Текст книги "Там, где живут цветы (СИ)"

Автор книги: Татьяна Полякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13 Тёплое душевное утро.

Глава 13 Тёплое душевное утро.

Пробуждение выдалось лёгким. Проснулась я в светлой просторной спальне, куда, собственно, и унёс меня Эмар, положив в кровать прямо в своём дорогущем халате. Укрыл, подоткнув одеяло мне под бок. И я, уже совсем сонная к тому времени, как мы добрались до спальни, – мне кажется, даже проваливалась в сон прямо у него на руках, пока он меня нёс. А нёс, надо сказать, неспешно, будто прогуливаясь, и так, словно я ничего не вешу. Если честно, это было так приятно и так надёжно. Видимо, этот факт меня окончательно расслабил, и я начала отплывать в сон. Ну, не исключаю, что и в чай Мария что-то добавила сильно успокаивающего свойства. Но я была ей признательна за заботу. Как ни крути, а вчерашний день выдался просто, наверное, самым ярким, самым необычным за всю мою жизнь!

Так что не мудрено, что я просто стала отключаться. Немного приоткрыла глаза, когда Эмар сгрузил меня на кровать, на шёлковые же простыни. Боже мой, вот это великолепие… В такой кровати я бы осталась даже жить, не то что просто провести ночь. Мне кажется, уснула я сразу. Слышала лишь чуть позже шум воды, а дальше – провалилась в глубокий крепкий сон.

Потянулась так сладко. Послушала своё тело. Выспалась. Голова не болела от слова совсем, наоборот – бодрость, энергии хоть отбавляй, и пронизывающее всё тело предвкушение, и тянущее новое чувство заполнило всё сердце. Хотелось вскочить и танцевать.

Сдержала порыв. Комната была шедевром. Высокие зауженные вверх окна выходили на отвесные скалы, омываемые морем! Вау! Спальня утопала в цветущей зелени, и это делало её по-настоящему уютной. Зелень висела в кашпо на разной высоте, создавая эффект дикого сада. Или оранжереи. Сверху, прямо с потолка, подвешенные на тяжёлые металлические цепи, свисали тяжёлые светлые портьеры, сейчас они были закреплены золочёными прихватами. Я встала. Огляделась. К комнате примыкала уборная, вся отделанная светлым гладким мрамором. Золотые краны вносили толику роскошества и давали статусный акцент. Я умылась. Привела себя в порядок. В огромное зеркало осмотрела внимательно себя. Синяков под глазами нет – уже радует. Волосы небрежно распотрошены, но в купе с халатом, который всё ещё был на мне, было как-то удивительно гармонично. Внимательно рассмотрела халат. Синий. Из двойного шёлка с подкладом. По подолу серебряными нитками шла вышивка, очень изящная и элегантная. Стежки были один к одному. Явно – ручная работа. Может, с применением магии.

Это у нас в городке магия была чем-то сродни чуду, а в столице, да даже в Лиодоне, маги были. И были даже разные магические профессии, которые много выше оплачивались. Магический дар – редкость, но и огромное преимущество.

Я пригладила волосы как могла, расчёски у меня не было. Пользоваться чужой, которая тут стояла, как-то не рискнула. Неизвестно, чьи это покои.

Вышла и пошла искать выход. Немного заплутала, но в целом разобралась достаточно легко. Спустилась по широкой лестнице – смутно помню, мы поднимались. И потом нашла и гостиную с роялем. Марты не было. Пошла на кухню. Приоткрыла двери. Там шла оживлённая беседа, и голос Марии звонко командовал:

– Петрушку надобно собирать свежую, – журила она кого-то. – Прямо перед тем, как класть в салат. Я же наказывала вчера! Посмотри – завяла. Ты что это хозяину собралась такое подавать! Как огрею тебя прихваткой, а ну живо в палисадник. Да сорви парочку спелых помидор. Да покрупнее! – раздалось вдогонку.

