Текст книги "Генерал драконов. Его лекарка-попаданка (СИ)"

Автор книги: Татьяна Озерова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

Дарол провёл меня внутрь и передал пожилому лекарю с седыми висками и жёсткими, натруженными руками.

Старый лекарь мельком глянул на меня.

– Второй зал, в конце коридора. Там самые тяжёлые. Инструменты на месте, мази в шкафу.

Я кивнула и пошла работать. Дарол остался помогать лекарю.

В просторном зале было холодно, несмотря на расставленные жаровни. Окна были выбиты, вместо стёкол – наспех натянутая ткань, которую надувал пронизывающий ветер.

Раненые лежали везде, где было хоть какое-то место.

Мои руки двигались сами. Дар тёк ровно, уверенно, сращивая ткани, останавливая кровь, закрывая сосуды. Полностью сосредоточилась на том, чтобы успеть, вытащить, спасти.

За работой я замечала, что не чувствую нехватки. Бинты и артефакты были, мази, чистые инструменты. Помощь лекарю, чтобы беречь дар для самых сложных случаев.

Носильщиков не хватало катастрофически. Тех, кто мог бы переложить раненого со стола на носилки, отнести в палаты. Лекари отвлекались на это, теряли время, которого и так не было.

Стало ещё холоднее. Жаровни пылали, даже согревающие артефакты были, но их не хватало на каждого раненого, нуждающегося в тепле.

Свой артефакт я отдала раненому юноше лет шестнадцати. Подмастерье, судя по рабочему комбинезону с клеймом кузнечной гильдии.

Он бредил. Метался, что-то выкрикивал, рвался вперёд, хотя его тело было покрыто глубокими порезами и ушибами.

– Мама! – крикнул он, открыв мутные глаза. – Не трогайте мою мать!

Я опустилась рядом, положила ладонь на его лоб, вливая целительский дар, который уже сильно израсходовала сегодня.

– Твоя мать в безопасности, – раздался рядом усталый женский голос. – Ты спас её.

Я подняла голову. Женщина с перевязанной рукой, сидела в двух шагах.

Подмастерье притих от потоков целительской магии. Он сильно дрожал, и я вложила в его руки свой согревающий артефакт.

– Я их соседка. Он защитил её, – ответила она на мой вопросительный взгляд. – Когда те пришли. Они бы его забили, но тут пришли драконы. Спасли нас. Сейчас она помогает на другом конце города.

Убедившись, что здесь уже моя помощь не требуется, я подошла к старшему лекарю.

– Надо что-то делать с обогревом, – сказала я ему.

– Артефактов не хватает, – глухо сказал он. – Люди приносят покрывала, и жаровни ещё принесли, но здесь магический холод. Маги Дэвиона что-то сделали, драконы разбираются. Но говорят, что быстро это не убрать.

– А если их перенести? – предложила я. – Когда мы шли сюда, я видела здание рядом. Цех оружейников, кажется. Там стены толще, через окна я видела большие горны внутри.

Он помолчал. Потом покачал головой.

– Тоже об этом думал. Даже узнавал. Не получится. Там сейчас армия драконов разворачивает арсенал, собираются оружие чинить.

– Они могли бы выделить место для раненых.

– Генерал и так нам выделил лекарей, припасы, артефакты, – он говорил тихо, чтобы не слышали другие. – Я просил, но мне явно дали понять, что по слову генерала уже, что могли, выделили. Так что будем справляться, как есть.

В его глазах я видела страх перед драконами. Особенно перед генералом.

Могла бы я сама попросить Эрнарда?.. При одной мысли о том, что я снова окажусь под тяжёлым взглядом пронизывающе чёрных глаз, внутри всё сжалось.

Надо собраться с силами и пойти. Хотя бы попробовать.

В этот момент в зале стало темнее, а воздух изменился.

Я повернула голову. В дверях стоял генерал драконов. Чёрные, как бездна, глаза холодно и оценивающе оглядывали зал.

А затем его взгляд остановился на мне. Я даже дышать перестала, пытаясь справиться с бурей вспыхнувших противоречивых чувств.

Генерал прошёл в зал в сопровождении гвардейцев. В зале воцарилась мёртвая тишина. Лекари замерли. Раненые, те, кто был в сознании, втянули головы в плечи.

