Текст книги "Вот тебе и сказка, Наташ (СИ)"
Автор книги: Татьяна Гуркало
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Глава 8
Разговоры разговариваются…
Домой Наташа вернулась спустя несколько часов. Сначала она договаривалась о покупке мышиного приданого. Потом просто гуляла, дышала свежим воздухом в Старом Королевском Саду, ела с мышью пирожок сидя на скамейке и размышляла о том, чудится наглая кошачья морда между ветвей огромного дуба или нет? Потом прошлась по Купеческой улице, позаглядывала в лавки с разной милой девичьему сердцу мелочевкой. После отправилась на Нижний базар, потому что там можно было почти всю эту мелочевку купить гораздо дешевле. На базаре она приобрела темно-зеленую жилетку с шикарными накладными складчатыми карманами, в которые самым чудесным образом помещалась мышь, и обнаружила, что эта жилетка не менее чудесным образом сочетается с любимыми кроссовками.
На этом же базаре Наташа обрела поклонника, конопатого, улыбчивого и неопасного с виду, хоть и большого, с богатырским телосложением. Поклонник был симпатичный, угостил заморскими орехами с труднопроизносимым названием и позвал на танцы в Березовой Полосе – своеобразном парке, узком, длинном и состоящем из одних только берез. И Наташа даже согласилась, пообещав прихватить с собой подружек и решив прихватить так же и Немши, просто пока не определилась с тем, заставлять ли его бриться.
Зачем бриться?
А просто поклонник был подозрительный. И ухаживал слишком умело, буквально предугадывал каждое слово и движение. Прямо как Осатин. И, с одной стороны, Наташе не хотелось его обижать, ну, может парень просто побольше народа на праздник набирает. Тут так принято. Чем больше народа, тем удачнее праздник, будет чем похвастаться. С другой стороны, Осатин ее все-таки кое-чему полезному научил. Ну, или заставил параноить на пустом месте.
В общем, к березам Наташа решила идти только с Немши. Не согласится, не пойдет. У Немши ведь и палка, по головам стучалка имеется. И магией пользоваться он явно умеет. И в амулетах отлично разбирается. И в местных обычаях. В общем, очень полезный человек. С ним Наташе было как-то спокойнее.
Тем более, до сих пор ее никуда не приглашали. Иномирянок в чудной одежде и обуви мало кто решится пригласить, потому что черт их знает, как они отреагируют и как потом себя поведут. Ага, это одна из соседок объяснила. А тут, на тебе, длинная джинсовая юбка, синие кроссовки, жилетка еще, явно не по местной моде скроенная, и вдруг находится желающий.
Подозрительно.
– Или меня приглашают в качестве цирковой обезьянки, чтобы что-то забавное выкинула, – пробормотала Наташа и решила, что все, нагулялась. Пора идти домой. Тем более, завтра на занятия, а она по теме грядущего практического двучаса так ничего и не прочла, хотя литературы набрала. А все Осатин, одни проблемы от него.
В общажной комнате опять никого не было. Соседки то ли на свидания убежали, то ли по магазинам, а может случилось чудо, и они решили убить выходной на учебу и сейчас заседают в библиотеке, изучая книги, которые выносить нельзя. С них станется. Тем более, они как раз учатся на одном курсе и в одной группе.
Наташа огляделась, устроила мыши постель в коробке из-под подарочного печенья и действительно села читать. И чтение неплохо шло. Где-то с третьей попытки Наташа даже начала понимать почему один древний и гениальный маг решил именно муку и рыбий жир использовать в качестве клея для своего не менее гениального сборного амулета. Но тут пришли соседки и стало не до чтения. Потому что девушки принесли новости. Очень важные новости, судя по тому, какими большими и радостными глазами они смотрели на Наташу. Даже спящей в коробке мыши внимания почти не уделили. Важными новостями ведь обязательно нужно поделиться, иначе они будут распирать и мешать жить.
