Текст книги "Вестник забытого рода! (СИ)"
Автор книги: Тата Шах
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)
Глава 16 Сердце Имборна.
Ответ на свои сообщения получила только к обеду. Видимо, что-то там у них было неладно. В двух сообщениях из трех были короткие фразы.
«Ждите. Никуда не смейте влезть или куда-то уйти. Будем через два дня в имении». Монах и герцог сошлись даже в интонации слов. Уж как они собирались преодолеть путь в несколько дней за два дня – неизвестно. Зато между строк так и читалось беспокойство. В третьем сообщении баронесса описала сначала какая я невезучая яркими эпитетами, а после сообщила, что посылает с герцогом мои документы. Так и хотелось закричать «Есть!», но пришлось сдержаться и со скучающим видом зачитать содержание сообщения Тагору и остальным домочадцам.
– Не зря съездили, леди! – Курш вежливо поклонился, признавая мои непосильные труды и результаты.
– Исоли наверняка без мамы спит неспокойно, – одновременно воскликнули Аминала и Зара, – соскучилась по сестренке, – добавила тихо девушка. Тетя ее обняла и прослезилась, пряча лицо.
– Поход отложим на два дня, и я пойду готовиться к приему гостей, – Сергай проявил выдержку, показывая свою незаменимость.
– А герцог и монах, пожалуй, тоже неравнодушны к вам, Сариш, – Тагор улыбался ехидно, трактовав странно все сообщения.
– Тогда я все же наведаюсь в сокровищницу. Моим детям ничто теперь не угрожает, а вот сыну мадам Арусии мы обещали помочь.
Никто не возразил, не упрекнул, что я намерена разбазарить сокровища рода. Все понимали, что случись у меня с сыновьями подобное несчастье, надеяться стоило только на такую вот случайную помощь сердобольных.
Как хорошо, когда дети под присмотром толпы нянек: все, даже Курш, не только его жена и племянница, но и кухарка и поваренок. Сегодня примчалась и Рифа. Откуда только узнала о нашем возвращении? Но с ней я оставила сыновей совсем уж спокойной. Она успевала за их активными потугами пробежаться, попытками уползти, куда не следует. Забавно было наблюдать, как полная женщина стремительно ловит сорванцов по комнате.
Сокровищница встретила меня тишиной. Радовало наличие освещения на всем пути к тайной двери. И сама сокровищница, стоило в нее войти, осветилась яркими магическими светильниками. Огляделась еще раз, анализируя и вспоминая, что находится в каждом из сундуков. Уверенно потопала к металлическому сундуку, где, помнится, хранились артефакты. Пока не думала о том, как буду среди множества определять тот самый. Хотя описание, данное Арусией, хорошо отложилось в памяти. Даст бог, найду искомое с первой попытки.
Перебирая их руками, не задумывалась, что необходимо соблюдать какие-то правила. Не имела просто нужных знаний на этот счет. Но в мыслях промелькнуло упоминание о том, что опасные артефакты лучше брать специальными магическими щипцами или в перчатках, но оно тут же погасло. А зря я проигнорировала предупреждение интуиции. Вдруг в руках активировался странный артефакт. Он меня и привлек тем, что напоминал настоящую золотую рыбку: и чешуйки реалистичные, и плавники завернуты, как у живой.
Я уже почти дошла до дна сундука, не найдя искомого рисунка подпитывающего артефакта, когда увидела это чудо, которое сейчас горело в моей руке красным огнем. Рыба же должна светиться голубым или, на худой конец, белым? Мысли текли вяло. Понимала, что попала и не знала, как выкрутиться из передряги. А если это артефакт боевой и в нем хранится по сей день заряд, способный разнести все имение? Надо было брать с собой Тагора и Курша.
Произнесла на автомате заклинание, которому научил меня недавно братишка, чтобы прочитать состав зелья. Вдруг сработает. Над ним действительно высветилась надпись крупными буквами.
«Артефакт изъятия силы. Через три минуты магия перенаправится владельцу». Мигнула раз, другой, и буквы ложились в другие символы.