Старший лекарь прошёл навстречу генералу. Выпрямился, насколько мог.

– Господин генерал, больница справляется, – чётко, по-военному доложил он. – Раненых приняли всех. Лекарств хватает. Проблема только с обогревом – артефактов мало, жаровни не справляются. Тепло не держится из-за заклинания.

– Наш мастер работает, – ответил гвардеец, подчиняясь вопросительному взгляду генерала. – Через десять часов уберёт. Раньше невозможно. Всё, что могли выделить, уже направлено сюда.

Чувствуя, как немеют губы от того, что я решилась вмешаться, я громко произнесла:

– Рядом здание цеха оружейников. Там сейчас арсенал. Если выделить хотя бы несколько комнат для самых тяжёлых, мы сможем их спасти. Им тепло нужно.

В зале стало совсем тихо. Я чувствовала на себе взгляды людей. Потрясённые, испуганные, непонимающие.

Но это было ничто по сравнению с пронизывающим взглядом генерала, придавившем меня своей тяжестью.

Почему-то я не смогла отвести глаза. Просто провалилась в его чёрную бездну.

– Кернон, приказываю выделить помещения, – не отрывая от меня давящего взгляда, сказал генерал.

Голос низкий, резкий. В нём было столько власти, что по коже побежали мурашки.

– Будет исполнено, генерал Эрнард, – коротко поклонился гвардеец, и тут же вышел.

Я перевела дыхание. Накатило такое облегчение, что даже голова закружилась. Мы сможем многих спасти, благодаря его приказу.

– Что-то ещё? – спросил у меня генерал.

Переведя дыхание, я решила использовать эту возможность по-полной.

– Носильщиков не хватает, – сказала я. – Раненых много, а переносить некому. Лекари отвлекаются, теряют время.

Генерал перевёл взгляд на другого гвардейца, коротко кивнул, и тот, обозначив поклон, тут же вышел выполнять приказ.

Под потрясёнными взглядами лекарей, генерал резко развернулся и ушёл вслед за ним.

Не знаю, как я осталась стоять на ногах.

Вся дрожь, которую я сдерживала, накатила разом. Руки тряслись, колени подгибались. Я опёрлась на стол, чувствуя, что иначе просто упаду.

Вокруг меня раздались шепотки. Люди обсуждали мою смелость и безрассудность говорить с генералом, я же старалась восстановить дыхание и взять себя в руки.

Заставила себя пойти к следующему раненому.

Вскоре появились носильщики – запуганные мужчины под мрачными взглядами гвардейцев. Судя по ненавидящим взглядам людей, это были те самые мародёры.

Я же погрузилась в работу. Смогла овладеть собой. Пальцы больше не дрожали. Внутри теплилась благодарность генералу и что-то ещё, в чём я не позволяла себе признаться.

Глава 11

Река

После того дня в больнице прошло несколько суток. Они слились в один бесконечный поток работы.

Цех оружейников с его мощными горнами быстро превратился в лазарет для самых тяжёлых. Тепло от раскалённых печей держалось долго, и те, кого я боялась потерять в первую ночь, дожили до утра. А потом начали медленно, мучительно, но возвращаться из цепких лап смерти.

Выжил и подмастерье, который кричал о своей матери. Я его запомнила особенно хорошо. Может, потому что отдала ему свой согревающий артефакт, а сама мёрзла потом всю ночь, переходя от одного раненого к другому.

Его мать пришла за ним, а он уже достаточно окреп, чтобы вернуться домой.

Другие тоже выздоравливали. И это было то, что убеждало: я поступила правильно. Причина всему. То, что придавало смысл всем моим трём жизням.

Армия двинулась дальше. Мы снова шли по тракту, разбивали лагерь, принимали раненых, собирались, шли дальше.

Короткие стычки с арьергардами Дэвиона вспыхивали то тут, то там. Драконы побеждали быстро, но каждый раз к нам в шатёр несли тех, кто успел подставиться под проклятия.

Я же лечила драконов от того, что никто кроме меня не мог вылечить.

Драконы больше не косились на меня исподлобья. В их взглядах появилось другое – уважение и тяжёлая, молчаливая почтительность.

