Текст книги "Она полюбила бандита (СИ)"
Автор книги: Татьяна Романская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
Глава 25
Вера
Я свернулась калачиком на коленях у Дениса, слушая, как он шепчет мне на ухо всякие милые пустяки успокаивающим голосом, и закрыла глаза. Я почувствовала, как он убрал волосы с моего лица и поцеловал меня в лоб, но все равно не спешила открывать их, наслаждаясь моментом. Его забота была очевидна и в его голосе, и в том, как он прикасался ко мне.
Осознание того, что у этого сильного мужчины не было проблем с тем, чтобы показать мне свою уязвимую сторону, которую он скрывал от всех остальных, было сродни чему-то невозможному в этой жизни. Несмотря на то, что я была уверена, что Денис никогда не оставит меня и придет на помощь, что я в безопасности, я начала дрожать. Слезы сами предательски потекли по щекам.
– Ш-ш-ш, красавица. Я с тобой, – прошептал он мне на ухо.
Его успокаивающие слова заставили меня заплакать еще сильнее. У меня была запоздалая реакция на пережитый стресс и ничто не могло помочь мне сейчас успокоиться. Грубо говоря, мне просто нужно было выплакаться. По крайней мере, я так думала, пока мы не подъехали к больнице.
– Что мы здесь делаем? – со вздохом спросила я, вытирая щеку.
Большой палец Дениса нежно очертил кожу моей щеки, затем задержался над нижней губой. Даже при таком легком прикосновении мне стало больно, и я поморщилась от боли.
– Тебе нужно пройти обследование, Вер. И это не обсуждается.
– Я в порядке, – настаивала я. – Мне просто хочется домой. Пожалуйста. Будет намного лучше, если я останусь дома, с тобой.
Звук тихого покашливания с водительского сиденья привлек наше внимание к водителю, который пристально смотрел на нас.
– Денис Алексеевич, доктор направляется сюда, но я могу сказать ему, чтобы он встретил нас дома.
Я отчаянно закивала головой, готовая согласиться с любым планом, который позволил бы нам уйти так, чтобы никто меня не увидел. Я была в синяках, страдала от боли, грязная и растрепанная. Больше всего на свете я хотела вернуться домой и попытаться притвориться, что ничего этого не было. Если это делает меня трусихой, так тому и быть.
Но, очевидно, Денис этого не хотел. Его рука переместилась на мой живот, и он многозначительно посмотрел вниз, прежде чем снова посмотреть мне в глаза.
– Мне нужно, чтобы ты прошла это обследование, Вера. Ради меня и ребенка, которого ты носишь.
Слезы снова хлынули из моих глаз, когда я вслух призналась в своем самом большом страхе.
– А что, если у них будут ужасные новости? Я пыталась уберечь нашего ребенка, Денис. Я действительно очень хотела это сделать, но если у меня ничего не получилось?
– Ты ни в чем не виновата, малыш. – Произнес он и скользнул руками вверх, нежно обхватывая мое лицо ладонями. – Я не хочу, чтобы ты думала, что виновата во всем этом.
Я открыла рот, чтобы ответить, но Дробышев прижал большой палец к моим губам, останавливая поток слов. Я поморщилась от боли, а в его глазах зажглась смесь сочувствия и ярости.
– Если с беременностью что-то не так из-за того, что ты пережила из-за моей неспособности защитить тебя, то мы справимся с этим вместе.
– Это не твоя вина, – запротестовала я.
– Тогда как ты можешь думать, что все произошло из-за тебя?
Как бы мне этого ни хотелось, но спорить с его логикой было невозможно. Я вздохнула и прижалась к нему, соглашаясь. Денис осторожно снял меня со своих колен, затем они с водителем выбрались из машины.
– Наш доктор ждет внутри. Он сказал, что все уладит, постарается ограничить количество задаваемых вопросов. А ты, Дань, проследи за персоналом, чтобы к ней относились по высшему разряду, – сказал водителю Денис, направляясь вместе со мной на руках к дверям
Оказалось, этот врач был чудотворцем. Как только Дробышев внес меня внутрь, нас провели в отдельную палату.
