Текст книги "Защитник Иветт (ЛП)"

Автор книги: Тина Фолсом

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 32

Хевен открыл дверь в своей квартире и вошел следом за братом в гостиную, где уселся на сильно изношенный диван. Уэс провел пальцами по волосам и стал ходить взад-вперед.

– Ты уверен, что это хороший план?

Хевен кивнул.

– Никто ничего лучшего не предложил.

Помимо спокойствия, он ничего не чувствовал. Последний поцелуй Иветт при прощании, потряс его. Он был полон страха и отчаяния.

Хевен надеялся, что правильно истолковал ее чувства, и, когда придет время, она примет правильное решение. Как бы он хотел доверить свой план ей, но остановил себя. В любом случае, это произойдет только когда все прочие варианты проваляться.

В глубине души он понимал, это единственный способ остановить Силу Трех. И, в конце концов, ему придется сделать шаг.

– Что произошло, Хев?

Хевен пожал плечами.

– Я не знаю. Она похитит нас и увезет в какое-то...

Уэсли остановился перед ним.

– Нет. Я не про ведьму. А про Иветт. Ты и она, что это? Только неутолимый зуд, который нужно почесать?

В глазах Уэса отражалась печаль.

Хевен разорвал отвел взгляд и посмотрел в окно.

– Я не знаю, что будет дальше.

Как сказать брату, что он на самом деле чувствует, когда даже не сказал Иветт? Не правильно признаваться Уэсли, когда он струсил и не сказал Иветт то, что ей нужно было услышать от него.

– Ты влюбился в нее?

Хевен вскочил с дивана и направился к окну.

– Черт, Уэс, я едва ее знаю.

– Это не имеет значения.

– Тебе не все ли равно?

Уэс встал рядом с Хевеном у окна, и они, глядя на улицу, наблюдали за рассветом.

– Ты не мог не заметить, что два вампира женаты на человеческих женщинах.

– И что?

Хевену не нравилась тема разговора. Но брат собирался загнать его в угол.

– Значит, связь между нашими видами возможна. Не играй со мной в немого. Я знаю, это приходило тебе в голову.

Когда Хевен сразу же не ответил, Уэс продолжил настаивать.

– Черт, ты держался с ней за руку!

– И что это должно значить?

– Ты хоть раз держал женщину за руку?

– Много раз, – солгал Хевен. Он не смог вспомнить ни одного раза. Он не из тех, кому нужны отношения. Хевен оставался на одну ночь.

– Знаешь, Хев, я всегда думал, что моя будущая невестка будет крутой охотницей за головами, которую ты встретишь на одной из своих работ, возможно даже из бывших преступниц. Но, что в один прекрасный день ты приведешь вампира, я этого не ожидал.

– Я не привел ее...

Рука Уэса на плече остановила его.

– Не надо. Думаю, ты мог поступить хуже. Иветт кажется неплохой. По крайней мере, очевидно, что она заботится о тебе.

Хевен встретил взгляд брата.

– Прости, Уэс. Понимаю, это похоже на предательство памяти мамы, но есть вещи, с которыми я не могу бороться.

При мысли о матери, Хевен вновь ощутил острую боль в груди.

Он не единственный, кто расстроился из-за откровений Франсин ночью в доме Самсона.

Если бы брат только знал, что ведьма поведала об ужасном преступлении совершенном матерью... но Хевен никогда не расскажет брату. Этот секрет он унесет с собой в могилу.

– Я сейчас не хочу говорить о маме.

Прежде чем Уэс развернулся, Хевен схватил его за руку.

– Думаю, мы должны. Если Франсин рассказала правду, а я верю ей, тогда мы действовали все это время неправильно. Я был не прав. И втянул тебя в это, когда ты был достаточно молод, чтобы забыть.

Уэс глубоко вздохнул.

– Ты на самом деле думаешь, я смог бы забыть случившееся той ночью, даже если ты постоянно не напоминал мне? Хев, я тот, кто позволил ему забрать Кети! Я не убежал! Я не смог ее уберечь.