Я не знала, как на это отвечать. Не умела. Ощущение того, что меня замечают, начинало пугать. Я старалась быть незаметнее.

Однажды на привале я вышла из шатра размять затёкшие плечи и увидела Тайру. Она гуляла под руку с Торгаром, о чём-то тихо переговариваясь, и заметила меня. Её лицо осветилось улыбкой – тёплой, искренней, без тени надменности.

Драконица приветливо махнула мне рукой, а я подняла ладонь в ответ. Торгар проследил за её взглядом, кивнул мне – коротко, но уважительно.

В горле пересохло. Я опустила руку и поспешила уйти обратно в шатёр, спрятаться от этого тепла, потому что не знала, как его принимать.

И всё же хорошее отношение драконов просачивалось сквозь броню, которую я выстроила. Грело там, где я не позволяла себе чувствовать.

А ещё… я поймала себя на том, что жду новой встречи с генералом. Ругала себя, убеждала, что это неправильно, но всё равно высматривала его.

Но нет. Всё это время ни высокой тёмной фигуры на горизонте, ни резкого низкого голоса за спиной.

Я уговаривала себя, что это к лучшему. Так правильнее. Чем дальше он, тем целее моя тайна.

Но всё равно снова и снова ловила себя на том, что смотрю вперёд, туда, где ехала штабная группа. Высматриваю высокую широкоплечую фигуру в тёмно-сером мундире.

Это было неправильно. Я не имела права. Не могла. Но тело не слушалось доводов разума. Оно помнило то, что я запрещала себе вспоминать.

Как мои ладони холодели при его приближении, а кожа покрывалась мурашками, не имеющими ничего общего со страхом. Как внизу живота разливалась тянущая, пульсирующая тяжесть, когда его чёрные глаза останавливались на мне.

Я запрещала себе это чувство. Заталкивала его глубоко, но оно возвращалось. С каждым днём, проведённым вдали от него, оно становилось только сильнее.

Это безумие. Я не могла хотеть его видеть. Боялась же. До дрожи в коленях, до ледяного оцепенения. Как можно одновременно так бояться и так жаждать встречи с ним?

После очередного долгого перехода армия встала у реки Реймар.

Широкий поток мерно нёс свои тёмные воды к югу, огибая пологие холмы. На том берегу темнел лес, на этом раскинулось широкое поле, идеальное для привала.

Переформирование, отдых от долгих переходов и боёв – впервые за много дней нам не нужно было срываться с места на рассвете.

Лагерь разбили быстро. Лекарский шатёр поставили одним из первых, но раненых сегодня было мало. Ольдрик махнул рукой, отпуская меня, и я, не веря своему счастью, вышла на свежий воздух.

Вечерело. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в густые багряные тона, отражаясь в воде расплавленным золотом. В лагере было непривычно тихо – солдаты отдыхали, чистили оружие, чинили амуницию. Где-то вдалеке слышались приглушённые голоса и редкий смех.

Я пошла к реке. Всегда любила смотреть на воду.

Отошла подальше от шатров, туда, где берег заворачивал небольшой излучиной, скрывая меня от лагеря.

Впервые за долгое время я чувствовала себя почти спокойно.

Я полезна. Спасаю жизни. Драконы приняли меня, даже не зная всей правды. Это не так уж плохо.

Тёплый ветер трепал выбившиеся из-под платка пряди. Я откинула голову назад, подставляя лицо последним лучам заходящего солнца, и на мгновение позволила себе просто быть. Не думать.

Я поймала себя на том, что впервые за долгое время улыбаюсь.

Настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу поняла, что воздух изменился. А когда осознала, было уже поздно.

Я резко повернула голову и внутри всё обрушилось.

Генерал драконов стоял в трёх шагах от меня и смотрел на мои губы, на которых всё ещё оставалась улыбка.

Глава 12

Тяга

Чёрные глаза генерала драконов смотрели прямо на меня.

Сначала на мои губы. Когда улыбка на них растаяла, Эрнард резко поднял взгляд, прямо в мои глаза.

Я едва могла дышать. Воздух в лёгких кончился, но новый не входил – будто грудную клетку сдавили железными тисками. По позвоночнику от копчика до шеи прокатилась волна ледяных мурашек.

