Текст книги "Она полюбила бандита (СИ)"

Автор книги: Татьяна Романская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Глава 9

Вера

– Поужинаем сегодня вместе?

Мне потребовалась все мое самообладание, чтобы сдержать улыбку, когда Денис пригласил меня на ужин. Не смотря на всю его напористость, он никогда не ставил меня перед фактом в таких делах: для него было важным, чтобы окончательное слово все равно осталось за мной. Это было безумно приятно.

– Ну, не знаю, – старательно изображая задумчивый вид, протянула я. – Вообще, у меня сегодня первый свободный вечер за неделю, поэтому я построила планы.

– Планы? – прорычал Денис, приближаясь ко мне на непозволительно близкое расстояние.

– Да, свидание. Ну, с ванной комнатой, – пошутила я, пытаясь поднять настроение, поскольку Дробышев напоминал мне льва, готового к прыжку.

Это произвело эффект, абсолютно противоположный тому, на который я рассчитывала. Глаза Дениса вспыхнули ярким огнем желания и страсти. Оказавшись в нескольких сантиметров от меня, он протянул руку, обхватил длинную темную прядь и потянул.

– Если тебе нужно составить компанию или потереть спинку, я могу предложить свои услуги.

Я сглотнула слюну при одной мысли о том, как мы будем принимать душ вместе, его руки будут скользить по моему телу, а мои – по его. Почему-то моему воображению было слишком легко представить нас вместе под струями воды. Прижавшись к его руке, я почувствовала, как его большая ладонь дотронулась до моей щеки, очерчивая контур скулы.

– Может, тогда лучше все-таки ужин…

– К черту ужин, – прохрипел Дробышев, подхватывая меня на руки, словно пушинку, и направляясь в свою комнату. – Мы сходим поесть позже, обещаю.

Войдя в комнату, он закрыл дверь ногой, после чего опустил меня на огромный двуспальный матрас и последовал за мной. Покрывая моё лицо поцелуями, в перерывах между ними Денис шептал:

– Я старался не торопиться, Вера, – тихо прорычал он мне на ухо, заставляя меня закатить глаза и сжать его торс еще сильнее, потому что темп, с которым он двигался, был каким угодно, но только не медленным. – Я хотел дать тебе время осмыслить то, что происходит между нами, но вижу, что ты сама не против продолжения. Ты слишком сильно нужна мне сейчас, а я не привык отступать от того, что мне хочется.

Его агрессивность, скорее всего, должна была сильно отпугнуть, но вместо этого мое тело выдало, насколько сильно это меня возбудило. Мое сердце бешено заколотилось о грудную клетку, мышцы расслабились, а губы приоткрылись, когда я попыталась втянуть воздух в легкие. И все это было до того, как он сначала мягко поцеловал меня в шею, слегка касаясь зубами точки над веной, где бьется пульс, а затем втянул мою кожу достаточно сильно, чтобы я поняла, что это оставит на ней след. Черт, Дробышев и здесь хотел показать, кто кому принадлежит.

Слегка приподняв голову, я увидела лицо Дениса. Застывшая полуулыбка, ясный взгляд, в глубине которого играли огоньки похоти и желания, настойчивость и напористость. И до какой же степени было приятно осознавать, что именно из-за меня у Дробышева такие глаза в этот момент.

Денис негромко выдохнул, приподнимаясь на одной руке, чтобы высвободить другую и стянуть с меня футболку через голову. За этим быстро последовал мой лифчик, и моя грудь предстала перед его взором и была готова к прикосновениям. Дробышев обхватил ее ладонью, перекатывая сосок между кончиками пальцев, словно камешек. Покрывая поцелуями мою грудь, он добрался до другой и несколько раз провел языком по соску, прежде чем жарко поцеловать его.

– Денис, – простонала я, выгибая спину, когда, запустив пальцы в его темные волосы, попыталась приблизить его губы к своим.

Он усмехнулся мне в лицо и не переключил свое внимание.

– Пожалуйста, – простонала я.

– Мне нравится, когда ты просишь. Знай, что ты первая, кому я это говорю.

