Текст книги "Защитник Иветт (ЛП)"

Автор книги: Тина Фолсом

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25

Хевен вздохнул и посмотрел на Самсона, сделав два шага к нему, прежде чем Зейн перегородил ему путь.

Лысый вампир сверкнул клыками. Краем уха Хевен услышал, как Кимберли ахнула, и почувствовал движение Уэсли в его сторону. Но не мог оторвать взгляд от враждебного вампира.

– Уйди с дороги, твою мать!

– Зейн! – предостерег Самсон.

Прежде чем Зейн расправил плечи и выполнил приказ босса, прошло несколько напряженных секунд.

– Простите моего помощника, но он испытывает отвращение к ведьмам, – объяснил Самсон.

Великолепно! И если Иветт считает так же, что он и его брат и сестра ведьмы, то в ближайшем будущем это не сулит им ничего хорошего. Хевен бросил беглый взгляд на сестру и заметил, что беременная Далила, тепло улыбаясь, похлопала Кимберли по руке, чтобы ее успокоить.

Собравшаяся группа выглядела разношерстой. С одной стороны, Амор и Далила были любезны с ними, с другой, Зейн показывал открытую враждебность, а Самсон удерживал их в плену.

По какую сторону находились оставшиеся вампиры, он еще не решил. И как во все это вписывалась Франсин... он совершенно не понимал.

– Мне нужно знать, чего вы от нас хотите, – потребовал Хевен, взглянув на Самсона с вызовом, в то же время широко расставив ноги.

Но в глубине души он знал, что бороться с ними было бы чистым самоубийством. Не мог рисковать жизнями брата и сестры. Он прыгал из огня да в полымя.

Самсон задумчиво кивнул.

– И ты имеешь на это право. Позволь заверить тебя, что мы не намерены причинять тебе вред, но нам нужно защитить себя, а, пробудив Силу Трех, вы нарушите баланс сил в нашем мире. Мы не можем этого допустить.

– Нет, нет, минуточку. – Хевен поднял руки. – Я все еще не понимаю, что ты имеешь в виду. Как я говорил Иветт ранее, у нас нет магии. Мы, может быть, и пахнем как ведьмы, но у нас нет сил.

– Пока что, – Франсин поднялась со своего места.

Хевен разочарованно фыркнул.

– И что это все, блин, значит? – Он уставился на Франсин. – Как на счет того, чтобы поделиться информацией и прекратить темнить.

Франсин и Самсон переглянулись. Через несколько секунд, он кивнул.

– Вперед! Если мы хотим их сотрудничества, нам следует все рассказать.

– Хевен, мне кажется, ты захочешь присесть. Уэсли, ты тоже. Это длинная история.

Хевен взглянул на брата, который пожал плечами и направился к дивану. Кимберли подвинулась, чтобы он мог сесть рядом. Он поцеловал ее в лоб.

– Ты в порядке?

Кимберли кивнула.

– Они нас не обидят.

Жаль, что Хевен, не мог быть также уверен, как и его сестренка, а враждебность, исходящая от Зейна, была все еще ощутима. И в случае чего, лысый вампир убьет его в мгновение ока.

– Мне и так хорошо, – Хевен взглянул на ведьму, показывая, что предпочтет постоять.

– Ладно. Как ты знаешь, я была знакома с твоей матерью, Дженнифер. Мы были близкими подругами, но разошлись во взглядах, когда проявились наши силы. Её силы были незначительными: несколько заклинаний, кое-какие зелья, но она не контролировала ни одну из стихий. Только могущественные ведьмы это умеют. Она хотела большего. И знала, как этого добиться. – На мгновение Франсин прикрыла глаза, как будто воспоминания все еще причиняли боль. – Она выбрала вашего отца, не потому что любила его, а потому что в его жилах текла королевская кровь.

Хевен ловил каждое слово. Он никогда не слышал, что его отец был аристократом. Не то чтобы он пытался что-либо узнать про него помимо уже известно факта: отец бросил их до рождения Кэти. Просто встал и ушел, словно никогда их не любил. Хевен сжал кулаки от нахлынувших воспоминаний. Ненависть к отцу никогда не угасала.