– Можно мне принять душ?
– Пока нет, – ответила медсестра.
Я нахмурился, услышав ее ответ, и она поспешила продолжить объяснения.
– Не переживайте, это ненадолго. Доктор скоро придет, чтобы осмотреть вас. Как только он скажет, что все в порядке, я прослежу, чтобы вы приняли душ.
Я со слабой улыбкой кивнула девушке в знак понимания. Дробышев помог мне раздеться, и его глаза потемнели, когда он заметил царапины и синяки под одеждой.
– Блять! – воскликнул он.
– Это всего лишь пара царапин, – успокоила я его.
Там на самом деле не было ничего критичного и страшного, как могло показаться на первый взгляд. Дробышев явно драматизировал, но оно и понятно.
– Им, блять, конец, – поклялся Дробышев, сжимая кулаки.
В его глазах появился убийственный блеск, но я не смогла продолжить обсуждение, потому что в комнату вошел доктор. За ним последовал мужчина постарше, пониже ростом, который быстро подошел к Денису и прошептал ему что-то на ухо. Дробышев кивнул головой в знак согласия.
Дородный мужчина обратил на меня добрые глаза.
– Давайте проведем осмотр. Надеюсь, с вашей очаровательной невестой тоже все в порядке.
Я не собиралась спорить с Денисом, потому что понимала, что в любом случае проиграю. Да и была уверена, что он сделал все, чтобы обеспечить мне хороший уход в больнице.
– Да, давайте.
Врач провел осмотр, измерил мои жизненные показатели и привел кого-то, чтобы взять кровь на анализы. Он также велел проводить меня из палаты и сделать рентген запястья и грудной клетки.
После того, как были проведены все анализы и на мою растянутую руку наложили тугую повязку, мне наконец разрешили принять душ. Денис отказался от помощи медсестер, настояв на том, чтобы он может сделать это сам.
Раздевшись до боксеров, он аккуратно вымыл каждый сантиметр моего тела. Мягкими движениями рук он вытер с моей кожи остатки засохшей крови и грязи. Но именно тот трепет, с которым он прикасался ко мне, заставил меня снова почувствовать себя чистой.
Как только я приняла душ, Дробышев переодел меня в изумрудно-зеленую шелковую пижаму, которая волшебным образом появилась в моей палате. Затем он вынес меня из ванной и осторожно положил на кровать. В животе у меня заурчало, что громким эхом разнеслось по комнате и заставило меня рассмеяться.
– Они тебя не покормили, да?
– Нет, – тихо призналась я. – До анализов было нельзя.
Денис кивнул, подошел к окну и выглянул наружу, одновременно нажимая на кнопку телефона, чтобы позвонить кому-то. После гудков Дробышев стал озвучивать перечень еды, которую можно было бы принести сюда. Невероятно длинный список моих любимых блюд. Закончив, он отключил связь, но не двинулся с места.
– Тебе не кажется, что нам следует подождать, пока доктор не разрешит мне есть? – прошептала я, не решаясь расстраивать его еще больше.
– Ты голодная, – ответил он, возвращаясь ко мне, беря меня за руку и нежно целуя в тыльную сторону ладони. – И это именно то, что я могу исправить
– Не стоит беспокоиться, Вера, – сказал доктор, стоя в дверях и перебирая в руках пачку каких-то бумажек. – Еда пойдет вам только на пользу. Судя по результатам лабораторных анализов, все в норме, за исключением небольшого количества тиопентала натрия.
Я почувствовала, как Денис напрягся рядом со мной, его рука рефлекторно крепче сжала мою.
– Они делали тебе какие-то инъекции?
– Да.
При мысли об этом я потерла место на руке, куда мне сделали укол.
– После того, как они посадили меня в машину, они вкололи мне что-то.
– Их выбор препарата необычный, но он очень удачный, учитывая, что вы беременны. При той дозе, которую вам ввели, риск для ребенка очень мал, – произнес доктор, кладя на тумбочку рядом со мной результаты моих анализов.
