Текст книги "Хакерша и Её большие проблемы (СИ)"

Автор книги: Валентина Гордова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

– Играет, – сдала подруга с потрохами, коварно улыбаясь.

На этом, собственно, её миссия была выполнена, поскольку заинтригованные музыканты продолжили уже сами:

– Карин.

– Ну Карин!

– Ну сыграй, а?

Да пожалуйста! Как думаете, что первым делом я научилась играть? Мне это так безумно нравилось, я собой даже в какой-то степени гордилась. А вот парни похоронный марш на одной струне не оценили.

– Это…что? – вскинул брови Саня, неуверенно указывая на меня пальцем.

– Ой, скучные вы, – решила я обидеться под звонкий смех Варьки, – ладно, давай что-нибудь другое.

Повернувшись к подруге, я выжидающе на неё уставилась, дескать давай, вверяю судьбу нашу в твои ручонки.

Born To Be Wild – Steppenwolf – вот то, что выбрала моя милая Варенька. Подвальное помещение наполнилось звоном тарелок и гулкими ударами, а Варвара откровенно кайфовала, затряхиваясь под воспроизводимую ею мелодию. Наверно, именно её реакция и вынудила меня подыграть, начав свою партию. Несколько секунд Дмитриевна позволяла мне вести, а затем присоединилась, бешено тряся головой и беззвучно подпевая. Мне оставалось лишь подивиться: откуда, вот откуда она может знать о существовании такого направления в музыке? Я думала, после неудачи с Егором она переключилась на попсу…

– Все видели? Это моя девушка! – зазнался Кирилл, выпятив грудь колесом и глядя на друзей с высока.

Те предпочли его не услышать, во все глаза глядя на нас. Я перевела взгляд на Сашу и… вздрогнула от неожиданности. Парень смотрел прямо, без тени улыбки или нежности, проявляемой до этого, холодно, зло, с отвращением и даже, кажется, ненавистью. Увиденное поразило меня настолько сильно, что вначале я невольно сбилась, а затем и вовсе перестала играть, с приоткрывшимся от удивления ртом глядя на своего парня.

– Ты чего? – возмутилась Варька, тоже оборвав мелодию. По плечу меня неделикатно постучали палочкой, прося прийти в чувство.

Да только я и так всё чувствовала. А если конкретнее, то недоумение, разочарование, удивление, небольшой страх и легкую степень раздражения. Последнее в итоге поглотило все остальные.

– Каринка, ты чего? – вскинул брови Арсений.

– Да так, – хмыкнула я.

Так как не сводила глаз с Александра, то отчетливо видела, как умело прячет он неприязнь, натягивая на лицо добродушную улыбочку. Противно от этого стало в разу сильнее. Если уж я тебе так противна, найди смелости сказать мне это прямо в глаза, не прячаясь и не играя. В чём проблема?!

– Ладно, – подошёл ко мне Макс и выдернул гитару из рук, – вы хороши… А теперь посмотрите, как играют профи.

И столько самодовольства в последней фразе, что сразу стало понятно, кого скромные мальчики имеют ввиду под «профи». Варя, мало того, что сопротивляться не стала, когда Кирилл её мягко спихнул со своего места, так ещё и, радостно улыбаясь и по-детски хлопая в ладоши, меня с собой в сторонку уволокла.

А у меня пропало всякое желание здесь находиться. Не могу сказать, что оно и до этого было, но сейчас же обстановка вызывала раздражение и отвращение. Парни тем временем вооружились каждый своим инструментом. Приготовились и… ничего-то у них не получилось, да. Потому что подвальное помещение огласил душераздирающий скрип старых петель.

– Карин! – возмущенно прикрикнула подруга, пока я тянула руку к карманы джинс за мобильником.

Хмуро глянув на незнакомый голос, без задней мысли нажала на зеленую кнопочку.

– Кариночка, – раздался ласковым и добродушный голос Дэньки, заслышав который я против воли начала улыбаться, – солнышко мое, зайчуля, котенок… издевка природы, заноза в одном месте, ночной кошмар, шизофреничка параноидальная, – и всё это безукоризненно ласково, чтобы в конце рявкнуть оглушительное грозное:– тебя где черти носят?!

