Текст книги "Отпусти кого любишь (СИ)"
Автор книги: Тина Милош
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)
Я ничего не ответила. Долго было бы объяснять, тут не только паузы, но и всего времени до окончания эфира не хватит. Я не старалась разозлить Ваню или что-то сделать ему назло, нет. Я старалась доказать свою правоту. В случае с фантиками – то, что это не помешало работе эфира.
Настроение дурачиться как-то пропало. Ответив Артему что-то вроде: «Пусть сам свои конфеты в следующий раз лопает», я все же покинула эфирную.
– Ну что, подруга? Погудим в Москве? – улыбаясь во все тридцать два, спросил Макс. Так вот откуда ноги растут… Если с Воробьевым договориться было бы возможно, то на пару с Максимом это дохлый номер. Похоже, от очередной встречи с Игорем мне не отвертеться. Представляю, какой скандал закатит Женька, когда узнает об этом. – А что такое?
– Зачем…? – риторический вопрос, на который я не хотела слышать ответ. Уж лучше двадцать четыре часа подряд из рубки не выходить, чем два дня обозревать этот дурацкий матч.
– Затем, Юль, что мне больно смотреть, как ты планомерно гробишь свою жизнь!
Макс был прав, но признаваться в этом я не хотела. Ни ему, ни кому бы то ни было еще. Даже самой себе.
– С чего ты взял? У меня теперь есть муж, и я не одна…
– Да, ты теперь не одна, а скоро у тебя появятся еще и неврозы, психозы, истерии и прочие душевные патологии. Кстати, начало уже положено – твой уровень депрессии зашкаливает!
Проходящий мимо Гринев, ставший случайным свидетелем данного отрывка разговора, саркастически покрутил у виска и тут же получил отбойный фак от Макса со словами «Иди куда шел!»
– Ты ошиблась тогда, в день свадьбы с Игорем, и выбрала не того. И не спорь! – приложил он палец к моим губам. – Ты уже осознала это и знаешь, что я прав. Прав ведь, да? – Максим пытливо всматривался в мои глаза. Не знаю, что он там увидел, но тут же крепко сжал мои плечи, доказывая свою поддержку при любом раскладе.
– Да, я ошиблась, – впервые я произнесла вслух то, что так долго терзало меня изнутри. И когда я стала такой равнодушной к своим прошлым мечтам? – Макс, что мне делать?
– Для начала поехать со мной в Москву, – и всунул мне в руку тот злосчастный приказ о командировке. Дождался, пока я его подпишу, и продолжил: – Ну, а потом довериться мне. Обещаю, я тебя не подведу.
Я замялась, прокручивая в голове различные варианты отступления. Довериться Максу – ничего проще быть не может, не в первый раз как-никак. Я ему верю порой даже больше, чем самой себе. Но никогда еще наша общая работа и наше общее дело не касалось напрямую моей жизни. Не касалось настолько, чтобы изменить то, что изменять-то, по сути, уже поздно… Ведь я предала Игоря, позорно сбежав с нашей свадьбы. Без объяснений причин, без оправданий, хотя какие могут оправдания? Я изменила ему, предпочтя другого – это не обычная ошибка, это нечто гораздо болезненное, нежели обычное предательство. Я отступила от своего обещания, от всех слов, которые говорила Игорю и, как подлый дезертир, сбежала к другому мужчине, в другой город… Какой толк в моем раскаянии, понимании ошибки, в угрызении совести…? Игорь – не Господь Бог, и искупление грехов он мне дать не сможет. Он ясно дал понять, что мы с ним остались только друзьями, и я должна быть рада и этой подачке. Ведь даже ее я не достойна.
Что там Максим придумал? Черт, да что бы он там не придумал, надо его отговорить. Потому что ничего хорошего из его изначально обреченной на провал идеи не выйдет. Мы с Костиком продолжим жить своей жизнью и обязательно будем счастливы. Вдвоем. Знаете, жизнь в иллюзиях не так уж и плоха, если не чувствуешь себя мертвой. А с сыном я жива.
