Текст книги "Вестник забытого рода! (СИ)"

Автор книги: Тата Шах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

Глава 18 Разумный источник.

Там в небытие было тепло и уютно, отступили все переживания и навеянные чужие проблемы. Я же не графинюшка, не она. Я человек, который здесь временно. Выполнила миссию: открыла источники магии, спасла короля, напитала детей, защитила их от отца, обеспечила им наследство, помогла братишке восстановить право на графство. Не успела помочь северянам, так феи им и так теперь помогут, они не зря встали рядом со мной, уж точно получили преференции.

Не успела восстановить земли графства, не помогла людям, так назначила грамотного управляющего, и если король не дурак, положится на них, чтобы сохранить наследство сыновьям. Не успела признаться герцогу, что мне приятно его внимание, что в других обстоятельствах я дала бы ему шанс – так это к лучшему. Он с чистой совестью сможет найти себе более выгодную партию. Не успела помочь людям, нуждающимся в слове богов, – так как-то же до этого они справлялись, справятся и теперь.

Вокруг меня кружились черные тени, которые не вызывали отторжения, а, наоборот, воспринимались родными, их пронизывали яркие серебристые и золотистые искорки, напоминавшие о чем-то родном. В нежном мареве тьмы я живу бесконечно. Мне не нужно вспоминать о том, что приносит боль, радость. Внутри что-то шевельнулось от слова «радость». Но нет, это того не стоит. Там меня ждут бесконечные дела, чужие проблемы.

Вдруг очнулась и рассмеялась. Вестник! Кому нужны его потуги? Сколько бы еще я смогла приносить вести, вникать в чужие проблемы. Я и на Земле в последнее время с радостью отошла от дел, потому что чувствовала – пора. Страх стать черствой, жестокой, позабыть о людских слабостях всегда оставался со мной. Благодаря ему я бывала в ярости, меня мотыляло в эмоциях. Имя «Савелий» откинула прочь. Если буду думать о нем, то начну вспоминать остальное.

Но мой покой был нарушен, видимо, и тут мне предстояла вечная борьба. Неказистый воин вызвал меня на бой. Я увидела себя со стороны. Красивая девушка с золотистыми волосами в доспехах из черной кольчуги. Острый меч в руках. Воин напал неожиданно, отразила удар, не задумываясь. Несколько приемов – и он повержен. Странным образом он истаял в темном сгустке.

Не смогла рассмотреть, где нахожусь, так как передо мной вырос другой воин. Этот был намного больше и мощнее. Руки уверенно держали меч. Он поклонился мне и произнес свое имя «Арторон! Воин огня». Через пять минут боя, прочувствовав все свои мышцы, битая мечом не один раз, имея два кровоточащих пореза, но почему-то не чувствуя боли, спросила.

– В этом бою может быть ничья?

– Я бы рад, дева, но наградой служит выход из этой арены небытия. Я мечтаю о перерождении.

– Что бывает с теми, кто проиграл? – воин оказался не только умелым, но и благородным, ответил не соврав.

– Они теряют право на перерождение.

Дальше наш бой напоминал смерч. У меня выросли золотистые крылья, так воплотилась в этом месте моя магия. А воин вырос на полметра, стал шире в плечах, при этом не потерял верткость и скорость. Бой длился слишком долго, я понимала, что устала. Взлетать научилась на второй минуте. В воздухе маневренность была выше, но Арторон умело настигал меня в прыжке, сбивая к земле. Его огненные атаки заставляли постоянно маневрировать и убегать. Падала, вновь взлетала, бесконечное число раз отражала удары его меча. Бесконечный бой, где нельзя отступить и сдаться, ведь непомерная цена заберет жизнь.

Вдруг в воздухе послышался гонг, словно на арене прозвучал сигнал о прекращении боя. Остановилась в метре от воина и удивленно посмотрела на него. Тот поклонился мне, но не исчез. Его слова повергли в шок.

– Мы перешли на следующий уровень оба. Сейчас появятся противники. Предлагаю встать плечом к плечу, – раздумывать было некогда, потому что к нам пробирались четыре воина с головами козлов. Большие ветвистые рога и рост с два метра. Они, очевидно, не принадлежали людской породе. Бой длился недолго. Противники оказались неповоротливыми и тупыми. Мы лихо проредили их ряды, а через полчаса справились с остальными.

Противников прибывало, и вот через пару раундов мы сражались с десятью сильными бойцами. Этот бой последний или нет? Нам положена передышка?

