Текст книги "Поцелуй злодея (ЛП)"

Автор книги: Т.Л. Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАВА 28

ОРИАНА

Когда мы заходим в номер, наши сумки уже там. Джейк подходит к двойным дверям и распахивает их. Когда я следую за ним, я понимаю, что это смежная комната.

– У тебя есть свое пространство, ― говорит он.

Я не особо уверена, что ответить, поэтому просто киваю, проходя мимо него и заходя в комнату. Вскоре он следует за мной, заносит мою сумку и ставит ее на кровать, а затем оставляет меня одну. Я не закрываю двери, расстегиваю сумку и достаю пижаму и зубную щетку. Думаю, он взял смежные комнаты, потому что в последний раз, когда Джейк заснул рядом со мной, то проснулся с руками на моей шее на пороге лишения меня жизни.

Он объяснил некоторую часть, но вся история еще впереди. Уверена, я не знаю и половины, но та часть, которую я знаю, вызывает беспокойство.

Я снимаю платье, иду в ванную и включаю душ. Зайдя под струю, я позволяю горячей воде омыть меня, затем тру плечи и шею в тех местах, где меня касался тот мужчина, думая, что смогу выкинуть его прикосновения из головы. Отчасти это удается, пока я не слышу стук в дверь, и мое тело замирает. Но как только голос Джейка доносится до ванной, каждый мускул расслабляется. Я должна быть в ужасе после того, чему только что стала свидетелем, но это не моя естественная реакция на него.

– Я заказал еду в номер. Тебе нужно поесть.

Если подумать, я едва ли поела за весь день. Хотя мой живот уже начинает урчать от желания поесть, я заканчиваю мыться в душе, умываю лицо и быстро переодеваюсь в пижаму.

Когда я выхожу из своей комнаты, Джейк сидит за столом, уставленным тарелками с едой. Сначала Джейк не замечает меня, так как погружен в свой телефон и печатает, но потом вдруг встречается со мной темным взглядом. Он не из тех, кто просто улыбается. Нет, вместо этого Джейк смотрит на тебя так, словно может заглянуть тебе прямо в душу.

– Ешь, ― приказывает он и кладет телефон. Я сажусь напротив него и замечаю, как телефон загорается сразу несколькими сообщениями. Он даже не прикасается к нему, просто наблюдает за мной, ожидая, когда я начну есть. Я открываю первый клош, и на меня сразу же обрушивается запах пасты. Мой желудок громко урчит, а Джейк ухмыляется, открывая другой клош, где лежит пицца маргарита. Он ставит мне выпивку, и я, не теряя времени, приступаю к еде. Он сам начинает есть, и мы оба стонем от вкуса лучшей пасты в мире.

– Хочешь убежать? ― Я вообще не ожидала такого вопроса. И если честно, часть меня действительно хотела убежать, и я действительно не знаю, почему другая часть хочет остаться.

– Пока нет, ― отвечаю я, поскольку это единственный ответ, который приходит в голову.

– Я никогда не позволил бы другому мужчине прикоснуться к тебе без твоего согласия. Ты ведь понимаешь это, правда?

Понимаю. Я действительно это понимаю, и мне кажется, что его слова ― чистая правда.

– Скажи мне, почему мы там были. Я хочу услышать это от тебя. У меня есть свои предположения, и я хочу, чтобы ты поправил их, если я ошибаюсь.

– Если ты поешь, я расскажу тебе.

Я кладу в рот вилку пасты, не сводя с него жаждущих глаз, ожидая его речи.

Он не тратит времени на ответ.