Я заглянула внутрь. Меня пока никто не заметил. Мария орудовала ножом, с полотенцем, перекинутым через плечо, и бубнила себе под нос:

– Ишь, хитруля. Думала не замечу, что трава несвежая. Вот как я её научу уму-то разуму! Это видано ли дело, лорду-то нашему да пожухлое…

Кажется, Мария негодовала искренне. Я, боясь оторвать её от дел, кашлянула, привлекая внимание. На звук та обернулась, увидела меня, расплылась в улыбке, да как затараторит:

– Ах вы, моя милая, проснулись? Как себя чувствуете? Завтракать будете? А лорд Эмар с утра раннего, почитай с петухами встал, да порталом во дворец к его императорскому Величеству выдвинулся. Да наказал, – хитро сощурив пухлые глаза, продолжила, – вас ни в коем случае не будить, пока сами не проснётесь!

Мне стало неловко. Эмар, значит, отсутствует. Приплыли. А назад кто меня вернёт?! Там же Итан, наверное, извёлся весь!

– А Итон ваш, будь он неладен, этот лицедей, охочий до женского тепла, с утра пороги оббивает. Да хозяин чётко сказал – не пущать! Ни под каким предлогом, значится.

– Простите, уважаемая Мария. А почему вы так об Итоне отзываетесь? Лицедей? Гнездо разврата? – вопросила я. – Я Итона знаю по малой мере год, и за это время от него и дурного слова не услышишь, и помогал он всегда, и… – я засмущалась, но добавила: – цветы мне дарил, и по хозяйству бывало помогал! И ничего предосудительного, и каких-то таких вещей, о которых вы говорите, за ним я не заметила.

– Итон-то? Да помогал? Может, ты о каком другом Итоне говоришь, детка моя? Итон палец о палец ни для кого не ударит, помогал он ей… – и тут она замолкла, да как ляпнет: – Поди не просто так и помогал-то он? А? Дева-то вы вон какая видная! Красавица, глаз не отвесть! Понятно сразу, ещё вчера мне стало, почему это Эмарчик-то засуетился-то так! А Итон этот – тот ещё любитель разбивать женские сердца. Помяни моё слово. Я уж много повидала, людей-то вижу.

Замолчала, помешивая в кастрюле и снимая пробу.

– Да видимо, план-то его изначальный трещину дал! Оно ж как – все перед ним сами, так сказать, ножки-то раздвигали. А что? Мужик богат баснословно, рудники у него по добыче металлов да камни эти, магические, что под строгим имперским учётом.

И взгляд на меня такой задумчивый, глубокий да многозначительный.

– Стало быть, предложение сделал, говоришь?

Я прошла на кухню, пахло соблазнительно. Аромат жареного мяса, чеснока и приправ заполнил нос, я сглотнула.

– Голодная, небось? – спросила Мари. – Ты садись это, не стой – в ногах правды нет! Сейчас всё сделаем, миледи. Ярослава! Ярослава! А ну подь сюда!

Из-за закутка высунулось милое девичье лицо в веснушках. Мелкие кудряшки так и норовили выскочить из причёски, подвязанной светлой косынкой.

– Что, тёть Маш?

– А ну сюда, говорю, иди, бросай там дела свои, потом доделаешь, да завтрак живо накрой для важной гостьи лорда Эмара! Собери всё: вон там у меня и пирог с рыбкой свежий, и пирожные с утра испекла. И салат быстро нарежь, да смотри, зелень тщательно выбирай. Ох, эта Милка, управы на неё нет. Вечно в облаках летает.

Та шустро выбежала, вытирая руки о передник, поправила легко и сноровисто рыжий тугой локон, загнав тот под косынку, и, поглядывая с жутчайшим интересом на меня, начала споро всё делать, как сказали. Мария, делая несколько дел сразу, припечатала:

– Нече пялиться! А ну, не отвлекайся! Ещё напортачишь мне тут. Да кружку-то не эту бери, вон, фарфор фамильный.

Та застыла и на меня: – Как фамильный? – пропищала та.

Тут вернулась видимо та самая Милка, водрузила кучу зелени и давай мыть. Увидев меня, замерла, осторожненько на Марию глянула, та жёстким кивком ей на зелень, чтобы мыла. Работа продолжилась. Марта работала и следила за всем, успевая всех и разом контролировать.

Как передо мной расставили королевский завтрак, я даже не заметила. Обратила внимание – кружка была та же, что и вчера. Светлая, тонкостенная, на изящной ножке с ручной росписью в виде причудливых птиц в окружении экзотических цветов. Блюдце было ещё краше. Приборы положили предо мной с золочёными ручками, тонкой изысканной работы. Мария, увидев моё восхищение, тепло улыбнулась.