Впервые Хевен осознал, что Уэсли не покидало чувство вины, как и его. Пришло время отпустить это, простить и забыть.

Они должны вернуть Кети. И на этот раз они ее уберегут. Хевен позаботится об этом, даже если ему придеться пожертвовать собой, чтобы не дать пророчеству осуществиться.

Хевен схватил Уэсли за плечи и потряс его.

– Хватит, Уэс! Это не твоя и не моя вина. Мы были детьми. Мы сделали все, что могли. Это случилось из-за мамы. Она навлекла это на нас.

Мать лишила их отца. Но он не расскажет Уэсу.

Если Уэс узнает, то это сломает его.

– Мы потеряли Кети из-за нее, потому что этого она хотела.

Хевен увидел навернувшиеся слезы на глазах Уэса и обнял брата.

– Все прошло.

– Как она могла с нами так поступить? Она не любила нас?

Любовь? Разве их мать любила? Хевен размышлял над вопросом брата, вспомнив последний раз, когда слышал, как мать говорит о любви. Будто это что-то значило?

– Не знаю. Думаю, мы никогда не узнаем. – Что может ранить глубже, чем предательство матери? – Мы все исправим. Я тебе обещаю.

Уэс кивнул.

– Да. Мы это исправим.

Хевен выпустил брата из своих объятий.

– Мы должны уничтожить Силу Трех. Это принесло много боли всем. Я не хочу этого.

– Я тоже.

– Хорошо, тогда мы договорились. Но мне нужна твоя помощь. Есть вторая часть плана, о которой я не говорил даже Иветт.

Глава 33

Иветт грызла ногти. Она не делала этого, даже когда была человеком. Но ожидание в затемненном фургоне любых новостей о том, что происходило в квартире Хевена раздражало.

Рядом с ней сидел Зейн подобно каменной статуи: не двигаясь, не шаркая и, конечно же, не ерзая, как она. Как будто его ничто не беспокоило. Хотя так, скорее всего, и было.

– Голодная? – вдруг спросил он и полез в холодильник рядом с ним, вытаскивая бутылку с кровью.

Иветт отрицательно покачала головой.

– Ах, думаю, ты отужинала ранее на Хевене. На что похожа кровь ведьмака?

Терпение Иветт лопнуло, подобно тросу. Она сжала пальцами шею Зейна, прижав его к подголовнику.

– Заткнись, или я сейчас воткну в тебя кол!

Зейн схватил Иветт за запястье и освободился, затем повел головой из стороны в сторону, щелкая шейными позвонками. От такого звука у Иветт по спине побежали мурашки.

– Обидчивая. Думаю, это научит меня не прерывать в следующий раз, когда он лежит на тебе.

Зейн не знал, что хорошо для него.

– Не лезь в мою личную жизнь! – Иветт вырвала руку из захвата Зейна, сузив глаза. – Зейн знаешь, если бы у меня было одно желание, что бы я загадала? Тебе? Влюбиться в своего злейшего врага. И знаешь, что я сделаю? Я буду умирать со смеху.

Иветт скрестила руки на груди и уставилась в тонированные окна.

– Так что оставь меня нахрен в покое!

– Я не собираюсь влюбляться! – фыркнул Зейн.

– Да? Ну, так я тоже не собиралась. Но черт это случилось.

Иветт почувствовала себя лучше, думая, что привела в замешательство Зейна. По крайней мере, она его заткнула.

Не стоит ему совать нос в её дела. Всё, что касается её и Хевена – личное, и никому до этого дела быть не должно. Она сначала должна сама прийти к выводу, а потом уже выслушивать мнения остальных.

Хотя, мнение друзей никоим образом не повлияло бы на её решение, которое примет она и только она.

Неважно, что другие думали о её увлечении человеком... Хотя Хевен и ни человек вовсе, и ни вампир – ведьмак. Был ли в истории успешный союз вампира и ведьмака? Она точно о таком не слышала.

Но опять же, Хевен не настоящий ведьмак. Если посудить, у него и сил-то нет. Меняло ли это всё?

Иветт выдохнула, пытаясь расслабиться. Не важно, кто такой Хевен, он просто... Хевен.

