Текст книги "Она полюбила бандита (СИ)"

Автор книги: Татьяна Романская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Глава 22

Денис

– Вить, какого хера, блять, этот мудила еще землю топчет? – спросил я с убийственным спокойствием у своего охранника.

Прошло уже больше недели с тех пор, как этот уродец сынок Делоса выстрелил в Пашку, заставив собственную сестру пуститься в бега. Среди наших ходили слухи, что он прячется, как маленькая собачонка, какой он и является по сути. Я устал ждать. Прекрасно понимая, что следующей его мишенью могла стать одна из моих девочек или сразу обе, я хотел вздернуть его и позволить моим людям попрактиковаться в стрельбе по мишеням.

Виктор стоял в дверях моего кабинета, расположенного недалеко от нашего склада. Он неловко переминался с ноги на ногу, скрестив руки на груди и опустив глаза в пол.

– Ты испытываешь мое и без того истощенное терпение, Вить, ты в курсе? – предупредил я.

– Денис Алексеевич, у него есть другая банда, которая его прячет, – признался охранник, не поднимая на меня взгляд.

Я встал так быстро, что мой стул перевернулся и с глухим ударом упал на пол. Затем мой левый кулак, когда я развернулся, буквально впечатался в столешницу, оставляя след.

– Да блять! – закричал я, чувствуя, что ярость закипела у меня в груди.

Откровенно говоря, мне следовало этого ожидать. В городе существовали и другие группировки, хотя они были намного меньше, чем Делосы или мы. Обычно они никогда не высовывались вперед, а наоборот искали нашей защиты и соблюдали установленное годами перемирие.

Со сменой руководства они внимательно следили за происходящим, выискивая слабые места конкурентов и возможности для укрепления собственной власти. Кто бы из них не скрывал Дмитрия, это воспринималось как самое настоящее крысятничество. Грубо говоря, мелкие пешки в большой шахматной партии пытались определить, с какой организацией связать свою судьбу.

Я сжал кулаки, игнорируя боль в поврежденной руке, и развернулся обратно. Указав пальцем на Виктора, я пристально посмотрел на него, давая понять, что не шучу.

– Мы обсудили это по телефону, я не хочу больше видеть никого из вас в своем кабинете, пока вы не приведете этого сучонка или его отца. А будет еще лучше, если передо мной они окажутся оба. А теперь иди отсюда и делай свою гребаную работу! – мое спокойствие сменилось яростью, и к концу я уже кричал.

– Да, босс, – проворчал Виктор, снова опуская глаза в землю.

Он повернулся, чтобы уйти, но на мгновение оглянулся на меня, и среди страха в его глазах было уважение, которого я раньше у него не видел.

В коридоре послышался странный шум.

– Папа! – до моего слуха донеслись крики ребенка, которые проигнорировать было просто невозможно.

Услышав испуганный голос Ани, я выбежал из своего кабинета и помчался по коридору. По ее личику ручьем текли слезы, она бросилась в мои объятия, когда я наклонился, чтобы подхватить ее. Маленькие детские ручки обвились вокруг моей шеи, крепко сжимая ее, пока дочка рыдала, уткнувшись в мою рубашку. Я положил руку ей на затылок, прижал к себе и поцеловал в макушку. Один из людей Петра стоял прямо за ней, его обычно бесстрашное выражение лица дало сбой, обнажив гнев и беспокойство.

Я огляделся в поисках Веры, удивленный, что ее не было с Аней. Это было странно, обычно она не отходила от дочки ни на шаг.

– Что, черт возьми, происходит? – произнес сквозь зубы я, стараясь не пугать ребенка, хотя это выходило очень плохо.

С каждой секундой, когда я не видел Веру рядом, уровень моего беспокойства возрастал.

– Они забрали мою маму! – завопила Аня, растирая ручками слезы по щекам, и паника пронзила меня так сильно, что я чуть не отшатнулся.

Мы всей семьей должны были насладиться моментом, когда моя малышка впервые назвала Веру «мамой». Но моя любимая пропустила это. Еще одна причина, по которой людям, похитившим ее, несдобровать.

– Вера Павловна была похищена, – заявил один из охранников, и его нейтральный тон вывел меня из себя. – Серый погнался за двумя мужчинами и вызвал подкрепление, но они потеряли машину на выезде из города. У нас есть наш лучший помощник, который просматривает спутниковые и местные дорожные камеры. Он найдет ее.