Так близко… Слишком близко.

Смотрела на него во все глаза, не в силах сдвинуться с места.

Высокий. Неподвижный. Широкоплечий. Мощный. В чертах его красивого мужественного лица не дрогнул ни один мускул. И взгляд не отводил. Смотрел так тяжело и пронзительно…

Надо уйти. Сделать хоть что-то. Но тело не слушалось.

Генерал смотрел и молчал, лишая воли одним только фактом своего присутствия.

Внутри меня начала подниматься паника. Даже не от того, что я боялась его.

Из-за другого. От того, что под слоями страха неукротимо поднималось другое.

Тяга к нему. Непреодолимая. Та самая, которую я запрещала себе все эти дни. Теперь, когда он стоял так близко, я уже не могла сопротивляться ей.

Я вдруг с отчаянной ясностью поняла, что если он сделает хотя бы шаг ко мне, я не смогу отступить. Не смогу.

Потому что я и телом и душой тянулась к нему. Стремилась всем существом, вопреки разуму, страху, памяти о том, как я – подчинённая чужой воле – пыталась убить его. Но погибла сама, у него на глазах.

Надо уйти. Немедленно. Ну же, Риана! Отойди. Беги прочь. Сейчас же.

Хотя бы шаг назад. К лагерю. К делу. К безопасности, которая хотя бы казалась реальной. Там я хотя бы знала, кто я. Здесь, под его чёрным взглядом, я совершенно теряла себя.

Всё же смогла. Опустила взгляд и даже отошла на пару шагов, но застыла от звука низкого, вибрирующе-жёсткого голоса.

– Нравится смотреть на воду?

Похолодела с ног до головы… Ведь у нас когда-то был такой разговор.

Да, мне действительно нравится. У воды я чувствую себя спокойнее. Уже не помню, что я тогда ему ответила.

Надо что-то сказать. Нейтральное.

– Время отдыха, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, – решила прогуляться. Здесь хорошо.

– Не стоит ходить одной.

Наверное, надо было сказать, что не буду, и уйти. Но почему-то я обернулась и снова утонула в пристальном взгляде генерала.

Что-то в нём изменилось – я не могла понять, что именно. Чёрные глаза скользили по моему лицу – медленно, изучающе.

От линии скул к изгибу губ, от губ к глазам, от глаз к волосам, спрятанным под платком. Я почувствовала, как щёки заливает жаром, как шею покалывает тысячей игл.

Вдруг я поняла, что не хочу уходить. Так и хочу стоять, смотреть на него. Позволять ему рассматривать меня. Чувствовать, как моя магия тянется к нему.

Просто быть рядом с ним. Потому что в эти мгновения мне казалось, что только рядом с ним я и начинала жить и дышать.

Косые лучи солнца освещали его мужественное лицо. Подчёркивали резкие скулы, твёрдую линию подбородка, непреклонную линию губ. Суровый. Пугающий. Нечеловечески красивый.

В этот момент Эрнард глубоко, с силой втянул носом воздух.

И стремительно сократил расстояние между нами.

Я ахнула, когда он вдруг оказался вплотную ко мне.

Тяжёлая ладонь легла на мою поясницу, вдавливая в жёсткое рельефное тело. Властные твёрдые пальцы сомкнулись на моём подбородке, приподнимая моё лицо.

Я не сопротивлялась. Не могла. Запрокинула голову, чувствуя, что тону в его взгляде, а всё внутри вспыхивает. От его прикосновения по всему телу разлился жар, такой сильный, что у меня закружилась голова.

Он навис надо мной. Чувствовала, как напряжены его мышцы под мундиром, как тяжело вздымается грудь.

Держал моё лицо, вжимал в себя. Словно ждал, что я исчезну, если ослабит хватку.

А потом он начал наклоняться ко мне… Медленно, будто преодолевая чудовищное сопротивление…

Его свежее горячее дыхание опалило мои губы, и я опомнилась.

Дёрнулась, забилась в его руках, пытаясь высвободиться из стальных объятий.

– Пустите меня немедленно! – отчаянно выдохнула я.

Руки разжались, и я рванула прочь, со всех ног, так быстро, как только могла.