Торопить его было абсолютно бесполезно, поэтому я оставила тщетные попытки. Мои руки соскользнули с его головы вниз к плечам и спине, обводя мышцы, которые напрягались в такт его движениям. Когда он опустился ниже и прикусил кожу на моем животе, я приподнялась на кровати, впиваясь ногтями в его спину от неожиданной волны удовольствия, которая разлилась по моему телу. Я отчаянно хотела, чтобы он опустился еще ниже, прекрасно понимая, какое наслаждение способен доставить мне мужчина. Как я и хотела: ниже, чувствительнее, глубже.

Дробышев приподнялся, чтобы посмотреть на меня, и пожар в его взгляде заставил мои щеки гореть огнем. Не желая больше терпеть и терять драгоценное время, я потянулась вниз и, приподняв бедра, расстегнула джинсы и стянула их вместе с трусиками, сбрасывая их куда-то на пол. Его пристальный взгляд скользнул по моему обнаженному телу, распростертому под ним. Было видно, что он любуется мной. Наклонившись ко мне максимально близко, Денис практически промурлыкал мне на ухо:

– Только я могу видеть тебя такой.

– Может, мы наконец перейдём от слов к действию? – спросила я, чувствуя себя немного нахальной.

Выдал мое волнение румянец, который тут же залил мои щеки.

– Ты такая нетерпеливая, моя красавица, – довольно улыбнулся Денис, поглаживая кончиками пальцев кожу моей груди. – Чтобы получить желаемое, нужно немного потерпеть.

Его руки были горячими, я это почувствовала, когда он раздвинул мои ноги. Дробышев склонился над моим лоном, я почувствовала его неровное дыхание на себе и приподняла бедра. Хватка Дробышева усилилась, и я приземлилась обратно на матрас, хотя буквально пару секунд назад мне казалось, что контролирую ситуацию. Я извивалась под ним, но не могла оторвать бедра от кровати из-за его хватки.

– Ты моя целиком и полностью.

– Твоя, – на грани слышимости подтвердила я.

Он провел языком по одной стороне моих губ и обратно, снова и снова, сводя меня с ума. Он чередовал поглаживания языком с едва ощущаемыми покусываниями моего клитора. Я буквально чувствовала, как его тело расслаблялось каждый раз, когда мое напрягалось от удовольствия. После того, что казалось часами бесконечной пытки (хотя на самом деле я была в диком восторге), он провел языком по центру и ввел его внутрь меня.

– Да! – закричала я, вцепившись руками в простыни, когда его язык проник внутрь и вышел из меня.

– Тише, девочка, тише, – ласково прошептал Дробышев, не желая останавливаться.

Одной рукой он скользил по моему бедру, после чего едва коснулся моего клитора. Слегка поглаживая его, он заставлял мои мышцы напрягаться в такт его движениям. Когда он сделал это во второй раз, с чуть большим нажимом, я почувствовала приятное напряжение глубоко внизу живота. Этот узел по моим ощущениям был готов вырваться наружу.

– Да, – только и смогла прошептать я, когда Денис закончил свои ласки.

Дробышев усмехнулся, проводя языком по внутренней стороне моего бедра. Я безвольно лежала на кровати, раскинувшись, совершенно обнаженная, а он, полностью одетый, возвышался надо мной.

– Тебе не кажется, что на тебе слишком много одежды? – едва переведя дыхание, смогла произнести я.

Денис улыбнулся.

– Согласен, малышка.

Быстро скинув с себя рубашку и брюки, он остался в одних черных боксерах с заметной выпуклостью.

Я в нерешительности сглотнула.

– Перестань нервничать, – прошептал он, стягивая боксеры. Его член вырвался на свободу.

– Ничего себе, – выдохнула я, глазами оценивая размер его достоинства.

– Я обещаю, что все пройдет хорошо, – поклялся он, скользя пальцами по моему лону. – Ты точно не пожалеешь. Но сначала давай попробуем не так.

Погладив нежную кожу промежности, Дробышев перешел к более активным действиям. Один из его пальцев проник в меня, и я непроизвольно застонала, выгибаясь от его прикосновений.

Он добавил второй палец, входя в меня и выходя. Растягивая меня. Подготавливая для следующих действий.

– Я больше не могу, малыш, – честно признался Денис, прежде чем нежно поцеловать. – Тебе будет хорошо, я обещаю.

– Да, – простонала я.

Он отстранился и посмотрел мне в глаза.

– Пути назад нет.

– Я знаю, – тихо прошептала я, выгибая спину.