– Нет, – закричала целая толпа зрителей, невидимых и потому опасных. Собрать волю в кулак, совершить маневр в воздухе, взлететь высоко и увидеть преграду, посмотреть с сожалением на своего напарника. Осталось вспомнить, как работает моя магия. Пожелать, чтобы золотистые искорки вспыхнули ярко. Вроде бы она работает не так, но чувствовала, что в этом месте понадобится она вся. Разжечь их, подпитать и увидеть, как вокруг размыкается тьма. Затем громко пожелать, чтобы вокруг стало безопасно, чтобы Арторон нашел свой покой и получил шанс на перерождение.

А потом упасть в траву под ярким голубым небом. Почувствовать, как приятный ветерок ласкает кожу, напоминая о чем-то важном. Нежные капли будоражат душу, заставляя очнуться. Я изо всех сил сопротивлялась, потому что там меня уже нет. Перевернулась на бок от особенно наглой капли, она пробралась за шиворот. Перед глазами веселозамерцали серебристые и золотистые искорки. Они играли со мной, рассказывая, как скучают. Стоп. Я чувствую. Значит, живу?

Несмело открыла глаза и столкнулась с темным омутом мужских глаз. Не сразу вспомнила кто он. Имя Дейн всплывало в памяти долго. А когда я произнесла его, на меня накатилась какофония звуков, ярких образов моей жизни в этом мире.

– Дейн. Я жива?

– Наконец ты очнулась, сонная красавица, – прикрыла глаза от слабости и невозможности справиться с накатившими эмоциями, – не смей вновь уходить туда. Мы и так долго ждали твоего пробуждения, Сариш. Источник почти сразу восстановил твой резерв. Да и Ирика с Гуром помогли магии усвоиться, но ты решила уйти за грань. Ты там находилась семь дней. Представляешь, как страдают твои сыновья? Ты подумала о том, что нужна дочери?

И это герцог, предложивший мне нанять магичку, чтобы переложить заботу о детях со своих плеч? И он ни разу не сказал, что тоже скучал.

– Скучал по тебе, – его лицо вдруг оказалось рядом с моим. Он выдохнул на меня теплым воздухом, заставляя почувствовать стук сердца. Бьется? Значит, я действительно жива!

– Дейн, как мои дети? – мне хотелось спросить о многом, но язык тяжело проворачивался, словно рот был набит песком.

– Сейчас, – мужчина поднес к моим губам воду в стакане. Напоил, позволяя пить маленькими глотками, а потом опустил глаза на мою грудь. Вот дура! Я же семь дней не кормила, молоко наверняка пропало. Но стоило мне, не обращая внимание на мужчину, зажать сосок, как маленькая капелька выпала, вопреки всем физическим законам. Ошалело посмотрела на него, не отрывающего от моей груди свой взгляд.

Его тяжелое дыхание, мое недоумение. Он повертел головой из стороны в сторону, словно стряхивая наваждение, – тебе принесут детей. И не переживай, лекарь сразу же дал указания, чтобы мы сцеживали молоко. Кстати, чем ты там в мире грез занималась? Даже источник не привел тебя в чувство?

Он ушел, а я рассматривала обстановку незнакомой комнаты. Эта комната была большая, светлая и уютная. Не помню, чтобы я жила в такой. Но взгляд за окно подтвердил, что я нахожусь в имении. Знакомый сад, вдали виднеются горы. Дослужилась до хозяйских покоев. Было и грустно и смешно. В прошлом я не успела переехать из детской. А оказывается, мне положены отдельные апартаменты. Вон и дверь в ванную комнату имеется. Мне бы встать и привести себя в порядок, но попытка провалилась. Все же болезнь была не иллюзорной.

Хорошо бы было очнуться и сразу же включиться в повседневные заботы, а мне придется отлежаться. Сколько времени понадобится для полного восстановления? Кто будет за мной ухаживать? Почему не Кулам или Зара? Почему рядом со мной был герцог?

Через минут пять в комнату ввалились все мои барышни с детьми на руках. Рифа запричитала.

– И как же вы так, леди? Только связь с дочкой подтвердили, а уже удумали ее оставить. А сыновьям как вашим бы без вас-то. Кому они нужны сиротинушки? Отцу не нужны, король опять пришлет нового неправильного управляющего. И все мы по миру пойдем, – вот как она умудрилась высказаться в одном предложении о моем долге по отношению к детям и о судьбе людей моих землей?