Бежала, не оглядываясь. Страшась одного, что если остановлюсь, то побегу обратно к нему… Нет, это безумие. Я не должна этого хотеть.

Влетела в лагерь и заставила себя перейти на шаг. Но всё равно шла слишком быстро. Мимо повозок и костров, мимо людей и драконов, провожаемая недоумевающими взглядами.

Но мне было не до них и не до того, как я смотрюсь со стороны. В ушах стучала кровь, и сквозь этот стук прорывалось только одно – его жаркое дыхание на моих губах.

Я подлетела к своей повозке, собираясь спрятаться внутри, но тут меня окликнул знакомый женский голос.

– Риана!

Резко обернулась и натолкнулась на золотистые глаза Тайры.

– Что случилось? – спросила она встревоженно. – Ты сама не своя.

Я заставила себя выдохнуть. Расправить плечи. Убрать с лица ту панику, которая наверняка была написана на нём крупными буквами.

– Всё хорошо, – ответила я, и мой голос прозвучал неправдоподобно даже для меня самой. – Просто… быстро шла, чтобы размяться.

Тайра смотрела пристально, будто видела что-то за моими словами. Щёки у меня вспыхнули. Она точно заметит, точно поймёт…

– Как Торгар? – спросила я быстро, уводя разговор в сторону. – Я напоминала ему при встрече, чтобы к главному лекарю показывался, но он наверняка решил, что в полном порядке.

Тайра продолжала смотреть на меня так же внимательно, но всё же улыбнулась.

– Зашёл. Сам. Он в полном порядке. Бережёт твою работу, – улыбнулась она.

– Это хорошо, – кивнула я, чувствуя, что от её спокойного присутствия мне становится легче. – Я чем-то могу тебе помочь?

– Я просто зашла узнать, как ты, – сказала Тайра. – И проследить, что ты отдыхаешь. Ты же совсем не бережёшь себя.

Я улыбнулась и заверила её, что не буду сегодня работать. Более того, я собиралась сегодня лечь спать раньше.

Она довольно кивнула, мы немного поговорили о чём-то незначимом, но потом сказала, что зайдёт ещё, и ушла.

Я спряталась внутри своей повозки, села на постель, сцепив руки, чувствуя, что снова начинаю дрожать.

Всё, о чём я могла думать, – это о генерале.

Вспоминала жёсткость длинных сильных пальцев на моём подбородке. Тяжесть властной ладони на пояснице. То, как он вдавил меня в себя, словно имел все права на меня.

Как медленно он склонялся к моим губам…

Я сцепила пальцы и плотно закрыла глаза, осознавая: ещё мгновение, и его губы коснулись бы моих.

И я не оттолкнула бы его.

Я знала это с ужасающей, леденящей душу ясностью.

Хотела этого. Жаждала. Каждой клеткой своего предательского тела, каждой нитью своей души, которая когда-то уже любила его и не перестала любить, даже умирая.

Что я сделала не так? Чем выдала себя?

Он же не мог меня узнать?.. Не мог же?

Я в теле Рианы. И совсем на Нореану не похожа.

Красива, да. Очень. Может быть такое, что ему приглянулась слишком красивая лекарка? Из памяти Нореаны до нашего сближения я не помню, чтобы генерал брал себе любовниц. Но как-то он же решал свои мужские потребности.

Эта мысль обожгла меня внезапной болью, такой обжигающей, что я одёрнула себя. Ревновать генерала к самой себе, то есть Риане, так и свихнуться недолго. Но мысли продолжали биться в моей измученной голове.

Драконы падки на красивых женщин. Странно, что вокруг меня здесь ещё не вьются толпы драконов. Хотя пристальные мужские взгляды я всё время чувствовала.

И тут я похолодела ещё сильнее. Может ли быть такое, что никто из мужчин ко мне не подходит, потому что так распорядился генерал?.. И его гвардейцы рядом со мной следят не только за моей безопасностью, но и…

Так, стоп. Я должна остановиться. Этими мыслями я себя совсем загоню.

Я приказала себе успокоиться. Дышать. Думать о работе, о тех, кто нуждается в моей помощи. Всё остальное не должно иметь для меня значения.