Я забуду Игоря, и, надеюсь, это будет так же просто, как и сбежать из-под венца.
А вот Женя… лимит доверия к нему очень быстро себя исчерпал. К сожалению, у жизнь и вправду специфичное чувство юмора, и некоторые люди не меняются ни с возрастом, ни с обстоятельствами и по-прежнему остаются зависимыми, слабыми и эгоистичными. Наверное, эти с рождения заложенные в характер качества неискоренимы. Изначально я ждала от него каких-то изменений, трансформации из эгоиста и грубияна в нежного и любящего отца и мужа, но так и не дождалась. С каждым днем Женька проявляет все больше агрессии, недоверия, что порой я даже начинаю его бояться. Костик называет его папой, но не верит ему, а дети чувствуют и видят то, о чем порой даже не задумываются взрослые. Мне кажется, что нужно вернуть все на круги своя. Так будет верно. Так будет правильно.
ЧАСТЬ ШЕСТАЯ
Игорь
Матч мы откровенно слили. Несмотря на то, что это была дружеская встреча, ничего особенного, просто хотели обкатать новых игроков. Сухая ничья, хотя могли бы и поднапрячься. Тренер только рукой махнул, видя наш сегодняшний инфантилизм. Тут еще и на руку мне капитанскую повязку повязали, мол, держи, Игорек, заслужил, носи гордо и продолжай радовать своими победами. А я в свой первый матч в качестве капитана даже не пытался гол забить, так, пасы передавал направо и налево, иногда даже чужим игрокам. Впервые за всю историю своей карьеры, и после финального свистка я просто свалился на поле, как куча мусора, и обессиленно спрятал лицо в газонную траву. Ощущение было, будто меня трамвай переехал, и остатки моего уставшего тела растащили по рельсовым путям бездомные собаки. Отпуск, мне срочно нужен отпуск – куда-нибудь к морю-океану, чтобы лежать вот так же, как и сейчас, но на горячем белом песке под палящим солнцем.
Стыдно перед фанатами не было – их сегодня полтора человека на трибунах сидело, и то по большей части родственники и друзья игроков. Матч-то и не анонсировали нигде толком, будто пацаны с соседних улиц мяч попинать собрались после работы.
Почувствовал слабый толчок по плечу и, подняв голову, увидел рядом с собой Максима. Да, кажется, его так зовут. Юлькин лучший друг с радио. Последний раз я его видел, когда тот с заиканием сообщил мне о побеге своей подруги. И о том, что свадьбы не будет. Этот Максим для меня недобрый вестник, последний человек, с кем я хотел бы еще раз увидеться и о чем-то говорить. А говорить придется – вон, сидит, ждет от меня чего-то.
– Если ты за интервью, то завтра будет пресс-конференция. А сейчас оставь меня в покое!
– Интервью Юлька будет брать.
– Повторяю: все вопросы завтра на конференции.
Я не хотел о ней слышать. Не хотел о ней думать, не хотел вспоминать, скучать… И все равно и думаю, и вспоминаю, и тоскую. Каждый день. Даже сменяющиеся одна за другой любовницы не дают мне и толики того, что я чувствовал рядом с Юлей. Тепло, нежность, уют и чрезмерное спокойствие. Лишившись всего этого, я понял, что чувствовал когда-то Сашка после ломки. Забыть и выкинуть ее из головы не получалось, особенно когда этот Максим давил на больной мозоль:
– Завтра на конференции спортивные журналисты ей слово вставить не дадут, а нам нужно интервью с капитаном. Оплата строго по регламенту, так что можешь быть спокоен.
Какая, к черту, оплата? Я сам сколько угодно готов заплатить, лишь бы никогда не слышать об этой женщине и не видеть ее! А вместо этого:
– В «Потому чте» сегодня вечером. Я туда заскочу на полчаса.
Сказал таким тоном, будто одолжение сделал, а сам уже начал мысленно считать минуты до встречи. Какой же я идиот… Она там с мужем каждую ночь постель делит, а я бежать к ней готов по первому зову. Придурок, однозначно.
