Текст книги "Любимая кукла босса (СИ)"
Автор книги: Татьяна Лерим
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Глава 4
Глава 4
Камила
Влетев в свою однокомнатную квартирку, которую снимаю на окраине города, закрываю двери на замки и рыдаю. Рыдаю от безысходности и отчаяния.
Я отказалась от предложения Богдана Станиславовича. Я просто не смогу, меня воспитывали по-другому.
И вообще, не так я представляла себе свой первый раз и первого мужчину. Как и любой другой девушке, мне нужна романтика, а не вся эта грязь, которую мне предложили.
Думаю, брат поймет, он вообще у меня очень рассудительный и понимающий, несмотря на возраст. Небольшую сумму я уже накопила, если так пойдет и дальше, то запас у меня будет всегда на лекарство и узких специалистов, которые, к сожалению, стоят так дорого за каждый прием. Это я еще сами анализы не считала. Хотя, копить уже и не получится, про увольнение я успела расслышать и понять, что босс явно не кидал слова на ветер. Может он и скотина редкостная, но в одном он прав, деньги мне как раз нужны.
Утираю слезы и иду на кухню. Сейчас выпью воды и успокоюсь. Всхлипы, поднимающие мою грудь каждый раз, начинают давить на внутренности и дарить невыносимую боль изнутри.
Чего реву то, как белуга, будто он меня изнасиловал на своем столе. Ну предложил, ну я отказалась, теперь меня уволят, так как испытательный срок и по закону я ничего не могу доказать. Единственное что я сейчас могу, так это найти другую работу, эту же нашла, значит повторю свое же достижение еще раз.
Компания «ВысоТа» не единственная кому нужны переводчики французского с красным дипломом. Долго еще так сидела и успокаивала себя, пялилась в одну точку, размышляя о будущем и просчитывая все ходы и выходы, пока в реальности не завибрировал телефон. Он метался по столешнице вокруг своей оси, издавая такой противный звук, что меня передернуло в первую же секунду.
Кто мог звонить в семь вечера? Только Светка, с которой у меня остались теплые отношения с института, и то, зная ее образ жизни, скоро и подружка останется в прошлом. Не могу жить, не сунув нос не в свое дело, но существование и проживание с папиком никогда не прельщала, поэтому я высказала свое мнение Свете, после чего наши дружеские отношения натянулись. Вскоре я замолчала и приняла ее решение такой жизни. Меня дело не касается, и лучше не лезть в чужую. У самой вон проблем с каждым часом все больше и больше.
Но подняв экран вверх я увидела незнакомый номер, который заставил меня напрячься. Если это мой босс, то я за себя не ручаюсь!
– Да, – с какой-то злостью выкрикнула, забыв все манеры приличия.
– Добрый вечер, Камила. Это врач вашего брата Игоря, Тимофей Юрьевич – сердце сразу запрыгало и сжалось. Мир вот-вот рухнет окончательно, я и не думала, что организм может настолько стать неуправляем, что в легких испарился кислород. Обычно мне звонила Леночка, медсестра. Мы даже сдружились, но врач впервые набирает мой номер. Хотя, может это все, потому что раньше я чуть ли не жила в кресле, напротив Игореши, а сейчас зарабатывание денег съедает добрую часть времени, и чтобы не клевать носом постоянно в часы работы, я вынуждена спать суточную норму.
– Что, что произошло. Что с Игорем? – как дура, в панике, перебиваю. вскакиваю и не знаю даже что и делать. Сразу уже бежать в больницу или нет?
Не сумев справиться с волнением, я одним жестом опрокидываю стакан с водой, который с треском разбивается, залив все вокруг. Лишние телодвижения мне сейчас ни к чему.
“Черт!” – ругаюсь на невнимательность. Забыла про стакан и все на свете, облив все вокруг. Надеюсь, обои не отойдут, иначе хозяйка еще заставит делать ремонт.
– Успокойтесь пожалуйста. Мы сегодня сделали снимок вашему брату. Нога срослась, но неправильно, – нависает тишина. Понимаю его слова, но не хочу верить. Лечение и так слишком дорогое, а тут еще и это.
– Что это значит? Нужна новая операция?
– Да. Иначе будет дискомфорт всю оставшуюся жизнь, и это в лучшем варианте.
