Текст книги "Сопротивление бесполезно (СИ)"

Автор книги: Тиана Макуш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц)

– В любом случае, чего бы я ни хотел, решать будет Лира. Я и так накосячил, пока разговаривали, не факт, что она вообще допустит до тела, – самое поганое, что это правда, и Олег это понимал. Но оставалась надежда, что Верхняя не удержится перед соблазном использовать послушное, крепкое и, что уж скромничать, красивое мужское тело по назначению. У неё, конечно, есть Вадик, с практически таким же набором достоинств, но ведь два всегда лучше одного. Ведь так? Кинув взгляд на мелкого, недовольно поморщился. – Вот только не надо так самодовольно светиться!

– Имею право. Я-то с Лирой спал!

Какой же он всё-таки ещё мальчишка… Ну спал, ну завидует этому Олег, и что? Внешне-то всё равно этого не покажет. Пожав плечами, он ухмыльнулся.

– Молодец. Только твоей заслуги, думаю, в этом особо нет. По факту-то имела тебя она. Или скажешь, не так?

– Не твоё дело, как и что у нас было.

– Пока – не моё. А там, глядишь, и моё будет.

Вадька высокомерно прищурился.

– Если я дам согласие. Лира сама так сказала. Так что сильно губу не раскатывай.

– Вадик… Не будь ребёнком, а? Подумай сам, ты ж не маз. И если полагаешь, что этому можно научиться и притерпеться… Ну, можно, в принципе. Только Верхние, они на это дело чуйку оттачивают так, что диву даёшься. И не будет от терпения Лира получать удовольствие. Если себя не жаль, о ней хотя бы подумай. Ничего хорошего не выйдет, если она не сможет удовлетворить часть своих потребностей.

Вот на это Вадим наконец задумался, закусил губу, пристально вглядываясь в какую-то точку над головой Олега. А он ждал, затаив дыхание: получилось или нет? И шумно выдохнул с первыми словами брата.

– Наверное, ты прав… Но я ещё не решил! И вообще, меня Лира ждёт. В моей, кстати, комнате. Так что сильно не пугайся звуков, если что.

И эта язва малолетняя с довольной улыбкой победителя поднялась и свалила. В душ! Олег едва зубами от злости не заскрипел, но он уже сделал и сказал всё, что мог. Оставалось лишь ждать. А там… Кто знает.

* * *

Когда ушёл Вадик, я прогулялась по комнате, заглядывая в ящики и шкаф, – так, слегка! – потом удобно устроилась на широкой кровати, включила телевизор и выставила звук на минимальную мощность, лишь для фона. И чутко вслушивалась в окружающее пространство.

Пальцы мимодумно щёлкали по кнопкам переключения, глаза не воспринимали, что видят на экране, но из глубины квартиры не доносилось каких-либо громких звуков. Ни криков, ни шума драки. И слава богу! Всё-таки были опасения, что одной угрозы окажется недостаточно, чтобы два бойцовых петуха, в которых мужчины, как правило, превращаются при соперничестве, не бросились выяснять между собой отношения. Кто из них молодец, даже сомнений не возникало: Олег слишком нахрапистый, а вот Вадим сегодня уже показал, что для него мои желания многое значат.

И всё же… Несмотря на явную симпатию и заинтересованность в Вадике, разум мой в значительной степени занимал и Олег. Будущая головная боль. Как-то я была уверена, что младший брат согласится на присутствие в нашей жизни и старшего. Да, налетел, да, морду начистил, и психовал, но… Не было в его действиях настоящей ярости. Обида была, непонимание. Но отходчивый он, и видно, что брата любит. Угу, и тот его тоже, вроде, но не только любовью действия продиктованы. Ну да в этом разберёмся со временем.

Перенервничала я за сегодня, адреналина со страху хватанула, так и не заметила, как заснула, прокручивая в мыслях ситуацию и варианты дальнейшего развития событий.

Проснулась от лёгкого нежного прикосновения к щеке – Вадик осторожно, с каким-то непонятным выражением изучал моё лицо, скользя по коже пальцем. Но стоило открыть глаза, тут же виновато улыбнулся и убрал руку. Конфетка просто. Волосы чуть влажные, на плечах блестят капельки воды, сидит в одних джинсах. Уже успел душ принять… Это насколько же меня вырубило? Попробовала выпрямиться и почувствовала, как затекла шея от неудобного положения.

