Текст книги "Матьмоегоребенка, или Азбука аферизма"
Автор книги: Татьяна Огородникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
22. Встреча
Марина появилась в кафе на следующий день. Как ни в чем не бывало она вошла, когда Иван заканчивал трапезу.
– Привет! – Глаза лучезарно сияли, спина была прямой, талия – тонкой, хрупкие руки с трудом удерживали сумку и пару журналов, ключицы с выступающими косточками казались почти прозрачными.
– Привет! – стараясь казаться равнодушным, ответил Иван.
Ему стоило немалых усилий удержаться от крика радости. Он прошептал про себя: «Наконец-то ты пришла!»
– Можно я присяду за твой стол? – она уставилась на него своими зелеными глазами-блюдцами.
Ивану понравилось фамильярное обращение. Марина каждый раз была новой, при этом оставалась все той же рыжеволосой хрупкой девчонкой.
– Конечно, садись.
Они немного помолчали. По телу Ивана разлилось мягкое тепло. Он подумал, что пора приступать к решительным действиям. Сейчас или никогда.
– Марин, ты можешь откровенно ответить мне всего на один вопрос?
– Конечно, – последовал наивный взгляд и в нем промелькнула веселая искра. – Если, конечно, он не касается сырников и архитектурных консультаций.
– Нет, не касается. – Иван собирал волю в кулак. Он чувствовал себя как в школе. Перед тем, как сделать предложение учительнице. С того времени его ни разу не посещала такая неуверенность, робость и всепоглощающая любовь. Собравшись с мыслями, он продолжил:
– Я хотел бы пригласить тебя вечером в кино. – Гурьев удивился отсутствию привычного красноречия.
Марина расхохоталась так задорно, что трудно было не улыбнуться, глядя на нее. Иван готов был смотреть на ее запрокинутое смеющееся лицо целую вечность.
– Я думала, ты собираешься сообщить мне, что кто-то умер или предложить пост в совете министров. Ты всегда так серьезно приглашаешь девушек в кино?
Иван оскорбился:
– Я вообще не хожу в кино, тем более не приглашаю никаких девушек.
– Извини, – кажется, она смутилась. – Ты хочешь сказать, что собираешься ухаживать за мной?
Иван мог бы многое сказать в этот момент. Он мог бы рассказать, как именно он будет ухаживать, объяснить, что пока у него не так много денег, чтобы на достойном уровне, на том, котором она привыкла (он имел в виду с Янисом) обеспечивать ее жизнь, отдых, подарки, но он сделает все, чтобы рано или поздно она поверила ему. Поверила в то, что он – единственный мужчина, который может любить ее так, как она того заслуживает. Вместо всего этого Ивану удалось произнести только банальное, зато уверенное:
– Да.
Марина задумалась, по ее лицу пробежала тень, она торопливо встала. Иван испугался, что она уйдет.
– Я сейчас, – она побежала в туалетную комнату, чуть не уронив стул. Иван решил, что она неважно себя чувствует. Вернувшись, Марина, как ни в чем не бывало, заявила:
– Ты знаешь, я готова пойти с тобой в кино. Только не слишком поздно. У меня завтра встреча с утра пораньше. Насчет дома.
Иван никак не мог стереть с лица блаженное туповатое выражение.
– Так я позвоню, когда куплю билеты?
– Конечно, запиши мой телефон.
Ему не надо было записывать, он выучил его наизусть с первого раза, когда диктовал Глеб. Но, пытаясь сохранить лицо, он демонстративно приготовился фиксировать заветный номер в записную книжку мобильника.
– Семь шесть три пятьдесят двенадцать.
Это был другой номер, не тот, который дал Глеб. Иван записал его под именем «Любимая».
Марина смотрела на него во все глаза. У нее вообще была эта манера: она могла, подолгу не мигая, гипнотизировать человека своим зеленым взглядом. Ивану казалось, что она видит его насквозь. Впрочем, он был недалек от истины.
– Марина, спасибо! – прозвучало искренне и трогательно. – Позавтракаешь со мной? – прозвучало убого и буднично.
Она уловила разницу и, вероятно, поэтому отказалась.
– Нет, я пойду. Вечером увидимся, – видимо, Марина в своем восприятии мира была тоньше, чем он. Она не собиралась омрачать эмоциональный фон животным поглощением пищи. Она протянула ему крохотную руку.
Иван задержал холодную ладонь в своей.