– Я беременна? – спросила я, в ответ сжимая руку Дениса. Черт, даже на выпускных экзаменах в школе не было так волнительно, как сейчас.
Врач улыбнулся.
– Да, это так, – подтвердил мужчина. – Уровень ХГЧ у вас соответствует второй неделе беременности.
Я вздохнула с облегчением, начиная понимать, что ни мои опасения, ни мое утреннее состояние не были случайными. У нас с Денисом действительно будет ребенок. Младший братишка или красавица-сестренка для нашей старшей девочки.
– А с ребенком все… в порядке?
– Я буду внимательно следить за вами, но пока нет ничего, что указывало бы на аномальное течение беременности, – заверил врач меня.
– Спасибо, – прошептала я сквозь слезы, на этот раз счастливые. Напряжение, которое я носила в себе, ослабло, и я обмякла в объятиях Дениса. – Я беременна, любимый.
– Я ни минуты в этом не сомневался, – несколько высокомерно ответил он, и мои слезы в последний момент превратились в смех.
Топот в коридоре заставил нас оторваться друг от друга. В палату, словно вихрь, влетела Анечка, а за ней семенила Валентина, держа в руках пакет с домашней едой.
– Мамочка! Ты спасла меня, а потом папа спас тебя. Ура! – крикнула девочка и бросилась в мои объятия. Мама Дениса последовала за ней вместе с несколькими охранниками.
Мое сердце растаяло, когда я впервые услышала, как Аня обратилась ко мне не по имении, а ласково произнесла «мамочка». Сейчас я слушала ее бесконечную болтовню о том, как малышка смотрела свои любимые мультики в специальной комнате, в которой ее папа запер их с бабушкой, чтобы убедиться, что они в безопасности, пока он спасает меня.
Я посмотрела на Дениса и приподнял бровь, заинтересованная описанием прошедших событий. Он загадочно улыбнулся и пожал плечами. Одна его рука гладила мои волосы, а другая лежала у меня на животе. Пройдет совсем немного времени, и у меня будет двое любимых детей. Денис сделал больше, чем просто спас меня – он дал мне семью, о которой я всегда мечтала.
Глава 26
Денис
– Денис, пожалуйста, – умоляла Вера, проводя одной рукой по моему торсу, а другой спускаясь все ниже к резинке боксеров.
– Нет, красавица, – вздохнул я, поймав ее руку и поднося ее к своим губам для нежного поцелуя.
Мне потребовалось собрать все свои силы, чтобы отказать ей. Прошло три недели с тех пор, как я привез Веру домой из больницы, и мне пришлось воздерживался от занятий любовью с ней, чтобы она могла прийти в себя, полностью восстановиться. Я обнаружил, что у меня есть стальная выдержка, о которой ранее я даже и не подозревал.
Наверное, это произошло из-за моего страха потерять мою милую Веру. Что, если я потеряю контроль, буду слишком груб и причиню боль ей? Еще хуже, если я смогу навредить нашему ребенку.
До Веры я был влюблен только однажды.
Мы были слишком молоды, уровень гормонов в крови у которых просто зашкаливал, и на самом деле мы просто не понимали, что делаем. После того, как та девушка узнала, что беременна, ее переполняла обида на меня. Наши отношения, физические или какие-либо другие, закончились. Потом родилась Аня, и мы с мамой забрали домой только ее. Маму моей принцессы мы больше никогда не видели.
Врач во время выписки посоветовал мне подождать пару недель, прежде чем возобновлять «отношения», как он выразился, с Верой. Все-таки первый триместр беременности был одним из самых важных, а на фоне пережитого стресса до сих пор существовала угроза выкидыша. Именно поэтому я хотел подождать еще немного, на всякий случай.
Вера была уставшей, и, хотя повреждения кожи исчезли, казалось, что она физически истощена.
Мы лежали в постели, ее мягкое тело прижалось ко мне, когда я положил свою руку ей на талию. Я убрал прядь волос с ее лица и поцеловал ее в лоб.