– Не тех королей, про которых вы могли подумать. Он не из европейской аристократии, а потомок одной из первых ведьм.

– Наш отец тоже был ведьмаком? – выпалил Уэсли.

Франсин покачала головой.

– Нет. Его бабушка отказалась от своей силы, так что ее потомки ведьмами не будут.

– Как можно просто взять и отказаться от свой силы? – спросила Кимберли с широко раскрытыми глазами.

– Это не так просто, но существует ритуал, с помощью которого можно изъять силы и поместить их в другой сосуд. Она так и сделала. Но род на этом не оборвался. В венах твоего отца текла королевская кровь, это и нужно было твоей матери.

Кимберли вздохнула.

– Существует пророчество. Трое детей обычной ведьмы, неспособной управлять стихиями, получат Силу Трёх, если в их жилах будет течь королевская кровь. Нет ничего мощнее Силы Трёх. Нет более сильной магии. И нет ничего более манящего и соблазнительного, чем такая сила. Немногие могли устоять. Дженнифер хотела воплотить это пророчество и старалась изо всех сил. Родив Кети, она получила третьего необходимого ребёнка.

Хевен сглотнул.

– Она и отец часто ссорились, прежде чем родилась Кети.

– Твой отец не хотел третьего ребёнка. Он узнал, что она задумала, и пытался её остановить. Но Дженнифер уже была беременна и отказывалась делать аборт.

Кимберли тихо всхлипнула. Хевен посмотрел на неё в тот момент, когда Уэсли обнял и прижал сестру к себе.

– Кети... Кимберли, мы всегда тебя любили, – прошептал он.

Хевен обрадовался, что Уэсли её успокаивал. Узнать, что отец не хотел твоего рождения, очень больно. Даже больнее, чем понимать, что отец не любил тебя и ушёл. Его сердце разрывалось за нее.

– Мне жаль, Кети, но это горькая правда. Твой отец не хотел дать пророчеству сбыться. Но не смог. Дженнифер была сильнее. Потом же ей просто оставалось ждать, когда тебе стукнет двадцать один...

– Но мне уже двадцать два. Почему мы не получили силы? – спросила Кимберли.

– Каждая ведьма обладает магией с рождения. До совершеннолетия она скрыта. Но твоя мать лишили тебя обычной магии при рождении, чтобы она не вмешивались в её планы.

– И какие планы? – спросил Хевен, которому не нравился рассказ Франсин. Она представляла мать не в лучшем свете, а он не хотел марать воспоминания о ней.

– Когда бы Кети достаточно выросла, Дженнифер исполнила бы ритуал, чтобы воспользоваться Силой Трёх.

– Бред, – вмешался Уэсли. – Ты же сказала, что она лишила нас магии при рождении.

– Да, но силы все еще текла в вашей крови, королевской крови. А этого ей было достаточно.

– Тогда зачем забирать магию? – спросил Хевен, абсолютно запутавшись.

– Она не хотела, чтобы вы с ней сражались.

– Ради чего? – Он бы никогда не пошёл против матери. Чёрт, он сражался за её спасение... и проиграл.

– После ритуала вы бы умерли. После того, как у вас забрали бы Силу Трёх, жизненной силы в вас бы не осталось. Дженнифер хотела Силу Трёх для себя. Таков её план: стать самой могущественной ведьмой за всё существование.

Уэсли вскочил с дивана в тот же момент, когда Хевен шагнул к Франсин.

– Ты лжёшь! Признай это! Мама никогда бы не навредила нам.

– Чёртова ведьма! Ты не подруга мамы! – закричал Уэсли.

– Успокойтесь, – приказал Самсон.

Хевен посмотрел на него. Как кто-то мог верить в такую херь?

– Боюсь, Франсин говорит нам правду. Всё указывает на это: когда Иветт впервые тебя встретила, магии она не учуяла; аромат магии напитал тебя, когда вы втроём встретились; многие ведьмы захотели того же, что и твоя мать. В этом есть смысл.

Хевен помотал головой, отказываясь в это верить.

– Тогда зачем воспитывать нас вместе, раз вместе мы колдуны? Наша похитительница не волновалась, что с нашей силой мы её одолеем?