Марина, не отводя взгляда и не делая попытки высвободить руку, спросила:
– А как твоя семья?
– Моя семья? – Иван удивился. – Спасибо, все в порядке.
– Я имею в виду твою жену. Разве ты не понимаешь, что это – предательство?
– Я как-нибудь тебе обо всем расскажу. Но пока ты можешь мне поверить, что я никого не предаю. Более того, никогда не предавал.
– Ну, тогда хорошо. До вечера! – она улыбнулась и направилась к двери. Уже возле выхода Марина резко обернулась:
– Я видела здесь твою Аню. Она не производит впечатления счастливого человека.
Марина пропала так быстро, что Гурьев засомневался, что последняя фраза ему не померещилась.
На работе в этот день все спорилось и ладилось. Глеб радостно насвистывал «потому что нельзя быть красивой такой», Иван не мог стереть с лица дурацкую счастливую улыбку, что, впрочем, не мешало ему завершить долгие переговоры по строительству коттеджного поселка с немецкой компанией «Бауман». Немцы только недавно согласились стать эксклюзивными партнерами компании G&G, что в расшифровке означало Гурьев и Глеб или Глеб и Гурьев.
Встречи, звонки, переговоры и дискуссии с Глебом тянулись, будто мучительные дни в санатории для пенсионеров. Иван не мог дождаться восьми часов, чтобы выехать из офиса и встретить Марину в кинотеатре «Стрела». Каждый шаг, связанный с Мариной, стал предметом противоречивых размышлений. Прежде чем принять решение забронировать билеты на фильм «Охота на папиков», Иван звонил в службу бронирования и доставки билетов четыре раза. Еще он думал, стоит ли заехать домой переодеться, а может, лучше купить новый пиджак от Армани; побриться прямо в офисе на глазах у Глеба или это будет слишком? Каким парфюмом надушиться или просто воспользоваться дезодорантом? Стоять внутри или снаружи кинотеатра, а может, просто, сидя в машине, ждать, когда Марина приедет… Словом, важных вопросов было много. В итоге было принято решение: сделаю все, что смогу, а дальше – будь как будет.
Удивительно, самая болезненная и сокровенная мысль ни разу не посетила Ивана. Он даже не подумал, куда он повезет Марину, если вдруг…
Еще один вид аферизма – так называемый «привычный» или «бытовой». Так я называю составленные на коленке гороскопы, прогнозы погоды, которые никак не дружат с Гидрометцентром; гадания на кофейной гуще и прочие спиритические сеансы. Рискну, впрочем, предположить, что наши любимые зодиакальные гороскопы составлены таким образом, что любой человек сможет идентифицировать себя со своим знаком. Вы не найдете ни в одном из прогнозов гороскопа слов типа «злой, вероломный, жадный…». Куда приятней читать о себе «сильная личность, осторожный, любит драгоценности…» Если верить гороскопам, то людей второго плана на земле нет вообще.
Кстати, не так давно нашли новую звезду, в связи с чем решили все знаки зодиака сдвинуть почти на месяц. Так что Раки стали бы Львами, Львы – Девами, а Весы – Скорпионами. Правда, вскоре после находки слухи о переделке гороскопа утихли. Умные шарлатаны поняли, что ущерб превзойдет все мыслимые ожидания, и решили проигнорировать новую звезду. Кто жил без нее Козерогами – Козерогами и помрет!
23. Охота на папиков
Если честно, фильм был выбран не совсем удачно. Нет, вполне себе кино – суперактеры, завораживающий сюжет, известный режиссер, психологические ходы… Но сама идея того, как женщины используют свой арсенал, чтобы заработать денег на чувстве, показалась Ивану приземленной и не имеющей отношения к возвышенному состоянию, в котором он пребывал. Кроме того, героев фильма оставалось только пожалеть – уж слишком они были беспомощны и падки до коварных женских уловок. Гурьеву очень хотелось, чтобы Марина хоть чуть-чуть разделяла его настроение. Марине, правда, фильм понравился. Она сказала, что не смогла бы так, но очень хотела бы. Иван робко надеялся, что смог передать хоть толику своего чувства в легком рукопожатии, которое позволила ему Марина в темном зале кинотеатра. Честно говоря, он добровольно освободил ее руку, потому что почувствовал, как его ладонь за одну секунду взмокла от волнения.
После они пошли посидеть в баре кинотеатра, заказали фруктовый чай и ананас и принялись обсуждать увиденное.
Марина была задумчива и встревожена. Иван испытывал разочарование и возбуждение.