– В тихом омуте, – ответила я совершенно не задумываясь, чем вызвала по меньшей мере недоумение у окружающих. Торопливо отняв телефон от уха, практически одними губами шепнула остальным:– я сейчас.

И выбежала из подвального помещения прежде, чем те успели что-либо ответить.

– Скажи им, – едва слышно хмыкнул Дениска, – чтоб бросили каку и вернули тебя мне.

Чуть не споткнувшись, я с трудом удержала равновесие.

– Это я-то кака? – возмутилась вполне праведно, стараясь не задумываться над фразой «и вернули тебя мне». Где-то глубоко в душе приятно пошевелилось что-то горячее.

– Радуйся, что я не добавил «шка»! – милостиво дозволил его величество преподаватель математики, а продолжил уже спокойнее, серьезнее, – Ты где?

На этот вопрос можно было бы выдать некультурную рифму или миллион остроумных шуточек, но я не стала, а ответила тоже вполне адекватно, выбираясь, наконец, из подвала на улицу.

– Порчу личную жизнь.

И ведь не солгала. По крайней мере, тараканы в голове согласно закивали, выражая своё мнение по поводу решения разорвать отношения с Александром. Возможно, я это слишком быстро, но… вспыхнул, как молния, в сознании тот холодный взгляд, с которым парень наблюдал за моей игрой. И всё бы ничего, мало ли, может, ему не понравилось, однако же затем он принялся улыбаться так, будто ничего и не произошло.

– Чью конкретно? – с четко ощутимой улыбкой поинтересовался Дэнька.

Я невольно тоже улыбнулась, хотя весело совсем не было.

– Да всех и каждого, – беззаботно бросила я, без интереса оглядывая растянувшийся за воротами во все стороны темный еловый лес.

Тараканчики в голове нервно закурили, щедро подкидывая мне варианты развития дальнейших событий, начиная от моего бездыханного тела, прикопанного под кустиком, и заканчивая всё тем же телом, весело отправляющимся вниз по течению реки. Вот убьют меня и никто даже не узнает.

– Как я понимаю, день не прошёл зря? – уже не так весело, с затаенной грустью задал очередной вопрос Дэн на том конце провода.

– Дэньк, а ты чего звонишь-то?

Он не ответил. Молчал, напряженно (я это отчетливо ощущала) о чём-то размышляя. Я не перебивала, не считая, что вправе это сделать…пусть думает, я никуда не спешу.

– Я хочу встретиться.

Дождалась, называется.

– Зачем? – несколько враждебно задала я закономерный вопрос.

И услышала в ответ нечто потрясающее:

– Мориарти.

Первой мыслью было, что мне показалось. Второй, что это совпадение. Третьей, что совпадений не бывает. Лишь затем, сделав пару вдохов-выдохов и уверив себя в том, что Дэнька Александрович просто не может знать о сценическом псевдониме моего старшего брата, я попыталась свернуть всё в шутку:

– Шерлоком тебя называть не стану.

– Да ты прекрасно поняла, о чём я. Жду в два напротив универа. И приготовься, тебя ждёт серьёзный разговор на тему кое чьей безответственности.

– С удовольствием послушаю истории из твоей личной жизни, – усмехнулась я уголком губ, не понимая, как себя сейчас вести. Радоваться или паниковать?

– Только попробуй не явиться, – пригрозил Дэнька и отключился, оставив возможность мне самой додумать окончание его фразы.

Ещё какое-то время я постояла на месте, с глупой улыбкой глядя на погасший экран телефона и чувствуя себя на удивление довольной и радостной. А вроде бы, что случилось? Да ничего, всё плохо. Только это уже неважно, а перспектива встречи с Дэнькой вдохновляет и воодушевляет. В том, что приду, я не сомневалась ни мгновения.

Но это до того момента, как не развернулась, собираясь возвращаться. Потому что там, в нескольких шагах от меня, что позволяло услышать каждое произнесенное слово, прислонился спиной к двери Сашка. Выглядел он расслабленно, опасно-расслабленно… Так обычно выглядит хищник, готовящийся поймать и разорвать свою жертву на части.

– Карина? – продолжая оставаться на месте, вопросительно вскинул он бровь.