– А в худшем? – закрываю глаза, представляю несчастного братика, который не заслужил столько боли и мучений.
Он еще совсем маленький, живший мечтой стать футболистом. Мечтой, которой уже не суждено сбыться.
– В худшем, придется ампутировать ногу, – этот врач даже не подбирает слова. Просто рвет, итак, мое покалеченное сердце на куски голыми руками.
– Что от меня нужно? – начинаю считать мысленно деньги, которые удалось подкопить за месяц работы. Этого ничтожно мало, но я не могу сидеть и ждать этого худшего варианта.
– Нужна операция, платная, – приговор звучит, как эхо, совсем далеко. Я почти теряю сознание, но вовремя начинаю глубоко дышать. Игорю не сможет помочь истеричная сестра, я должна думать трезво и быстро принять решение.
– Сколько у меня времени? – задаю вопрос, на который я уже знаю ответ. Понимаю, что очень срочно, но все же.
– Лучше на этой неделе. Можете прийти к нему завтра и лучше не говорить мальчику об этом. Он начинает переживать, когда слышит слово “операция” и вообще не очень любит, когда я в принципе захожу в палату, но думаю дальнейшее здоровье все же важнее. Не готовьте его к предстоящим событиям в жизни.
– Я понимаю, – говорю доктору и прощаюсь.
Сегодня явно не мой день. За что?
Перезваниваю Елене и сразу же извиняюсь за столь поздний звонок. Нужны подробности, иначе сомнения, переживания и неведения сожрут меня за час, но, как назло, она не отвечает. Брату звонить не решаюсь, по моему дрожащему голосу он сразу догадается, что что-то не так. Никогда ничего не могла от него скрыть, а тут сразу два поражения – увольнение и срочная операция.
Так, Ками, нужно найти деньги и срочно. Завтра же позвоню девочкам с отдела и узнаю, как дела обстоят на работе. Может Богдан Станиславович и забыл уже о своем предложении или вообще о моем существовании или и вовсе пошутил? Я не знаю, может у него своеобразное чувство юмора такое, которое я не оценила.
Глава 5
Глава 5
Камила
Утром я уже даже не плакала, слезы высохли, превращая все внутри в пустыню. На сухую даже легче, в первую очередь легче думать и принимать.
Я, конечно же, собралась на работу, но зайти так и не решилась по пропуску, который сразу же выдаст мое пребывание внутри. А если он и вовсе заблокирован уже? Как мне смотреть людям, мелькающим и спешащим на свои рабочие места? Я же просто умру от позора, который сразу же охватит меня, заставляя нервничать и оправдываться перед охранником.
Хорошо, что сегодня выдался необычайно теплый день, солнце окутало меня словно обнимая и согревая своими лучами. Уже пахнет весной, вот только на душе всегда зима, несмотря ни на что.
У меня есть еще десять минут до рабочего дня, и это время я продолжаю стоять в стороне и обзванивать девчонок с разных отделов. Я же видела их, забегающих во внутрь, почему трубку то никто не поднимает?
Не дождавшись ответа и не сумев совладать со своим волнением, перебегаю дорогу и уже почти ступаю на первую ступень лестницы, ведущей в мой персональный ад, как трель телефона заставляет меня остановиться. Тамара Викторовна сама решает мне позвонить, а я не набрала ее, так как вчера еще у нее был больничный.
– Камила, доброе утро, – звучит мягкий голос женщины, слегка охрипший из-за простуды.
– Добрый. Вы уже вышли на работу? – останавливаюсь и смотрю по сторонам. Лишь бы не встретить ЕГО сейчас.
– Да. Камилочка, на работе и знаю, ты обзваниваешь девочек, но лучше не надо. Вчера вечером всем на рабочий мейл пришло письмо с инструкцией по поводу тебя. Я шефа не боюсь, – Тамара Викторовна всегда всех начальников так называет, но я поняла о ком идет речь. – Понимаешь, это первое письмо за два года, с рассылкой для всех. Он тебя уволил вчерашним числом.
Ничего больше не сказав, женщина отключилась, а я побежала обратно за угол, не хочу, чтобы меня кто-либо заприметил и узнал.
Итак, я уволена!