Однако же я обо всем забыл, едва увидел за столиком знакомую маленькую фигурку со светлыми, разметавшимися по оголенным плечам волосами. В руках Юля сжимала бокал с коктейлем и почти не двигалась, все внимание обратив на сцену. Я прислушался – ведущим вечера был ее вечный коллега. Я и забыл, что они с ним приглашенные резиденты этого клуба. Значит, в роли интервьюера сегодня сама Юля, и никто рядом маячить не будет. Вот только я понятия не имею, хорошо это или плохо.
– Привет, Игорек, – я хотел еще пару минут незаметно понаблюдать за Юлей, но всеобщее внимание ко мне привлекла знакомая журналистка. – Как поживаешь?
Пока я вспоминал, как ее зовут, обернулась Юля и в упор посмотрела на меня. Так посмотрела, будто до сердца взглядом своим жгучим прожгла. Твою мать, когда меня перестанет шатать от этой женщины? Но появление рядом со мной особы женского пола в розовом платье, имя которой я так и не вспомнил, было как нельзя кстати. Старательно делая вид, что не замечаю Юлю, я обнял девушку и сильно впечатал в свое тело.
– Я тоже по тебе соскучилась! – игриво потерлась об меня журналистка. – Может, поедем ко мне?
– Поедем, обязательно поедем, – пообещал я громко, чтобы как минимум ползала услышало, и обернулся: – Вот только встречусь кое с кем.
На Юлю было жалко смотреть. Она сидела, как побитая собачонка, в этом огромном кресле, и прятала глаза. Неужели я задел ее чувства этой актерской импровизацией? Неужели ей больно? У меня будто крылья за спиной выросли. Больно…? Отлично! Значит, мизансцена с удачно подвернувшейся журналисткой была совсем не зря. Вот только чувство превосходства как-то быстро снизилось до нуля, и мне захотелось прижать Юлю, обнять ее, успокоить… Твою мать, о чем я думаю? Кто меня успокаивал, а? Мама с братом? Нахрен все чувства, пусть знает, каково это – быть нелюбимой.
– Привет, – стараясь не выдать истинных чувств и продолжая играть роль окрыленного новыми чувствами Ромео, я приземлился на диванчик. Юля стушевалась от моего голоса и натянуто улыбнулась в ответ.
– Ну что, начнем интервью? Только быстрее, меня ждут, – и я кивнул в сторону розового платья.
– Да, конечно… – Юля полезла в сумку и достала диктофон. – Игорь, скажи, какие впечатления остались у тебя после сегодняшнего матча?
Я открыл было рот, но нас грубо и непрофессионально прервал неожиданно нарисовавшийся у нашего столика владелец клуба. Хороший, кстати, мужик, он нам новую форму проспонсировал.
– Если у вас важные дела, то могу предоставить в ваше распоряжение собственный кабинет, – панибратски предложил бизнесмен и, не успев дать нам вставить хоть слово, протянул ключи. – На верхнем этаже последняя дверь направо. Там вам точно никто мешать не будет!
Нам и сейчас никто бы не помешал, но действительно – какое может быть серьезное интервью под шумную музыку и танцующую прямо рядом со столиком толпу? Переглянувшись с Юлей, я заграбастал ключи и кивнул в сторону лестницы.
Понимая, что работа прежде всего и не желая срывать ей задание, я ответил на парочку вопросов, а потом все же решил спросить сам:
– Как семейная жизнь?
Мне показалась, или Юля испуганно дернулась?
– Хорошо, – услышал тихий голос. – Я рада, что и у тебя тоже все хорошо.
Я пропустил последнее предложение мимо ушей – оно не в тему и совсем неискренне.
– Не жалеешь?
– Нельзя жалеть. Тем более что мы все равно остались друзьями.
Мне захотелось выть от этого слова, хотя я сам предложил перевести наше общение в статус дружбы. Как же все сложно…
Я остановился взглядом на мини-баре. Что там владелец клуба сказал? Кабинет полностью к нашим услугам? Отлично, мне это нравится!