– Саш, – сложила я руки на груди в защитном жесте, стараясь выглядеть как и он: расслабленно, непринужденно, с безразличием ко всему миру. И только открыла рот, собираясь заявить нечто вроде «не надо нам с тобой состоять в каких-либо отношениях», как он заговорил первым. И тон его был ледяным, с отчетливым металлическим звоном.

– Это что ж за Дэн такой тебе названивает?

В голове промелькнула торопливая мысль о том, что Саня ревнует. Мысль тут же затерялась, сменившись другой, более приземленной и адекватной: собственнические замашки кое в ком проснулись. Именно это и послужило причиной полной перемены моего настроения. В начале я хотела всё сделать мирно, без истерик, ругани и прочего, что сопровождает подобные процессы, но после его последней фразы уже не была уверена, что действительно хочу этого. Даёшь грандиозный скандал!

– А это больше не твоё дело, – сказала враждебно, глядя прямо ему в глаза.

В те самые, что гневно сузились.

– И что же ты хочешь этим сказать? – натурально прошипел он, едва сдерживая злость.

Отвечать я не стала. Мальчик умный, и так уже всё понял. Саша мои надежды, возложенные на его умственные способности, оправдал, о чём свидетельствовало выражение негодования, ярости и какой-то мрачной решимости. Вот при виде последнего мне и стало несколько… не по себе. Посмотрев на меня ещё с несколько томительных мгновений, будто позволяя в последний раз одуматься, парень рывком отстранился от двери и, выпрямив спину, с угрозой в каждом движении двинулся ко мне. Замерев от страха, появившегося после проведения параллели «я-лес-неуравновешенный парень», я следила за тем, как подбирается Саша всё ближе и ближе, а в конце навис надо мной каменным изваянием, зло глядя с высоты своего немаленького роста. Я попыталась отступить, потому что просто не могу нормально дышать, когда… портят тут воздух некоторые. На самом деле мне было страшно. Да не просто, а так, что руки мелко затряслись, а сознание пыталось просчитать наиболее удачный план побега.

Отойти мне не дали. Вскинув руку, Александр больно, до хруста, сжал запястье, вынудив меня негромко вскрикнуть.

– Ты кто вообще такая? – зашипел он тихо и яростно, наклонившись практически впритык к моему лицу. А затем сжал пальцы на подбородке, когда я попыталась отвернуться, заставляя неотрывно смотреть в его мерцающие от гнева глаза, – Ты хоть понимаешь, что за мной фанатки толпами бегают? Они все мечтают со мной встречаться, а я выбрал тебя! Ты должна радоваться!

Да чему тут радоваться? Ещё одному ненормальному экземпляру в своей копилке жизненных достижений? Или, может, синякам, которые у меня точно останутся? А может тому, что меня сейчас даже услышать не пытаются? Да что там, мне даже сказать ничего не дают!

– Надеюсь, тебе хватит ума понять, что никуда ты не уйдёшь, – а вот, как говориться, и вишенка на торте. Саша сжал пальцы на запястье сильнее, грозя вот-вот мою руку просто напросто раздавить. Скривившись, я едва не закричала, не имея возможности освободиться, – ты будешь моей ровно до тех пор, пока не надоешь и я сам тебя не прогоню. Это понятно?

Удивительно, какими двуличными могут быть люди. Вначале он дружелюбный, заботливый, под идеального косит, а затем у него в мозгу что-то переклинивает и появляется… ну, то, что появилось, сейчас наглядным примером стояло передо мной. Вот су-у…

– Тебе ясно?! – взревел он яростно и громко, сжимая руку настолько сильно, что та уже синеть начала, я под пальцами парня отчаянно стучал пульс. Дернувшись от неожиданности и испуга, я торопливо кивнула, насколько это позволяло положение.

Саша отпустил медленно, неотрывно глядя мне в глаза и будто бы борясь с желанием меня ударить. Эти мысли меня посетили, когда я заметила пляску желваков на его лице.

– И молись, чтобы я не узнал, кто такой этот Дэн, – добавил он на последок, бросив на меня последний холодный взгляд и скрываясь за дверью.

