Текст книги "Тактик 11 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Кулабухов

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22
Интриги сложнее сражений

При помощи Роя я связался с нашей лёгкой конницей, которая тоже пребывала в состоянии постоянной готовности к бою и велел найти для герцога коня.

Так что уже через четверть часа мы с ним въехали в город и проделали это в полном молчании. Иртык семенил позади, конница ушла вперёд, а полки умарцев расступились, создавая для нас коридор.

Глядя на наши построения и численность, герцог время от времени вздыхал, однако сохранял подобие невозмутимого вида.

Он уже сталкивался с умарцами, получал чертей от Штатгаля и в опыте своём пришёл к весьма неплохому решению – попасть в плен.

Я повернулся к Грегорио:

– Вы будете размещены в гостевых покоях ратуши. Есть ли необходимость оборудовать их решётками?

– Нет, – буркнул герцог. – Если бы я хотел сбежать, бежал бы с поля боя.

Мы проезжали по центральной улице, местные жители, которых по случаю подготовки к сражению загнали по домам, смотрели на нас из окон с любопытством и страхом. Какой-то пацан показал пальцем на герцога Эссина.

– Хорошо, – мы оба видели жест пацана и оба не придали этому большого сражения. Мальчик свидетель исторических событий. Свидетелем всегда быть проще и безопаснее, чем участником.

– Я человек аскетичный, – сказал я Эссина. – У меня будут примерно такие же условия и жить я буду по соседству.

– А как же особняки?

– Особняки для вельмож, сэр Грегорио.

– А надолго Вы… Вы и я в этом славном городишке?

– Пёс его знает.

Мы подъехали к ратуше, я спешился и подал поводья пехотинцу из роты Зойда.

– У Вас будет парочка персональных охранников-конвоиров, но в целом условия достойные…

Я на некоторое время замолчал, активировал Рой и проконтролировал, чтобы все занялись делом.

Полки рассредоточились, собирали трофеи, разведка прочесала окрестные леса, со стены снимались большая часть войск, умарцы могли возвращаться обратно. Словом – рутина.

– Я распоряжусь, чтобы Вам принесли еды, – сказал я Грегорио. – Нам предстоит долгий разговор.

Мы вошли в ратушу и поднялись на второй этаж. Я открыл дверь в свой кабинет, бывшую приёмную мэра, и жестом пригласил Грегорио войти.

Герцог вошёл и с интересом осмотрелся. Обстановка была спартанской. Большой стол, заваленный картами и донесениями. Несколько простых стульев. Шкаф с книгами и свитками. Никаких трофеев или предметов роскоши. Это был не штаб завоевателя, а рабочий кабинет аналитика.

– Присаживайтесь, – сказал я, указывая на стул напротив моего.

Он сел, положив руки на колени. Его спина оставалась прямой, поза была расслабленной, но полной внутреннего контроля. Он ждал.

Я подошёл к небольшому столику в углу, где стояло несколько бутылок вина и пара кубков. Я взял бутылку дорогого красного вина, которое мы захватили в подвалах этой самой ратуши, и наполнил оба кубка.

Я поставил один кубок перед Грегорио, а второй взял себе. Он молча наблюдал за моими действиями, его лицо оставалось непроницаемым. Он понимал, что ритуал капитуляции на поле был лишь видимой всем частью событий.

Я сделал небольшой глоток. Вино было терпким, с нотками ягод и дуба. Оно приятно согревало изнутри.

– Неплохое вино для провинциального городка, – заметил я, скорее, чтобы нарушить молчание, чем для начала разговора.

– Мэр Кейкана ценил хорошие вещи, – ровным голосом ответил Грегорио. – Больше, чем благоустройство вверенной ему земли.

Его ответ был точным и многослойным. Он показал, что понимает циничную природу власти в этом мире.

Я поставил кубок на стол. Звук гулко отозвался в наступившей тишине.

– Я ценю умных игроков, герцог. Ваша комбинация была рискованной, но элегантной. Вы сохранили своих людей и своё имя. Вы всё верно рассчитали, я никого не пытаю и не измываюсь, а большую часть пленных так или иначе распустил, если не сказать, что разогнал.