– Ты нездорова, дорогая.
Вера фыркнула и оттолкнула меня, освободившись от моих объятий.
– Я в полном порядке, Денис! За исключением того, что ты игнорируешь меня уже которую неделю, – огрызнулась девушка, отворачиваясь к стене.
Мои брови поползли вверх от таких слов. Мне нравилась нежность Веры, ее девичья непосредственность и вспыльчивость. Когда придет время, я собирался наверстать все упущенное в спальне. При мысли об этом, мой и без того напряженный член стал еще более твердым, готовым ко всему.
Я подавил смешок, но, очевидно, сделал это недостаточно хорошо, потому что Вера поднялась с кровати и пошла в ванную комнату, гневно захлопнув за собой дверь. Я лег на матрас, закинул руки за голову и попытался успокоиться.
Навострив уши, я услышал лишь звук льющейся воды.
Нет, так дело не пойдет.
Подойдя к ванной, я распахнул дверь, схватил свою женщину за запястье и притянул к себе. Покрывая поцелуями каждый сантиметр ее шеи, я услышал стон удовольствия, вырвавшийся из груди Веры.
– Так тебе нравится, малышка? – прошептал я прямо ей на ухо, продолжая целовать ее кожу – Я знаю, что нравится, дорогая. Эти звуки, твои стоны и крики удовольствия, принадлежат мне, Вера. Они мои, и я ни с кем ими не поделюсь.
Я пристально посмотрел на нее, чтобы убедиться, что мое предупреждение было понятным.
– Я дам тебе все, что ты захочешь. Понимаешь?
Какое-то мгновение Вера задумчиво смотрела на меня, но затем, проявив благоразумие, кивнула, медленно опускаясь на колени передо мной. Ее пухлые губы изогнулись в милой, но хитрой улыбке. А при виде того, как они обхватили мой член свои ротиком, я так возбудился, что у меня перед глазами все поплыло.
– Ты мне отказывал, – пробормотала она.
И тут до меня дошло, что я был так сосредоточен на том, чтобы у нас с ней не было интимной близости, что не подумал облегчить ее боль другими способами.
Отпустив руки Веры, я снял свои трусы и бросил их на пол позади себя, прежде чем опуститься на колени. Я осторожно прикоснулся губами к животу моей невесты, после опустился чуть ниже, целуя лобок, прежде чем обнял руками ее бедра. Я слегка провел языком снизу-вверх. Затем переместил одну руку выше и раздвинул ее. Еще один поцелуй, на этот раз более глубокий, и я застонал от возбуждения, которое волной прошло через мое тело.
– Ты охренеть как хороша, Вера. Я так скучал по тебе, солнышко, – произнес я. Она издала протяжный стон, и я продолжил ласкать ее, уделяя особое внимание клитору. – Тебе нравится, красавица? Не слышу!
Когда ее стоны достигли определенной высоты, я вновь припал губами к ее лону, целуя и осторожно прикусывая его.
Я поднялся, и Вера подалась вперед, удовлетворенная и измученная. Подхватив ее на руки, я вышел из душа и осторожно поставил ее на ноги.
– Держись за меня, пожалуйста, пока я вытираю тебя полотенцем.
Она послушно последовала моим указаниям, и как только мы оба стали полностью сухими, я снова поднял ее и подошел к кровати.
Я уложил свою невесту на матрас, затем забрался сам и потянулся к ней. Она охотно бросилась в мои объятия и нежно, трепетно поцеловала меня в губы. Наши языки танцевали в порыве страсти, и я постарался вложить в поцелуй всю свою любовь. Вера перекинула через меня ногу и начала скользить сверху, оседлав меня.
– Ничего себе, – произнес я с рычанием и предупреждением в голосе. – Скоро придет Аня.
Вера ничего не сказала, просто легла рядом со мной, признавая свое поражение, а затем повернулась на бок, отвернувшись к стене. Я притянул ее к себе. Она пробормотала что-то себе под нос, расслышать я смог лишь слово «упрямый». Я зарылся лицом в ее волосы и тихо рассмеялся.
