Текст книги "Защищенное сердце (ЛП)"
Автор книги: Тиффани Робертс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)
После того, как Сэм ополоснулась, она долго оставалась под душем, наслаждаясь горячей водой, струящейся по телу. Впервые за долгое время она расслабилась, и ей не хотелось уходить. В конце концов, только знание того, что Аркантус ждал ее, выманило ее из воды.
Когда она вышла из бассейна, потолок и пол внезапно изменились, загоревшись мягким светом, а воздух вокруг Сэм потеплел. Это длилось всего несколько секунд, но она с удивлением обнаружила, что влага испарилась с ее кожи и волос.
Саманта подошла к тумбочке и взяла одежду, которую Арк положил для нее. Она судорожно сглотнула при виде этого. В течение многих лет она носила мешковатую, бесформенную одежду, которая скрывала тело. Платье в ее руках было совсем не таким. Оно было изысканным, облегающим, откровенным.
Ее горло сжалось, когда она оглянулась на груду грязной одежды на полу. Ее так и подмывало надеть ее обратно, но тогда она снова испачкается.
Я сильная.
Она вернула свое внимание к платью, закрыла глаза и сделала долгий, медленный вдох.
Я могу это сделать. Это всего лишь платье.
Прежде чем у нее появился шанс передумать, Сэм надела изящные трусики в тон, которые лежали в комплекте с платьем, и натянула длинное одеяние. Она надела платье на себя и просунула руки в рукава. Как только оно село как нужно, Саманта взглянула на себя в зеркало.
Она замерла.
Платье было темно-красного цвета, на его фоне кожа казалась фарфоровой. Ткань была одновременно прозрачной и шелковистой, обнажая тело под ней и скрывая детали. Вырез доходил до ее живота, обнажая полоску плоти от шеи до места чуть выше пупка. Разрез сбоку длинной струящейся юбки доходил до верхней части бедра, обнажая правую ногу.
Это было прекрасно.
Она чувствовала себя прекрасной.
Но она также чувствовала себя незащищенной.
Она никогда не носила даже близко ничего подобного и была чертовски напугана.
Темные волосы ниспадали на плечи и спину длинными свободными волнами, а губы все еще были покрасневшими от поцелуя Аркантуса. Дрожь пробежала по ее телу при воспоминании о том, как его губы коснулись ее.
Пара туфель того же цвета, что и платье, лежала на прилавке, они были спрятаны под одеждой. Саманта натянула их на ноги. Как и все остальное, они идеально подходили.
Как много Аркантус знал о ней?
Выйдя из ванной, Сэм направилась к двери, через которую Арк вышел из спальни. Она заколебалась, когда рука была уже на пути к кнопке управления. Расстроится ли он, если она выйдет из комнаты и будет бродить вокруг?
Нет, он не велел ей оставаться на месте, и она не была его пленницей. Он бы сказал что-нибудь, если бы не хотел, чтобы она выходила.
Кроме того, ей было любопытно. Она хотела знать, что находится по ту сторону этой двери, хотела исследовать место, которое Аркантус называл домом.
Она нажала на кнопку, и дверь скользнула в сторону.
Саманта шагнула в коридор и резко остановилась, когда кто-то довольно крупный встал на пути. Она испуганно ахнула и отступила на пару шагов, поднимая взгляд.
Лицо мужчины было знакомым, и это узнавание сдержало ее инстинктивное желание убежать обратно в спальню.
Это был желтоглазый парень, который вернул пакет, что она вчера уронила по дороге домой. Парень, который купил еду в киоске Сараи.
– Я-я знаю тебя, – сказала она, нахмурившись.
– Я тоже тебя знаю, – ответил крен. – Саманта, да?
Саманта кивнула.
– Меня зовут Килок. Босс сказал мне привести тебя к нему, когда ты выйдешь.
– Босс? Ар… Эм, Алкорин?
Килок хихикнул.
– Все в порядке, терранка. Любой, кому он доверяет настолько, чтобы работать в этой части комплекса, знает, что его зовут Аркантус.
Саманта расслабилась. На несколько секунд она испугалась, что уже обманула доверие Арка, назвав его имя.
– О, хорошо. Хорошо. Ты, э-э… ты следил за мной, не так ли?