– Представляешь, секретаря нашего ректора обворовали! – тоном полным радости и предвкушения дальнейших событий произнесла Марита. Имя этой девушке совсем не подходило. К имени Марита нужны в комплект черные глаза, характер по типу «соль со жгучим перцем и немножечко тротила» и яркая вызывающая одежда. А девушка была приятно пухленькой, конопатенькой, глаза светло-голубые, а волосы – рыжеватая солома. А еще она была восторженной, как щенок, только повод дай. Ну, какая Марита? Особенно в светло-зеленом платье с самодельными кружевами и брошкой-птичкой, приколотой на груди.
– Обворовали секретаря? – переспросила Наташа и уточнила: – Того, который мужчина?
– Ага! – не менее радостно, чем подружка, подтвердила вторая соседка. Эту девушку звали Парасья, она была дочкой купца среднего достатка, чего не скрывала и явно не стеснялась. И, да, она была красавицей. Самой настоящей. Ее красота была тонкой и воздушной, только крылышек не хватало, чтобы начали принимать за фею. В общем, с именем ее мама тоже промахнулась. Может рассчитывала, что дочка пойдет в не отличавшегося изяществом отца, а она умудрилась вырасти похожей на прабабку, то ли дочку обедневшего благородного, то ли обыкновенную аферистку. Ни того, ни другого никто так и не смог доказать. А прабабка, по словам девушки, загадочно улыбалась и делала вид, что ее именно после подобных вопросов резко настигает старческий маразм, который потом так же резко отступает. В общем, прабабка была дамой интересной, правнучку любила, и именно она настояла на том, чтобы ее отправили учиться, когда дар обнаружился. Жених, которого пришлось бросить ради академии, по ее мнению, жертв не стоил, а ученая магичка себе сотню подобных найдет, и десяток получше.
– И что украли? – спросила Наташа, вдруг вспомнив о ректоре и поняв, почему он никого не отправил на поиски самовольно ушедших студентов. Не до них ему стало.
– А шушель их знает, – широко махнула рукой Марита. – Перерыли все, папки с бумагами повытряхивали, сейф магический открыли и кого-то там, судя по следам, приложило проклятьем. Может из сейфа что-то унесли. Ну, или сожгли содержимое с перепуга.
– Да, стражник, старший, усатый такой, которого позвали полюбоваться сейфом и принять жалобу, сказал, что вскрывали не профессионалы, – добавила Парасья.
– А какие-то идиоты, – широко улыбнулась Марита. – Мы там как раз мимо проходили и так удачно подслушали. О, а еще одна секретарь, младшая секретарь, из тех, которые кофей делают и неважные бумаги сортируют, немножечко сошла с ума. И теперь распускает слухи о том, что в нашей академии будут выбирать жену для кучи очень благородных мужчин, даже дракона обещали притащить. Хотя зачем дракону жена?
– Чтобы пещеру подметала, – подсказала Наташа, похоже, она знала из-за кого бедная секретарша маленько спятила.
– Может быть, – забавно нахмурилась Марита. – Но дело не в этом, ее нервный и обворованный старший секретарь неудачно обругал, при свидетелях. Велел никому больше про выбор жены не рассказывать. И теперь некоторые студентки скупают платья и улучшающие внешность амулеты. Хотя никто вроде бы не говорил, что выбирать будут из студенток.
– И что вообще будут, а не эта дуреха что-то не так поняла, – сказала разумная Парасья, точно знавшая, благодаря прабабушке, что очень благородные мужчины идиотством вроде поиска жены на балу или в академии занимаются только в сказках. А на самом деле они женятся либо на ком-то своего круга, либо на ком-то одаренном сверх меры, неважно чем одаренном. Благородные коллекционируют одаренность, в надежде, что она в их потомках проявится. Так что они скорее на угробившей прорву народа интриганке женятся, чем на ничем себя не проявившей студентке, пускай даже раскрасавице.
– А еще в подвалах сработала защита, – заговорческим тоном сказала Марита, округлив глаза и оглянувшись на дверь.
– О! – оценила эту новость Наташа. – И кого прибило?
– Никого. Говорят, просто из-за накопившейся дурной энергии, упущенной студентами. Но мало ли.