«Артефакт пополнения силы. Через три минуты магия зафиксируется и, когда произойдет повторная активация, она перенаправится для излечения магических потоков больного, – для уверенности добавила, читая слова, которые мечтала увидеть, – излечение полное».
Откуда в мыслях произошла подмена виденному, не понимала пока, но это определенно запрещенный артефакт. Куда он перенаправил бы энергию? От кого сыну Арусии придет подпитка? Не будет ли ошибкой ему давать в руки непроверенный артефакт? Не причинит ли он вред? Выбежала из сокровищницы, не оборачиваясь назад. Да и зачем? Дверь сама закрывается и становится видимой только Вестнику.
Тагора нашла в саду. Сыновья успели оседлать его. Забавно смотрелся большой мужчина в роли лошадки. Мне бы обнять детей, но у меня в руках было неизвестное творение магов прошлого.
– Тагор, – он с неохотой отвлекся от увлекательного занятия. Никто бы не усомнился, что ему нравится играть с детьми. Сразу увидел артефакт у меня. Осторожно передал Рифе юных наездников. Он подходил медленно, словно предупреждая о чем-то. Постепенно до меня доходили сказанные им слова.
– Осторожно, не двигайся. Я подойду, и ты отдашь мне бяку.
Кивнула ему, а потом замотала головой.
– Я нечаянно его перенастроила, и теперь он не выкачивает энергию. Наоборот, должен питать того, кто активирует. Но мне интересно, куда ушла бы магия и не опасно ли его отдавать для лечения.
– Золотой Вестник, но давай я все же проверю, – он протянул ко мне ладонь. Мне бы отдать тут же артефакт, но золотая рыбка словно сроднилась со мной и не желала уходить из рук. Осторожно отлепила от себя это чудо и отдала совсем уж с неохотой. Даже в груди где-то заломило от несправедливости, что у меня забирают мое чудо.
Саюршарец попросил уйти всех, но я осталась и с интересом наблюдала за его действиями. Он просканировал артефакт, затем произнес какое-то заклинание, похожее на то, которое совсем недавно произносила я, чтобы узнать свойство артефакта. А потом неожиданно выдохнул и улыбнулся. Только в этот момент поняла, что вокруг стояла оглушающая тишина.
– Ты молодец, интуитивно справилась с угрозой. И кто тебя научил древнему заклинанию лекарей?
– Братишка? – он улыбался, но говорил строго, словно отчитывал нерадивую девчонку.
– Хорошо, с этим разберемся позже, – не поверил? – а тебя не учили, что неизвестные артефакты берут в руки в специальных перчатках, чтобы не активировать их?
– Нет, – улыбалась ему в ответ. Все же обошлось, а он ругает меня, не торопится рассказывать о новых свойствах артефакта.
– Ты его сделала уникальным, – он тяжело вздохнул, – артефакт будет восстанавливать неокрепшие или искореженные магические потоки, питать хозяина. И его можно будет использовать безграничное число раз, – а потом как закричит на меня, – ты понимаешь, что это дельта? Артефакт, созданный из пучины моря и выловленной в нем дельты, не убиваем временем. Его напитывают один раз, привязывая к владельцу. А потом направляют для отбора магии. Ты могла сама умереть, подвергнуть опасности окружающих.
Я обиженно засопела. Все же обошлось, так почему он кричит на меня? Он долго смотрел на меня, зло сжимая руки, и вдруг притянул к себе, невесомо поцеловал в висок, вызвав теплый отклик в груди. Как будто старший брат обнимает. Или нет? Откинула странные мысли, прислушиваясь к его словам. Он пытался меня успокоить. Или себя.
– Ты же могла пострадать, глупышка. Ты подумала о детях? – донеслись обрывки его слов.
Всхлипнула.
