Текст книги "Сопротивление бесполезно (СИ)"
Автор книги: Тиана Макуш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 24 страниц)
Но вопрос Марго, да. Сжала пальцы, запрокидывая голову нижнего и всматриваясь в отрешённое спокойное лицо. Какой актёр! А кадык дёрнулся, да жилка на шее сильнее забилась. И вообще нервную волну я всей кожей ощутила. Он выполнит мою волю, знаю, но удовольствия это ему точно не доставит. И смысл тогда? Я отпустила волосы своего мальчика, мельком глянула на играющее отблесками мелких бриллиантов золотое колечко, преподнесённое вчера Олегом, и с улыбкой повернулась к Марго.
– Желания имеют свойство меняться. И своего Ёжика я больше ни с кем делить не хочу. Мне и самой его попка нравится.
Олежка гулко сглотнул, видимо, вспоминая наши забавы. Дааа, его попку я очень люблю. И она целиком и полностью моя. Как и весь Ёжик. Уже не колючий, а мило-ершистый. Трепетный в моих руках, отзывчивый. Нет, однозначно, делиться таким чудом я не намерена. Так – правильно.
Бонус
– Как вы ходите в этих орудиях инквизитора, леди? Жутко неудобно же!
А ты думал, доля женщины легка? Знай, свети красотой и принимай всеобщее восхищение? Нет, эта самая красота скрывает за собой такие мучения… Впрочем, мой Ёжик в последнее время узнал это на собственной шкурке.
Сегодня пятница, и любимая колючка за неделю, на удивление, нигде особо сильно не накосячила. Потому я просто развлекаюсь. Давно хотела опробовать на нём кроссдрессинг, вот и пришло время. И настроение соответствующее. И мальчик покорно выполняет мою прихоть, зная, что после унизительного развлечения обязательно «накормлю» его вкусненьким.
– Не хныкай. Зато красиво.
– Да уж…
– Поговори мне! И вообще, давай, наклоняйся да половинки свои руками разводи, будем развлекаться дальше.
В глазах нижнего вспыхнула откровенная паника.
– Леееедии… Я же грохнусь, точно равновесие не удержу!
Гм, я осмотрела с превеликим трудом найденные «туфельки» сорок третьего размера. Пожалуй, шпилька действительно тонковата и высоковата, как-то при покупке таковой не показалась. Вон, у мальчика даже коленки подрагивают от напряжения, когда ноги переставляет. Ладно, пожалею немного бедняжку.
– Хорошо. Можешь упереться лбом в спинку кресла. Но ноги сгибать не смей! – нижний демонстративно тяжко вздохнул, но осторожно подошёл ближе к креслу и нагнулся, найдя третью точку опоры лбом. А я хлопнула по обнажённой пояснице. – Спину прогни! Ещё.
Олежка, сопя, выполнил приказ, но я заметила, как покраснели его скулы. Ага, зрелище, скажу я вам, ооочень горячее! Крупный мускулистый мужчина, стоящий в откровенно развратной позе. Предлагающий себя. От такого не отказываются.
Замечательно гладкие половинки растянуты в стороны, открывая вход в тело. Задний, да, но вход же. И такой трогательно-трепетный, заранее подготовленный к играм с проникновением, хоть мой мальчик этой процедуры до сих стеснялся. В смысле, проводить её при мне. Это же отдельный, пикантный сорт унижения.
Нежно прикоснулась к бархатистой коже и, не удержавшись, звонко хлопнула по великолепной заднице. Ёжик зашипел, но не дёрнулся. «Умница!» – промурлыкала я и снова огладила беззащитные сейчас ягодицы, провела пальцем по раскрытой ложбинке. Олежек шумно вздохнул и сильнее уткнулся лбом в спинку кресла. Какой же ты чуткий, солнце моё!
Прикоснувшись к сжатому входу, надавила слегка, подержала, дождавшись момента расслабления, и… убрала руку, ведя пальцем дальше, слегка царапнула мошонку и обхватила полувозбуждённую плоть. Ёжик выдал протяжное «уууммм» и шевельнул бёдрами, но тут же получил по заду новый шлепок.
– Не шевелись!
Убрав от нижнего руки, добилась разочарованного стона, но останавливаться же не собиралась – только выдавить на пальцы хорошую порцию смазки. А нижний пусть поволнуется. Немного. Впрочем, долго мучить не стала. Вновь обхватила член и заскользила по нежной кожице, ощущая, как напрягается, наливается объёмом плоть. Ёжик расслабился, отдаваясь ощущениям, и явно далеко не сразу почувствовал, что в него проник мой палец. А вот на втором уже вздрогнул, но поздно – я нащупала подушечками плотный орешек простаты и нежно погладила. Вот теперь Олежек и выгнулся, и застонал в голос.