Мужчина, заставивший её забыть всю боль прошлого, который принимал её такой, какая она есть – дефектную, а не нормальную. И если судьба бросила Иветт эту кость – кто она такая, чтобы ее выбросить?

Какой-то писк вытащил её из раздумий. Она посмотрела на монитор. Две зеленые точки мигали одновременно, а красные окружали их.

– Они начали двигаться.

– Вперёд, – скомандовал Зейн водителю-человеку. – Держись поодаль. Посмотрим, куда она их увезёт.

Иветт смотрела на монитор, где зеленые точки двигались по городу, а красные точки – сотрудники "ВСЛО" в чёрных фургонах – ехали следом, но держались, по крайней мере, в трёх кварталах. Чрезвычайно важно, чтобы ведьма не заметила слежки, даже если подозревала её.

Но, так как на улице день, ведьма, вероятно, чувствовала себя в безопасности от вампиров. Но это не так.

Иветт не отрывала взгляда от монитора, от двух зелёных точек и карты Сан-Франциско.

Автомобиль ведьмы ехал примерно с той же скоростью, что и их фургоны, с учётом дневных пробок. Она направлялась на запад.

По одной из главных магистралей, прежде чем свернула на север, на дорогу, ведущую к мосту "Золотые Ворота". Ведьма направлялась за город.

Иветт мгновение поразмышляла над этим. Если предположение Франсин верно, то ритуал нужно провести на улице под луной.

В округе Марин за мостом очень много уединенных и лесистых районов, где такой ритуал останется незамеченным.

Кроме того, в районе полно наркоманов, и никто не обратит внимание на голую ведьму, танцующую по луной. Хотя Франсин не говорила про танцы голышом.

Когда они пересекали мост "Золотые Ворота", отставая от машины ведьмы примерно на милю, Иветт посмотрела в темное окно. Вид на город был потрясающий. Но она не на экскурсии. Если всё пройдёт хорошо, она вернется сюда ночью, посмотреть на огни города. И будет обниматься и целоваться с Хевеном.

– Они едут на гору Там[7]7
  Гора Тамалпалис, расположенная в пригороде Сан-Франциско


[Закрыть].

Из-за сужения дороги, которая ещё и на подъёме была извилистой, им пришлось отстать намного дальше, чтобы оставаться незамеченными. Нервное напряжение скрутило живот Иветт и сдавило горло. Если они их потеряют?

Она и не заметила, что опять начала ёрзать, пока Зейн не положил ладонь на её руку.

– Успокойся. Она не уйдёт, – сказал он с совершенно нехарактерным ему спокойствием, заставив Иветт вытаращиться на него.

Он просто пожал плечами.

– Все доказательства на лицо, я не бессердечен.

Она кивнула, онемев от неожиданного проявления у него сострадания. Когда фургон замедлился, Иветт посмотрела на монитор. Зеленые точки больше не двигались.

– Они остановились.

– Стой на месте, – приказал Зейн водителю. – Мы не хотим, чтобы она услышала шум проезжающей машины.

Водитель остановился и выключил двигатель, затем обернулся к ним.

– Я проверю. – Он поднял перегородку между водительским и пассажирским салоном, не дающую свету сжечь Иветт и Зейна, открыл дверь и вышел.

Несмотря на то, что водитель был одним из их лучших телохранителей-людей и обучался осторожности наряду с Зейном, Иветт не могла не беспокоиться.

– Что если ведьма его обнаружит?

– Он человек. Она его не заподозрит. Здесь днями напролёт ходят туристы, а он одет подобающе.

Чувствуя себя глупой, Иветт не ответила. Конечно, Зейн прав. Но дожидаться заката ещё никогда не было так мучительно.

Глава 34

Дом, в который привезла их Бесс, был самым обычным – с одной большой комнатой, в одном углу которой была кухня, а в другом ванна. Всё казалось таким холодным и сырым.

Хевен не заметил, чтобы за ними кто-то шёл, но надеялся, что вампиры недалеко. Солнце не сядет ещё пару часов, несмотря на то, что его лучи слабо проникали через густую листву – так что спасительная миссия не начнётся раньше заката.