– А, – выдохнула Наташа, потеряв интерес к новости.
Что находится в защищенных от проникновения даже пауков подвалах, находящихся под старым корпусом и музеем, не знал никто. Ну, разве что ректор. А всем было интересно. И время от времени туда кто-то лез. Иногда даже не студенты. И Марита считала, что эти не студенты определенно что-то знали. И что в подвалы стоит заглянуть. Хорошо хоть не пыталась туда сходить.
– Раз никого не прибило, давайте лучше поговорим про обворованного секретаря, – сказала Наташа, и окончательно отложила книгу. – Что вы там еще услышали?
Пока Наташа узнавала последние новости, а упорная секретарша продолжала распространять слух о том, что кто-то на ком-то определенно женится, Осатин и его недобитый брат ехали домой. Ехали они в закрытой карете, в которую Осатина допустили только после того, как ректор лично поклялся, что это он, а родовой артефакт, несмотря на кардинально изменившуюся внешность, взял и признал кровиночку. В общем, Осатин был очень зол, в том числе и на родственников, решивших устроить проверку. Но гораздо злее он был на Наташу. Как за то, что не мог ничего с ней сделать из-за проклятья, с которым может остаться навеки, если с ней что-то случится. Так и за то, что она его вывела из лабиринта. Вот уж от кого он помощи не хотел. Провалилась бы она вместе со своей помощью, дура ненормальная!
Правда, проваливаться ей тоже было нельзя, проклятье же.
И, как объяснил все тот же ректор, мстить в случае, если проклятье все-таки падет, тоже лучше не надо. А то мало ли, вдруг вернется.
Да и мстить ведьме, то такое, это даже очень злой Осатин понимал. Ведьм нужно либо убивать, либо не трогать. Потому что, как говорила когда-то нянька-сказочница, ведьмам подыгрывает сама душа мира. И в чем-то эта глупая женщина была, к сожалению, права. Ведьмам слишком часто просто везло, а тем, кто надумал сделать им пакость – наоборот.
Но кто же знал, что эта дуреха ведьма?!
Дома брата, пострадавшего из-за той же ведьмы, сразу отправили отдыхать, причем, в компании целителя, а Осатина позвали в кабинет прадеда. И Осатин даже не удивился. Старый паук считал почти всех своих родственников недоумками и был искренне уверен, что чем моложе они, тем меньше в их головах мозгов, не наросли пока, потому что. А уж правнука, умудрившегося нарваться на злую ведьму и превратиться в уродца, он точно с миром не отпустит. Сначала поиздевается и понаслаждается собственной правотой.
Мерзкий старик.
И самое поганое, что этот паук все равно, что ведьма. Его тоже надо было либо убивать, либо не трогать. Впрочем, попытки убить ничем хорошим не закончились, были в семье прецеденты. И самое поганое, что даже не из-за того, что кому-то власти захотелось, просто паук так умел доводить родственников. Часть вообще сбежала и годами дома не показывается.
И чего он добивается?
И интересно, знает ли он об украденном титуле?
Из-за последнего вопроса, пришедшего в голову, Осатин даже споткнулся о порог и в кабинет старого паука буквально запрыгнул, только чудом не закатившись кубарем. Вот бы дед посмеялся.
А когда Осатин восстановил равновесие и огляделся, оказалось, что дед в кабинете не один, что он пригласил полюбоваться на очередного правнука-недоумка друзей. Таких же как сам древних и мерзких дедов, обожающих портить жизнь родственникам. Из дружественных родов. Дружественных! На самом деле зависимых и верных по тем или иным причинам. Осатин старался в причины не вдаваться, а то старый паук мог и к мозгоправу отправить, чтобы память подчистил. А там кто знает, подчистит что-то не то и будешь весело бегать в саду за бабочками, воображая себя собакой.
