Текст книги "Попаданка даст вам к(с)екса (СИ)"

Автор книги: Татьяна Бэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

– Извините, я заблудилась! – произнесла по возможности спокойно, стараясь не выдать испуга при виде пьяного здоровяка, рассматривавшего меня с похотливым интересом. – Подскажите, как пройти к дому терпимости мадам Шпротс.

Мужик неприятно захохотал, обдавая меня волной смрадного дыхания, и подошёл ближе.

– Надо же, нежели к нам залетела одна из птичек элитного борделя? Вот мне повезло. Ну, выпей со мной, красавица, а потом я тебе покажу дорогу. Хотя нет, сперва ты покажешь кое-что мне.

Огромные немытые лапищи схватили мою юбку, задирая её вверх.

– Пустите! – заорала я, пятясь и стараясь отодрать руки мужчины от моей одежды.

– Да, кричи громче, девка! И тогда друзья, пьющие за углом, решат к нам присоединиться. И вместо того, чтобы быстро обслужить меня, будешь ублажать нас всех! Но тебе, наверное, не привыкать к групповухе. Хотя поговаривают, что в твоё заведение клиенты приходят за другим... богатые мужички любят боль и унижение. А я вот такое не понимаю, но тебя выпороть смогу от души, потом неделю не сядешь.

Здоровяк резко дёрнул меня, разворачивая к себе спиной, и отвесил шлепок по ягодицам такой силы, что я вновь закричала.

– Пустите, пожалуйста! – взмолилась я, чувствуя, как глаза застилают слёзы, а тело леденеет от ужаса.

– Я только начал, малышка! Сейчас орать будешь ещё громче! – гнусно хихикая, изрёк мучитель. Я сжалась в ожидании нового удара, но вдруг над грязной зловонной улицей пронёсся уверенный спокойный мужской голос, наполненный такой силой и глубиной, что невольно замерла.

– Отпустите девушку! Кажется, она против того, чтобы продолжить знакомство.

Я обернулась к говорившему, ощутив, что хватка крепыша ослабла, и невольно залюбовалась. Посреди проулка уверенно и гордо стоял высокий мужчина в чёрном плаще, трепещущемся за его спиной. Жаль, что лицо заступника скрывал капюшон… Неужели мне на помощь пришёл инквизитор?

Глава 14

Принц Ларион, 27 лет, красавец, спортсмен, не комсомолец, но это можно ему простить.

В отличие от большинства отпрысков королевских семей, привыкших к роскоши, балам, фавориткам и излишествам, придерживается скромного образа жизни: в еде и вине умерен, любой гулянке предпочтёт время на свежем воздухе с физическими активностями либо изучение чего-то нового.

Изъездил половину мира, набираясь знаний и познавая устройство других стран. Лучший стрелок, фехтовальщик и пловец своего королевства (конечно, куда-то же надо девать мужскую силу и избыток тестостерона).

Несмотря на крутой нрав и вспыльчивый характер, пользуется любовью населения. Принца называют не иначе как наш Ларри» и переживают о его личной жизни. В своё время во время потопа из-за плохо построенной дамбы, лично участвовал в спасении пострадавших, вытащив из ледяной воды порядка пятнадцати жителей смытых деревень.

Может показаться идеальным, но имеет нелюдимый характер, склонен к подозрительности и мстительности. Последнее легко объяснить. Когда король Эорий, отец Лариона, лично повёл войска на границу, атакованную соседним королевством, юный принц остался управлять государством. За неполных полгода он пережил около десяти покушений, организованных многочисленной роднёй, жаждавшей прибрать трон к рукам, избежать которых юноше удалось лишь благодаря смекалке, интуиции и отменному здоровью. Но несколько шрамов на теле всё равно осталось. А сколько их так и зарубцевалось на душе…

Когда король вернулся из военного похода, то количество его родни сильно сократилось, зато в государстве царил мир и порядок.

Девственность принца стала притчей во языцех. Но в условиях тех устоев, которые были навязаны инквизиторами, заявлявших, что плоть изначально греховна, можно понять, почему так вышло. К тому же Ларион обладает романтичным характером, воспитанным любовными романами, которые втайне ото всех читал под подушкой.