– Вам не нужны были деньги за их жизнь и свободу. А я не хотел погибать во имя короля.

– А Вейран – хороший король?

– Насколько любой король вообще может быть хорошим? Много лет клан короля был всего лишь первым среди равных. То есть, он монарх, спору нет, но герцоги собирали налоги в свой карман, министры приворовывали, да и назначались они тоже из семей герцогов и графов, таких министров не погоняешь, как и генералов.

– Кумовство и кланы.

– Да. Сотни и сотни лет традиций. Но отец Вейрана сделал две очень важные вещи. Первое, что он сделал…

Эссин замолк, потому что солдат из роты Зойда принёс нам две миски каши. Герцог снова заговорил, только когда солдат вышел из кабинета.

Пока дверь была полуоткрыта, Эссин увидел, что в коридоре, на стульях сидят Иртык, мой телохранитель и ещё парочка мордоворотов – его «конвоиров».

– Каша?

– Вы брезгуете? Скажите, я попрошу приготовить для Вас что-то на заказ.

– Пожалуй, что нет. Выглядит весьма аппетитно. До меня доходили слухи, что Вы едите буквально из того же котла что и остальные солдаты?

– Щи да каша – пища наша… Да, это правда. Какое-то время я буквально приучал себя к такому питанию, чтобы упростить жизнь в походе. Так что там отец Вейрана?

– Вейран – это династия Анхальтов. Клан. Отец Вейрана, Глоссон Носатый, как и прочие Анхальды, был в состоянии перманентной борьбы с некоторыми кланами, которые тоже претендовали на престол. Но он имел мудрость прислушиваться к своей супруге, из обедневшего, но весьма достойного рода, а она предложила Глоссону не воевать бесконечно внутри Бруосакса, а напротив, договориться с кланами.

– Брак?

– Да, с герцогами Ласси из Эбилога они заключили династический брак. Хотя на роль невесты Вейрана претендовали принцессы из королевских домов со всего Гинн. Потому что юношей он был красив и неглуп, отличался смелостью и красноречием. В общем, Глоссон посватал сына за Мийей Ласси, наследной герцогиней Эбилога. Ну, то есть, она не наследница, а младшая и любимая всей семьёй сестра следующего герцога Ласси. И Ласси, которые сотни лет враждовали с королевским троном, внезапно сделались самыми яростными их союзниками. Ещё бы, их патриарх плясал от счастья. Теперь Ласси, хотя и наполовину Ласси, когда-нибудь вступят на престол. Их древняя мечта сбылась. И теперь они желали укрепления власти Анхальдов больше, чем сами Анхальды.

– Но ведь были и другие кланы. У старины Глоссона было много детей?

– Нет, тут всё сложнее. Ласси стали давать неглупые советы по укреплению власти. Они не ссорились с другими кланами, хотя и показали пару раз зубы, сжигая замки неугодных вельмож, подсылая убийц и сажая в тюрьму по явно надуманным обвинениям. Ласси при поддержке Анхальдов покончили с коррупцией, они разогнали старых генералов и ввели правило личных заслуг. Теперь высшим чиновником мог стать умный и порядочный человек, но не обязательно член древнего клана. Мог даже просто образованный горожанин, сын судьи, купца или учёного стать министром. К тому моменту, когда Вейран вошёл на престол после того, как его отец умер от лихорадки, королевство изрядно приросло землями. Бруосакс захватил и подчинил кучу мелких республик, вольных герцогств и прочих земель, сравнявшись по площади с Маэном. А Маэн никак на это не влиял и не понимал, что среди человеческих королевств для него вырос конкурент.

– А что же сделали остальные кланы? Они же остались ни у дел?

– Не совсем так. Укрепив власть, Глоссон очень многим городам дал статус вольных.

– И они платили налоги напрямую королю?

– Именно. Он разрешил Ласси и другим кланам основать торговые компании, заниматься морской торговлей, добычей полезных ископаемых, дал вольницу гномам, на новых землях расставлял представителей кланов. Хотя при всём при этом сразу обозначал, что Анхальды превыше всех. И всех это устраивало. Вейран по сути продолжает политику отца. Сильное государство, деньги, армия, верные вассалы. Не так давно стало понятно, что его амбициям тесно в пределах Бруосакса.