– Я в бизнесе секса. Ты уже поняла это, поскольку я никогда не скрываю от тебя, чем занимаюсь. Но их способ устройства ко мне на работу… это не то, чем я свободно делюсь со всеми, потому что, по правде говоря, это ничье, блядь, дело, кроме моего и их. ― Он делает паузу, и я жду продолжения. ― Здесь существует очень большой подпольный рынок, на котором высокопоставленные люди покупают и продают женщин. Большинство этих женщин похищают и затем разбивают на мелкие кусочки, которые могут восстановить только они сами. И эти женщины очнутся после того, как их использовали и надругались над ними. Некоторым из них уже не помочь, но я покупаю тех, кому еще можно помочь. И в этом я ничуть не лучше тех дьяволов, что похитили их. Разница в том, что этот дьявол дает им возможность на лучшую жизнь, но за нее приходится платить, не ошибайся на этот счет. Я даю им выбор продать свое тело. Они сами выбирают, с кем спать, если для них это комфортно. Если нет, то они идут за барную стойку, в переднюю зону или еще куда-нибудь, но они все равно в игре секса. Потому что я плачу миллионы долларов за этих женщин, и я рассчитываю получить эти деньги обратно. Я не герой, Ориана. У меня есть свои причины делать это. Некоторые из них эгоистичны, а некоторые ― нет. И если ты попросишь меня перестать делать это завтра, я не перестану. Я занимаюсь этим столько же, сколько владею своим секс-клубом. Мне это дорого обходится. Так что, как видишь, злая часть меня все еще держит этих женщин в цепях, хотя жизнь, которую я им дал, в сто раз лучше той, которой они жили раньше. По крайней мере, со мной они не подвергаются насилию, ни один мужчина не проявит к ним неуважения в моем присутствии, у них есть собственные дома, они сами выбирают время работы, а когда их долг выплачен, они могут выбрать, остаться или уйти. ― Джейк наклоняется ближе, и мое сердце бешено колотится от новой информации, которой он делится. ― Ориана, большинство из них предпочитают остаться. Не по какой-то другой причине, а потому что им это нравится. Им нравится возвращать себе контроль, и именно это я им и даю… контроль над собственной жизнью. Кто-то может сказать, что это хреновый контроль, но женщины знают, что могут уйти в любой момент, как только выплатят свой долг. Я никогда не утверждал, что являюсь ангелом, Ориана. Я совсем не ангел. И во многих историях людей я ― злодей. Даже в твоей истории я вполне могу им стать, когда наше время подойдет к концу. Но я отдал тебе, поправка, я показал тебе больше себя, чем когда-либо позволял увидеть другому человеку. Даже Марии и Капитану, самым близким мне людям, я не рассказывал и половины того дерьма, через которое прошел. Они просто думают, что я никогда не позволяю женщине остаться на ночь, потому что не хочу привязанностей. Но они не знают, что я делаю это из самообороны. Я могу легко убить еще до того, как открою глаза. И я надеюсь, что никогда этого не сделаю.

Я закрываю рот рукой, чтобы сдержать всхлип, который хочет вырваться наружу, и просто сижу, глядя на него. Я могу сказать, что Джейк ожидает моего ответа, но я просто не могу придумать, что ответить на то, чем он поделился.

Джейк привел меня в то место, зная, что женщины там воспринимаются лишь как объекты. Конечно, он предупреждал меня, чтобы я не уходила от него, но я не послушалась. Я должна была задавать больше вопросов. Я должна была копнуть глубже. Я немного слепа, когда дело касается Джейка, но не так, как со своим мужем. Джейк делится со мной и рассказывает мне о них, в то время как Кайлер почти никогда не разговаривал со мной, если это не касалось его карьеры. Это я всегда пыталась выудить из него информацию.

Знаю, что несправедливо сравнивать их, они совершенно разные, но Кайлер был всем, что я знала до Джейка, поэтому трудно не сравнивать. Поначалу я думала, что с Джейком меня связывает только секс, но теперь понимаю, что это гораздо больше. Мои чувства к нему выросли со временем, и я думаю, что если я не уеду в ближайшее время, эти чувства перерастут в нечто большее. А я очень не хочу вновь быть разбитой.

– Ты можешь говорить, ― говорит он.

Я втягиваю воздух между зубов, не зная, что сказать.

– Думаю, мне просто нужно поспать, ― говорю я ему.

– Ты ничего не хочешь сказать? ― спрашивает он.

Я опускаю взгляд на свою еду, а затем отвечаю твердым «нет». Я встаю и отодвигаю свое кресло. Я изо всех сил стараюсь не смотреть на Джейка, пока иду в сторону своей комнаты, но когда он произносит мое имя, я не могу не встретиться с ним взглядом.

– Могу я присоединиться к тебе? ― тихо спрашивает он.

Я должна отказать ему. Ведь Джейк только что сказал мне, что покупает женщин для секс-торговли. Но по какой-то причине я просто и мягко соглашаюсь и продолжаю идти в свою комнату. Я слышу скрип его стула по полу, когда Джейк встает и идет за мной. Я забираюсь в постель, а он поднимает простыни и забирается следом за мной. Джейк находит рукой мое бедро, и он поворачивает меня так, что я оказываюсь уже не на боку, а на спине. Он подбирается совсем близко к моему уху и шепчет:

– Если хочешь, чтобы я остановился, скажи сейчас.

