Текст книги "Сопротивление бесполезно (СИ)"

Автор книги: Тиана Макуш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)

Глава 7. Сложный разговор

Что совершила ошибку, я поняла, только закрывшись изнутри – парень и так вежливостью не страдал, а наедине вообще распоясался. Бла-бла-бла… И Вадик-то мне не подходит, и слишком молод, и жизнь ему загублю. Столько гадостей про себя – сначала завуалированных, а потом и вовсе откровенных, – я в жизни ещё не слышала! Вот же поганец! Но и он, слава богу, выдохся. Хватит! Пороть его надо, пороть беспощадно, и на коротком поводке держать. Хам! И плевать мне, как его зовут!

Я говорила, что обычно не веду себя как сука? Чушь. Именно с ним, именно сейчас я не собиралась быть ни вежливой, ни понимающей. Да вообще не собиралась оставаться рядом хоть сколько-нибудь дольше необходимого.

По пунктам разъяснив своё мнение, из последних сил сдерживаясь, чтобы сохранить достоинство, полезла в сумочку за ключом. Вечером непременно с Вадиком спишусь: нельзя так нагло вмешиваться в чужую личную жизнь, даже если это жизнь близкого родственника. Всё равно она не твоя же! Но, чёрт, я напрочь забыла, что передо мной сильный и разозлённый мужик. Для меня он был нижним, перешедшим границу, и всё. Глупая ошибка, вот только поняла я это, когда уже летела на кровать от грубого рывка, а потом оказалась обездвижена и придавлена шумно дышащим телом.

Было ли мне страшно? Ять! Да капец как! Одна, в руках этого неадеквата, который своей дурной хваткой запросто может мне сейчас устроить перелом запястья, а то и обоих. Синяки-то уж точно останутся, чувствую. Про остальное вообще молчу. Но одно я знала точно – дикому зверю показывать свой страх ни в коем случае нельзя. И ещё в рукаве был козырь, о котором придурок не мог знать – меньше чем через пару минут здесь будут ребята из службы безопасности Макса. И заморачиваться с открытием двери ключом они не станут – вынесут к чертям. Вот тогда мы и поговорим по-другому. Если у мужика не окажется с собой оружия. Но не похоже… Больше смахивает на жест отчаяния.

Тянулись секунды, а этот кабан лежал на мне – тяжёлый, зараза! – и смотрел. Не предпринимая вообще никаких действий, даже не двигался. Вот и какого было говорить «а», если не готов к «бэ»? Нет, я нисколько таким поворотом не расстроена, но, право, идиотская ситуация. Ладно, надо брать дело в свои руки, пока в бедовой голове не мелькнула какая-нибудь «особо умная» мысль.

– И долго ты собираешься на мне валяться? Впрочем, нет, не говори, я и сама знаю: от силы пару минут.

– С чего ты так решила?

Вооот, главное – выбить из равновесия! В янтарных глазах – блин, какие же красивые! – на смену неуверенной злости пришло чистое удивление. И я не смогла отказать себе в удовольствии прошипеть ему прямо в лицо:

– С того, что как раз в это время дверь выломают несколько человек охраны, и тогда мы поговорим совершееенно иначе. Тебе точно не помешают некоторые воспитательные меры.

Ять! Парень на мне напрягся, а в бедро упёрся недвусмысленный стояк. Да что ж его снова так ломает, а? Ему ж только в радость будет, если морду набьют да кости пересчитают.

– Откуда… Камеры?

– Разумеется. В таких местах обеспечение безопасности – залог репутации, а значит, и успеха. Да блин! Слезай с меня немедленно, если хочешь хоть как-то выкрутиться из ситуации! Через минуту будет поздно.

С чего я собиралась помогать выпутаться этому придурку? Сугубо из корыстных побуждений. Мне ведь тоже не улыбалось предстать перед Максом жертвой. Тем более я себя ею не чувствовала. Злой, глупо просчитавшейся – да, но никак не потерпевшей. А Макс ведь меня потом подколками изведёт на предмет женской беспомощности! Парень… Олег, да, потерял ещё несколько секунд, а потом резко поднялся, немного подумал и протянул мне руку. Вот где его воспитание минуту назад было? Встав, не удержалась и залепила пощёчину, смачно, с оттяжкой. Сволочь! На запястьях уже наливались тёмные следы, да и больновато… И в этот момент раздался стук в дверь. Быстро они.