Завтрак был превосходный, и я не преминула сообщить свои наблюдения:

– Уважаемая Мария, всё невероятно вкусно. Просто пальчики оближешь. У меня Марта тоже вкусно готовит, но вы просто маэстро кулинарии! А пирожное!! Это даже лучше, чем мы вчера пробовали в кондитерской, которая на всю империю знаменита.

Мария довольно приосанилась, было видно – женщине приятно.

– А ну брысь отседова, неча уши тут греть. И мне ласково так – А ты кушай, кушай, деточка! Я с утра все честь по чести приготовила, пока вы восстанавливались.

И совсем иным голосом помощницам:

– Идите в прачечную, Царине помогайте. Чтоб глаз мои тут не мозолили. А ты, Милка, в палисадник иди, картошки накопай к ужину. Собери кабачки, поспели уже небось, огурцы и все полей хорошенько да морковь вычисти!

Девчонки улетели как ветром сдуло. Мария, завершив видимо с готовкой, оставила томиться в печи, по всей видимости, обед, подошла к столику и рядом уселась.

– Хороший выбор господин сделал. Аннэль, верно запомнила?

– Верно, Мария. Да только вы несколько поспешили с выводами. Мы вчера только с лордом Эмаром познакомились. Да и рано о чём-то таком важном судить.

Мария на то поучительно протянула:

– Поживёшь с мои года, тоже начнёшь замечать то, что на первый взгляд не видно. Я Эмарчика с измальства знаю, я тут ещё работала при его отце, лорде Дарграссе Розенкранце. А до этого мать моя туточки заведовала всем при его деде, Славославе Розенкранце. Да вот так тебе скажу по секрету, только не выдавай старуху-то! Эмарчик до тебя ни одну милочку сюда не приводил. Всё в столице перьями крутил! А знаешь, сколько вокруг него вьётся до сих пор-то?! Сама герцогиня вокруг да около круги наворачивает. Дочка барона сира Этьена… да всех не упомнишь.

Я от всех этих перечисленных имён и титулов впала в осадок. Словила чувство придавленности, как тогда, когда увидела ту разодетую мамзель. Что-что, а впечатление она на меня произвела неизгладимое! Я по сравнению с ней выглядела как простушка из деревни.

– А Эмар, что?

– А что Эмар? Мужчина в самом расцвете сил. Сами понимаете, небось не в глуши росли. Дело-то молодое. Да только скажу я вам так – избирательный он очень. И ветреный! Ох, ветреный. Мало кто из девиц в его постель-то попадает, а коли попал – дак оттуда не желают и выбираться! Дак только надолго ни одна ещё не задержалась. Но сюда, повторюсь, ни одну не приводил! Ни-ни! Ничего мимо меня, Мари, тут не проскользнет! С гордостью подчеркнула.

Я слушала с замиранием сердца. А что?! Где ещё я выведаю такую информацию? Сердце с болью сжалось, внутри развернулась холодной змеёй ревность. Да только основания для неё у меня нет и не может быть в принципе. Кто он и кто я?!

– А вот скажите мне, миледи, – обратилась Мари ко мне, – Эмар вам ведь приглянулся?

Такой прямой вопрос в лоб поставил меня в тупик. Я замялась. И что тут скажешь, блин?! Что лучшего мужчину я в своей жизни не видела и если бы не такое случайное стечение обстоятельств, то и вовсе бы не увидела. И как выкрутиться?

– Эмар очень эффектный мужчина, это очевидно. Не представляю ни единой женщины, кому бы он не приглянулся, – решила ответить обтекаемо.

Та лишь понимающе покачала головой.

– Это да! Эмар-то у нас такой! Сам император его пытался женить не единожды, но нет! Крепко стоит наш мальчик!

– Мари, спасибо за чудесный завтрак. Вы волшебница, и руки у вас золотые, – поблагодарила я за старания. – Скажите, а где Марта?

– Марта-то? А Марта с Эмаром в столицу отправилась порталом! Он ей предложил, а она и двинулась.

– Как двинулась? В одной ночнушке, что ли, двинулась?

Мария рассмеялась.

– Да вы что?! Эмар с утра к Итону отбыл, только проснулся, ваши вещи все собрал. Ваше-то я приказала погладить да подготовить. У хозяйственников всё. А подарки в комнате гостевой стоят все. Там же и сумка ваша. И букетище этот шикарный! Да Марта похвасталась, ваших рук дело?