Кулам положила Исоли ко мне, перед этим подтолкнув подушку, помогла привстать, чтобы удобно было кормить. Дочка мило улыбалась, ухватившись за край сорочки. Я ее погладила по золотистым кудряшкам, обещая мысленно, что больше никуда не пропаду. Взгляд зацепился на молчаливого Тирейя. Сын осунулся за эти дни. Тарик кряхтел натужено, словно вернулся на пару месяцев назад. Сыновья странно не проявляли активности, не сползали с рук Торис и Кулам, не понеслись ко мне, а всматривались в счастливое лицо сестренки. Они уступили ей, но сами желали оказаться на ее месте.

– Они же тут без вас чуть богу душу не отдали. Все втроем, – грустно улыбнулась Торис. А я вспомнила, что заклятый друг пытался вытянуть их магию артефактом. Как я могла не заметить, что он вынашивает коварные планы?

Настала очередь сыновей. Первым приложила к груди Тарика, помня, что он нетерпеливый и наверняка сейчас сдерживается из последних сил, чтобы не зареветь. Потом Тирейя. Оба сына жадно глотали молоко, а я снимала их страх прикосновениями, обещая, что буду всегда рядом. Их щечки порозовели, возвращая силу, а я поняла, что желание уйти в небытие было опрометчиво. Оставить такие сокровища на других, доверить своих детей другим не готова.

Кулам же и рассказала, чему подверглись мои дети. Их в последний момент спас Рикот, четвертый монах-воин. Он окружил их защитным куполом, пока бяка не перестала вытягивать из них магию и жизненные силы. Он же и подпитал их, велев начать кормить супчиками и поить целебными взварами раньше времени. Планировала подкормку пока только для Тарика, а попали и Исоли, и Тирей.

Встретилась с довольным взглядом герцога, вальяжно рассевшегося в единственном кресле в этой комнате. Это как? Почему он присутствует при кормлении? Он одними губами прошептал «потом», откладывая взбучку или странные новости. Когда мы с ним успели перейти черту в отношениях? Нет, я помнила все до того, как отключилась, и его слова, сожаления. Но я не помню, что изменилось с тех пор? Пообещала в бреду быть с ним?

Дети заснули у меня на руках, уютно сопя. Не отдала никому их, чувствуя тепло родных ручек, вцепившихся в меня. Тирей и Исоли у груди, Тарик чуть ниже устроился, скатился почти до живота, но не выпускал меня. Рифа зашептала.

– Получили свое, не хотят отпускать. Вон оно как! Но вам следует соблюдать постельный режим. Давайте мы их заберем, принесем позже.

Кивнула, понимая, что минуты растягивать бессмысленно. Провожала уходящих женщин с грустью. Проснутся, а мамы опять нет рядом. Лучше выздоровею быстрее и тогда смогу быть с ними рядом всегда.

– Вот как ты с ними? Ведь не твои они. Я тогда предлагал магичку, понимая, что ты пришлая и дети тебе не родные. А ты вжилась с ними. Знаешь, это ведь не я вернул тебя из-за грани, хотя упорствовал и боролся за твою жизнь, а они. Помни, они твой якорь в этом мире.

Он вдруг встал и подошел ко мне. Не успела даже пискнуть, как оказалась в его железных объятиях. Замер рядом, притягивая к себе сильней, и выдохнул глухо.

– Я тогда сожалел, что не успел сделать тебя своей. А знаешь ли ты, что соитие быстрее восстанавливает силы и магию? Не знаешь, пора проверить.

Его губы коснулись моих, вызывая дрожь и раздражение. Мне были приятны его прикосновения, но они оказались преждевременными. Не должен ли он сначала поухаживать за мной, убедить, что все это не обман, а обдуманные действия, что он понимает все последствия. И когда он успел надумать, что может себе позволить все? Нет, об необременительных отношениях я сама мечтала, но не сейчас же, в доме с детьми. А тем временем его действия стали активнее. Его руки поползли по ногам, поцелуй привораживал. Даже на миг забылась, но пришла в себя быстро.

– Нет! Нет! – он нависает надо мой, а я двигаюсь от нетерпения. Желание освободиться от его объятий слишком сильно, чтобы придавать значение его желаниям. Я всегда была уверенной в себе. Оказалось, что позабылись все его намеки и флюиды, отдававшиеся внутри нестройным калейдоскопом. Если я хоть на миг засомневалась, то близости не бывать.