Налил немного виски себе и, немного подумав, предложил Юле. Раньше она почти не пила, но сейчас, к моему удивлению, полстакана выпила залпом. Да, она определенно изменилась, и определенно не в лучшую сторону.
– Прости меня, – прочел я по ее губам. – Я так виновата перед тобой.
И вот это побитое жизнью и выстраданное «прости меня» окончательно сорвало все планки. Я силой притянул Юлю к себе и впился в мягкие и желанные губы, вкус которых так и не смог забыть. Почувствовал легкие трепетания, будто вырваться хотела, и еще сильнее прижал к себе, давая прочувствовать всю степень своего возбуждения.
Ненавижу ее, ненавижу…! Кажется, об этом я шептал Юле, когда скинул со стола кипу бумаг и посадил на него желанное женское тело. Об этом я говорил, когда стаскивал с нее мешающую и такую тесную одежду. И об этом я закричал, когда, наконец, каждой клеточкой ее овладел, когда она дугой выгнулась, подставляя всю себя моим ласкам, и когда в голове фейерверком пронеслась острая, колючая, словно ядовитый шип, мысль: «Все равно я тебя люблю…»
Женя
Я безошибочно догадывался, где ОНА и С КЕМ. Сказала, что в командировку якобы свалила с тем радийщиком с цветными волосами. Интересно, она с ним тоже спит, как и с футболистом? Шлюха – такая же, какой и раньше была. А ведь я почти поверил в то, что она меня любит и хочет быть со мной. Не хочет, ведь за все то время нашей не совсем счастливой семейной жизни Юля ни разу не попыталась стать для меня примерной женой. Каждый день спорила со мной, пыталась унизить, доказывая свое превосходство… Ей был нужен раб на галерах, чтобы руки целовал и массаж пяток делал, так что даже о равноправии с ней говорить не имело смысла. «Женя, ты сам захотел быть с нами, поэтому привыкай к нашим правилам…» К каким таким правилам я должен привыкнуть? Что она вещи грязные целую неделю в корзине для белья хранит? Или чашку с остатками кофе постоянно оставляет возле постели? Или, того хуже, цветы на подоконнике забывает поливать? Если она за цветами забывает ухаживать, то что уже говорить о сыне…?
Мама была права в этом, а я позволил себе усомниться и оказался идиотом. Все-таки мама по-прежнему остается в моей жизни единственным человеком, которому я могу доверять. Ну, и тесту ДНК, который я сделал втайне от Юльки, потому что – мало ли…? Вдруг между мной и этим мальчиком просто внешняя схожесть? Но нет, Костик – мой сын. А его мать, к моего глубокому сожалению – лживая изменщица, не имеющая и капли совести. Хотя на что еще нужно было рассчитывать, если она с собственной свадьбы сбежала, чтобы со мной быть? Что на том ее метания по мужикам закончатся? Нет, баба, если на передок слабая, то будет бегать бесконечно. Это моя мать столько лет с отцом прожила, прежде чем развестись спустя тридцать лет брака.
Юля не такая, как она, совсем не такая. Увы. Чего ей не хватало…?
– Привози мальчика ко мне, – предложила мама. – Эта шалава все равно не сможет обеспечить ему должного воспитания!
И я согласился практически без раздумий. Оно и лучше – нечего сыну мамкиных мужиков считать!
– Жень, я вечером уже буду дома, скажи Костику, что я везу для него тот вертолет на радиоуправлении, который он просил!
– Да, хорошо, – чересчур покорно согласился я, пакуя в чемодан вещи ребенка. Не глядя забрасывал туда вещи на первое время. А позже мы с мамой обеспечим его всем необходимым, в том числе и должным воспитанием и развитием.
Когда Юлька сегодня вечером переступит порог – мы уже будем далеко от Питера!
– У вас все в порядке? – насторожилась Юля на том конце провода. – Что-то случилось?