– Да. Он сказал нам оберегать тебя.
– Вам?
– Мне и моему брату Короку.
Она ждала вспышки гнева, которая должна была вспыхнуть внутри, Аркантус выбрал Сэм по идентификационному файлу, преследовал ее, лгал и послал нескольких своих людей присматривать за ней. Все это было неправильно, не так ли? Все это было неправильно. И все же… она не была расстроена, не была зла, не была напугана.
Потому что Аркантус все еще казался ей правильным. Быть с ним было хорошо.
Она была рада тому, что он сделал, этот город вполне мог поглотить ее целиком, если бы не его вмешательство. Возможно, в конце концов она нашла бы путь, свое место, но была большая вероятность того, что прежде, чем это случилось, ее бы похитили или убили.
– Приятно познакомиться с тобой, Килок, – сказала она, одарив крена улыбкой.
Он улыбнулся в ответ, несмотря на трехсантиметровые клыки, торчащие из нижней челюсти, в выражении лица была неожиданная теплота. Когда она впервые столкнулась с Килоком, Саманта была в ужасе от него. Теперь она поняла, что даже тогда вокруг него была дружелюбная, нежная аура. Она не сомневалась, что он способен на свирепость, но так можно было сказать и про Аркантуса, не так ли?
– Мой брат Корок где-то поблизости, – сказал Килок. – Он похож на меня, только уродливее.
Саманта рассмеялась.
– Босс ожидает тебя, терранка. Идем, – Килок повернулся и пошел по коридору.
Она последовала за ним. Мягкий поток воздуха, касавшийся обнаженной кожи ее груди и правой ноги при движении, напомнил ей о том, во что она была одета, и ее щеки зарделись.
Килок провел ее через несколько длинных коридоров с высокими потолками, каждый из которых демонстрировал странную смесь элегантной роскоши и богатства, как в комнате Аркантуса, и суровой индустриальной эстетики – голый, неполированный металл и темный бетон каким-то образом хорошо сочетались с узорчатым малиновым ковровым покрытием и элегантными, но практичными светильниками. Большинство дверей, мимо которых они проходили, были большими и выглядели прочными, но из-за сложных изометрических узоров, выгравированных на фасадах, они не казались устрашающими.
Это место было похоже на военный бункер, купленный очень богатым человеком, любившим экстравагантную простоту в декоре.
Они свернули в другой коридор, на этот раз всего в несколько метров длиной, который заканчивался единственной дверью. Килок постучал по панели управления рядом с дверным косяком.
– Да? – спросил Аркантус через динамик.
– Саманта здесь и хочет видеть вас, босс, – ответил Килок.
Дверь скользнула в сторону. Килок отступил и жестом пригласил Сэм пройти.
Саманта на мгновение задержалась на месте, взглянув на крена, прежде чем полностью переключить внимание на дверной проем. Она была взволнована перспективой снова увидеть Аркантуса, но теперь, когда она была здесь, тревога вонзила когти в сердце.
Я сильная. Даже если я этого не чувствую.
Сделав глубокий вдох, Саманта прошла мимо Килока и переступила порог.
Она прошла в большую, длинную прямоугольную комнату. Несколько огромных аквариумов, наполненных существами, как смутно знакомыми, так и совершенно чужеродными, были встроены в стену напротив Сэм, отделенные друг от друга участками стен с мягкими красными и фиолетовыми огнями, придающими комнате угрюмое свечение. Яркость этих огней усиливалась за счет темных полов и мебели. В дальнем конце помещения слева находилась огромная противопожарная дверь. Ковер, украшенный изометрическими узорами того же цвета, что и светильники, тянулся по центру комнаты. По обе стороны от него стояли длинные низкие кушетки.
– Наконец-то ты пришла. Я уже думал присоединиться к тебе в ванне, – сказал Аркантус, привлекая ее внимание в правый угол.
В этом конце комнаты несколько широких низких ступеней вели на платформу. Стол, установленный на переднем краю платформы, занимал примерно половину ширины и был покрыт по меньшей мере дюжиной мониторов и голоэкранов. Еще больше экранов тянулось вдоль ближайших стен, прерываемых только более крупным оборудованием, с которым она не была знакома.