Благодаря знаниям принца начались изменения в аграрной политике государства, что сильно увеличило количество продовольственных запасов и помогло справиться со спорыньёй. Любопытно, что именно в странах, где были природные очаги спорыньи, разразилась и охота на ведьм.

Глава 15

– Отпустить девушку? – с гнусной ухмылкой переспросил здоровяк, вновь прижимая меня к себе и нагло лапая мои ягодицы. – Непременно, но не раньше, чем пару раз кончу.

Я лишь громко всхлипнула, помня, что лучше не кричать, дабы не привлечь внимания дружков этого приставалы.

– Ну что же, я хотел по-хорошему… – тихо и удивительно спокойно произнёс незнакомец в капюшоне и вдруг скользнул к моему мучителю, словно перенесясь по воздуху.

Хлёсткая пощёчина обрушилась на пропитое лицо.

– Ах ты, сука! – раненым бизоном взревел рассвирепевший мужик, отталкивая меня в сторону так, что я со всей силы ударилась ногой о грязные ступеньки, чувствуя, как перед глазами всё поплыло от резкой боли.

Сквозь волну дурноты и приступ головокружения, я едва могла понять, что происходит. Мне даже показалось, что мой внезапный защитник пропал, а пьяный здоровяк просто крутится вокруг своей оси, пытаясь нанести размашистые удары какой-то тёмной тени. Но на самом деле герой в чёрном плаще двигался столь ловко и стремительно, что было невозможно отследить его перемещения. Но вот в воздухе вдруг мелькнул хищный отблеск металла. Длинный узкий нож, оказавшийся в руке громилы, молниеносно устремился в сторону противника, напоминая настоящий электрический разряд в атмосфере.

Я тонко вскрикнула и зажмурилась, даже забыв, как дышать. Вот стоило попадать под колёса машины, спасая подвыпившую подругу от «приключений» в компании таких вот громил, чтобы само́й оказаться на тёмной улице другого мира в грязных похотливых объятиях? В голове почему-то пронеслись философские мысли о несправедливости и превратностях судьбы, хотя лучше бы искала, как спастись. Но мной овладела какая-то странная отчуждённость: тело ослабело от испуга, нога пульсировала острой болью, а внутри всё будто сковало льдом.

– С вами всё в порядке? – раздался вдруг над ухом голос спасителя, а на моё плечо легла тяжёлая, но удивительно нежная рука.

Вздрогнув, и принялась отползать, но боль в ноге стала ещё сильнее, и я тихо застонала.

– Не бойтесь, я вас не трону! Кажется, у вас травма, позвольте взглянуть! Не волнуйтесь, я изучал врачевание.

Мужчина в плаще опустился рядом со мной на колено и протянул руки в моей лодыжке.

– А ч-ч-ч-что с эт-т-тим прист-т-т-тавалой? – спросила, заикаясь, и тут увидела грузное тело, распростёртое на земле. – Вы его уб-б-били?

– Нет! – спокойно ответил мужчина, аккуратно проводя ладонью по моей щиколотке, отчего по коже тут же побежали мурашки. – Я не имею привычки убивать людей, если без этого можно обойтись. – Просто какое-то время этот хам полежит без сознания. Но в качестве урока я оставил ему на щеке его же ножом метку, которую ставят насильникам. Он её заслужил.

С испугом уставилась на незнакомца, но тот казался невозмутимым, словно ничего необычного не произошло. Возможно, в этом мире это в порядке вещей клеймить людей, но мне стало как-то не по себе.

– Так больно? – вежливо поинтересовался незнакомец, слегка сдавливая щиколотку.

– Нет… – ответила тихо, пытаясь заглянуть в лицо спасителя, закрытое капюшоном.

Всё же женское любопытство и желание романтизировать неистребимы в любой ситуации: мне очень хотелось верить, что инквизитор, спасший меня, был молод и симпатичен.

– А вот так? – руки мужчины скользнули выше и теперь ощупывали колено.