– Где сейчас моя мать? – спросил я, покачивая Аню из стороны в сторону на руках, пытаясь унять свои собственные эмоции, чтобы помочь ребенку успокоиться. Конечно, я хотел пойти за Верой прямо сейчас, но это ни к чему не привело бы, ведь у меня не было ни плана, ни данных.

– Один из наших парней сейчас везет ее сюда из магазина, Денис Алексеевич.

Кивком головы я показал, что ему следует пройти в мой кабинет, затем прошел остаток пути по коридору к подсобному помещению и набрал код на клавиатуре рядом с ним. Дверь открылась, и я распахнул ее, быстро подойдя к единственному письменному столу у дальней стены. Просунув руку под него, я нащупал специальную маленькую кнопку. Ее было нелегко найти, если не знать, где она находится. Нажав, я услышал звук сбоку от себя: механизм потайной двери пришел в действие, и она медленно отворялась.

– Денис!

Моя мать фурией ворвалась в комнату и направилась прямиком к нам. Она обняла нас, и Аня, которая снова начала всхлипывать, разбивала мне сердце каждой слезинкой.

В стене показалась потайная дверь, я набрал еще один код, прежде чем, наконец, она открылась. Я передал дочку на руки матери. Мне не хотелось отпускать ее, но я понимал, что так будет лучше на данный момент.

За дверью была небольшая комната, которая очень напоминала квартиру-студию. У меня были подобные строения, расположенные в каждом из моих складов и офисных зданий, а также одну я сделал в полуподвальном помещении собственного дома. Так сказать, на всякий случай. Именно сейчас он наступил.

Эти комнаты надежно запирались изнутри, поэтому кодовая панель становилась бесполезной до тех пор, пока не отключалась внутренняя защита.

Я встретился взглядом с мамой, и она кивнула, молча давая понять, что понимает, что мне нужно.

– Иди и найди ее, сынок.

– Мы с Антоном позвоним, когда у нас будут новости.

Я поцеловал их обеих в щеки, мои губы задержались на заплаканном лице Анечки, шепча, как сильно я ее люблю.

– Не уходи, папочка, – умоляла она, и эти слова разбивали последние остатки моего разбитого сердца.

– Я должна пойти и забрать Веру, солнышко, – произнес я, вытирая подушечкой большого пальца слезы с ее щек. Я с трудом сглотнул, прежде чем заговорить дальше. – Я верну твою маму, Аня. Обещаю, малышка.

Я подождал снаружи, пока не услышал, как система безопасности защелкнула замки, затем нажал кнопку, чтобы дверь снова стала незаметной, и бросился обратно в свой кабинет, по пути яростно набирая текст сообщения. Войдя в комнату, я нажал «Отправить» и увидел, что один из охранников разговаривает по телефону, рявкая на того, кто был по другую сторону.

Подойдя к сейфу в стене за моим столом, я открыл его и достал пистолет, проверяя, заряжен ли он. Затем я схватил наплечную кобуру и надел ее, закрепив оружие в ней. Сообщение было сигналом для моих людей собраться и приготовиться к началу активных действий. Мужики начали собираться, некоторые из них направились прямо ко мне в кабинет, а другие вооружились, прежде чем присоединиться к нам.

– Звонил Виктор, – сообщил мне Антон, входя в комнату. – Кажется, связной нашел Диму. Его сейчас везут к нам.

– Что с людьми, которые его прячут? – спросил я, стиснув зубы от ярости.

– Была перестрелка. Вероятнее всего, или тяжело ранены, или их уже нет в живых, – с невозмутимым видом констатировал мужчина.

Я кивнул. Любые ублюдки, желающие присоединиться к этому козлу, не заслуживают того, чтобы к ним относились как к людям.

– По приезде отведите его в подсобку, – проинструктировал я пару своих парней.

Повернувшись к начальнику охраны, который больше не отвечал на звонки, я рявкнул:

– Отправь двух своих парней патрулировать эту часть здания. Мои мать и дочь находятся в укрытии, но я не хочу, чтобы кто-нибудь подходил достаточно близко, чтобы хотя бы проверить безопасность.

Он кивнул и направился к выходу.

– Стой, – позвал я, и он остановился, обернувшись на меня. – Петр – мой друг и человек, которого я очень уважаю. Это единственная причина, по которой вы все здесь еще находитесь. Если с моей семьей еще что-нибудь случится или пострадает моя невеста, эти причины больше не смогут уберечь вас от моего гнева. Это ясно?