– Прости, не хотел тебя будить, но не удержался. Ты такая милая, когда спишь.

– Зубами к стенке?

– Что?.. Лира!

Я рассмеялась его возмущению на древний как мир прикол. Ничего, пусть пока чувствует себя свободно, время этикету придёт позже. Потрепала его по коротким вихрам и скривилась от прострелившей плечо боли.

– Ох… Вадик, а ты массаж делать умеешь?

– Не очень, по этой части Олег больше, – увидев мой заинтересованный взгляд, тут же встрепенулся, – но помять могу, чтоб кровь разогнать.

– Давай, помни, только сильно там не усердствуй, у меня кожа нежная.

– Ага, мягкая, гладкая, как шёлковая.

Я отодвинулась от изголовья кровати, переворачиваясь на живот, и Вадик скользнул за спину, удобнее устраиваясь и мягко проводя горячими ладонями мне по плечам. Прияааатно… Какое-то время просто наслаждалась осторожными, но вполне уверенными и умелыми движениями. И что он так свои способности принижает?

– Поговорили?

– Угу.

– И?

– Не знаю… – руки на мгновение замерли на плечах, но практически тут же возобновили нежные уже поглаживания. – Лира, пожалуйста, скажи правду: он нужен тебе? Меня не хватит?

Я резко развернулась, поудобнее устраиваясь на коленях.

– Ноги согни, – как только парень выполнил приказ, оперлась руками о его колени и переплела пальцы под подбородком. – Что значит, не хватит?

– Ну… Олег сказал, что ты садистка, и я не смогу дать то, что сможет он.

Вот поганец, нашёл, куда надавить. Впрочем, неудивительно, всё же собственного брата он понимает лучше. Настолько хорошо, что заранее знал – боль Вадик не сможет принять в том объёме, что нужен мне. Вон, как его колбасит. Руки мурашками покрылись, губы подрагивают, взгляд отводит. Можно было принять всё это за желание и интерес, если бы не опущенные уголки губ и слишком явное напряжение.

– Олег не соврал, мой хороший, садистка. Но он не сказал тебе, что при желании к боли можно приучить. Осторожно, постепенно, так, чтобы нижний мог испытывать наслаждение от всего, что делает с ним Верхняя. В этом суть Темы, Вадь, во взаимном наслаждении.

– А если я не смогу, ну, привыкнуть? Мы ведь не о лёгких царапках и укусах во время секса говорим? Боль я и в самом деле не люблю. Не такую, о какой говорил Олег – плети, там, кнуты…

На последнем слове мальчика явственно передёрнуло. Нет, Олег заслужил самое серьёзное и унизительное наказание! Так напугать парнишку… Можно подумать, я не в состоянии оценить рамки возможностей своего нижнего и прям вот сразу начну его доминячить во все доступные места и избивать до кровавых лохмотьев! Идиот.

Я выпрямилась на коленях, чтоб хоть немного, но возвышаться над мальчиком, взяла его лицо в ладони, немного поднимая кверху, медленно наклонилась, наблюдая, как непроизвольно вытягиваются губы, опускаются ресницы, скрывая вспыхнувшее в глазах желание, расслабляются скулы. И поцеловала в нос.

– Дурачок. Кто ж на тебе кнут будет пробовать? Такое не любой махровый маз выдержит. Хотя Олег как раз и выдержит. Но я обещаю, что покажу плеть, которая тебе понравится, – ещё б кому из нижних не нравилось ласковое и возбуждающее касание флоггера! – Так что? Ну его в баню, твоего братца дурного?

– Да уж, дурного. Вот кому бы воспитание не помешало, но его ж это не коснётся, да?

– В смысле? Ты о чём?

– Ну, о воспитании. Как он сказал, меня ты будешь воспитывать, а его бить. И все довольны.

Последняя фраза явно передразнивала интонации Олега.