Олег захлопнул уже открытый было рот – явно какую-то гадость хотел сказать! – и недоверчиво обернулся в сторону двери. Что, только сейчас понял, что я не шутила? Чего же тогда встал? Осторожный, подстраховался? Дежурный видел, что у нас ситуация изменилась, и наверняка передал охране по связи, так что ломиться они уже не будут. Но и ответить тоже надо, а это значит – подойти к двери. Для всяких таких случаев там небольшое окошко предусмотрено: кричать из комнаты не вариант, звукоизоляция же.

Дёрнув парня за ухо, почти не разжимая губ, приказала:

– На колени падай, придурок!

В глазах удивление, толика сомнения, но рефлексы нижнего – это не жук чихнул, так что, когда я направилась к двери, Олег уже стоял на коленях, опустив голову. Пусть это не искреннее смирение саба, но и так сойдёт. Хорошо, что ключ не нужен – где его сейчас искать? Я глубоко вздохнула и откинула внутренний засов, открывая окошко.

– Что случилось, мальчики?

– Госпожа Лира, у вас всё в порядке? Нам показалось…

– Вам показалось, Лёня.

Охранник успокоился – ещё бы, увидеть такую «картину маслом» за моей спиной.

– Хорошо, но если что – мы рядом.

– Конечно, радость моя, я помню.

– Хорошего отдыха.

– Спасибо, мальчики.

Вот такой вот коротенький диалог, но скольких нервов он мне стоил! Однако всё компенсировало выражение чистейшего обалдения на лице моего «гостя». Ничего, он мне уже мнооого задолжал, долго будет расплачиваться. Закрыв переговорное окошко, развернулась, глубоко вздохнула и неспешно пошла к своей жертве – теперь не отвертеться, ни ему, ни мне. Придётся доигрывать до конца.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Чего уставился? Хочешь, чтоб они вернулись? За нами в ближайшее время наблюдать будут очень пристально. Разворачивайся лицом к креслу давай. И можешь опуститься на пятки, если неудобно так стоять.

Глаза парня сверкнули злостью, но распоряжение он выполнил. Не всё потеряно, видать. Так, новый глубокий вдох и – продолжаем представление. Удобно устроившись в кресле, собралась с мыслями. Если раньше мне просто хотелось поскорее закончить неприятный разговор, то сейчас взыграло чувство собственного достоинства. Оскорбление женщины – это одно, за такое тоже по головке гладить нельзя, но у нас ситуация несколько серьёзнее: нижний не просто оскорбил Верхнюю, он напал, применил силу! И не по незнанию, а прекрасно понимая, что делает.

– Итак, мне интересно: у тебя есть Топ?

Зрачки Олега расширились.

– А это здесь при чём?

– Должна же я знать: требовать твоего наказания у кого-то, или придётся разбираться самой? Отвечай!

– Ну ты вообще… Наказать… А сможешь?

Ррр… Нарывается, поганец! Главное, не переступить рамок. Не сессия же, а… не пойми что! Сейчас он, конечно, ничего такого не выкинет, но с неадекватами надо всегда обращаться осторожно. Хотя наказать за пережитое хотелось, и сильно. Плавно поднявшись, шагнула, встала вплотную к парню, нежно провела ногтем по скуле, завела ладонь на шею, зарылась в короткие волосы, поднимая их дыбом по мере движения вверх, медленно наклонилась, а потом резко сжала пальцы и дёрнула голову вниз, выгибая.

– А ты сомневаешься? Напрасно. Отвечай!

А взгляд-то поплыл. Кадык дёрнулся с еле слышным стоном, и я услышала тихое:

– Нет у меня никого, – и после небольшой паузы: – Прости…те меня, пожалуйста. Можете наказать плетью, я не возражаю.

Ууу… Да, я прекрасно помню нашу встречу, ещё тогда пожалела, что согласилась на уговоры одной Домины сделать подарок её знакомому «мальчику». Сразу стало понятно, что это не мой вариант. Чистые мазы – довольно сложные нижние, далеко не всегда готовые подчиняться. Олег оказался из таких. Просто мужчина, которому нужна периодически определённая доза боли. При этом наглый сверх всякой меры. Но, как бы ни было, на мой взгляд, такое поведение однозначно недопустимо. И каков же нахал – не возражает он!

– Пожалуй, воздержусь.

Я так же резко отпустила волосы и вернулась в кресло. А что с ним делать? Да и что он думает, я жестом фокусника плеть из дамской сумочки достану? Ага, только так на работу и хожу. Выпороть и ремнём, конечно, можно, вот только чую я, что нет в Олеге ни грамма раскаяния, а без этого просто окажу засранцу услугу – порка для него только в кайф будет.