Аркантус стоял сбоку от стола. На нем была шелковая мантия королевского пурпурного цвета, одеяние распахнулось, обнажая мускулы стройного торса и темную набедренную повязку. От его кривой ухмылки у нее подкосились колени.
Что же делало эту улыбку такой чертовски сексуальной?
Дело не в улыбке, дело в нем.
Дверь за ней тихо закрылась. Она оглянулась через плечо и увидела голый участок стены между двумя аквариумами, на котором не было ни малейшего намека на дверь.
Она снова столкнулась с Аркантусом. От него не убежать.
И я не хочу убегать.
Он неторопливо спускался по ступенькам, виляя хвостом позади себя, его пылающие глаза были прикованы к ней.
– Ну как? Как ванная? – он скользнул взглядом по ее телу до самых кончиков пальцев на ногах и медленно вернулся к лицу.
– Это было… чудесно, – ответила она, затаив дыхание. – Я никогда не видела ничего подобного.
– Ты выглядишь восхитительно, маленькая земляночка, – его глаза, блестящие от желания, наконец снова встретились с ее. – И Килок первым увидел тебя в этом платье. Это должен был быть я, – на последнем слове его губы растянулись, обнажая клыки.
Нотки ревности и собственничества в его тоне вызвали у Саманты трепет. Она покраснела и переступила с ноги на ногу, сжимая бедра вместе, возбуждение еще не совсем покинуло ее после их прошлой встречи.
Он поднял руку и указал на ближайшие диваны.
– Прошу. Присаживайся. Я хочу, чтобы тебе было удобно.
Саманта медленно подошла к нему, застенчиво сцепив руки на животе. Дойдя до конца ближайшего дивана, она повернулась и села на него, все это время не сводя с Арка глаз. Юбка разошлась, обнажив бледное бедро, она натянула материал обратно и закрепила его на месте рукой.
Саманта была застигнута врасплох, когда Аркантус подошел и опустился на подушку рядом с ней. Она не знала, почему это движение удивило ее, Аркантус был не из тех людей, которые сели бы на диван напротив, и она знала это.
Он протянул руку вдоль спинки за ее плечами. Его хвост проскользнул между ее телом и спинкой дивана, обвившись вокруг бедер и заставляя Саманту поднять руки. Не зная, что делать, она положила ладони поверх хвоста, который на ощупь был таким же упругим, теплым и гладким, как и грудь Аркантуса.
– Что это за место? – спросила она. Это же можно было спрашивать, верно?
Аркантус придвинулся немного ближе, прижимаясь своим бедром к ее.
– Это моя мастерская. Я провожу здесь большую часть времени.
– Тут ты…подделываешь личности?
– Здесь я нашел применение своим значительным талантам.
Эти слова обескуражили ее. Она знала, что он говорил о своих возможностях и намерениях в отношении нее, но не могла игнорировать темный подтекст его слов. Конечно, он приводил сюда других женщин. Такой мужчина, как Аркантус, мог заполучить практически любую, кого хотел, и, вероятно, он спал со многими. Она не была настолько наивна, чтобы поверить в обратное.
Ее грудь сжалась от разочарования и ревности. Была ли она просто еще одним именем в списке трофеев? Экзотический секс, которым можно похвастаться после того, как он с ней закончит?
Она посмотрела вниз, на его хвост.
– Ты… ты выбирал других так же, как выбрал меня?
Аркантус напрягся, и его хвост дернулся.
– Нет, Саманта, – он взял ее за подбородок пальцем и повернул ее лицо к себе, заставляя встретиться с ним глазами, в его взгляде появилась напряженность. – Ничто в тебе или в том, как ты здесь оказалась, не похоже ни на что из того, что я когда-либо делал. Ты первая, кого я нашел. Первая, кого я куда-либо взял с собой. Первая, за кого я боролся. Ты также первая, кто знает мое настоящее имя, и первая, кто спал в моей постели. И ты будешь единственной.
В животе у нее затрепетало, в груди потеплело, но Саманта нахмурилась.
– Почему? Почему я?
Аркантус погладил ее подбородок большим пальцем и наклонился ближе, его губы почти касались ее уха.