– Так вот оно что, – я тихо рассмеялась. – А вот тут твой милый братик нагло соврал. Я чётко обозначила, что если и возьму его нижним, то только в качестве саба. Так что ему перепало бы полной мерой. Но не судьба. Скажи, ты переедешь ко мне?

– Зачем?!

– Потому что Олег не даст тебе спокойно жить. Пока не уговорил меня подумать над своим предложением, я так и собиралась сделать. Больно уж он агрессивен, когда не получает того, чего хочет.

– Серьёзно? Действительно забрала бы меня к себе?

Не люблю, когда в моих словах сомневаются, так что в голосе сам собой проскользнул холод.

– Ты сомневаешься во мне? Не смей! Я могу не договаривать, но в таких вещах, в отношениях с нижними никогда не вру.

– Прости…те, леди.

Виноватый, и в то же время томный, с хрипотцой голос пустил по спине приятную волну. Маленький манипулятор.

– Думаешь, достаточно сказать банальное «простите», чтобы я забыла фактически оскорбление? Нет уж, придётся просить прощение по всем правилам.

Я легонько толкнула Вадика в грудь, и мальчик послушно откинулся на невысокую спинку изножья кровати.

– Что мне сделать, чтобы вы меня простили, леди?

Ухмыльнувшись, я ни капли не грациозно сползла с кровати, постояла рядом, наблюдая за поджарым расслабленным телом. И неожиданно резко хлопнула по животу.

– Покажи мне, где ванная, и что там можно брать.

Парень подскочил моментом, словно туго сжатая пружина распрямилась. Какой стремительный… Но тело действительно хорошо тренированное, не для красоты, а рабочее. А ещё он всё-таки очень молодой: среагировал на невинное предложение мгновенным возбуждением, даже не пытаясь скрывать эмоций. Я, конечно, не собираюсь ограничиться его использованием лишь в роли провожатого, но мальчик-то наверняка моих планов знать не мог. Сокровище, как есть сокровище.

Ванная оказалась довольно просторной, что замечательно подходило под задумку. Да даже если бы и хрущёвская крохотулька, и то нормально бы было. Вадик показал разные средства – уйму, на самом деле, мальчики-то оказались нарциссами в этом плане! – подал чистое полотенце, нашёл новую зубную щётку. И развернулся на выход.

– И куда это ты собрался? Разве я тебя отпускала?

– Эээ, вам нужна помощь, леди?

– Нет.

Вадик подзавис, а я неспешно начала стягивать платье. Потом пришёл черёд колготок, бюстгальтера, трусиков. Он жадно наблюдал за представлением, но стоило дёрнуться, когда нежно огладила себя руками, как я тут же осадила:

– Стой на месте!

Послушался. Сжал кулаки, шумно вздохнул, а я развернулась, выпятила попу, потянувшись к полке с бутылочками геля – пусть и разнообразие, но мужское же, так что к выбору средства надо отнестись с полной серьёзностью. Пока перенюхала все образцы и перечитала этикетки, прошло минут десять. Наконец выбрала мягкий гель, пахнущий свежестью, но без мускусных или острых ноток. Поставила на угол ванны и, вновь развернувшись к Вадику лицом, присела на бортик.

Нижний стоял, сжав кулаки, а в глазах мешалось вожделение с обидой. На кажущееся пренебрежение. И румянец по скулам. Смешной. А говорил, что читал про ДС. Впрочем, это такая штука – сколько про неё ни читай, сколько ни встречай пар, а в каждом новом случае найдёшь что-то необычное, особенное.

Да, я не люблю скотские унижения, плевки всякие, не говоря уж об использовании других физиологических выделений. Но я люблю изводить нижних, издеваться над их выдержкой, заставлять теряться от непонимания. По мелочи, легонько, зато это держит их в тонусе. А ещё, унижать ведь можно по-разному. Вадика-то не за что, пока во всяком случае, а вот на Олеге я бы оторвалась. Если у меня появится такое право.

– Встань на колени.

Мальчик глянул на коврик под ногами – я заметила, довольно мягкий – и опустился. Руки потянулись за спину, но я остановила.

– Не спеши. Расстегни ширинку. Достань член. Вот теперь можешь руки завести назад. И голову опусти. Не так сильно. Молодец.

