Текст книги "Вестник забытого рода! (СИ)"
Автор книги: Тата Шах
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)
Глава 2 Непростая новая жизнь.
Во сне я видела первую ночь Сариш с графом. Странно было наблюдать за девушкой похожей на меня. Понимала, что это не я, но впечатления и эмоции от событий, происходящих с ней, испытывала сама. Хотя, я бы не поступила так как она никогда, не трепетала встретив насильника, а приложила того магией, а потом вытянутой ногой по сокровенному коронным ударом. Дабы не было у него больше желания так поступать с невинным созданием.
Он наноситься в русском бое из шага с разворотом стопы, можно провернуть стопу, оставляя у противника больше неприятных впечатлений. Ей бы, неподготовленной и необученной бою, посоветовала обманчиво покорно приползти к нему и заехать по тому же самому коленкой. Верный метод для насильников.
Русский бой когда-то покорил меня. Из всех других техник выбрала его осознанно. Была самой младшей в семье, меня баловали и любили. Старший брат уже был тренером к тому времени, когда я захотела научиться защищаться. Этому предшествовала драка в школе, из которой впервые не вышла победительницей и схлопотала пару синяков и отбитые почки. Приходилось маме тогда врать, и отец подозрительно долго косился.
Лишь старший братец все понял сразу. Он то и предложил пойти к нему в группу учиться замечательному бою. Надо говорить, что бой под руководством Алексея стал спортом? Попадись мне этот граф, он не ушел бы таким довольным после первой ночи.
Знал, что девушка впервые должна познать близость и сделал все, чтобы она больше никогда не захотела быть с мужчиной. Он издевался над Сариш, был грубым, навсегда отворотил ее от желания повторять опыт взрослой женщины. Это не был просто страшный сон, он оказался страшной реальностью.
Во сне я помнила, как совсем недавно рожала сама. Вспомнила свои мечты, свои желания, события прошлого дня. Как я могла позабыть обо всем? Слишком была вовлечена в новую роль? Все началось с сожаления о том, что многого не успела. Тогда, опускаясь в пучину беспамятства, жалела лишь об одном – что так и не удалось подержать сына на руках, увидеть, как он пойдет, как скажет первое слово «мама!», а через пару дней и мужа «папой» назовет. Именно в таком порядке и никак иначе.
Я мечтала с детства о большой семье, для этого, когда подросла, тщательно выбирала мужа. И мне достался тот, кто разделил со мной мои мечты. Но как водится, у судьбы имелись свои планы.
О том, что я не прервала беременность, узнав, чем мне это грозит, не жалею. Я дала шанс новой жизни и, уходя, поделилась своим счастьем с ним. Я знала откуда-то, что у сына и мужа будет все хорошо. Они будут помнить обо мне и в память обо мне проживут полную жизнь. Пусть у них все сложится, как мечталось нам двоим!
В тот момент уже не слышала пиликания приборов, не видела грустных слез любимого. Тот мир таял на глазах. Моя душа устремилась туда, где был слышен зов о помощи. Помню, что подумала о той, кому нужна моя помощь. Решила напоследок помочь ей, а потом уж и на перерождение собираться. Так поступить будет правильным! Не сумела выжить сама – помогу тому, кто нуждается! Почему я осознавала себя, память и мозг продолжали работать, загадка мироздания.
Зов привел меня в похожую комнату, в которой я проснулась в этом мире. Теперь-то я могу сказать, что попала не в прошлое, а в другую реальность. В этой комнате не было комода, а были стол и большая кровать. Там в ворохе простыней кричала девушка, похожая на меня. Подумалось, что все очень странно, почему ей никто не помогает? Где врачи? Оглядевшись, уже тогда определила временной период как Средневековье. Так и подумала, что в этом месте могут существовать лишь повитухи. Громко крикнула «Помогите ей!» Ведь ей, в отличие от меня, можно помочь.
Так лучше! Меня услышали! Ликовала, когда пожилая женщина склонилась над ней. Она причитала, ворчала, что графинюшке бы мага лекаря надо бы, но неизменно брала себя в руки и все делала правильно. Велела молодой девчушке принести ведро теплой воды из кухни, разорвала одну из бесценных простыней, с молитвой достав ее из сундука роженицы. И удивительным образом оказалась грамотной.