Невозможно было отрицать то, что он заставлял меня чувствовать. Это было нечто большее, чем физическое влечение. Может, это и безумие, но я влюблялась в него. Быстро. Никогда в моей жизни такого не было, но именно он, Денис, заставил прочувствовать рядом с ним целую гамму эмоций. То ли еще будет.

Одна его рука лежала на моем бедре, а другая обхватила его сзади. Я инстинктивно обхватила его спину, стараясь прижать торс Дениса как можно ближе к себе. Подарив мне очередной поцелуй, Дробышев перешел к более активным действиям. Его член уперся в меня, и я почувствовала новую волну возбуждения, разливающуюся по телу. Затем он вошел внутрь. Очень медленно. Сантиметр за сантиметром, давая мне время привыкнуть к новому ощущению наполненности. Затем Денис слегка отстранился и вошел в меня одним мощным движением бедер.

– Все хорошо, солнышко? – пробормотал он, губами перехватывая мой вскрик и оставляя очередной поцелуй.

– Да-а, – на выдохе произнесла я, понимая, что мой голос звучал очень тихо. – Не останавливайся, пожалуйста.

– Как скажешь, моя королева.

Дробышев подчинился. А абсолютная искренность, сквозившая в его голосе, совершенно успокоила мое сердце. Немного привыкнуть к новым ощущениям, я приоткрыла глаза и встретилась с ним взглядом. Денис, пристально смотря мне в лицо, негромко застонал.

Чувствуя ритмичные движения Дробышева, я ощущала настоящие опьянение. Да и вообще казалось, что я наблюдаю за сплетением наших тел со стороны, иначе я просто не вынесла бы всего этого. Ни тугого удовольствия, ни приятного покалывания внизу живота, ни чувства наполненности, которое пришло вслед за мимолётной болью.

Наши тела слились воедино, и вообще казалось, что они были созданы друг для друга.

– Ммм, – простонала я, двигая бедрами в такт Денису.

– Надеюсь, такого раньше у тебя никогда не было, не так ли?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, но понимая, что он прав. Я почувствовала отчаянное желание быть с ним, которое несколько пугало меня, но ничего поделать с собой я не могла.

Он двигался, постепенно наращивая свой темп.

– Ты идеальная, Вер, – тихо проговорил он.

– Пожалуйста, Денис, не останавливайся. Быстрее, – прошептала я, прижимаясь к нему всем телом, пока он входил и выходил из меня. Он приподнял одну мою ногу и закинул ее себе на плечо, чтобы проникнуть еще глубже.

– О да, – выдохнула я, чувствуя, как движения бедер стали более быстрыми, а угол проникновения изменился.

Он входил в меня жестко и быстро, его глаза встретились с моими. В них он быстро прочитал, что я нахожусь на пике удовольствия, однако я решила еще и озвучить это, чтобы это произвело еще больший эффект.

– Я больше не могу, Денис, – простонала я.

Он убрал мою ногу со своего плеча, и я обхватила его за торс, пока он продолжал ритмично входить в меня.

Мои пальцы впились в кожу его ягодиц, пока я приподнимала собственные бедра, встречая его толчок за толчком. Услышав, как он зарычал, дойдя до собственного пика, второй рукой я зарылась в его волосы.

– Это было потрясающе, – прошептала я, когда мое сердце перестало бешено колотиться, и я снова смогла говорить.

– Нет, это ты потрясающая, – прошептал он мне на ухо, ложась на спину и прижимая меня к своей груди.

Мы лежали рядом, обнимая друг друга, и перешептывались, прежде чем Дробышев встал и налил мне ванну. Он отнес меня и буквально опустил в воду, настаивая на том, что это необходимо для полного восстановления сил.

Когда я вышла из ванной комнаты, я едва могла стоять на ногах, поэтому заснула, как только моя голова коснулась его подушки. Пару часов спустя я открыла глаза и протянула руку к Денису, но обнаружила, что кровать рядом со мной пуста. Приподнявшись на локте, я обнаружила на его подушке записку. В ней говорилось, что его срочно вызвали на работу, и он вернется, как только будет такая возможность.

В последнее время он казался более напряженным, переживал из-за чего-то на работе. Должно быть, дела там были действительно плохи, если они могли поднять его с постели в такое время.