Я тихо отдавала команды, каждый раз дожидаясь исполнения. Уже налитой член торчал из ширинки, и я прямо чувствовала, что мальчику от этого неудобно. Ничего. Устроившись на бортике поудобнее (чтоб не свалиться случайно в ванну) и вытянув ногу, коснулась пальцами подрагивающей плоти, провела по нижней поверхности к вершинке, пощекотала головку. Член дёрнулся и встал почти вертикально. Улыбнувшись, большим пальцем придавила его к животу, нажимая прямо под уздечкой. Тихий стон стал мне наградой.

– Вааадик… Будешь у меня Диком. На время сессий.

– А почему, – громкий глоток, – раньше вы говорили «мальчик»?

Какой умница. Пытается отвлечь сам себя.

– Потому что это обезличенное обращение, банальное. Позволяет не привязываться, не видеть личность.

– Дик, потому что Вадик?

– Отчасти. Дичок, молоденький, пугливый, но любопытный. Диковинка – открытый новому и словно созданный для подчинения. Сладкий… податливый. И так отчаянно желающий, чтобы тебя приручили, покорили. Кто-нибудь.

– Нет! – голова вскинулась, открывая возмущённо сверкнувший взгляд. – Не кто-нибудь, леди, только вы! Я хочу покориться только вам.

Я подалась вперёд, потрепала коротко стриженную макушку, и напрягшиеся плечи расслабились, а голова снова опустилась.

– Знаю, Дик, и поверь, очень ценю это, – ласкающая рука в одно мгновение превратилась в карающую, отвесив звонкую затрещину, – но не смей больше проявлять подобное возмущение!

– Простите, леди.

Прозвучало сдавленно, но меня не разжалобило.

– Прощу. Вот накажу, и тут же прощу, милый.

Глава 10. «Не было ни гроша, да вдруг…»

Если честно, хотелось много всего и сразу, хоть и прекрасно понимала, что такое невозможно. Вадик, конечно, на первый взгляд казался увлечённым и на всё готовым, но я-то знала: спешить нельзя. Да, мы многое обговаривали на протяжении прошедшей недели, но всё-таки это ещё не окончательно, предстоит как следует проработать все условия нашего дальнейшего взаимодействия. Так что пока только лёгкие игры, и наказание, которым только что пугала мальчика, совершенно не подразумевало под собой какое-то физическое воздействие или грубость. Наш метод – только нежность. Она ведь тоже может быть безжалостной.

Я снова вытянула ногу и провела пальцами по напряжённому стволу, нырнула стопой в расстёгнутую ширинку, прямо под яички, и поиграла ими немного.

– Смотри на меня, Дик.

Взгляд послушно вскинулся и примёрз к моему указательному пальцу, который я в этот момент начала увлечённо увлажнять – глубоко погружая в рот, облизывая языком. И продолжая ногой играться с гениталиями нижнего. Потом ладони пошли гулять по собственному телу, лаская, нежа, порождая тягучую истому в животе. Ну вот… Хотела устроить испытание выдержки мальчику, и сама возбудилась как не знаю кто.

А Вадик наблюдал за мной с жадным желанием во взгляде, чуть приоткрыв рот и периодически быстро облизывая губы. И даже зная, что восхищение заслужено, что не зря в поддержание красоты тела вбухано столько сил, всё равно приятно видеть и чувствовать такие эмоции от мужчины. Но пора продвигаться дальше, и я забралась в ванну, задёрнув штору.

– Не расцепляй руки. И смотри, Дик, смотри. Только не вздумай кончить.

Нет, я вовсе не думала, будто взрослый парень вот так легко подойдёт к оргазму, просто наблюдая за обнажённой девушкой. Пусть и активно его соблазняющей. Всё-таки подростковый возраст с его гипервозбудимостью несколько позади. Да и не сессия у нас как таковая. Если уж смотреть пристрастно, до сих пор вообще ни одной полноценной сессии не было, так, баловство, изощрённые сексуальные игры. Но мы потихоньку движемся к логичному результату, так что задать конкретные условия просто полезно, чтобы пронаблюдать способности Дика к более специфичным вещам.