– Потому что одного взгляда на тебя было достаточно, чтобы понять, что ты моя, Саманта.
Саманта замерла. Ее дыхание участилось, сердце бешено забилось, а зрение затуманилось.
Ты моя, прорычал Джеймс в ее голове. Ты существуешь только для моего удовольствия.
Она чувствовала горячее дыхание Джеймса на своем лице, чувствовала его грубые руки на горле, когда он входил в нее снова и снова, чувствовала жгучую, разрывающую боль.
– Саманта!
Глаза Сэм резко открылись, она и не заметила, что закрыла их. Аркантус стоял перед ней на коленях, обхватив ладонями ее щеки, его торс был между ее ног. Она искала в его лице что-нибудь, на чем можно было бы сосредоточиться, поскольку отчаяние угрожало захлестнуть ее.
Не Джеймс. Он не Джеймс. Он не Джеймс.
– Кто-то причинил тебе боль, – сказал Аркантус, его голос был ниже и глубже, чем несколько мгновений назад. Центральный глаз сузился до щелочки. – Кто-то все еще причиняет тебе боль.
Слабая дрожь пробежала по его рукам, она бы не подумала, что это возможно, учитывая, что это кибернетические протезы, но не могла отрицать происходящего. Его темные брови были сурово сдвинуты, ноздри раздувались, а губы раздвинулись, обнажив клыки.
На мгновение холодный страх кристаллизовался в ее груди, она разозлила его, точно так же, как часто злила Джеймса. Но Аркантус был намного крупнее и бесконечно сильнее. У нее не было никакой надежды защититься.
Блеск в глазах Арка заставил ее остановиться и привел в чувство. Оттенок беспомощности, который она слишком хорошо знала. Она внезапно поняла, что он зол не на нее, а за нее, зол за то, что с ней сделали.
– Скажи мне, Саманта.
В его голосе слышались умоляющие нотки, намек на отчаяние, она предположила, что мало кто знал о ее прошлом, если вообще хоть кто-то знал.
– Он был моим женихом, – тихо сказала она.
Арк провел ладонями по ее рукам и погладил локти.
– Что он сделал, маленькая земляночка?
Саманта выдержала его взгляд и сделала глубокий, прерывистый вдох.
– Отец умер через три дня после моего восемнадцатилетия. Несчастный случай на стройке. Я была на работе, когда мне позвонили. Он просто… ушел, даже не успев попрощаться. Он был единственной семьей, которая у меня осталась после смерти бабушки двумя годами ранее. Это было… слишком много. Слишком рано. Я имею в виду, никогда не бывает подходящего времени, чтобы потерять того, кого любишь, но…
Арк поднял руку и вытер слезу с ее щеки. Она не осознавала, что плачет.
– Продолжай, малышка, – сказал он.
– Я впала в глубокую депрессию. И не важно, сколько я работала, а я работала часами просто чтобы занять свой разум, просто чтобы не приходилось думать, я не могла справиться с долгами, которые перешли ко мне после его смерти. Я теряла единственный дом, который когда-либо знала. Я теряла… все. А потом появился он. Джеймс. Он был… хорошим. Таким хорошим. Он хорошо относился ко мне, говорил правильные вещи. Итак, когда дом наконец забрали, я… Я не слишком расстроилась, потому что у меня был он. Он дал мне место, где я могла остановиться, место, которое я называла домом с ним. Он даже попросил меня выйти за него замуж, и я сказала «да», – она почувствовала, как что-то коснулось ее ноги, и, взглянув вниз, обнаружила, что хвост Арка обвился вокруг лодыжки. Жест казался… собственническим. – После этого все изменилось. Он изменился. Это было очевидно, но у меня… у меня не было опыта и знаний о том, как все должно быть. Мама умерла, когда я была еще маленькой, а бабушка совсем пожилой. Мой отец слишком смущался, чтобы говорить со мной о подобных вещах, а я была настолько неуверена в себе в подростковом возрасте, что у меня не было друзей, которым я могла бы довериться. Откуда… откуда мне было знать? – она шмыгнула носом, и еще больше слез потекло по щекам. – Это началось в ту первую ночь, когда я переехала. Мы готовились ко сну, и он прикасался ко мне. Я была… взволнована. Я собиралась… потерять свою девственность, чтобы… – слова застряли у нее в горле, заблокированные комом в горле из-за слез.