Я ничего не говорю. Его прикосновения вызывают у меня удовольствие, и он это знает.

– Я расцениваю это как приглашение. ― Джейк скользит рукой под пояс моих брюк. Когда я поднимаю взгляд к его лицу, то вижу, что он наблюдает за мной.

– Это так неправильно, ― шепчу я.

– Но это ощущается таким правильным, ― говорит он, просовывая руку еще ниже. Я приподнимаю бедра, когда Джейк стягивает с меня брюки, а затем встает, отбрасывая одеяло и нависая надо мной.

– Что мы? ― спрашиваю я. ― Что это?

Он ухмыляется, опускается и задирает мою рубашку на живот.

– Это просто секс, верно? ― шепчу я, но он ничего не отвечает, начиная целовать мой живот.

Ненавижу, что я так теряюсь в нем.

Как кто-то может заставить тебя забыть обо всем плохом и видеть только его?

Я вижу только Джейка, когда он прикасается ко мне, только его.

Он скользит одной рукой вверх под рубашку и между грудей, пока не добирается до горла. Он слегка сжимает обе стороны моей шеи, и я приподнимаю бедра, когда он языком касается меня там.

– Только секс? ― Слышу я его бормотание, но Джейк не перестает двигать ртом и языком. ― Навсегда только с тобой, ― шепчет он, но я уже не могу сформировать ни слова, так как он держит меня на месте, положив руку мне на шею и слегка надавливая, а пальцами другой руки проникая в меня в прекрасном ритме, о котором я и не подозревала. Каждый раз, когда Джейк прикасается ко мне, я ощущаю что-то совершенно новое.

Секс с Джейком ― одно из моих любимых занятий.

Я никогда не знала, что у женщины может быть так много мест, которые ее возбуждают.

Эти слова показывают, насколько я была обособленной.

Насколько скучной была моя сексуальная жизнь.

Я бы не сказала, что моя сексуальная жизнь до этого была плохой, просто она не была пикантной. Мы занимались сексом, и на этом все заканчивалось.

С Джейком я готова попробовать все.

Рука на моем горле доказывает это. Хотя он и давит, но делает это нежно. Интересно, не показывает ли он мне, что не причинит мне боли? Особенно учитывая то, как мы проснулись в прошлый раз, когда оказались в одной постели.

– Господи…

– Боже, ― заканчивает Джейк, поглаживая меня языком, словно я его любимое блюдо.

Он вводит и выводит свои пальцы, пока я кончаю на них, не останавливаясь, пока я не почувствую себя полностью измученной. Он убирает пальцы и ползет вверх по моему телу, отпуская мое горло и глядя на меня.

– Оседлай меня, ― требует он и переворачивает меня так, что я оказываюсь на нем. Джейк опускает руки и закидывает их за голову, пока наблюдает за мной.

– Что ты делаешь? ― спрашиваю я.

– Он твой.

– Что? ― Я растеряна.

– Полный контроль. Покажи мне, чего ты хочешь.

Я чувствую его под собой, не во мне, но рядом. Я скольжу ниже, пока не вижу его член у себя между ног, и затем я тянусь вниз и касаюсь его. Джейк ухмыляется, и я начинаю покачиваться на нем, не вставляя, а позволяя ему тереться о мой клитор. Я почти забываю, что использую Джейка, пока он не шипит, и я открываю глаза, чтобы увидеть, что он не двигается, но его голый живот теперь напряжен от сдерживаемых чувств. Я вижу, что он хочет пошевелить руками, чтобы прикоснуться ко мне.

– Что бы ты мне дал, если бы я прямо сейчас ввела тебя в себя? ― спрашиваю я, замедляя движения бедер. Дразня его у своего входа. Джейк прикусывает нижнюю губу, и я вновь подаюсь бедрами, на этот раз очень медленно.

– Все, что ты хочешь, ― хрипло произносит он.

– Поцелуй, ― шепчу я.

– Что угодно, кроме этого, ― отвечает Джейк.

Я игнорирую его и продолжаю двигать бедрами. Он начинает двигать руками, и я останавливаюсь.

– Не трогай меня. Я не давала тебе разрешения, ― говорю я, ухмыляясь.