– Он решил захватить и Маэн?

– Ну да. Тут всё дело в языке. У людей после падения империи времён Эпохи богов сформировался единый язык. Люди верят в одних и тех же богов. Один язык, одни боги – сама собой приходит в голову мысль что ими мог бы руководить единый император. И Анхальды, которые за счёт сотен лет династических браков несут в себе кровь большинства королевских домов, плюс амбициозные Ласси, хотели бы стать родом императоров людей. А для этого первым делом надо раздавить Маэн. А тут ещё, знаете, момент выпал исторически удобный… Вернее, удобный правитель Маэна.

– Назир? У вас его тоже считают слабым правителем? – спросил я Эссина.

– Да, считают. Ну, то есть, его власть строится на традициях, на вельможах, но никак не на личных качествах. Он самодовольный. Не считаете? Вы видели его лично?

– Видел и спорить про его характер не буду. Но вообще Анхальды в своих расчётах забыли про богов. Что, если богам не понравится идея единого императора? Вы помните, чем закончилась Эпоха Богов?

– Войной между богами, – ответил Эссин. – А это здесь при чём?

– А Эпоха Магов закончилась войной величайших магов. А сейчас Эпоха Королей. Не императора, не Короля, а Королей. Боги, когда прикрыли лавочку с могуществом и правлением магов, провозгласили эпоху именно королей. Что будет делать император, когда достигнет величайшего политического могущества? Не захочет ли он ещё и божественный статус? Причём не липовый, перед народом, для красоты, а реальный? На кой богам такой оптимист под ногами? – спросил я Эссина.

Герцог задумался. Он отложил тарелку и пригубил вина.

– Никогда о таком не думал. Ну, чтобы покушаться на богов. Это нечто незыблемое, – наконец, ответил он.

– Так множественность государств людей и не-людей – это тоже нечто незыблемое. Никому не удавалось объединить всех. Но если суммировать Маэн и Бруосакс, потом останутся северные королевства, республики и королевства Озёрного края. Затем поглотить Кайен, который, конечно, без боя не сдастся, а потом выйти в восточные степи к народам Харрат, где соседствуют орки-степняки и люди-степняки. И вот уже основной континент Гинн под одной рукой со столицей в Монте? А понравится ли богам такая консолидация?

– Врать не буду, в богах я не силён и даже со жрецами не особенно дружен, – ответил Эссин. – Но когда Вы так говорите, то да, не уверен, что им это понравится. Либо, Вейран уже имеет с ними какие-то договорённости.

Он замолчал, а я не спешил отвечать. Действительно, Аная никак не вмешивалась в ситуацию вокруг Каптье. Ну, то есть, она не мешала мне отбиться от Альшерио Гроцци, но и не просила за них. Когда в Лесу Шершней я случайно нашёл алтарь Мёртвых богов, она тут же нарисовалась, а вот в ходе моих сражений никак себя не проявляла. Может быть, я зря нагнетаю и богам всё равно? Ну, сможет Вейран победить в этой войне или следующей. Ну, смогут его дети или внуки собрать под своей рукой все человеческие земли, а где это будет удобно, то и нечеловеческие. Может, им плевать?

А что, если Эссин прав и Вейран уже имеет с богами договорённости? И те если и не подыгрывают ему в открытую, то, по крайней мере, позволяют.

Вмешательство богов в эту войну последнее, чего бы мне хотелось.

А если Вейран, склонный к авантюрам и долгосрочным проектам, договорился, но с другими богами? С Мёртвыми? Ну, это меня, пожалуй, заносит.

– Значит, его императорские амбиции известны окружающим, сэр Грегорио?

– Ну, не думаю, что я один такой умный, сэр Рос. Это не афишируется, но это и не большой секрет.

– Хорошо, пусть так. Но, значит и Назир в курсе про них. И какой бы он ни был заносчивый, он им умело противостоит.

– Это Вы им умело противостоите, – недовольно ответил Эссин. – Вы, принц Гизак, генерал Дей Бюссек на востоке. Как обычно, за маэнского короля работу делают другие.