– Почему?

– По кочану! Ты что, считаешь, достаточно сказать «простите», и всё моментально исправится? Ты поднял руку на девушку. Раз. Ты применил силу к Верхней, которая тебе никоим образом не угрожала, не оскорбляла, вообще о тебе речи не шло. Два. Ты обманом вмешался в отношения Верхнего и нижнего, решив, что лучше знаешь, как надо. Три. Мало? И, по-твоему, подобное достойно порки, от которой ты ещё и удовольствие получишь? Серьёзно?

Пси-методы не самые безопасные, но иногда без них не обойтись. Да и не давила я слишком – для такого непрошибаемого нужно что-то посерьёзней взывания к совести. Если она там вообще где-то есть. Ммм, кажется, всё же есть: Олег чуть прикусил губу и отвёл взгляд. Но быстро взял себя в руки и упрямо вскинул голову.

– А ты… вы… ты…

– Да определись уже!

Я знаю, сложно тыкать, когда стоишь на коленях. Но парень взял себя в руки.

– Можно подумать, у меня нет смягчающих обстоятельств! Я за брата переживаю, пойми же. Он один у меня. Не хочу, чтобы его сломали и выбросили.

– Да с чего ты себе это в голову-то вбил, а? В Теме отношения гораздо честнее и прозрачнее, чем в обычной жизни! А «сломать и выбросить» Вадика точно так же может любая «милая и скромная» ванильная девушка. Но ему не такие нужны, ему подчиняться нравится! Блин… Что ж ты такой упёртый? Он уже узнал, каково это, так случилось. Хочешь, чтобы он стал несчастным от невозможности реализовать свои желания? Себя-то вспомни? Очень тебе хорошо, когда ломка по боли начинается?

Парень сжал кулаки и снова отвёл взгляд.

– А это было нечестно…

– Да я просто не знаю, как ещё в твою непробиваемую голову занести простую мысль: это не твой выбор, а брата, совершеннолетнего и вполне понимающего суть своих неожиданно обнаружившихся потребностей. Хотя бы в общих чертах. И желающего эти общие черты углубить. Не я, так другая. Но хочет-то он меня!

– Зато я не хочу, чтоб Вадька встречался с платницей! – чего?! У меня от удивления даже слов не нашлось. А этот придурок, как ни в чём не бывало, продолжал поливать меня грязью: – Да ты хоть представляешь, что он будет чувствовать, если узнает, что девушка, в которую он, возможно, влюбился, за деньги обслуживает каких-нибудь обрюзгших старых мужиков?! Тебе же его надолго не хватит, ты же садистка. А я брата знаю, он не маз…

– Ну хватит!

Сказать, что я разозлилась – ничего не сказать. Да какое право он имеет меня осуждать, тем более наговаривать невесть что?! Медленно поднялась, сдерживая себя, снова отвесила пощёчину, даже не в полную силу, а чтоб заткнуть поток грязи. Вот недаром говорят: внешность – не главное. И ведь Вадик хоть на брата и похож, но насколько же другой! Как умудрился, с таким-то мудаком под боком? Так же неспешно обошла парня, как-то вдруг, легко, нашла сумочку и валяющийся рядом ключ, зажала в кулаке.

Обернувшись, заметила растерянный взгляд и руку, прижатую к щеке. Угу, обидели мальчика. А он? Да даже если бы всё было так, как он говорит, всё равно ни одна женщина – оговоримся: нормальная женщина, не склонная к мазохизму или забитая, – не стерпит столь откровенного унижения. Всё, наговорились. И Вадика, наверное, к себе заберу – не хватало ещё, чтобы этот… это его против меня настраивало и козни какие строило! Если он согласится, конечно, а уж я постараюсь убедить. Не собиралась спешить, но и так ничего хорошего не выйдет.

– Брата ты не знаешь, да он и сам себя пока ещё толком не знает. И говорить нам больше не о чем. Я не собираюсь слушать всю ту ахинею, которую ты, с какого-то перепуга, себе надумал. Надо же, платница! Свинья ты, других слов нет просто…

Но стоило сделать шаг к двери, как Олег резво подскочил и ринулся наперерез. Снова! А когда я остановилась, тоже замер на месте, даже руки поднял в жесте сдающегося – мол, не трогаю. Как же меня достал этот неандерталец! Во всяком случае, мозгов точно как у поименованного предка. Но ругаться уже не хотелось, какое-то опустошение завладело душой.