Глава 10

Денис

– Какого хрена? – зло крикнул я, шумно захлопывая дверь склада. Стук эхом раздался по всей территории. – Я надеюсь, что причина, по которой вы оторвали меня от моей женщины в три часа ночи весомая, иначе вам несдобровать, ребята.

– Что ты, Денис, ничего криминального.

Услышав знакомый голос за моей спиной, я резко повернул голову назад. Двое моих людей втащили Павла на территорию склада через другую дверь. Он тяжело опирался на одного из охранников из них, когда, прихрамывая, продвигался вперед. Из раны на его бедре текла кровь. Я подбежал и заменил одного из мужчин, крикнув, чтобы они немедленно вызвали врача.

Мы отнесли Пашу в самую дальнюю комнату, предназначенную для ночной охраны, и положили на старую двуспальную кровать.

– Что, черт возьми, случилось? – удивленно спросил я, схватив нож трясущимися от тревоги руками и разрезав штанину Паши, чтобы оценить ущерб. Увидев, что это всего лишь небольшая рана на верхней части его бедра, я с облегчением выдохнул и опустился на рядом стоящий стул.

Фролов тяжело вздохнул и ничего не сказал. Я поднял на него глаза и увидел застывшую на его лице странную смесь смущения и ярости. Он уставился в потолок и процедил сквозь зубы:

– Твоя Марина стреляла в меня, блять.

От шока я чуть не упал. Точнее, я бы точно упал, если бы не сидел в этот момент возле друга. Ни за что на свете. Этого просто не может быть.

– Она предала нас? – прохрипел я.

Выражение лица Паши стало еще мрачнее.

– Нет, она выстрелила в меня, потому что я намекнул, что она могла это сделать.

Что, блять, здесь происходит. Уже ничего совершенно не понимая, я слегка покачал головой.

– Паш, я правильно понимаю, что ты вытащил меня из теплой постели с женщиной моей гребаной мечты, чтобы потом сказать, что в тебя стреляли за то, что ты мудак?

– Нет, урод, про мудака я знаю и без тебя, – прорычал Фролов, указывая кивком на наших охранников. – Они позвонили тебе именно потому, что, пока Марина угрожала пристрелить меня за то, что я в принципе существую, кто-то выстрелил в нас первым.

Меня охватил ужас. Происходило что-то абсолютно непонятное.

– Эта девка убежала от меня. И поверь, когда я до нее доберусь, мало ей однозначно не покажется, – прорычал Паша, ударяя кулаком по стене то ли от злости, то ли от боли в ноге.

– Паша! – крикнул я, встряхивая друга за плечи, пытаясь таким образом привести его в чувства. – Сосредоточься. Что, черт возьми, происходит? Кто стрелял в нее?

За нашими спинами послышался шум.

– Я не думаю, что целились в нее, – произнес охранник, только что вошедший в комнату.

За ним семенил другой человек. Пожилой, лысеющий, дородный мужчина был врачом, которого я знал с детства. Он дружил с моим отцом, и именно к нему мы обращались при травмах, если можно было избежать госпитализации.

– Дениска, отходи. Давайте смотреть, куда на этот раз вы вляпались.

Я посторонился, пропуская его вперед, и секунду наблюдал, как Паша ворчит на доктора, прежде чем обратить на меня серьезный взгляд.

– Я был с Мариной, не надо, – он поднял руку, явно видя мое намерение задать вопрос, – у нас сейчас нет на это времени.

Я приподнял бровь, но позволил ему продолжить.

– Ребята-охранники подоспели к нам как раз вовремя, чтобы увидеть, как этот урод ебучий Дима убегает.

– Может, перестанешь дергаться, сынок? – рявкнул доктор. – Тебе нужно наложить швы, чтобы остановить кровотечение, и я бы предпочел не зашивать твои причиндалы вместо раны. А остались ли они? Птички нашептали, что в тебя стреляла дама.

Этот небольшой монолог врача сопровождался ухмылками и усмешками, направленными в адрес моего товарища.

Фролов закатил глаза.

– Как же вы все зае…

– Замолчите все! – взорвался я, ища глазами Виктора.

Все это время он молчал, что неудивительно. Обычно его было больше видно, чем слышно и именно по этой причине я обращалась к нему за ответами. Он часто видел больше, чем большинство, и обдумывал свои мысли, когда их озвучивали.