– Ну, хорошо, спорить не буду. В этой войне я намолотил немало рыцарских знамён. Но в любом случае Назир захочет подрезать крылья Вейрану? А как это сделать? Проще всего через территориальные уступки. На правах победителя от отнимет у Вейрана некоторые территории.

– А не захочет Ваш король забрать себе весь Бруосакс? – ответил вопросом на вопрос Эссин. – Не получится наоборот, что маэнская династия Хоттоев, а именно так называют клан Назира, станут императорами?

– Шут его знает, герцог. Я могу Вам сказать честно только про себя. Вы же понимаете, что меня никто в тайны не посвящает. Ну, кроме случаев, когда я сам туда забираюсь, в эти тайны, как лис в курятник.

– А чего Вы хотите в этой войне, герцог? Победы?

– Ну, победы я хочу в любом случае. Теоретически, Назир мне кучу денег должен и если проиграет, то не отдаст.

– Но он же наверняка обложил высокими налогами маэнские земли и все деньги спустил на войну? До меня доходили слухи, что казна Маэна пуста, а корона ещё и набрала кучу долгов.

– Да, война дорогостоящий процесс. Думаю, что оба короля теряют на этой войне.

С этими словами я открыл запертый на ключ сундук с личными вещами, покопался там и извлёк оттуда свёрток.

Развернул и вытащил на свет корону, которую с улыбкой надел на свою голову.

– Что? Это корона? Мне полагается встать и поклониться Вам в ноги? – несколько раз моргнул Эссин.

– Мой враг, мой пленник и мой за много-много недель единственный равный собеседник, призываю Вас не страдать ерундой.

Я снял корону:

– Просто достал показать. Продемонстрировать, что король Вейран в этой войне теряет больше, чем находит.

– Выходит, что слухи о разгроме короле на подступах к Монту, южнее Леса Шершней – правда?

– Да, это было сражение при Фанделлеровских холмах. Но честным сражением это не назвать. Король пришёл меня убить, я применил некротическую магию.

– Вы маг? – с недоверием спросил Эссин.

– Нет, ничего подобного. Так, был под рукой артефакт один из старых запасов. Но этот артефакт показатель того, что на войне полно случайностей.

– А не хотели Вы, сэр Рос, намекнуть, надев корону, что сами претендуете на роль монарха? На роль короля Бруосакса, Маэна или, статус императора.

– Боги меня упаси от статуса императора, – проворчал я, убирая корону. – Я рассчитываю отожрать в качестве личного домена приличную территорию и стать там правителем. Строго говоря, они меня уже таковым избрали, теперь надо эту мысль донести до сиятельных особ.

– А где?

– А это забавно получилось, – я убрал корону обратно в тряпицу и сундук. – Судьба раздала карты. Вы знали, что я не урождённый герцог?

– Ой, про Вас ходят самые разные слухи и поступает мудро тот, кто не верит ни в один. Я, например, не верю.

– Не знаю, какие слухи, но я получил статус рыцаря вместе с крошечным доменом в далёких землях. Это оказались пустынные приморские земли в Газарии.

– И Вы хотите заодно прихватить и саму Газарию? Там не особенно богатое место, малолюдное.

– Там море и там мой домен. К тому же география шепчет, что изолированная территория проще в обороне.

Эссин усмехнулся:

– Вы трезво понимаете последствия соседства с сильными мира сего.

– Ага, трезво. Понимаю, что единственный залог ненападения – это хорошие стены и хорошая армия за этими стенами.

Эссин поднял бокал:

– Я рад, что Вы не покусились на мой домен. У меня болота, гоблины, гномы, добывающие олово и три десятка деревень. Никакого моря.

– Ладно, можем мы на короткое время вернуться к Монту? Вы уж простите, что я вас мучаю разговорами про Бруосакс и политику, сэр Грегорио, но мне нужно понимать, что там кто? Ласси до сих пор в силе и занимают ключевые должности, как и при отце Вейрана?

– Да. В мирном управлении и военном. Да о чём мы говорим, Вы уже с ними сталкивались. Рейпл Златогривый тоже относится к клану Ласси.