Прикосновения сильных пальцев к обнажённой коже вызвали во мне тёплую волну, которая, разносясь по телу, становилась всё жарче и яростнее. От недавнего ледяного панциря, сковавшего душу, не осталось и следа. Молодое здоровое тело реагировало на мужские прикосновения ярко и бесстыдно. Да и та я, взрослая разведённая женщина, заслуженный специалист, ярая противница случайных половых связей, вдруг утратила над собой контроль. В конце концов, у меня два года не было мужчины!

– Что, неужели больно? – испуганно спросил незнакомец, услышав слабый стон, сорвавшийся с моих губ.

– Нет… – вновь выдохнула я.

Кажется, собеседник тоже чувствовал себя неловко. Теперь его пальцы, скользнувшие по моему бедру, ощутимо подрагивали, а сам он отвернулся в сторону, чтобы не увидеть оголившейся ноги. Мощная грудь спасителя тяжело поднималась и опускалась, а дыхание стало частым и глубоким.

– А здесь? – прохрипел он, запинаясь.

Обжигающая ладонь переместилась уже к тазу, надавливая слегка, и тут я вскрикнула от боли.

– Не волнуйтесь! Потерпите буквально секунду! Сейчас я всё сделаю.

Я хотела было сообщить, что не признаю мануальную терпимую, но мужчина ловко и резко дёрнул мою многострадальную конечность. Раздался хруст, и боль вдруг отступила.

– Спасибо! – искренне поблагодарила я, испытав настоящее облегчение.

Руки мужчины ещё покоились на моём бедре, нежно поглаживая кожу. Уж не знаю, что на меня так подействовало, но вдруг я потянулась к спасителю и, краснея, произнесла: «Позвольте вас поцеловать в знак благодарности!»

Мужчина дёрнулся, словно от удара и попробовал отстраниться, но я уже протянула руки и отбросила скрывавший его лицо капюшон. Надеюсь, что он красавчик!

Да, спаситель определённо был красавчиком! А ещё он был принцем…

Глава 16

Мы с принцем смотрели друг другу в глаза. Звуки музыки с площади перестали терзать барабанные перепонки, запахи еды и помоев исчезли.

Казалось, что окружающий мир замер, а затем и вовсе растворился, оставляя меня и мужчину напротив среди великого ничто. Синие глаза спасителя смотрели на меня прямо, открыто и удивлённо, словно красавец не понимал, чего я хочу.

Да и я сама не знала этого. Разве можно просто взять и вот поцеловать незнакомца, тем более – принца? Зрачки мужчины вдруг расширились, оставляя от радужки узкий синий ободок.

Я будто нырнула в глубокий омут, из которого уже не выплыть. А затем принц судорожно вздохнул и притянул меня к себе. От удивления я хотела вскрикнуть, но мои приоткрытые губы вдруг оказываются в плену губ спасителя.

Кажется, говорили, что Ларион – девственник… Так почему этот поцелуй был настолько обжигающе горяч? Но при этом в нём не было развратной пресыщенности или эгоистично желания сделать так, как хочется самцу. Язык принца нежно проник между моих приоткрытых губ и принялся настойчиво и отзывчиво исследовать мой рот, поглаживая, лаская и взывая к ответу.

Кажется, я перенеслась в тело какой-то нимфоманки, ибо жар, сосредоточившийся внизу живота, вдруг разнёсся по венам подобно огненной лаве, сметая всё на своём пути. Раньше, когда я видела фильмы о том, как спасённые жертвы отдаются со всей страстью тем, кто выручил из беды их, – не верила ни на секунду… Но сейчас происходило что-то странное: я принялась расстёгивать пуговички на своём платье, параллельно стараясь снять плащ с мужчины, погружённого в поцелуй.

«Нет, это неправильно, аморально, несвоевременно!» – орала внутренняя я, но это тело, явно придерживавшееся других убеждений, не особо противилось ласкам красавца, да ещё и начинало перехватывать инициативу, углубляя поцелуй и обучая партнёра тому, как сладостны могут быть ласки языков.

«Да и чёрт с ним!» – решила я, не уточняя, что это за странное «с ним». Но теперь я полностью сложила с себя полномочия и груз ответственности. Возможно, моя подруга Инна и впрямь не ошибалась: большую часть своей скучной и унылой жизни я была холодной, отстранённой и закрытой, возможно, поэтому не сложилась ни моя личная, ни интимная жизнь?