Кинула в мужчину еще парой слов, категорично приводя его в чувство. Видела, что он находится в возбужденном состоянием, но испытывать жалость, сострадание не означает, что необходимо поддаться ему и слиться с ним в экстазе. Наоборот, решительно сказать «нет», что я и сделала.

Было забавно наблюдать за ним. Дейн пыхтел от неудовлетворенной страсти. Его страстные порывы не нашли отклика. Он отскочил от меня, пытаясь унять дыхание. Я не могла ему объяснить, что в моем возрасте женщина думает сначала головой, а потом отдается без промедления, бездумно. Да и поймет ли он, что я намного взрослее графинюшки, этого тела, что я сумею всегда взять под контроль разбушевавшиеся гормоны.

Сожалела ли я, что разрушила все? Нет! Дейн выбежал как ошпаренный из комнаты, а я вздохнула с облегчением. Если любит, то поймет, а на нет и суда нет! Прикрыла глаза, чувствуя головокружение. В голове кавардак, а в жизни не пойми что. Не везет графинюшке на мужчин. И даже зная, что я не она, мужчины совершают те же ошибки, принимают юное тело за факт. А ведь герцог старше, опытнее, мог уже убедиться, что я другая. Как он говорил? Отец договорился с королем о нашем браке? И лишь его смерть развязала им руки? С таким напором он больше подходит ей, а не мне.

Действительно, этот мужчина предназначен не мне. Для меня все выглядит совсем по-другому. Его заинтересовали перемены, он проявил любопытство и сам не понял, как начал воспринимать меня своей собственностью. Лукавить не буду, его поцелуй и жаркие прикосновения на миг погрузили в страстный танец. Но это был порыв. Я соскучилась по настоящим отношениям. Мужчинку бы мне! – сказала бы я в своем мире, а тут терплю, пытаюсь обуздать гормоны. Зачем? Так мне приходится думать не только о себе, но и о детях. Им не пойдет на пользу взбалмошная мама, потерявшая доверие общества. Если бы встретила на пути мужчину, который уважал бы меня, прикрыл от всего света, тогда бы окунулась в эти отношения с головой. А герцогу еще до этого момента нужно пройти немалый путь взросления. Пока я вижу эгоиста перед собой.

Дейн вернулся через десять минут с лекарем. Откуда в нашем имении тот появился? Разъяснения получила откуда не ждала.

– Леди Сариш, я вас обследую и назначу лечение. Хорошо, что все маги в тот день поделились с вами энергией. Потому и очнулись вы не через полгода и тем более не ушли за Грань. При таком расходе магии даже самые опытные маги выгорают, – он выглядел странно. Если лекарь из Реуса был одет в обычную одежду горожанина, то этот лекарь словно сошел со страниц книги о Римской империи. Штаны еле выглядывали из-под широкой тоги, накинутой на светлую рубашку. В таком наряде не к даме на прием идти, а проводить операции, – господин Атур из клана Игольда оплатил лечение полностью. Так что я буду вас наблюдать до самого выздоровления.

Он просканировал меня руками, которые излучали едва видимый белый свет. Затем рассказал о приговоре, повергшем в шок. И конечно же выдал рекомендации герцогу. Когда лекарь ушел, получив мое слабое «спасибо!», устало откинулась на подушку. Обдумывала свой диагноз, довольно странный. У меня образовалась связь с источником магии. Сейчас он испытывает трудности в восстановлении, поэтому и продолжает тянуть мою магию. Получается, никогда не смогу уйти из имения. Даже совершить проверку графства Тиракат, навестить братишку, его семью. У него же когда-нибудь она будет?

Только после нелепых домыслов, рассмеявшись в душе своим страхам, обрадовалась, что северянам пыльца все же досталась. Не стали бы они благодарить просто так. Помнится, услуги лекаря стоят недешево.

– Они уехали, – тихо промолвил герцог, до этого молчавший и вызывавший легкую вину. Думала, обиделся. Мужчины намного ранимее нас, торопились отвезти рецепт исцеления своему князю. – На счет связи с источником не переживай. Мы все дружно продолжаем подпитывать тебя: и я, и монахи, и саюршарцы строго по их рекомендациям. Ирика сказала, что связь временная. Когда источник восстановится, ты пойдешь на поправку. И зря ты отказалась от близости, энергия так восстанавливается вдвое быстрее.