И Мария так на меня уставилась, как на чудо какое.

– Да, Мария. Я букет собирала. Серж ко мне с просьбой пришёл, он за ней ухаживает давно. Да она всё никак в его сторону не смотрит. Вот и я помогла, как умела.

– Красивый букет. А вы, наверное, и магией владеете, коли так от букета глаз не оторвать?

– Все мне про магию говорят. Эмар вчера тоже что-то такое говорил. Нет, Мария. Не владею. Я из обычной семьи. Отец у меня рабочим на заводе был, мама… умерла, когда я маленькая ещё была. По болезни.

– Соболезную, деточка.

У Эмарчика тоже мама родами скончалась. Как вот его первенца на свет произвела, да и забрал Всевышний её к себе. Лорд Дарграсс ох и убивался по жене-то любимой. Год пил беспробудно. Мальчик почти брошенный рос. Я выходила! И с бутылочки по ночам кормила, и колики, когда животик, массировала. Да-а… да. Так и живёт старший то лорд волком-одиночкой в горном имении. Любила леди Дана его уж больно сильно, и рожать там хотела, да никто не дал. Не спасло. Врачей было… со всей империи. Не выходили.

– Очень жаль… – сочувственно произнесла я.

Мы помолчали.

– Так а Марта когда вернётся? – нарушила паузу. Мы хотели с ней в Лиодоне по магазинам пройтись, и я хотела туфли новые подобрать. Да и Итан… Как он, интересно, как воспринял это?

– Змей-то этот? – я скуксилась. – А что! В драку на Эмарчика полез он, как узнал, где вы ночевали-то.

Я охнула.

– Да-а-а. Да только кто против Эмара моего пойдёт? Вон оббивает пороги с фингалом в пол лица! А мне что?! Мне что велено, то и делаю. Да и нечего тут делать таким. Эмар своё жилище похлеще, чем сокол своё гнездо, бережёт.

– А Марта?

– А почём я знаю. Что знаю, выложила вам подчистую. Вы поди проголодались, а то уж два часа как прошло. Али чем заняться хотите? У лорда нашего и библиотека крупнейшая в империи. Тут такие экземпляры водятся, император даже завидует. Али в оранжерею хотите сходить? Дак я кликну щас кого, проводят. А ещё теплицы у нас с цветами есть! Там и розы, и гортензии огромными шапками, да других цветов на любой вкус и цвет!

Мои глаза судорожно загорелись! Мне уже никаких магазинов и не надо! Я готова была уже и так с места в карьер. Окинула взглядом свой наряд – шёлковый раритетный, нахмурилась. Да и мой костюм мало пригоден был для шастанья по теплицам. И я на Марию как жалобно глянула. Та всё разом поняла. Рассмеялась!

– Сейчас всё вам подберём, миледи! Не переживайте.

И удалилась.

Я осталась в тишине, среди мягких скворчащих из печи звуков. Томилось жаркое, аромат плыл превосходный. С окон немного поддувал лёгкий свеженький ветерок, неся ароматы цветов и душицы.

Вернулась Мария со стопкой одежды.

– Вот, – передала мне прямо в руки. – Пойдём, я провожу вас, где переодеться поближе можно.

И сопроводила в гостевую уютную комнату, обставленную диванами и кушетками. Бархатные тяжёлые шторы нежно-голубого оттенка закрывали высокие окна, из которых лился приятный солнечный свет, падая сквозь кроны растущих за окном деревьев. И этой ажурной дрожащей вязью контрастных линий тени и света было заполнено всё пространство паркета. Я поблагодарила Марию и, оставшись одна, быстро переоделась. Сложив аккуратно халат и розовую ночнушку на один из диванчиков, вышла и прошла к кухне.

Там меня поджидал худощавый дядька с седой бородой, длиннющими бровями и закрученными усами, словно ростки папоротника. На голове сидела панама набекрень, руки, мозолистые, узловатые, держали секаторы разного значения да ленты. Одет был сей одиозный персонаж в зелёные штаны из плотного грубого льна и рубаху тонкой выделки. Поверх была накинута добротная жилетка с многочисленными карманами, и сверху всё это перевязано было передником – и тоже с карманами, да на кожаном ремешке.

– Миледи, следуйте за мной. Я Иванко, садовник.

Глава 14 Букет для лорда.