А вот сейчас хотя бы интим явно был в обозрении… Если только не вспугнуть девственного принца, который так и не убрал ладони с моих бёдер. Несмотря на то что мужчина был напорист, чувствовалось, что он испытывает недоумение.

Удивительно, но нечто подобное ощущала и я… Хотя всё было слишком хорошо, мне казалось, что это тело захватил власть над нами всеми.

«Ты ведьма!» – вспомнился мне голос Симы, в котором был то ли приговор, то ли радость. Так вот почему невинный принц столь сильно тянется ко мне, словно насильник из подворотни.

Я на секунду разорвала страстный поцелуй, надеясь увидеть в глазах желанного мужчины настоящее чувство, но они были пусты…

Вдруг вдали послышались грубые мужские голоса

– Ваше Высочество…

– Ларион!

– Подождите нас, принц!

Красавец отвлёкся всего на секунду на звук, а я тут же сгруппировалась и выскользнула из его объятий. Ларион и впрямь хорошо изучил врачевание: моя нога вновь обрела резвость. Всего через пару секунд – и я покинула переулок, оставив в руках оторопевшего принца лишь старый башмачок.

Глава 17

Уж не знаю, как Золушка убегала от принца, потеряв туфельку. Об этом в сказке стыдливо умолчали, а я вот прочувствовала на своём опыте, каково идти в одном башмаке по грязным улицам. Под ноги приходилось смотреть особенно тщательно, не хватало ещё наступить на стекло, которых после праздника на улицах было в избытке, – так ещё и столбняк можно подхватить, а я изрядно сомневаюсь, что у этого тела сделаны все необходимые прививки.

Да и с направлением движения тоже были проблемы. Если сперва я припустила по переулкам, надеясь скрыться от принца и, оказаться подальше от места своего возможного грехопадения, то теперь старалась понять, в какой стороне находится заведение мадам Шпротс. Спрашивать вновь о том, где же найти бордель, теперь опасалась. Конечно, топографическим кретинизмом я не страдала, но и призов по спортивному ориентированию никогда не получала, поэтому оставалось рассчитывать лишь на удачу.

На улице стремительно темнело, в желудке урчало от голода, нога, которую так ловко вправил принц, вновь начала ныть. Поныть хотелось и мне самой, только вот времени на это не было. Перспектива ночевать одной на улицах города гнала меня вперёд, словно хищник раненого зверя.

Зачем я только потащилась на этот праздник? Но тут же довольно ухмыльнулась, вспомнив о знакомстве с принцем. Мадам Шпротс и её ненаглядная Мими просто обзавидовались бы, узнав, что служанка, деревенская дурочка, намывающая у них пол, целовалась с самим Ларионом. Жаль, что об этом никому нельзя рассказать.

Свернув в проулок и чуть не закричала от радости, – в десятке метров от меня сверкал и переливался огоньками бордель. Пожалуй, впервые в жизни так радовалась тому, что обнаружила публичный дом, но не в моей ситуации сейчас было выпендриваться.

Я робко приоткрыла дверь, надеясь, что хозяйка с девочками ещё не вернулись. Словно мышка кралась по коридорам, желая проскочить в свою комнату незамеченной.

– Лана! – послышался вдруг грозный оклик, и я замерла на месте.

В проёме кухни появилась внушительная фигура Симы, упиравший руки в бока.

– Где тебя носила, бессовестная ты девка? Скоро Марта и её профурсетки вернутся!

Я потупилась, не зная, что и ответить. Безумно хотелось поделиться историей про принца и о том странном, колдовском поцелуе, но кухарка вдруг запричитала.

– Лана, что с тобой случилось? Как ты? Кто тебя обидел?

Она бросилась ко мне и принялась меня осматривать, крутить, постоянно охая.

– И зачем я тебя отпустила? Ты же дурочка наивная, города не знаешь, людей не ведаешь! Что-нибудь болит? Сколько их было?

От этой заботы в голосе мне вдруг стало так тепло, я ведь уже и забыла, что кто-то может за меня волноваться. Я невольно всхлипнула, чувствуя облегчение оттого, что наконец-то в безопасности и что мне рады.