Так и ласкала его – изнутри и снаружи. А когда почувствовала дрожь подступающего оргазма, одной рукой сжала член у основания, а второй быстро вставила в разработанный зад приготовленный заранее вибратор-пробку.
– Славный мальчик, умница. Теперь распрямись и встань сбоку от кресла, лицом к нему.
Выполнил приказ Ёжик не сразу. Какое-то время понадобилось на осознание и выныривание из чувственного марева. Ну не думал же он, что всё будет так просто?
Обтерев руки влажной салфеткой, дала отдых ногам, присев на то самое кресло, и, встретив умоляющий взгляд, улыбнулась. А потом сноровисто надела на член с яичками кольцо. Да не простое: к довольно широкой кожаной полоске с клёпкой крепились четыре подвески, на равном расстоянии друг от друга. В виде круглых таких колокольчиков, ага. Олег немножко дёрнулся, состроив обиженную моську, и тут же «зазвенел».
– Блииин… ну леееедиии…
– Что такое, мой хороший?
Тяжёлый вздох, полный показного горя и смирения.
– Ничего, леди.
– Правда? Вот и славно. Помни, кому принадлежит это тело.
– Да, леди, я помню. Вам.
– Правильно. И мне надоела твоя болтовня, Ёжик. Если не хочешь кляп, то ни единого слова больше без веского повода.
Он у меня умница. Хорошо уже изучил мои вкусы и привычки. Ничего не сказал, только кивнул согласно.
– А теперь два шага назад и замри. Хочу на тебя полюбоваться.
Тихий фырк и послушно выполненный приказ. А полюбоваться действительно есть чем. Я всё грозилась, грозилась своим мальчикам кроссдрессингом, но дальше отдельных элементов дело так и не зашло. А сегодня вот решила оторваться по полной. Ну, в своём понимании: стремления делать из мальчика девочку у меня всё же нет. Возбуждает именно брутальный мужчина, одетый в некоторые женские вещи. Как сейчас.
Олег выпрямился, развернул плечи и завёл руки за спину. Красавец! Мускулистые ноги (и при этом волосатые – я решила, что в некоторых случаях это даже пикантно, так что позволила нижнему не брить их и руки) затянуты в красные кружевные чулки, крепящиеся к чёрному ажурному поясу. Из-за чёрных же туфель на шпильке стоит не слишком устойчиво, но старается – не хочет проверять, что я могу сделать с целью «помочь». И правильно, я ж такая – как придумаю…
Так, отвлеклась. Хотя, на этом, собственно, и почти всё. Остался только красный же передник горничной (потому что я так захотела: не белый, а именно красный!), коротенький, едва прикрывающий лобок, а сейчас ещё и бесстыдно поднятый вздыбленной плотью. И ошейник, да. Выбранный с любовью, мало отличимый от обычного серебряного украшения, вот только замочек без миниатюрного ключика не открыть. И через голову цепочку не стянешь – короткая, хоть и не охватывает шею слишком плотно.
Но не нравится мне спокойно-отрешённый вид моей колючки. Подбавим эмоций. И я нажала небольшую кнопочку на пульте. Олег вздрогнул и неверяще вскинул взгляд. А ты думал, дорогой, я просто так в тебя столь небольшую штучку засунула? Улыбнувшись, выключила вибратор и положила в карман шорт, поднимаясь. А облегающий короткий топ обрисовал напрягшиеся уже соски (ибо бюстгальтером я пренебрегла), привлекая жадное внимание нижнего. Вот и славно, будем играть дальше.
– В раму, Ёжик. И туфли с передником можешь снять, когда дойдёшь до фиксатора.
Радостную улыбку махом стёрло. Да тут идти-то три метра до той рамы! Неженка. Но обувь в дальнейших наших развлечениях точно лишняя. Не хочу, чтоб мой мальчик нечаянно получил травму. Доковыляв до надёжно скрепленных брусьев, Олег со сладостным стоном скинул туфли и красную кружевную тряпку, потом довольно выгнулся. Ах, паршивец-провокатор! Ну я тебе сейчас устрою…
Быстро растянула нижнего в раме, сделав из него этакий косой крестик, а потом демонстративно достала из кармана пульт и снова нажала кнопочку. Мой Ёжик прикрыл глаза и облизнул губы, слегка напрягаясь. Даже не думай, милый, это только начало.