– Нет! – я держался до последнего. Еще пару подобных вопросов этим обманчиво взволнованным голосом – и на Юлю обрушится вся моя ненависть, вся неприятная правда относительно ее морального облика! Но нет, пока нельзя, ведь, почуяв неладное, она может позвонить своим соседям. А те у нее бдительные, мигом начнут разбираться что к чему.
– Костик, пойдем со мной, – позвал я ребенка.
– Не хочу, – мигом насупился мальчик. Какой же он вредный! Ну ничего, мама эту Юлькину блажь из его маленькой головки скоро выбьет…!
– К маме поедем, – пошел я на обман, не желая сейчас выяснять отношения с сыном. Я ему объясню все потом, когда привезу его к себе домой. – Она нас уже ждет.
Сын тут же подскочил и начал одеваться, даже поторапливать не пришлось. И через несколько минут мы уже садились в такси до аэропорта.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
Едва только я переступила порог квартиры, то спинным мозгом почувствовала, что что-то не так. На меня вдруг обрушилась глухая тишина, заставившая задрожать от неосознанного страха каждую клеточку моего тела. В голове одно за одним начали проносится предположения, как то: ушли за хлебом, вышли на детскую площадку, решили встретить меня на вокзале, и мы разминулись… Что угодно, лишь бы не самые страшные мои опасения.
Я прошла в комнату Костика и открыла шкаф. На вешалке одиноко висели пару футболок, и все. Ни единого признака присутствия в квартире сына или его отца.
Осознание произошедшего гранитным камнем обрушилось на меня и придавило к земле гранитной плитой. Все внутренности будто свернуло в тугой морской узел, и боль от случившегося мгновенно переросла в физическую. В горле появились спазмы, мешающие нормально дышать. Сердце противно защемило. В голове зазвенело. Я схватилась за живот, хватая губами воздух, и, словно заклинание, шептала самое родное имя в жизни: «Костик… Костик…»
Женя украл у меня сына. Другого объяснения быть не может.
Могла ли я догадываться, что это произойдет? Могла, но гнала от себя подобные мысли, свято веря в благоразумие и понимание с Женькиной стороны. Ведь мы с ним оба полноправные родители, имеющие одинаковые позиции и права на нашего общего ребенка. И пусть после случившегося в клубе между мной и Игорем я начала планировать развод с Женей, все же надеялась на мирный исход. Увы, видимо, я ошибалась, и у моего мужа совсем другие планы.
Меня охватили паника и дикий, животный страх за собственного ребенка. Я верну Костика домой во что бы то ни стало! Но телефон Жени был недоступен, а номер его полоумной мамаши, которая однозначно приложила к этому руку, я не знала. Все, что смогла – это медленно опуститься на пол, стараясь собраться с силами и привести в порядок мысли. Спустя недолгое время судорожных метаний я смогла взять себя в руки и более-менее хладнокровно размышлять о своих дальнейших действиях.
Первым делом начала звонить его знакомым, каким-то коллегам по музыкальной сцене – всем, кто мог подсказать местонахождение моего мужа, но ответы все были однозначны: Женька уехал домой и не обещал вернуться. На мои расспросы о концертах и гастролях с группой, в которой он играет, мне честно признались, что музыкант он посредственный, гитарные струны перебирает лениво и не по нотам, а потому о его уходе никто особо не сожалел. Наоборот, возникло вакантное место для более талантливого гитариста.
– Да и человек он, мягко говоря, ненадежный, – подвел итог директор той группы, в которой Женька числился: – Сам себе на уме, а в коллективе так нельзя…
Я дослушала слова директора и обессиленно выключила мобильник. Надо же, от Жени мне известна другая точка зрения о том, что он как самый талантливый и трудолюбивый, тянет группу за собой и что без него якобы эта группа бы уже развалилась. Оказывается, все с точностью наоборот… Интересно, зачем эта ложь и выставление себя в другом свете? Неужели Женя думал, что, узнав о его непрофессионализме и посредственности, я уйду от него? Водил меня за нос в надежде, что я буду восхищаться его талантом? Какой же он идиот… женщина никто не станет оставаться с мужчиной, если его не любит. А профессия, должность и прочие дарования не имеют ни малейшего значения, будь он хоть дворником без имени и племени. Самое главное – это любовь. И Женя своим отношением ко мне и сыну на корню убил эту любовь, растоптал и уничтожил!
