Текст книги "Матьмоегоребенка, или Азбука аферизма"

Автор книги: Татьяна Огородникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

12. Армия

Начало внезапной армейской службы зрелого парня с весьма нескромными физическими данными было трудно назвать спокойным. На восьмые сутки Ивана пришлось отправить на гауптвахту, потому что он не мог позволить называть себя «девочкой», «красоткой», «дебилом» и прочими именами, которые не имели отношения ни нему, ни к его бабуле. Это был полезный опыт, потому что Ивана били только по трое. Они приходили внезапно и так же внезапно исчезали. Чему они собирались научить парня, который в восемь лет потерял родителей, выучил все науки, которые считал нужными, мог переспать с любой женщиной на спор и устроил бабушке Анне Федоровне такую жизнь, которую поклялся обеспечить ей еще в детстве?..

Словом, недоумение от поиска ответа на вопрос «ЗАЧЕМ?» превосходило последствия избиений. Бить Ивана было не просто. Если бы в маленьком изоляторе помещалось больше четырех человек, может быть, его удалось бы завалить. Скорее всего, специально подобранные амбалы и не таких наказывали. Особенно если предоставлялась возможность устроить велосипедик, слоника и прочие традиционные армейские примочки. С Гурьевым было не так просто. Иван не забыл уроков детства. Он удобно впаивался в угол комнаты, и каждая смена жаждущих крови новичка в течение пяти минут укладывалась на пол. Старшина Ковальчук спокойно наблюдал за боями с безопасного расстояния.

– Молодец, Иван! – всякий раз говорил он после того, как нападающие были уложены в хаотичном порядке друг на друга.

Ивана мучил только один вопрос: с какой целью каждый вечер к нему приходили и устраивали это шоу заранее проигравших… Напрашивался только один ответ: старшина Ковальчук оказался азартным Парамошей с садистскими наклонностями, к тому же с задатками шоумена. Ему бы тоже не помешало дать по сальной морде. Только пребывание в санчасти могло остановить неизбывное стремление туповатого старшины к организации боев без правил. Гурьев запланировал акт возмездия на более удобное время, ближе к концу службы.

В армии Иван вспоминал бабулю очень часто. Как минимум четыре раза в день: перед завтраком, обедом, ужином и перед сном. В основном Иван благодарил ее за то, что она настояла на занятиях самбо и плавании по два часа в день. Домашний мальчик Иван тосковал по дому и не мог дождаться отпуска. Однако долгожданный отпуск оказался совсем невеселым.

На пороге квартиры радостного, похудевшего, лысого и голодного Ивана встретила грустная и серьезная Анна Федоровна.

– Привет, бабуль! Ты как? Выглядишь прекрасно, только, похоже, настроение не очень?

– Привет, внучек! – в тон Ивану ответила бабуля. – Выгляжу так, как чувствую, а настроение – из-за жилички.

– Что-что? Какой еще жилички? Я и слов-то таких не знаю, – хохотнул внук.

– Жиличка, милый мой – это временно проживающая на нашей территории женщина, которая собирается родить мне правнука!

У Ивана внутри все похолодело от гнева. Стоило только уехать на несколько месяцев, как его добрейшую и мудрейшую бабулю использовали в корыстных целях.

– Бабуль, – неуверенно пробормотал Иван, – ты хочешь сказать, что у тебя есть еще внуки, ну, кроме меня?

– Нет, я хочу сказать, что твой прощальный загул перед армией имел необратимые последствия, теперь у тебя почти есть жена и ребенок.

– Какая жена, ты что говоришь? – Ванина душа кипела от возмущения. Он так соскучился по бабуле, ожидая, что встреча будет иной.

– А как ты хотел? Я всегда думала, что парень, которого я воспитала, не позволит случайной женщине носить его ребенка. А получилось… – Бабушка с трудом сдерживала слезы. – Получилось… – дрожащим голосом продолжила она и махнула рукой безнадежно…

– Да о чем ты? Не понимаю, скажи толком, что произошло? – Иван кривил душой. До него постепенно начал доходить смысл бабушкиных слов.

Конечно, он не был маленьким и понимал, откуда берутся дети. Но вместе с тем почему-то присутствовала уверенность, что от праздничных загульных вечеринок никто не беременеет… Надо же, какая глупость… Вся жизнь – коту под хвост. Впрочем, почему под хвост? Вообще, откуда пошло это дурацкое выражение? Иван сам поразился нелепым мыслям, которые лезли в голову. Надеялся отдохнуть десять дней, а тут – такая чушь!