– Нет, – ответила Франсин. – Потому что без проведения ритуала у вас нет сил. Да, аромат магии исходит от вас, когда вы вместе, потому что, наконец, единство было восстановлено, но до получения сил нужен ещё один шаг.

Но кое-что всё еще не вписывалось в картину.

– Ведьма пытала нас, пытаясь найти наши силы. Зачем ей это, если она знала, что у нас их нет?

– Меры предосторожности. Проверка. Ради её безопасности во время ритуала. Ей нужно было убедиться, что у вас не сил, иначе вы бы дали ей отпор и не дали забрать силы. А если это случилось бы во время ритуала, вы бы её уничтожили.

Шокированный Хевен прислонился к стене, чтобы не рухнуть. Это правда? Такое возможно?

– Она спрашивала про источник моей силы. О чём она говорила?

– О способе найти и принять силы.

– Не понимаю.

– Силы, которых лишила тебя мать. Она перенесла их в другой сосуд, и, если у тебя есть от него ключ, ты мог бы их вернуть. Она хотела знать, есть ли у тебя ключ.

В груди разлилось разочарование.

– Можно говорить понятнее?

Франсин вздохнула.

– Не знаю, как проще это объяснить, но если бы ты знал, на чём сосредоточиться, чтобы призвать силы, то мог бы их вернуть.Ты тогда был ребенком. Сомневаюсь, что ты даже осознавал, что именно это стало ключом. Ты был слишком юн, и даже если твоя мать это знала, то вряд ли бы сказала.

Франсин резко накрыла рот ладонью, словно что-то вспомнила.

– Хотя... – Она уставилась на Хевена.

– Чтобы убедиться, что в экстренном или непредвиденном случае ты можешь себя защитить, она могла дать тебе подсказку.

Хевен напряг память, но не представлял с чего начать искать. В голове заново проигрывались все разговоры с матерью, вытягивая самые глубокие воспоминания. Но это было бесполезно. Ключа не было.

– Чего Бесс ждала? Почему не провела ритуал, когда схватила нас? – спросил Хевен, пытаясь уложить в голове все новости.

– Ей пришлось ждать следующего полнолуния.

– Ты понимаешь, почему мы не можем вас отпустить? – спросил Самсон, взгляд которого стал ещё серьёзнее.

– Если ведьма вновь вас пленит, то проведёт ритуал и овладеет Силой Трёх. – Он посмотрел вокруг и указал на своих друзей и коллег.

– Тогда мы все будем в опасности. Ни одно существо не должно обладать такой силой. Она нас уничтожит.

Хевен оттолкнулся от стены, посмотрев сначала на Самсона, затем на остальных.

– Означает ли это, что ты нас убьёшь?

– Умрёт только ведьма! – раздался сзади женский голос, удивив и восхитив Хевена.

Глава 26

Войдя в гостиную, Иветт захлопнула за собой дверь эффектным жестом, поскольку комнату не помешало бы проветрить. Здесь явно много тестостерона витало в воздухе.

Увидев Хевена, Иветт почувствовала облегчение, но не показала этого. Коллеги уже одарили ее злорадными взглядами, когда она закричала, думая, что Зейн убил Хевена.

Но когда Франсин подошла и объяснила, что ее зелье создано для выведения из строя ведьм как минимум на двенадцать часов, ее слезы иссякли.

"Как унизительно, тьфу!" Показывать такую слабость перед коллегами было ошибкой.

Но увидев падение Хевена, она испытала ужасную боль при мысли, что потеряла его. Словно ее сердце разделили на две части, и она поняла, что не испытывает к нему и капли ненависти.

Как ей поступить теперь? Разве был у Иветт выбор, когда ее тело желало броситься в объятья Хевена?

Конечно, он бы трахнул ее, как и обещал. Но затем одумался: поскольку ненавидел вампиров. Он никогда ее не полюбит.

Сделав вид, что все в порядке, Иветт взглянула на своих коллег. Она чувствовала себя лучше после посещения дома. К сожалению, ее собака исчезла.

А из-за приближения рассвета Иветт не смогла выйти и поискать животное. Она могла только отправить ей мысленное послание, надеясь, что глупая собака услышит ее и вернется.