– Да ну! А вы знали, что Рейпл у меня в плену?

– Так же, как и я? – осторожно спросил Эссин.

– Нет, его захватили силой, и он упрям, как сто ослов. И держат его в подвале этого самого здания.

Помолчав пару секунд, я продолжил:

– Но он Ласси? Он важен для клана Ласси?

– Да, конечно. Они цепко держаться за своих, в этом суть клана.

– А если я предложу им его выкупить?

– Они найдут деньги. Но Вы же до этого, сэр Рос, показали, что в деньгах не особенно нуждаетесь.

– Верно. Но я попрошу от них вовсе не денег, а напротив, политической поддержки. Скажите, сэр Эссин, можете ли Вы из плена написать пару писем?

– Это Вас нужно спросить, сэр Рос, дадите ли Вы мне такую возможность?

– Дам, конечно. Даже попрошу. Напишите домой письмо о том, что живы и здоровы. Ну, такое письмо Вы бы и сами написали. И напишите патриарху Ласси, что Рейпл жив и здоров. И что существует вероятность, что мы тихо-мирно договоримся про его и Вашу судьбу.

– Напишу, почему нет? Только вот… Исход войны всё ещё не ясен. Не буду Вас пугать, сэр Рос, но… После того, как Вейран понял, что сдержать войска вторжения на границах не получается и война перемещается к столице Бруосакса Монту, то он отдал приказ всем силами стягиваться к Монту. Больше скажу, я вёл одну из таких групп, когда получил приказ любой ценой выбить Вас из Кейкана.

– А все «группы» такие же здорово вооружённые и обученные, как Ваша? – я постарался, чтобы в моём голосе не было сарказма.

– Нет, – ухмыльнулся он. – Помните мою первую армию? Вейран собирает лучших на защиту Монта. Кроме того, он не нанял умарцев, но смог нанять наёмников из республик Зелёного океана, с Озёрного края, даже орков, лишённых дома после войны в Туманных горах Оша. Он собрал много сил и если грамотно ими распорядится… То Назир пожалеет, что сунулся к нему. Говорю без бахвальства. А Вам, при всей удаче и мастерстве, придётся вспомнить карту Леса Шершней, чтобы покинуть окрестности Монта. Хотя, конечно, Вы можете со мной не согласиться.

– Не стану спорить, сэр Грегорио. В одиночку мне эту войну не вытянуть, я это знаю. Поэтому и совершаю все эти странные манёвры. Вы же не думали, что я полез в Лес Шершней из любви к природе? Я ждал подхода остальных сила Маэна. И если эти силы разгромят, я действительно отступлю. В любом случае, я не отдам приказ казнить ни Вас, ни вредного юного Рейпла.

– Спасибо и на этом.

– Хотите с ним увидеться?

– Если можно, не сегодня. День был трудным.

Глава 23
Путепровод

В моей армии бюрократия сведена к минимуму и всё же она существует. Всё бумагомарательство тащил на себе старина Деций, человек без военных талантов. Слабый, тщедушный, робкий, осторожный и немолодой, однако упрямый и трудолюбивый. Ему помогали четыре (раньше их было два) помощника-писаря. Сам Деций обладал статусом начальника военной канцелярии Штатгаля, не имел военного звания, то есть был нонкомбатантом. Однако пользовался среди офицеров большим авторитетом, в том числе потому, что данные по должностям и ротам, кто где состоит и кому какое жалование выплачивать, Мурранг брал у Деция.

Я Деция очень уважал и в его работу не вмешивался, предоставив ему большую свободу действий. А именно: по определению порядка ведения журналов, списков рот, краткой формы оформления приказов и так далее. При этом несмотря на то, что Деций в принципе не мог принимать участие в сражениях, его временами премировал и к его скромным просьбам относился со вниманием.

Пергамента и прочих канцелярских принадлежностей вся эта бюрократия потребляла уйму. Из-за чего при каждой возможности мы изымали в ратушах захваченных городах все запасы пергаментных листов, чернил, мастики и прочего. Поскольку этого не хватало, ещё и докупали у торговцев.