Видя, что молодая женщина не справляется, помогла ей вытолкнуть дите. И мяла огромный животик профессионально, и поймала ребенка ловко, и перерезала острыми большими ножницами пуповину, и, завязав узелок, помазала какой-то настойкой.
Так же ловко повитуха помыла младенца, отдав худенькой девушке его в руки, приняла послед. Нам бы с девушкой выдохнуть, но старой женщине пришлось, засучив рукава, бороться за жизнь графини. Ну же, милая! Приходи в себя! У тебя родился такой славный карапуз. Младенец успокоился и теперь мило посасывал палец девушки помощницы. Ему потребуется твое присутствие! Ну же!
И не забудь поблагодарить эту славную женщину. Она спасла ребенка и пытается спасти тебя.
Усилия повитухи не приносили облегчения женщине, кровь захлестала с новой силой. Постельное белье под ней имело странный сероватый оттенок, но не от грязи. Видимо, такой вид ткани. Серый медленно становился кровавым. Женщина, родившая только что, закатила глаза, собираясь перестать бороться. Так нельзя! Что может помочь вернуть ей желание жить?
Попробовала потрясти ее, чтобы та пришла в себя, но не получилось. Призрачным существам подобное не под силу, потому от отчаяния выдохнула полной грудью воздух ей в лицо. Ощутила, как морозная стужа попыталась вернуть дыхание той, что зачем-то решила уйти раньше времени. Ее судьба не должна была привести к такому концу. Она должна была жить, чтобы ее род не угас. Последняя из рода Вестников, отданная в жены графу по приказу короля.
Зачем-то боги этого мира показали последние события из ее жизни. Чтобы я не перестала бороться за нее? Моя помощь тоже не приносила результатов. Как жаль, еще один младенец в мире останется без мамы. И отец ему достался никчемный.
Отлетела недалеко, рассматривая борьбу за чужую жизнь, понимая, что все напрасно. Но ведь всегда есть надежда на чудо! Совсем недавно врачи так же боролись за мою жизнь. Приблизилась к ней и попыталась вновь привести в чувство. Мы не сдадимся, выживи миленькая! После очередного искусственного дыхания, ощутила отклик чужой светлой души, появилась уверенность, что она выживет. С моей помощью пошло все на лад. Девушка верно выкарабкивалась из тьмы и отчаяния.
Но в какой-то момент все опять пошло не по плану. Летая над ней, все прислушивалась к ее сердцебиению, отслеживала слабое дыхание. А оно вдруг исчезло. Время замерло. Заметалась, пытаясь предупредить повитуху, но та не услышала и не увидела слабую тень пришлой души. Ринулась к девушке, чтобы спасти, чтобы отдать себя. Пусть я не уйду на перерождение, зато ее сердце вновь застучит. Она нужна своему малышу. Откуда-то знала, что без мамы он обречен.
Попыталась повторить трюк, который помог в прошлый раз. Вдохнула полной грудью холодного воздуха в ее дыхательные пути, пытаясь напитать своей силой. Раз, другой, но ее тело не шевельнулось, сердце не застучало, отгоняя смерть с косой.
Не заметила, как меня начало неумолимо втягивать в ее тело. Миг, и я увидела все ее глазами. Они открылись, чтобы показать новый мир, а мерный стук сердца успокаивал, уводил в пучину уже здорового сна. Не успела выскочить из тела девушки, так и уснула в ней. Все потом, проснусь и отправлюсь дальше в вечное путешествие.
Сколько времени находилась в беспамятстве, не знаю. Начала себя ощущать после того, как добрая тьма рассеялась, открывая вид на живописную долину. Красиво! Вот бы здесь был мой новый дом! Я ведь заслужила?
Меня перенесло на полянку, окруженную вековыми деревьями. Они лишь отдаленно напоминали наши земные. Были похожи на дубы, ели, сосны и даже березы. Но цвет немного отличался, и в обхвате и высоту они превышали знакомые мне с детства. Загляделась на желудь с мою ладошку. Рядом с ним на ветке прятались два листа. По форме все же они, но такие яркие, как в сказке, словно над этими трудились феи и волшебницы. Прожилки витиевато пробивали резные края, подсвечивая их солнечным светом.