– Бабуль, – взмолился Иван. – Не томи. Выход есть из любой ситуации. Может быть, это вообще вранье, знаешь, как много женщин могут заявить о том, что они беременны от меня!

У Анны Федоровны позеленело лицо.

– Ваня, что ты говоришь! Опомнись! Разве этому я тебя учила?

Ивану было не до нравоучений. Он потребовал представить ему шантажистку.

Тем не менее побывать в гостях у своего нового друга вы сможете. Более того, если вы уже попали под удар, то почувствуете легкое удовлетворение: оказывается, с парня есть что брать. Есть. Но только это – чужое. Просто один из друзей, таких же как вы, временно выбыл в командировку или на отдых. Самое время пригласить в гости очередную жертву. Поэтому, будучи у пройдохи в гостях, попросите его найти для вас таблетку от головной боли или иголку с ниткой. Уверена, что вы даже не заметите, как разговор будет плавно переведен в другое русло. Только не упорствуйте: возьмите это на заметку и займитесь основательной проверкой своего дружка.

13. Матьмоегоребенка

Бабуля указала рукой в направлении столовой. Иван решительно двинулся туда. За огромным круглым столом в неестественной напряженной позе сидела девушка. Она показалась Гурьеву знакомой, он лихорадочно вспоминал, где мог видеть это милое лживое создание, но память предательски подбрасывала образы совсем других женщин. Иван не находит покоя, пока смутная догадка не осенила его. Ну конечно, с этой девчонкой он когда-то учился в школе. В то время она была причислена к малолеткам, поэтому Иван не представлял для нее секс-угрозы. Иван попытался вспомнить, как ее зовут. «Короткое имя – кажется, Оля!» – подумал он.

Помогла бабуля.

– Знакомься, Иван, это – твоя будущая жена, ее зовут Аня.

В голосе Анны Федоровны не было и намека на иронию, а глаза молено было использовать вместо сварочного аппарата, казалось, вот-вот из них брызнут обжигающие искры.

– Спасибо, бабуль! Извини, родная, не могла бы ты оставить нас на несколько минут. Может быть, я выйду уже неженатым, – съязвил он. Шутка не удалась. Ваня хмыкнул. Анна Федоровна вышла за дверь и осторожно прикрыла ее.

Аня сидела прямо, опустив глаза в пол. «Ничего, симпатичная, – анализировал Иван. – Я вполне мог бы с такой переспать. Маленькая, аккуратная, мне такие нравятся. Только вот я совсем не помню, чтобы у нас что-то было…»

– Хорошо, Анна, – Гурьев решительно взялся за реабилитацию своего честного имени, – вы, значит, пришли шантажировать мою бабушку и трепать ей нервы, потому что не знаете, кто отец вашего ребенка? – спокойно и издевательски произнес Иван. В минуты гнева его голос приобретал красивое, низкое, звучание, фразы становились колкими и отточенными. – Сколько квартир вы уже посетили с заманчивым для любого мужчины предложением стать отцом? Неужели никто, кроме моей добрейшей бабушки, не поверил вам?

Девушка молчала, она нервно покусывала губу, так и не поднимая глаз.

– Ну, что же вы молчите? Расскажите мне, как получилось, что вас приютила Анна Федоровна? Нет, я не возражаю, вы мне в принципе симпатичны, я вполне мог бы стать вашим братом, заступником и даже разрешить помогать бабуле по хозяйству, когда меня нет. Только у меня условие: вы расскажете мне правду. Не ту, которую придумали, а ту, которая существует на самом деле.

Иван облокотился на подоконник и скрестил руки на груди.

– Я слушаю.

– Не надо так со мной разговаривать, – тихо сказала девушка. – Я не прошу милостыню. Родители не пускают меня домой, поэтому я пришла к вам. Вас не оказалось, я рассказала все вашей бабушке, она сама предложила мне остаться.

– О, да! – Иван окончательно вошел в образ обличителя порока. – Узнаю благородную дворянскую сущность моей милой бабули. А мне вы не хотите рассказать, откуда у нас с вами мог взяться ребенок?