– Если ты хочешь сказать, что все мужики – такие уроды, у тебя появился шанс убедиться, что это не так! – горячо предложил Иван.
– Я вовсе так не думаю, – спокойно возразила Марина. – Просто те способы обмана, которые мы видели, настолько примитивны, насколько примитивны те, кого обманывают.
– Ты хочешь сказать, что все мужчины примитивны? – Иван начинал злиться.
Марина оставалась спокойной и рассудительной.
– Ты знаешь, Ваня, – она впервые назвала его так, – я никогда не думаю обо всех мужчинах. Для меня существуют только те, с кем я знакома лично. Могу сказать только, что все вы – разные, как и мы. Мне не нужно никаких специальных приемов, чтобы понравиться человеку, которому я просто нужна. Так же и ему, если он нужен мне.
Это прозвучало чересчур глубокомысленно, но убедительно на все сто. Если учесть, что Марина, не мигая, смотрела Ивану в переносицу.
Иван понял, что все слова, которые вылетают из уст Маринки, – святая истина. Кроме того, он понял, что она не согласится переспать с ним, по крайней мере в ближайшие несколько месяцев.
Иван стал раздумывать, как бы аккуратно расстаться, не уменьшив желание Марины увидеться с ним в следующий раз. Раздумье отняло некоторое время и заставило Ивана сосредоточиться на своих мыслях.
– Извини, я не расслышал, – он правда не услышал слов Марины. Она чуть помолчала и повторила:
– Я хочу секса. С тобой. – Ее взгляд ни на мгновение не отрывался от его глаз.
Иван оторопел, он не был готов. Он не придумал ничего глупее, чем занять неловкую паузу вопросом:
– Ты уверена? – Он не придумал.
– Уже нет, – засмеялась Марина в своей беззаботной детской манере.
– Хочешь шампанского?
– Брррр… – передернулась Маринка, – я терпеть не могу пить просто так.
«Жалко, – подумал Иван, – я бы выпил пару бокалов, одному как-то неудобно».
Марина словно прочитала его мысли:
– Хочешь, выпей, я могу отвезти тебя домой.
Иван понял, что совсем не готов к такому стремительному развитию событий. Хотя почему бы не снять напряжение? Он заказал двойной скотч со льдом. Марина с любопытством наблюдала за ним.
После скотча Иван почувствовал себя намного увереннее.
– Я согласен, чтобы ты отвезла меня хотя бы до метро. Я совершенно спокойно пользуюсь всеми видами человеческого транспорта.
– Хорошо. Машину ты можешь забрать и завтра, правда?
– Ты очень добрая. – Иван нежно взял ее ладонь в свои и поднес ее к лицу. Марина наблюдала за ним с интересом. Иван слегка повел носом и ощутил тонкий свежий аромат. Так пахли ручки у Дашки. Он закрыл глаза и прикоснулся к ладошке губами – трепетно, почти неуловимо. Потом легонько лизнул ладошку языком и почувствовал слегка солоноватый вкус Марининой кожи. Он исследовал каждую линию на ладошке, проник между пальцами, оставив горячий влажный след на перепонках. Ладонь выгибалась все больше и больше. Казалось, что нормальный человек не сможет так завернуть пальцы, они расположились почти перпендикулярно запястью. Иван нежно обволакивал языком каждый пальчик маленькой любимой руки. Он молил бога, чтобы мгновение продлилось как можно дольше. Он не просто хотел ее, он готов был раствориться в ней. Гурьев чувствовал, как оттопыривается молния брюк, не желая выпускать бойца наружу.
Вдруг на это самое место легла легкая рука и как будто из другого мира зазвучал хриплый голос:
– Поехали, Вань. А то тяжело.
Иван опомнился. Он понял, что они находятся в довольно светлом помещении бара. На виду у всей остальной публики, которая с удовольствием смотрит эротическую зарисовку.
– Поехали. Извини. – Он бросил на стойку деньги. – Достаточно? – Официант тупо кивнул, он, видимо, хотел бы досмотреть зарисовку до конца. – Сдачи не надо.
Они вышли в прохладную сумеречную весну и молча дошли до Марининой машины.
– Ну, не бойся! Я – прилежный, хотя и быстрый водитель, – подбодрила она.
Иван открыл дверь и практически упал на откинутое сиденье. Марина робко примостилась на водительском месте.