Едва та закрылась, я с облегчением выдохнула, удивившись тому, что задержала дыхание. Происходящее… не радовало. Совсем. Совершенно. Абсолютно! Возможность был девушкой звездонутого вкусом славы тоже не прельщала. А этот самый звездонутый ещё и «золотой мальчик»… Поздравляю, Карина, ты в самой неприятной филейной части мироздания.

Машинально потерла пострадавшее запястье… А оно ведь только зажило! Я сегодня утром напульсники стянула, радуясь тому, что никаких следов не осталось. А тут теперь… Тихий смешок прозвучал как-то нервно, стоило вспомнить о Дэньке, наручниках, нашем проведенном вместе дне и его сестре. Я как-то не задумывалась, но сейчас поняла, что день с ним прошёл куда приятнее, чем с Сашей.

Опустив взгляд, я не смогла сдержать негромкого обреченного стона, глядя на отпечатавшиеся на коже синие пальцы.

– Ёбушки-воробушки, – вынесла я нерадостный вердикт, доставая из кармана телефон. Старательный осмотр лица показал, что дела всё же лучше, чем я предполагала. Синих отметин на подбородке не обнаружилось.

Выйдя в контакты, быстро нашла Варю и написала ей короткое послание: «Быстро иди на улицу».

Нужно было уходить, причем срочно, а оставить подругу одну с шестью ненормальными парнями не пойми где я не могла по многим причинам. Не прошло и минуты, как дверка тяжело отъехала в сторону, являя взору обеспокоенную мордашку подруги.

– Карин? – подошла она ко мне, а я порадовалась, что она одна.

Молча подняла руку и показала ей.

– Саня? – тут же сузила она глаза от ярости, разворачиваясь в обратном направлении и почти наверняка собираясь идти и приводить в действие 105 статью УК РФ.

– Ты куда? – возмутилась я, дергая её за локоть и силой разворачивая к себе лицом, – Сдурела? Их там шесть ненормальных парней. Валим!

На раздумья Вареньке понадобилось ровно две секунды, после чего она согласно кивнула и торопливо поволокла меня в сторону ворот, по дороге набирая чей-то номер.

– Спасай, – было тем единственным, что сообщила она неизвестному мне собеседнику.

А уже через полчаса, когда мы благополучно покинули территорию странной музыкальной группы незамеченными и уверенно шли вдоль мало оживленного шоссе, с замиранием сердца провожая каждый автомобиль и надеясь на две вещи – чтобы это были не парни и чтобы никому не захотелось познакомиться с двумя девушками на дороге, перед нами, заложив крутой вираж, замер хорошо знакомый автомобиль и на улицу выскочил не на шутку перепуганный Егор.

Глава 9

Я опаздывала! Белоснежные часы на запястье показывали уже пятнадцать минут третьего, а до заветного кафе было ещё как до Китайской стены пешком! В смутно знакомые двери заведения я ввалилась ровно пять минут спустя, чуть не сбила выходящего парня, едва не свалилась под ноги одной из торопливо отпрыгнувших официанток и рассмешила сидящего в дальнем углу не очень большого кафе Дэна. Ему смешно, а я лёгкие чуть не выплюнула, несясь сюда сломя голову.

– Зар-р-раза, – тяжело дыша, прошла и плюхнулась я напротив довольного парня, пытаясь привести дыхание в норму.

– Кофе, – со смешком сообщил он подошедшей официантке. Не той, которую я чуть не сбила.

Благодарно улыбнувшись, я сделала последний глубокий вдох, успокаиваясь.

– Не расскажешь, что с тобой приключилось?

Да какое расскажешь? Взгляд неожиданно упал на стоящий перед математиком стакан с рыжим соком. Холо-о-одным, по которому капельки воды стекали, с зеленой трубочкой.

– Овощ в помощь, – ответила я, а рука уже тянулась к чужому стакану.

Видимо, Дэнька ответом оказался несколько впечатлен, потому что на кражу своего напитка никак не отреагировал. А я не жаловалась, жадно присосавшись.

– Чего? – вопросительно моргнул он только тогда, когда стакан опустел, а передо мной поставили чашечку ароматного кофе. Глянув сначала туда, где совсем недавно находился рыжий апельсиновый сок, затем на принесенный мне кофе, Дэн попросил у официантки, – И ещё один, будьте добры.