Глава 14 Букет для лорда.

Теплица дыхнула влажной землёй, густым ароматом роз, резких лилейников, мягким ароматом чего-то резкого. Я зашла в полном благоговении. Мне выложили на небольшой столик, притулившийся у стенки, все инструменты: секаторы трёх видов – для веток, стеблей плотных и полых, два вида ножей, объяснили, где что, – ибо теплица была огромная! Это целый рай! Просто целая сокровищница! Я была ох как не права утром, решив жить в той кровати. Здесь! Истинное моё место. Вот тут можно находиться о-о-очень очень долго.

Я пошла вдоль рядов, взяв с собой секаторы и выставив каждый в свой карман на фартуке. Шикарные антирринумы, гортензии, розы: кустовые, сортовые, разных диких окрасов смотрели на меня! Меня залило чистой магией вдохновения. Руки так и чесались собрать что-то невероятное! Что-то такое, живое, что-то в благодарность Марии, Эмару… этому дому, моим новым чувствам и впечатлениям. И тут просто время перестало существовать!

Я срезала цветы, подбирая по нюансам, даже зелень разного рода росла в изобилии, кустарники и даже низкие деревца! Никогда в жизни я не видела ничего подобного, да ещё и в одном месте! Понятно, что тут всё подпитывалось магией! Такие цветы и стоят дольше, и в букете собираются без помарок! Вот бы, подумала я, свою лавку – да где бы такие цветы продавались! Да, в Лиодоне, или вообще – в самой столице! Я шла и словно дышала этими изящными линиями веток, этими формами бутонов. Собрав шикарный, больше полевой, букет для Марии, я принялась создавать невероятный по роскоши букет в благодарность Эмару, который бы украсил его столовую или гостиную… пять шапок длинных гортензий, огромные распущенные садовые ветки роз, дюжина светло-зелёных ажурных тюльпанов, белые воздушные ирисы, тонкие ветки плакучего дерева. Я не замечала ни голода, ни времени, ничего вокруг.

В итоге букет был готов. Я еле держала его, положив на край стола и усиленно натягивая выданную мне льняную верёвку, чтобы завязать покрепче. Иногда приходилось опускать руку и встряхивать от усталости. В итоге оба шедевра были готовы. Я довольна сверх меры. В теплице периодически сновали рабочие, поливая растения, что-то подрезая, подсыпая то ли землю, то ли удобрения. Меня никто не трогал, не мешал и обходил подальше.

Я вышла из теплицы. Солнце висело в зените, небо, испещрённое рваными белыми кусками облаков, звенело невероятным оттенком синевы. Я улыбнулась и солнцу, и небу, и пролетающей стайке птиц. Дорогу запомнила. Войдя в кухню, сразу увидела Марту. Она месила тесто и одновременно что-то помешивала за своей спиной на плите. Помощницы чистили картошку, нарезали овощи. Работа кипела. Жар стоял на кухне изрядный.

Мария увидела меня, улыбнулась и заметила:

– Долго вы! Я уж хотела послать Милку за вами! Лорд Эмар вернулся. С Мартой. Ох и говорливая у вас подруга! – со смехом описала её кухарка. – Лорд Эмар справлялся, где вы и чем заняты, узнав, что в теплице, довольнёхонький ушёл в кабинет.

– А Марта где?

– Марта в комнате тут рядышком, перебирает покупочки, глаза светятся почище магических бриллиантов!

Я рассмеялась и заметила со знанием дела:

– Наверное все свои накопления спустила. Ждёт Яна очередная осада! Не завидую ему. Мария, я вот вам в благодарность букетик собрала, мне кажется, тут ему придётся самое место.

И протянула тот, что был собран из полевых трав и разных специй. Та быстро вытерла руки о полотенце и зачарованно приняла мой подарок, рассматривая и охая:

– Тут и базилик, и укроп, и мята! И цветы-то какие! Впервые вижу такое чудо, чтобы съестные травы да в букете применили. Вы, моя леди, талант!

И, переведя взгляд на второй букетище, который я еле-еле удерживала в одной руке, кивнув на оный, спросила:

– А этот кому?

Я стушевалась, краска залила лицо.

– Ясно. Могла бы и не спрашивать. В кабинете он.

Я маленько помялась на месте, не решаясь идти.

– Ярослава, а Ярослава, ну-ка или сюда.