– Марин! – Она повернула голову. – Дай руку! – Она протянула руку. Иван остервенело принялся ласкать языком тонкие пальцы, иногда прикусывая их зубами. Ему казалось, что он сходит с ума от желания. Марина откинулась на сиденье и, прикрыв глаза, провела свободной рукой по ноге, одновременно подняв юбку. Иван заметил, что на ней не было трусиков, – маленькая узкая полоска тщательно выбритых волос открылась его взгляду.
Марина спросила спокойным будничным голосом:
– Поехали?
– Поехали! – ответил Иван и установил сиденье в удобное для себя положение. До метро они ехали в абсолютной тишине. Иван испытывал отчаянное чувство неуверенности, что он когда-либо сможет увидеть Маринку вновь. Она остановила машину в пяти шагах от Баррикадной и приказала:
– Иди.
Иван опасался, что каждое неверное слово может спугнуть ангела любви. Он тихо прошептал:
– Люблю тебя.
И вышел из машины, не оглядываясь, опустился в сгусток многолюдной энергии, где витали радости и беды миллионов людей. Каждому из миллиона казалось, что его энергетический клубок – самый важный.
Войдя в квартиру, Иван целенаправленно пошел в комнату к Ане и израсходовал весь заряд накопившегося семени. Он молча и дежурно трудился для того, чтобы выпустить пары. Аня молча и покорно приняла подачку, не забыв сказать: «Я люблю тебя больше жизни». Когда Иван принял душ и направился в свою спальню, он различил неясные звуки, похожие на приглушенные подушкой рыдания. Впрочем, ему было не до этого. Он торопился думать о Марине. Ему почему-то было неловко позвонить ей именно сейчас и спросить, как она добралась. Тем более что рядом мог быть Янис. Он решил позвонить завтра. Есть чем заниматься – надо подумать.
«Господи, как я счастлив! – едва слышные рыдания Ани не мешали ему думать о счастье. – Я так долго ждал ее. Кто ищет, тот всегда найдет. Странно, что Аня плачет. Неужели женщины так тонко все чувствуют? Как равнодушен к чужим неприятностям бывает счастливый человек…» Вот о чем думал Гурьев, лежа в своей просторной кровати.
Еще он прикидывал, как переедет с Маринкой в квартиру на Тверской, что осталась от родителей. Нет, он ни в коем случае не ущемит никого из близких. Бесконечная любовь к Дашке немного померкла, столкнувшись с мощным энергетическим полем любви к Марине. Даже не так – она быстро и удобно трансформировалась в выполнение отцовского долга. «Дашку я в любом случае поставлю на ноги, я дам ей все лучшее: образование, воспитание, манеры», – Ивана неприятно кольнуло. Он ощутил внутри подмену понятий. Но волна сладостной внутренней истомы отогнала в сторону неприятные мысли. Иван сказал негромко:
– Разрешите быть счастливым?
– Разрешаю! – ответил он сам себе и заснул.
Еще одна сфера деятельности, которая буквально кишит аферистами, – торговля. Причем все ее виды. Предмет продажи разный, способ – один. Иногда ты должен убедить клиента в том, что твой товар не глубинная безродная необразованная сирота, а самая что ни есть неизвестная принцесса, которая к тому же любит тебя больше жизни. Иногда необходимо продемонстрировать полную незаинтересованность в продаже какого-нибудь гектара земли, так как в листе ожидания осталась последняя незанятая строка. И если ты будешь хорошо себя вести, то это место может быть твоим.
Еще одним способом махинаций является возврат бракованного товара, различные скидочные карты, выдача твоих же наличных денег с банковских счетов ограниченными суммами…
24. Маркиз
Иван проснулся чуть свет. Ему хотелось петь и обнимать весь мир. Мир, однако, был довольно воинственно настроен. Аня прятала глаза, Дашка с любопытством разглядывала папу, понимая, что он – другой, бабуля вообще не выходила из комнаты, сославшись на головную боль. Но чужие проблемы казались мелкими, несущественными и эгоистичными. Как эти люди могут понять, что испытывает Иван Гурьев, встретивший долгожданную любовь всей своей жизни… Иван скоро собрался и отправился на завтрак в кафе. Сегодня он даже не думал, придет Маринка или нет, он и так знал, что теперь она не сможет без него дышать, как, впрочем, и он – без нее.
Иван не мог усмирить романтических мечтаний. Он привычно плюхнулся на свое место.
– Как обычно? – спросил до боли знакомый голос. Но это не был голос Алены. Это и не мог быть ее голос. Сегодня Алена работает у него дома. Она занимается с Дашкой.