В памяти всплыла картинка двухгодичной давности, когда Костик потерялся. В квартире. Все закричали, забегали, начали отодвигать столы, стулья, диваны, открывать шкафы – нигде нет. Кто-то выбежал на улицу. Я едва с ума не сошла. Костю нашел Петя. Он просто стал в центре квартиры громко сказал «Ку-ку». И откуда-то издалека, из глубины шкафа, послышалось ответное «ку».
– Петь…? – набрала я номер единственного человека, который может помочь в этой ситуации. – Мне нужна твоя помощь…
– Что-то случилось? – насторожился мужчина, своим профессиональным чутьем понимая, что да, случилось, и нечто серьезное, выходящее за всевозможные грани.
– Да. У меня похитили сына…
И уже через несколько часов сосед скинул мне смс-ку с адресом и телефоном Женькиной матери, а еще предложил мне в помощь пару своих бойцов.
– Это не шутки, Юль, – предупредил меня следователь. – За похищение малолетнего твой Женя в тюрьму может загреметь…
– Но он же отец… – к своему удивлению, я и тут пыталась его оправдать. Господи, после этого отвратительного поступка он не достоин не только оправданий, но и вовсе каких-либо положительных характеристик! От меня так уж точно! Увижу – глаза выцарапаю!
– Юль, дай согласие, и мы его прижмем как следует.
– Нет! – мой вскрик, кажется, произвел на Петю неоднозначное впечатление. – Я сначала сама попробую с ним поговорить, а если ничего не выйдет, то можешь подключаться.
Петр понимающе кивнул, но все равно посоветовал одной туда не ехать. Мало ли, еще и мне защита потребуется… Я тут же отрицательно закивала головой, давая понять, что не верю в то, что Женька поднимет на меня руку, но тут же осеклась. После того как он украл у меня Костика, я уже ни во что не верю, а в благоразумие мужа тем более.
Но от предложения Пети я все же отказалась, вместо этого позвонив Игорю. Кажется, сейчас мне понадобится та же помощь, как и в тот раз, когда он сам искал своего брата. Как же похожи эти ситуации, почти как зеркальное отражение, и правильным было бы оставить Игоря в покое и не навязывать ему свои проблемы, но мне нужна его поддержка. Ни Максим, ни Петя, никто другой не смог бы сейчас успокоить меня и дать уверенность в лучшем исходе произошедшего.
Долго просить мне не пришлось – Игорь сам предложил свою помощь, едва услышав о том, что сделал Женька.
– Все будет хорошо, – пообещал он мне, едва мы сели в самолет, и крепко сжал мою руку, подтверждая свои слова. У меня же в груди нарастала паника, и вот это «все будет хорошо» подействовало словно спусковой механизм – я зарыдала. Ледяные щупальца страха все сильнее сковывали мое тело, еще немного – и я начну вопить, орать от своего легкомыслия, что так запросто поверила Жене и впустила его в свою жизнь, доверила ему своего ребенка! Пока я занималась любовью с Игорем, Женька украл у меня сына. Сволочь! Как он мог…! А как я могла…? О чем я вообще думала, когда взяла Костика за руку и сделала шаг в сторону того вокзала? Знала ведь, помнила, какую боль причин мне пять лет назад этот человек, и все равно на те же грабли…
Года два с половиной назад, во время моего дня рождения, Костик потерялся. В квартире. Все закричали, забегали, начали отодвигать столы, стулья, диваны, открывать шкафы – нигде нет. Кто-то выбежал на улицу. Я едва с ума не сошла. Ребенка нашел наш сосед Петя. Он просто вышел на середину комнаты и громко сказал: «Ку-ку». И откуда-то издалека, из глубины шкафа, послышалось ответное «ку».
Где мой сынок? С кем он сейчас? Все ли с ним в порядке? Мысли о Костике не давали мне покоя…
– Игорь, что делать? – захлебывалась я слезами.