Дальше я просто мучила своего мальчика. Лаской. Нежные, порой едва ощутимые касания пальцами, чередуемые с резкими мазками ногтями. Грудь, живот, спина, бёдра и ягодицы… Поцелуи и укусы. Шлепки. Так-то кажется – ерунда, но через минут пятнадцать моя колючка уже вся извивалась и постанывала. Под мелодичный перезвон колокольчиков. Зато почти перестал обращать на них внимание – нужная кондиция достигнута, теперь можно и продолжить.
Поставив вибратор на максимальную скорость, отошла от дрожащего нижнего и быстро сложила на перекатной столик всё необходимое для дальнейшей игры. Тут же снизила скорость игрушки и оставила столик за спиной Ёжика. Пусть до последнего теряется в неизвестности. Мой мальчик расслабился в оковах, обвис, прерывисто дыша. Подошла близко-близко, захватила волосы в горсть и немного оттянула назад голову, открывая доступ к шее. Лизнула, а потом жадно, с засосом, поцеловала влажную солоноватую кожу прямо над бешено бьющимся пульсом, оставляя тёмный след. Знак. Мою печать.
– Какой ты у меня…Готов к продолжению?
И томный, жаркий выдох в ответ:
– Дааа, леди.
Ну раз готов… Сдавленное шипение ознаменовало первую прищепку. На соске. Прицепив вторую, на какое-то время прервалась, забавляясь с кусачими игрушками: шевелила, слегка покручивала, оттягивала. Отзывчивое тело нижнего послушно подавалось за моими движениями, исполняя диковинный танец пришпиленной бабочки. Под конец щёлкнув пальцами по прищепкам и выбив короткий всхлип, продолжила «украшать» мальчика. Дорожки по бокам, от подмышек до тазовых косточек, пара коротких по животу, по обеим сторонам от пупка, по внутренней поверхности рук… Только пах и ноги не трогала – они мне для другого нужны, а предварительные забавы с прищепками смажут впечатление.
И снова немного «поиграла» на подрагивающем теле, шевеля девайсы, заставляя нижнего извиваться не то в попытке уйти от прикосновения, не то – податься навстречу. Чередуя острые ласки и скачки режимов вибратора. Вскоре Олежек был как раз в том состоянии, когда любое прикосновение несёт мучительное наслаждение. Тем острее ему предстоят ощущения. А такое он любит, уж я знаю. Резко посбивала с тела все прищепки, и мальчика выгнуло с долгим криком, после чего он слегка обвис, отдыхая.
Пока Ёжик слабо реагировал на окружающее, я поставила прямо перед ним стул, затем подкатила поближе столик и с удобством устроилась. Теперь можно не прятать девайсы – пусть видит, что его ждёт и… боится, ведь так я с ним ещё не играла.
Приласкав налитой и покрасневший член, обхватила его пальцами под головкой и с удовольствием облизала трепещущую плоть. Олежка у меня вкусный. Не леденец на палочке, конечно, но ощущения всегда только положительные. Перестав кружить языком по головке, забралась самым кончиком в приоткрывшуюся дырочку и подняла взгляд на лицо нижнего.
Боже, какая страсть и мука сейчас полыхали в янтарных глазах! С какой жадностью и желанием он следил за моими действиями… И тем приятнее было видеть, как этот коктейль сменяется другим – страхом, перерастающим в панику, с ноткой интереса и опасливого предвкушения, – когда я протёрла головку салфеткой с антисептиком, затем взяла со столика металлический уретральный стержень (да, да, конечно простерилизованный, пусть и древним как мир способом – в кипящей воде), состоящий словно из нанизанных на что-то продолговатых бусин. Совсем маааленьких по диаметру бусинок (всего-то три миллиметра!), чтобы только познакомить с процессом. Для этой забавы тоже нужна тренировка.
Отвлёкшись на мгновение, чтоб обмакнуть стержень в смазку (для этой цели выпросила у знакомой, работающей в лаборатории, несколько высоких узких пластиковых цилиндров), приставила кончик к дырочке уретры и снова поймала взгляд Ёжика, мечущийся между моими глазами и собственным членом. Мальчик до этого кусал губы, но как только почувствовал холодное прикосновение, крупно вздрогнул, шумно втянул в себя воздух и с мольбой посмотрел на меня. Но молча. Что ж, такое достойно поощрения.