– Любопытно, – сказал один из дедов, подслеповато щурясь. Осатин даже вспомнил кто это такой. Бывший великий маг. Бывший потому, что из-за возраста утратил часть сил, да и память стала подводить. Ну, он так говорил. И Осатин разумно делал вид, что верит. Потому что и этого деда, в случае чего, лучше сразу убивать, а пытаться убить великого мага, ну, почти то же, что и ректора Коситея, хоть этот маг точно не бессмертный.
– Что скажешь? – спросил старый паук и улыбнулся, из-за чего сразу стал похож на печеное яблоко.
– Правильное проклятье, с условием. Было бы без условия, любая ведьма бы его на раз сняла. А тут условие надо выполнить и само пропадет.
– Тошши, так выходит, ежели я тебя прокляну и придумаю условие для снятия, то ты так и останешься трухлявым пнем, и никто не расколдует? – спросил еще один дед, весь такой серый, словно кто-то пылью посыпал, и его Осатин точно не знал.
– Ты не сможешь, – отмахнулся великий маг. – И я не смогу. Там момент надо почувствовать. Тот момент, когда условие можно вплести. А это только ведьмы умеют.
– Или девки с тем интересным амулетом, – проскрипел еще один дед. – А ты не хуже меня знаешь Косика нашего. Не оставил бы он ведьму.
– Так! – хлопнул ладонью по столу старый паук, часть дедов даже синхронно подпрыгнули, привычка у них, наверное, такая. – Так. Ты! – крючковатый палец указал на Осатина. – Вернешься в академию и, где эта девчонка любит бывать? В библиотеке?
Он посмотрел на толстячка, прячущего лысину под нелепой красной шапочкой и тот в ответ что-то невнятно пробормотал.
– Отлично, значит ты сидишь в библиотеке, изображаешь хоть духа, хоть демона и стараешься вернуть хорошие отношения с девчонкой!
Осатин на прадеда вылупился, как та жаба на приближающееся колесо, которое ее вот-вот раздавит.
– Зачем? – спросил осторожно и даже не стал говорить, что на высокой горе эту дуру видел, в ледяном гробу, хотя очень хотелось.
– Не твое дело, болван! – припечатал паук. – Если сумеешь опять убедить ее в своей бесконечной любви, вообще хорошо будет. Расскажи ей сказочки про то, что тебя заставили от нее уйти, девчонки такое любят. Жалеть будет. Можешь даже сказать, что я пообещал тебя в противном случае лишить памяти и где-то запереть. От меня не убудет.
– Это поможет мне вернуть внешность? – спросил Осатин.
– Да какая разница?! – удивился дед, что правнук думает о такой ерунде. – Может и поможет. А может нет. Смотря какое условие. Главное, чтобы она опять тебе доверять начала, понял, олух? Приложи все усилия. Подружись. Раскайся. Да хоть слезливые стишки сочиняй и подкладывай ей в книги. Чтобы вернул ее расположение. Иди!
Глава 9
Правила безопасности для девушек, отправляющихся на праздник
Наташа никогда не любила химию. Даже опыты, в результате которых жидкости меняли цвет, из колб шла пена и случались прочие «интересности» она не любила. Если честно, опыты ее даже пугали, все время казалось, что что-то сейчас возьмет и взорвется.
А теперь оказалось, что травоведение, особенно его практическая часть, гораздо хуже. Потому что, по сути, это была та же химия, только с травами, которые могут реагировать на такой интересный катализатор, как магия, а могут и не реагировать. И для начала нужно разобраться, которая из двух абсолютно одинаковых на вид сушеных веточек отреагирует. Потом нужно разобраться в их сочетании. Потому что химия! И нет, травы не взрываются, но вот отравить юного травоведа могут запросто. Или обжечь, как кислотой, неожиданно вспенившись. Или выпрыгнуть из котла и прожечь в полу огромную дыру.
В общем, сегодня Наташа наконец поняла, почему рабочие лаборатории травоведов находятся в подвале и оснащены мощнейшей вытяжкой на магической тяге. Хорошо хоть не ее мешанина выпрыгнула, прожгла, а потом начала испускать фиолетовый туман и страшно вонять.
– Не дышать! – прогнусавила вечно простуженная младшая преподавательница и щелкнула пальцами, добавляя вытяжке мощности.