– Объясни мне, пожалуйста, что происходит.

Виктор скрестил руки на груди и прислонился спиной к дверному косяку.

– Мы с этим балбесом, – кивнул он на напарника, – только что вернулись со смены, сидели в кабаке и выпивали, когда услышали, как пара молокососов обсуждала награду, которую Делос только что назначил за поимку любого из нас.

Ярость вскипела во мне, но я промолчал, зная, что это еще не все.

– Дима, его младший сын, тусовался с компанией, и я видел, как он вышел через заднюю дверь. Он собирал вещи, и мы сели ему на хвост. Я не знаю, был ли он осведомлен, где будет Паша, или это было случайно, но он остановился возле его дома и спрятался в кустах. Внутри разгорелся довольно громкий спор, – Виктор перевел взгляд на Фролова, который нахмурился ему в ответ, – и когда Пашка появился в поле зрения, это пиздюк выстрелил прежде, чем мы смогли до него добежать. Он никудышный стрелок: сначала промазал и попал куда-то в дерево, но когда мы услышали второй выстрел и Пашок упал, мы бросились к дому, чтобы хотя бы попытаться добраться до него.

Шестеренки в моей голове вращались со скоростью света, запуская мыслительный процесс. Что Марина делала в доме Фролова, было вопросом актуальным, но обсуждать сегодня это я не намерен. Больше всего меня беспокоила вероятность того, что Дима увидел свою сестру внутри.

– Он видел Марину? – я негромко адресовал свой вопрос Фролову. В моем голосе слышались нотки гнева из-за сложившейся ситуации и беспокойства.

Он медленно кивнул.

– Поэтому она и сбежала, не стала слушать, когда я сказал ей, что для нее лучше остаться со мной. А броситься за ней в погоню я не мог по понятным причинам, Денис.

Фролов замолчал и отвел глаза, не желая продолжать разговор. Я подошел к изголовью кровати и посмотрел ему прямо в лицо, мне надоели его увертки и переглядки.

– Перестань валять дурака и расскажи мне все до конца.

Послышался глубокий вздох.

– Дело в том, – нерешительно начал Фролов, – что она пришла сказать мне о вознаграждении.

– Твою мать, Паш! – повысил свой я, ударяя кулаком по столу. – Этот мелкий гаденыш уже наверняка рассказал своему отцу о случившемся. И помни, что Маринка там одна только из-за тебя. Ты не смог сделать то, что тебе было конкретно сказано, и держать свой гребаный рот на замке.

Губы Павла сжались в тонкую линию, но по выражению его лица нельзя было понять, что о чем именно он думает. Явно он был зол не меньше моего.

– Я найду ее, – твердо произнес Фролов, приподнимаясь на локтях.

В глазах товарища я увидел уверенность в своих действиях. Что-то раньше я не видел такой пылкости от Паши. Не могли ли их отношения перерасти из служебных в нечто большее?

Кстати об искрах в глазах. Душой и сердцем я готов был вернуться к Вере в теплую постель, но головой понимал, что мне придется разгребать эту заваруху до конца дня. Доктор обработал ногу Фролова и посоветовал ему немного отдохнуть, но было ясно, что тот не намерен следовать этому совету. Как только Паша смог, он встал с постели и, прихрамывая, вышел за дверь.

Я отправил охранников за парой других ребят, чтобы они навели справки о произошедшем. Я хотел знать все, что можно, и о младшем сыне Делоса, и о заявленной награде и вообще о том, как далеко распространилась эта информация. Сколько я себя помню, мы делали все возможное, чтобы сохранить нашу семью и бизнес в состоянии мира с другими местными бандами. Мы старались ничего не делить и даже иногда уступать друг другу, но видимо это был другой случай.

С тех пор как умер мой отец, Владимир Делос, глава компании и по совместительству отец большого семейства, пытался посеять раздор. Но теперь он зашел слишком далеко. Пришло время мне вмешаться, и, учитывая хрупкое состояние моих отношений с Верой на тот момент, это была еще одна причина жаждать скорейшего разрешения конфликта.

Я вернулся домой и молча поднялся на второй этаж. Проходя мимо комнаты Ани, я заглянула в нее и увидел пустую кровать, заваленную куклами и бесчисленным количеством мягких игрушек. Малышка сегодня ночевала вместе с бабушкой. Она была моей принцессой, светом моей жизни, но теперь у меня появилась другая женщина, которая была мне так же дорога. И они обе нуждались в защите больше, чем когда-либо.