В моих словах не было сомнений, и я знал, что именно это он видит в моем стальном взгляде. Я не остановлюсь ни перед чем, чтобы защитить свою семью.

Мгновение он изучал меня, но я ничего не смог прочесть по выражению его лица. Затем он просто сказал:

– Да, Денис Алексеевич.

Молчавший до этого дядя Антон вдруг вышел откуда-то из-за угла.

– Денис, – произнес он, и я посмотрел на него. Его мрачное лицо, освещаемое лишь небольшой лампочкой, исказилось, когда он закончил слушать то, что шептал ему на ухо один из моих парней. Его глаза встретились с моими. Покачав головой он словно вестник апокалипсиса, сказал:

– Дмитрий здесь.

Не было никаких сомнений, что я отправлю его прямиком в ад после того, как выбью из него местонахождение моей Веры.

Глава 23

Вера

Очнувшись и обнаружив, что лежу на холодном каменном полу со связанными руками за спиной, да еще и в черном капюшоне на голове, я была полна уверенности, что Денис придет за мной. По-другому и быть не могло.

Та его личность, которую он старательно не показывал мне и являл другим (будем честны, с большим трудом я пыталась ее игнорировать), должна была стать тем самым спасением, которое вытащило бы меня из этого кошмара. Я с удивлением обнаружила, что все мои опасения по поводу образа жизни Дробышева исчезли. Учитывая, что именно по этой причине я сейчас и оказалась тут, я понимала, что мой мужчина никогда не сдастся. Он расшибется в лепешку, но вернет меня туда, где мое место. А оно находится прямо рядом с ним.

Я решила не зацикливаться на том, что может случиться со мной за то время, которое потребуется Денису, чтобы выяснить, куда меня увезли, кто это сделал и как прийти мне на помощь. Вместо этого я размышляла о том времени, которое мы провели с Дробышевым. Я думала о том, почему я так легко влюбилась в него, о страсти, которую он во мне пробудил, и о том, как он заставлял меня чувствовать себя желанной, защищенной и… Только с ним я поняла, что такое безопасность. Да, Денис был большим и сильным, его боялись многие люди. Иногда это пугало. Но, даже когда его настойчивость была направлена на меня, я никогда не испытывала чувство страха.

Иногда он командовал, и часть меня хотела подчиняться, поэтому я могла видеть удовлетворенное одобрение, сияющее в его глазах, когда я давала своему мужчине именно то, что он хотел. И даже во время интимной близости Дробышев пригрозил отшлепать меня, я задрожала скорее от желания, чем от тревоги. Денис заставил меня жить так, как никогда раньше. Он пробудил во мне возбуждение и удовольствие. Денис хотел видеть меня смеющейся так часто, что мне просто сводило скулы от постоянной улыбки на лице. Дробышев просто заставлял меня чувствовать.

Денис был идеален для меня, несмотря на темноту в его душе, незаконные дела и все такое. И не потому, что он был сногсшибательно красив. Дело было и не в его прекрасном доме или солидном банковском счете. Даже не в том, что он был замечательным отцом для самой очаровательной девочки в мире – ну, может быть, отчасти это было из-за Ани и того, как он относился к ней. Денис Дробышев был идеален просто потому, что любил меня так же сильно, как я любила его.

Я наконец-то нашла мужчину своей мечты, а теперь оказалась в руках его врага и конкурента. Я боролась со слезами на глазах. Моя душа была полна решимости оставаться сильной, пока Денис не найдет меня. Я наотрез отказывалась верить, что могу умереть, или думать, что это может быть концом. Все-таки девяностые годы остались уже далеко позади.

Я мечтала о будущем, которое обещал мне Денис, о наших с ним детях и о свадьбе. Думая о реакции Дробышева на мое утреннее состояние, я подумала о том, чтобы это могло значить. Тихо усмехнувшись, я разжала кулаки и попыталась обхватить живот. Мой смех оборвался звуком открывающейся и закрывающейся двери.

– Я не совсем понимаю, над чем ты смеешься.