Большие пальцы, Аркантуса, такие нежные, несмотря на металл, не могли остановить поток слез, затуманивающих зрение. Он превратился в серо-фиолетовое пятно, когда присел рядом с ней. Когда одна его рука обвилась вокруг ее талии, а другая под ногами, она не сопротивлялась. Не могла.
Он усадил Саманту к себе на колени, положил ее голову на свое сильное, твердое плечо из плоти и крови и держал, обняв одной рукой, пока другой приглаживал ее волосы.
Как только прерывистое дыхание успокоилось, она продолжила.
– Это было больно. Я знала, что в первый раз будет немного больно, я знала это, но, о Боже, это было так сильно больно. Я сказала ему остановиться, но он не послушал. Я чувствовала, как меня разрывают внутри, а он просто продолжал… продолжал… Он остановился только потому, что меня вырвало, и тогда он разозлился, почувствовал отвращение. Он ударил меня. Он называл меня слабой, никчемной и другими словами. Он сказал, что я его, что я существую только для его удовольствия. Он использовал меня таким образом в течение трех лет. Мы так и не поженились, но он знал, что ему не обязательно жениться на мне, чтобы держать в ловушке. Мне больше некуда было идти, не к кому было обратиться. И чем больше он изматывал меня, тем больше уверялся, что я никогда не смогу покинуть его. Он смягчался по отношению ко мне только когда приводил домой другую женщину, но… иногда он заставлял меня присоединиться.
Саманта замолчала. В этой тишине она заметила три вещи: Аркантус больше не гладил ее по волосам, его тело дрожало, и из его груди исходило громкое, вибрирующее рычание. Она подняла голову и обнаружила, что его отметины пылают, будто они в огне. Его глаза были устремлены куда-то в другое место, а зрачки сузились до таких тонких щелочек, что их почти не было видно за пылающей радужкой.
– Арк? – спросила она тихим голосом.
Его третий глаз первым взглянул на нее, секундой позже за ним последовали два других. Черты его лица были строгими, губы сжаты в жесткую линию, лоб нахмурен, мышцы челюсти напряжены. Затем он провел пальцами по ее щеке, и выражение его лица смягчилось.
– Если бы я мог избавить тебя от всех этих страданий, мой драгоценный маленький цветок.
Его прикосновение в сочетании со словами было подобно успокаивающему бальзаму для ее израненной души.
– Е… Его больше нет. Я здесь.
– Но он не ушел. Ты пронесла его с собой через всю вселенную, Саманта. Даже если бы он был мертв, чего он несомненно заслуживает, ты еще не оставила его позади.
Саманта со стыдом отвернулась от него. Арк был прав. Она взяла Джеймса с собой.
– Тебе больше не нужно держаться за него, маленькая земляночка. Брось его в пустоту.
– Я пытаюсь, но…
Аркантус снова повернул ее лицо к своему.
– Позволь мне помочь тебе, Саманта.
– Как?
– Ты заслуживаешь удовольствия. Заслуживаешь экстаза, – в его голосе появились хрипловатые нотки. Он провел кончиком хвоста по задней стороне ее колена. – И я был бы рад предоставить его тебе. Позволь мне стереть маленькое пятно из твоей памяти.
Жар разлился по ее лицу.
– Я… я не знаю, смогу ли. Я никогда не чувствовала…
– Ты сидишь с лучшим экземпляром мужского пола в Артосе, маленькая земляночка. Ты не имеешь представления о том удовольствии, которое я могу доставить. Он наклонил к ней голову, коснувшись носом волос. Его дыхание было теплым у ее уха.
Он глубоко вдохнул.
Саманта вздрогнула, и ее сердце забилось быстрее.
– Я предлагаю тебе сделку, Саманта. Отбрось сомнения и нерешительность на этот раз. Позволь мне показать. Позволь мне заставить тебя почувствовать. Если тебе это не понравится… Я не буду настаивать на продолжении.
Могла ли она согласиться? Могла ли она отпустить страх и испытать то, что предлагал Арк?