– Ну тише, тише, девочка!

Женщина меня приобняла и повела в комнату.

– Сейчас я тебя напою чаем и покормлю, и ты всё расскажешь тёте Симе! Но сперва мы тебя умоем, ой чумазая вся и нога разодранная и без башмака. Ох, горюшко! Не волнуйся, милая, всё будет хорошо!

Через полчаса я сидела на кровати, завёрнутая в чистую простыню и уже даже не всхлипывала, а лишь тихонько пищала, когда Сима обрабатывала мои ссадины какой-то вонючей мазью, которая ещё и жутко щипала. В руках у меня была кружка с ароматным травяным чаем, который с первого же глотка отправил меня в странное состояние блаженной нирваны и приятной расслабленности.

– … а потом появился он! – продолжила я рассказ, ойкнув от боли, когда кухарка бахнула щедрый шмоток мази на очередную царапину. – И спас меня!

Я даже вздохнула и мечтательно закатила глаза. Сейчас, сидя в безопасной спокойной комнате рядом с заботливой Симой, история виделась мне уже в ином свете: забылся липкий страх, грязь мостовой и смрад здоровяка, пытавшегося меня изнасиловать. Остался лишь манящий образ принца, освещённый ореолом геройства.

– Ой, и кто же это был? Красивый хоть? Может, из благородных? – с каким-то истинно девичьим любопытством спросила старуха.

То ли под влиянием чая, то ли разомлев от тепла, я невольно призналась: «Да, самый красивый и самый благородный. Это был принц Ларион!»

Сима отшатнулась и взглянула на меня как на умалишённую.

– Девка, ты говори, да не заговаривайся! – сердито произнесла она.

– Это был он, я клянусь! Я же слышала, как звали его подбегающие охранники! – уверенно и искренне сказала, глядя в глаза собеседнице. – А потом я его поцеловала! Точнее, – он меня!

Сима тихонько ойкнула, оглянулась по сторонам и приблизилась ко мне.

– Если это правда, Лана, то не вздумай никому про это рассказывать. А лучше забудь, как будто ничего и не было! – прошептала она настороженно. – Это в первую очередь в твоих интересах! Неужели ты думаешь, что инквизиторы позволят принцу даже взглянуть на поломойку из публичного дома?! Всё девка, ничего этого не было, усекла?

Внутри вдруг стало нестерпимо холодно и пусто, но я понимала, что мудрая старуха права.

Ничего не было, Света,тебе это просто приснилось…

Глава 18

Мужские руки… Такие сильные, но удивительно нежные; властные, но такие трепетные. Пальцы разминали мои щиколотки, переместились по голени к колену, а затем опалили жаром бёдра. Мне было одновременно хорошо и волнительно, тело жаждало продолжения, подаваясь навстречу, умоляя не останавливаться, но строгий разум уверял, что это неправильно.

Лицо мужчины было скрыто капюшоном, и лишь синие бездонные глаза мерцали, словно путеводные звёзды. Я чувствовала, что буквально загипнотизирована этим манящим и чувственным, но в то же время взволнованным взглядом. Потянувшись навстречу ласкам, чуть раздвинула ноги и прикрыла глаза, позволяя незнакомцу делать со мной всё, что он захочет.

Внутренняя я противилась происходящему, напоминая о проблемах, которыми чреват случайный половой акт, авторитетный сексолог во мне предложил разобраться, в чём причина моего нежелания вступать в интимную связь, но тут мужчина легонько скользнул пальцами по внутренней поверхности бедра, а затем сквозь ткань панталон, которая уже стала влажной от моей смазки, провёл по промежности. Мысли покинули голову по-английски, оставляя лишь звенящую пустоту и какие-то животные или первобытные инстинкты.

Я рефлекторно сдвинула колени, одновременно издавая слабый стон удовольствия. Но рука мужчины оставалась на том же месте: запястье надавливало на мой лобок, а пальцы скользили вверх-вниз по половым губам, постепенно усиливая нажим.

– Н-е-е-ет… – хрипло прошептала я.

– Ты же хочешь этого, Лана… – прошелестел низкий обволакивающий голос, сковывавший моё сопротивление. – Ты просто напугана. Но ведь боишься не самого секса, ты в ужасе от того, что можешь привязаться, стать уязвимой.