Когда они с Уэсли, провожаемые ведьмой, вошли в домик, он тут же принялся искать Кимберли и нашёл на кровати. Увидев их, она вскочила.

– Хевен, Уэсли! Вы не должны были приходить! Теперь у неё все мы, – закричала Кимберли.

Уэсли обнял её.

– Всё будет хорошо, сестрёнка.

– По крайней мере, ты цела, – облегченно заметил Хевен, сжимая её плечи.

– Да-да-да, – протянула ведьма. – Ненавижу все эти воссоединения семей.

Бесс была безоружна, если не считать церемониального кинжала в набедренных ножнах. Хевен незаметно покосился на оружие, позже ему придётся его взять.

– А теперь сядьте и не мешайте мне, – приказала она и толкнула их порывом воздуха. Хевен потерял равновесие, но быстро его вернул.

Ведьме не нужно было оружие, чтобы удерживать их, хватало сил. Хевен вспомнил последний разговор с Уэсли до того, как Бесс вырубила их, и надеялся, что не ошибся в том, как одолеть ведьму.

* * *

С приходом ночи Зейн и Иветт присоединились к Габрилю под ветками деревьев. Франсин была с ними. Остальные вампиры рассредоточились, окружив домик.

Иветт вставила в правое ухо наушник, помогающий команде общаться во время атаки.

– Нам нужно десять минут, чтобы добраться до дома, еще пять минут, добраться до поляны, где, по нашему мнению, состоится ритуал, – пояснил Габриэль.

Франсин кивнула.

– Хевен, Уэс и Кети должны полукругом стоять у алтаря. Придётся подождать, пока Бесс начнёт ритуальное песнопение. Тогда она сконцентрируется на ритуале, а органы чувств притупятся. Только в тот момент она ослабнет.

– Франсин магией вырубит ведьму, – проговорил Габриэль. – Когда её уберем, чары, наложенные ею, спадут, позволяя забрать наших троих.

– Понял, – проговорил Зейн.

Иветт тяжело сглотнула. На словах так просто, но, тем не менее, она знала, что все может пойти не так, даже с помощью Франсин.

– Спасибо, что помогаешь, Франсин. Уверена, не так просто сражаться с себе подобной.

Признавая правоту слов Иветт, Франсин натянуто улыбнулась.

– Иногда, у нас нет выбора. Кое-что сильнее нас.

Слова Франсин напомнили Иветт о её чувствах к Хевену. Да, кое-что сильнее. Когда всё закончится, она скажет Хевену, что любит его, неважно, сделает ли это её уязвимой или нет. Если он её не любит, будет больно, а если да, это всё, что ей нужно.

Они двигались бесшумно, приближаясь к дому.

Взошла луна, освещая их путь, хотя вампирам не особенно и нужен был свет. Ночью они видят так же хорошо, как люди днём.

Всё было чётким и ясным. Иветт сосредоточилась на миссии, на важности того, что нужно сделать: не только уничтожить ведьму, которая могла нарушить баланс сил в этом хрупком мире, но и, что более важно, спасти мужчину, который теперь значит для неё всё.

А ещё спасти семью, которую он так доблестно защищал.

Теперь она понимала страх Хевена, потому что, крадучись к домику, она была на его месте.

Он несколько лет искал сестру и защищал любимого брата. Иветт поняла, что семья, это не просто дать любимому дитя. Семья – это все: братья, сёстры, друзья, коллеги.

У неё уже была семья, и она тоже сражалась за них, защищала, когда приходилось, так же, как они защищали ее. Даже спасли ей жизнь. Зейн несколько месяцев назад спас. И теперь они все рядом с ней, чтобы спасти кого-то дорогого ей.

– Я люблю его, – прошептала она

Зейн, крадущийся рядом, обернулся и посмотрел ей прямо в глаза.

– Знаю. – И, чёрт побери, если не самая добродушная улыбка играла на его губах.

Когда они добрались до маленького, деревянного домика, уже знали, что он пуст. Иветт включила наушник, убеждаясь, что находилась на связи с остальными.