Он стонет, но делает, как я говорю. Я стягиваю рубашку через голову, освобождая свою грудь и удерживая рукой его член, пока продолжаю свои медленные движения. Его пирсинг идеально трется о меня, когда я добираюсь до кончика, но еще не опускаюсь на него. Я берусь за грудь и сжимаю сосок, потягивая его.

– Так приятно, ― шепчу я. ― Так, так приятно. ― Откидываю голову назад, и мне хочется лишь дать ему заполнить меня, но я не хочу, чтобы вся власть оказалась в его руках.

Джейк должен немного отдать, чтобы немного получить.

И скакать на его члене, как сейчас, все еще похоже на рай.

– На хер это! ― рычит он. ― Тебе дорого это обойдется.

Прежде чем я успеваю спросить, о чем Джейк говорит, он наклоняется и прижимается ртом к моему. Мое тело замирает, когда мы врезаемся губами друг в друга, затем он проникает языком в мой рот, и целует меня. Я чувствую свой вкус, но больше всего я чувствую его.

Только его.

И, черт возьми, Джейк умеет целоваться.

Его язык танцует с моим, когда он отстраняется, прикусывает мою губу и проделывает это вновь. Мне каким-то образом удается сохранить осознанность, а не позволить этому поцелую выбить меня из колеи, и я тянусь вниз и ввожу его в себя. Губы Джейка замирают на моих, и когда я полностью опускаюсь на него, он, кажется, вспоминает, где мы и что делаем, а затем вновь целует меня.

Меня целовали раньше.

Прикасались раньше.

Возможно, даже любили.

Но ничто, ничто не сравнится с Джейком.

И эта мысль чертовски меня пугает.

ГЛАВА 29

ДЖЕЙК

Ориана лежит ко мне спиной и спит рядом со мной. Я тянусь к ней и прижимаю ее к своей груди.

Когда ее теплое тело прижимается ко мне, мне в последнюю очередь хочется двигаться. Но я знаю, что должен. Я не могу рисковать и засыпать рядом с ней вновь, не после произошедшего в прошлый раз.

Она ― единственный человек в этом мире, причинять боль которому мне физически больно. Эта боль засела глубоко в моей груди.

Это напоминает мне о моей матери, я ненавидел ее, но любил, несмотря ни на что.

Она была похожа на тех женщин, которых я покупаю.

Вот почему я делаю то, что делаю.

Мой отец, богатый социопат, бросил ее, узнав, что она беременна мной, и она больше не приносила ему пользы. Она делала все возможное, чтобы выжить, даже если это означало позволить самому дьяволу спать в месте, где ребенок должен чувствовать себя в безопасности: дома.

Позволить Ориане думать, что рядом со мной ей небезопасно, ― не вариант. Тот факт, что она доверяет мне достаточно, что засыпает рядом со мной, говорит мне об этом. Я поднимаю одеяло и натягиваю его на нее, выбираясь из постели. Ориана издает тихий звук, но не просыпается, пока я выключаю свет и закрываю дверь.

Я подхожу к своему телефону и обнаруживаю несколько пропущенных звонков от Марии. Перезваниваю ей, и она сразу же выругивается на меня, когда отвечает, а затем говорит:

– Твой брат здесь, в баре отеля. Пожалуйста, спустись, ― после чего вешает трубку. Я одеваюсь и достаю свой нож, заправляя его в брюки, прежде чем пойти туда.

Между мной и моим братом нет любви. Я бы с легкостью перерезал горло этому человеку, брат он или нет, и не потерял бы ни минуты сна.

Я не всегда выбираю насилие. Есть достаточно людей, которые могут сделать это за меня. Но если дело дойдет до этого, я без проблем справлюсь с этим сам.

Войдя в бар, я вижу Марию с бокалом в руках, сидящей рядом с Грэйсоном. Грэйсон наклоняется и что-то говорит ей, она отталкивает его, и он смеется. Я подхожу к ним, и они оба поворачиваются ко мне лицом, когда я нахожусь всего в нескольких футах от них.

– Тебя выпроводили. Очевидно, ты пропустил знак выхода, ― говорю я Грэйсону.

Он поднимает свою выпивку.

– Меня выпроводили с вашего маленького собрания, но это общественный бар, который тебе не принадлежит, брат.

– Мы едва ли братья. Кровь ни хрена не значит, ― говорю я ему.