Как только я осознала, что за отказ, я потеряла работу, выбор был невелик, – нужно найти новую и желательно не хуже. Я уже думала об этом накануне, но там была надежда, что между мной и Богданом Станиславовичем произошло недоразумение. Какое же было мое разочарование, когда, открыв объявления на различных сайтах в интернете, я поняла, что на бирже труда мне точно не светит и близко к тому, что я потеряла. В "ВысоТу" я попала по рекомендации института, как одной из лучшей и "не пристроенной" студентки с красным дипломом.
“Ну ничего, прорвёмся”, – успокоила себя и начала штудировать нужную и ненужную информацию. Найдя несколько объявлений по специальности, я, собравшись с духом и прокручивая в голове примерные каверзные вопросы, набрала первый номер... На последнем мне хотелось выть на луну, или ещё куда. Отказ сразу же, даже слова не дали сказать. Не понимаю, после моих ответов – фамилии, на какую должность и что закончили, следовал отказ, который звучал словно по бумажке "простите, но в вас мы не нуждаемся".
Слезы покатились с новой силой и даже дрожь на руках была пустяком с тем, что бушевало внутри. А там был ураган, цунами. Я боролась за жизнь брата, когда мне вставлялись палки в колеса. Ну ничего, просидев час за монитором и просто загипнотизировав экран, решаюсь обзвонить все по порядку, кем я, в принципе, могла бы работать.
– Подождите, не бросайте трубку. Мне очень нужна работа. Моему брату нужна операция. Срочно, – сама от себя не ожидая, но на последнем стоящим предложении о вакансии продавца в крупном торговом комплексе, я решаю надавить на жалость или хотя бы узнать, почему с высшим образованием меня не берут даже на это место. Смотрю на часы, через пять минут большинство мне уже не ответят, почти пять вечера. Весь день прожит зря, столько отказов я ещё не слышала за всю свою жизнь.
– В этом городе, вас никто не возьмёт на работу, ну только если нелегально или за минимальный прожиточный минимум. Но этого не хватит, чтобы просто существовать, не то, чтобы операция. Простите.
Короткие гудки и большой красный крест перед глазами. “В этом городе вас никто не возьмёт на работу”, – я пропала. Мой босс за такой короткий срок перечеркнул не только мою жизнь, но и ребенка, которому всего семь.
А в другой город мне нельзя.
На эмоциях порвала все листочки, на которых писала сегодняшнюю информацию и швырнула со злобой и ненавистью в пустоту. Мелкие бумажки, подобно снежинкам покрыли комнату.
Ненавижу!
Все проклятия, которые исходили из меня были адресованы только к одному единственному человеку, только потому что вчера он обещал это сделать, а сегодня я безработная и даже долг отрабатывать не нужно в количестве двух недель, и даже за документами приезжать не нужно, мне все лично передаст личный курьер фирмы. Такая щедрость, но вот спасибо не скажешь.
Ещё раз ненавижу.
Глава 6
Глава 6
Камила
Я сажусь напротив мужчины за столик в дорогом ресторане, сухо смотря в его глаза. Уже не страшно, всю боль и отчаяние я оставила дома, в подушке.
Не ожидал меня увидеть?
Так я тоже!
Безупречный мужчина в дорогом костюме, часах и запонках, стоимость которых мне и за всю жизнь не заработать, поднимает одну бровь, и без интереса отводит фокус своего внимания обратно в тарелку. Ведет себя так, будто уже поимел меня и вышвырнул за ненадобностью, но я готова и к такому. Главное сейчас для меня это операция и соответственно деньги за нее, которые я готова отработать.
Богдан выглядит идеально, просто мужчина для обожания любой женщины. Достаточно молодой, красивый и не смазливый, богатый. Его татуировка на шее, сползающая вниз и скрывающая в воротнике накрахмаленной белой рубашки придает ему особый шарм и даже сексуальность. Впервые вижу генерального директора с татуировкой, которая просто кричит о бунтарстве в юности. Интересно, как долго он думал об этом, прежде чем набить и что она означает. Да и в принципе, на сколько далеко вниз проходят эти завихрени?
Сглатываю, нашла, о чем думать, Ками! Опомнись, ты здесь не по своей воле!
Бегло оборачиваюсь на посетителей соседних столиков. Такие же идеальные манекены с безупречным вкусом и со своей идеальностью осматривают меня искоса. Чувствую себя, как не в своей тарелке, в дешевом платье и обычным конским хвостиком на голове. Наверное, думают, что за оборванка рядом с таким мужчиной? Даже я не знаю ответа на свой вопрос? Что он нашел во мне? Почему я?