Мне необходим отдых. Надо лечь спать и заснуть. Надо заставить себя это сделать, иначе…

Я резко встала, умылась, приготовилась ко сну и всё же легла, прогоняя мысли.

Странно, но тут же заснула.

Утром меня разбудил грохот.

Я подскочила, не сразу понимая, где нахожусь.

Снаружи грохотали сдвигаемые ящики, стучали колёса, ржали лошади и доносились приказы о сворачивании лагеря и подготовке к маршу.

Странно, мы должны же были здесь стоять несколько дней.

Я торопливо привела себя в порядок, оделась и вышла из своей повозки.

И окаменела, глядя на ожидающего меня невозмутимого гвардейца генерала.

– Госпожа Риана, – сказал он. – Вас велено разместить иначе. Следуйте за мной.

Глава 13

Новые условия

Снаружи повозка, к которой меня подвёл гвардеец, ничем не выделялась среди других. Те же тёмные доски и крепкие колёса, обитые железом.

Гвардеец открыл передо мной дверцу – да, у повозки была настоящая дверца, с петлями и ручкой, – я поднялась по ступенькам внутрь, ещё не понимая, что именно меня ждёт.

То, что я увидела, разительно отличалось от того, что было у меня раньше: тюки, склянки, узкое пространство, где и сесть-то толком негде.

Здесь было намного просторнее, чем позволяли стенки повозки.

Я даже пальцы к губам прижала, оглядываясь, поражённая до глубины души.

Артефакты расширения пространства. Я узнала их по лёгкому гудению магии, что отдавалось в пальцах знакомым покалыванием – в дешёвых походных вещах я пользовалась ими, как и другими удобствами, что выдавались в армии Эрнарда.

Здесь пространственные артефакты были встроены мастерски, глубоко, в саму структуру стен. Ожидаемо тесное пространство внутри повозки на деле оказалось небольшой, но полноценной комнатой.

В дальней части – жилой, у кровати лежал толстый ворсистый ковёр – стены тоже были обиты тканью глубокого приятного оттенка. Я провела ладонью, и почувствовала под настенной тканью тёплые переборки. Артефакты обогрева, спрятанные в стенах, давали ровное тепло без жара и без духоты.

В ближней части к выходу была рабочая зона. Вдоль стен тянулись встроенные ящики. Я открыла ближайший, и увидела внутри ровные ряды моих же склянок и инструментов.

Все разложенные на удобных местах. А глубина ящика уходила далеко за пределы стенки повозки. Магия расширения прятала мои лекарские запасы так, что не нужно было теперь ни коробов, ни громоздких походных тюков.

Всё моё хозяйство, а его было немало, просто исчезло в стенах, оставив пространство чистым и свободным.

Когда они успели переложить всё? Значит, ещё до моей прогулки? Получается… наша встреча у реки была неслучайна с Эрнардом? Он отдал приказ переместить мои вещи в новое место, а сам пошёл искать меня?

«Не стоит ходить одной», – так генерал сказал у реки. А потом приблизился, обнял меня, и хотел поцеловать…

Чувствуя, как внутри всё обрушивается, осыпается холодными искрами, не зная, как на всё это реагировать, я молча осматривалась, выделяя деталь за деталью.

– Из прежней повозки все ваши вещи полностью перенесли, – ровный голос гвардейца за спиной. – Вы теперь работаете и живёте здесь. Если что-то не будет хватать, сообщите вашим помощницам.

Я резко обернулась, хотела задать вопрос, какие ещё помощницы, но гвардеец уже закрыл дверь, оставляя меня внутри одну.

Потрясённая до глубины души, я прошла к столу. Да, здесь даже для него места хватило. Маленький, но устойчивый, с гладкой столешницей, на которой была закреплена артефактная лампа.

Я двинулась дальше к широкой и крепкой кровати. Дорогое постельное бельё и упругая удобная перина. Лёгкий приятный аромат.

У изголовья мерцал артефактный занавес – тонкая серебристая вуаль, струящаяся в воздухе невесомой пеленой.

Я коснулась её пальцами, и она натянулась, отсекая спальное место от рабочей зоны, делая его закрытым, уединённым. Кожа отозвалась лёгким, приятным покалыванием. Никто снаружи не увидел бы меня здесь, даже если бы вошёл.