– Я это знаю.

Я скрещиваю руки на груди.

– Знаешь? Потому что ты все еще вьешься за мной, как дурной запах.

Мой брат выбирает игнорировать меня и постукивает пальцами по стойке, заказывая еще одну порцию. Он кивает Марии, а затем взмахивает рукой на меня.

– И ему что-нибудь, ― говорит он бармену. Бармен смотрит на меня, и я качаю головой.

– Охотников не впечатлит, если я вернусь с пустыми руками. Они вполне могут посоветовать мне вернуться прямиком в твой город. Думаешь, люди, которые тебя защищают, действительно смогут защитить тебя от них? ― спрашивает он.

Я не знаю охотников, но в рассказы о них трудно поверить.

Но я не сомневаюсь, что все, что о них говорят, правда.

Они ― зло.

А еще они любят коллекционировать.

– Чего они хотят? ― спрашиваю я.

Он ухмыляется.

– Им нужны твои женщины.

– Для чего?

Он отпивает свой напиток, прежде чем ответить:

– Для всего, что им угодно. Я не задаю глупых вопросов.

– Почему ты не задаешь вопросов? ― говорю я ему.

– Мне не платят достаточно, чтобы я задавал вопросы, вот почему.

– Значит, дело в деньгах. Вот истинная причина, по которой ты здесь.

– Деньги ― властитель этого мира, не так ли? ― возражает он.

– Охотники действительно хотят женщин, или они нужны тебе для твоих клубов? ― спрашиваю я.

Он улыбается.

– Ты меня поймал. Охотникам не зачем связываться с такими вещами. ― Я скрежещу зубами. ― Хотя я хочу собрать несколько женщин, как ты. ― Он кивает Марии. ― У вас обоих есть ресурсы, так что дайте мне женщину.

– Это так не работает, ― возражаю я. ― Я не собираю женщин. Я их покупаю…

– Работает. Я заплачу. Ты знаешь, что я способен на это. Называй это как хочешь.

Мария хмыкает, и Грэйсон поворачивается к ней, вскидывая бровь.

– Не смотри на меня, придурок. ― Она рычит, пока я стараюсь не улыбаться, когда она подносит свой бокал к губам.

– У меня есть кое-что для тебя. Думаю, тебе стоит взглянуть на это. ― Грэйсон встает и начинает уходить, но мы с Марией остаемся на месте. ― Джейк, ты захочешь это увидеть. Предлагаю тебе пойти за мной.

Я смотрю на Марию, а она просто пожимает плечами.

– Не моя проблема. ― Она поднимает выпивку. ― Я напиваюсь и, надеюсь, потрахаюсь с итальянским жеребцом. А ты развлекайся со своим сумасшедшим братом.

Покачав головой, я оставляю ее в баре и выхожу вслед за Грэйсоном. Он подходит к машине и сразу же направляется к багажнику, открывая его. Когда он это делает, я вижу Мерседеса, мужика, которому я перерезал горло сегодня ночью.

– Ты забыл убрать за собой беспорядок. ― Он кивает на Мерседеса. ― Теперь я могу отнести это местным властям, или ты можешь дать мне желаемое. Я прошу только одну женщину… Я в отчаянии.

Я скрежещу зубами, глядя на него, а затем хмыкаю.

– Уверен, они с радостью обыщут твою квартиру. Интересно, что бы они сделали с твоей рыжей красоткой? Она ведь была там, верно? Вероятно, на ней даже осталась его кровь.

– Ты не можешь забрать ни одну из них, ― говорю я ему. ― Но Авани хочет переехать. Я предложу ей твою должность. Она любит секс. И если ты будешь платить ей как следует…

– Я заплачу ей вдвое больше, чем ты, ― говорит он. Я оглядываюсь на тело. ― Сожги его.

Он ухмыляется, прежде чем говорит:

– После того как я вырву зубы, конечно. Не хотелось бы, чтобы ты отказался от своего слова. Возможно, я придержу их у себя еще какое-то время, пока ты не выплатишь долг. ― Грэйсон закрывает багажник и идет к водительскому сиденью, садится в машину и уезжает.

Могу я убить своего брата?

Следовало бы.