В тот момент она хотела его больше, чем что-либо на свете. Он был воплощением искушения, соблазнения, и простого взгляда с его стороны было достаточно, чтобы разжечь огонь в ее душе.
Аркантус провел языком по чувствительному местечку прямо под ее ухом, и Саманта ахнула, когда по ней пробежали мурашки возбуждения.
– Каков твой ответ, мой цветок?
– Что ты получишь, если выиграешь? – прошептала она.
– Тебя.
ОДИННАДЦАТЬ
Саманта отстранилась и повернула голову, чтобы посмотреть на Аркантуса. Желающий огонек в его глазах в сочетании с порочной улыбкой, обещал невообразимое удовольствие. Не в первый раз она не могла удержаться от сравнения его внешности с демоном – демоном похоти и наслаждения.
Я собираюсь заключить сделку с дьяволом… и я никогда не хотела ничего сильнее.
Она не сводила с него глаз.
– Да.
– О, моя прекрасная маленькая земляночка, – промурлыкал он. – Я открою тебе вселенную.
Он провел рукой по ее лицу, кончиками пальцев прошелся по щеке и челюсти, коснувшись чувствительной кожи шеи. Переместился еще ниже легкими, как перышко, прикосновениями, от которых по коже Саманты побежали мурашки. Пальцы прошлись по плечу и руке и, наконец, остановились на бедре, напротив другой его руки. Тонкая ткань ее платья была единственной преградой между его ладонями и ее кожей, тепло проникало сквозь материал, но этого было недостаточно.
Она никогда не чувствовала себя настолько стесненной одеждой.
Аркантус поднял ее со своих колен, подвинулся и прислонился к подлокотнику дивана. Сэм отвернулась, когда он снова опустил ее на колени.
– Откинься на меня, Саманта.
Она посмотрела на него через плечо.
– Но разве тебе не нужно… быть со мной лицом к лицу?
– Это для тебя, – Аркантус обхватил ее рукой за талию и потянул назад, пока она не легла ему на грудь, положив голову на плечо. Он повернул к ней лицо, проведя кончиком носа по ушной раковине. – Не сосредотачивайся на мне. Сосредоточься на моем прикосновении, на том, что оно заставляет тебя чувствовать. Не бойся собственного тела.
Как она могла не сосредоточиться на нем? Его чувственный голос звучал в ушах, сильное теплое тело, руки и восхитительный аромат окутали ее.
Он положил ладони на нижнюю часть ее живота и медленно скользнул ими вверх. Сначала большие пальцы прошлись по низкому вырезу платья, миновав ткань, чтобы коснуться обнаженной плоти живота, вызывая трепет. Он продолжал свое путешествие, проводя теплыми металлическими кончиками пальцев по ее коже, поднимая их все выше и выше, пока не коснулся нижней части грудей.
Из глубины ее горла вырвался непроизвольный звук, и Сэм сжала в кулаках юбку. Она смотрела на его руки: черный металл ярко выделялся на фоне красной ткани ее платья и бледной кожи, создавая поразительно эротичный контраст. Он вытянул пальцы и согнул их, чтобы подцепить внутренние края платья, и медленно развел ткань в стороны. Шелковистый, прозрачный материал коснулся ее сосков, обнажая груди.
Саманта задрожала. Ее дыхание стало прерывистым, а соски затвердели, желая большего.
– Жаждешь ли ты еще моих прикосновений, мой цветок? – прошептал Аркантус ей на ухо, когда прошелся хвостом по внешней стороне ее правого бедра, обнаженного разрезом юбки.
Щеки Саманты вспыхнули, и она прикусила губу изнутри. Она не могла произнести нужные слова, не могла сказать. Саманта кивнула.
Полностью раздвинув ткань платья, он вернул руки к ее грудям, снова обхватив их снизу. Один из его пальцев подразнил кончик ее соска, вызвав еще одну дрожь, пробежавшую по ее телу. Сэм выгнулась от этого прикосновения.
– Скажи мне, Саманта. Позволь мне услышать твой голос.
– Д-да, – прохрипела она.
Он ущипнул ее за соски.