Голос стал ближе, давая понять, что его обладатель направляется в мою сторону. Я заставила себя снова сжать кулаки, отказываясь давать ему еще какие-либо улики против Дениса или меня. Мало того, что он взял меня в заложницы, я могла только представить, что бы он сделал, если бы узнал, что есть шанс, что я беременна от Дениса. Похитителям это точно сыграло бы на руку, давая рычаг для дополнительного давления.

Капюшон был снят с моей головы, и я инстинктивно зажмурилась. Через грязное окно, которое я видела поверх плеча Делоса, проникало немного света, но этого было достаточно, чтобы ослепить меня после нескольких часов темноты.

– Открой глаза, девочка. Нам нужно немного поболтать.

Я приоткрыла их, услышав несколько знакомые повелительные нотки в его тоне. Не стоит злить этого мерзкого человека, он и в спокойном состоянии дикий зверь.

– Да, теперь уже лучше, – пробормотал мужчина, возвышаясь надо мной. – Я дядя Вова. Возможно ты знаешь меня по полному имени Владимир Делос.

Я уставилась на мужчину, удивленная тем, что увидела. Если бы я стояла на ногах рядом с ним, он был бы всего на полголовы выше меня. Несмотря на его рост, он был довольно коренастый и широкий. В его рыжих волосах на висках виднелись седые пряди, а лицо было испещрено морщинами и шрамами. Он был гораздо старше, чем я себе его представляла. Если это отец Марины, то он, должно быть, либо прожил очень тяжелую жизнь, либо она родилась у него достаточно поздно. Или и то, и другое.

– Знаешь, а я понимаю, почему Дробышев прибрал тебя к рукам. У смазливая мордашка, хорошенькие глазки и прекрасное тело, чтобы согревать твоего парня по ночам.

Я сглотнула, уловив в глазах намек на мужское одобрение, и отпрянула от него, когда он потянулся, чтобы прикоснуться ко мне. Со связанными руками избежать встречи с ним не было никакой возможности, и после я поняла, что меня подняли и усадили на стул в углу комнаты.

– Вот и все.

Как только мужчина усадил меня, он подкатил еще один стул к тому месту, где я лежала, и осторожно опустился на сидушку. Владимир оперся локтями о колени, рассматривая меня. Его глаза были хитрыми и какими-то безжизненными одновременно. От его пристального взгляда у меня по рукам побежали мурашки, но они были совсем не похожи на те, что я чувствовала, когда Денис был рядом.

Этот человек заставил меня почувствовать страх, и я начала сомневаться, смогу ли я на самом деле выбраться из этой передряги живой.

– Как долго ты была с ним?

– Месяц, – выдавила я из себя ответ, несмотря на сухость в горле и онемевшие губы.

Он кивнул, как будто уже знал ответ и был рад, что я не пыталась ему солгать. Затем Делос сунул руку в карман, и я застыла от ужаса. Когда он достал маленькую бутылочку с водой, я глубоко вздохнула, затаив дыхание. Он открыл ее и поднес к моим губам, но я не решалась сделать глоток, хотя жажда мучила меня сильнее, чем когда-либо прежде.

Кажется, он это понял.

– Я не собираюсь травить тебя – сказал он, прижимая бутылку к моим губам и наклоняя ее, пока я не открыла рот и не стала жадно пить из нее.

Когда я закончила и шумно выдохнула, Делос отстранился.

– Ну вот, – пробормотал он, отодвигая пустую бутылку и бросая ее на пол. – Я рад, что ты понимаешь, что у меня есть к тебе несколько вопросов.

Он, казалось, ждал ответа, поэтому я осторожно кивнула, отчаянно думая, что делать дальше.

– Что ты знаешь о бизнесе этого человека?

– Ничего.

Я не подумала о своем ответе, прежде чем выпалила это, и быстро пожалела.

– Ну, что же, тогда мне жаль, что я был так груб с тобой, чтобы доказать свою точку зрения. Прости, девочка моя. Будет больно.

Страх пронзил меня, когда Владимир отступил назад и жестом подозвал другого мужчину.

– Пара царапин, – проинструктировал он подошедшего товарища. – Но у нее ничего не должно быть сломано и повреждено окончательно. За нее хорошо заплатят.

Я крепко зажмурилась и помолилась, но не только за себя, а еще и за безопасность ребенка, которого, возможно, ношу. Когда я услышала тихий щелчок закрывающейся двери, я снова открыла глаза, как раз вовремя, чтобы увидеть кулак, летящий в меня. Почувствовав ноющую боль в плече, я не смогла сдержать стона.