– Я вас люблю, – вдруг сказала Аня и зарыдала. Она не могла больше сдерживаться. – Я еще со школы все время смотрю на вас, и я думала, что вы меня пригласили, потому что наконец-то заметили.

– Подождите, не плачьте, куда я вас пригласил? – спесь моментально схлынула, Иван растерялся.

– Вы позвонили, сказали, что устраиваете вечеринку в честь старых друзей, и потребовали, чтобы я пришла.

Иван нехотя приближался к выводу, что девушка может и не врать.

– Я понял, о каком дне идет речь, но я сам никому не звонил. Звонил Глеб.

– Значит, он сказал, что он – это вы. Я очень обрадовалась. Потому что спросила: «Ты правда хочешь меня видеть?», и вы, то есть он, ответил: «Больше всех на свете». Вот я и пришла. А потом, вы сами за мной стали ухаживать и все такое… Ну вот, а после вы пропали, а родители не разрешили мне жить дома и позорить их. Папа сказал: «Отправляйся к тому, кто тебе сделал ребенка. Пускай теперь он за вас отвечает». Мне идти было некуда, вот я и пришла к вам. Анна Федоровна сказала, что время поставит все на свои места.

– А почему вы, Анна, решили, что именно этот ребенок именно от меня?

Аня покраснела.

– Потому что это было в первый и последний раз в моей жизни.

«Не похоже, чтобы она врала, а жаль! – подумал Иван. – Очень наивно и непосредственно излагает».

– Если вы мне не верите, я готова на любую экспертизу, – вдруг выпалила девушка.

«Так еще больше похоже на правду», – сделал заключение Иван.

– Хорошо, Аня, давайте подведем итог. Жить вам негде. Вы меня любите. Вы беременны от меня и предлагаете согласиться со статусом отца. Я вас плохо знаю. Но вы симпатичный человек, к тому же искренний. Думаю, что только поэтому моя бабуля вам поверила. Она – большой знаток человеческих душ. Сухой остаток таков: я не отказываюсь от ребенка, с условием, что могу в любой момент потребовать провести экспертизу. Вдруг родится негритенок? Я также не возражаю, чтобы вы жили у нас, потому что у моего ребенка должна быть мать. Это пока. Со временем мы решим, как нам жить. Только не плачьте и не нервничайте. Вам это не полезно. Предлагаю с этого момента перейти на ты. Мы ведь уже достаточно долго, а теперь уже и близко, знакомы? – Иван подошел к девушке и протянул ей руку.

Она робко протянула свою тоненькую ручку в знак согласия.

– Бабуль, заходи! Мы все решили.

Анна Федоровна не заставила себя ждать. Воинственность ее не покинула, она решительно встала за спиной у Ани.

– Не горячись, бабуль, все нормально. Мы договорились обо всем. Правда, Аня?

– Правда, – все еще всхлипывая, ответила будущая мать.

Позднее за ужином Иван узнал, что Анин папа – полковник в отставке, мама – учительница английского. Мама – очень робкая и застенчивая женщина, слушается мужа во всем и всегда. Кроме школы, Иван, оказывается, учился в том же институте, который заканчивала Аня. Она поступила туда только из-за него.

Так Иван Гурьев, сам того не желая, стал отцом. Глеб, естественно, отказался признать Аниного ребенка хотя бы наполовину. Он счел, что приглашение девушки, сделанное им от имени Ивана Гурьева, не является достаточным поводом для такого серьезного шага. Родился не негритенок. Родилась девочка Даша с огромными синими глазами, настолько похожая на отца, что никакой экспертизы не потребовалось.

По типу места жительства аферисты бывают двух видов: оседлые и свободные. Нормальный оседлый мошенник никогда не станет гадить там, где живет. Он будет часто ездить в командировки, что отчасти является правдой – такая у него работа: искать лохов. Для оседлого афериста появление слуха о его деятельности равносильно банкротству. Это потеря связей, значит – денег, а иногда и здоровья. Бывает, аферистов бьют. Если вы успели полюбить нашего героя, то не стоит беспокоиться: он готов к побоям и пластическим операциям. Во всяком случае, в молодом возрасте ему доставалось неоднократно.