Сейчас в канцелярии эти самые листы заполняли, в воздухе стоял запах чернил, скрипели перья.

Некоторые из документов требовали моей подписи, так что я терпеливо ждал, пока Деций соберёт всё в обшитую зелёным сукном папку «на подпись» и отдаст мне.

Пока было время, я крутил в руках карту окрестностей Монта.

Город был удручающе большим и сложным, рассечённым реками и поделённым на части стенами. Стены – следы истории, но поддерживались в отличном состоянии.

Я сейчас чувствовал себя третьей силой в этой войне. Короли, у одного из которых я позаимствовал корону, загнали меня в классический цугцванг. С одной стороны, давил Бруосакс с его потрёпанной военной машиной. С другой – сам Назир, искренне желавший моей героической смерти во славу его короны.

В отличие от шахмат, игроков было не два, не три, а много больше. В отличие от шахмат, я не был заинтересован в блестящей победе «белых» или «чёрных».

– Разъезд лорда Карстена замечен в пятнадцати милях восточнее деревеньки Юрктихк. Две сотни всадников. Маневрируют, но позиций не меняют.

Голос Орофина звучал ровно, без эмоций. Эльф стоял у края стола, прямой, как натянутая тетива. Его доклад был сухим набором фактов, информационным шумом, за которым я пытался разглядеть суть.

Я потёр переносицу. Серая рутина войны, которая вызывает опасное привыкание, ложное ощущение, что всё нормально. Когда ты в паре дневных переходов от столицы врага, у тебя, да и у них – не всё нормально.

– Дальше, – бросил я, не поднимая глаз.

Тонкий палец разведчика сместился южнее.

– Разведка проникала ближе к Монту, севернее. Разведдвойки не обнаружили следов крупных соединений противника. Крестьяне в массе своей эвакуированы. Местность сложная. Холмы, овраги, остатки поселений. Логистика там невозможна. Почти не возможна, если не считать непроходимого тракта.

– Рассказывай за свой этот тракт, – предложил эльфу я.

– Старый тракт, командор. Судя по камню, построен чуть ли не времена империй, в Эпоху Богов. Скорее всего, часть канувшей в прошлое системы дорог империи.

– Широкий?

– Нет. Полторы телеги.

– Ну, нам хватит. Но он не проезжий? Деревья, разрушение полотна?

– Реки.

– А, да, ты говорил. Нет мостов?

– Они были, но время их разрушило. Без мостов пользуются этой дорогой только крестьяне. Тракт идёт через редколесье, они ездят от фермы к ферме, не более того. Однако, несмотря на то, что этой дорогой почти никто не пользуется, она не ушла под землю и не заросла лесом.

– И что, прямая?

– Как струна.

В природе не бывает прямых линий. Реки петляют. Тропы животных огибают препятствия. Дороги, проложенные крестьянами, следуют рельефу местности. Прямую линию может создать только инженер. Инженер, у которого были ресурсы, технологии и цель игнорировать ландшафт.

– А на карте покажешь?

Вместе с эльфом мы провели эту самую линию по карте. Она шла не совсем к Монту, вернее, не к его центру и не к одним из его ворот. По сути, она вела в никуда, просто «в направлении».

– Как думаешь, куда она ведёт? – спросил я эльфа.

– Когда её строили, никакого Монта не было. Были другие города, перекрестки, направления. Поэтому сейчас она никуда не ведёт.

– Ну, нет, дороги всегда куда-то ведут, даже если это «куда-то» – исчезнуть на очередном поле.

Я задумался, но не стал далее держать при себе командира разведки:

– Слушай, ну, дорога интересная, особенно тем, что её нет на официальных картах ни одной из сторон. Ладно, отдыхай, твои бойцы пусть тоже набираются сил. Со дня на день нас ждёт поход и в этот раз работы для разведки будет много – Монт рядом, тут может произойти что угодно и когда угодно.

Орофин кивнул и ушёл.

Я остался сидеть на табурете и вертеть в пальцах тяжёлую серебряную монету с профилем короля Назира. Монарх улыбался чеканной, самодовольной улыбкой. Через секунду эта улыбка исчезла в моём кулаке.