– Я же обо всех и думала, когда увидела сюрприз от предков. Я же впервые осознанно применила дар созидания, – слезы высохли, стоило обозвать дар Золотого Вестника правильным словом, понятным мне. Это что-то определенно значило. Почему Вестник из поселка саюршарцев ничего подобного мне не рассказывал? Что они скрывают от меня? Кто в действительности владел этим даром? Знают некоторые из аристократов о нем или просто помнят, что такой был когда-то, но в действительности не знают о нем ничего. Хотя король и его сыновья могли знать больше. Им и доступно больше знаний. Но сомневаюсь, что сами Золотые Вестники делились с ними всеми секретами. И у саюршарцев были обычные Вестники, несущие весть, – Тагор, а почему ваши Вестники живут уединенно? Бог не приносит им больше вестей? Они же должны донести их до тех, кому вести предназначены.
В голове сложился пазл. Наконец сопоставила наблюдения, вызывающие настороженность. Мужчина отстранил меня, приподнял мою голову за подбородок, довольно аккуратно, не вызывая дискомфорта.
– Ты слишком юна и много не понимаешь, но придет время, и ты все поймешь. Прости, Вестники должны сами пройти свой путь. А основные знания Ригол дал тебе, осталось воспользоваться ими в правильном направлении.
В мыслях возник образ сурового саюршарца, обладающего даром схожим с моим. Вестник, который сдерживает свой дар, боясь выйти к людям, обладал необходимыми знаниями, но я слишком мало пробыла в поселке, поэтому научилась немногому. Создавалось впечатление, что у него была нелегкая судьба. Как он сказал тогда?
«– Чувствуй, живи, заботься о близких, сама принимай их заботу. И помни, ты человек. Никогда не ведись на их приказы. Ты вправе решать, как тебе жить».
Но пока выходило, что я подчиняюсь судьбе, уготованной мне богами этого мира. Вот и с северянами меня столкнули, чтобы я им помогла. И с феями позволили познакомиться, чтобы я приняла их нужду близко к сердцу. А ведь говорят, что феи берут неподъемную плату, а та феечка помогла мне увидеть родных без каких-либо обязательств.
Два дня пролетели молниеносно. Мы успели приготовиться к предстоящему походу. Почему я не сомневалась, что и герцог, и монах поддержат меня? Может быть, я действительно слишком полагаюсь на судьбу и местных богов?
В тот же вечер я сходила еще раз в сокровищницу. Теперь целенаправленно искала артефакты, способные помочь в будущем деле. Пыталась наконец примириться со своей интуицией. Она всегда спасала меня в прошлой жизни, помогала выйти сухой из воды даже, казалось бы, в безнадежных случаях. Результатом стала добыча, вызывающая удивление. Зачем мне артефакт поиска воды? Или усиление ментальных способностей? Поняла бы, если бы выудила из сундука защиту от ментального воздействия, а так возникало только больше вопросов. Пять артефактов сложной направленности должны чем-то помочь мне. Пусть я ошиблась и набрала с собой лишнего, или некоторые из них понадобятся позже, но вес не давит, да и в ридикюле они заняли свое место.
Герцог с монахом, обоими девушками, с дочерью и воинами прибыли на третий день. Как она подросла! Милая и моя! Зацеловала ее ручки и щечки, слушая довольный смех младенца. Вот все удивятся, увидев изменения с сыновьями. Те-то уже вовсю бегают, хоть чаще и ползком.
Ее ручки сами нашли грудь. Бровки нахмурились, и она жалобно запищала. Вот она моя умилица, мамкино молоко не перепутать с чужим. Кто там хотел моих детей отдать чужой тетке на кормление? С гордостью посмотрела на монаха и герцога. Монах улыбался искренне, но не торопился меня обнимать. Все же у него должность такая, необходимо скрывать свои чувства. А вот герцог не скрывал удивление. Скорее, он и остановился и не кинулся с претензиями и мнимой заботой именно благодаря нашему единению с дочкой. Понял, мужик, что дети для мамы – это все!
В детской происходил сюр. Сыновья как по команде встали на ноги в люльках и полезли через бортики. Упадут же!