ГЛАВА 30

ОРИАНА

Когда я просыпаюсь, солнце светит сквозь занавески, а в комнате витает запах еды. Я протягиваю руку на другую сторону кровати, вспоминая, что заснула с Джейком рядом. Я тянусь за рубашкой, которую сняла прошлой ночью, натягиваю ее через голову, затем выхожу в главную комнату и нахожу его сидящим за столом с газетой в руках. Он читает и даже не замечает, что я здесь.

– Ешь, ― приказывает он.

Хорошо. Ну, может, он и заметил. Я сажусь на то же место, что и вчера. Джейк откладывает газету и смотрит на меня.

– Ты не спал со мной? ― спрашиваю я, хватая кусок бекона.

– Нет. Я подумал, что ты не особо оценишь, если проснешься и тебя вновь будут душить.

– Мне понравилось это прошлой ночью, ― мурлычу я, и Джейк слегка вскидывает бровь, прежде чем становится серьезным.

– Это потому что ты знала, что я не сделаю тебе больно, пока не сплю.

– Но во сне…

– Я не контролирую себя.

Мы сидим в тишине, пока я не доедаю последний кусочек бекона, а потом он спрашивает:

– Хочешь пройтись по магазинам? Это наш последний день, так что ты можешь делать то, что хочешь.

– С удовольствием, ― отвечаю я, вставая. ― Я оденусь.

– Ориана.

– Да? ― Я поворачиваюсь к нему лицом.

– Я планирую трахнуть тебя еще раз, прежде чем мы уедем.

– Обещания, обещания, ― шепчу я достаточно громко, чтобы он услышал. Джейк усмехается вслед мне, пока я иду и переодеваюсь. Как только я надеваю струящееся платье и пару балеток на плоской подошве, возвращаюсь к нему.

– Ты одеваешься быстрее, чем любая женщина, которую я знаю, ― делает он комплимент.

– Ты заставляешь меня кончать быстрее, чем любой другой мужчина, ― дерзко говорю я.

Он втягивает воздух сквозь зубы, ухмыляясь.

– И не один раз, ― добавляет он.

Я ухмыляюсь, когда подхожу к Джейку, и он кладет руку мне на поясницу, когда мы уходим.

Мы находимся довольно близко ко всему, поэтому решаем прогуляться. Он ведет меня в район, изобилующий дизайнерскими магазинами. Зайдя в один из них, Джейк садится на диван и терпеливо ждет, пока я рассматриваю одежду. Я привыкла носить дизайнерские платья, этого от меня ждали, когда я появлялась на публике с Кайлером, но в остальном в моем шкафу полно вещей средних брендов, в которых я чувствую себя комфортно.

У меня больше нет денег на дорогую одежду, потому что я откладываю всю свою зарплату, чтобы однажды купить собственный дом, который будет записан только на мое имя, поскольку у нас был брачный контракт. Дом, который я делила с Кайлером, был записан на его имя, а не на мое. Отчасти поэтому мне пришлось уйти. Плюс дом был слишком большим для нас двоих. Не уверена, что смогла бы жить там одна.

– Ориана. ― Я смотрю на Джейка, когда продавщица протягивает ему бокал вина. ― Примерь это. ― Он кивает на полностью черный комбинезон.

– Хороший выбор, сэр, ― говорит женщина по-английски. Она снимает его с вешалки, относит в раздевалку и улыбается мне.

– Я бы никогда его не надела, ― говорю я ему.

– Ты бы надела… для меня.

– Надела бы? ― Я улыбаюсь.

– Примерь. Я куплю все, что пожелает твое сердце.

– Что угодно? ― спрашиваю я.

– Ты можешь взять что угодно. ― Я киваю и иду в раздевалку. Снимаю платье, и оно падает на пол. Я тянусь к кожаному костюму и надеваю его. Это не обычный кожаный костюм. У него есть вырезы на животе и сосках, покрытые кружевом. Сзади он представляет собой G-стринги и идеально облегает мою грудь. Я делаю глубокий вдох, отодвигая занавеску. Продавщица улыбается мне. Когда я смотрю на Джейка, он встает и протягивает ей свою черную кредитную карту.

– Заплатите за это и еще за три в разных расцветках, ― говорит он, не отрывая от меня глаз. ― И уйдите. И не возвращайтесь, пока я не позову.

– Нельзя так с ней говорить, ― делаю я замечание.

Джейк вновь поворачивается к даме.

– Купите себе тоже что-нибудь симпатичное.

Она кивает, счастливо улыбаясь, и поворачивается на каблуках, закрывая за собой занавески.