Кто-то рядом прошелестел.
– Дотронься, возьми желудь. Эта твоя награда. Он придаст силы и пробудит уснувшую магию рода.
Не задумываясь о том, откуда у меня может быть магия и какой такой род, разломила желудь. Он поддался легко, будто вызрел специально для меня. Яркая мякоть потекла по рукам и я облизала их, вспоминая детство. Помню. У бабушки в деревни росли сливы, они также манили своей сочностью и просились на язык. Дальше не заметила, как съела весь желудь, лишь недоуменно посмотрела на скорлупки в руках. Ничего не почувствовала, слава богам, никакой магии, потому отправилась исследовать полянку. Меня привлекла тонкая фигурка на ней. Нестерпимо захотелось познакомиться с местными обитателями.
Девушка была мне знакома. Память подбросила вчерашние события. Именно она родила малыша и не сумела справиться со своей жизнью. Отругать, наорать, привести в чувство и заставить жить! Она нужна сыну, брату, графству, миру. Не зря же меня перенесло к ней!
Но оказавшись рядом с ней, увидела сущее дитя. Ей было не больше семнадцати лет. Провела параллель с той, которая боролась за жизнь, и сделала выводы. Ее тело повзрослело под тяжестью родов и испытаний. Здесь же она была такой, какой и должна быть, наивной девушкой, оберегаемой родными. Гнев не остыл, нет, он переключился на ее обидчиков.
Помнила слова Рифы о том, что ее предал муж и сослал в дальнее имение, не проверил, носит ли она дитя после страшной ночи. Виновен! Повитуха говорила, что ей бы помогли маги-лекари, а он выкинул совершенное дитя на задворки своего графства.
Обняла ее, чувствуя родное тепло.
– Все будет хорошо! Он поплатится за все!
Она вырвалась из моих рук и начала таять на глазах. Куда? Я зачем тебе жизнь спасала, дуреха?
– Я благодарна тебе. Теперь мой сын сможет занять свое место наследника по праву. Береги его. Напоследок я подарю тебе воспоминания о своей жизни.
И я окунулась в пучину горя и надежд, чужих, но почему-то воспринимаемых мной близко к сердцу, словно эта девушка моя родня, близкая сестра, которой у меня никогда не было. Я видела, как она страдала после первой ночи, как она застала его с любовницей. В замке никого не было, гости разъехались, словно знали, что молодая жена не ко двору. Видела, как Сариш оказалась брошена и сослана в имение. Ощущала ее чувства потери и безысходности.
Когда он ее выкинул в развалившееся имение, тут же привел в дом любовницу и новую хозяйку. Уж что он наговорил всем, но домочадцы воспринимали ту другую как хозяйку. А ведь девушка и в храме и в столовой встречала гостей в вуали. Получается, все поверили в то, что та другая законная жена?
Итак, девушку звали Сариша Вестания, она дочь великого рода. Вестниками рождались мужчины рода. Они верно служили короне, обладая даром не только правильно передавать поданным вести от короля, но и были опорой, собирая информацию о жизни поданных, берегли покой короля, выполняли тайные поручения.
Вестников не любили, потому что вести-то не всегда были приятные. Потому и осталось их двое. Девушка и ее младший брат. В нем пока дар не проснулся. Король считает, что дар утерян. Позаботился о продолжении рода, чтобы выполнить долг перед семьей, отдав девушку замуж за верного герцогу графа Таркота, с согласия сюзерена графской семьи герцога Унитиату.
Никто из ныне живущих не подозревает, что настоящий дар Вестника утерян во времени из-за постоянных гонений. Нынешний дар лишь отголосок того. В семье Сариш передавались легенды о последнем Вестнике. Он имел способность к выживанию в неординарных условиях, хватая удачу за хвост благодаря магии стихии, развивающейся так, чтобы оберегать своего носителя.
У каждого Вестника была своя магия, необходимая в данный период времени. У кого-то это был воздух, помогающий остановить ураган во спасение ценных жизней. У другого это был огонь, помогающий выжечь нечисть, разрушающую мироздание. Да сколько этих даров было у предков, помогающих вершить судьбы. Они приносили вести богов, и королям тоже.