Один за другим коллеги сделали то же самое, назвав имя. Лишь Самсон не присоединился к ним.

Остался с Далилой, разрываемый между долгом лидера и любовью к жене и ребёнку, которых должен защищать.

Впервые с того момента, как она узнала о беременности Далилы, Иветт ощутила радость за пару, а чувство зависти иссякло.

Ей нужно поговорить с Майей и сказать, что не хочет больше продолжать тщетные попытки забеременеть, это уже не важно.

И никогда не было важным. Потому что Иветт всегда хотела лишь одного: чтобы её кто-то любил. И если Хевен и есть этот кто-то, ей хватит. Ей не нужно рожать ему ребенка, чтобы он её любил. Её одной будет достаточно.

Когда Габриэль замедлился, а затем вовсе остановился, Иветт встала рядом с ним и проследила за его взглядом.

В центре небольшой поляны за пределом линии деревьев, которые ветками скрывали Иветт с коллегами, луна осветила плоский камень, довольно длинный и широкий, чтобы уместить человека.

С трех сторон поляна окружена деревьями, в которых сейчас скрывались ее коллеги. Но с одной стороны, за большим каменным алтарем, стояла скала с отвесными стенами, что делает невозможным подход сзади.

На каменном алтаре находились несколько предметов: зажженные свечи, кинжал и котёл. За алтарем стояла ведьма, смотря на небо, словно ожидала, когда луна перейдет в нужное положение. А вокруг алтаря – сестра с братьями.

Не связаны. Заметив, что они вообще не шевелятся, Иветт поняла, что их, скорее всего связали каким-то заклинанием, они не то что сбежать, пошевелить руками и ногами не могли.

Иветт подавила беспокойство за Хевена и его брата с сестрой, чтобы оставаться сосредоточенной. Ей предстоит сражаться, и нужен ясный ум.

Франсин посмотрела, как и ведьма, в небо.

– Пора, – прошептала она. – Уже очень скоро, и я ощущаю порыв магии.

Иветт услышала, как коллеги доложили о своих позициях. Габриэль призвал три дестяка вампиров и людей. Ведьма не сбежит.

Пение нарушило тишину ночи, затолкнув звуки леса на задний план. Странные слова на древнем языке повисли в воздухе и вызвали ветер, который потушил свечи.

Теперь лишь луна освещала поляну. Ведьма вытянула руки к звездам и стала петь громче, повторяя те же самые слова. Порыв ветра пронесся по алтарю, гремя котлом и кинжалом.

– Давай, Франсин, – приказал Габриль.

На лице Франсин отразились боль и страх, прежде чем она вышла на поляну, направив руки в землю.

– Я повелеваю землей, – проговорила она и подняла руки. Она говорила что-то ещё, что Иветт не понимала.

На кончиках пальцев Франсин зажглись огни, словно маленькие светлячки. Спустя мгновение, земля под ногами Иветт задрожала. Землетрясение длилось всего секунду, но чего бы Франсин не хотела, она этого добилась.

Она направила разряды молний в другую ведьму. У которой запрокинулась голова, и пение прекратилось, поскольку сосредоточенность исчезла. Собрав силы, Бесс вытянула руки в сторону Франсин.

В наушнике Иветт услышала приказ Габриэля:

– Вперёд!

Когда первые взрывы молний Бесс осветили ночь, со всех сторон едва заметны, тени заскользили на поляну.

Иветт бросилась вперёд, сознательно сторонясь разрядов Франсин. Пока обе ведьмы ударяли друг по другу молниями, Франсин приближалась к противнице.

Осаждаемая не только Франсин, но и вампирами с трёх сторон, Бесс направо и налево кидалась заклинаниями, всё ещё удерживая на месте заложников.

Иветт пригнулась, когда в ней выстрелила молния, и перекатилась по земле, едва избегая потока пламени.

Поднявшись с земли, она увидела, как вампиры с трёх сторон напали на Бесс. Один схватил за руку и заломил ей, и тут же сила ведьмы уменьшилась вдвое. Через секунды уже двое вампиров крепко держали её, не позволяя пускать разряды молний.