Та ничего не ответила, даже не кивнула, просто развернулась и ушла. Проводив её задумчивым взглядом, я вновь повернулась к Дэньке Александровичу, наткнувшись на его выразительный, требующий ответа взгляд.

– Хрен тебе, говорю, жертва математики, – любезно просветила некоторых, мило улыбнувшись.

Дэня открыл было рот, собираясь что-то мне с улыбкой сказать, да не успел, потому что в маленьком кафе резко распахнулась дверь и на пороге появился…

– Ой, – селезенкой чувствуя подступающие неприятности, попыталась я отвернуться… и упереть заинтересованный взгляд в стену. Живописную такую, синенькую.

– Ты! – завопили мои неприятности, кинувшись в мою сторону.

С тяжелым вздохом обреченно повернулась назад, взглянув на подлетевшего совершенно мне незнакомого парня снизу вверх самым печальным взглядом из всех, на какие только была способна. Не проникся. Отсвечивая на всё затихшее кафе свежим фингалом, парень глядел на меня возмущенно и ненавистно, совершенно никого вокруг не замечая.

– Карина, ты меня удивляешь, – прозвучал в тишине голос Дэньки.

– Я не специально, – скривившись, вынуждена была признаться.

– Да неужели?! – не пожелал поверить пострадавший парень.

Да он сам виноват, между прочим! Я же опаздывала, решила срезать через парк, а там велосипедисты эти…

Дверь открылась повторно, а внутрь, подобно смерчу, влетела неприятность номер два. Как-то так получилось, что меня он среди посетителей обнаружил мгновенно, ко мне же и направился, на ходу рявкнув ожесточенное:

– Ты!

Да я, я, не видно? Пришлось набрать в грудь побольше воздуха, собираясь объясниться и извиниться, но я не успела. Открылась дверь и кафе потряс грозный глас:

– Ты!

Как всё запущенно…

Так вот, как я уже и сказала, в парке оказалось полным полно велосипедистов. В одного из них я по неосторожности и влетела. Парень, с трудом удержав равновесие, на всём ходу попал в группу скейтбордистов. Те, словно кегли, разлетелись в разные стороны, попав в как раз мимо пробегающего человека. Тот упал с дорожки, кубарем отправившись в кусты. Там оказалась самая обычная белка, которая, напуганная, выскочила и бросилась на дерево. Только так вышло, что она одного из только что поднявшихся скейтеров с деревом перепутала немного… Тесное знакомство с грызуном парень перенес достойно: завизжал так, что с соседних деревьев сорвались птицы и унеслись прочь в разные стороны. Но парень остался, белка на его голове тоже. Кружа в попытке скинуть животное, бедняга не заметил ловушку в виде собственного скейтборда. Наступил на него, тот резко укатился вперед, парень повалился назад, белка отправилась в незабываемый полет, сопровождаемый диким визгом скейтбордиста. Бум, бам, хрямц и бдыщ! Тихий стон, секундная тишина, а потом полет белки завершился… Выбравшийся из кустов бегун в них же обратно и завалился. Совсем бедная белочка, оттолкнувшись от падающего мужчины, полетела обратно к скейтерам – те от неё, в результате чего посталкивались друг с другом и попадали, наполняя пространство руганью и вскриками. Естественно, одному повезло намного больше, чем всем остальным, а потому он споткнулся о кого-то из валяющихся в куче, не удержал равновесия и повалился в многострадальные кусты. Но в его случае всё же нашелся плюс: кустики уже заняты были, а потому посадка вышла вполне себе мягкой. Белка наконец спаслась бегством, а со всех сторон слышались тихие стоны. Не уцелел никто.

– Я её сейчас придушу просто! – выдернул из воспоминаний меня яростный крик, после чего один из парней натурально на меня попытался наброситься, но был остановлен своим товарищем. Я уже понадеялась на неожиданное спасение, но тот, отодвинув его себе за спину, успокаивающе похлопал по плечу и совершенно спокойно, бесстрастно даже как-то, сказал:

– Я сам.

После чего развернулся и протянул ко мне обе руки в ясном намерении придушить.

