Текст книги "Поцелуй злодея (ЛП)"

Автор книги: Т.Л. Смит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

ГЛАВА 8

ОРИАНА

Я забрала все, что купила.

Все.

Я оставила этого придурка с одним диваном и нетронутым кабинетом. Не потому, что я была подлой, а потому что это все технически было моим. Кажется, он без труда забыл этот факт. Интересно, Кайлер вообще понимает, что я платила по всем счетам. Да, он зарабатывает больше всего денег, но я тоже получаю зарплату.

Это служит напоминанием, что мне нужно найти другую работу. К счастью, я скопила много денег, пока мы были вместе. Мне и мысли не приходило, что подобный день настанет, просто моя мама приучила меня копить деньги.

Я смогла сразу переехать к брату. Он живет один, к тому же, он местный, а еще лучше то, что обычно его нет дома ввиду его путешествий. Он зарабатывает на жизнь, работая фотографом, занимаясь чем-то связанным с пейзажами.

Сегодня он уезжает в Исландию. Ему нравится делать там фотографии больше всего, и мой брат великолепен в том, что делает. Начинал он со снимков Кайлера, затем рано оставил его ради того, чем занимается сейчас. И он никогда не оглядывался назад.

Я отхожу, когда грузчик заносит последнюю коробку в кухню моего брата, и поеживаюсь, когда вижу, сколько это заняло места. К счастью для моего брата, у него трехкомнатный дом. И поскольку в одной буду жить я, все мои вещи будут втиснуты во вторую комнату.

– Сколько я должна? ― спрашиваю я грузчика, и он улыбается.

– Все оплачено, плюс большие чаевые. ― Он подмигивает, после чего уходит. Оплачено? Я тянусь за телефоном и сразу же набираю Джейка.

– Спасибо, ― быстро говорю я, после чего отключаюсь, не желая слышать, что он скажет, поскольку я не хочу, чтобы у меня спутались мысли.

Я только что ушла от мужа, от мужчины, брак с которым, думалось мне, продлится вечность. Полагаю, наши с ним версии вечности являются двумя совершенно иными вещами.

– Дерьмо, как я должен здесь передвигаться? ― спрашивает Харви, оглядываясь по сторонам, когда входит в дом с висящей на шее камерой.

– Я уберу большую часть, ― говорю я ему. Скольжу руками к бедрам, когда начинает звонить мой телефон. Когда я вижу, как на экране появляется лицо Кайлера, опускаю мобильник на одну из коробок.

– Станет легче, ― говорит Харви, и я стираю слезы, которые умудрились пролиться.

– Уверен?

– День за днем станет легче.

Я верю ему на слово. Харви никогда мне не лгал, и он сам испытал большое горе. Девушка, с которой он встречался в колледже, умерла прямо перед тем, как он собирался попросить ее выйти за него. После этого он уволился с работы и начал путешествовать.

– Он больше не любит меня, ― говорю я, всхлипывая.

– Ты все еще любишь его? ― спрашивает Харви. Я вскидываю брови на его вопрос. ― Не убивай гонца, но ты видела себя в последнее время? Вы оба не выглядите счастливыми рядом друг с другом. Словно это обязанность. И это длится годами, О, я даже не вспомню, когда в последний раз видел, чтобы вы двое целовались в губы, а не его обычный поцелуй в щеку. ― Я опускаюсь на пол, испуская тяжелый вздох. ― Я лишь говорю, что ты столько отдала ради этого мужчины. Пора начать жить ради себя для разнообразия. Не падайте жертвой любви к кому-то настолько, чтобы изменить свое призвание.

– Я больше не знаю, кем мне суждено быть. ― Я перевожу на него взгляд своих заплаканных глаз.

– Может, не сегодня, но ты узнаешь. ― Он целует меня в макушку и уходит в свою комнату, перелезая через коробки по пути.

Мой телефон звонит вновь, и на этот раз я делаю вдох и беру трубку.

– Возвращайся. Я не подумал, ― говорит Кайлер.

Я закрываю глаза и опускаю голову на коробку передо мной, когда слушаю его дыхание в динамиках.