Та выглянула из кладовки с охапкой моркови в руках.

– Что?

– Приведи себя в порядок да шустро. И проводи леди Аннэль в кабинет господина нашего.

– Так он сказал не беспокоить.

– То он вам всем сказал, а на леди Аннэль не распространяется.

Та второй раз изумлённо на меня вперила свои огромные янтарные глаза и, поклонившись, быстро кинула:

– Один момент, миледи.

Скрылась и спустя пару минут вышла, поправляя чепец и приглаживая новый фартук.

– Следуйте за мной, миледи.

Кабинет обнаружился не так далеко, спустя два поворота от кухни, минуя портретную галерею. Видимо, предки лорда. Постучав и услышав раздражённое:

– Кто? Я же сказал меня не беспокоить!

Но дверь сама открылась, открывая взору царство мужских владений. Добротная дубовая мебель. Всё в сдержанных тёмных тонах, без нарочитого пафоса. Я бы даже сказала, аскетично.

– К вам леди Аннэль. Мария сказала, на неё приказ не распространяется, – извиняющимся тоном тихо сказала Ярослава.

– Впустите.

Дверь открылась шире, так что я попала в поле его обзора. И тут меня как накрыло осознанием, как я вообще выгляжу. В рабочей одежде садовника, в фартуке, в мягких сапожках, да хоть и чистых, но всё-таки… Я хотела трусливо сбежать, но тут меня властный голос припечатал:

– Аннэль, проходите, не стойте в дверях.

Я выдохнула и решительно отправилась позориться. Да к чему эти все выкрутасы, думала я. Я же не та курица крашеная, что своими перьями трещат только чтобы на неё обратили внимание. Я просто собрала букет. Просто из благодарности. Просто так. Без повода. И принесла ему. ЕМУ. Тому, вокруг которого увивается вся высшая женская половина столичной аристократии. А может, и не только столичной.

Я вздёрнула повыше подбородок. Не покажу своей слабости. И я тут не как девушка, а как друг.

– Лорд Эмар. Меня ваш садовник провёл к вам в теплицы. Это же целый рай, понимаете! – я вошла, и стоило мне заговорить про теплицы, меня просто расширило, из глаз полилось вдохновение. Я вдохновенно продолжила: – Там такие сорта! Такие шапки гортензий, а розы – вы видели, какие у вас розы? Даже «вувузелла» редкого лососевого оттенка. А ирисы! Они же просто гигантские, с такими прозрачными лепестками, и, лорд Эмар, там и зелень, и кусты, и даже ягодные кусты…

Он внимательно слушал, не перебивая, а на лице расцветала совершенно дивная улыбка. Такая тёплая и искренняя.

– У вас нос испачкан, Аннэль. И щека, – мягко заметил он.

– Да? – я было хотела поднять руку, чтобы вытереть грязь, но букет нормально так весил, ещё чуть-чуть – и эта махина просто выпадет из моих рук.

Он встал из-за стола. На нём был тёмно-зелёный костюм из шерсти, белая идеальная рубашка, шейный платок, жилетка. Костюм сидел как влитой. Явно сшит на заказ. Он степенно подошёл ко мне и перехватил мой букет.

– Давайте подержу, он, вижу, тяжёлый, – и забрал из моих рук чудо аранжировки. – Красивый. Очень, – похвалил.

– Спасибо, – я вздохнула с явным облегчением, руки расслабились. Только хотела протереть нос, как Эмар вытащил из нагрудного кармана хлопковый платок и вытер мне нос, затем щёку. Я двумя руками еле удерживала эту цветочную махину, а он держит её одной левой так, словно это ничего не весит.

– Это для вас, – указала на букет. – Я подумала, неплохо будет собрать и вам нечто эффектное, чтобы украсить пространство.

– Мне? – так, словно не веря в услышанное, глухо спросил Эмар.

– Да, – тихо заметила я. – За вчерашний вечер. За чудесное вино, за музыку… за компанию. И да, вы были правы: голова совсем утром не болела.

Он смутился. Вот этот звёздный лорд, гроза всех женщин, смутился? Серьёзно? И посмотрел на букет уже как-то совсем иначе. Перехватив букетище второй рукой, словно какое сокровище, он повернулся на каблуках и прошествовал к двери, дёрнул за шнурок. В глубине дома раздался мелодичный звон. И почти сразу послышался топот ног.