– Что тебе ещё? Пропусти, по-хорошему прошу. Надоело выслушивать твои оскорбления.

– Подожди… Разве Ната… Госпожа Нателла не наняла тебя тогда, как подарок мне на день рожденья?

– Нателла? Она меня просила, очень долго и упорно, неделю названивала и смс-ками закидывала! У тебя с мозгами вообще как? По-твоему, платница тогда отказалась бы от лишних денег, которые ей усиленно совали?!

– Да мало ли, какая договорённость у вас была? Она таинственно потом отмалчивалась, а я ведь хотел тебя найти! Договориться…

Вот же су… существо женского пола, мелочное и злое. Мне-то сказала, что мальчик с заскоками, любит провоцировать, и чтоб ему отказывали в сексе, даже если сам очень просит, особенно в этом случае. Заскоки же, они разные бывают. А потом извинялась, что он оказался неблагодарной свиньёй, не понравилось ему, слишком жёстко было. И ведь сама перед экшеном напутствовала, что именинник любит больше боли, да и я не зелёный новичок, всё перепросила сначала. Правда, после того, как парень начал себя неадекватно вести, рассказ знакомой странным не показался. Не понравилось – и хай с ним, Москва большая: всю жизнь можно прожить и ни разу не пересечься.

Ох, избави Господи, от таких «подруг». Одно радует – не подруги мы, так, знакомые по интересам. И чего она так взъелась? И на кого?

– Знаешь, сейчас это уже совершенно неважно. Освободи дорогу.

– Да подожди, это же всё меняет!

– Не для меня. Уйди, говорю!

И тут этот… придурок сделал пару шагов назад и прижался к двери. Ещё и руки в жесте молитвы сложил.

– Ну послушай…

– Я тебя уже знаешь, за сегодня сколько наслушалась? – и провела рукой по горлу. – Во!

– Да не буду я больше лишнего говорить!

– Да неужели? Удивительно!

– Ну правда. Я же всегда думал… Знала бы ты, как я злился, и постоянно вспоминал ту сессию. И снова злился!

– Олег, я устала и проголодалась, я после работы. И нет никакого желания выслушивать твои воспоминания. Меня ты вообще интересуешь только из-за родства с Вадиком. Всё. Теперь-то мы всё прояснили?

– Нет! Ладно, ты не платница. А я идиот и хам. Согласен. Но мы так и не выяснили, что будешь делать, когда брата тебе станет недостаточно? Когда ты захочешь причинить боль? Сильную?

Вот упёртый… Так, надо с Максом какой-нибудь жест обсудить, чтоб охрана помогала от такого назойливого внимания избавляться. А то ведь и не пристаёт, и не угрожает, но как же достал!

– Потерплю. А приучить к боли тоже можно – постепенно.

– Зачем? Вадька не любит боль! Ты сделаешь его под себя, а что с пацаном потом будет, когда расстанетесь?

– Да что ты нас загодя уже разводишь?! Ни ты, ни я не можем знать будущего. Может, мы вообще вместе навсегда останемся? А не сложится – найдёт себе другую, по вкусу.

– Ага, найдёт. Можно подумать, это так легко. Я вот до сих пор не нашёл… – тут эти невозможные, почти кошачьи глаза зажглись как-то расчётливо. Ой, чую, сейчас он выдаст. Не ошиблась. – А давай ты со мной будешь душу отводить, если приспичит? Или вообще, тоже возьмёшь меня нижним, мы и живём вместе.

Не-мо-гу. Слов нет! «Берите меня, я вся ваша», да? Только нафига мне такое «счастье»? Сама идея неплоха – два разных нижних для разных целей, но вот один из кандидатов… Не, не вариант. Что бы там подсознание исподволь ни нашёптывало. Ногти вонзились в ладони, глаза сами закрылись. После десяти медленных вдохов-выдохов я так же медленно заговорила:

– Значит, если я буду ходить от Вадика к тебе, всё нормально? Ты же типа «свой», да? От этого ему, разумеется, обидно не будет. Или предлагаешь таиться? В любом случае, меня это не интересует. Ты меня не интересуешь! Наглый, беспардонный, невоспитанный грубиян, – вру, хорошо, глаза закрыты, не приходится говорить всё в лицо. Когда вот так себя предлагают – это слишком большой соблазн. Переделать, сломать, наказать за пережитое унижение. Опасные желания, в шаге от допустимого. Для меня. – Ты не нижний, вернее не такой, какой нужен мне. Любить боль можно научить, даже при первоначальном неприятии, а вот желание подчиняться должно идти от сердца. А ты даже сейчас, по факту предлагая себя, словно делаешь мне одолжение. Такого поведения я точно не потерплю. Так, всё, или ты даёшь мне пройти, или я вызываю охрану.