– Не могу, ― отвечаю я надтреснутым шепотом. ― Не могу.

– Можешь. Возвращайся. Пожалуйста. Это была ошибка. Я не хочу никого, кроме тебя, ― умоляет он.

– Хочешь, Кайлер, и это нормально. Мы изменились.

– Ориана.

– Да?

– Я люблю тебя.

– И я люблю тебя, Кайлер. Ничто не сможет стереть эту любовь. Ты был моим любимым человеком на протяжении более десяти лет. Но мы уже давно не те же самые люди. Я желаю тебе всего наилучшего, ты же знаешь. Но мне нужно стать собой и узнать, кто я без тебя.

– После этого ты вернешься? ― спрашивает он.

И я, опешив, отвечаю, не раздумывая:

– Нет, ― решительно говорю я. Я жду, что он вновь заговорит, но мы оба замолкаем. Слезы скатываются по моим щекам и капают с подбородка на пол, когда я опускаю голову на коробку. Я смотрю, как они образовывают лужицу, и она растекается в стороны.

– Что я делаю, когда нервничаю, Кайлер? ― спрашиваю я и мгновение жду его ответа.

– Расхаживаешь из стороны в сторону? ― говорит он, и я слышу неуверенность в его голосе.

– Нет, неправильный ответ.

Я отключаюсь и задаюсь вопросом, знает ли он меня вообще и могли ли эти отношения всегда быть односторонними.

Харви уезжает, и я остаюсь в его доме, чтобы разобраться в своей жизни. Какой жизни я желаю? Я даже не знаю, кто я без Кайлера.

И он не виноват в этом.

А я.

Я должна была понять это с самого начала.

Я отдавала ему всю себя, а он только брал, брал и брал.

Я провела остаток недели, ничего не делая. Коробки остаются нераспакованными, но мне удается подвинуть некоторые, чтобы они не стояли под ногами. Скрытый номер продолжает названивать, но я знаю, кто это. У меня завтра с ним свидание, но я не хочу идти. Дело не в том, что с ним, а в том, что я могу натворить.

Я не в том настроении для этого.

Я не в том настроении для мужчины.

Кайлер звонит лишь единожды. Я ожидала хотя бы нескольких попыток, но мне кажется, что он позвонил в последний раз, потому что вернулся в пустой дом и запаниковал.

Раздается громкий звук в дверь. Я принимаю сидячее положение на диване и смотрю на нее. Харви ждет кого-то? И забыл сказать им, что уезжает? Я остаюсь на месте, не желая открывать, пока стук не раздается вновь.

– Ориана. ― Я стону при звуке этого голоса.

Ненавижу то, как уже узнаю его.

Ненавижу то, как он посылает мурашки по всему моему телу.

– У твоей двери стоит еда, ты это знаешь?

Я вздыхаю и поднимаюсь с дивана, затем иду к двери. Открыв ее, я сталкиваюсь лицом к лицу с мужчиной, который собственноручно заставил меня понять, что мой муж меня не любит, при этом ни черта не сделав.

– Ты выглядишь… ― Джейк стоит, одетый в черные классические брюки и черную рубашку, держа в руках мой вероятно забытый заказ из китайской кухни, ― иначе.

Я закатываю на него глаза и тянусь за едой, но он отдергивает ее.

– Хорошо. Теперь можешь вновь уйти.

– Ты сквернословишь? ― спрашивает он.

– Сквернословлю?

– Да. Ты говоришь слова «блядь, шлюха, член, хрен»? ― Я чувствую, как к щекам прилил румянец при его словах. ― Не говоришь. Держу пари, ты делаешь это у себя в голове. Держу пари, у тебя в голове солидный лексикон.

Как он вообще смог это понять? Я морщу нос от его слов.

– Я прав. ― Его улыбка самодовольна.

– Теперь ты должен уйти.

– У нас свидание.

– Сегодня не воскресенье, ― напоминаю я ему.

Джейк смотрит на свои часы TAG Heuer, и я вновь закатываю глаза, смотря на него.