14. Глеб

Глеб не был красавцем. Чуть полноватый, с небольшой лысинкой, невысокого роста – типичный ботан-компьютерщик. Но как только Глеб открывал рот, окружающие переставали замечать любые недостатки, они готовы были простить ему лысину, пузцо, короткие пальцы, толстые линзы очков – лишь бы он оставался самим собой. Его ироничная самокритика и тонкий юмор всегда опережали момент, когда окружающие уже составили свое мнение о нем. Например, он мог представиться так:

– Я – Глеб. Моя фамилия берет начало от известного рода князей Погорельских. Правда, я – не прямой наследник, а, так сказать, бастард.

Далее Глеб выдерживал паузу, чтобы те, кто не знаком с неприятным словом, успели отдать себе в этом отчет. В нужный момент он сообщал:

– Если для кого-то непонятно, что такое бастард, я поясню: по-нашему – это внебрачный ребенок. Точнее, в моем случае – потомок внебрачного ребенка князей Погорельских.

Такую пургу Глеб мог гнать часами. Самое интересное, что народ потихоньку начинал вспоминать и князей Погорельских; истории, связанные с этим древним родом; и адреса особняков, в которых они проживали. Неоценимым достоинством Глеба было умение шутить, сохраняя серьезное лицо. Даже когда народ покатывался со смеху, на лице Глеба не возникало и тени улыбки. От этого становилось еще смешнее.

В сложившихся обстоятельствах чувство юмора Глеба сыграло злую шутку с Иваном Гурьевым.

После того, как Глеб был поставлен в известность о своем легкомысленном поступке, он всеми силами пытался реабилитироваться в глазах Ивана. Тот был очень сдержан в высказываниях. Самая весомая фраза, выражающая негодование, боль утраченной юности и приобретение отцовского статуса, звучала очень коротко:

– Ну, ты устроил, брат! Слушай, я сделал все, как мы договорились: обзвонил всех знакомых из школы и института, пригласил к тебе на вечер. Неужели ты не помнишь эту девчонку? Она же всегда клеилась к тебе глазами. Как можно такое не заметить? Даже я со своими линзами увидел, что она не сводит с тебя влюбленных глаз. Мне, кстати, она немного нравилась в свое время. Но ни мне, ни кому-то другому из наших знакомых она не ответила взаимностью. Все знали, что Аня Савина любит Ивана Гурьева. Не знал об этом только ты один. Забавно.

– Не очень, – хмыкнул Иван. – Не просто не знал, даже не подозревал. А что, хорошая девчонка? – разговор произошел на следующий день после того, как Иван узнал о том, что станет отцом.

– Ну, из хорошей, крепкой семьи, кажется, военных. Такая вроде милая, не стерва и не б***, – прокомментировал Глеб.

– Но как получилось, что она появилась в такой тусовке? – негодовал Иван.

– Слушай, тебя не поймешь. Ты сказал: «Зови всех, кого знаешь, в крайнем случае, представляйся мной. Может быть, некоторые не очень любят очкариков».

– Я так сказал?!

– Именно так.

– Я выпил, извини.

– Не парься, я привык. Ну, я и стал наяривать. Когда дошло до буквы «С», я вспомнил, что девушка Аня вполне в твоем формате, к тому же любит тебя давно. Ну вот я и представился, пригласил ее от твоего имени. Сказал, что я – Иван Гурьев и больше всех на свете хочу ее видеть.

– Ты мне должен, брат!

– Я знаю. Но кто мог подумать, что так получится?

– Никто. Только бабуля моя, – вздохнул Иван. – Короче, если ты мне друг, на время моего отсутствия ты уполномочен следить за бытовыми условиями, питанием, отдыхом и своевременным денежным обеспечением моей большой семьи. Нас теперь четверо. Благодаря тебе. А с тобой – пятеро.

– Не вопрос. Вернее, вопрос о доверии – недоверии между нами давно снят. Если ты откажешься от последующего своего ребенка, я клянусь эстафетой перенять на себя обязательства по его воспитанию до женитьбы, – он помолчал, – или до замужества.

– Почему до женитьбы? – удивился Иван.

– Мы же с тобой умные, дети у нас будут умные. А умные не скрещиваются с бедными! Так что после свадьбы дети сами будут нас содержать, – друзья расхохотались.

Иван не зря доверял Глебу. Тот исправно выполнял обещание. К моменту возвращения Ивана со службы Глеб накопил приличную сумму, из которой регулярно выплачивал деньги семье товарища.