Не успел, чем лично я, в отличии от парней, была безумно рада. А спас меня Дэнька… Хотя ему в этом активно помогали. Как раз появившаяся официантка с заказом математика попыталась осторожно обогнуть парней и поставить чашечку на стол, что у неё решительно не получилось. Дэн, мгновенно сориентировавшись в происходящем, резким движением подался вперед, ударив официантку по рукам. Чашка выскользнула, облив грудь тянущегося ко мне парня. Тот взвыл от боли! И никто ничего не успел сделать, потому что Дэн схватил и вторую чашку, отправив её содержимое на двух оставшихся парней.

Кафе наполнилось яростным рычанием, шипением, воем, а парни торопливо срывали с себя намокшую одежду, выпустив нас с математиком из вида, чем Денис и поспешил воспользоваться. Схватив меня за руку, потащил за собой, бросив через плечо:

– Бежим!

Из кафе мы действительно выбежали, чуть не сбив с ног проходящих мимо людей. Преодолев широкий тротуар, мы подскочили к уже известной Эскаладе. Дэн, пиликнув сигнализацией, открыл пассажирскую дверь, развернулся, подхватил меня и лично закинул на сиденье. Затем дверь захлопнул, а через миг уже заводил двигатель. С места мы сорвались с рёвом, я лишь успела подумать, что стоит все-таки пристегнуться… И помчались куда-то вперед!

Пока я отчаянно уговаривала ремень безопасности меня, собственно, обезопасить, Дэн продвинулся уже далеко вперед и теперь чуть скинул скорость. Скосив на меня взгляд, парень вдруг громко и задорно рассмеялся. С каким-то облегчением и отпустившим волнением, что меня невероятно удивило.

– Карина, ты – кошмар, – донеслось до меня сквозь смех.

– Неправда, – насупилась я.

– Пра-а-авда, – ехидно протянул Дэнька, своим веселым настроением заражая и меня.

В итоге мы ехали и давились смехом уже оба, обмениваясь взглядами и пытаясь взять себя в руки, что выходило очень уж плохо. Не выдержав, Дэн свернул куда-то, не говоря ни слова вышел и, обойдя машину, открыл дверь ничего не понимающей мне.

– Приехали, – пояснил он терпеливо, стоя рядом с протянутой в добром жесте помощи рукой.

– Куда? – моргнула я, оглядываясь в поисках какой-либо достопримечательности, в которую мог завести меня ненормальный математик.

– Сюда, – любезно просветил он меня.

– А-а-а, – изрекла глубокомысленно, будто всё поняла, принимая ладонь и спрыгивая на асфальт, – ну раз сюда…

Дэнька хмыкнул и решил не отвечать, захлопнул дверцу и повел меня вперед по тротуару, держа за руку.

– Голодная?

Отрицательно покачав головой, я с улыбкой на губах проследила за кардинальной сменой нашего маршрута в сторону какого-то заведения, торгующего фаст-фудом.

– Это же вредно, – попыталась возмутиться я.

– Жить вообще вредно, – снисходительно поглядел на меня Дэнька, открывая дверь и любезно пропуская вперёд.

Заходя, я не сводила с него насмешливого взгляда, не в силах перестать улыбаться. Очень приятно было наблюдать ответную улыбку на лице математика, смотрящего на меня как-то…странно. С добрыми смешинками и ещё какой-то смесью чувств.

– Осторожно! – вдруг дёрнулся он в мою сторону, вскинув руку в попытке остановить.

Не успел.

* * *

Денис

– Хватит ржать, – недовольно буркнула насупившаяся рыжая неприятность всего города.

У меня болел живот, охрипло горло, слезы на глаза навернулись, но остановиться пока не получалось. Стоило лишь вспомнить столкновение Карины с каким-то бедным парнем, на которых ей определенно везет наталкиваться раз за разом…

– Ну кипец, – выдохнула она раздраженно в образовавшейся тишине, с неприязнью оглядывая свою испачканную одежду.

Столкновение их было фееричным: поднос парня опрокинулся на Карину, сам он, продолжая движение, не удержал равновесие и плюхнулся на пол, вымазавшись в только что приобретенной покупке. А затем, стоило девушке сказать то, что она и сказала, у паренька не выдержали нервы и он, вместо адекватного обдуманного поступка, нагло зацепил Кару за ногу и сдернул к себе. В итоге оба они оказались на полу, перепачканные соусами, на виду у собравшихся здесь по меньшей мере человек сорока.