Вместо ответа он положил мою голову к себе на плечо и принялся успокаивать, словно маленького ребенка, мягко перебирая между пальцами мои волосы и между словами успокоения мягко целуя в макушку. Мне было все равно, что на мои громкие всхлипы обернулось полсамолета, да и на то, что будет дальше между мной и Игорем, мне было наплевать. Лишь бы с Костиком все в порядке было. Я готова все отдать, от всего отказаться, лишь бы вновь увидеть сына.
Первым делом мы поехали по адресу Ольги Владимировны. Я нутром чувствовала, что Костик у нее. Самому Женьке сын как таковой не нужен – инфантильный и эгоистичный мужчина априори не способен быть отцом. А вот его мать с ее простирающимися далеко за пределы возможных границ браздами правления наверняка решила и внука воспитать на свой манер. Только через мой хладный труп!
– Кто там? – услышала я за дверью знакомый голос, прозвучавший вдруг до неприятного мерзко. Мне даже стало стыдно перед Игорем за то, что имею к этому голосу какое-то отношение.
Игорь остановил мой крик и зашел с другой стороны:
– Сантехник, вы соседей снизу затапливаете!
– Никого я не затапливаю, у нас все выключено, – мне показалось, или Ольга Владимировна была слегка напугана? Отлично, будем бить по живому! Потому что ее страхам далеко до моих… совсем далеко! И в этот раз Игорь не успел закрыть мне рот!
– Где мой сын?
– Вернулась, шалава? – если я к подобному обращению была морально подготовлена, то для моего спутника слова незнакомой женщины были в удивление. Как и то, что я ее надуманное прозвище, уже ставшее клише во языцех, пропустила мимо ушей. К черту, я уже привыкла и не считаю это за серьезное оскорбление. На полоумных обижаться бессмысленно.
– Верните мне сына!
– Нет у нас никого! Не там ищешь! – продолжала стоять на своем Ольга Владимировна.
– Учтите, если вы не откроете сейчас же эту чертову дверь, то я вызову полицию, ОМОН, прокуратуру, всех на свете, и все равно заберу Костика!
– Вызывай, – по слогам пропищали за дверью. – Я им тоже про тебя много интересного расскажу! Про твои похождения и про то, чем ты на жизнь зарабатываешь! Проститутка!
Я глубоко выдохнула и прижалась лбом к двери.
– Вы можете считать меня кем хотите, но верните мне моего сына!
– Мальчику нужна нормальная семья, а не мать-шалава! У тебя настолько совесть отсутствует, что ты даже сюда притащилась с чужим мужиком!
Господи, что я сделала этой женщине, что она так отчаянно меня обвиняет в том, что я не совершала? Почему она даже после стольких лет считает, что я изменяла Жене? Для чего вообще устраивать весь этот цирк, когда правда всем известна, когда Женька признал сына, самостоятельно сделал выбор в мою пользу… От всей этой санта-барбары меня начало лихорадить.
– Вы…? – на нижнем пролете стоял тот, о котором я сейчас отчаянно думала, призывая на помощь всех Богов вселенной. – Что вы здесь забыли?
– Где мой сын? – я уже было хотела накинуться на Женьку, но Игорь меня опередил. Резким движением дернул на себя, заставляя оставаться на месте.
– Верни мальчика по-хорошему, – спокойно попросил спортсмен, сжимая ладони в кулаки. У меня даже мурашки по коже побежали – настолько он был спокоен. Видимо, Женя тоже был впечатлен обманчиво мирным было настроение Игоря.
– А то что? – прервал мой муж внезапное молчание. – Снова меня ударишь?
Игорь потянул голову влево-вправо, словно разминаясь, и спустился на несколько ступеней ниже.
– Видимо, в прошлый раз до тебя плохо дошло, так что да – придется повторить, – тихо, с непонятным удовольствием ответил он, растягивая слова.