В свое оправдание, могу сказать лишь одно, я постаралась не выделяться и даже мазнула тушью и яркой помадой. Чувствую себя реальной шлюхой, но ты ведь этого от меня ждешь Богдан Станиславович?
– Я согласна на твои условия!
В этот момент я так зла на весь мир, что даже правила этикета и приличия позабыла. Он не достоин всего этого. Я загнана в клетку, только поэтому сейчас сижу перед своим боссом и стараюсь не дышать, чтобы не высказать ему все, что накопилось за эти несколько дней.
– Не интересно уже, – отстраненно и не заинтересованно снова взглянул на меня Богдан. Пот заскользил по спине от его слов. Он растоптал меня за каких-то два дня и теперь говорит, что не интересно ему?
– Ты не можешь так поступить со мной. Тогда отмени все свои указы. Мне нужна работа, нужны деньги, – на крик оборачиваются посетители дорогого заведения, которые не привыкли видеть обычную девушку в довольно дешевом платье за столом, а не с подносом, а он так же не обращая внимания сидит и пережевывает стейк прожарки медиум.
Я сглотнула, выдав свой голод сразу же.
– Уважаемый, бокал красного вина и рыбу в вашем фирменном соусе, – делает быстрый заказ официанту, отрезая себе еще кусок сочного мяса. Он заметил, какой позор, я ни кусочка не засуну в рот! – Выглядишь не очень, если честно. Что случилось?
– Что случилось? Ты… Вы… Мало того, что уволили ни за что, так еще я теперь не могу никуда устроиться. Моему брату нужна срочная операция. Да вас это вообще не касается, что такого я сделала, чтобы мне отказали все. Мы живем в свободной стране, я не хочу быть вашей лю… лю-бовницей, – замолкаю, когда понимаю, что эмоции просто хлещут из меня, привлекая все больше и больше внимания к нашему столику. Из меня может вылиться вулкан желчи, но сейчас я уже не в том состоянии, чтобы огрызаться. Уже все решено и выплакано.
Богдан Станиславович хотел подчинения, он его получит на столько, на сколько я смогу этого дать.
– Я предупреждал, – так же спокойно отвечает Железнов, не обращая внимания на все переглядки на наш столик.
Через восемь минут (я засекала) приносят заказ и ставят блюдо перед носом, заставляя желудок скрутиться узлом от запахов.
– Да кто вы такой, чтобы распоряжаться мной, и я не голодна, – чувство достоинства играют со мной злую шутку. Тяну тарелку ближе, понимая, что один отказ уже сыграл со мной злую шутку.
– Ешь, а то тощая стала за двое суток, – скорее всего видя отражение этой рыбы в моих голодных глазах, Железнов делает замечание. И я ем самое нежное рыбное филе за всю мою жизнь.
У меня была среднестатистическая семья, которая на праздничных выходных лепила пельмени и вареники. Родители были против фаст-фуда и редко баловали себя и нас ресторанной едой. Мама была домохозяйкой, которая была занята домашними хлопотами с утра до вечера ежедневно. Я собиралась стать такой же отменной хозяйкой, но сейчас я не уверена, что после роли шлюхи, у меня получится создать семью.
– Поела? – в одном слове столько стали, что мне не хочется даже ничего говорить и перечить. По щекам хлестанула обида за то, что я не могу нормально поесть, собирая все, до копейки брату, а люди в этом заведении даже не считают нули, оплачивая ненужные покупки. Я отодвинула тарелку и кивнула в знак согласия.
– Молодец! А теперь слушай сюда, девочка, я бегать за тобой не собирался. Предложил, ты отказала, значит свободна. Я говорил, что ответ нужен немедленно? – немного наклонив корпус, Богдан понижает голос.
– Да, – снова киваю в ответ.
– Любовница мне уже не нужна, считай, что передумал.
– Мне нужны деньги на операцию, – пищу в ответ на его предложение. На глаза снова наворачиваются слезы. Тупая ночная боль мгновенно возвращается, ставя меня в тупик. Богдан единственный, кто может разрешить мою проблему, а главное, что частично он виноват в этом, если бы он меня не уволил, я могла и кредит получить. – Мой брат может остаться без ноги, ему семь. – Смотрю на бывшего уже босса с мольбой и застывшими слезами в глазах. Не все еще выплакала, раз они снова предательски выступают наружу.