Она поспала, затем помылась и переоделась в кожаные штаны и облегающую водолазку... после обрезала волосы. Она вновь выглядела жесткой женщиной. Теперь никто не мог пробить ее броню.

– Иветт, ты много натерпелась. Почему бы тебе не взять несколько выходных? – убеждал Самсон. – Мы справимся с этим.

– Нет уж, спасибо. У меня свои счеты с этой чертовой ведьмой.

Краем глаза Иветт заметила, как Хевен сосредоточенно осматривает ее сверху донизу. Под его внимательным взглядом Иветт ощутила, что температура ее тела поднимается, и впервые обрадовалась, что вампиры не краснеют, иначе она была бы похожа на спелую вишню, не выдерживая никакого сравнения.

Самсон кивнул.

– Очень хорошо.

Не в состоянии заставить себя подойти к Хевену и спросить о его самочувствии, она обратилась в Кимберли.

– Как ты себя чувствуешь? Надеюсь, после сваренного зелья Франсин никаких последствий.

– Когда я проснулась, у меня немного кружилась голова. Но теперь все в порядке.

– Ты сварила это зелье Франсин? – рявкнул Хевен на ведьму. – Почему использовали это на нас?

Он указал на своих брата и сестру.

– Зейн считал тебя врагом, – объяснила Иветт, впервые пристально посмотрев на Хевена. "Боже, какой он сексуальный".

Очевидно, Хевен принял душ и побрился, и, не смотря исходящий от него запах, его сексуальный мужчкой аромат перебивал все остальное. Иветт вспомнила об их встрече в ванной.

Еще одна волна жара прошла через ее сердцевину, угрожая растопить изнутри.

Хевен посмотрел на Зейна.

– Считает!

Ее коллега нахмурился и сжал губы в тонкую линию.

– У меня не было возможности объяснить...

– Я не обвиняю тебя, Иветт. Я виню его. – Хевен сделал выпад в сторону Зейна, не отрывая от нее взгляда. Его голос смягчился, когда он продолжил. – Я рад, что с тобой все хорошо.

Иветт кивнула, проглтив ком в горле, внезапно почувствовав себя совершенно не пользующейся успехом девушкой, которая неумело беседует с защитником в коридоре своей средней школы.

Это не хорошо. Она не может позволить себе растечься лужицей рядом с ним. "Жалкая!" Вот какая она: целиком и полностью жалкая.

– Спасибо, – сказала она, прежде чем отвести взгляд от него и сосредоточиться на других людях в комнате. Прочистив горло Иветт, заставила себя повысить голос. – Так каков план?

Самсон кивнул стоящему Габриэлю. Как директор Службы Охраны в Сан-Франциско, он руководил любым крупным мероприятием.

– Самсон и я обсудили несколько вариантов действий и остановились на более подходящем. Мы разделим братьев и сестру...

– Притормози, стой! Ты не разделишь нас, – прервал Хевен, напряженным голосом.

Габриэль поднял свою руку.

– Извини, но мы не можем позволить, чтобы вас троих вновь взяли в плен. Так безопаснее. Это не продлится вечно, только до тех пор, пока мы не устраним угрозу.

– Как долго? – настаивал Хевен.

– Несколько дней, возможно, неделю. Благодаря Франсин и тому, что мы знаем имя ведьмы, у нас есть идея, как ее найти. Наши люди ищут ведьму. Когда мы схватим ее, вы будете вновь в безопасности.

– В безопасности? Думаю, ты кое-что упустил.

– Доверься нам, как только мы уничтожим ее, тебе и твоим брату с сестрой не будет ничего угрожать.

Хевен покачал отрицательно головой.

– Да. От нее.

После его слов Иветт вдруг поняла, что он имеет в виду. Хевен прав. Они не в безопасности. И никогда не будут в безопасности.

– А как же другие ведьмы, которые знают о пророчестве? Почему ты думаешь, что они тоже не придут за нами?

Когда Иветт услышала коллективные проклятия своих коллег, поняла, что они понимали угрозу так же, как и она.

– Единственный способ избавиться от нее и от любой другой ведьмы, которая попытается украсть Силу Трех, если Уэсли, Кимберли и я используем ее сами.

От предложения Хевена все ее коллеги повскакивали, они переговаривались и перекрикивали друг друга злобными голосами.