План маэнского штаба был прост и в то же время надёжен. Они сейчас переместят свою армию к Монту и там разобьют Вейрана.

Но любой план стоит дешевле той бумаги, на которой он начерчен, если у тебя нет войск, способных его выполнить. И этой игре категорически не хотелось бы оказаться разменной пешкой, точнее двумя пешками – Штатгаль и армия умарцев.

Дверь в канцелярию распахнулась во всю ширину.

– Звал, командор? – это был Мурранг и его голос звучал как боевой горн, громко и чисто.

За спиной брата был Хрегонн.

Я спрятал монету в карман и поднялся. Победа любит подготовку. И в минуты отдыха мы не столько отдыхаем, сколько готовимся.

– Звал.

Я подошёл к ним вплотную. Даже с моим ростом, а для мира Гинн я был высоким человеком, гномы были ненамного ниже меня и определённо выше, чем положено для их расы. Каждый гном понимал, что причина тут простая, гномы – не чистокровные, в них течёт и человеческая кровь. Однако теперь социальный статус этих гномов был так силён, что никакого презрения или неуважения они не встречали.

Теперь они просто два боевых офицера, которые даже в спокойные периоды таскали на себе среднюю броню. Как сейчас.

– Как настроение в лагере?

Хрегонн, более простодушный из братьев, чуть склонив голову набок, ответил:

– Люди чистят оружие. Орки играют в кости. Гномы спорят о качестве стали. Обычный день. Рутина даёт отдых, но она же разъедает дисциплину, если позволить ей затянуться.

Я взял с собой карту, потянул их в коридор ратуши и завёл в боковое помещение, пустое и пыльное.

– Сегодня пусть отдыхают, – вздохнул я, – Но начиная с завтрашнего дня готовимся к выходу в поход, боевой рейд. Кейкан мы оставим полностью, то есть обозники не могут рассчитывать оставить тут какое-то барахло. Пусть обеспечивают стандартные наборы сухого пайка на два дня, готовят дрова, проверяют фургоны и биндюги. Мурранг, это задача для тебя.

– А когда намечен выход в рейд? – спросил Хрегонн. Спокойно, без вызова. Просто определял для себя сроки.

– Мы этого не знаем. Но нам нужна готовность выйти в любой момент, когда потребуется.

– А направление?

– А вот это уже интереснее. Хрегонн! Отправляйся в район фермы Лорги, это к северу от города, там будет старый узкий тракт.

– И?

– Тракт упирается в разрушенный мост. Мне нужна там переправа. Временный мост или понтоны.

– А ширина реки? – прищурился гном.

– Около девяти метров, но берега зыбкие.

– Ладно, справимся, настелем временный бревенчатый настил. Правильно я понимаю, что по нему должна пройти боевая колонна?

– Да. Но это большой секрет. Попроси сапёров пока что молчать об этом.

– Один мост?

– Врать не буду, он не один. Задача сделать тракт временно проходимым.

Гномы переглянулись.

– И куда он ведёт, этот тракт?

– Просто в северном направлении. В никуда.

– Босс, там же только Редколесье, брошенные фермы, холмы и бродячие собаки, перемешанные с волками.

– Отличное место! Дыра, откуда нас будет трудно выковырять и трудно достать ординарными войсками. В сумме – готовность выдвинуться и дорога, о которой никто не знает. Понятно?

Братья синхронно кивнули. Они многое понимали, гораздо больше, чем говорили вслух. Железная дисциплина в них сильнее любопытства.

– Сделаем, босс, – прогудел Мурранг.

Они развернулись и вышли.

А я отправился к принцу Ги. Мне нужно было донести до него мысль, личную и деликатную, которую я не мог доверить посыльному или записке. Ими мы подчас обменивались, поскольку принц предпочитал их работе Роя, транслирующего мысли напрямую.

Но по дороге я при помощи Роя определил место нахождения Сводной роты и их командира Лиандира.

Свернув с пути, я направился к фермерскому рыночку, где обреталось моё особенное подразделение.

Подойдя поближе, я поманил к себе Лиандира.