– Так на что ты согласна?
Всего один вопрос, а я снова чувствую нотки тошноты, комом застрявшие в горле. Я знала куда иду, но тон его речи заставляет рисовать в воображении самые мерзкие ответы в красках и в мельчайших подробностях.
* * *
Богдан
– Я согласна на твои условия! – всего несколько слов, заставляющих мои тайные желания воплощать в жизнь.
Все-таки трахну!
Я ждал Ками, знал, что она явится с поникшей головой, но ждал вчера. Не думал, что Рудина будет сопротивляться до победного. Но предвидел, что правильная девочка с красным дипломом хорошо себя ценит как сотрудника, и начнет искать себе любую должность. Пришлось подключить Жеку и его связи, чтобы эту сучку, которая возобновила себя выше меня, поставили на место. Ее не приняли на работу даже поломойкой, услышав имя. Чисто и быстро сработано.
Железнову Богдану не отказывают женщины. Никакие и никогда!
– Мне уже не нужна любовница, – усмехаюсь на ее наивность. – Думала, я буду ждать тебя вечно, как преданная жена декабриста. У тебя было несколько минут на обдумывание, и ты ими воспользовалась, правда не так, как нам бы хотелось двоим.
– Моему брату нужна операция, – слеза обреченности и печали полилась по щеке, смешиваясь с тушью. Хм, даже макияж сделала, на встречу со мной.
Впервые за вечер я осмотрел Камилу. Дешевое красное платье из дешевого шелка, к которому липнет все подряд, совершенно не подходящий к фигуре. Стремный и неуместный макияж, сделанный дрожащей рукой. В ее положении лучше вообще без него, слезы стирают тушь, показывая беспросветность ее положения. Жалкий вид. Обычно мои шлюхи сами знают, что нужно выглядеть эффектно рядом со мной.
– Мое то какое дело до твоих проблем?
Оказывается, та блузка поросячьего цвета – это еще цветочки.
– Пожалуйста. – Одними губами шепчет Рудина в отчаянии.
Наклоняюсь к ней еще ближе и обхватываю за шею рукой, наклоняя ближе к себе. Второй рукой размазываю ее вульгарную красную помаду подушечками пальцев за пределы контура губ. Без силикона. Камила молча сидит и терпит, зажмурив глаза. Терпит и молчит, будто уже согласная на все, но я же чувствую, что ее покорность под вопросом. Если дать ей волю, то она укусит и достаточно больно.
Знаю, что она чувствует, как ненавидит и проклинает меня в душе. Я оставил ее без выбора, заставил принять решение в мою пользу. И она пришла! Теперь я знаю цену Камилы Рудиной.
– Прям умеешь ты убеждать, К-а-м-и-л-а, – смакую каждую букву имени. – Камилы у меня еще не было. Ну да ладно. Сделаю акцию на сегодня. Любовница мне все же не нужна. Затратно. Мозг слишком выносят, а вот шлюха без права голоса, – звучит для меня куда приятнее. Будешь моей девочкой и если мне понравится, как ты сосешь, я подумаю, что делать с твоим братцем.
Встаю из-за стола, кидая внушительную сумму за ужин.
– Поехали!
Глава 7
Глава 7
Богдан
Камила молча сидит рядом на переднем сидении и теребит края своего платья, выступающего из-под черного невзрачного пуховика. Усвоила урок значит, что перечить мне не имеет никакого смысла, себе дороже.
– Мы едем к тебе, – разрываю тишину, давящую на мозг. Девушка непонимающе поворачивает голову и начинает хлопать ресничками.
– Как ко мне? Ко мне нельзя, у меня квартира будто из картона, – я хохочу в голос от ее ответа. Рад, что Ками в буквальном смысле поняла мои слова.
– Приветствую громкие стоны во время секса, но не сегодня, малыш, – бордовая краска заливает щеки моей девочки, от осознания собственных слов. Я не намерен, как школьник, бегать к девчонке на чашечку “секса”.