Ярослава прибежала запыхавшись, поклонилась и спросила:

– Звали, мой лорд?

– Принеси подходящую вазу. Налей воды в неё. И ко мне, – развернувшись, уточнил: – Сколько воды нужно налить?

Я включилась и деловито дала важные указания:

– Ваза должна быть довольно тяжёлой, чтобы не перевесил букет и не упал. Воды надо набрать три четверти, ледяной. Добавить масло магическое, если, конечно, есть, пару капель вполне достаточно.

– И куда его потом?

Эмар задумался и заключил:

– Поставь тут, в моём кабинете. Вон сюда, на стол.

Ярослава кивнула и, взяв букет, унеслась. Я осталась стоять немного растерянная. И тут Эмар сказал:

– Знаете, мне ещё никто не дарил букеты. Такие красивые – особенно. У вас точно дар. И точно вы владеете магией, – заключил он с видом знатока, который нашёл новое месторождение. – Я почти готов гарантировать это. Не хотите пройти процедуру тестирования дара? Не переживайте, я могу всё устроить. От вас требуется лишь присутствие и готовность содействовать магистрам.

Я взволнованно сглотнула. Моя жизнь как-то кардинально куда-то закручивалась. Куда вот только? Не слишком ли резкие изменения? И всё это началось со встречи этого невероятного мужчины.

– Давайте присядем. Не хотите выпить чая? Скоро будет готов обед. Вы завтракали?

– Да, я позавтракала, благодарю. Мария превосходно готовит. Мне кажется, пирожные, что она испекла, даже вкуснее, чем в кондитерской «Поцелуя».

– Это да, – с довольством ответил Эмар.

– Вы, наверное, заняты очень, Мария что-то такое упоминала.

– Совсем нет, – как-то быстро заметил лорд. – Расскажите, как вам Мария? Все ли были с вами приветливы тут? – подходя к диванам, он грациозно сел, закинув ногу на ногу, и похлопал рядом с собой.

Я смутилась. Какой-то странный вопрос. Но решила ответить, как оно есть:

– Мария потрясающая, правда. Девчонки милые. И ещё я видела садовника, а больше ни с кем не общалась. Так что всё хорошо, благодарю вас за тонкую заботу.

Прошла вперёд, но уселась на рядом стоящее кресло – как-то в такой близости от него мне не хочется находиться, я же растекусь лужицей от его пьянящего аромата.

Заметив мой бунтарский приём, он понимающе хмыкнул. Ничего не сказал.

– Так будете чай? Принести пирожные?

– Благодарю, не стоит. Нам с Мартой надо возвращаться, мы хотели пройтись в Лиодоне по магазинам, да и Итан, наверное, волнуется. Мы ушли, ничего ему не сказав.

Взгляд Эмара похолодел. В воздухе разлилась напряжённая, звенящая пауза.

– Вопрос с Итаном решён. Вещи ваши я забрал сегодня рано утром. Они в комнате для гостей, где и расположилась Марта. О том, где вы были, он оповещён. Так что совсем не стоит переживать. А насчёт покупок – вы чего-то хотите приобрести?

Я как-то не планировала делиться этой информацией с Эмаром.

– Да, кое-что… Мы с Мартой давно планировали, и я думала посмотреть новые секаторы и… – сказать или нет? Зачем ему вообще это знать? Может, пошутить и сказать «бельё»? Решено. – Мне нужны новые комплекты белья, и туфли, и… не важно! Зачем вам это вообще знать?! – возмущённо закончила я, заливаясь краской смущения.

Он улыбнулся, постучал, перебирая длинными пальцами, о колено.

– М-м-м… Бельё! Идеальное решение! – продекламировал он. И взгляд в районе моей груди. Я сидела красная как цветок мака. Благо что там всё прикрыто и ничего не видно, но я не могла не вспомнить вчерашнее его исследование ворота э-э-э… «халата».

– В белье у вас однозначно имеется вкус, – сделал мне своего рода комплимент.

Я в ответ лишь фыркнула.

Стук в дверь.

– Войдите, – отозвался Эмар.

Зашёл молодой мужчина, занёс мой букетище в огромной красивой вазе. Эмар указал, куда ставить. Тот установил букет и вышел.

– Как вам ваза? Подходящая?