Глава 27
Денис
– Папочка, до вечера! – прокричала Аня, вприпрыжку влетая в мой домашний кабинет.
Для меня было счастьем видеть ее такой здоровой и активной. Когда малышка подошла ко мне, я посадил ее на колени, чтобы она могла поцеловать меня в щеку на прощание.
– Хорошего тебе дня в школе, солнышко.
Я поцеловал ее в лоб и снова поставил на пол, дочка, нетерпеливо подпрыгивая, вышла из комнаты.
Я с некоторым благоговением покачал головой. У меня был самый милый ребенок, прекрасная невеста и в скором времени на свет появится еще один малыш, который, несомненно, будет любимцем всей нашей семьи. Я сладко улыбнулся, когда подумал о слове «невеста». Мне хотелось, чтобы моя женщина поскорее перешагнула через этот статус и стала моей женой.
Вера по какой-то причине тянула время, а мое терпение было уже на исходе. Если она не пойдет со мной в ЗАГС в ближайшее время, то пойдет под венец под дулом пистолета. Я не шучу.
Зазвонил мой телефон, возвращая меня к реальности. Я взял его, провел пальцем по экрану и рявкнул:
– Слушаю.
– Мы потеряли след, босс, – виновато сказал Витя.
В ярости я стукнул кулаком по столу.
– Блять, какого хрена, Вить? – взревел я, не обращая внимания на пульсирующую боль в запястье. – Как, вот объясни мне, как этот тварь гребаная умудряется ускользать у тебя из рук?
– Мы думаем, он охотится за Мариной, – признался мужчина. – Поговаривают, он расспрашивал о ней всех подряд. Но последний человек, с которым мы разговаривали, выдал ему неверные данные. Мы поговорили с тем типом по телефону и договорились о встрече. Когда мы приехали, он был мертв. Кто-то пырнул его кухонным ножом и скрылся. Теперь его след потерян.
Размышляя о бедной девушке и о том, что я заметил между ней и Пашей, а он явно на нее запал. Я решил, что с ним нужно серьезно поговорить и предупредить, что опасность угрожаем и ему.
– Продолжайте искать, – бросил я Вите и сбросил вызов.
Набрав другой номер, я поднес телефон к уху и в нетерпении стал стучать ботинком о пол.
В трубке послышались протяжные гудки.
– Денис? Какого хера? – ответил Пашка хриплым голосом.
– Есть большая вероятность, что Делосы охотятся за твоей женщиной.
– Ты с дуба рухнул что ли? Какой моей женщиной? – усмехнулся Павел. – Эта фифа никак не может быть моей женщиной.
– Ты продолжаешь убеждать себя в этом, – сухо заметил я. – В любом случае, мне все равно, что у вас там с ней происходит. Держи ухо востро. Есть идеи, где Маринка может быть?
Фролов раздраженно хмыкнул.
– Ладно, признаю, она горячая, даже очень. Но и я не пальцем деланный. Как только я ее найду, мало ей не покажется.
Я весело фыркнул.
– Денис, вместо того чтобы усмехаться, иди-ка сам поразвлекайся со своей невестой и выбрось похабные мысли из головы.
Все мое веселье в одно мгновение улетучилось после его комментария.
– Паша, лучший друг или нет, но если ты еще раз ляпнешь что-то подобное, то поверь, я нанесу пару штрихов к твоей кривой роже.
Павел хмыкнул, и я повесил трубку, бросив телефон на стол. Дверь в мой кабинет с грохотом распахнулась, заставив меня отшатнуться в шоке. Если бы я стоял, то от открывшегося передо мной зрелища наверняка упал бы обратно в кресло.
Вера стояла у входа в мой кабинет, опершись руками о дверной косяк и разведя бедра в стороны. Ее грудь почти вываливались из светло-розового лифчика, а лоно было едва прикрыто таким же кусочком ткани и кружевным пеньюаром.
Вот и все.
Плакала моя выдержка.