– Почему ты принимаешь заказ? – не поднимая глаз, спросил Гурьев.
– Кроме всех прочих, это еще одна моя обязанность, – ответила МАТЬЕГОРЕБЕНКА.
Иван подумал, что Анюта, как всегда, последовательна и сдержанна. Еще он подумал, что именно этих качеств ему не хватает в жизни.
Гурьев поднял глаза на Аню. Как ни странно, его охватило чувство гордости. Эта красивая сдержанная женщина в строгом, элегантном костюме, с аккуратным французским маникюром, естественным румянцем и благородным холодным лицом была ему близкой, почти родной. Он вдруг подумал, что она хороша в постели, и улыбнулся. Странно, но даже при сложившихся обстоятельствах Гурьев считал Аню своей собственностью. Он не мог представить себе, чтобы однажды она сказала ему о том, что любит кого-то другого. Аня принадлежит ему и Дашке. Следующая мысль неприятно резанула сознание: а вдруг Аня устроилась на работу, чтобы найти себе кого-нибудь? Гурьев заметил пару неприятных мужиков, которые не сводили глаз с симпатичной администраторши. Вот и теперь они завистливо уставились на него, потому что она решила обслужить именно его. Аня, очевидно, была готова к его приходу, если задала такой вопрос. Продолжая улыбаться, Гурьев ответил:
– Как обычно.
Теперь он раздумывал, оставлять ли Ане чаевые. «Интересная игра, – подумал он про себя. – Будет еще интереснее, если сейчас появится Марина…» Вспомнив о ней, Иван почувствовал себя немного скотиной. Только не понял, по отношению к кому.
Она не пришла. Тем не менее Гурьев прибыл в офис в радужном настроении. Глеб был настроен далеко не так оптимистично.
– Ты сияешь, как начищенный для продажи самовар, – заметил он.
– Никогда не видел самоваров, подготовленных к продаже, – парировал Иван. – Давай не будем лезть в личную жизнь близких, пока они не попросят! Что там у нас по Переделкино?
Они занялись рутинной деятельностью – звонки, переговоры, юристы… В два часа Иван почувствовал болезненно-острое желание услышать голос Маринки. Он вышел на улицу и набрал ее номер.
– Как ты? – Оригинальным быть не хотелось.
– Скучаю. – Ей, видимо, тоже.
– Давай поужинаем часов в восемь, – предложил Иван.
В ответ раздался короткий смешок.
– Зачем тратить время понапрасну? Я не люблю ужинать.
– Извини, я забыл. А театр? Ты любишь театр?
– Люблю, – протяжно ответила трубка.
– Тогда я приглашаю тебя в театр. Хочешь смеяться или плакать?
– С тобой я все равно буду смеяться, – ответила Маринка.
У Ивана зачесались лопатки. Он подумал, что, по большому счету, крылья могли бы начать расти и пораньше.
– Марина!
– Что?
– Я, наверное, не должен говорить этого по телефону.
– Все равно. Говори!
– Я люблю тебя. Ты – моя женщина, моя судьба, я мечтаю о каждом твоем взгляде, о каждом вздохе и слове. Твой Иван.
Трубка захохотала.
– Звуковое письмо?
– Практически, да. Заеду за тобой вечером.
– Нет! – резко ответила Марина. – Я приеду сама. Позвони, скажи, куда и во сколько.
Иван немного отрезвел от резкого звука изменившегося Марининого голоса.
– Хорошо. Я позвоню.
Часа три Иван Гурьев, не большой любитель театральных постановок и театральной жизни в целом, занимался выбором спектакля для Марины. Он остановился на «Маленьких комедиях», премьера которых именно сегодня должна была состояться в Вахтанговском театре.
Уже с билетами в руках, стоя на крыльце Арбатского очага театральной культуры, Иван отчаянно набирал Маринкин номер. Абонент недоступен. Попробуйте перезвонить позднее. Он пробовал, наверное, тысячу раз. Равнодушный совет автоматического голоса не давал других рекомендаций. Да и что, собственно, тут можно было посоветовать? Выбросить идею культпохода в ближайший мусорный бак? Он мог выбросить ее только вместе с головой. Пойти на спектакль одному или пригласить любую из проходящих мимо девушек? Другие девушки не интересовали Ивана, ему нужна была только та самая, недоступная. Он с отчаянием обреченного набирал заветный телефон. Внезапно осенившая Ивана мысль о том, что с Маринкой могло что-то случиться, с каждой секундой обрастала визуальными подробностями. Вот она сидит в машине за рулем, и слева на красный пролетает «Порше-Кайен», со всей дури врезаясь в Маринину «Тойоту» прямо со стороны водителя. …Вот толпа народа указывает врачам «Скорой», как лучше пристроить переломанное окровавленное тело на носилки… Вот Маринка без сознания в коридоре городской больницы, вся в крови, никто не знает, что с ней, как ее найти… Паника постепенно овладела сознанием Ивана. Он позвонил Глебу.