Дым послушно потянулся в неведомые дали, сообщенные с вытяжкой. Студенты, успевшие отбежать от дыма как можно дальше и прижаться к стенам, послушно постарались не дышать.
– Оно не ядовитое, просто головы болеть будут, – прогнусавила храбрая преподавательница, успевшая провести ладонью рядом с дымом и перевернуть ногой котел. – Ладно, выходим, это надолго. Надеюсь, лаборатория не провоняется вусмерть, – решила она, покрутившись немного у дыры в полу и махнула рукой в сторону двери.
Студенты не стали ждать, пока она передумает и радостно туда ломанулись.
– По одному! Вынесете косяк, из своего кармана ремонт оплатите!
В общем, лабораторная по весенним лесным травам накрылась котлом, медным. Преподавательница, вышедшая последней, посмотрела на неудачницу, умудрившуюся намешать что-то настолько не то, что всем пришлось эвакуироваться из подвала, потом махнула рукой и велела:
– В верхнюю лабораторию, все. Проводим опрос по всесезонным травам, потом описываем, анализируем и сравниваем!
Наташа мысленно застонала. Она половину этих трав вообще не помнила, а вторую не смогла бы узнать и под страхом расстрела. Она в этом была уверена. Сено, оно сено и есть.
На полпути в верхнюю лабораторию под потолком появилась наглая кошачья морда, расплывавшаяся по краях туманом, а потом откуда-то выбежала знакомая бело-рыжая мышка и ловко, по штанине, забралась Наташе в карман. Кот, увидев этот цирковой номер, даже проявился полностью и стал красться по потолку над головами студентов, явно проявляя нездоровый интерес к мышке. И Наташа изо всех сил старалась на него не смотреть, чтобы не привлечь внимания окружающих. А кот в какой-то момент, как назло, начал топать. И этот топот эхом разносился по широкому коридору, выложенному мрамором со всех сторон, даже на потолке были приклеены мраморные пластинки. Звучало очень загадочно и жутковато. Студенты притихли и ускорили шаг. А и без того злая преподавательница догадалась посмотреть на потолок и проворчала что-то о том, что нажалуется ректору лично. На кота это никакого впечатления не произвело. И туманом он рассеялся, когда мраморный коридор закончился и началась лестница.
А потом закончилась лестница и начались Наташины страдания. Верхняя лаборатория была огромным помещением, которое Наташа называла ангаром. Если убрать отсюда многочисленные столы, шкафы и ящики с тем самым сеном, то можно будет закатить один большой пассажирский самолет и штук пять-шесть маленьких четырехместных. И все эти самолеты не будут задевать друг друга крыльями.
Злая преподавательница махнула рукой в сторону самого длинного стола, мол, располагайтесь, дорогие студенты. А когда ее послушались, хлопнула в ладони и перед каждым с грохотом свалился небольшой ящик. Все как положено – опечатанный и защищенный магией от повреждений.
– Итак, – мрачно произнесла преподаватель. – В каждом ящике свой набор трав. Каждый из вас открывает его только когда я подойду и сразу же начинает вынимать стебли и говорить, что это такое. Кто будет тянуть время и слишком много думать, отправится за дверь и не будет допущен в лабораторию, пока не научится опознавать весь малый набор. Остальные – посмотрим. Кто выживет, опишет опознанное, кратенько сравнит свойства и будет свободен до следующего занятия, на котором мы опять попытаемся провести несостоявшуюся лабораторную и добавим к ней способы применения медовицы синей. Понятно?
Она обвела притихших студентов суровым взглядом и шагнула к столу, остановившись напротив темноволосого Сарха. Он от такого счастья даже икнул.
Преподаватель загадочно улыбнулась, дотронулась пальцем к коробке с травами и велела:
– Приступай!
Студент коробку открыл, с сомнением заглянул в нее и вытянул тоненькую былинку, каким-то чудом не рассыпавшуюся при этом.