– Надо было на тебя заяву написать тогда, – попытался припугнуть его Женька, но его слова не оказали ровным счетом никакого эффекта. – Ну ничего, в этот раз точно напишу…
Мужчина дернулся, видимо, пытаясь сбежать вниз, но не успел. Игорь схватил его за воротник и прижал к стенке, намеренно приподняв от пола, заставляя стать на цыпочки.
– Где Костик? – повторил он свой вопрос.
– Отпусти меня! – вскричал Женька, стараясь удержать равновесие. – Иначе пожалеешь!
Мужчины сцепились на лестничном пролете, и я испугалась, как бы кто-нибудь из них не покатился вниз. Ступеньки здесь скользкие, крутые, и в случае падения одними ушибами точно не отделаться.
– Женя! Отдам нам Костика, и мы уедем! – неистово кричала я, не решаясь, с какой стороны вступиться в драку. В конце концов Женя оказался зажат между ног Игоря и не в силах пошевелиться. Его попытки сбросить с себя футболиста ни к чему не приводили – не та весовая категория.
На шум выглянули соседи, и из двери вновь послышался неприятный голос:
– Помогите! Убивают!
– Никого не убивают, – успокоила я бдительных соседей. – У меня сына украли.
– Мальчика? – понимающе закивала премилая женщина с поварешкой в руке. – Да, он здесь живет, у этой… – видимо, Ольга Владимировна настолько всех достала своим склочным характером, что даже у соседей порой терпения не хватает.
– Костик! – я снова кинулась на амбразуру. – Родной мой, я сейчас тебя заберу… Откройте мне сейчас же! Иначе я выломаю эту дверь к чертовой матери!
Мои угрозы подействовали, и в двери наконец-то повернулся замок. Я оттолкнула стоящую в коридоре Ольгу Владимировну, совершенно не обращая внимания на то, что она на две головы ниже меня, и побежала вглубь квартиры, выкрикивая родное имя.
– Совсем обнаглела, – не сдавалась Женькина мать. – В чужой дом врываешься, не даешь с внуком немного времени провести!
Наконец я увидела Костика. Он лежал, свернувшись в клубок, на старом диване. Глазки были заплаканными и огромными от ужаса.
– Мама! – кинулся он на меня. – Мамочка!
Его рев бил по ушам громче работающих турбин.
– Малыш, я с тобой, мой маленький, теперь все будет хорошо, – повторила я слова Игоря, сказанные в самолете.
– Папа меня забрал, не пускал к тебе! А эта тетя сказала, что ты меня бросила…!
– Мой мальчик, я никогда тебя больше не отпущу, – я подхватила Костика на руки и направилась в сторону двери. На пороге остановилась и прошипела в лицо Ольге Владимировне, так, чтобы у нее и тени сомнений не возникло в моих словах: – Еще раз вы или ваш сын подойдете к моему сыну – разорву обоих!
Игорь по-прежнему продолжал удерживать Женьку, прижимая коленями к полу.
– Все в порядке? – взволнованно спросил он.
– Да, – кивнула я, продолжая успокаивать своего малыша. – Теперь можем ехать…
Я была благодарна Игорю, и эта благодарность не имела границ. Неужели все закончилось? Костик здесь, со мной, в безопасности, и теперь нечего бояться.
– Дядя Игорь, ты – мой герой, – признался уже в самолете Костик, и мой слух прорезал отчетливый звук «р» в речи ребенка. Видимо, это последствия стресса.
Мужчина улыбнулся и игриво потрепал своего маленького фаната по волосам.
– Мама твоя тоже так считает?
Теперь уже эти двое смотрели на меня в ожидании ответа. У меня сердце замерло, прежде чем я честно призналась:
– Да, я тоже так считаю…
И про себя заметила, что все это время, пока Игорь был рядом – меня слегка нервировала его близость. Я прекрасно понимала, с чем это связано, но парень больше не предпринимал попыток быть со мной, и от этого я терялась еще больше. Однако же втайне надеялась, что та ночь в кабинете директора клуба окажется для нас не просто случайным сексом, а возвратным билетом в новую, счастливую жизнь.