– Рифа, ты почему не смотришь за ними? – раздосадованная, прижимала сыновей к ноге, а их ручки тянулись к сестренке. Понимала, что не справедлива к няне. Сыновья не впервые проделывают подобное, но не сдержалась.
– Ух ты, наша девочка вернулась. Смотрите, как братишки ейные обрадовались! – проигнорировала она мой крик. Да чего уж там? Они ловко перелезли и притопали на своих еще кривых ножках ко мне, – давайте ее подержу, а вы пока грудь подготовьте. Она ж скучала по вам.
Вот во всем права няня, но кто бы ее воспитал. Наглость ее порой зашкаливает. И вроде мудрая, добрая, но как выскажется, так хоть розгами наказывай. Встреча прошла тепло, все дети накормлены, уложены спать в законных кроватках, Торис с Рифой не спорят, хотя пытались перетянуть на себя одеяло. Пришлось поговорить с каждой отдельно. Какая уж тут ревность, детей-то на обоих хватит.
Пора было встретить лицом к лицу мужчин. Выслушать, что у них там в столице произошло, рассказать о своих приключениях, стребовать документы, удостовериться, что король сдержал слово. Замедлилась неосознанно у зеркала, поправляя выбившуюся прядку. Платье сидело хорошо, ни единой складки. Отрепетированные движения позволили и без зеркала вернуть лиф на место. Зачем прихорашиваюсь, не тороплюсь выйти к ним?
Сомневаюсь, что не сдержусь и позабуду о дружбе с герцогом? Я не лукавила с собой, сердце дрогнуло при виде его. А ведь совсем недавно, вдали от него, спокойно рассуждала, как смогу воспользоваться его симпатией, чтобы спасти детей. Неприятно признавать, что эмоции дали сбой. Но я чувствую и живу полной жизнью, как обещала Вестнику.
Все разговоры переговорены. Братишку попытались уберечь, отправив в наше графство. Он послал мне длинное письмо, рассказывая, как он устроился в замке, что новый управляющий прислушивается к нему. Пока все идет хорошо, попросил не теряться и не забывать о нем. Обещал приехать с подарками на день рождения сыновей, мне только сообщить ему заранее. А в конце была приписка – «Я знаю, что ты справишься со всем. Жду хороших известий». И ведь он знал, что меня похитили, а проявил спокойствие и выразил свое отношение к недалеким похитителям, просил не зверствовать сильно. Пообещала себе, ответить ему сразу, например завтра с утра и засяду за письменную работу, отпишусь братишке, баронессе, королеве, поблагодарю их за все.
Графа, как рассказывал герцог, уже доставили в столицу и он понес заслуженное наказание. Мне бы выдохнуть. Свидетельство о разводе, как и остальные бумаги герцог вручил мне в первые минуты прибытия в имение. Но внутри замирает сердце от тоски. Как не справедлива судьба к моим детям. Она лишила их родного отца. В этот момент я не испытывала триумфа, понимая что ничего не сделала, чтобы помочь ему. Но могла ли я перевоспитать графа? Если бы попала в этот мир немного раньше, то поборолась бы за него, попыталась бы объяснить, что дети нуждаются в отце. А так, все сложилось для нас без потерь. Следует радоваться?
В столице все время шли аресты, и герцог был самым главным в этом деле, руководя поимкой преступников. Тогда на арене им удалось поймать главного злодея. Им оказался забытый всеми племянник короля. Там получилась жалостливая история с гибелью родителей и позабытого юного мальчика, который годами копил обиду на свою тетю. Ему никто не объяснил, что королева просто могла не знать о том, что случилось с его семьей. Ему бы написать сообщение, попробовать пробиться к ней на аудиенцию, а если не получилось, то подрасти и повторить попытку. Конечно, это был бы длинный путь, но королева ему помогла бы, восполнила заботу родных.
А ему не повезло наткнуться на заговорщиков, которые сыграли на обиде юного мага. Тот вырос, и обида переросла в ненависть, подпитываемая доброжелателями. С его приходом в ряды заговорщиков дело сдвинулось, появились новые задачи и цели, более глобальные о смене власти. Парень оказался талантливым. На мой вопрос, какое наказание его ждет, Дейн ответил, что самое суровое. Никто не будет делать скидку на обстоятельства, ведь чуть не пострадала уйма народа.