– Воскресенье, ― отвечает Джейк.

Дерьмо.

Я сквернословлю.

Просто не вслух.

– Знаешь что, я вижу, что ты в полном раздрае. ― Я открываю рот и несколько раз промаргиваюсь. Джейк протягивает мне мою еду, но не уходит. ― Я оплатил благотворительный взнос с аукциона. Я вернусь через несколько месяцев, чтобы взыскать с тебя долг. Я жду этих свиданий, Ориана. ― Он отпускает мою еду и поворачивается, чтобы уйти. Я в негодовании остаюсь стоять на своем месте.

Неужели он?

Насколько он богат?

Я смотрю, как Джейк уходит, сбитая с толку всем произошедшим. И задаюсь вопросом, почему, когда я вижу, как он садится в свою машину, маленькая улыбка расцветает у меня на губах.

ГЛАВА 9

ДЖЕЙК

Едва знакомая мне женщина сводит меня, на хрен, с ума. Как это вообще возможно? Моя работа вся заключается в женщинах. Я знаю их. Я хорошо в них разбираюсь. Я знаю, как доставить женщине удовольствие, как говорить с женщиной, и как дать ей то, чего она хочет. И все же одна рыжеволосая женщина выбила меня из колеи.

Я уже долгое время знал, кто такая Ориана. Мне множество раз доводилось вести дела с Кайлером. Но его красавица-жена всегда была занята, работая на него. Вцепившись в его руку, она не обращала внимания на то, что на нее смотрят другие.

Я не пытаюсь заполучить замужних женщин.

Вообще-то, я держусь от них подальше.

Я владею клубом, который позволяет людям, как в браке, так и свободным, делать то, что они желают.

Я встречаю женщин со всего мира.

Я даже покупаю женщин. Да, верно. И продолжу это делать.

Мария стоит возле меня на аукционе. Посреди комнаты кучка женщин на вращающейся платформе. Платформа поворачивается, показывая всем людям в кругу каждую женщину, которую они могут выбрать.

Торговля людьми.

Я ненавижу это скрытое подполье.

Но я играю свою роль и делаю, что могу.

Я могу быть злом, но меня воспитали женщины. Я уважаю женщин больше всего на свете. А это? Это я делаю, чтобы защитить тех, кого могу.

– Цена ставок весьма высока, ― комментирует Мария. Она – моя кузина. Как и сказал, меня воспитали женщины.

– Возьми блондинку. ― Я киваю на маленькую особу, которая явно не в себе и выглядит так, будто еле стоит на ногах. ― И брюнетку. ― Которая в данный момент чешет свои руки так, будто сможет выцарапать себе дорогу из-под своей кожи.

– Не знаю, хватит ли нам на двоих, ― говорит Мария.

– Утряси этот вопрос, Мария.

Она кивает, беря в руки iPad, с помощью которого они принимают ставки. Она вводит число, и ставку сразу же отклоняют. Поразмыслив мгновение, она делает еще одну ставку, на этот раз выше, и вновь ставка отклонена. Когда она смотрит на меня в безмолвном вопросе, я киваю головой в знак согласия. У нас есть лимит для этих вещей, но иногда, лишь иногда, мы превышаем его. Мария улыбается, когда выигрывает первую, но вторая оказывается проблемнее. Мы стоим и ждем в закрытой зоне: у каждого покупателя есть личное пространство для участия в торгах. Все это чрезвычайно секретно, и они делают отличную работу, чтобы продолжать в том же духе.

– Получила их. ― Мария гордо улыбается.

– Хорошо. Пойди и забери их.

Мария кивает, после чего уходит. Я уже собираюсь уйти, когда вижу Бёрка, коллекционера всего прекрасного, выходящего в то же время, что и я.

Он усмехается, когда видит меня, и направляется в мою сторону.

– Сколько лет, сколько зим, Джейк. Я слышал истории, что ты теперь покупаешь зарубежом. ― Я смотрю на Капитана, который ждет меня, затем поворачиваюсь обратно к Бёрку, на котором черные джинсы, белая рубашка и тяжелые черные ботинки.