Он проводит рукой по моему животу через кружево, прежде чем коснуться кожи.

– Разве ты не собираешься спросить, чего я хотела? ― спрашиваю я, когда он опускает руку ниже.

– Я бы купил тебе гребаную страну, если бы мог видеть тебя в этом каждый день. ― В его голосе звучит вожделение.

– Ну, в этом нет необходимости, но я бы согласилась на поцелуй.

– Этого ты хочешь? ― спрашивает он, останавливаясь пальцами на моих бедрах.

Я киваю и тянусь, чтобы коснуться его губ своими. Когда он позволяет мне это и не отстраняется, я улыбаюсь ему в губы.

– Мне нравится, каков ты на вкус, ― шепчу я.

Джейк толкает меня обратно в раздевалку и закрывает занавеску, повторяя каждый мой шаг, пока я не оказываюсь вжатой в стену.

– Мне тоже нравится твой вкус. И если ты хочешь испробовать меня вновь, я должен попробовать тебя первым.

– Но…

Он обрывает меня, просовывая палец под кожу и проникая прямо в меня. Я ахаю, когда Джейк вводит его внутрь, и ухмыляется, явно наслаждаясь тем, как я кончаю прямо перед ним.

– Уже такая мокрая. Теперь мы точно должны его купить.

Я прикусываю губу, когда Джейк проводит большим пальцем по моему клитору. И как только я начинаю двигаться на нем, он исчезает, а его пальцы исчезают из меня и оказываются у него во рту.

– Теперь ты можешь забрать свою плату. ― Он озорно ухмыляется.

Я наклоняюсь вперед и, не теряя времени, встаю на цыпочки и вновь прижимаюсь губами к его губам.

Мир исчезает.

Я вижу, слышу и дышу только им.

До Джейка я бы ни за что не смогла сделать то, что мы только что сделали. Он заставляет меня чувствовать себя живой, словно я стою гораздо большего, чем просто наслаждение для глаз.

Боюсь это сказать, но мне кажется, что я влюбляюсь в мужчину, который не является моим мужем.

– Сэр. ― Он скользит зубами по моему языку, отстраняясь, разрывает наш поцелуй и выходит из раздевалки. ― Простите, что прерываю вас, сэр, но я хотела показать вам это. Подумала, что это может вас заинтересовать.

Я натягиваю платье и снимаю кожу. Когда я открываю занавеску, то вижу, что Джейк держит в руках еще один кожаный предмет, и заглядываю ему через плечо, чтобы рассмотреть это.

– Что это? ― спрашиваю я.

– Ограничители. ― Он улыбается. ― Под твой новый наряд. ― Он передает их обратно даме. ― Добавьте это к моему счету.

Я краснею, когда она уходит.

– Давай закончим с покупками, а потом пойдем поедим.

Мы выходим из магазина, держась за руки, и он ни разу не пожаловался, когда я затаскивала его в другие магазины.

Я пыталась заплатить за все, но когда вечером вернулась в отель и проверила свой счет, то обнаружила, что с моей карты ни разу не было списано денег.

В тот же день мы уезжаем и возвращаемся домой.

После приземления мы садимся в его машину, и Джейк отвозит меня домой. Когда мы подъезжаем, я вижу, что Харви и Симона сидят на улице и кричат друг на друга.

Симона опускает лицо в руки, а Харви выглядит болезненно.

– Ты еще можешь сбежать. Они еще тебя не увидели, ― говорит Джейк.

– Нет, уже поздно. Мне нужно поспать. Мне завтра на работу.

– Ты можешь остаться у меня, ― предлагает Джейк.

У него.

Я понятия не имею, где Джейк вообще живет. Я бывала только в его барах и секс-клубе.

– Что мы? ― спрашиваю я. ― Я имею в виду… я спрашиваю только потому, что ты приглашаешь меня к себе, и ты не ответил мне, когда я спросила в прошлый раз. ― Я поворачиваюсь к Джейку телом, и уделяю ему все свое внимание, забывая на мгновение о брате и Симоне.

– Я не люблю ярлыки. К тому же, разве ярлыки когда-нибудь шли тебе на пользу? ― спрашивает Джейк.

– Хорошо, никаких ярлыков, ― соглашаюсь я и поворачиваюсь, чтобы открыть дверь.

Джейк останавливает меня, положив руку мне на плечо.

– Ты злишься.