Пройдя в свою спальню, я подошел к кровати и посмотрел на мирно спящую прекрасную женщину. Ее темные волосы были распущены по спине, она лежала на боку, свернувшись калачиком вокруг моей подушки, одеяло было скинуто куда-то в ноги, поэтому мне открывался прекрасный вид на гладкую, кремовую поверхность ее спины. Мне очень хотелось занять место рядом с ней, но сначала нужно было кое-что сделать. Наклонившись, я поцеловал ее в губы, а затем спустился к себе в кабинет.

Для начала я отправил письмо своему деловому партнеру. Он руководил охранной фирмой и, помимо всего прочего, работал в частном порядке. В первую очередь мне понадобились телохранители для Ани и Веры. Затем я связался с покупателями двух наших следующих партий и перенес время и место продажи, чтобы эта информация была максимально конфиденциальной.

Я все еще работал, когда рассвело, и некоторое время спустя мое внимание привлек стук в дверь моего кабинета

– Войдите.

Дядя Антон зашаркал в комнату, почти полностью прикрыв за собой дверь, прежде чем сесть в кресло напротив меня.

– Нам нужно срочно что-то делать, Денис, – серьезно сказал он. – Одно дело рассуждать об этом на складе с нашими, но сейчас пришло время разъяснить это всем остальным. Нам нужно дать ответ на этот вызов от Делосов. Дай понять, что ты не слабак.

Я вздохнул, проведя рукой по бороде, слегка почесывая подбородок и размышляя вслух.

– Я бы предпочел не начинать войну. Я не хочу, чтобы жизнь моей семьи, никого из них, подвергалась еще большей опасности из-за моей работы.

Мужчина медленно кивнул.

– Я понимаю, Денис. Но они будут в еще большей опасности, если ты не начнешь ничего делать.

– У тебя есть предложения или мысли?

Он пожал плечами с выражением глубочайшего сожаления на лице.

– Это придется делать только тебе. Я никогда не был создан для этого, Денис, и ты об этом прекрасно знаешь. Пришло время занять твердую позицию, и для того, чтобы никто не пострадал, необходимо переходить к активным действиям.

Я знал, что он прав. Мне нужно было быть предельно осторожным и продуманным, если я хотел сохранить мир.

– Ты уже сказал ей? – в голосе Антона не было упрека, только любопытство, но все равно едва уловимые жесткие нотки прослеживались.

– Нет. – пожал плечами я. – самое поганое, что я больше не могу этого избегать. Учитывая, что все так запутано, Вера обязательно узнает о наших делах, и я хочу, чтобы она услышала это от меня. – Мой голос окреп от решимости. – Я не позволю ей уйти.

Антон кивнул и едва открыл рот, чтобы что-то сказать, но его прервал звук дверного звонка. Я взглянул на часы и увидел, что было чуть больше семи утра.

– Я не хочу, чтобы кто-то разбудил Веру, – сказал я, вставая и обходя вокруг стола.

Антон тоже встал и похлопал меня по спине, когда я проходил мимо него.

– Мне все равно нужно идти. Поговорим в другой раз.

Мы вышли в коридор, и пока я направлялся к входной двери, дядя прошел на кухню и вышел через заднюю дверь.

Я услышал приглушенные голоса, доносившиеся из спальной части дома, и нахмурился, раздраженный тем, что кто-то все-таки разбудил Веру. Я измучил ее прошлой ночью, и ей определенно нужен был отдых.

Добравшись до гостиной, я узнал голос Марины. Во мне бушевали эмоции: с одной стороны, я был рад видеть, что с ней все в порядке, а с другой – зол, потому что не хотел, чтобы Вера ни на шаг близко не подходила к той неразберихе, в которую была втянута Маринка и ее семья.

Я завернул за угол как раз вовремя, чтобы услышать, как Марина тихо говорит:

– Ты даже не представляешь сколько слухов о тебе ходит в нашем мире. Но, должна сказать, ты совсем не такая, как я ожидала. Ты выглядишь ужасно невинной для женщины безжалостного главы местной мафии, торгующего оружием.

Я резко остановился. Твою мать!