– Слухи, ― говорю я ему.

– Они правдивы? ― спрашивает он.

– Это имеет значение?

Бёрк качает головой и достает сигарету из кармана, затем зажигает ее.

– Наверное, нет, просто будь осторожен. Ходят разговоры, Джейк. И в них нет ничего хорошего. ― Он склоняет голову в мою сторону и поворачивается к выходу. ― Хорошей ночи, Джейки.

Ради бога. Я скриплю зубами, когда он уходит.

– Проблема, ― говорит Капитан, также наблюдая за ним.

– Ею он и является. ― Мне уже было известно это, поэтому я не особо удивлен, что он создает проблемы.

Но моей главной заботой является рыжеволосая женщина, что не покидает мои гребаные мысли.

ГЛАВА 10

ОРИАНА

Прошло почти два месяца ничегонеделанья.

Мне непривычен такой уклад.

Я думала, что справляюсь нормально на отметке в три недели, и решила, что пора поискать работу. Затем я получила бумаги на развод по почте. Это выбило меня из себя еще на несколько недель.

Кайлеру будто вообще было наплевать. Словно последние десять лет ничего не значили. Этот засранец даже не боролся за меня.

Это ранило больше всего.

Но затем меня встряхнуло по-настоящему, когда Кайлер появился на недавнем киновечере под руку с другой женщиной. И он поцеловал ее. Поцеловал в губы, словно наслаждался этим. Он прекратил целовать меня в губы на публике много лет назад.

Я не покидала этот дом с момента переезда, не желая, чтобы таблоиды сфотографировали меня.

Могу представить нынешние заголовки…

Ориана теперь бездомная

Технически я не бездомная, но, к сожалению, я могу так выглядеть.

Сегодня мой день рождения, и Симона настроила планов. Я попыталась откреститься от них, знаете, из-за развода и всего прочего, но она просто отмахнулась от этих отговорок.

Харви вернулся сегодня ради моего дня рождения, после чего ему придется вновь уехать позже на этой неделе. Он всегда приезжает в город ради моего дня рождения, потому что это традиция и я благодарна за это. Не знаю, как я без него так далеко забралась.

– Хэй. ― Харви входит в дверь, останавливаясь и глядя на меня по мере приближения. ― Что за чертовщина с тобой происходит?

– Что?

Я стою в своей пижаме и с кофе в руке.

– Ты дерьмово выглядишь. Серьезно. Ты планируешь выйти на улицу в таком виде?

Я распахиваю рот от его слов.

– Я выгляжу великолепно, ― говорю я в ответ.

– Ты выглядишь как бездомная.

– Это не так. ― Я фыркаю, разливая кофе. Он лишь смеется, идет на кухню и делает себе кофе.

– Ты должна позвонить парикмахеру и, вероятно, волшебнику, ― предлагает он.

– Ха-ха, ― невозмутимо говорю я, направляясь в душ. Звенит дверной звонок, но я не разворачиваюсь, чтобы подойти к двери. ― Это должна быть Симона. Впусти ее, пожалуйста.

– Симона назойливая, ― ворчит Харви.

– Я слышу тебя, ― кричит Симона по другую сторону двери.

Я смеюсь, когда запрыгиваю в душ, затем мою волосы, отмываю свое тело и брею каждый сантиметр себя, которого не касалась на протяжении месяцев. Когда я заканчиваю, я выхожу из душа и укутываюсь в полотенце, после чего выхожу из ванной и встречаюсь с тишиной. Я заглядываю за угол и вижу стоящего между ног Симоны Харви, в то время как она сидит на стойке, закинув ему руки на шею.

Они целуются.

О.

О.

Ладно.

Когда это произошло?

И почему это произошло?

– У вас это серьезно? ― как бы невзначай спрашиваю я, и они быстро отходят друг от друга.

Симона спрыгивает со стойки, поправляет юбку и улыбается мне.

– Ты вновь похожа на человека, ― говорит мой брат, игнорируя мой вопрос и избегая зрительного контакта.