Со следующим ударом этот мир затуманился и погрузился в черноту.

Глава 24

Денис

– Если бы я не был готов тебя пришибить, то обязательно бы посмеялся над тобой, дружок. Ты что, серьезно думал, что сможешь спрятаться от меня, Димулька? – выпалил я. – Ты действительно верил, что сможешь так легко обвести моих людей вокруг пальца?

Малой хмуро посмотрел на меня, но ничего не сказал, так как сидел привязанный к стулу в задней части моего склада.

– Если ты хочешь что-то из себя представлять, вали из этого города! Я здесь закон. Здесь всем заправляем мы и точка. Я думаю, что сейчас, черт возьми, самое время напомнить людям об этом. Найти Веру проучить тех, кто ее похитил, – значит дать понять, что не стоит лезть на рожон с тем, что принадлежит мне.

Я подошел поближе и наклонился, чтобы оказаться с парнем лицом к лицу.

– Если ты скажешь мне, где она, я подумаю о том, чтобы позволить тебе передать сообщение лично, – произнес я, едва сдерживая собственные эмоции. Мои следующие слова были полны смертоносных угроз. – Если ты этого не сделаешь, мы доставим сообщение в виде тебя. Правда, вряд ли ты будешь в состоянии что-либо говорить.

Пристально глядя в его зеленые глаза, я увидел то, что парень изо всех сил пытался скрыть. Страх. Я самодовольно улыбнулся и поднялся на ноги. Без предупреждения я сжал руку и ударил его кулаком в лицо, отчего малой закричал и из носа у него хлынула кровь.

– Это тебе за выходку с Павлом и Мариной, – объяснил я.

Отойдя на пару шагов назад, я облокотился плечом о дверной косяк.

– Развяжи его, – приказал я своему человеку, не сводя глаз с мелкого мудака.

Виктор, один из моих охранников, взял ножницы и перерезал веревки и хомуты. Снова оказавшись возле моего пленника, я обхватил пальцами одной руки его шею и сжал, поднимая его с места.

– Где моя женщина? – спросил я. – В последний раз спрашиваю по-хорошему!

Крысеныш с трудом дышал, его руки цеплялись за мои пальцы, пытаясь их то ли разжать, то ли ударить меня. Я был выше его на голову и весил по меньшей мере килограммов на двадцать больше, поэтому не давал ему даже дотянуться до меня, не говоря уже о том, чтобы причинить какой-либо вред.

– Денис Алексеевич, – позвал кто-то из дверей кабинета.

– Не сейчас, – прорычал я.

– Шеф, это доставка. Уверен, вы захотите это увидеть.

Что-то в его голосе убедило меня опустить мелкого уродца на землю и отойти в сторону. Дима упал на колени, согнувшись пополам и пытаясь жадно сделать пару вдохов.

Посмотрев на Виктора, я дернул подбородком в сторону другого охранника.

– Будь другом, помоги этому товарищу принять решение, пока я разберусь с этим.

Мужчина кивнул, и я побежал к двери, удовлетворенный ворчанием и криками Дмитрия, когда мой человек побуждал его заговорить.

Дойдя до входа, я схватил конверт, который передал мне Витя, и разорвал его.

– Тварь поганая! – закричал я, швыряя фотографии Веры с разбитой губой на землю и ударяя кулаком в стену рядом со мной. Боль распространялась от костей по всей руке, но я едва замечал ее. Только боль и ярость сдерживали мой ужас.

Развернувшись, я подошел к Диме, который уже лежал на земле, сжавшись в комок.

– Поднимите его, – скомандовал я.

Виктор подхватил парня под мышки и помог ему встать на ноги, прежде чем скрыться из поля моего зрения. Я вытащил пистолет из наплечной кобуры и направил ему прямо в лоб.

– Где она?

Глаза крысенка дико забегали по сторонам, прежде чем вернуться к моему взгляду. Он вздрогнул, увидев направленное ему в лицо дуло пистолета.

– Братан, в Саларьево, – заикаясь, пробормотал парень. Его слова захлебывались от крови, которая постоянно приливала к и без того опухшему лицу. – В подвале дома.

Он продиктовал адрес, и Витя позвонил куда надо, чтобы передать информацию дальше. Я протянул свободную руку, молча требуя дать мне трубку.