– Вера…
Я проглотил слюну и осторожно поправил свой твердый как камень член. Эта выходка застала меня врасплох. Моя скромная девочка совсем не была похожа на себя.
– В доме никого нет, Денис, – сказала она страстным голосом, от которого остатки крови в моем мозгу мгновенно переместились на нижний этаж. – На этот раз я не приму 'нет" в качестве ответа. Я больше не могу выносить этой пытки.
Ее глаза сузились, когда она изучала меня, ожидая, что я начну спорить, но я практически проглотил язык.
Подойдя к тому месту, где я сидел, она перекинула через меня свою стройную ногу и оседлала мои колени. Вера наклонилась, и даже сквозь слои одежды я почувствовал жар ее тела на себе. Она наклонилась, и ее грудь потерлась о мою, когда она прошептала:
– Мои гормоны заставляют меня все время испытывать отчаяние без тебя.
Она застонала, и моя эрекция была готова прорваться сквозь штаны, чтобы добраться до нее.
– Я не могу отказать даме в беде, – сглотнув, произнес я, перемещая свои ладони на ее бедра.
Нить самообладания, за которую я цеплялся, оборвалась, и я набросился на Веру с жадным поцелуем.
Глава 28
Вера
Наконец-то Денис дал мне то, что я хотела. Я испытывала к нему непреодолимое желание, которое заставило меня вести себя так необычно, что я понимала: если я не заставлю его овладеть мной, то просто сойду с ума.
За то время, что мы были вместе, Денис сумел сделать меня зависимой от своего тела. А из-за того, что гормоны яростно бушевали во мне, мои потребности в мужском теле только усилились. Я пробовала флиртовать и поддразнивать, соблазнять и умолять.
Ничего из этого не сработало.
Отчаянные времена требуют отчаянных мер, и я, наконец, решила получить то, чего я хотела.
От подтянутого тела Дениса исходил жар, когда я села на него сверху. Наши языки переплелись, когда мы целовались. Я расстегнула верхние пуговицы его рубашки, наслаждаясь ощущением его грубоватой кожи под своими руками.
– Двигайся, – приказал Денис хриплым голосом.
Мои бедра задвигались, сначала медленно. Упершись коленями по обе стороны от его ног, я приподнималась и опускалась. Мое лоно скользило по его достоинству, и с каждым движением бедер я чувствовала, как возбуждение Дробышева нарастает.
– Прошло слишком много времени. Ты очень нужен мне, – прошептала я ему на ухо.
– Поверь, а ты мне. Всегда, – прорычал он. Его руки сжали мои бедра, сильно прижимая меня к своему возбужденному члену. – Потому что ты моя.
– Твоя, – простонала я в знак согласия.
– Моя, – повторил он, блуждая своим пристальным взглядом по моему телу.
Денис провел пальцем вниз по моей груди, отчего мои и без того чувствительные соски набухли еще больше. Он щелкнул пальцами у меня на спине, распахивая бюстгальтер и осторожно снимая его. Дробышев спустил бретельки вниз по моим рукам, и моя кожа в одно мгновение покрылась тысячами мурашек.
Мое тело напряглось, когда Денис целовал мою грудь. Его пальцы едва заметно пощипывали один сосок, в то время как язык ласкал другой. Я была натянута, как струна, слишком чувствительна к любым прикосновениям, и легких поглаживаний было достаточно, чтобы довести меня почти до предела.
– Денис! – я ахнула от этого ощущения, выгибая спину, чтобы продвинуться к нему сильнее.
Его глаза были прикованы к моим, когда он схватил меня за бедра и усадил на свой стол. Дробышев провел пальцем по краю моих трусиков, заставив меня вздрогнуть.
– Пожалуйста, – выдохнула я, разводя ноги так широко, как только могла в таком положении.
Денис удовлетворенно хмыкнул. Он отодвинул резинку кружева в сторону и провел языком по моему клитору. Затем он скользнул языком внутрь между моих губ, лаская меня. Моя голова откинулась назад, и я запустила пальцы в его волосы.