– Вы часто этим занимаетесь? ― спрашиваю я, глядя на их виноватые лица.

– Нет, ― отвечают они в унисон.

– Ну, знаешь, я всегда рада отменить это и остаться дома. Вы двое можете сходить вместе, ― предлагаю я.

– Этого не произойдет. Сегодня твой день рождения, и скоро приедет визажист, ― говорит Симона.

– Мне не нужен визажист, ― говорю я им, затем поворачиваюсь и иду в свою комнату.

– О, очень нужен, ― выкрикивает Харви.

– Прекрати целоваться с моей лучшей подругой, ― выкрикиваю я, захлопывая дверь и падая на кровать.

Дверь открывается, и я не утруждаюсь взглянуть, кто это, когда кровать прогибается подле меня и Симона касается моего плеча.

– Тебе вновь нужно начать жить. Он явно решил двигаться вперед. Тебе нужно сделать то же самое.

– Десять лет, Симона. Я отдала этому мужчине десять лет. Как? ― Я стону в свою подушку.

– Ты клюнула на крючок его шарма. ― Она шлепает меня по заднице.

– Этого не случится вновь. Следующий мужчина клюнет на мой крючок.

Симона встает и пересекает комнату, затем прочесывает мой шкаф, пока не останавливается на черном платье, после чего кидает его в меня.

– Это платье для твоего возвращения. Визажист почти здесь, поэтому одевайся, пока я приготовлю твоих новых любимчиков… несколько маргарит.

– Я выберусь из постели ради маргариты, ― говорю я ей, улыбаясь.

– Конечно, черт побери. ― Симона выскакивает за дверь, когда я встаю. Я иду за нижним бельем, но в этом платье будут видны линии трусиков, поэтому я ищу свое утягивающее белье, но каким-то образом я потеряла его во время переезда. Мне пришлось арендовать склад для хранения всех своих крупных вещей, чтобы освободить место в доме Харви, и оставить только то, что мне понадобится в ближайшем времени.

Поэтому я надеваю платье без трусиков и утягивающего белья и надеваю на ноги каблуки. Когда я выхожу из комнаты, Симона открывает дверь визажисту.

Полагаю, мы все-таки пойдем.

Харви пригласил несколько друзей, и Симона поглядывала на него всю ночь. Я наверное переборщила с маргаритами, выпив три штуки, но остановилась, когда передо мной поставили четвертую.

Странно отмечать день рождения без Кайлера. Не то чтобы он много делал для этого, но спустя десять лет пустое место рядом со мной не остается незамеченным.

Единственной моей просьбой сегодня было, чтобы мы не ходили в тот клуб, в который мы ходили в прошлый раз, и чтобы я сама покупала себе выпивку. Вот почему четвертая порция стоит передо мной нетронутая. Дело не в том, что я не хочу выпить, а в том, что я бы предпочла не оказаться в ситуации, подобной той, когда мы в последний раз ходили в клуб.

– Просто подойди к нему, ― говорю я, закатывая глаза.

Симона переводит взгляд на меня.

– Что? ― Она пытается строить из себя дуру.

– Сегодня ты только и делала, что смотрела на моего брата. Пойди и поговори с ним. ― Я взмахиваю рукой в сторону Харви, что заставляет его посмотреть в нашу сторону.

Он вопросительно вскидывает бровь, но я отмахиваюсь от него, покачивая головой.

– Я буду в порядке, сидя здесь. Наблюдать за пьяными людьми весело.

– Ты уверена, что будешь в порядке, если я пойду к нему? Я почувствовала себя плохо, оставив тебя в прошлый раз… ― Она замолкает, и я понимаю, что она чувствует себя неловко, хотя не должна.

Я тянусь к пряди своих волос и начинаю накручивать ее.

– Все в порядке, поверь. Плюс ты не уйдешь в этот раз без меня, так ведь? ― подтверждаю я.

– Нет, сегодня твоя ночь.

– Хорошо. Тогда иди и целуйся с моим братом. ― Я слегка морщусь, и мы обе смеемся. ― И я не желаю ничего слышать об этом.