– Ну как мне тебя убедить? Это же идеальный вариант, разве не понимаешь?

– Это для тебя идеальный вариант, не для меня или Вадима. Ты вообще кого-нибудь кроме себя слышишь?

Я полезла за телефоном, но эта пиявка снова вцепилась мне в руки. Достаточно аккуратно, но у меня-то и так уже синяки. От избытка эмоций я аж зашипела:

– Отпусссти меня сссейчас же, придурок! Иначе я точно не буду мешать охране учить тебя вежливости.

Взгляд сам собой метнулся к камере над дверью, Олег же проследил за ним и немного нервно улыбнулся.

– А они ничего пока не видят – слепая зона тут, я уверен.

Ах, уверен?! Всё, моему терпению тоже есть пределы. Дёрнув руки, словно хотела высвободиться, заставила парня податься вперёд. На то и был расчёт – что по-настоящему причинять мне боль он сейчас не хотел, а потом с силой согнула колено, как следует приложив по самому дорогому для любого мужчины. Платье у меня хоть и по типу «футляр», но сзади разрез почти до самой попы, так что порвать не боялась. А когда Олег ожидаемо загнулся, ещё и по загривку локтем наподдала. Скрючившееся тело на полу, сдавленный вой родили в душе удовлетворение. Будет знать, как доставать женщин! Даже не в статусе дело.

Но тот самый статус помешал мне просто переступить через незадачливого маза и уйти наконец из комнаты. Присев на корточки, приподняла голову за волосы, всматриваясь в искажённое страданием лицо. М-да, не перестаралась?

– Жив?

– Ууу… Зачем сразу так-то?!

А в глазах злые слёзы. Жив, куда денется.

– А по-другому ты не понимаешь. Может, поможет мозгам встряхнуться и подскочить на то место, где они и должны находиться?

Я поднялась, но мужская ладонь в этот раз сомкнулась вокруг лодыжки. Да что же это… От абсурдности происходящего даже раздражения не осталось, хотелось просто рассмеяться. Истерически, ага. Устало поинтересовалась:

– Тебе мало? Ещё хочешь?

И обалдела от ответа:

– Хочу!

– Что, опять по яйцам?

Нет, мазы, они, конечно, разные бывают. И не так и мало тех, кто любит получать по бубенцам. Но я вот не любительница таких практик. Там же вскоре ничего полезного не останется! Пытки гениталий – это да, это несколько иное. Нет, стоп, я что, всерьёз об этом думаю?! Голос с пола продолжал свою «песню»:

– Н-не, не надо по яйцам! Пожалуйста… Выслушай…те, леди.

– Слушай, не надо мне тут пай-мальчика изображать, всё равно не получается. При всём желании, я не смогу забыть твоё предыдущее поведение.

Вот, а я о чём? Сразу злость в голосе прорезалась!

– Может, я просто пытаюсь быть вежливым?

Хорошенький у него стимул для вежливости, однако.

– Запоздало несколько, не находишь?

– Да как же с вами разговаривать, если не слушаете! – тут Олег запнулся, глубоко вздохнул и глянул исподлобья. – Вот, опять же провоцируете, а я ругаться не хочу.

– А тебе и не надо, всё, что мог, ты уже сказал. А чтобы женщина тебя слушала – так, на будущее совет, – попробуй её не оскорблять с разбегу. Может, что и получится.

– Прости…те, – буркнул парень, не спеша подниматься с пола.

– Господи, да хватит уже выкать, не надо мне показного уважения, через силу. Ты тратишь моё время, Олег. Я уже сказала, что не хочу продолжать этот беспредметный разговор. Я вообще устала.

– И хочешь есть, я помню, – и снова в глазах загорелся тот самый свет, с которым кричат: «Идея!», именно так, с большой буквы. – А поехали к нам? Я ужином накормлю. И поговорим спокойно. Вадика дождёмся, обсудим ситуацию.

Ну каков же наглец? Я могла только фыркнуть.

– А моё мнение тебе не интересно, значит? Я уже ведь отказала раз, почему считаешь, что на второй прокатит?