Дембель был отмечен крутой попойкой, правда, на сей раз число приглашенных было снижено до минимума. Видимо, Иван не был готов к рождению еще одного незапланированного ребенка. Поэтому Анна Федоровна, Глеб, Аня, Янис и сестра Яниса Марина собрались в квартире Ивана.

Гораздо хуже для него – утечка информации. Если аферист вовремя сориентировался, он все равно попытается вывернуться из ситуации. Принесет деньги, покается во всех смертных грехах, убедит, что попутал бес, и даже принесет справку о том, что у него было временное помешательство. В этом случае атака будет вестись через тех, кого можно разжалобить. Поэтому не удивляйтесь, когда ваша сердобольная женушка попросит оплатить «Исааку» палату в ЦКБ. «Он так переживает, что сердце не выдержало!» Он правда переживает, но только из-за того, что дело всей его жизни чуть не накрылось медным тазом. Больница нужна для того, чтобы ваша совесть сделала вам замечание и чтобы подумать о том, как выйти из ситуации. Пребывание в больнице может заменить залегание на дно.

15. Маркиз

Несмотря на ограниченный круг гостей, было весело. Как-то по-другому, по-взрослому. Янис рассказывал замечательные истории про себя и своих высокопоставленных друзей. Любой рассказ из его уст был наполнен смешными деталями, ироничной самооценкой и подтверждал гениальность ума Яниса и простоту общения. Речь зашла о работе Ивана и Глеба. Янис оказался сведущ в вопросах строительства, недвижимости и архитектуры. Он сказал, что когда-нибудь обязательно познакомит приятелей со своим близким другом – сумасшедшим гением голландского происхождения Сашей Ван Ингеном.

– Это мой большой приятель, – отрекомендовал Ван Ингена Янис, – несмотря на то что отбил у меня в свое время любимую женщину.

Все поняли, что Янис сейчас расскажет одну из своих коронных историй. Компания приготовилась слушать.

Янис с детства мечтал о поместье. Он воображал себя вальяжным новосветским хозяином нескольких гектаров земли с пасущимися лошадьми и борзыми собаками. Больше всего Янису хотелось сидеть вечерами в кресле-качалке, одетым в нарядный шелковый халат, и курить трубку. Идея стала настолько навязчивой, что в воображении у Яниса сформировались готовые картинки, даже цвет халата был предопределен – непременно бордовый с темными огурцами и золотым кантом по полам. Янис мог часами лежать на диване, перебирая в уме картинки сельской помещичьей жизни.

Он просверлил дыру в головах друзей своими рассказами о том, как нужно жить и о чем мечтать. Янис был фартовым и для многих загадочным человеком. Про него ходили слухи, что он возглавляет специально созданную секретную структуру, что он проходит как серый кардинал в одной из главных компаний при Росвооружении, что через него решают вопросы самые высокопоставленные лица. Но в целом никто точно не мог сказать, куда, когда и зачем Янис ходит на работу. Однако сила личного обаяния Яниса и ореол загадки были настолько велики, что каждый считал делом чести оказать ему какую-то услугу. Для исполнения желания ему даже не пришлось идти к синему морю. Однажды к нему заехал приятель и сообщил с видом заговорщика:

– Слушай, у меня есть идейка, как воплотить в жизнь твою мечту. Тебе не придется даже доставать кошелек из кармана. Мой знакомый голландец приехал делать ландшафтный проект одной местной шишке. Там есть все, что тебе нужно, вплоть до шелковых халатов и кресла-качалки. Ты у нас мужик представительный. Можешь пожить там в образе хозяина, а меня с моей девушкой как будто пригласить в гости? – Стареющий ловелас опустил глаза и прошептал: – Понимаешь, я ей обещал…

Справившись с приступом смеха, Янис спросил:

– А хозяева где?

– Уехали. На месяц. Поручили ландшафтнику закончить проект до их возвращения. Короче, он отвечает за поместье. А моей девушке будет приятно, что у меня друзья с такими угодьями.

– Хочешь примазаться к моему богатству и славе? – этими словами Янис подтвердил согласие поработать неделю своим собственным идеалом.