– Ты что-то хотел сказать, милый?
– Леди… это… может, не надо? Пожалуйста?
Я притворно нахмурила брови.
– И это всё? Я-то думала… Надо Ёжик, надо. Ты весь мой, и снаружи, и внутри.
С этими словами я достаточно быстро, но аккуратно погрузила игрушку в член. Олег стормозил, видимо, прислушиваясь к ощущениям, так что громкое «ай!» выдал с некоторой задержкой и заскулил.
– Ай? Разве больно, Ёжик?
Ну да ему как раз лучше бы было больно, чем столь странные и непонятные ощущения. В подтверждение моих мыслей (и уверенности – всё же опыт достаточно богатый, и нечаянную боль умею не причинять), нижний помотал головой, но смотрел умоляюще и словно кричал всем напрягшимся телом: «Вытащи, вытащи это, пожалуйста!». Однако даже не пытался дёрнуться. И правильно. Во-первых, пальцы могу ведь и посильнее сжать, а не просто придерживая член, а во-вторых, страшная и опасная штука в другой моей руке может же и куда-нибудь не туда пойти, или вовсе травмировать. Всё это столь явно читалось на моське моего мальчика, что и говорить ничего не надо. Ну да обычная реакция: многие нижние мужчины и боятся, и желают таких ласк одновременно.
Я ухмыльнулась и медленно потащила стержень наружу, а когда внутри осталась последняя «бусина», снова надавила на другой конец девайса. Так и развлекалась. Вперёд, назад, вперёд, назад… Олежка довольно быстро привык и теперь прислушивался к своим ощущениям, но долго расслабляться я ему не позволила. Сначала увеличила скорость движений, погружая металл максимально глубоко из возможного. На этом этапе мой мальчик начал постанывать и даже пытался двигать бёдрами навстречу. Осторожненько так, с опаской.
Через несколько минут всё-таки вытащила игрушку совсем, но не успел Олежка облегчённо выдохнуть, как я взяла новую: чуть более толстую (буквально на миллиметр) и прямую, но зато на одном её конце красовалась овальная «бусинка» – пусть единственная, однако ещё на пару миллиметров толще, а на другом – своего рода эрекционное кольцо, которое можно закрепить под головкой. Вот тут глазки у моего солнышка стали идеально круглые и в них снова вкусно заплескался страх.
– Мммм…
Но я не обратила на его желание высказаться ни малейшего внимания. Просто обмакнула стержень в смазку и, не давая нижнему времени подготовиться, ввела суженный кончик в канал. В этот раз очень медленно и осторожно. Впрочем, как только Олежа почувствовал куда более сильное давление изнутри на драгоценный орган, тут же не выдержал.
– Ай! Нет, не надо, леди! Пожалуйста, пожалуйста!!! Не надо!!!
Погрузив «бусину» полностью в уретру, я прервалась и строго посмотрела на паникующего нижнего.
– Я разрешала говорить? Что за вопли? Тебе что, больно? – мой мальчик усиленно закивал головой. Вруша! – Ай-яй, Ёжик, как нехорошо… А если не врать?
Знаю, о чём говорю. Мало того, что я очень аккуратна, так и лубрикант подобрала тщательно: специальный, не только облегчающий скольжение, но и предотвращающий микротравмы за счёт более полного расслабления мышечных волокон стенки уретры (вернее, предназначено для влагалища, но мышцы-то и там, и там есть!), да ещё и стимулирующий возбуждение из-за повышения чувствительности. В общем, сказка, а не гель! И он мне тут будет говорить про боль. Пффф!
Олег тяжело вздохнул и отвёл взгляд. Поросёнок трусливый. И у него в списке стоит зелёная галочка напротив СВТ-техник (3)! А я к этому вопросу подхожу очень осторожно – главное ведь не навредить, а то и вовсе покалечить. Вот стимуляцию уретры бужированием считаю вполне себе приемлемой игрой. Но и в этом случае о безопасности забочусь тщательно.
– Вот именно, Ёжик. А врать нехорошо. Тем более, врать своей Верхней. И за это будешь наказан. Чуть позже.
Ответом стал жалобный стон, а я мысленно улыбнулась. В некоторых вопросах нижние так предсказуемы… Я предвидела и такую реакцию, и попытку избавиться от непонятного, пугающего воздействия с помощью лжи. И наказание, разумеется, было продумано заранее. Из того разряда, которые скорее удовольствие, пусть и довольно острое. Но мальчик к нему пока ещё не готов.