Но по секрету мне было сообщено, что королева добилась для него амнистии. Для всех его казнят, но на самом деле ему предоставлен шанс начать жизнь с чистого листа под новым именем. Когда-нибудь в семье появится никому неизвестный родственник, но парню придется пройти сначала долгий путь, восстанавливая доверие монархов.
Монах удивительным образом верил в то, что я справлюсь сама, поэтому, когда выяснилось, что я пропала, единственный не паниковал. Ирук-то и вселил уверенность в брата. Насколько хорошо он успел изучить меня! Но все же воинов послал на мои поиски, да и сам прошелся по моим следам. Он первым вышел на город Реус, а затем мои следы затерялись. Да и Дейн получил то сообщение от барона, правда первое не дошло, но второе отправленное по бароном по другим каналам дошло. Герцог отправил мне ответное письмо, чтобы я ждала его в городе. Мы разминулись с ними буквально на несколько часов. В Реусе мужчины встретись, удивившись друг другу. Объяснялось все просто – монах не имел прямого выхода на герцога, поэтому и действовали с Ируком параллельно.
Спросила, как поживает барон-дознаватель, оставивший приятное впечатление о своем профессионализме, оказавший мне помощь в незнакомом городе. И была шокирована новостью. Ригонар оказался не тем, кем казался. Он был связан и с герцогом-предателем тех земель, и с северянами. Это по его наводке меня загнали в портальное здание. Его дядя был из горных земель и приближен к князю. Собственно, его не удалось призвать к ответу, так как он поспешно ушел в горы, стоило появиться людям Дейна на горизонте. Как я могла проморгать подобное? Почему становлюсь сентиментальной, забывая свой железный характер, приведший меня в свое время не к одной победе на ринге?
С надеждой слушала о милой девочке Гори. Уж она-то не могла действовать корыстно, но и тут меня ожидал неприятный сюрприз. Она выполняла распоряжения барона, не просто так вывела меня к городскому порталу именно в то время. Я все удивлялась, когда северяне успели договориться магом портальщиком, а это она у меня за спиной передала ему приказ барона. Тяжело разочаровываться в людях, тем более, когда проникаешься к ним искренней симпатией. А я ведь подумывала написать девочке и пригласить ее в имение жить. Здесь бы я помогла ее семье, но она поторопилась вязать себя обязательствами с другими. Как сложиться ее судьба? Было ее жаль, но судьба ее увела по другому пути. Пусть она сделает правильные выводы и станет немного лучше!
Затем мы строили планы о походе в Имборн. Курш рассказал, что уже проделано нами, о проводнике, о подготовленном маршруте, собранных походных сумках. Оставалось определиться с датой выхода в путь. Управляющий и предложил отправить с одним из своих людей посылку дворцовой экономке, на что мы отвлеклись ненадолго. Один из разведчиков получил упакованную, хорошо защищенную коробку и отправился в столицу. Его снабдили всеми верительными грамотами, чтобы не было задержки в пути.
Герцог поспособствовал со своей стороны, послав Арусии весточку, что нужный артефакт прибудет в ближайшее время. Надежнее было бы отправить его с герцогом, который вернется в столицу в ближайшее время, но в таких делах даже один день является промедлением. Искренне пожелала сыну дворцовой экономке справиться с болезнью на радость маме, интуитивно отправляя крупицу Золотой магии вдогонку артефакту. Надеюсь, она сообщит мне радостные новости в ближайшее время?
Только после этого мы вернулись к обсуждению сроков похода. У нас было все готово, поэтому, когда Дейн настоял ускориться, никто не возразил. И он объяснил все предельно честно: в столице его ждала куча дел, но чтобы я вновь никуда не вляпалась, он собирается сопроводить меня в лес фей и проследить, чтобы я оттуда вернулась. Хоть не отказал и не запретил, и то хлеб.