– Да ладно. Я же вижу, идея тебе понравилась, – неужели меня так легко читать? А Олег продолжал вкрадчивым тоном искусителя: – Только подумай: и Вадик под рукой, чтобы воспитывать или что вы там с сабами делаете, и я, когда надо пар выпустить. Не понадобится никого приучать к боли. Все получат желаемое, все довольны.

– Кроме меня.

– Да тебе-то что не так? Два парня в полном твоём распоряжении! Безотказные – делай, что хочешь. Ну что мне, на колени, что ли, встать? И так уже гордость растоптала…

– Я? Нет, дорогой, это ты сам. Против Вадика я совершенно ничего не имею. А вот ты – да на тебя же нервов никаких не хватит! Я требую полного подчинения, а ты на это абсолютно не способен. С тобой даже во время простого разговора чертовски сложно, что уж говорить про сессии? Блин, да ты же понятия не имеешь, чего мне может захотеться! И от тебя я не приму отказа, если всё же соглашусь взять. Ни в чём, слышишь?

Я снова пугала. Что я, отморозь какая, что ли? Разумеется, у всего есть свои рамки, но как же меня нервирует то, на что активно соблазняет этот поганец. И в то же время – вызов.

– Я буду подчиняться – беспрекословно, обещаю. Ну вспомни нашу прошлую встречу! Разве я был плох?

Видимо, скепсис на моём лице читался слишком отчётливо, так что Олег дёрнул уголком губ – то ли улыбка, то ли гримаса.

– Ладно, согласен, пример так себе. Но я действительно обещаю.

Достала наконец из сумочки телефон – половина шестого. Ничего себе, «поговорили». Как бы я ни противилась – не наглому нижнему, на самом деле, себе, – но предлагаемый вариант нравился мне всё больше. Олег использовал очень правильные слова. Слишком заманчиво, а невоспитанность одного из нижних… Всё поправимо. Осталось окончательно расставить точки над «ё».

– Допустим – только допустим! – я соглашусь рассмотреть этот вариант. Но ещё раз заостряю твоё внимание: так, как хочешь ты, чтоб «воспитывать» Вадика, а с тобой развлекаться болевыми играми, не будет. Я – Домина. И раз уж ты просишься нижним, будешь им в полном смысле этого слова. Подчинение, Олег. Полное.

– За исключением работы!

Я посмотрела на него, как на ненормального.

– Разумеется! Я же про личные отношения.

– Я согласен.

Ну-ну. Без уточнений рамок, без вопросов? На дурака, вроде, не похож. Неужели настолько прижало? Не знаю, не знаю. Ладно, нюансы будем потом ещё оговаривать, если…

– Уговорил. Но только в том случае, если Вадик не будет против, понял? Не сумеешь его убедить – твои проблемы. До тебя далеко ехать?

При первых словах парень буквально вспыхнул радостью, но потом отвёл взгляд и занервничал.

– Что?

– Нууу… мы с Вадимом… сегодня с утра поцапались немного. Сомневаюсь, что он скоро дома появится, разве что к ночи. Оно и к лучшему, переписку не увидит.

У меня челюсть чуть не упала. А ещё говорят, что женщины с логикой не дружат!

– Ты что, не потёр следы своего вмешательства в его жизнь?

Олег передёрнул плечами.

– Да не до того было, не успел. Ну и не думал, что разговор так затянется. К тому же всё равно поссорились, одной причиной меньше, другой больше…

– А поссорились, случайно, не из-за меня тоже?

– Ну да. Я попытался Вадику объяснить, что он испортит себе жизнь, а он послал меня. Ожидаемо, конечно.

– Естественно. Если ты объяснял в том же ракурсе, что и пытался поговорить со мной, ничего удивительного. Вот только сразу видно, что ты ни капельки не понимаешь и не знаешь сабов, Олег. Вадик за день остыл и после лекций первым делом помчится домой – хотя бы для того, чтобы связаться со мной и обрисовать ситуацию.

– Пиздец… Ему до дома ходу-то минут сорок на машине, а занятия в полпятого заканчиваются.

– Не выражайся! – я поморщилась. – Давай, звони ему. Прямо сейчас.

Парень уселся на полу и полез в карман, а когда после нажатия кнопки экран засветился заставкой, захотелось побиться головой об стену – придурок догадался ещё и телефон выключить! Представляю, что сейчас чувствует Вадик, особенно если добрался до ноута…