Вроде рассказал многое, а оставил осадок недосказанности.

– Спасибо тебе, Дейн. Извини за все, но мне не хочется лишаться нашей дружбы, – добавила немного лести, но сказала то, что остудит его окончательно.

Он грустно улыбнулся.

– Отдыхай, неприступная графиня. Обо всем поговорим позже, – Дейн вновь уселся в единственное в комнате кресло, вытянув ноги. Было очевидно, что оно ему мало. Сколько он так дежурит у моей постели? Почему все же его не заменят девушки или кто другой? Слишком долго ловила его взгляд и не заметила, как уснула.

Проснулась, чувствуя призыв естественных нужд, попыталась подняться, но тут же была подхвачена на руки и сопровождена в уборную. Благо идти было всего пару метров до ближайшей двери, поэтому не успела испытать стыд. Он оставил меня одну справляться, но велел звать, если почувствую себя плохо. Таким же способом транспортировал меня обратно на кроватку. Потом был обед, кормление детей. Они выглядели немного лучше. Как поняла, лекарь наведался и к ним. Приятно было ловить несмелые улыбки и требовательный призыв больше не оставлять их. О чем думали боги, подвергая моих малышей испытаниям? Зачем им столько невзгод, переживаний?

Как обещал лекарь, я пошла на поправку, стоило Ирике принести радостную новость, что источник засиял ровным светом и феи вернулись к сердцу Имборна.

Она-то и успокоила меня.

– Не переживай, хранители вышли из тени и отправились к источникам. Мы выбрали семерых самых сильных из нас. Они сольются с источниками и станут им служить. Наш род не прервется. Мы сами пойдем исправлять остальные источники, починим их обязательно. И да, твой герцог оказался приближенным нынешнего короля, и мы с ним обговорили условия нашего участия. Отныне королевство не будет нам мешать. Хоть кто-то из людей понимает, что мы нужны.

Я была рада за них, но не могла не спросить.

– Такая пакость под боком обитала, а никто не знал об этом? И сколько лет было Тагору, что он жив был до сих пор?

– Мы и сами виноваты, чувствовали, что магии что-то мешает, что источники гибнут, но закрылись в своей скорлупе обиды и молча наблюдали за этим. А Тагор молод был по нашим меркам, – она грустно вздохнула, – я ведь сама его воспитывала, так как родители мальчика погибли в той войне. А предателем своего народа был его отец, мой кровный брат. Я сражалась за нас, он против нас. Тагор долго не уходил на перерождение, и я успела его расспросить. Он нашел первый поглотитель у себя дома. Подбросил его в семью аристократа под видом ценного артефакта. Сильный был мальчик. А питал тот поглотитель не бога, как ты могла подумать. Наоборот, он собирал энергию, чтобы уничтожить его усыпальницу. Винил он всех в смерти родителей. К сожалению, он поверил, что его убили люди. Думал, бог наказал за то, что саюршарцы выжили.

Получается, и Ирика и Гур рождены еще до той войны, где люди сражались с саюршарцами. Не сказала бы, что Тагор молод, потому что онровесник той войны. Странная судьба у него была. Внешне чистый и мудрый, а скрывал столько злобы внутри.

Феи вернулись не одни. В лес вернулись и другие представители волшебного народа: лешие, дриады, русалки, водяной, кикимора, домовые. Еще не успел уравновеситься источник, как феи ринулись на другой континент. Тот действительно имел в основании портал к новому дому, и теперь все знают, что магия возвращается в мир. Пока только в нашем королевстве, но в будущем она вернется и в другие королевства. Король уже оповещен об этом, они даже успели разработать план безболезненного оповещения людей. Сейчас разрабатывается договор мирного их существования. Хранители выступили нейтральной стороной.

А самое главное – боги получили недостающую силу, которую вытягивал безымянный бог, и во всех храмах расцвели иртузии, оповещающие о том, что боги празднуют рождение нового мира.

Мне было велено лежать еще пару дней, в которые герцог не отходил от меня.

– А тебя не ждут во дворце?

– Это намек? Весть богов, что я здесь не ко двору, – смутилась, но посмотрела на него прямым взглядом. Мне нечего было скрывать, а вот в какую игру играет он? Не оставил надежды завоевать меня?