– Не на-а-адо…

Чёрт, этот кто-то раскладывал по полочкам всё то, что творилось в душе. После того как мой жених изменил мне с лучшей подругой, я полностью разочаровалась в мужчинах и никого не подпускала к себе и на пушечный выстрел.

Незнакомец оттянул резинку панталон и скользнул под них рукой. Я больше не могла и не хотела сопротивляться. Подушечка его среднего пальца нащупала чувствительный возбуждённый клитор и обвела его по кругу. Остальные пальцы вновь пробежались по мокрым и скользким от смазки складочкам.

– Ты такая горячая и влажная! Зачем ты врёшь мне, а в первую очередь – себе? – ласково и страстно спросил незнакомец.

Движения рук мужчины становились всё более напористыми и жадными. Он больше не сдерживал себя и не слушал моего лепета с просьбами остановиться. Теперь и я сама подавалась ему навстречу, чувствуя себя музыкальным инструментом, на котором играет виртуоз. Мои жалобные стоны и заставляющее краснеть хлюпанье смазки; хриплое дыхание незнакомца и его порочный шёпот, призывавший меня наконец-то отпустить контроль…

Внезапно я ощутила, как сразу два пальца нырнули внутрь меня, находя такие эрогенные точки, о существовании которых и не подозревала. Тело выгнуло дугой, по коже стайкой пробежали мурашки, а внутри начал зарождаться огненный торнадо, готовый смести всё на своём пути.

– Лана, проснись! – вдруг приказал незнакомец сварливо.

– Очнись, девка! – повторил он голосом Симы.

– Ммммм… – промычала я, стараясь понять, что происходит, и открыла глаза.

Прямо надо мной нависла монументальная кухарка, глядя на меня встревоженно.

– Девка, ты чего так жалобно стонешь? – спросила она шёпотом. – Кошмар приснился, да?

Всем бы такие кошмары… Мне казалось, что тело ещё хранит жар прикосновений мужчины, а между ног всё пылало от нереализованного желания.

– Ага, кошмар! – подтвердила, покраснев.

– Ну и хорошо, что я тебя разбудила! Всё равно вставать уже скоро, так что поднимайся, заодно хозяйке поможешь! – безапелляционно заявила кухарка.

Наскоро умывшись и расчесавшись, я сбежала вниз. Несмотря на то что царил тягучий предрассветный час, когда солнце готовится подняться над горизонтом, но не торопится, нежась и позёвывая, в доме было шумно. Где-то хлопнула дверь, звякнули какие-то склянки. Навстречу мне выскочила недовольная мадам Шпротс.

– Больше никаких выходов в город! – рявкнула она так, что у меня сердце невольно замерло.

Неужели Сима рассказала о том, что со мной произошло? Я хотела уже было начать оправдываться, но женщина даже не обратила внимания, обращаясь к кому-то, кто остался в гостиной.

– Чтобы я больше вообще не видела у тебя в руках спиртного! Никогда! Поняла, Ляля? – продолжила кричать она, хватая меня за локоть и таща за собой.

В гостиной на диване лежала бледная рыжеволосая девица, слабо постанывая и икая.

– Лана, помоги мне дотащить эту винную бочку до её комнаты. Стоило всего на десять минут отвернуться, а она уже успела налакаться. Стыд! Мне пришлось вести её через весь город. Что скажут люди? Что у мадам Шпротс работают алкоголички? Чего замерла, хватай её за щиколотки и поднимай! Да как ты несёшь? Не ногами же вперёд!

С горем пополам мы отнесли похрапывающую Лялю в её комнату и уложили на кровать.

Хозяйка борделя пождала губы, глядя на беззастенчиво дрыхнущую путану, и даже цокнула языком.

– Ох, как это не вовремя! Сегодня вечером я ожидаю важных клиентов! – сварливо и задумчиво произнесла она, а затем вдруг резко повернулась ко мне. – Ну что же, Лана, придётся сегодня выпустить тебя к гостям! Но сперва, конечно, поколдовать над твоей внешностью!

Нет! Только не это!