– Ветрохвостка северная, – сказал с большим сомнением, за что опять получил улыбку, ободряющую. – Кошачья трава, – сказал гораздо увереннее, достав следующую травинку. – Болотянка, бородач, репейник, дикий щавель, точнее его соцветье, бургуз, желтозев, и… и пятилистник подложный.
– Ладно, можешь писать, – милостиво разрешила преподаватель.
Дальше дело пошло более-менее бодро. Хотя некоторые выдающиеся личности смотрели на листочки, колосочки и прочие цветочки так, словно они были ядовитыми и травили через прикосновение к ним.
А Наташе повезло. В ее коробке оказались ромашка, пучок зверобоя, серебрянка, которую по цвету листьев не опознает только слепой, ложная акация и даже корень валерианы, который она узнала по запаху, сама себе удивляясь. Попадись ей какой-нибудь подложный пятилистник и пришлось бы уныло идти к двери, признавая поражение. Ну или стоять и тупо хлопать глазами, после чего опять же идти к двери.
– Может купить справочник по травам? – с сомнением спросила она саму себя, счастливо распрощавшись на сегодня с травоведением. – Если этот дурацкий пятилистник кто-то опознает, то это возможно. Он или пахнет как-то не так или кончики листьев светлее на тон. Ну, мало ли?
Впрочем, именно сейчас Наташе было не до справочника. Ей нужно было найти Немши и уговорить его сходить к березкам. В компании красивых девушек. Соседок Наташа тоже решила взять с собой. Чем больше народа, тем веселее, правда же? Тем более, Марита с перепуга может обездвижить всех, на кого ее взгляд упадет, семейная способность у нее такая.
Марита смотрела на Немши большими, восторженными глазами. Наташе первое время даже неудобно было. Тем более, дело происходило в библиотеке. Немши нашелся за большим столом у окна между стеллажами, в окружении каких-то справочников, судя по одинаковым обложкам. Он сидел, никому не мешал, сосредоточенно листал книгу и тут пришла Наташа. С соседками, которых очень удачно выловила после занятий и предложила сходить в библиотеку, ага, за справочником по травам, вдруг его можно взять с собой.
Заодно она решила поговорить с девочками о приглашении на праздник.
А вот Немши нашелся бонусом. Жаль только, что Марита сразу уставилась на него, как на картину и никак не могла оторваться.
Мимо сновали туда-сюда люди. Напротив, почти у самой стены, в тени, время от времени маячила непонятная фигура в плаще с капюшоном, почему-то сильно напоминавшая мастера Йоду. Позой, наверное, той, в которой эта фигура застывала, чтобы попялиться то ли тоже на Немши, то ли на девушек.
– Сходить с вами на праздник? – переспросил Немши, с сомнением посмотрев на Мариту.
Она ему улыбнулась. Парасья толкнула ее локтем, возможно надеялась, что подруга очнется, и жизнерадостно закивала. Обаяние и миловидность Немши на нее вообще не действовали. Что не удивительно, она обычно заглядывалась на суровых с виду мужиков, а с восторгом могла смотреть только на шрамы на физиономии. Она эти шрамы еще и зарисовывала зачем-то. Зачем, не признавалась. Такое вот «милое» хобби у девушки. Может она пластическим хирургом мечтает стать?
– Да. Понимаешь, на праздник хочется, а приглашение подозрительное, – сказала Наташа, инстинктивно сложив ладони перед грудью и стараясь изобразить милаху.
– Надеешься, что я вас спасу и защищу? – иронично спросил Немши и поскреб свою щетину. – Ты обо мне высокого мнения.
Наташа одарила его улыбкой.
Вдали опять появилась загадочная фигура в плаще. Наташа, стоявшая боком к этой фигуре и не смотревшая в ту сторону, буквально почувствовала взгляд и повернула голову. А в кармане заворочалась мышь, о которой она совсем забыла, поскреблась, а потом выглянула.
– Еда для котика? – спросил Немши.
– Нет, это Пуфик, очень разумная мышка. Она, кажется, даже телепатией владеет, – зачем-то объяснила Наташа.