Все время он на меня поглядывал неоднозначно. Даже подумала, что друг, переживая за меня, надумал о чувствах. Готова и я была перешагнуть через свои убеждения? Может быть, когда-нибудь, но определенно не сегодня. Но разговора с ним тет-а-тет не удалось избежать. Слушала мужчину, ставшего мне другом, и умилялась.
– Я настаиваю, чтобы ты завела себе срочного Вестника и переговорное устройство. Я привез тебе пару артефактов на пробу, но думаю, их будет мало. Мы же как узнали, что ты пропала с детьми, места не находили себе. Мне надо заниматься расследованием заговора, а я мотался по прибрежным городам за синицей в руках, – да, синички в этом мире имелись, правда, немного отличались от земных тем, что обладали удивительным голосом и ярко-синим окрасом, – и я прошу забыть тебя об обидах на мужчин и принять мое предложение. Если ты будешь рядом со мной, я смогу знать, что с тобой все в порядке.
– Ты о любви? Или все же ты беспокоился обо мне как о лучшей подруге?
Он ответил по-своему. Яркий, жадный поцелуй уносил в далекие дали, вызывая необычные ощущения. Понимала, что он мне нравится, что поцелуй выше всех похвал, но оставалось пресловутое но. Когда он перешел к активным действиям, прикоснувшись с пылом влюбленного к запретным частям тела, резко пришла в себя. Осторожно высвободилась из его рук и решительно намерилась сбежать. Завтра сделаю вид, что не помню ничего, а сейчас самое время сбежать. Но была остановлена настойчивым, но каким-то нежным захватом.
– Ты же потом пожалеешь о своих словах, – предупредила его.
– Нет, не пожалею. Когда ты пропала, я понял, что ты заняла слишком большое место в моей жизни. Я ведь с тобой редко встречался не из-за того, что был занят, хотя занят я почти всегда. Я с маниакальной преступностью избегал тебя. Каждая наша встреча отравляла, заставляла желать тебя больше. Ты не представляешь, чего мне стоило сдерживаться и не накинуться на тебя, – слова сказаны, их не воротишь.
– Тогда почему ты не нашел меня первым, не признался в тот момент, когда я нуждалась в тебе? – резкие слова вырвались сами собой. Вздохнула и призналась, – извини, я очень хотела, чтобы спас меня именно ты. Ты мне нравишься, но я не готова сейчас строить настоящие отношения. Могу предложить необременительные встречи.
Он рассмеялся.
– Я знал, что нравлюсь тебе. А знаешь, я соглашусь. Со временем ты сможешь убедиться, что нуждаешься во мне не меньше, чем я в тебе испытываю нужду.
Красивые слова, но верилось с трудом. Рассмеяться ему в ответ останавливало лишь обещание жить на полную катушку и совершать ошибки, не сожалея ни о чем. А вдруг его и мои чувства действительно перерастут во что-то большее?
Собирались с утра в напряженном состоянии. Сыновья, будто предчувствуя опасность, давали жару ночью. Им вторила Исоли. Если бы Малит ночевал с ними в одной детской, то мы подняли бы весь дом. А так к нам прибежали Торис, Кулам и Зара. Вот с ними и бдели всю ночь. Поэтому я была еще и не выспавшаяся. Если бы была немного слабее, воспользовалась бы привилегией и отложила поход на денек. Сходить в Имборн мы можем и позже, скажем, через пару дней.
Я все же решилась рассказать о том, что сыновья ночью о чем-то предупреждали. Все недоверчиво смотрели на меня. Даже монах не поверил, что беспокойство детей связано с ожиданием опасности, которая грозит непоправимыми последствиями. Герцог приобнял меня нежно и вежливо напомнил, что я отправляюсь не одна, а с целым отрядом великолепных воинов. Лишь Тагор обеспокоенно всматривался в мое лицо, ища ответы. Вдруг спросил.
– Ты же ходила в сокровищницу? Все, что там набрала, с тобой?