Он так не объяснил мне, почему находится рядом, ждет моего выздоровления. Так приказал король, проникнувшись моим участием в освобождении магических источников? Или это его инициатива, и я сейчас наблюдаю ломку влюбленного, которому не дают дорваться до желанного объекта? Жаркие взгляды, грусть в глазах, попытка казаться веселым.

Что стоят его выверенные действия в отношении детей! Он даже играл с ними, неизменно помогал при кормлении, выхватывал раньше нянек из моих рук. Потом щекотал в животики, вызывая задорный смех. Дети странным образом шли на поправку вместе со мной. Мое сердце рвалось за ними, когда их уводили. Хотелось поделиться с ними своим теплом, но мне велели поберечься некоторое время, и я терпеливо ждала, когда это время настанет.

Разговор о произошедшем состоялся через три дня, тогда же я впервые вышла на улицу вместе с детьми. Вспомнились их игры с Тагором. И вновь внутри разразилась буря. Я ему доверяла, а он использовал меня для воплощения своих ненависти и обид. Как сказала Ирика, они все проглядели изменения, происходящие в нем, поэтому и винить себя смысла не было. Но это давалось нелегко.

За эти дни успела расспросить почти обо всем, оставались неясные моменты.

– Что стало с остальными артефактами? – неясный образ артефакта поиска воды, стремящегося слиться с источником, навязчиво преследовал меня все это время, – не приходили вести от северного князя? Помог ли им наш рецепт? Что король? Оставил на меня свои грандиозные планы, или следует готовиться к противостоянию? – задавала дюжину вопросов, вызывая смех у присутствующих. Управляющий с дворецким, Аминала и Зара замерли в ожидании ответов. Понятно, кто не в курсе всех событий.

Отвечали и Ирика, и Дейн, и монах, как самые осведомленные. Выходило, что те артефакты все слились с источником. Мне не показалось. Они сыграли свою роль в его восстановлении. Северный князь пока не ответил, но беловолосый отписался, что дети князя идут на поправку. Князь же планирует отблагодарить меня щедро. Мне стоит готовиться принимать щедрые дары. Вот не надо мне этого. Знаем, чем оборачивается щедрость сильных мира сего. Хорошо у них все, дети выздоравливают и ладно.

Король не оставил своих планов, поэтому и отпустил племянника с легким сердцем, велев настойчиво ухаживать. Дейн рассказывал об этом, намекая, что со стороны короля и королевы наш союз одобрен заочно. А я умилялась, видя довольство на его лице. Хотелось бы ошибиться, но он неосознанно раскрыл мне свои планы. Все же дружба с ним будет предпочтительней.

Ирика и Гурт рассказали о своих планах. Они собираются возвращаться в ближайшее время домой. Моя связь с источником почти прервалась, а они этого только и ждали. Через неделю пришлют нам хранителя, который сможет установить связь с нашим источником.

Ни в этот день, ни в последующие меня не допустили до дел. Курш лишь отчитывался кратко «все идет своим чередом. Запланированное решается и моего участия пока не требуется». Поэтому посвятила все время детям, наслаждаясь покоем. Это были самые счастливые дни за последнее время, за время пребывания в этом мире.

Но спокойствие не могло длиться вечно. Первым звоночком стал приезд хранителя. Альторас не смог наладить связь с источником, потому что связь со мной не прервалась окончательно. Он предложил посетить источник и попробовать на месте разобраться, что происходит. Мы все задавались вопросом, почему мое здоровье восстанавливается, а источник не тянет больше из меня силы. Альторас недоумевал больше всех, потому что с виду источник выглядел нормальным. Все артефакты, пожертвованные нами, прижились в нем хорошо. Никаких аномалий сканирование не показало. Вот он и предложил разобраться на месте, отследить нашу связь.

Герцог отправился со мной, как, впрочем, монах и двое из его воинов. Я как-то пыталась вручить им их гонорар, но те отказались. Оказывается, с тех, кто помогает миру, они не берут деньги. Все экономия. Когда я еще начну зарабатывать на своих землях, пока они требуют вложения и не приносят дохода.

Феи нас встретили у самых подступов Имборна в этот раз. Рядом с ними появился леший. Удивленно рассматривала сучковатого, высокого с виду юного мужчину. Лишь ветки в волосах и живые листья в украшении рубашки выдали в нем волшебное существо. Помнится, в нашем мире существовали легенды о них. Чтобы лешие служили верно и берегли ваш лес, надо их задобрить гостинцами. Попросила Дейна выделить подарок лешему из нашей съестной корзинки. Мы хоть и шли ненадолго в лес, но неизвестно, насколько придется задержаться.