Я бы назвала их не Вестниками, а именно Вершителями судеб по воле богов. И уж никто не догадывался, что Вестники получали предсказания напрямую от богов Судьбы, что они несут вести тем, кому благоволит или наказывает сама судьба. И так их истребили, а чтобы было, если бы люди узнали о скрытом даре? Сейчас совсем не осталось упоминаний о том, что даром владели и слабые представители рода. Женщины были поистине великими Вестниками. Они часто стояли за спиной сильных мужчин, оберегаемые ими. Судьба обязательно дарила им и вторую половинку, способную их защитить.
За что она так поступила с последней из рода? У малыша еще не проснулась магия и неизвестно, унаследует ли он дар Вестника. Ее младший брат остался под опекой управляющего графских земель, назначенного короной. На девушку была вся надежда. Она должна была продолжить род и передать сыну редкий дар на алтаре предков. На ее братишку Аритаса Вестания никто не делал ставки, но девушка знала, что при рождении у брата проснулся дар. Он уснул со смертью родителей. Слишком он был мал, а стресс велик.
И знала, что его дар можно вернуть, проведя обряд в усыпальнице предков. Туда, как, впрочем, и в графский замок у них не было доступа. Надо бы разворошить этот улей с управляющим и провести обряд, а девушка стремится уйти. Судьба прогадала, решив, что два Вестника лучше, чем один. С уходом девушки не останется ни одного.
Король по своему позаботился о них после смерти родителей. Землям назначил управляющего, наследницу дара выдал замуж, чтобы плодить Вестников. Он не учел всего лишь немного: что управляющий будет воровать, издеваться над братом, а муж сошлет девушку в старое имение, только консумировав брак. И это чудо, что один единственный раз принес свои плоды.
Осуждать графа за его стремление избавиться от навязанной молодой жены я уже не собиралась. Ведь король не взял в расчет чувства мужчины, а у того была возлюбленная, с которой он удачно сожительствовал уже давно. Они планировали пожениться, как только ей исполнится восемнадцать. Да, Лирма была молода, что не мешало ей вступить в добрачную связь. Обо всем этом граф рассказал в пути, увозя девушку из замка. У нее не было причины не верить ему.
Ирония судьбы: король настоял на нежеланной невесте, а расплачивается Сариш. Молодому графу ничего не оставалось, как принять волю короля, а затем, выпроводив жену на задворки графства, когда его любовница понесет, девушку тихо устранить и сыграть свадьбу с Лирмой Бономич.
Девушка была хороша, красива, как лань, умела подать себя, но скрывала свой характер от графа. Молодой и неопытный, он поддался ее чарам и обаянию. Об этом рассказывала мне Сариш. Ей нашептали боги, что он будет с ней несчастлив, что она предаст его. Боги спасли его, дав другую жену. Но слишком поздно он поймет в реальной жизни, что упустил возможность быть счастливым.
Жалела ли я его? Нет, я, в отличие от доброй Сариш, хотела наказать его, чтобы он расплачивался за содеянное. Девушка вынашивала ребенка в нужде, не имея не только уход лекарей, но и одежды, правильного питания. В имении управляющий не выделил ей ни копейки на самые необходимые нужды. Благо верные ее семье слуги подкармливали и заботились о ней, как умели.
И ведь управляющий донес графу, что она понесла, что носит наследника. Что уж ответил граф в письме – загадка, но он не приехал, не забрал ее, а подкинул ей своего бастарда, чтобы позже выдать за законного наследника. Он провернул все так, как и планировал. Объявил свою жену больной, в дальнем поместье никто не будет проверять. Как она там живет, чем питается, его не волновало.
Его любимая уже до брака с навязанной женой понесла, и родила ребенка раньше истинного наследника. Там в соседней комнате, пока Сариш рожала, находился плод их любви. Именно Тарик окончательно отобрал желание бороться у девушки. Она не знала, как бороться с такими обстоятельствами, просто не умела. Девушка умирала, рожая законного наследника.