И если все остальные молчали, не зная, как помочь и что вообще сделать, то я, совсем как тот парень, не выдержал. Медленно сползая по стеночке на пол, я старательно пытался взять себя в руки и не смеяться. У меня это даже получалось. Секунд десять…

– Дэня-а-а, – выразительно протянула рыжая, когда несдерживаемый хохот стал слышен всем.

Но вообще всё очень неплохо закончилось. Во-первых, нас не прибили, не выгнали и даже не попытались этого сделать. Во-вторых, пропустили без очереди. Ну, и в-третьих, одна из через чур впечатлительных работниц данного чудного заведения согласилась добежать до ближайшего магазина и купить что-нибудь из одежды для Каринки. Сама девушка заперлась в туалете, просидев там до тех пор, пока ей не принесли то, во что можно было бы переодеться. Отдав работнице по имени Ольга потраченную сумму, я терпеливо дождался Карину, выглядевшую сейчас совсем как грозовая туча – хмурая, недовольная и готовая молнией поджарить.

– Пошли… в машине посидим, – угрюмо предложила она.

Новая волна смеха начала подступать уже тогда. Покорно кивнув, я даже смог спокойно дойти до автомобиля, усадить в него расстроенную и обиженную на сегодняшний день Карину, всунуть ей большой бумажный пакет, забраться в машину сам, закрыть двери… Собственно, на этом всё. Дальше я лежал на кресле и смеялся, а Карина с каждым мгновением становилась всё мрачнее и мрачнее.

* * *

Карина

Псих. Точно псих. Нормальные люди столько не хохочут! И, на мой скромный взгляд, это нисколько не смешно. Нет, чтобы посочувствовать – он ржёт! Ладно, не такой уж Дэнька и плохой. Даже умудрился уговорить какую-то девушку сбегать и купить одежду, а потом за это дело ещё и заплатил. Так что пусть живёт…пока.

– Поехали, – вздохнув, решила я не обижаться на душевнобольных.

– Куда? – простонал Дэня, принимая сидячее положение и используя руль в качестве опоры.

– Куда-нибудь, – пожала я плечами.

– В парк? – заводя двигатель, вполне обыденно поинтересовался он.

Только это не был просто вопрос. Я отчетливо расслышала промелькнувший там намёк. Вот только – на что? Вспышкой промелькнул в голове тот вечер, когда мы с Сашей гуляли по парку. Меня передернуло и только после я смогла заставить себя вспомнить. Вспомнить! То, что видела там. Точнее кого…

– Ты, – повернувшись к парню, зарычала я, – следил за мной!

– Чего?! – натурально удивился псих математический.

Я ему почти поверила, если бы своим глазам не доверяла куда больше.

– Это был ты, там, в парке! – в душе проснулось неожиданное негодование. Варианта, что Денис там просто гулял, я даже не рассматривала. Он видел меня, более того – стоял и смотрел, а стоило мне его заметить, как тут же как сквозь землю провалился.

Вопреки всем моим ожиданиям, он не стал ни оправдываться, ни отнекиваться, просто пожал плечами и совершенно безразлично поинтересовался:

– И?

Я воздухом подавилась!

– Как это «и»? – нахмурилась я.

Парень ещё раз пожал плечами, страгиваясь с места.

– Ты была не одна, не думаю, что твой парень обрадовался бы моему появлению.

Я просто и незатейливо заткнулась. Не потому, что задумалась над его словами, нет. Потому что расслышала ту проскользнувшую печаль в голосе, которую он всеми силами пытался скрыть за безразличием. Внутри… нет, сердце не перестало биться. Всего лишь все органы пришли в движение, встревоженные неожиданной мыслью: «а что, если…»

Никаких «если»!

– Это не мой парень, – тихо отозвалась я.

Немного помолчав, Дэн также тихо ответил:

– Это твоё дело.

– Никакого парка, – помолчав, решила я угрюмо.

– Тогда ко мне, – решил Дэнька наиграно весело.

– С чего это? – возмутилась я вполне обосновано.