Подношение сработало. Леший улыбнулся по-доброму и представился.

– Меня зовут Инокентий, – опа, имя с Земли, – вы узнать, почему связь с источником не прервалась? Так этот источник выбрал тебя в хранители. Портал на Туманный материк, где обитают наши ныне, требует вдумчивого отношения. Не каждому подобное доверишь. А источники создавались миром разумными, – он посмотрел на Альтораса, – ты опоздал, хранитель. Ты нужен был раньше, когда источники болели.

Мужчина не показал обиды, показывая мудрость и признавая вину. Но мы все знали, что их обида была обоснованной. В той войне выжили единицы из их расы великих магов. Им требовалось сохранить хоть часть от былого. Наверняка никто из людей не потерпел бы хранителей на своих землях. Хотя я была уверена за наш род. Вестники всегда чувствовали, что хранители нужны миру.

Все же мы продолжили путь к источнику. Феи рядом щебетали, рассказывая, что им живется теперь легко. Магия – их стихия, поэтому понятны их восторг и радость. Я же задала главный вопрос, волновавший меня.

– Альторас, вы знаете, как разорвать нашу связь с источником? Вестник должен иметь свободные руки, вдруг необходимо будет отправиться на край света, чтобы донести весть богов? Конечно, не сейчас, а когда вырастут дети.

– Я понимаю вас. На вас и так взвалили многое. Если источнику будет угрожать опасность, вам придется его защищать. Конечно, волшебные создания будут тоже его стеречь, но все же такая ответственность не для всех. Мы затем и идем, чтобы все выяснить. И я советую вам обязательно рассказать о своих переживаниях и волнениях. Не бывало еще такого, чтобы молодую кормящую насильно привязывали к источникам.

Источник встретил меня радостью и глубинной застарелой болью. Он поправляется, но окончательно отойдет не скоро. Я чувствовала его сейчас, волны чужих эмоций захлестывали и звали разделить ощущения. Отшатнулась от, казалось бы, умной концентрации магии. И вывалила на него свои переживания, не забывая добавлять через слово о пользе постоянного хранителя, желающего положить к его ногам свою жизнь. Как поняла, Альторас живет много лет, его семья вся погибла в той давней войне, и он не видит себя в этом мире живущих, не готов идти к людям за новыми ощущениями.

Источник долго сопротивлялся, не желая мириться с моим отказом. Пригрозила ему полным развоплощением, в сердцах крикнув, что здоровье детей мне дороже. Разве он не понимает, что дети тоже связаны о мной. Оттягивая мою магию и силы, он лишает и их здоровья.

Он согласился со мной не сразу, его компромисс напоминал обман. В мыслях возник образ, как магия приглушает нашу связь до тех пор, пока дети не выздоровеют. А вот Альторас будет связан со мной и источником. Кровные узы сильнее других. Приобрести нового брата можно, но зачем такие сложности? В этот день мы вернулись домой, так и не договорившись с источником. Дейн не отходил от меня, ему не понравилось предложение источника о союзе с хранителем. Он пытался отговорить от принятия решения в этот день.

Все последующие дни герцог пытался уговорить меня уехать в столицу, поставив источник перед фактом. Странно воспринимать водопад разумным. И мне это давалось с трудом. А мужчина зазывал в столицу не просто так, что-то задумал, прикрываясь возможностью изучить проблему в тайных дворцовых архивах. Я предложила доверить эту трудоемкую работу профессионалу, сделать запрос библиотекарю. Не готова была уезжать никуда. Только вернулась домой.

А дома моего присутствия требовали дела. Управляющий графства прислал отчет о первом аудите. Да и брату срочно требовалась помощь. В графстве Вестания назревал бунт. Люди прознали, что Аритас не Вестник, а его сестра как раз приняла дар. Вот и требовали законную наследницу. Оказывается, издревле в нашем графстве существовал подобный порядок наследования. Графом становился тот, кто владел семейным даром. Еще и Курш подловил меня в кабинете, рассказывая, что требуется мое участие как судьи. В деревне случилось аж три случая с дрязгами и рукоприкладством.

Страсти накалялись. Даже подумалось, а не бросить ли мне все и не сбежать? Или довериться все же Дейну, который постоянно предлагает свою поддержку и готов подставить широкое мужское плечо?