Через некоторое время Ёжик уже постанывал – лубрикант вышел на максимум действия, и ощущения добавили огня в унявшееся было возбуждение. А я пила его эмоции и балдела сама, как завороженная медленно погружая и вытаскивая стерженёк. И чуть не забыла обо всём на свете. Точнее, о наказании. В себя привёл хриплый стон-выдох:
– Леееди…
Всё же не удержался. Но тут сложно винить, на пике-то чувств. Да и вовремя.
– Да-да, мой хороший. Я помню. Пора перейти к наказанию.
Ошарашенный взгляд нижнего говорил, что он уж точно не это имел в виду, но кто ж ему виноват? Я бы, конечно, расстроилась, не получись реализовать задумку полностью, но, в конце концов, последняя игра, что ли? Однако раз уж отвлёк, не успел кончить, пусть ещё немного помучается.
Вытащив стержень, снова обмакнула его в смазку, но в этот раз совершенно другую. С особым, ошеломляющим, в натуральном смысле, эффектом. А всего-то надо в заводской лубрикант с афродизиаком на водной основе добавить свежевыжатый сок имбиря. Совсем чуть-чуть, буквально миллилитр, зато ощущения…
Олежек замер, вслушиваясь в себя после моей пакостной улыбки, но в том и дело, что имбирь действует не сразу. А спустя буквально несколько секунд взвыл дурниной и задёргался.
– Аааа… Леди, уберите это! Пожалуйстапожалуйстапожалуйстаааа… Ай, жжётся!
Ну, положим, не жжёт, а печёт. Но впечатления должны быть сумасшедшими, это да. И при этом никакого вреда организму, хоть и кажется иначе. К тому же, как бы ни умолял мальчик, а стоп-слово не называл. Я успокаивающе похлопала по подрагивающему бедру.
– Ну-ну, так уж и жжёт?
И снова взялась за медитативное занятие: вперёд-назад, вперёд-назад. С нарастающим желанием наблюдая за своим страдальцем. Раскрасневшийся, с блестящими страхом (за самое драгоценное) глазами, кусающий губы, он уже не вопил, лишь всхлипывал на каждое движение, но очень скоро в чертах лица проступило и удивление. Да-да, афродизиак в состав совершенно не зря входит, а вот действие имбиря довольно быстро сходит на нет. И вот мой мальчик уже откровенно стонет, и даже подаётся бёдрами навстречу стержню. Какой же лапочка! И меня от его разрастающегося желания просто накрывает.
Вставляю стержень до упора, накидываю кольцо и завожу его под края головки. Быстро расстёгиваю поножи, потом рывком встаю, и та же участь постигает наручи. Ёжик безвольно роняет руки и смотрит на меня мутным, наполненным бесконечной страстью взглядом. И меня ведёт от этого ещё сильнее. Взмах рукой за спину.
– На скамью, Ёжик.
Он знает, о чём именно речь, идёт, слегка пошатываясь на нетвёрдых ногах. А я делаю несколько шагов до полок. Шорты прочь. Страпон двойной, и эта вторая, «моя» часть с лёгкостью погружается в давно исходящее влагой лоно. Ооох, как же хорошо! Но скоро будет ещё лучше. Ремешки закрепляю на ходу, захватывая на обратном пути флакон со смазкой. Не с имбирём – для первого раза у мальчика и так передоз ощущений.
Он уже стоит. Так, как нужно. Широко раздвинутые колени на мягких подставках, торс лежит на длинном сиденье, руки обхватывают дальние от него ножки. В такой позе кружевные чулки с поясом смотрятся особенно пикантно. Как же хорошо… И мало. Хочу его ещё более раскрытым. И получу.
– Приподними ноги вверх, радость моя. Ненадолго.
Наверняка удивлён, но выполняет приказ беспрекословно. Мышцы красиво напрягаются, когда упор остаётся только на грудь с животом. Ох, какой же он… Не отвлекаться! Меняю высоту подставок, поднимая их повыше. Быстро закрепляю.
– Можешь опускать.
Слушается и вот теперь охает от удивления, когда коленки слишком рано стукаются о мягкую поверхность. За попытку оглянуться резко шлёпаю его по заднице и прикрикиваю. Ёжик вздрагивает и послушно выгибается, подстраиваясь под новые условия. Теперь сиденья он касается только грудью. Фиксирую руки, затем ноги в коленях и лодыжках, и лишь в последнюю очередь перехватываю ремнями спину. Заставив съехать грудью ближе к краю и перехлестнув крепления крест-накрест, через плечи.