Выдохнув, Иветт направилась к ним. Периферийным зрением она заметила вспышку света. Через секунду в грудь Бесс ударил сильный разряд, отбросив удерживающих её вампиров на несколько футов.

В воздухе появился тяжелый запах сожжённых волос и обгоревшей плоти, когда Бесс, объятая пламенем и кричащая от боли, упала на землю.

Иветт обернулась к Франсин.

– Мы её схватили! – в неверии закричала Иветт. – Какого?..

Разряд молнии ударил в землю у ног Иветт, заставив инстинктивно отпрыгнуть.

– Не двигайся! – закричала Франсин.

Шок и резкость в голосе Франсин, заставили Иветт замереть на месте. Франсин подошла к алтарю, и Иветт уловила алчный блеск в глазах ведьмы, означающий, что ведьма встала против них.

– Франсин, нет! – закричал Габриэль, направившись к ней. Она и в него предупреждающе выстрелила молнией, заставив остановиться.

– Вперёд! – прошептал Габриэль в передатчик. – Вырубите её!

Но было уже поздно. Когда Иветт с коллегами приблизились, внезапно наткнулись на невидимую стену, отделявшую их от Франсин и алтаря.

Она воздвигла щит.

Со всех сторон послышались злобные крики

– Франсин, не нужно этого делать! – закричал Габриэль.

Убийственное выражение лица Франсин немного смягчилось, но следующие слова вернули ужас:

– Я слишком долго пыталась противостоять этому. Больше не могу. – Затем она посмотрела на трёх пленников и протянула к ним руки. – Не видите? Я пробовала всё, чтобы не поддаться искушению. Но сила велика. Я боролась. Правда.

Иветт всем телом навалилась на невидимую стену, но та осталась стоять. Почему Франсин предала их? Как могла, после того что сделала для них? Как давно она это планировала? И почему они этого не предвидели?

– Франсин, – настаивала Габриэль. Он посмотрел на Иветт, вытянув руку, словно призывая успокоится. – Отпусти их. Ты можешь противостоять. Ты сильная.

Франсин покачала головой с печальным взглядом.

– Нет, слишком поздно. Сила так близко, почти осязаема. Я сделала всё, чтобы предотвратить это, всё! Пыталась помешать Дженнифер пройти через это, но ее было не уговорить. Даже похитить малышку Кети оказалось недостаточно. Я хотела убедиться, что пророчество никогда не сбудется. Я даже заставила его никогда не говорить мне, где он её оставил. Заставила пообещать всё оставить в тайне, чтобы я не смогла её найти.

– Ты похитила Кети? – выкрикнул Хевен, сжав кулаки и изо всех сил пытаясь вырваться, но ему мешали невидимые путы. – О, Господи! Я должен был знать. Ты сражалась с мамой! Ты её предала!

– Мне пришлось. Я не могла дать ей использовать Силу Трех. Пришлось остановить ее, поэтому я и послала вампира забрать Кети. Я послал Дрейка забрать ее...

Имя было знакомо Иветт. Дрейк? Она говорила о психиатре, к которому ходили её коллеги?

– Доктор Дрейк? – натянутым голосом спросил Габриэль.

– Тогда он не был доктором. Он забрал Кети, потому что я сказала ему, что так нужно. Рассказала о пророчестве и о том, что нужно сохранять баланс. Так он и сделал. Он спас меня тогда. Когда Кети пропала, я смогла сопротивляться. И годами не думала об этом. Считала, что справилась с этим. Но сейчас... – Она замолчала, посмотрев на братьев с сестрой. – Мне нужна эта сила. Я слишком долго её отрицала. Разве ты не понимаешь, что я ничего не могу с этим поделать?

Затем Франсин вновь посмотрела на Габриэля, её взгляд был пропитан злом и обвинением.

– Тебе вообще не стоило вовлекать меня в это. Не стоило просить у меня помощи. Ты во всём виноват. Не стоило мне доверять.

Затем Франсин подняла кинжал с алтаря и начала напевать.