Разумная мышка тем временем вылезла из кармана, храбро спустилась на пол по одежде и шмыгнула под ближайший стеллаж. А за ней просочился клочок тумана, если Наташе, конечно, не показалось. Ну, не может же древний дух охотиться на мышей, как обыкновенный кот?
Некоторое время все молча, за компанию с Наташей, смотрели на «мастера Йоду». Он топтался под стеной и смотрел в их сторону. Потом, похоже, смутился. Или понял, что пялиться на посетителей библиотеки странно. В общем он дернулся сначала за стеллаж, потом, словно опомнившись и поняв, что побег худшее, что можно предпринять, метнулся обратно и стал старательно вести пальцем по корешкам книг.
– Странный тип, – сказал Немши. – Кто ходит в библиотеку в плаще и не снимает капюшон?
– Может он эксгибиционист? – с сомнением предположила Наташа, вспомнив, кто любит шляться в плащах по паркам в любую погоду.
На нее уставились с интересом и пришлось объяснять. Немши после объяснений хмыкнул, видимо вспомнив, как пытался доказать Наташе, что не девочка. А фигура в плаще довела пальцем до конца стеллажа, немного подумала и переместила его на книги полкой выше. И медленно побрела в обратную сторону.
– А может это уборщик? – выдала очередное предположение Марита, даже о своем любовании Немши забыла.
– Странно он как-то убирает, – засомневалась Парасья.
«Уборщик» застыл, склонив голову на бок, и удивительным образом стал похож на прислушивающуюся к чему-то собаку. Но остановился он зря, потому что из-под стеллажа выскочила мышь и тоже решила постоять, столбиком. Еще и что-то боевито пропищала.
«Уборщик», увидев у ног такое чудо, по девчоночьи взвизгнул и отскочил где-то на метр.
– А может это твоя поклонница и она просто ревнует! – поняла Наташа и посмотрела на Немши.
Мышка бодро побежала к боящемуся ее человеку, а за его спиной воронкой закрутился серебристый туман и стал собираться в стоящего на задних лапах огромного кота. В которого и вписалась «поклонница», при очередном прыжке от мыши спиной вперед.
Кот оказался не котом, а батутом. Он спружинил и отшвырнул человека гораздо дальше, чем тот стоял до прыжка, Наташа даже за мышь забеспокоилась. А потом застыл на мгновенье и бросился за упавшим, на четырех лапах и уменьшившись до обычного размера. И, прежде чем тот сумел встать и сориентироваться, запрыгнул ему на спину, выгнулся дугой и грозно заворчал. Как тигр, настигший добычу.
– Вот это цирк! – восхитилась Парасья.
– Ы-ы-ы-ы! – басом поддержала ее «поклонница», немного проползла на четвереньках, а потом догадалась встать и попыталась сбежать.
Кот успел вцепился в край плаща всеми лапами и повис, волочась по полу и завывая так, словно увидел распрекрасную кошку, как раз жаждущую любви и потомства. А из-под стеллажа опять выскочила целехонькая мышь, заступив дорогу цирку, из-за чего этот цирк качнуло вправо и приложило о другой стеллаж, аж книга откуда-то свалилась.
И тогда Наташа заподозрила страшное.
– Я, кажется, знаю, кто это, – сказала она тихо.
– Отстаньте от меня! – взвыла «поклонница» вполне мужским и очень знакомым голосом. Дернула что-то у горла, а потом сбежала, оставив плащ коту и мыши на поругание.
– Точно знаю, – сказала Наташа, убедившись, что это был Осатин.
– Похоже, ты любишь принимать парней за девочек, – жизнерадостно улыбнулся Немши.
– Так что там с праздником? – спросила Марита таким тоном, словно это не она молчала и таращилась на симпатичного парня. Это все остальные в ответ на ее интерес к празднику, взяли и заинтересовались чем-то посторонним.
– Ага, праздник в березах, – вспомнила о теме уговоров Наташа.
Немши вздохнул и характерным жестом закрыл ладонью лицо. Видимо, хотел сбежать следом за Осатином, но воспитание не позволяло, да и сам Кощей Бессмертный велел ему присматривать за молодой и бестолковой ведьмой.