– Я посижу с ней.

Мы обе оборачиваемся на голос позади нас. Меня охватывает дрожь, когда я смотрю в глаза, которые не видела уже несколько месяцев. Он смотрит на меня своими темно-серыми глазами, и я задаюсь вопросом, не проделывал ли он путь в ад и обратно, потому что его глаза говорят мне, что да.

– Иди. Я буду в порядке, ― говорю я ей вновь.

Симона поднимается и уходит прямиком к моему брату.

Джейк изучает меня, его глаза окаймляют длинные густые ресницы. Серьезно, нечестно, что они у него в таком виде натуральные, в то время как мне приходится довольствоваться накладными. Он не двигается, чтобы сесть, просто стоит у меня за спиной.

– Это место тоже принадлежит тебе? ― спрашиваю я.

– Да, ― отвечает Джейк, не предоставляя мне больше никакой информации.

Я оглядываю клуб, пытаясь избегать зрительного контакта, после чего вновь возвращаю свое внимание к нему. На этот раз я рассматриваю Джейка больше в полный рост. Его туфли черные и сияющие, брюки матово-черные в комплекте с темно-серой рубашкой с закатанными до предплечий рукавами. Его волосы короче, чем в последний раз, когда я его видела. И он смотрит на меня этими глазами, читая то, что я не хочу, чтобы видел кто-то.

Этот мужчина видел меня в мои абсолютно худшие времена.

И он стоит здесь, как кто-то, знающий мои мысли.

– Ты планируешь простоять здесь всю ночь? ― Может, я буду меньше нервничать из-за него, если он сядет рядом? Вообще-то, наверное, нет.

– Прогуляемся? ― Джейк смотрит на мой напиток. ― Раз уж ты выпила только три порции с момента своего прибытия. ― Я выпила еще одну дома перед выходом, но ему не нужно этого знать.

– Ты считаешь мою выпивку? Ты наблюдал за мной все это время? ― раздраженно спрашиваю я.

– Да, с момента твоего появления. Теперь пойдем. Я могу сказать, что ты бы предпочла быть в другом месте. Мой кабинет в задней части здания. ― Я поворачиваюсь туда, где мой брат и Симона, покачивая бедрами и прильнув друг к другу губами, танцуют, не обращая внимания ни на кого, кроме самих себя.

Когда-то мы с Кайлером были такими же.

Я мысленно даю себе пощечину за мысли о нем.

Я переключаю внимание на Джейка, но не пытаюсь встать, однако он уже стоит ближе и протягивает мне руку.

– Считай, это одно из наших свиданий.

– Свиданий? ― спрашиваю я.

– Да, которые ты должна мне. Или ты забыла?

Вроде как да, но я не говорю ему об этом.

Дело не в том, что Джейк незапоминающийся. А в том, что моя жизнь была полным дерьмом, и я все еще пытаюсь в ней разобраться. Никто не говорит тебе, что когда ты уходишь от мужа, весь твой мир изменится и что ты будешь скучать по мелочам вроде его вещей в душе или готовке двух кружек кофе по утрам.

Я смотрю на руку Джейка ― идеальную, сексуальную, ухоженную и сильную, и он ждет, что я приму ее. Потянувшись, я вкладываю свою руку в его и встаю. Джейк не отпускает ее, когда мы начинаем идти, и я не могу сказать, что мне не нравится это ощущение. Хотя он и обладает властной походкой, но ведёт меня Джейк нежно и успокаивающе. Когда мы останавливаемся у бара, он поворачивается и смотрит на меня.

– Хочешь, я сделаю для тебя напиток?

Я не знаю почему, но киваю головой. Джейк подводит меня к концу бара, поднимает откидную часть и проскальзывает в бар. Все бармены предлагают Джейку помощь, но он просто отмахивается от них, когда берет нужный бокал и возвращается туда, где оставил меня. Он ставит это все передо мной: текилу, соль, лайм и ликер, затем начинает готовить, чтобы я могла видеть все, что он делает.