Граф не был дураком, увидев жену на сносях, оставил ей ребенка, дав надежду. Если она будет воспитывать обоих сыновей, то ей пока сохранят жизнь. Уж наследнику точно сохранят, только он не сможет наследовать. Для всех старший наследник тот другой малыш. Никто не усомнится, он и старше на пару месяцев.
Слушала мысли девушки, наблюдая ее муки, не в силах ей помочь. Понимала, почему она не стремится бороться. Дар никто не развивал, и способность выжить в сложных условиях не передал, добиться справедливости ей самостоятельно уж точно не по силам. Будь живы ее родители, дар бы развился и она стала бы великим Вестником.
Девушка замолчала, давая мне передышку. И воспользовавшись затишьем, я вспоминала свою жизнь до замужества. Я была бесбашенной и довольно азартной. Вся моя жизнь была посвящена борьбе, боям. Мой муж меня заметил на ринге. Его привлек мой ум. Я умудрялась побеждать даже сильных противников, продумывая каждый шаг, каждый удар, каждый отход.
Савелий меня тогда завербовал, предложив намного больше эмоций, чем я получала на ринге. Я стала верной помощницей в деликатных делах. Найти, поймать, осуществить сложную схему – все это было моей работой. Иногда приходилось вспоминать навыки борьбы и применять холодное оружие, на овладении которым настоял Савелий.
Когда наши отношения перешли на другой уровень? В какой момент он понял, что я ему дорога? Я узнала об этом в одном из рейдов, когда он велел отступать, заявив, что цель не стоит моей жизни. Нарушила его приказ, выполнила задачу и помчалась с ним разбираться. А он материл меня, ругал, ловя восторженную улыбку. Я раньше него поняла, что стала ему дорога. Он плюнул на все, поцеловал, обнял и заявил, что хочет иметь право запретить мне рисковать.
Я была счастлива. Промелькнули образы, как я рассмеялась и спросила – «Хочешь на правах мужа оберегать меня?» Когда он потащил меня прямо в походной одежде в ЗАГС, умудрился договориться о том, чтобы нас расписали, а потом смотрел побитой собакой, выпрашивая заветное «да», я поняла, что и сама не против его участия в моей жизни.
Эти образы напоминали о счастье, которое сопутствовало мне с приходом в мою жизнь самого дорогого мужчины. Тогда я ликовала. Пусть запрещает, пусть тиранствует, видела и понимала, что хочу быть его. Так и сложилась необычная семейная ячейка общества. С тех пор я лишь руководила людьми, на расстоянии отслеживала уже сеть активных помощников. Пока не забеременела!
Как мы были счастливы в тот момент, когда узнали о беременности! Как он носился надо мной, заботясь, предугадывая все желания. Именно тогда я почувствовала себя впервые женщиной, желанной и любимой. Но счастье не было долгим. На восьмом месяце меня скрутило от боли. И это не были преждевременные роды. У меня нашли страшное заболевание. Можно было получить отсрочку, избавившись от сына, но я категорически запретила что-либо делать.
Жизнь малыша священна. Как я буду жить, зная, что лишила своего сына жизни? Да и долго ли от той жизни остается? Муж принял мое решение с трудом и не отходил весь последующий месяц. Это время было заполнено самыми яркими воспоминаниями. Он прощался со мной, воплощая все мои мечты. Я скрывала лишь одно желание, одну мечту – быть всегда рядом с ним.
Меня выкинуло из моих воспоминаний, будто кто-то решил, что хватит. Дали попрощаться с прошлым, теперь же быстро принимай новую жизнь. Дальше прилетел рассказ от неизвестного лица о жизни графини. Старое имение находилось в землях графства Вестания. Оно отошло мужу как приданное вместе с предгорьем. Графство располагалось в долине, а графство Тарокату было небольшим горным графством. Оно при отце мужа девушки славилось своими стадами, а сейчас графство испытывало дефицит в пастбищах.
Что-то такое произошло в горах, что зеленые пастбища сократились вдвое. Поголовье было уменьшено, и предгорные пастбища Вестания были выгодны графству. В голове прорисовывалась картинка экономических преимуществ брака. Гораний Таркот получал пастбища, жену, способную родить одаренного ребенка, а девушка должна была получить защиту и заботу мужа. Но она оказалась в проигрыше. Гораний предрек ее жалкое существование.