Скольжу языком по зубам, пока пытаюсь придумать, как правильно ему ответить.

– Не злюсь, просто запуталась.

– Мы знаем друг друга несколько месяцев, Ориана. Нам было весело. Могу даже сказать, что мне было веселее, чем с кем-либо другим в моей жизни. Так почему мы должны навешивать ярлыки?

– Потому что я не та, кто просто занимается беспорядочным сексом. Я завожу отношения. А это… ― Я взмахиваю рукой между нами. ― Это меня путает.

– Я не намеревался путать тебя, ты же знаешь.

– Знаю ли? ― спрашиваю я, когда в окно стучат. Подняв голову, я вижу Симону и отпираю дверь. ― Мне нужно идти.

– Сначала разведись, Ориана. Тогда мы сможем поговорить.

– Я пыталась, ― говорю я, фыркнув и выходя из машины.

Водитель уже вынес мои сумки и поставил их на ступеньки моего дома. Он возвращается к машине, и я смотрю, как они уезжают.

Повернувшись к Симоне, я вижу, что моего брата там больше нет.

– Что происходит? ― спрашиваю я.

Ее взгляд падает на дверь, куда, по моим предположениям, ушел Харви, а затем на землю.

– Я беременна, ― тихо говорит она.

Ого, вау. Не ожидала такого ответа.

– Это… ― Я не знаю, как спросить.

– Да, это ребенок Харви. ― Она поднимает взгляд на меня. ― Я только что сказала ему, и он воспринял это не лучшим образом.

Нет, полагаю, не воспринял бы. Харви много путешествует, это его работа. Рождение ребенка изменит это, изменит его. Я не знаю, как он отреагирует, но знаю, что он будет хорошим отцом.

– Я уверена, что вы оба сможете разобраться с этим, ― пытаюсь я убедить ее.

– Да, я не знаю насчет этого. То есть я надеялась на это. Но сейчас я в этом не уверена. ― Она пожимает плечами. ― Мне это в новинку. Я узнала об этом только сегодня утром, и когда он прислал мне сообщение о том, что он дома, я поняла, что должна ему сказать.

– Ты вообще хочешь детей? ― спрашиваю я. Я никогда раньше не задавала ей этот вопрос, так как никогда не видела Симону в полноценных отношениях, и она говорила о своей неприязни к детям, но, думаю, это меняет дело.

– Я не думала, что хочу, но теперь все иначе.

– Ты любишь Харви?

– Люблю. Это безумие? ― шепчет она. ― То есть, я думаю, он считает меня просто интрижкой. Но я вовсе не считаю происходящее между нами интрижкой.

– Хочешь войти? ― спрашиваю я, кивая на дверь.

– Не думаю, что он хочет, чтобы я была там сейчас, ― говорит она ломаным шепотом.

– Хочешь, я поеду с тобой? Мне нужно только убрать вещи, и я вся твоя, ― предлагаю я.

– Нет, все в порядке. Я могу просто свернуться калачиком, посмотреть фильм и отключиться.

Я кладу руку Симоне на плечо.

– Я могу поговорить с ним. Хочешь?

– Он, прежде всего, твой брат, О. Может быть, ему нужна твоя поддержка.

– А ты ― моя лучшая подруга, так что я могу оказать ее и тебе.

– Симона. ― Мы обе смотрим в сторону дома, когда Харви зовет ее по имени. ― Заходи. ― Он открывает дверь.

– Я даю тебе пространство, Харви. Тебе нужно пространство и время.

– Заходи в дом, Симона, ― говорит он, но, хотя это звучит как приказ, он говорит это мягко. Я стою там, пока она поднимается по лестнице, и как только Симона доходит до Харви, он обхватывает ее лицо, наклоняется и нежно целует ее в губы. ― Это было слишком. Прости меня.

Она кивает и целует его в ответ.

– Для меня это тоже чересчур. ― По ее щекам текут слезы, и он вытирает их.

– Я понимаю, правда. Мне нужно было осознать это. ― Он опускает руки с ее лица и заводит ее внутрь. Через плечо он говорит мне. ― С возвращением, укурщица. ― Он подмигивает, и я закатываю глаза. Симона смеется, когда я беру свою сумку и направляюсь внутрь. Я мягко улыбаюсь, когда они оба исчезают в его комнате, а я иду прямиком в свою.

Думаю, мне нужно найти другое жилье.