Ох, наваждение ты моё… Безумно желанное. До стона, до хрипа, до боли… Именно их я хочу тебе дарить как можно чаще. Чтобы кричал, извивался в моих руках, открывался глубоко, до самой души… Бьёт, значит, любит? В отношениях между садистом и мазохистом – истинная правда.
Как зачарованная провела ладонью по напряжённой спине, огладила бесстыдно выпяченные ягодицы, нетерпеливо выдернула вибратор, давно выключенный (Олегу и стержня хватало), выдавила смазки на пальцы и скользнула в жаркое нутро. Расслабленное, готовое. Погладила орешек простаты, добившись томного стона, и заменила пальцы обильно смазанным страпоном, входя медленно, но до самого конца. Под мелодичный перезвон колокольчиков.
Надолго моей нежности не хватило. Желание растянуть чувственную пытку на подольше уступило место сминающей разум страсти, движения стали резкими и частыми, а заполошный звон раздражал. Эрекционное кольцо полетело в сторону, но стержень-то по-прежнему перекрывал уретру. И очень быстро Ёжик взмолился.
– Леди… Леееди, разрешите кончить, умоляааю! Меня сейчас разорвёт же… не могууу большеее…
Я вошла до упора, скользнула ладонями по влажной напряжённой спине и легла сверху, прижимаясь всем телом. Дотянувшись до уха, прошептала:
– Я разрешаю, Ёжик. Кончай, как сможешь.
– Нооо… Эта штука… в члене, уммм. Как?..
– Ты сможешь. Просто расслабься, сладкий, отдайся ощущениям полностью.
Я не обманывала и не издевалась. Такой оргазм вообще крышесносный по ощущениям. И не надо говорить, что это невозможно. А как же сухие оргазмы, когда спермы уже не остаётся? Они мучительные, да, но невероятно острые. Так и здесь. Извержения – явного – не будет, но эмоциональная разрядка окажется в разы сильнее, чем при обычных условиях.
Олежка всхлипнул тихо, но постарался последовать моему желанию. А я лежала на чуть расслабившемся теле и слегка покачивала бёдрами. Ждала. Глубокий вздох нижнего, стон, и снова поднимаюсь, впиваясь пальцами в самый верх бёдер, тяну на себя и начинаю сильно и быстро вбиваться в желанное нутро. Горячий ком, медленно, но неотвратимо скапливавшийся в животе, взрывается острым наслаждением… в тот самый миг, когда Ёжик напрягается, дёргается и долго-долго, протяжно кричит…
В себя пришла не сразу. Очнулась лежащей на своём часто и хрипло дышащем мальчике, приподнялась и осторожно выскользнула из него. Голова немного кружилась, клитор и низ живота пульсировали, а в теле ощущалась приятная слабость. Растёрла ладонями лицо, сняла с себя страпон и быстро освободила Олега, попутно растирая ему руки-ноги. Медленно потянула вверх, поднимая.
– Давай, мой хороший, вставай. Потихонечку, аккуратно, сейчас дойдём до кроватки и сможешь расслабиться.
На что Олежек фыркнул: «Я не настолько обессилел, леди», но на подставленное плечо опёрся. Не всем весом, само собой.
На кровать мы рухнули оба, и я чуть откатилась, давая место любимому. Он с тихим стоном раскинулся на спине. Член был по-прежнему напряжён, а вокруг металлического кончика, выглядывающего из уретры, немного сочилась сперма. Ну да, совсем перекрыть канал такой диаметр игрушки не в силах. Да нам этого и не нужно. Погладив твёрдую плоть, осторожно сняла кольцо и вытащила девайс под тихий стон Олега. Потом мы лежали, бездумно обнявшись, отдыхая. И готовясь к новому раунду – я всё ещё не чувствовала окончательного удовлетворения.
– Это было… сумасшедше.
– И тебе понравилось.
Тихий смешок в волосы и поцелуй в висок.
– Я не посмею отрицать.
– И правильно. Но это лишь одна грань, тут стооолько вариантов… Со временем я тебе покажу их все.
Мой мужчина слегка вздрогнул, но тут же обнял и потёрся носом о щёку.
– И сопротивляться бесполезно, я знаю.
– Именно так. Помни об этом.
– Всегда, моя леди, всегда.
3 – СВТ, для тех, кто не в курсе, это пытки мужских гениталий
Август 2019
Конец