А потом я посмотрела в угол, и увиденное меня добило окончательно.

Столб чистоты. Новейшее артефактное достижение, я такой видела однажды, в доме Ирвены, хозяйки обширной торговой сети, далеко не последней по влиянию в Лонрионе.

Пока я лечила Ирвену, она с гордостью мне рассказывала, как сложно было добиться права купить такой столб. Слишком редко и дорого.

И сейчас я смотрела на такой же, только более богатый столб, в пространстве, выделенном для меня.

Потрясённая, я подошла к столбу. Высокий, под потолок, из тёмного гладкого камня. По всей высоте его оплетали жилы тускло светящегося хрусталя.

Я встала рядом со столбом и коснулась так, как мне показывала Ирвена.

Тёплая волна прошла по телу от макушки до пят, невидимая, но ощутимая так ясно, будто меня окунули в горячую воду.

Я медленно повернулась вокруг своей оси, как полагалось, и очищающая волна прошла снова, снизу вверх, снимая грязь и пот, запахи лагеря и лекарских мазей. Даже всю ту дорожную тяжесть, что въедалась в кожу за дни переходов, что не могли убрать обычные артефакты.

Осталась только чистота и свежесть, от которой кожа начинала дышать.

Я вышла из повозки, совершенно обескураженная, и столкнулась с ожидающими меня женщинами. Молодые, в чистых платьях служанок.

Обе низко, почтительно поклонились. Сказали, что им приказано мне всё показать, и стали развёртывать рядом с моим фургоном – на внешней части – место для приёма раненых.

Всё что я могла, это обречённо смотреть на происходящее.

Получалось, что это всё же лекарский фургон. От борта откидывалось ложе, куда можно было положить раненого, и так же с другой стороны, и рядом ещё разворачивались поверхности для склянок, инструментов, и прочего.

Женщины быстро всё разложили, показали мне, онемевшей буквально от происходящего, как это делается. Ещё сказали, что это всё подготовлено снаружи для того, чтобы внутрь ко мне никто не входил.

Заодно они показали на повозку рядом, сказав, что они едут в ней, рядом со мной, и во всём будут мне помогать.

– Я могу справиться сама, – наконец, произнесла я.

Женщины замерли. В их глазах заметался самый настоящий, ледяной, неподдельный страх.

– Госпожа, – тихо сказала она, – нам велено прислуживать вам. Пожалуйста, не прогоняйте нас.

– Если вы откажетесь, – добавила другая, – то значит мы вам чем-то не понравились. Пришлют новых. Вы ведь даже не проверили нас в деле. Дайте нам шанс, пожалуйста. Это много для нас значит…

Всё, что я могла, лишь кивнуть и заверить, что я не буду их прогонять. Поблагодарила и попросила оставить меня пока одну.

Они снова поклонились и сказали, что обязаны дождаться того, что ещё принесут.

Я бессильно огляделась. Заметила поодаль гвардейцев генерала, ненавязчиво поглядывающих в нашу сторону.

И действительно, уже сюда несли тяжёлый сундук.

– Нам надо будет войти внутрь, чтобы разложить и это, – сказала та, что постарше. – Не переживайте, госпожа Риана, мы привычны к таким походным лекарням, разложим так, что вам будет удобно.

С чувством, что я совершенно не контролирую ситуацию, я смотрела на то, как они ловко извлекают инструменты.

Тонкие целительские зонды из чёрного металла. Кристаллы восстановления с пульсирующей внутри магией. Редкие снадобья в опечатанных склянках: «кровоостанавливающее усиленное», «регенерация глубоких тканей». Бинты из живой ткани, что сама прилегает к ране и ускоряет заживление.

Всё вместе это стоило целое состояние. Больше, чем я могла бы заработать за всю жизнь Рианы.

Это и есть то самое «лучшее организуй», что бросил генерал ещё там, в подвале? И из-за редкости этого лучшего, организовали только сейчас?

Я охотно верила в то, что подготовить подобное потребует времени. Но всё равно, я не понимала. Это из-за того, что я единственная, кто мог спасать драконов? Или из-за… из-за того, что Эрнард положил глаз на меня?