Впрочем, все эти соображения не отменяли намерения просто немного поизмываться над мальчиком. В силе возбуждения больше половины значения имеет фантазия. В голове мы «дорисовываем» то, что видим, можем позволить себе что-то, невозможное в реальности (вообще или в какой-то конкретный момент – не важно). И я старалась изо всех сил, чтобы фантазии Вадика было где разгуляться.

Существуй конкурс на самое эротичное купание в душе, я точно стала бы его призёром, а то и победительницей! Как я выгибалась! Как соблазнительно оглаживала себя руками, маскируя всё под помывку! И поглядывала на парня сквозь опущенные ресницы. Воду сделала достаточно тёплой для комфорта, но чтоб пар не застилал видимость – удачно полупрозрачная штора только добавляла зрелищу пикантности. Сквозь капли воды напряжённое мужское тело с вздымающейся от частого дыхания грудной клеткой, пристальный взгляд, закушенная губа выглядели особенно приятно.

Чистая, приятно возбуждённая и довольная, я наконец выключила воду и отдёрнула шторку. Помедлила немного и требовательно позвала.

– Помоги мне, Дик.

Он тут же вскочил, замер, растерянно глянув вниз, на слегка покачивающийся член, прерывисто вздохнул. Да, как со стороны, для неискушённого обывателя, вид донельзя глупый и забавный, но мне важно удостовериться в его готовности к будущим отношениям. Вадик передёрнул плечами, насупился, но решительно сделал ещё шаг вперёд, протягивая руку, и поддержал, пока я выбиралась из ванны. И самое интересное: возбуждение ни капли не спало.

Но всё-таки учить его ещё, и учить. В чём-то Дик – нижний-интуит, а в чём-то до элементарных вещей не додумывается. Ладно, для меня элементарных, но сути это не меняет. Вот что ему стоило просто спросить: как именно мне надо помочь? Вдруг я хотела, чтобы он встал на колени перед ванной, изображая лесенку? На самом деле нет конечно, но сам факт. Ничего, зато в ближайшее время наше общение точно не будет скучным и обыденным.

– Полотенце возьми, – всё так же, с расстёгнутыми штанами (тут у него соображения хватило ничего не менять без приказа), парень потянулся вбок, доставая большое пушистое тёмно-синее полотенце, развернул в руках, словно собираясь меня таким образом обнять, и застыл, глядя вопросительно, умоляюще и в то же время чуть требовательно. – Вытри меня. Осторожно, не усердствуй.

Всё равно ведь не догадается спросить. И со взглядом надо поработать. Вот уж требовать сейчас он точно ничего не имеет права. Разве что следить за его благополучием – как физическим, так и психологическим, – соблюдать табу и остановиться после стоп-слова, либо же при явной панике. Немало вообще-то, но всё вполне равноценно и правильно. Ведь я получаю его тело в свою полную власть.

Полотенце обняло плечи, мужские ладони, сопровождаемые неотрывным горящим взглядом, осторожно водили поверх, промакивая влагу. А я наблюдала за подвижным лицом, на котором так легко читались эмоции парня. Вот он сосредоточенно нахмурился, пока оглаживал мою спину, руки и плечи, вот закусил губу, почувствовав сквозь ткань возбуждённо напрягшийся сосок, сжал челюсти, когда рука перешла вниз, на живот, резко втянул воздух и прикрыл глаза – касание к лобку.

Очень быстро верхняя часть тела была тщательно высушена, Вадик снял полотенце и перевёл взгляд на мои ноги. Я тихонько хмыкнула, нарочно разбивая его сосредоточенность. Взгляд мальчика тут же метнулся вверх. Заметив моё внимание, смущённо улыбнулся, а напряжённая морщинка меж бровей разгладилась. Потом, улыбнувшись шире, демонстративно опустился на колени. Хорошо. Что не теряется, что старается сделать мне приятное, что смог отрешиться и забыть про собственный вид… Быстрый взгляд на всё ещё влажные ноги и снова на меня – умоляющий.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Можно, леди? Пожалуйста…

Что учится просить. Разумеется, я понимала, о чём. Большая часть нашей переписки была вполне целенаправленной, так что о маленькой фантазии Вадика я прекрасно знала. И теперь раздумывала: разрешить или нет. С одной стороны, он ведь наказан, так что как-то нелогично давать поблажку. С другой, за правильные самостоятельные действия надо поощрять, особенно на первых порах.