Я осмотрела вазу и заключила:

– Вполне подходящая. Выглядит очень уместно. И кабинет ваш преобразился. Всё-таки цветы дают глазам отдых. Это хорошо, что вы его определили в кабинет, рассматривая общую гамму, – сказала я. – Во-первых, будет вас немного расслаблять, и, надеюсь очень, вдохновлять.

Эмар тоже пристально оглядывал букет.

– Да! – утвердительно кивнул он. – Вдохновлять однозначно он меня будет, и глаз радовать тоже, и аромат тонкий. Чудесно. Вы, Аннэль, искусница. Не думали открыть свою цветочную лавку?

Вот опять на больную мозоль мне надавили.

– Думала, но не знаю, выйдет ли у меня. Да и где найти цветы?! Это нужна своя теплица или знакомства какие, кто выращивает цветы. Всё это не так просто, как кажется.

Эмар на меня пристально смотрел и улыбался, переводя взгляд с меня на букет и обратно. Он на что сейчас намекает? Да нет! Не может того быть! И тут он кивнул. Многозначительно так глядя на букет.

– Что? – спросила я.

– Допустим, вопрос с теплицами у вас решён. Я готов поставлять вам цветы. Вы же творец от Всевышнего! Уверен, ещё и с магическим даром. А таких единицы. Вы можете открыть свою лавку в центре столицы, поверьте, ваши букеты будут раскупать как горячие пирожки.

– Вы сейчас это серьёзно? – в полном офигении от услышанного выдавила я.

– А что? Я создаю впечатление человека несерьёзного, или ветреного, или чьи слова летят по ветру как вольные птицы?

– Нет. Я не хотела это сказать.

– Тогда что?

Я не знала, что ответить, я мяла в руках рабочий садовый фартук от волнения.

– Я вас не тороплю. Но на вашем месте я бы принял это предложение. Вы всё хорошо обдумайте. Я готов вам помочь. Так сказать, стать меценатом, чтобы такое искусство – кивок на букет – не пропало даром. И сразу вопрос: где вы сейчас работаете?

– Я пока не работаю.

– М-м-м… А где живёте?

– У Марты.

– У вас нет своего дома? – его правая бровь удивлённо взлетела.

– Ну… – я замялась, не говорить же ему всё как есть. Или говорить? Я решилась, всё равно узнает, если надо будет. Люди такого влияния всегда получают, что хотят. – Я получаю пособие как разведённая женщина.

Тут он нахмурился. Сжал губы, скулы резче обозначились, руки из расслабленного положения схватили колено. И, подобравшись, наклонился вперёд, озвучивая вопрос:

– И давно вы в разводе? И по какой причине вы развелись? И кто этот… – он не договорил, остановив себя в середине предложения.

– Э-э-э…

– Чётко, подробно и обстоятельно, – приказал, словно обрубил он.

– Слушайте, лорд Эмар, мне кажется, это уже слишком.

Он так на меня зыркнул, что я ещё сильнее растерялась.

– Я никуда вас отсюда не выпущу, пока вы мне на всё не ответите.

– Знаете что?! – вскочила я.

– Что? – нагло ответили мне.

– А идите вы лесом! Это моя личная жизнь, какое это вообще имеет отношение к делу! Вы мне не бабушка!

– Не ба-буш-ка, – протянул он, подобравшись всем телом словно хищник, готовый напасть на жертву и растерзать её.

– Вы, конечно, простите, это вас вообще вот никак не касается!

– Не ка-са-ет-ся? – словно заведённый, повторил вновь за мной. – Значит, не касается, да?

И встал, нависнув надо мной глыбой разъярённого мужского вот этого всего. За шаг сократив расстояние между диваном и креслом, в котором я сидела, уже съёжившись от напирающей на меня мощи. Он расставил свои руки по бокам на подлокотники кресла и наклонился так близко, что я ощутила невероятно магнетичный аромат мяты, стали и чего-то очень опасного. Сглотнув, на автомате вдохнула этот божественный аромат и от блаженства прикрыла глаза. Эта тяга перекрыла напрочь страх и чувство собственной безопасности. Открыв глаза, заметила, что Эмар перевёл взгляд на мои губы, ноздри гневно раздувались, и да – всё он заметил. И мою реакцию на него, и то, как я вдохнула его запах, окутавший нас обоих, словно коконом, создавая острую, тягуче-обольстительную атмосферу.