Саманта резко втянула воздух. Ее тело дернулось к нему, и она зажмурила глаза, откинув голову назад к его плечу. Толчок от сосков пронзил ее до глубины души, как удар молнии. Ее губы приоткрылись от резкого выдоха, и Сэм крепче стиснула юбку.
– Требуй этого от меня, Саманта. Требуй удовольствия. Требуй того, что тебе причитается, чего ты заслуживаешь.
Она захныкала, прежде чем смогла выдавить из себя слова.
– Прикоснись ко мне, Арк. Я-я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне.
Он чуть усилил давление на ее соски, перекатывая их между пальцами.
– Почему ты хочешь, чтобы я прикасался к тебе, Саманта? Что ты хочешь почувствовать?
Жидкий жар разлился между ее ног, когда лоно запульсировало.
– Потому что я хочу тебя! Я хочу чувствовать тебя!
Аркантус хрипло усмехнулся, касаясь губами ее шеи.
– Тогда я твой, моя милая маленькая земляночка.
Он отпустил одну из ее грудей, чтобы взять Сэм за подбородок и повернуть ее лицо к своему. Он завладел ее ртом в обжигающем, требующем поцелуе. Саманта застонала, когда его рука вернулась к груди. Он мял нежную плоть, щипал и поглаживал соски до тех пор, пока Сэм не заерзала у него на коленях. Арк прикусил ее нижнюю губу, чтобы через несколько ударов сердца успокоить жжение языком.
– Ты такая красивая, Саманта, – прошептал он ей в губы. – Такая восхитительная. Дай мне свои руки.
Одурманенная его поцелуем и погруженной в дымку желания, Саманте потребовалось мгновение, чтобы осмыслить его слова. Когда понимание наконец пронзило похоть, затуманевший разум, она отпустила юбку, размяла затекшие пальцы и подняла руки вверх.
Аркантус поймал запястья Сэм и положил ее руки на грудь, прежде чем накрыть их своими. Это действие застало ее врасплох настолько, что она открыла глаза и встретила его горящий взгляд. Мысль о том, чтобы прикасаться к себе в его присутствии, была шокирующей, но это было также… возбуждающе. Он направил ее руки, лаская и сжимая ее плоть, как будто они принадлежали ему.
Уголки рта Арка приподнялись в улыбке.
– Чувствуешь, какая ты мягкая?
– Да, – сказала Саманта.
– Закрой глаза. Хорошо. А теперь представь, как я прижимаюсь к ним губами, как мой язык обводит эти маленькие твердые пики. Представь, как я беру их в рот, сильно посасываю, обвожу их жаром, – он сжал пальцами ее соски, вызвав судорожный вздох. – Прежде чем взять их зубами.
– Арк, – взмолилась Саманта, потирая бедра друг о друга, она промокла. Ее тело дрожало от желания.
– Твое тело достойно поклонения, – сказал он, убирая свои руки с ее. – Продолжай.
Он провел руками по животу Саманты, пока она, затаив дыхание, ласкала себя. Хотя ее прикосновение не было таким же, как его, оно раздуло пламя, которое он уже разжег в ней. Его ладони оставляли за собой пылающий след на бедрах, а пальцы массировали плоть, медленно спускаясь к коленям.
Сэм прошептала его имя, оно сорвалось с ее губ в отчаянной мольбе. Аркантус просунул пальцы под ее колени и широко раздвинул ноги. Она не стала бы сопротивляться, даже если бы это было возможно.
Одну за другой он закинул ее ноги на свои мощные бедра, раздвигая их еще шире.
Левой рукой он подобрал ее юбку и потянул вверх. Ткань скользила по коже, пока не обнажился таз. Аркантус откинул юбку в сторону и провел обеими руками по внутренней стороне ее бедер, задевая большими пальцами тонкие края нижнего белья.
Саманта дрожала. Она чувствовала себя уязвимой и беззащитной, и все же, поскольку это был Аркантус, она чувствовала себя в безопасности.
– Ах, Саманта, знаешь ли ты, что делаешь со мной? – он наклонил бедра, заставив ее попку опуститься, коснуться твердого ответа на его вопрос. – Ты спряталась ото всех, но я открою для себя чудеса твоего тела. Я буду боготворить его, – он прикусил зубами раковину ее уха. – Я попробую его на вкус.