Бросив ещё один взгляд на то, как обе женщины быстро и ловко осваивают сокровищницу внутри сундука, находя им место и внутри и снаружи повозки, я резко развернулась и направилась прямиком к Ольдрику.

Главного лекаря я нашла, отдающим распоряжения помощникам. Парочке фраз мне хватило, чтобы понять, что готовятся к чему-то масштабному.

Но я была настолько поражена тем, что выделено мне, явно избыточно, что решительно подошла к нему. Дракон придавил меня выжидающим взглядом. Стало не по себе, но я всё же должна была попытаться.

– Мне выделили слишком… – начала я и осеклась от его потяжелевшего взгляда.

– Знаю я, что ты скажешь, – прищурился Ольдрик. – Генерал предупредил. И он лично проверял списки того, что войдёт для твоей лекарской работы. Со мной всё согласовано. Фургон подготовить по требованиям генерала заняло время, но теперь пользуйся смело.

Он усмехнулся.

– Это хороший фургон. Таких четыре пришло. Я в таком же, только постарей, но его менять не буду. Дрэвор тоже. Привыкли. Остальные отдали Кайларду и Бергарду. Тот, что у тебя, под женщину доработали. И под твой стиль работы подогнали.

Я молча смотрела на него, и он вдруг устало улыбнулся. Самыми краешками губ, настоящей улыбкой, поразившей меня до глубины души.

– Быть как все, говоришь? Нет. Вернуть, как раньше, не выйдет, Риана. Ты проверена в деле. Ты действительно спасаешь драконов. Делаешь то, кто никто кроме тебя не может. Это лишь начало. Когда война закончится, ты будешь очень богата. Повелитель драконов и его генерал умеют благодарить.

Повелитель драконов… Значит, всё ещё хуже.

Холодок пробежался по спине. Только бы никто не заподозрил во мне магию иномирянок. Как к ним здесь относятся, и что про иномирянок думают, я помнила очень хорошо.

– Условия работы должны быть лучшими для тебя, – добавил Ольдрик. – Просто прими. У тебя толковые помощницы. Из лучших тебе выделил. Если косо глянут, или скажут что-то не то, докладывай мне. Заменю. Инструменты и расходники не жалей. На этот счёт особый генеральский приказ. У тебя будет всё лучшее.

Ольдрик мельком глянул на стоящего на почтительном расстоянии помощника, явно ожидающего его, и весь подобрался, решительно глянув на меня.

– Иди, Риана, готовься. Разберись с тем, что дали. Скоро тебе всё это пригодится. Мы к Гринвору подходим, это большой город, после него прямой путь на столицу. Король Дэвион бросит всё, чтобы попытаться разгромить нас здесь. Я рад, что успели тебе подготовить условия для работы. Теперь иди.

Он подозвал к себе помощника и больше не смотрел на меня, явно дав понять, что разговор закончен.

Я стояла и смотрела на его несгибаемую спину. Внутри что-то горячее поднималось от груди к горлу, не злость даже, а беспомощность.

Мне бы радоваться, что меня оценили. Но, к сожалению, это меня только пугало.

Разговор с моими новыми помощницами и Ольдриком явно дал понять: если я буду отказываться или настаивать, то вызову лишь подозрения.

Всё. Генерал решил и приказал. Дальше всё развернулось по его слову без возможности что-то изменить.

Мне ничего не оставалось, как пойти обратно. Расспросив всё у помощниц, их имена были Олла и Берта, похвалив их за то, как они всё удобно и ловко разложили, и понятно мне объяснили, я отпустила их.

Вошла внутрь. Села на край роскошной кровати и обхватила плечи руками.

Я думала, что я затеряюсь в огромной армии. Но теперь меня выделили. Окружили охраной и заботой, от которой я не могла отказаться.

Глава 14

Тьма

Бой шёл настолько тяжёлый, что в мыслях стучало одно. Хвала всем богам, у меня теперь есть это всё. И фургон, и все эти многочисленные снадобья и инструменты.

Без этого всего я бы не справилась.

Ко мне приносили раненых драконов. Я работала руками и даром, не успевая поднять головы.

Диагностика. Ожоги. Разорванные магические каналы. Кристаллы, инструменты, магия.

Жить будет. Следующий.