Я знаю, что Джейк делает это не для того, чтобы впечатлить меня. Он делает это, потому что я больше не доверяю никому в вопросе приготовления моей выпивки. У меня ушло три часа, чтобы выпить три заказанные мною маргариты, и я наблюдала за тем, как их делали, и не отводила своего взгляда ни на миг.

Я улыбаюсь Джейку, когда он сосредотачивается на смешивании ингредиентов и посыпает солью бокал.

– Ты хорош в этом.

– Не единственное, в чем я хорош. ― Джейк подмигивает, когда встряхивает шейкер, после чего выливает в бокал и протягивает его мне.

Я поднимаю его, делаю глоток и мне не удается сдержать стон.

– Боже, это великолепно.

– Как и это. ― Прежде чем я успеваю спросить, что Джейк имеет в виду, он выходит из-за бара и вновь тянется к моей руке.

Какой-то парень открывает дверь в заднюю часть здания и впускает нас внутрь.

У него маленький кабинет с одним столом и стульями по обе стороны от него. На стенах не висит ничего, что указывало бы на то, что это чье-то личное пространство. Я изучаю пространство, пока Джейк подходит к группе черных экранов и касается чего-то. Экраны загораются, показывая различные ракурсы камер в клубе.

– Ты обычно наблюдаешь за происходящим отсюда?

– Нет, я уходил, когда увидел, как ты входишь. ― Я таращусь на него.

– Я здесь уже два часа, ― недоверчиво говорю я.

– Я знаю. ― Джейк садится и кивает головой на пустой стул перед ним. ― Насчет нашего свидания.

– Я не думаю, что я готова, ― говорю я ему, мое сердце бьется чуть быстрее.

– Я не прошу тебя выйти замуж, Ориана. Я прошу тебя о чем-то, что ты мне должна, и я всегда взыскиваю долги.

Джейк стучит пальцами по столу, и я сижу, завороженная этим, пока не выплевываю:

– Ты приводишь сюда других женщин?

– Да. ― Он не мешкает.

– И что ты делаешь с ними? ― Я смотрю на свой напиток по какой-то причине.

Правда ли я хочу знать ответ?

– Нет, я не готовлю для них напитки. Обычно они отсасывают мне. ― Я расширяю глаза, и он кладет свои локти на стол, наклоняясь вперед. ― Это тебя тревожит? Кто-то еще, стоящий на коленях передо мной, покачивающий головой, пока сосет мой член, опустошая его своими идеальными губами, отсасывая мне досуха?

Я импульсивно встаю, каблуки упираются в пол, шок пронизывает меня, как пар. Но что-то внутри меня, что-то, что я не могу осмыслить, заставляет меня сесть обратно.

Он усмехается.

– Скажи мне, Ориана. Твой эгоистичный муж когда-нибудь доставлял тебе удовольствие? Тебя когда-нибудь клали на стол и пиршествовали твоей киской?

Мои щеки краснеют при его словах. Я чувствую, как они становятся все ярче и ярче от жара. Тепло моей кожи служит приливом, который я не чувствовала слишком давно.

– Ориана. ― Джейк произносит мое имя, и я вскидываю на него свой взгляд. ― С тобой когда-нибудь это случалось?

Я не знаю, почему мой ответ покидает мои уста, но каким-то образом Джейк его выуживает.

– Нет, ― тихо отвечаю я.

Он откидывается в своем кресле, кивая.

– Он когда-нибудь пробовал тебя на вкус? ― Я вскидываю руку к волосам и начинаю накручивать их на палец.

– Да, ― говорю я ему, и он кивает. ― Но это не его стихия, ― добавляю я, слегка пожимая плечами.

Джейк фыркает.

– Это стихия каждого мужчины. Когда женщина кончает от одного только твоего рта, это приводит в восторг. Когда она выкрикивает твое имя, или лучше того, кричит «боже». Но ты будешь кричать «да, мастер» прямо мне в рот. ― Я скрещиваю ноги при образе, который я представила у себя в голове, благодаря его словам, мой центр покалывает. ― Хочешь, я покажу тебе?