Я прекрасно поняла, к чему он клонит, не маленькая, но, блин, я о другом. Моя персона никогда не была замечена ни в одной сплетне и ни в одном скандале. Я никогда даже мальчиков не водила к себе в детстве. Может неправильная, пока все девочки учились целоваться, я учила французский язык, мечтая посвятить ему всю жизнь.
– Я не это имею в виду, но я бы не хотела слухов на счет мужчин от пожилых соседок. В моем доме одни бабушки. – Ками поджимает губки от неловких слов, краснеет и отворачивается.
– Привыкла быть униженной и обиженной?
– Что? Ты о чем?
– Ну все тебя жалеют. Остались две сиротки, брат прикован к больнице, – я не умею сожалеть. Мне никто не сострадал, и я убил в себе это чувство к другим. Я даже слов не подбираю, когда говорю все это на полном серьезе.
– Ты мерзкий.
– Я знаю.
Разговор заканчивается, Камила скрещивает руки под грудью и отворачивается, делая вид, что ей не интересно общение со мной.
Плевать.
Я не намерен вести пустые разговоры. Мне нужно тело, я готов за него платить!
– Завтра поедешь к врачу и сдашь все анализы. – Подъезжаю к обычной обшарпанной пятиэтажке и гашу фары.
– К какому врачу? – даже не глядя смотрит Рудина и меня начинает напрягать такое вольное поведение.
Грубо хватаю девчонку за локоть и рывком придвигаю к себе.
– Слушай меня, я могу передумать и вышвырнуть тебя обратно. Я не намерен с тобой возиться и если сказал, поедешь к врачу, значит молча собираешься и едешь. Теперь понятнее? – отпускаю хрупкую шею и отворачиваюсь. Даже не хочу смотреть на ее состояние. Все и так знаю, мой вспыльчивый характер никому не по нраву. Особенно нежным и хрупким куколкам, которые ломаются подо мной.
Камила
Не знаю зачем решила перечить ЕМУ. Почувствовала себя на мгновение вольной птицей, или забыла, на что я вообще согласилась ради денег?
Действительно, на что?Это пару дней назад, я могла стать его любовницей и как Богдан сказал “не обидел бы свою девочку”, а теперь я просто шлюха, у которой нет права голоса.
Правила изменились. И эти правила я приняла час назад сев в машину.
Я молча кивнула на его агрессию. Даже слова не сказала, просто качала головой, понимая, что в моем случае этого достаточно. Да даже если бы я не смогла сделать и этого, то было бы не важно. Молчала же, а молчание знак согласия.
Слезы застыли в глазах и легкие будто сжались, задержав кислород на мгновение. Я вдруг осознала, что мне будет сложно выполнять его условия, учитывая, что вообще плохо понимаю свои функции.
– Можно мне вернуться на работу? – может я бессмертная, но я все же задала шепотом свой вопрос, который мучил меня все это время. Если Богдан не будет мне платить, может я хочу и дальше получать зарплату. – Пожалуйста.
Он хотел видеть мое унижение за отказ, ну так вот, после этого я сдалась. Не смогла держать слишком долго. В кого ты превратилась Ками? Еще вчера у меня была счастливая семья, я уверенно шла на красный диплом и ничего не предвещало беду. Только вот одна автокатастрофа разделила все, превратив мою жизнь в кромешный ад.
– Ненавижу истерики, особенно женские, – Богдан бросает в меня фирменный носовой платок. Да в него и сморкаться жалко, но я вытираю ручьи слез, пока не затопила всю машину и не получила новый счет. Тушь скорее всего размазалась или вообще стерлась уже, вижу ее следы на платке и замираю, пряча лоскуток в ладони.
– Завтра к врачу, а потом и поговорим. Все будет зависеть от заключения. Уж трахать нездоровых женщин я не намерен. Завтра сообщу адрес. На выход, – вот так просто выпроваживает меня у входа в подъезд и ничего больше не сказав уезжает, оставив перед носом только клубок дыма.
Гинеколог. По его тону я поняла, что меня ждет завтра. Я девственница, хотелось закричать, но я промолчала. В конце то концов меня никто не спрашивал об этом, а до этого он дал четкое указание молчать. И вообще даже скажи я об этом, Богдан бы и не поверил, ведь таким людям как он нужны бумажки. Без бумажки мы букашки, вот и все, поэтому придется завтра идти за доказательствами собственного здоровья.