– Не может быть и речи!

– Черт, нет!

– Только через мой чертов труп!

– Я этого не допущу!

– Ни в коем случае!

– МОЛЧАТЬ! – заорал Самсон, и все мгновенно заткнулись. Он всех обвел взглядом, затем посмотрел на Хевена. – Боюсь, мы не можем позволить вам этого. Попытаетесь использовать Силу Трех, и я прикажу убить одного из вас.

Иветт посмотрела в глаза Самсону, зная, что ему тяжело даются эти слова. Самсон не убийца, но он станет защищать свою семью и друзей. Она знала это.

– О, я вижу, – огрызнулся Хевен. – Ты хочешь власть для себя, так? Только ты должен руковдить!

– Даже если бы я и хотел власти, которой у меня нет, я бы не смог ее принять. – Самсон посмотрел на Франсин. – Объясни ему.

– Только человек может использовать силу ведьмы. Не демон. Не вампир. Самсон прав. Даже если бы он хотел власти, его вампирское тело не сможет ее удержать. Сила ведьмы не выживет не в человеческом теле.

Облегчение отразилось на красивом лице Хевена, осуждение исчезло, напряженная челюсть расслабилась.

– Тогда почему нам не использовать силу и не убедиться, что она в безопасности навсегда? Или один из нас умрет, если мы попробуем?

Самсон отрицательно покачал головой.

– Нет, только, если силу у вас украдут, тогда слабейший из вас умрет. Однако, ни одна из сторон не должна иметь абсолютную мощь.

– Обещаем, мы не причиним вам вреда, – заявила Кимберли.

Самсон слабо ей улыбнулся.

– Ты говоришь это сейчас. Но как только вы почувствуете Силу Трех, то захотите ее использовать. Искушение будет слишком сильным, чтобы сопротивляться. Даже если сейчас вы верите в то, что никогда не навредите нам, вы все равно это сделаете.

Франсин кивнула.

– Самсон прав. Сопротивляться силе, когда она так близко, практически невозможно. Как только она окажется в пределах досягаемости, то вы захотите получить силу. И использовать для своих целей. У вас должно быть чистое сердце, чтобы попытаться сопротивляться. Давайте посмотрим правде в глаза, ни у кого такого нет.

Кимберли насупилась от такого объяснения.

– Тогда, что нам делать? – спросил Хевен, выглядя опустошенным.

Голубые глаза Хевена искали Иветт. Приятное покалывание пронеслось по ее телу, когда их взгляды встретились.

Иветт хотелось заверить Хевена, что ему не стоит бояться ее друзей, но вокруг зрители, которые следили за каждым ее шагом, поэтому она чувствовала себя скованной и не могла сказать ему те слова, которые он желал услышать.

Габриэль откашлялся, заставив Иветт разорвать зрительный контакт с Хевеном.

– Отлично, план таков: мы разделим этих троих. Кимберли останется в доме Самсона, под защитой Самсона и Амора. Уэсли уедет со мной, Майей и Оливером. Мы защитим его в моем доме. Хевен отправится в дом Томаса. Зейн и Эдди также поедут с вами.

Иветт подметила, что ее удачно оставили за бортом.

– Я тоже еду к Томасу.

Габриэль поднял бровь.

– В этом нет необходимости.

Иветт шагнула к боссу.

– Если думаешь, что я оставлю Хевена под присмотром Зейна, ты меня совсем не знаешь.

Иветт косо посмотрела на лысого коллегу.

– Не обижайся Зейн, но ты неуправляемый.

Зейн ответил лишь низким рычанием.

– Зейн знает, что нельзя причинять боль нашим гостям, – заверил Иветт Габриэль.

– Не возражаешь, если я проверю это сама? – Иветт не желала говорить об этом.

– Отлично. Еще один телохранитель не повредит.

Отвернувшись от босса, Иветт встретила взгляд Хевен. Догадывается ли он, что она хотела остаться в доме Томаса, только чтобы провести с ним немного времени? Неужели для него она открытая книга?

* * *

Хевен потянул Франсин в сторону коридора.

– На пару слов.

Франсин кивнула и улыбнулась ему.

– Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, как сильно ты похож на отца?