Моя рациональная натура даже во сне просчитывала и искала выход для себя, для молодой графинюшки. Если убрать неизвестное в виде самого графа, то можно устроиться довольно выгодно и в этом мире. Даже если герцог и король найдут других наследников, это имение и предгорье отойдет девушке как вдове. А там и братишка подрастет, поможет с начальным капиталом.
А лучше всего собрать доказательства неверности мужа девчушки, подтвердить воровство управляющего, пробудить дар братишки, чтобы он смог встать во главе графства и получить номинального опекуна. Магов его уровня контролировать уже никто не станет. Ему, как я поняла, до совершеннолетия оставалось пару лет. Сейчас четырнадцать, а в шестнадцать сможет принять наследство. Если ему угрожает реальная опасность уже сейчас, то на что ему старшая сестра?
Экономическое образование в земной жизни, которое я получила, для своего назначения помощником Савелия, умение организовывать, анализировать благополучно выдавали варианты построения будущего девушки. Удачно я попала в ее тело. Я понимала уже, что боги призвали меня не просто так: спасти ее жизнь, жизнь наследника и помочь ей выстоять в запутанной истории с графом и наследством.
Мое сознание работало на полную мощность. Цену своим умениям я знала, как бы теперь получить магический договор с богами? Все решу, помогу, а мне за это боги помогут возродиться на Земле! Я же хочу хоть издали увидеть мужа и сына.
– Глупышка, – раздалось вокруг, – мы спасли тебя и дали новую жизнь. Справишься и возродишь род Вестников – и тебя ждет награда. Но на Землю ты не вернешься. Выбирай награду, которая пригодится, Сариш Вестания, – назвали меня новым именем, совсем списав со счетов душу девушки.
Исходных было слишком мало. Кто мне ответит, почему не смогу вернуться? Если предположить, что не вернусь домой, то что наиболее ценно в этом мире? Сейчас мне бы не помешала помощь от короля. Чтобы он услышал наши доказательства и избавил от мужа, помог брату пробудить дар, встать во главе рода. А поможет ли король?
Вокруг раздался смех.
– Умненькая, мы могли призвать только ту, что умерла, которая не смирилась бы с перерождением на Земле рядом со счастливым мужем. Ты бы родилась его племянницей и никогда не смогла бы быть с ним. Расти и видеть стареющего любимого, как он счастлив с другой. А здесь ты можешь применить все свои таланты, потому мы и память тебе оставили, дали принять самой решение насчет ее тела.
– А как же награда? – закричала во сне, хотя была уверена, что подобное невозможно.
– Сок древодуба священен. Он пробудит твой дар и увеличит срок жизни. Почти бессмертие, – рассмеялись они, – это ли не дар богов. Взамен борись за ее род! Все позабыли, что Вестники имеют честь, приносят вести не королей, а богов. Возроди честь забытого рода! И король услышит тебя, а чтобы ты не сомневалась, получишь бонус – монах ордена Неугасающей поможет развить твой дар, добраться в столицу и получить аудиенцию короля.
Голоса замолчали, и я толчками выходила из сновидений. Первой мыслью было, что боги помогают по-своему. Обещали прислать монаха в помощь, направили к королю за разводом. Но верить богам или тому, кто проник в мой сон, не торопилась. Ясно же, что все всегда ищут выгоду, и никто не надеется в этом гиблом деле тратиться на бонусы. Иди, справься, борись, а информации ноль. Еще и два карапузика в придачу.
Не будь Сариш молодой мамочкой, я бы точно сделала ход конем, разоделась и заявилась на один из балов, где точно был бы муж. И желательно, чтобы его измену подтвердили именитые аристократы, а так один путь на аудиенцию к королю. Вот только как мне с малышами сейчас отправляться в дорогу? А мне еще учиться, узнавать об этом мире больше. Да хоть законы местные. Могу ли я вообще развестись? Или это только Вестникам можно?