Осознав заминку, Дик напрягся. Во взгляде появились растерянность и огорчение. Но не это стало решающим фактором. Мальчик лизнул верхнюю губу – жест не обольщения, сосредоточенности – и прошептал так жалобно, как смог: «Пожалуйста… молю…», а потом медленно низко склонился, упершись в пол широко расставленными руками. Господи… Тело моментально окатило волной жара. Снова присев на край ванны, я приняла решение.

– Хорошо. От лодыжки до колена. Один раз.

Плечи парня дрогнули, он весь подался вперёд, не разгибаясь, но мне мало.

– Руки за спину.

Взгляд снизу и беспрекословное подчинение. И снова тело низко склоняется, а чуть влажной кожи касаются тёплые губы, быстро заменённые языком. Тот, кто не познал прелести футфетиша, никогда не поймёт, насколько это волшебные ощущения, когда по коже нежно и осторожно скользит трепещущий от переизбытка эмоций язык. Это не простое облизывание, это чувственно-эротический лёгкий массаж. Не движение по прямой, а лёгкая вибрация, странным образом отдающаяся внизу живота, а при достаточно долгом воздействии и прямо в клиторе. Если нижний достаточно умелый, конечно.

Я ведь говорила, что Дик – нижний-интуит? Вот. Сейчас он явно наслаждался сам и дарил наслаждение мне. Короткое путешествие завершилось нежным поцелуем в колено, а немного погодя, мальчик поднял голову, глядя на меня сияющим взглядом.

– Спасибо, леди!

Приятно быть щедрой, когда в ответ получаешь такое обожание. Протянув руку, поворошила Вадику волосы.

– А теперь закончи с полотенцем, мой хороший.

Халата в ванной не было. Забавно, парни что, в одних трусах дефилируют по дому после душа? Хотя, почему бы и нет? Два одиноких мужика, родственники… Чего стесняться? Решительно отобрав у Дика широкое полотенце, завернулась в него – нижний край свисал почти до середины бедра. Вполне себе приличный вид.

– Собери мою одежду и иди сюда.

Быстро выполненный приказ, и нижний предстаёт передо мной, полный тревожного ожидания. О да, будь мы одни, я его именно в таком виде и повела бы до спальни, но… Если Олег из наших игр исключается, не стоит так нервировать мальчика. Не готов он пока к публичности, даже перед достаточно близким человеком. Особенно – перед близким человеком. Направила член Вадика вбок, заправив под трусы, и, смотря ему в глаза, застегнула молнию и пояс джинсов. Идти так, конечно, будет не слишком удобно, но недалеко же.

Если честно, я думала, что, выйдя из ванной, мы наткнёмся на Олега. Так-то это довольно глупо – караулить брата и его девушку под дверями, но после сегодняшних событий я просто не знала, что он может выкинуть. Но нет. Коридор оказался пуст, а из-за дверей соседней с вадиковой комнаты не слишком громко играла музыка. Ничего неожиданного, Ария.

Едва зайдя в спальню, я сбросила полотенце и направилась к кровати, услышав, как поспешно хлопнул дверью Дик. Мальчишка. Усевшись на край кровати в стиле незабвенной Шарон Стоун, немного откинулась назад, опираясь на руки. Под заинтересованным взглядом мой мальчик предвкушающе улыбнулся. Наивный. Я ещё не решила, что с него достаточно.

– Повесь платье в шкаф, только расправь аккуратно… Молодец. Иди сюда.

Дик подошёл и замер, не понимая, чего от меня ждать и как себя вести. Приказами ведь ясно дала понять, что наша игра пока не закончилась. Я очень медленно растянула губы в улыбке, посылая в пространство предвкушение, и так же медленно расплела ноги, расставляя их достаточно широко, чтобы у нижнего был прекрасный обзор.

– На колени, Дик. И сделай так, чтобы мне было очень хорошо. Но без рук, милый.