Не желая вновь будить чувства по поводу своего отца, он пытался не вспоминать. Теперь он понимал, почему отец и мать воевали против рождения Кети.

Но Хевен не готов простить отца за то, что он бросил их. Он вообще любил его и Уэса?

– Почему он не сопротивлялся ей? Почему не забрал нас с собой?

Франсин с жалостью посмотрела на него. Хевен отвел глаза, не желая показывать, как воспоминания об отце на него влияют.

– Дженнефер ему угрожала.

В нем вновь вскипает гнев.

– Он мог бороться ради меня и Уэса.

Франсин положила свою руку на его предплечье и сжала.

– Он пытался, но проиграл.

– Но он оставил нас!

Франсин отрицательно покачала головой.

– Отец не бросал вас. – Она выдержала паузу и вздохнула. – Он любил тебя и Уэса. Даже больше, чем вашу мать.

В душе Хевена воцарилась неразбериха.

– Ты же сама там сказала, что он нас бросил.

Хевен махнул рукой в сторону гостиной, где вампиры готовились к обговоренному плану.

– Я солгала. Уэс и Кэти не выдержат правды. Но ты сильнее. Ты всегда был сильнее, даже будучи мальчишкой.

Хевен уже знал ответ на свой вопрос, прежде чем слова все-таки слетели с его губ.

– Что она с ним сделала?

– Она его убила.

Хевен почувствовал, как колени подогнулись, и он схватился за перила, костяшки пальцев побелели от напряжения.

– Нет, это не может быть правдой.

Но сердцем он знал, что это так.

– Дженнифер была одержима жаждой власти. Она хорошо это скрывала долгое время. Но я видела это. Стоило только этой мысли поселиться в голове, и ее уже невозможно искоренить. Это подобно проклятью.Как болезнь, которая захватывает тебя и душит. Как только поражает тебя, это лишь вопрос времени, когда ты поддаешься. У нее не было шансов.

Глаза у Франсин увлажнились от слез.

– Надеюсь, ты и твои брат с сестрой никогда не поддадутся этому. Вы должны остановить это пока не поздно.

Хевен покачал головой, его мысли путались. Его мать предала их всех и отобрала у него отца. Как он мог преодолеть это?

Все эти годы Хевен ненавидел отца, хотя он этого не заслужил. Отец сражался за них, отдал свою жизнь, чтобы их защитить.

Стыд охватил сердце Хевена от чувств, которые он скрывал там много лет. Хевен хотел попросить у отца прощение.

– У меня нет пристрастия к Силе Трех. Я не хочу власти.

– Ты говоришь так, потому что еще не знаешь, каково иметь такую власть в реальности. – Ее глаза блестели, словно у ребенка, стоящего возле Рождественской ели. – Но как только ты почувствуешь, попробуешь, ощутишь...

– Я не хочу этого.

Сила Трех стала причиной смерти его отца, а сестра выросла без них. Он никогда не сможет принять такую разрушительную силу.

– Тогда вам следует ее уничтожить.

– Но...

– Вы найдете способ.

Франсин отпустила его руку и развернулась.

– Подожди... я хотел задать тебе один вопрос.

Франсин посмотрела на Хевена, наклонив подбородок.

– Да?

– Ты говорила о ключе к силе, что забрала моя мать. Как мне его найти?

Франсин несколько секунд молчала, прежде чем ответила на вопрос.

– Дженнефер умерла мгновенно, когда напал на нее вампир, или могла сказать что-то?

– Она произнесла заклинание.

Франсин покачала головой.

– Я не это имею в виду. Дженнефер понимала, что умирает, и ты находился рядом с ним. Она что-нибудь сказала?

Хевен вернулся в ту роковую ночь на материнскую кухню. Она что-то бормотала, но слова были вне его досягаемости.

– Я не помню.

– Это позор, Хевен, потому что, несмотря на все, что я рассказала о твоей матери, как только она поняла, что умирает, то дала бы тебе ключ, чтобы ты мог защитить себя в будущем. Ты должен попытаться вспомнить.

Помни. Эти слова всколыхнули в нем что-то... Хевен потянулся, но не достаточно быстро, и эхо последних слов матери ускользнуло от него вновь.