– Дела хуже некуда, похоже, что применяют силу. Я встречу вас там, – решительно сказал я. – И да, если вы приедете раньше меня, не сметь трогать Делоса. Он – мой.

Собеседник немного помолчал, переваривая информацию, а затем спросил:

– А с Димой как быть?

Я кивнул моему охраннику. Его палец нарочно дернулся, и тихий щелчок глушителя был единственным звуком, когда юноша упал на пол.

– Он собирается прокатиться до водоема. Я надеюсь, что ты поможешь мне в этом, потому что на данный момент я еще не решил, присоединишься ли ты к нему или нет после всего произошедшего.

Через тридцать минут мы были на месте. Я врезался плечом в хлипкую деревянную дверь, и она с легкостью отворилась, как будто и не была закрыта.

В крошечной комнатке стояла небольшая раскладушка, а в ней, свернувшись калачиком, лежала одинокая женская фигура.

– Вера! – крикнул я и подбежал к кровати, пытаясь обнять ее обмякшее тело.

В тот момент, когда любимая почувствовала мое прикосновение, она начала яростно сопротивляться, двигая ногами и размахивая одной рукой, в то время как другая оставалась прижатой к животу, защищая его. У меня внутри все оборвалось, когда я был вынужден удержать ее, наклонив голову так, что мои губы оказались возле ее уха.

– Вера. Успокойся, красавица, – сказал я успокаивающе. – Это я, твой Денис.

Не знаю, было ли это из-за слов или звука моего голоса, или из-за того и другого, но девушка внезапно застыла, крепко зажмурив глаза. Я провел рукой по ее волосам, прежде чем очертить пальцем линию ее опухших от слез щек. Сейчас было не время давать волю своему гневу, но я поклялся, что заставлю заплатить сполна того, кто причинил ущерб.

Вера распахнула глаза, и мои плечи опустились от облегчения, когда я увидел в ее голубых глазах счастье. Они наполнились слезами, и я нежно обхватил ладонями ее лицо, целуя каждую каплю, когда она падала.

– Денис? – прошептала она.

– Это я, красавица, – произнес я. Подняв ее на кровать, я усадил невесту к себе на колени. – Я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, – пробормотал я, покрывая нежными поцелуями ее глаза, щеки и губы, стараясь быть предельно осторожным.

– Что с Аней? Как Валентина? – настойчиво спрашивала она.

– Они обе в безопасности, невредимы. Я беспокоился только о тебе.

Послышался глубокий вздох.

– Я… я знала, что ты придешь за мной, – пылко воскликнула Вера, уткнувшись лицом мне в шею. – Я люблю тебя.

Шум возле входа привлек мое внимание к двери, и мои руки инстинктивно сжались вокруг Веры.

Виктор стоял, как обычно, с бесстрастным лицом.

– Делос ускользнул до того, как мы приехали сюда. Один из его парней признался, что до него дошли слухи о похищении Димы. Делос гораздо умнее, чем его сын, он знал, что щенок сломается.

Если бы в тот момент у меня на руках не было Веры, я бы провел всю следующую ночь, разговаривая по телефону с Петром и сообщая ему, что в его команде не хватает людей. Всех. Но, даже если моя девушка и знала о темной стороне моей жизни, я не хотел, чтобы она стала свидетелем этого.

– Найди его, – процедил я сквозь стиснутые зубы. Витя кивнул и вышел за дверь, сообщая остальным, что им нужно ехать.

Я крепко прижал Веру к себе, поднялся на ноги, а затем быстро зашагал по пыльному подвалу. Она прижалась ко мне всем телом, а ее лицо уткнулось в мой подбородок. Я не знал, как Вера отреагирует на множество тел, разбросанных вокруг, поэтому был рад, что она ничего не видит.

У здания нас ждал черный автомобиль, и я скользнул внутрь, посадив Веру к себе на колени, не желая отпускать в буквальном смысле слова. Я положил руку на ее плоский живот и представил, как она сидит рядом с нашим ребенком и обнимает нашу вторую дочь. Эта мысль согрела меня и помогла успокоить бешено колотящееся сердце.

Я поцеловал Веру в макушку, зарылся носом в ее мягкие волосы, прежде чем прижаться щекой к тому же месту.

– Я люблю тебя, малышка, – пропел я. – Все закончилось, выдыхай. Я обещаю, что больше никогда не подведу тебя. Я всегда буду защищать тебя и наших детей. Ты для меня все. И даже больше.