– Денис, – простонала я, растягивая гласные. Мое тело начало дрожать, когда волны удовольствия накрыли меня. Я была так близка к высшей степени наслаждения.
– Не сейчас, малышка. Только когда я буду в тебе, – прорычал Дробышев, снимая трусики с моих ног.
Затем он расстегнул ремень и молнию, приспустил трусы.
– Давай, малышка. Ты же хочешь этого.
Я соскользнула со стола и забралась к Денису на колени, опускаясь на него одним медленным движением, пока полностью не приняла его член в себя. Схватив Дробышева за плечи, я ускорила темп, ритмично двигая бедрами. Прошло совсем немного времени, прежде чем я почувствовала, что моя разрядка была близка.
– Иди ко мне.
Я наклонила голову вперед, и Денис накрыл мои губы своими, проникая внутрь языком.
Когда он прикусил мою нижнюю губу, я замерла.
– Ты хочешь, чтобы я взял контроль в свои руки? – он прохрипел, легонько шлепнув меня по ягодицам и заставив мои мышцы сжаться.
– Да, – простонала я.
Денис грубо схватил меня за бедра и начал двигать вверх и вниз по всей своей длине. Он, попав в нужный темп, заставил меня буквально перелететь через край. Я резко кончила, громко вскрикнув. Его пальцы впились в мою кожу, когда он еще несколько раз вошел в меня, прежде чем самому достигнуть пика. Полностью удовлетворенная, я прижалась к Дробышеву, обхватывая руками его плечи.
– Мне это было нужно, – вздохнула я, уткнувшись ему в шею.
– И мне, – пробормотал он. – Это было охренительно.
Его признание успокоило мою женскую обиду, когда я услышала, что Дробышев отказывал себе так же, как и мне. Как ни странно, мне никогда не приходило в голову, что я Денису не нужна. Но это не помешало мне немного обидеться, когда он продолжал сопротивляться моим намекам.
– Тогда, может быть, нам стоит повторить.
Я почувствовала, как его грудь сотрясается от смеха, прежде чем услышала его.
– А ты ненасытная, правда?
Я наклонила голову и посмотрела на него снизу-вверх, надув губы, как могла.
– Это все только потому, что ты столько времени динамил меня!
Его большой палец провел по моей нижней губе. Было видно, что Дробышев закипает. Ему этот разговор не доставлял никакого удовольствия.
– Это было для твоего же блага и ты это прекрасно знаешь.
– Я знаю, почему ты это сделал, – прошептал я. – Но теперь тебе не кажется, что я заслужила большего?
– Твою мать! – прошипел он. – У меня больше нет сил тебе отказывать.
– Вот и славно, – сказала я, одарив своего жениха самодовольной улыбкой.
Его сильные мужские руки сжались на моей талии, и он поднял меня со своих колен, тоже вставая на ноги. Денис отнес меня на диван, осторожно уложил и навис сверху.
– Малышка, возможно, ты и была инициатором этой игры, но ни на секунду не забывай, кто из нас здесь главный.
У меня на мгновенье перехватило дыхание от командных ноток в его тоне.
– Да, мой господин.
Я хотела пошутить, чтобы поднять настроение, но глаза Дробышева вспыхнули торжествующим огнем.
– И самое время показать тебе, что это значит – обладать тобой и твоим телом. Сейчас все будет медленно и долго, пока ты не будешь умолять меня остановиться.
Я вздрогнула от мрачного обещания, прозвучавшего в его словах.
– Да, мой господин.
– Приготовься кричать, потому что я просто так теперь тебя не отпущу.
Денис сдержал свое обещание. Мы провели следующие пару часов, занимаясь любовью снова и снова на полу в его кабинете. Мы едва успели прибраться перед тем, как водитель должен был привезти Аню из школы.
К тому времени, как мы закончили, я едва могла стоять на ногах. Дробышеву даже пришлось сбегать наверх за одеждой и помочь мне ее надеть. Он как раз закончил застегивать мою блузку, когда девочка вбежала в его кабинет.