– Что, такой короткий спектакль? Я догадывался, что ты не театрал. Но чтобы до такой степени… – начал свою едкую песню Глеб.
– Да подожди ты, она не пришла. Вернее, она не смогла не прийти. Я думаю, что могло случиться что-то неприятное. Иначе она позвонила бы. – Голос у Ивана был встревоженным не на шутку.
– А ты звонил ей? – вопрос был откровенно тупым, на месте Ивана любой другой усомнился бы в умственных способностях Глеба.
– Раз двести. Я звоню ей постоянно. Недоступен, попробуйте позднее.
– Может, номер не тот? Ты точно правильно записал?
– Я не записал, мне не надо его записывать, он у меня в телефоне.
– Подожди, давай все-таки уточним. – Глеб начал щелкать меню телефона в поисках контактов. – Пять ноль два сорок три девятнадцать. Такой?
– Я болван! – Ивана осенило: как он мог забыть, Глеб же говорил ему этот номер в самом начале. – Все, Глеб, давай я перезвоню. – Ивану не терпелось узнать, почему Марина так сильно опаздывает.
Иван поспешно набрал номер. Сразу же после первого гудка в трубке раздался мужской голос:
– Да! Говорите, кто это? – Иван узнал голос. Это был Янис. Впрочем, сейчас Гурьева не сильно волновало, что тайна их отношений с Мариной раскроется.
– Янис, привет, Иван говорит.
– Привет, дорогой, привет! – Иван с облегчением подумал, что если он пока дорогой, то бояться нечего. – Куда ты пропал? Я с удовольствием увиделся бы с тобой. Есть что обсудить.
– Я… просто не хотел тебя беспокоить. – Иван не готов был вести дружеские беседы. Он пошел ва-банк: – Ты знаешь, я ищу Марину. Мы договорились созвониться, я не дождался звонка, вот, звоню сам, – он немного лукавил, оберегая братские чувства Яниса от беспокойства.
Тот, впрочем, и не думал беспокоиться:
– Да вот она, рядом. Могу передать ей трубку.
Сказать, что Иван удивился, было бы несправедливо. Он едва не уронил телефон.
– Пожалуйста, – взмолился Гурьев. На лбу выступила испарина, он вытер ее рукавом пиджака, который специально надел по случаю культпохода. Некоторое время в трубке играла музыка, затем женский голос произнес:
– Я слушаю, – это был не Маринкин голос. Чужой, холодный, бесцветный – он не мог быть Марининым. Вернее, все совпадало: голос был тот же, которым Марина разговаривала, но сейчас это был голос не его, Ивана, любимой девушки. Чужая женщина нетерпеливо попросила:
– Говорите.
– Марина, это я. Иван. Я жду тебя здесь. Что-то случилось? Почему ты не приехала?
– Я не смогла. Извини.
Все. Конец разговора. Ивану почему-то не стало легче от того, что Маринка жива. Ему стало невыносимо тоскливо и погано на душе. Он не смог еще раз набрать этот номер. Ему не хотелось говорить с жизнерадостным Янисом. Он решил поговорить с Глебом.
– Ну что, нашлась? – спросил друг.
– Нашлась. Но объяснений я не получил.
– Слушай, Вань, я тебе давно говорил. Плюнь ты на все это. Лучше будет. Пойдем в спорт-бар, выпьем пива, футбол сегодня. Вспомним хорошие времена!
– Пожалуй, пойдем!
Аферы с банковскими счетами – отдельная тема, она достойна отдельной книги. Но в этой позволю себе отделаться одним предложением: друзья, несмотря на то что все банки живут на ваши средства и выстраивают долгосрочные пирамиды, все-таки храните деньги в крупных банках или в банках, которые дружат с крупными людьми.
Копировать действия этих людей – единственный способ спасти честно заработанные финансы от кризисов и дефолтов.