Он упал там же, где стоял, и лишь потом подполз на коленях. Лёгкие поцелуи, часто сменяемые скольжением языка, покрыли тонкую кожу внутренней стороны бёдер, запустив по телу приятные импульсы. И после недолгого кружения губы Вадика сосредоточились наконец на жаждущем ласки, горящем возбуждением клиторе.

Я откинула голову, прикрыв глаза и ловя волны наслаждения. Дик показывал недюжинное для своего возраста мастерство, но довести женщину до оргазма ртом (да и любым другим способом) можно только при наличии её желания. Откатывать собственное возбуждение я могла довольно долго, так что помучиться парню предстояло прилично, но наказание состояло даже не в завышенных усилиях.

Дик однозначно меня хотел, и рассчитывал, что горячая прелюдия непременно выльется в логичное продолжение, но… Удовлетворение мы получим оба, вот только полноценного секса я сегодня не планировала. Крушение ожиданий, половинное наслаждение от возможного – по мне, так вполне себе нормальное наказание за лёгкие косяки.

Губы целовали, теребили, посасывали нежные складочки и клитор, язык лизал, ритмично надавливал, пытался проникнуть как можно глубже в моё тело, а я качалась на волнах удовольствия, сдерживая их мощь. Но как бы мне ни хотелось растянуть момент, перегибать палку до уменьшения возбуждения любовника нельзя. Так что, откинувшись удобнее, на локти, я придвинулась ещё ближе к краю.

– Дик… – парень немного заторможено отреагировал, видимо, увлёкшись процессом, но всё же прервался и посмотрел на меня. – Ласкай себя. Жёстко, так, как сделал бы в одиночестве, чтобы поскорее кончить. И я разрешаю тебе это сделать, но лишь после того, как доведёшь меня до оргазма.

Нижний совершенно порочно облизнулся.

– А руки теперь можно использовать?

– Нет, – тихий разочарованный короткий стон позабавил. – У тебя есть рот, и хватит уже использовать его для болтовни!

– Как пожелаете, моя леди.

Пожелаю, я много чего пожелаю, но позже. А пока внимательно проследила, как темноволосая макушка снова пристраивается меж моих ног, но позволила себе расслабиться, только когда заметила, что мышцы на правом плече мелко и ритмично сокращаются – Дик выполнял приказ. Да и участившееся дыхание и тихие стоны говорили, что мальчик не пытается отлынивать.

Выдержав ещё немного, наконец отпустила контроль, закинув ноги на влажные от пота широкие плечи, и окунулась в наслаждение с головой. Тем более горячий умелый язык принялся танцевать по до предела возбуждённой плоти с бешеным напором, очень быстро подводя меня к краю. И в тот момент, когда я готова была взорваться от внутреннего напряжения, мелкой дрожью трясущего мышцы, Дик на мгновение остановился, глухо и отчаянно простонав прямо в клитор.

– Аааах… Ещё! Сильнее!

Он принялся за дело с удвоенным энтузиазмом (куда ещё-то?), и хватило нескольких яростных движений, чтобы меня выгнуло в оргазме. Судорога скрутила тело, и я вжала любовника в себя, чувствуя, как и его неслабо потряхивает. В голове помутилось, но сквозь приятный туман получилось уловить момент резкого напряжения, а потом и расслабления Дика. Новый глухой стон заставил выгнуться повторно, и лишь потом бессильно откинуться на одеяло, расслабляясь.

Сумасшедшие ощущения. Слишком давно у меня такого не случалось, даже с опытными, умелыми нижними. Вадика к таким точно не отнести, но с ним настолько хорошо, что это наталкивает на мысли… Неужели я всё же влюбилась? В мальчишку почти на двенадцать лет меня младше?! Господи… Надеюсь, это просто страсть и ощущение новизны.

Вадик зашевелился и осторожно спустил мои ноги со своих плеч, постоял недолго без движения, успокаивая дыхание, потом тихо поднялся, нежно погладил по бедру и, осторожно подхватив руками тело, развернул меня нормально на кровати, устраивая удобнее. Заботливый мальчик.