Глава 19

Мадам Шпротс окинула меня оценивающим взглядом и недовольно поджала тонкие губы.

– Да уж, работы тут непочатый край… – констатировала она. – Ладно, сегодня можешь не убирать. Придётся заняться твоим внешним видом и образом. Никто не скажет, что в публичном доме мадам Шпротс работают деревенские дурнушки.

Я хотела было заявить, что не дурнушка и не желаю становиться одной из её девочек на продажу, но вовремя прикусила язык. Вылететь на улицу незнакомого города , лишиться крова, работы и магического обучения для меня сейчас было просто немыслимо. Поэтому лишь покорно кивнула.

Ох, ну какая из меня путана? Я же уже забыла, как член мужской выглядит, хорошо хоть малахитовые недавно натирала – чуть освежила в памяти. Если ко мне полезет кто-то из клиентов, то единственное, что смогу ему дать, это – по морде. Оставалось надеяться, что на меня никто не обратит внимания на фоне сногсшибательных красавиц.

Хозяйка борделя уверенно и двинулась вперёд по коридору, а я двинулась за ней. Судя по всему, мы отправились в её кабинет, в который мне было запрещено входить. Интересно, что там у неё? Может, прямо посреди комнаты стоит котёл с зельем молодости и красоты, сваренное из крови девственниц.

С некоторым замиранием и опаской вошла в святая святых, ожидая увидеть что угодно. Но огромный кабинет выглядел вполне мирно и даже буднично, по крайней мере ничего, свидетельствующего о ведьминской составляющей жизни хозяйки здесь не было. Скорее это было обиталище главбуха или управленца: широкий массивный стол, заваленный бумагами, счёты с костяными кругляшками, изящная чашка с остатками кофе.

Хозяйка подошла к своему месту, уселась на стул, с удовольствием сделала глоток и зажмурилась, словно забыв о моём существовании.

– Закрой глаза! – строго приказала женщина, и я тут же повиновалась.

Раздался тихий щелчок странное жужжание. Наконец, с разрешения мадам Шпротс я подняла веки и чуть не вскрикнула от удивления: на месте камина появился небольшой проход в комнату, которая вся была заставлена стеллажами с разномастными склянками, банками и колбами, в которых находились жидкости и порошки всех цветов радуги.

– Ой… – восхищённо воскликнула я.

Госпожа Марта чуть покраснела, явно довольная моей реакцией.

– Ступай за мной, но только аккуратно! Не дай бог, что-нибудь разобьёшь или заденешь, превращу в жабу!

Крайне осторожно я вошла в комнатку следом за хозяйкой, боясь даже вздохнуть. Женщина задумчиво шествовала вдоль полок и тихонько бормотала себе под нос: «Да, вот это пригодится… и это обязательно… и крем из семь-травы… да, эликсир для волос непременно!» Она не глядя передавала мне пузырьки и колбы, которые я бережно складывала в передник, дрожащими от напряжения руками.

– А теперь дуй в ванную комнату! – повелела женщина. – И запомни: голубой жидкостью помоешь волосы, крем из баночки нанесёшь на лицо, масло зелёное – на тело, пеной вот этой намоешь свои причинные места, а вот этим средством уберёшь все лишние волосы на теле! Да не перепутай, дурёха, а то на голову намажешь, – останешься лысая. А про то, что здесь видела – молчок, поняла?

Я вновь лишь кивнула и понеслась в ванную, торопясь, чтобы не забыть напутствия госпожи Шпротс. Не хватало только и впрямь обзавестись лысиной, хотя тогда точно бы никто из клиентов на меня не взглянул.

Скинув одежду, принялась наносить средства согласно инструкции, надеясь, что всё пройдёт гладко. Эликсиры, масла и крема приятно пахли какими-то травами и были удивительно нежными на ощупь. Я тихонько запела, наслаждаясь временем, которое могла потратить на себя, не торопясь отмывать полы и натирать всё до блеска. У моего нового тела оказался весьма приятный низкий голос с сексуальной хрипотцой, о которой всегда мечтала.