В ближайшие выходные Янис был переименован в Маркиза де Карабаса. Его задачей было вальяжно курить трубку, не замызгать хозяйский шелковый халат и, раскачиваясь в кресле, сетовать на обслуживающий персонал, который пришлось уволить за массовое воровство продуктов с кухни. Для большей убедительности Янису привезли с воли жену, которую достаточно было описать всего двумя словами – блондинка, молчаливая. Янис окрестил ее про себя «мечтой патологоанатома». Однако одна существенная деталь при планировании мероприятия была упущена. Присутствие голландца Ван Ингена оказалось не таким безобидным. Маркиз де Карабас понял, что допустил неточность, когда круглые очки архитектора задорно заблестели при виде «жены» Яниса. Пришлось срочно развестись в пользу ландшафтника.

На третий день Янису порядком надоело изображать из себя помещика.

– Так всегда бывает: стоит только мечте стать явью, как она перестает быть интересной, – с сожалением констатировал он и решил откланяться.

На мужском собрании решили погостить последнюю ночь и убраться восвояси.

Голландский ландшафтник пришелся ко двору. Как всякий настоящий голландец, он шагу не ступал без самокрутки с дурью. Кроме того, он оказался щедрым парнем и легко угощал всех желающих. Кстати, не слишком удачным решением стало набить трубку травой. Ван Инген предупреждал.

Виски, коньяк и трубка мира привели компанию в состояние восковых фигур. Никто из присутствующих мужчин не нашел в себе достаточно сил, чтобы поздороваться с огромным мужиком, который запросто въехал на территорию на «Гелентвагене» черного цвета с номерами «а777мр». Впрочем, мужик и не собирался здороваться. Он с размаху заехал в лицо иностранному архитектору – смотрителю за порядком, одним рывком содрал с Яниса его любимый халат и зверским голосом послал всех в нехорошее место. Причем попросил отправляться туда побыстрее.

В принципе, гости и правда засиделись. Они постарались убраться с территории как можно тише и незаметнее. Ван Инген перепугался до такой степени, что даже не попрощался с «женой». Правда, та сама догнала компанию, которая лихорадочно рассаживалась по машинам.

От услуг голландского ландшафтного дизайнера хозяева почему-то отказались, а к Янису с тех пор приклеилась кличка Маркиз.

Артистизм, с которым Янис изображал участников помещичьего приключения, довел слушателей до колик. Глеб смеялся так, что ему пришлось снять очки, чтобы вытирать слезы. Анна Федоровна, хохоча, суетилась вокруг стола. Аня с явной неохотой вскакивала посмотреть на Дашеньку… Только два человека были вне общества и не демонстрировали адекватной реакции на веселый рассказ товарища.

Иван утонул в зеленых глазах Марины. Он был подавлен, загипнотизирован и удивлен. Взрослый мальчик двадцати шести лет влюбился и не знал, как ему признаться в этом себе, бабуле, Янису и тем более Марине. Казалось, никто не заметил трепетного дуновения ветерка зарождающегося чувства. Все весело смеялись, Янис покорил Анну Федоровну своими рассказами, манерами и импозантной внешностью.

Когда гости разошлись, Анна Федоровна спросила внука:

– Ты хорошо знаешь этого человека?

– Бабуль, я тебе много рассказывал о нем. Помнишь, я сказал, что наконец нашел друга?

– Да, конечно.

– Я говорил о нем.

– Я так и подумала. – Бабуля помолчала. – Знаешь, Ваня, есть такие люди, в которых добра и зла одинаковое количество. Ты никогда не можешь знать, чем именно для тебя обернется такая дружба. Если доверяешь – хорошо, не доверяешь – верь себе. Он – сильный, очень сильный, – задумчиво сказала бабуля.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, бабуль…

Анна Федоровна проигнорировала вопрос.

– А эта Марина – она такая красивая, необычная девушка… Тихая, зеленоглазая и очень закрытая…

– Да, – ответил Иван. Ему хотелось говорить о Марине. – У нее непростая судьба. Ей тяжело пришлось.

– Да, может быть поэтому у нее такой странный, неземной взгляд.

Иван понял, что бабуля закончила диалог. Он знал, что больше из нее не вытянешь ни слова.

Если оседлый аферист оброс с вашей помощью приличными связями, он попытается опередить события и подпортить вашу репутацию. Чего проще – «Исаак» скажет: «Приготовьтесь, друзья! Сейчас этот подонок будет гнать на меня всякую чушь, потому что должен мне денег и не собирается отдавать». Вскоре вы узнаете про себя много нового и интересного. Будьте готовы, что именно вам, а не ему, придется оправдываться перед знакомыми за то, чего вы и не думали совершать.