В сознании ещё свежи были воспоминания моего последнего там появления. Весьма и весьма травмоопасного появления!

– А у тебя выбора нет, – усмехнулся Дэн, уверено ведя своё авто по оживленным улицам города. Вот спрашивается: чего им всем не работается?!

Повернувшись к парню всем корпусом, я молча и выразительно уставилась на него, непрозрачно намекая, что я ожидаю более существенного объяснения. Проявив чудеса сообразительности, Денис покорно пояснил:

– Ты в моей машине, я за рулём – едем туда, куда я захочу.

Не, в принципе, всё логично. И даже где-то гениально, совсем чуть-чуть. Ну просто хорошо же придумал: сейчас приедем туда, где бы это «туда» не было, а потом маленькую и беззащитную меня, если вдруг вздумаю сопротивляться, можно и насильно в дом затащить. Знаем, проходили. Да и, насколько я поняла, ничего плохого от конкретно данного человека мне на данный момент не угрожает, так что и паниковать я начну тогда, когда это потребуется. А пока:

– Ладно, – пожав плечами, легко согласилась я.

– Ладно?! – не поверив, переспросил Денис, странно на меня покосившись.

– Ладно, – повторила ещё раз.

– То есть ты даже возмущаться не будешь? – возмутился математик.

А почему он, собственно, возмутился?

– А это поможет? – весомо выгнула я брови, несколько удивленная такой его реакцией.

– А если бы на моём месте были похитители какие-нибудь, – глянув на меня и вновь вернув внимание дороге, начал парень излагать какую-то заумную мысль, – что бы ты делала?

Задумавшись ненадолго, я честно ответила:

– Подождала бы, пока мы приедем, пользуясь тем, что никто не проверил мой рюкзак, достала бы биту и…

– У тебя с собой бита?! – едва не закричал шокированный Дэня.

Удивленно моргнув его ненормальной реакции, я ещё раз подумала нечто вроде «псих ненормальный» и осторожно ответила:

– Конечно, – на меня та-а-ак выразительно посмотрели, что впору устыдиться бы было.

– А, – гулко сглотнув, предпочел парень больше на меня не смотреть, крепко стиснув руками кожаный руль, – что ещё у тебя в рюкзаке?

Да ничего необычного… Сам рюкзак, кстати, у меня очень замечательный. Я его нашла с трудом и то случайно, зато теперь со мной уже год было крепкое тканевое изделие синего цвета необъятных размеров, в котором уместить можно было практически всё. И я уместила, да, вот какая я молодец. Мысленно прокрутив в голове всё содержимое, я решила промолчать и не позориться.

– Ясно, – выразительно протянул Дэнька, так и не дождавшись моего ответа.

А потом покосился в мою сторону, вероятно, проверяя наличие того самого рюкзачка. Обломчик, уважаемый, я его случайно в багажнике своего любимого авто оставила, когда тот на ремонт сдавала.

– Кстати, – вспомнила я весьма вовремя, невольно глянув на часы, – я до пяти должна от тебя сбежать.

– Куда это?

– За машиной, – не сдержала улыбки, которая стала лишь шире, стоило Дэньке недоуменно на меня покоситься. И, откинувшись на спинку кресла, я мечтательно добавила, – за своей маленькой миленькой Авдотьюшкой…

– Кем?! – взревел математик.

Нервный он какой-то. И глупый! Скривившись, для особо одаренных пришлось пояснить:

– Ауди.

Дэнюшка на меня так посмотрел, будто я была как минимум на голову больной. Но промолчал, что меня возмутило ещё больше.

– Что? – недовольно повернулась я к нему, резким движением складывая руки на груди.

– Ничего, – просто пожал плечами парень, даже не посмотрев на меня, – пакет не спихни.

Остаток пути до дома мань… математика мы ехали в тишине. Дэня делал вид, что меня вообще нет, больше на меня даже не глядя, а я сидела и дулась. На что именно, я ещё не придумала, но обязательно этим займусь. А ещё я прикидывала план своего допроса, который организую Денису в обязательном порядке. Расспрашивать я его буду преимущественно на счёт их с Егором группы, потому как данная тема мне была до безумия интересна. Брательник меня со своими друзьями не знакомил, а после их распада и не рассказывал ничего толком.