Но лучше своим даром не светить. Помнится, во сне мне пришла замечательная идея – использовать его не во благо короля, а для людей. Так и спокойней, если говорить только тому, кто готов услышать весть, не всем без разбора, можно и друзей, и союзников найти. Не верила я, что никто не захочет меня прибить или братишку того же. Может, ему совсем не пробуждать дар, будет жизнь его намного спокойней?
Слава богу, хоть беспокойный сон завершился. Но меня ждали неподъемные дела. План, мне нужен план, чтобы обезопасить себя, пока детки подрастут. Стукнет им полгода, и отправлюсь в дорогу.
Как будто чувствовала, торопилась управиться с детками, покормила, переодела в чистое, попыталась уложить. Мой сыночек уснул, а Тарик не хотел засыпать, да и оно понятно, ему уже три месяца стукнуло. Ребенок в этом возрасте развивается, должен играть и водиться, хоть и в кроватке. Отдернула руку от люльки, скрывая улыбку. Благодарное сердечко малыша выдало сегодня мне уйму улыбок и угуканий.
За дверью послышались тяжелые шаги, поспешила вернуться в постель. Кормилицы не было, и девчонки не забегали с утра. Значит, управляющий что-то почувствовал, узнал, что я пришла в себя. На Сираи не подумала. Та порхала, как бабочка, а шаги за дверью были явно мужские.
В дверь вошел тяжелой поступью лысеющий мужчина. На его макушке задержался мой взгляд, вызывая неконтролируемое веселье. Только бы сдержаться и не выдать себя, что я почти выздоровела.
– Сариш, ты выжила, надо же? – он смотрел прямо на меня. Его звали мастер Курат, как точно порой родители чувствуют своих детей. Его назвали прямо очень утверждающе. Несмотря на лысину, он походил на паука, плетущего свою паутину, – зря. Сдохла бы, и графу не надо бы было самому об этом беспокоиться. Сообщу ему сегодня же о твоем внезапном воскрешении. И расскажу, что Сираи плохо старалась, не смогла тебя загубить.
Значит, девушка не сама чуть не померла, а ей старательно в этом помогали? Если бы не бесправное общество, то вызвала бы стражей. А так указа графа на расследование не было, и с моих убийц спроса нет. Он собрался уходить, а у меня в мыслях всплыла наша беседа с дворецким и его женой. Что-то там было про сокровищницу Вестания. Ляпнула наугад.
– Если я вам покажу сокровищницу семьи, вы придержите эту новость для графа? – старалась говорить тихо, пытаясь выдать болезненные спазмы. Пусть обманется в моем самочувствии. Но Курат повелся на новость, сделал стойку, его глаза засверкали, и он заговорил вдруг ласково.
– Ты же понимаешь, девочка, долго не смогу утаивать эту новость, – я скривила губы, давая понять, что он шагнул на неверный путь. Он быстро переобулся, – но могу упростить тебе жизнь в имении. Распоряжусь кормить тебя три раза в день, выдам денег на женские штучки, и сможешь прогуливаться в саду. Прикажу садовнику и деревенским не трогать тебя.
Это ж как тут запугали девушку, что не кормят и не разрешают дышать свежим воздухом! Еще и травили! Несмело выдавила из себя.
– Я согласна оттянуть неизбежное, даже если мои последние дни будут наполнены обманом.
Он выпрямился, смотря на меня победно.
– А я говорил, что ты обязательно вспомнишь, где ваша сокровищница. Давай, помогу встать. Отправимся сейчас же!
– Но я еще слишком слаба, и взять хоть кого-то в помощь, чтобы помог мне потом вернуться обратно, – он потянул меня с кровати, вроде осторожно, но подозрительно настойчиво. Встретившись с его глазами, прочитала в них приговор.
Что ж, угрызений совести у меня точно не будет. По рассказам домочадцев помнила, что сокровищница открывается от капли моей крови. Там стоит магическая защита. Так мне надо лишь изловчиться и сделать шаг назад, чтобы двери вновь запечатались. А что делать с управляющим – подумаем потом, когда и Сираи изолируем.
События стремительно неслись снежным комом, не давая мне возможности на адаптацию в этом мире. Так и поверишь в помощь богов. Они слишком вовремя напичкали меня нужными воспоминаниями.
