к сестре уже во второй раз за неполные сутки, я с благодарностью в виде небольшого пакета сладостей, в который она с жадностью вцепилась, едва завидела, отпустил домой. Правда, на многозначительное шмыганье маленького Викиного носика, ей пришлось поделиться одной из шоколадок.

Да, представляю, что мне маман скажет, когда вернется и вдруг обнаружит, что ограничений в еде у её чада не было никаких.

Меня просто убьют, а затем тихонько закопают где-нибудь в лесочке за городом.

* * *

Карина.

– Здравствуйте, Карина Геннадьевна, – поздоровался вежливый охранник Стасик на входе в Аляску – серьёзную фирму, занимающуюся организаций различного рода мероприятий, в которой я работа: системный администратором, иногда обычным администратором, когда Лизонька не справлялась или отсутствовала по причине плохого самочувствия своего чада, и главным в плане электро-шоу.

В ответ ему я лишь кивнула, проходя внутрь, где меня уже нетерпеливо ждали. Димыч с одной из управляющих обнаружились возле сойки ресепшена.

– Кариночка, – завидев меня, кивнул начальство в знак приветствия.

– Привет, – привычно подавила я зевок, на несколько мгновений прикрывая глаза.

Эх, сейчас бы поспать…

– Карин, я…

– Молчи, – откровенно скривилась я. По дороге, когда Саша любезно предложил меня подвезти, заявив, что ему и забрать несложно, я подробно расспросила Дим-Димыча о причине моего скорейшего появления.

Оказывается…как бы так сказать, чтоб не матом? В общем, девочка-управляющий не смогла совладать с собственными эмоциями, из-за чего сначала посмеялась над клиентом и его желанием организовать бал-маскарад, а потом ему ещё и нахамила. Я, конечно, всей этой ерундой вроде общения с клиентами, не занимаюсь, но это не значит, что я в этом не разбираюсь. Димыч – человек принципиальный, сказал «клиент всегда прав», значит, так оно и есть. А теперь он пытался уволить эту самую девочку по имени Оля, но ничегошеньки у него не получалось, потому что:

– Я ни в чем не виновата, – капризно заявила блондиночка с параметрами девяносто-девяносто-шестьдесят-девяносто. И первые девяносто приходились на губы.

Дим-Димыч громко и измученно застонал. Выглядел он совсем неважно, быдто вот-вот собирался побиться головой о стену. Я молча разворнулась на месте и двинулась к лестнице на второй этаж, жестом приказав Оле следовать за собой.

Кабинет финансиста-экономиста находился неподалеку, практически сразу, как поворачиваешь в коридор направо. Ввалившись туда без стука, я имела сомнительное удовольствие видеть парней…

– Фу, блин! – возмущенно воскликнула я, рукой закрывая глаза.

Никогда теперь не забуду эту картину: стоящие посреди кабинета парни, Ваня без рубашки, а Свет, он же Святослав, с поднятой почти до подбородка своей. И рука Вани на груди Света, исследующая бугры мышц…

– Карина! – возмутились они одновременно, а Свет добавил:– тебя стучать не учили?

– Меня только нюансам финансового дела учили, – буркнула я недовольно, – вы чего тут устроили?!

– Да мы шрамы показывали!

Судя по непонятному шороху, парни наскоро одевались.

– А вам чего надо? – очень дружелюбно вопросил Ваня, как раз-таки заведующий всеми финансами фирмы. Она у нас небольшая, и коллектив тоже маленький, зато сплоченный и трудолюбивый. Почти весь…

– Тебя, – честно призналась я, растопырив пальцы и с опаской глянув на уже одевшихся парней, которые с самыми собранными лицами расселись каждый за своё рабочее место.

– Зачем?

– За расчётом.

– Чего?! – возмутилась Оля, а Ваня, понятливо хмыкнув, принялся что-то выстукивать на клавиатуре.

– Было крайне неприятно работать с тобой ту неделю, которую это длилось. Надеюсь, больше никогда не увидимся, – обернулась я к девушке, и в конце милая-милая улыбочка. Такая, какой обычно улыбается Варя, «Ганнибал Лектор» называется.

Я-то честно думала, что Оля, с виду казавшаяся благоразумной девушкой, просто развернется и молча уйдет. Ну, может дверью на выходе хлопнет, да и все. Однако эта глупышка, странно хмыкнув, подалась вперед, не сводя с меня ненавистного взгляда, и выдала поистине «умную» мысль:

– В конце жизни будет не важно, сколько машин у тебя в гараже и денег в кармане, важно будет лишь что, на сколько жизней ты сумела повлиять, скольким людям помогла и сколько добра сделала.

Да-а, вдохновляет. Покивав с умным видом, я решила все-таки огорчить девочку, как бы виновато улыбнувшись:

– Да, я тоже видела этот пост Вконтакте.

Грянул взрыв хохота со стороны парней-друзей. Или уже не просто друзей?..

Олю как будто ветром сдуло, так быстро она выскочила из кабинета. Нет, ну а что она тут пыталась доказать?

Безрадостно хмыкнув, я приняла нелегкое решение пойти и поработать.

Послав каждому из парней воздушный поцелуй, такая нехорошая и жутко вредная я, которая, между прочим, проследила за тем, как положенный аванс улетает к Оле на карточку, потопала вдоль по коридору с сине-зелеными стенами к самому дальнему кабинету. Моему.

– А я маленькая мерзость, а я маленькая гнусть, ага-ага, – тихонько напевала я себе под нос, – я поганками наелась, и на пакости стремлюсь…

Вот так я и вошла в свой кабинет – гаденько хихикая. И не смущало даже то, что по всему офису развешаны камеры наблюдения, а сидящий сейчас у мониторов главный наш охранник Даня громко и нагло ржет, пока я не вижу.

– Я диету соблюдаю много лет: тараканов поедаю на обед, – добавила довольная я и завалилась в большое мягкое кресло, с трудом выпрошенное у начальства, чтобы всего пару минут спустя с головой нырнуть в работу.