У Саманты перехватило дыхание.
Арк запустил пальцы за пояс ее трусиков.
– И я завоюю его.
Он потянул обеими руками. Нижнее белье порвалось, как бумага, превратившись в лоскут ткани, прикрывающий ее холмик. Кончик хвоста прошелся по внутренней стороне ее бедра и скользнул вверх, задевая лобок, чтобы сорвать красную ткань.
Аркантус вернул одну руку на внутреннюю поверхность ее бедра, а другую прижал к животу, когда его хвост снова пополз к ее лону.
– Продолжай двигать руками, маленькая земляночка.
Саманта была так сосредоточена на его хвосте, что не заметила, что перестала ласкать себя. Она снова привела пальцы в движение, но ее глаза и все ее внимание оставались прикованными к его рукам и хвосту. Она никогда бы не подумала, что он может использовать свой хвост для… для этого. Это было… порочно.
Кончик хвоста задел ее лоно, и бедра Саманты дернулись в ответ. Дыхание Аркантуса было теплым у ее уха, когда он спросил.
– Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе там?
Она прикусила губу и кивнула.
– Приказывай мне, – прохрипел он. – Получи желаемое.
В отчаянии сжав грудь, она разжала губы и попыталась дернуть бедрами навстречу прикосновениям, но он удержал ее на месте руками. Она никогда не испытывала такого сильного желания, такой потребности, как в этот момент. Ее конечности задрожали, а лоно сжалось вокруг пустоты.
– Прикоснись ко мне, Аркантус, – умоляла она. – Сейчас. Ты нужен мне, сейчас.
Хвост лениво прошелся по ее лону, распространяя влагу, в то время как его рука скользнула вниз по животу Саманты. Он провел пальцами по линии таза и накрыл холмик, раздвигая складки и просовывая между ними средний палец. Кончиком пальца очертил круг вокруг ее клитора.
Саманта вскрикнула, когда удовольствие захлестнуло ее. Он продолжил эти сводящие с ума круги, медленные и дразнящие, неуклонно усиливая ошеломляющие ощущения. Губы приоткрылись, когда Саманта тяжело дышала, низко опустив брови. Когда она снова попыталась покачать бедрами, он крепче сжал ее, удерживая.
Она протянула руку и обхватила его сзади за шею. Ее пальцы зарылись в его волосы, сжимая темные пряди в кулаке. Другой рукой она схватила его металлическую руку. Бедра задрожали от всепоглощающих ощущений, которые все еще постепенно усиливались. Чувство было настолько сильным, что пугало.
– Арк, – простонала она, откидывая голову назад, затем посмотрела на него.
Он встретился с ней взглядом, но его центральный глаз – самый дьявольский из всех – оставался сосредоточенным на ее теле. Палец продолжал свой устойчивый темп, обводя ее клитор снова и снова.
– Пожалуйста, Арк. Это слишком. Я не могу…
– О, но Саманта, ты можешь, – он раздвинул ее складки шире, и что-то толкнулось в отверстие. Секунду спустя его хвост заполнил ее, легко скользнув внутрь.
Саманта резко вдохнула. Она сильнее вцепилась в его волосы, когда лоно сомкнулось вокруг хвоста. Она ожидала боли, ожога от разрыва нежной плоти, неумолимых уколов его пальцев в свою кожу, когда он безжалостно входил в нее, но было только блаженство.
Аркантус застонал и прижался к ней бедрами.
– Так горячо, так мягко… так тесно, – прохрипел он.
Его хвост покинул ее. Пустота, которую он оставил после себя, ощущалась агонией, но Саманта не могла отвести взгляд, когда Арк поднес кончик хвоста ко рту и просунул его между губ.
Это была самая возбуждающая вещь, которую она когда-либо видела.
Он пососал свой хвост, откинул голову назад и застонал, прежде чем вытащить его.
– Такая вкусная.
Он прикоснулся кончиком хвоста к ее шее и медленно провел им вниз по телу, пройдя между грудями и по животу, прежде чем вернуться к влагалищу. Палец усилил давление на клитор, когда его хвост снова вошел в нее. Он двигался внутрь и наружу, усиливая постоянно растущее удовольствие.