Неспешным шагом, но в то же время быстро, он подошёл ко мне.

– Командор, вызывали?

– Да. Слушай, есть задание для твоих ребят и достаточно срочное.

– Да, командор.

Я извлёк из сумки карту и показал на ней Лиандиру:

– К северу отсюда от фермы Лорги. Отсюда… Да, вот так, как прочерчено карандашом, есть прямой узкий тракт.

Я постучал грифелем пальцем по той самой линии, которую прочертил несколько минуту назад.

Лиандир склонился над картой. Его лицо оставалось непроницаемой маской, но глаза сканировали пергамент со скоростью высокоточного оптического сенсора.

– Дорога через Редколесье? – тихо произнес он. – Я думал, там нет никаких дорог.

– А их вроде как и нет. Дорогу пересекает река и не одна. Я отправил сапёров наводить переправы, но пока что это водная преграда. Вернее, несколько. Сводная рота сможет форсировать их, не промочив ноги?

– Там есть враги?

– По данным разведки – никого, может, только дикие звери.

– Тогда нет проблем, мы используем плавсредства и постепенно переплывём все. А конечная цель нашего рейда?

– Вот это и есть задача, определить конечную цель. Определить, куда в конечном итоге ведёт дорога, потому что разведка по всей длине её не проверяла. Нужно понять, куда Штатгаль может попасть, если решит прогуляться по ней. Справитесь?

– У нас есть ограничения по времени?

– Нет, действуйте осторожно и замечайте все угрозы. Но особой спешки нет.

– Но мне показалось, что Мурранг хочет готовить армию к выходу в поход, – констатировал Лиандир.

– Всё-то ты знаешь. Да, но с направлением я не определился. Вот ты мне и поможешь. Справишься?

– Конечно, босс. Мы ни разу Вас не подводили. И ещё раз спасибо, что позволили особенным воинам вступить в состав роты.

– Особенным?

– Княжне и её подруге

– Тьфу, совсем забыл. И ты лучше не напоминай.

Это был самый поганый момент в любой стратегии. Туман войны. Ты отправил юнита в сумеречную зону и теперь можешь только смотреть на таймер, надеясь, что он не превратится в иконку черепа.

* * *

Следующий день внешне не особенно отличался от предыдущего.

Но только внешне и то, потому что Штатгаль делал всё без суеты.

Биндюги и фургоны расставлены в громадную цепь по дороге за пределами Кейкана. Выставлена охрана.

Транспорт стоял без лошадей, их запрягут в последний момент. Понадобится – даже ночью.

Грузили провизию, дрова, большую часть вооружения, магические приблуды, личные вещи. При необходимости Штатгаль был способен выдвинуться и без всей этой подготовки, погрузиться экстренно или бросить часть имущества.

Но сейчас армия переходила в режим сидения на чемоданах.

Народ у меня понимающий, знают, что манёвр и рейд важнее барахла.

Умарцы тоже готовились. Это было более беспокойно и шумно, но в целом, у них тоже приличный опыт, они кадровые военные. Хотя и используются отцом принца Ги как наёмники, чтобы подзаработать деньжат на войне людей.

Я был на южной стене Кейкана в районе крестьянских ворот, когда рядом со мной скользнула тень.

Это был Лиандир.

Он выглядел так, будто прогулялся по парку, а не пробежал марафон ночью без сна по пересеченной местности. Только влажные от росы волосы и грязь на сапогах выдавали проделанный путь. Дыхание эльфа было ровным.

– Докладывай! – с нетерпением попросил я и достал карту, расстелив её на кладке стены.

Лиандир наклонился над картой:

– Приветствую, командор.

Из внутреннего кармана куртки он достал сложенный лист пергамента и развернул рядом с моей картой.

Это была схема. Грубая, начерченная куском грифельного карандаша на коленках, но бесценная.

– Дорога существует, – произнёс эльф.

– Как тебе состояние? – спросил я, жадно вглядываясь в линии.

– Про это лучше скажут гномы, но пехота, конница и телеги обоза пройдут. Местами мох, местами сухая грязь. Есть три провала, где грунт ушёл, но каждый можно обойти.