Мысли текли вяло и отстранённо, шевелиться не хотелось. Рядом зашуршали одеждой, тихо шоркнула дверь, и воцарилась тишина. Ушёл. Наверняка в ванну. Где-то очень глубоко шевельнулось раздражение – что подумал в первую очередь о себе, а не обо мне, – но почти сразу улеглось. Потом объясню, в чём неправ, и накажу.

Впрочем, неправа была я. Через несколько минут вновь зашуршала дверь, тихие шаги приблизились, и разгорячённого потного тела коснулась приятная влажная прохлада. Как же приятно, вот просто мурр!

Обтерев меня, Вадик снова ушёл и на этот раз отсутствовал чуть дольше. Я, разморённая удовольствием, почти уснула, когда матрас рядом прогнулся и сбоку пристроилось прохладное, но почему-то всё равно пышущее жаром мужское тело. Мою руку приподняли и начали мягко перебирать пальцы, одновременно выводя абстрактные узоры по коже предплечья. Немного поразмышляв, стоит ли стряхивать приятную дремоту, или погрузиться в неё основательно, всё же решила в пользу первого варианта. Пока ощущения свежи и нам никто не мешает, стоит поговорить и определиться с дальнейшими планами.

Глубоко вздохнув, открыла глаза и столкнулась с нежным задумчивым взглядом. Вадик улыбнулся в ответ, поднял запястье ещё выше, к губам, и поцеловал в ладонь.

– Секса сегодня не будет, да?

Ууу, малолетний гиперактивный кобель! В хорошем, смысле, не подумайте.

– Неа… Наказание, помнишь?

Парень тяжко вздохнул.

– Не слишком жестоко за небольшую ошибку?

– А вот прямо сейчас заслужил ещё одно – саб не может оценивать действия Домины, не может выбирать наказания, если это предварительно не разрешено, и определять степень их силы и серьёзности. Вадик, я знаю, мы много говорили об этом, но ты уверен? Уверен, что тебе нужно именно это? То, что происходит сейчас, просто ролевые игры. Я не считаю себя приверженцем соблюдения всех правил, но если мы решим развивать тематические отношения, тебе придётся учиться. И уроки могут быть и неприятными, и жестокими, и унизительными.

– Лира, вот скажи: ты просто хочешь Олега вместо меня?

На мгновение я опешила – с чего такой странный вывод? Нет, определённо, мужская логика ещё извилистее женской! Вытащив руку из расслабленных пальцев, звонко хлопнула этого балбеса по лбу. Потом повернулась набок и подпёрла голову рукой.

– Дурень! При чём здесь Олег? Я ж за тебя волнуюсь! Я, знаешь ли, никогда не брала на воспитание новичков и до сих пор сомневаюсь, что стоит начинать. Что с твоей стороны это не простое любопытство, которое скоро пройдёт, сменившись разочарованием. Ведь я-сейчас и я-Домина очень разные личности, ты хоть это понимаешь?

Парень насупился.

– Понимаю. Но ведь если не попробую, никогда не узнаю. А мне хочется. Хочется стоять перед тобой на коленях, выполнять приказы, доставлять удовольствие и сдерживать своё. Это… сильно волнует.

– Отношения Дом-саб этим не ограничиваются, Вадь. Твоё тело будет принадлежать мне полностью, я буду делать с ним, что пожелаю. Как только мы примем решение, ты уже ни на что не сможешь повлиять. У тебя не будет никаких прав, кроме тех, что позволю я. Ну и право отказаться у тебя тоже никто не отнимет. Но отказаться окончательно, от отношений вообще. Не у всех так, но моя позиция именно такая. Готов ли ты к этому?

– Но ведь мои табу ты не нарушишь? И работы или учёбы это не будет касаться?

– Нет разумеется! Но только в том, что касается выбора: где и на кого учиться, кем работать. А вот всякие шалости и задания во время той же работы-учёбы – запросто.

–Ммм… ладно. А секс же будет?

– Это как раз одна из приятных сторон. Лично я не вижу Темы без секса, не понимаю. Добровольное искренне подчинение мужчины слишком заводит, чтобы оставлять это без продолжения.

Тут Вадик нахмурился.

– А Олег… Если он будет с нами, с ним ты тоже будешь спать?

– Подожди, разве ты не отказал ему?

– Я не сказал ничего конкретного, решил подумать до утра.