– Папа! Мамочка! – воскликнула она, и мое сердце мгновенно наполнилось любовью. – Полина принесла сегодня в школу фотографии, на которых она была одета в очень красивое белое платье. Ей еще вплели цветы в волосы. Ты знаешь почему?
– Нет, почему, милая? – спросила я, убирая волосы с ее лица, пока девчушка продолжала тараторить. – Потому что она выносила кольца на настоящей свадьбе своей тети!
– Ничего себе! – ответил Денис, одарив меня улыбкой и приподняв бровь.
– Да! И это нечестно. Я тоже хочу выносить кольца и одеваться как принцесса!
Дробышев коварно улыбнулся.
– У тебя будет такой шанс, как только твоя мамочка выберет день, когда выйдет за меня замуж.
Глаза Ани округлились от счастья.
– Я буду выносить кольца? – ахнула она.
– Конечно, солнышко. Никто, кроме тебя, не справится с этой задачей.
– А можно это сделать завтра? – осторожно спросила Аня, умоляющим взглядом смотря на нас. – Тогда я смогу принести в школу свои фотографии, на которых буду одета принцессой, чтобы показать Полине.
Дробышев удовлетворенно закивал.
– Я тоже голосую за завтра, – сказал Денис, самодовольно улыбаясь.
Анечка обхватила мои ноги руками и посмотрела на меня широко распахнутыми глазами.
– Пожалуйста, мамочка.
Со вздохом я опустилась на колени перед ребенком и притянула ее к себе, вглядываясь в ее очаровательное личико.
– До завтра мы ничего не успеем подготовить, – произнесла я, наблюдая, как выражение лица малышки изменилось, поэтому я поспешила все исправить. – Просто нам нужно немного времени, чтобы найти красивые платья для тебя и для меня.
– Это долго? – подозрительно спросила она, прищуриваясь.
В этот момент она была так похожа на своего отца, что я не смогла сдержать теплой улыбки.
– Я думаю, мы справимся с этим к выходным.
Малышка склонила голову набок и прищурилась.
– Сколько это дней?
– Пять, – ответил за меня Денис.
– Или шесть, – добавила я на случай, если мне понадобится время до воскресенья, чтобы привести все в порядок.
– Нет, пять! – радостно воскликнула Аня, обняла каждого из нас и побежала к двери. – Я скажу Полине, что мои родители женятся в эти выходные.
Анечка скрылась за дверью. Я посмотрела на Дробышева с неким укором.
– Устами младенца, – произнес он. На его лице было написано крайнее удовлетворение.
– Похоже, ты слишком доволен собой, – пробормотала я, скрестив руки на груди и раздраженно постукивая ногой.
– Ты не можешь винить меня в этом, – дерзко ответил он. – К тому же, я всегда получаю все, что хочу.
– Кстати, не заморачивайся, пожалуйста, с подарком на свадьбу, – Я провела ладонью по его заросшей щеке. – У меня и так уже есть все, о чем я могла только мечтать. Ты без пяти минут мой муж, Аня – моя дочь, скоро у нас будет еще один малыш. Единственное, что ты мог бы сделать – оформить меня как маму Анечки по закону.
Денис кивнул.
– Считай, что это сделано, – пообещал он, прижимаясь к моим губам, чтобы запечатать на них поцелуй.
– И котенка, – прошептала я ему в губы, когда он поднял голову.
– Ты хочешь котенка?
– Он не для меня, – хихикнула я. – Для Ани. Она сказала мне, что хочет котенка, в самый первый день, когда я ее встретила.
– Вот еще одна причина, по которой ей повезло, что у нее есть такая мама, как ты, – пробормотал Дробышев и глаза его засветились признательностью.
– Значит, ты купишь котенка?
Денис рассмеялся и кивнул в ответ.
– Только он должен быть белым или серым и очень пушистым.
– Я думаю, это не проблема.
Так оно и было… буквально на следующий день в доме появился котенок. Аня назвала его Снежком. Это было идеальное имя для крошечного, белого, пушистого комочка, который с этого момента стал членом нашей семьи.