Через полчаса, посвежевшая и расслабленная, наконец, подошла к зеркалу и буквально онемела от восторга: прыщи, «украшавшие» раньше лоб, исчезли; длинные волосы блестели и струились, словно настоящий шёлк; на теле не осталось ни единого волоска, всё было гладеньким, будто только что вышла из салона эпиляции. Я похорошела невероятно. Так вот куда госпожа Марта тратила магические ресурсы…

Надев своё простенькое платье, вышла в комнату, где, оказывается, меня уже поджидала сама хозяйка. Она коротко мазнула по мне взглядом и удовлетворённо кивнула.

– Ну так-то лучше! – произнесла она. – А что за песни ты сейчас исполняла? Я таких не знаю. Это ваши деревенские напевы какие-то? Я даже слов не смогла разобрать.

Ну, конечно, я же распевала «Сектор газа». Не удивительно, что госпожа Шпротс не знакома с этими композициями.

– Сегодня вечером будешь петь для гостей! – безапелляционно заявила она. – А теперь примерь то, что я для тебя подобрала.

С некой нерешительностью я взглянула на разложенную на кровати одежду и разочарованно хмыкнула. То, что принесла хозяйка, удивительно напоминало мои обычные наряды в родном мире: белая блузка с симпатичными жемчужными пуговками и длинная чёрная юбка в пол с игривым разрезом; довершал образ шелковистый халатик, отдалённо напоминающий медицинский.

Да, госпожа Марта действительно видела людей насквозь, раз попала в точку. Ей удалось почувствовать, считать то, кем я являлась на самом деле.

Облачившись в принесённую одежду и туфельки на высоком каблуке, я замерла, ожидая реакции хозяйки. Та осматривала меня как скульптор, придирчиво любующийся своим произведением и думающий, что можно улучшить в шедевре.

– Чего-то не хватает… – протянула она, а затем запустила руку в карман платья и вытащила очки, которые тут же водрузила мне на нос.

– Превосходно! – пропела она, цокнув восторженно языком. – Вот теперь ты воплощённая красота и сексуальность! Уверена, у тебя не будет отбоя от клиентов! Всё, теперь я наконец-то могу отдохнуть!

Она выплыла из комнаты, мурлыкая под нос мотив «Пора домой», а я с любопытством бросилась к зеркалу. Да, госпожа Марта была права: от клиентов мне и впрямь не отвертеться, ведь из зеркала на меня взирала роскошная красавица в сдержанном, но безумно сексуальном образе, подобранном с удивительным знанием дела. Ну что же, Света, вот ты и путана!

Глава 20

Я слонялась по дому, не зная, чем себя занять. Вроде бы хозяйка и освободила меня от трудовой повинности, но безделье будило во мне тревожные мысли, которых с условием текущей ситуации было предостаточно. Аккуратно сложив одежду на кровать и убрав волосы в косу, решила всё же отправиться к Симе на кухню, – вдруг ей понадобится моя помощь.

Войдя в помещение, наполненное запахом свежего хлеба, почувствовала себя спокойнее. Сгорбленная кухарка направилась ко мне, цокая языком и рассматривая меня с каким-то детским любопытством и восхищением.

– Ты гляди, чего творится! – присвистнула она. – Не зря Марта свой хлеб ест, вот может ведь конфетку из чего угодно сделать. А вечером начепуришься и всех её девок за пояс заткнёшь. От клиента отбоя не будет.

От сомнительного комплимента и ещё более сомнительной перспективы я скривилась, словно мне ложку рыбьего жира преподнесли.

– А ты чего куксишься, девка? Знаешь сколько желающих на твоём месте оказаться! – взвилась старуха. – Всё же дом терпимости мадам Шпротс, это тебе не грязный потаскушник портовый!

– Не хочу я перед мужчинами незнакомыми за деньги ноги раздвигать! – то ли вскрикнула, то ли всхлипнула я, балансируя между отчаянием и злостью.

– А забесплатно лучше? – ехидно поинтересовалась кухарка. – А то я не знаю, за что тебе дом в деревне подпалили! Ну, не хочешь раздвигать, и не надо! Хотя что там у тебя за сокровище такое, что допускать наших мужиков не хочешь? Да и всё равно они сюда не за твоей прелестницей являются! Тут удовольствия в основном другого толка предоставляются…