Из библиотеки они все-таки ушли. Потому что не ушел почему-то Осатин. Он носился по ней, как обезумевшая моль, за которой охотится кот. Кот, собственно, охотился. Время от времени то тут, то там появлялась мышь и тогда Осатин издавал недостойные парня звуки. И все бы ничего. Ну, шумели они вдалеке, так пускай бы шумели, вся эта компания была проблемой библиотекарей. Но Осатин умудрялся вернуться в свой любимый закуток. Несколько раз даже о собственный плащ споткнулся, пока не догадался наклониться и забрать его с собой. В общем, этот забег по библиотеке мешал поговорить. И Наташе совсем не хотелось, чтобы кто-то из библиотекарей догадался попросить ее утихомирить котика. Ну, иди ректор чтобы появился и решил, что во всем опять виновата ведьма. Она была уверена, что ни кота, ни мышь остановить не сможет. И что с Осатином у них какие-то личные счеты. Мало ли. Может на хвост когда-то наступил. Или мышеловку поставил.
– Если тебя действительно заманивают и чего-то хотят, то парень в вашей компании только помешает, – терпеливо объяснял Немши.
Сидели они на скамейке в саду. Наташа обнимала справочник по травам, который ей хоть и с сомнением во взгляде, но разрешила взять с собой молоденькая библиотекарша, не участвовавшая в гонках за Осатином и котом. Марита странно улыбалась и опять смотрела на Немши. Уже не с восторгом, скорее с интересом скульптора, размышляющего, что бы такое интересное вырезать из каменной глыбы. Парасья покачивала ногой и делала вид, что она не с этой компанией, просто сидеть больше негде.
– Парень помешает меня похитить? – заинтересовалась Наташа.
– Наоборот, наличие парня заставит похитителей лучше приготовиться. Умные девушки, которые чего-то опасаются, просят парней походить рядом и понаблюдать со стороны. Поохранять. Причем, не одного парня.
– О, – восхитилась Наташа опытностью Немши. – А у тебя нет друзей, желающих побывать на празднике в березах?
– Еще более разумные девушки никуда не идут, – сказал парень.
– Мне хочется, а я должна делать, что хочу, – напомнила Наташа, хотя на праздник ей хотелось не особо, скорее было любопытно. А еще азартно. И Наташа сейчас понимала, почему мышка и котик решили побегать за Осатином. Ей тоже хотелось на кого-то поохотиться, и чтобы он весело убегал.
– Ладно, – вздохнул Немши.
– Какие еще есть правила безопасности для девушек, отправляющихся на праздник?
– Защитные амулеты не забудьте. Если есть заготовки каких-то сильных защитных заклинаний или плетений, тоже берите. Еще можно попросить у ректорского секретаря сигналку для патруля. У него есть. И, думаю, он тебе не откажет.
– Ага.
– Еще, я бы не советовал ничего пить и есть из чужих рук. Собственно, если есть какие-то подозрения, питье лучше принести с собой, в общую бочку, или что у них там будет, можно подлить чего-то легкого, веселящего…
– Отключающего инстинкт самосохранения и включающего желание прогуляться с симпатичным незнакомцем вон до тех кустиков, – поняла Наташа.
– Да, еду испортить сложнее.
– Но лучше поесть дома.
– Лучше, – не стал спорить Немши. – А еще, попытайся уговорить своего котика сходить с тобой. Ну, хотя бы скажи ему, куда отправляешься, может он сам захочет понаблюдать за человеческим праздником. Духи любопытны.
– Придет, вылакает весь отравленный напиток и ляжет поспать в кустиках, – хихикнула Наташа. – На сто ближайших лет. Вот сюрприз будет принцу, явившемуся будить красавицу поцелуем.
На нее посмотрели с интересом и соседки, и Немши.
– Это нервное, – объяснила Наташа. – А смешнее всего будет, если ничего не произойдет, никто меня и пальцем не тронет, а котик устроит очередной цирк.