Из-за недосыпа была рассеянной. Мне даже одеваться помогала Кулам. Удобная туника не сидела на теле, а курточка не застегивалась, пока она не подключилась к процессу одевания и не помогла мне. Щелкнула себя по лбу и умчалась за ридикюлем. Вес эта небольшая сумочка имеет минимальный, не помешает в дороге.
Завернула в кухню и впихнула в сумку шмат вяленного мяса и дополнительную фляжку с водой, хотя в сумках, притороченных к седлам наших лошадок, провизии было предостаточно. Да и в лесу водилось много зверья, было много разнотравья и редких деревьев с полезными свойствами. Вчера я все расспросила у управляющего и дворецкого еще раз, выясняя все больше подробностей, словно собиралась выживать в лесу в одиночку. Вот бутерброд из куска хлеба и вяленного мяса я и жевала всю дорогу. Оказалось, одна я не успела позавтракать. Было бы обидно, если бы не было так грустно. Хорошо, что выживание отменяется. Дейн привязал меня к себе за пояс и не выпускал магический поводок из рук. Словно дитя стережет!
Немногочисленный отряд отправился в путь до рассвета. Проводник Ратог пока держался позади. Когда мы пересечем черту, отделяющую деревенские поля и лес, он выступит во главу отряда. Пять воинов монахов, сам монах, герцог и трое его людей, два разведчика из людей управляющего, призванных служить личной охраной. Как будто монахи не для того сопровождают повсюду меня. Хотя бы остальные не требуют баснословную плату за охрану. А мне положена компенсация за то, что они не уследили и допустили похищение? Вот и весь состав.
Никто не думал о настоящей опасности в лесу, где можно редко встретить даже охотников. Но все они забыли, что опасность может исходить и не от людей. Хотя тревожных вестей от охотников не приходило и феи не убивали никого, но чем черт не шутит. Не зря же беспокойство витает в воздухе. Или я становлюсь мнительной, подвержена девичьей слабости? Перенимаю неосознанно суть прошлой души? Чур меня! Быть жалостливой слабачкой, поддаваться гормонам, не уметь противостоять судьбе – это не про меня.
Незаметно пересекли черту леса. Вот мы ехали в высокой траве, а уже через миг нас окружила непролазная чаща. Радовало, что тропинки и дорога в наличии имелись. Ратог, как и договаривались, сразу же выдвинулся вперед отряда. Теперь герцог и монах ехали позади него. Я все так же была в середине отряда. Приятно, когда тебя прикрывают со всех сторон.
Мы проехали пару часов, а сердца леса так и не достигли. Не зря планировался маршрут в пару дней. Вдруг впереди замаячили высокие деревья, скрывающие своей кроной солнечный свет. Рассвет мы застали уже в лесу. Я бы любовалась солнечными бликами, красиво преломляющими ветки и опускающимися сказочным фейерверком на траву, если бы не напряжение. Но оставить совсем без внимания красоту дивного леса не могла. Когда-нибудь я вернусь сюда, чтобы налюбоваться необычностью этого места.
Вокруг становилось темнее, сумрак отбирал и так не высокое настроение. Фея показалась рядом неожиданно. Светлый огонек возник сначала маленькой точкой, словно светлячок заблудился во тьме лесной чащи. А потом он увеличился и показалось волшебное существо. Или все феи на одно лицо, или эта та самая знакомая феечка.
– Привет, ты готова пройти к сердцу Имборна? – ее тонкий голос завораживал. Монах заметил, что я остановилась, и подал знак остальным.
– Мы пришли помочь. Что нужно сделать? – прямолинейность в моем характере.
– Ты освоилась, познакомилась с древним народом, пробудила дар Созидания. Теперь ты Золотой Вестник. Хорошо. Немного проедем еще, а потом я помогу сократить путь.
Уже я подала знак остальным, что можно ехать, и отряд выдвинулся вперед. Пока мы ехали, фея рассказывала странные события прошлого. Когда хранители равновесия ушли из мира и их осталось непозволительно мало, магический мир стал погибать. Волшебные народы переселились на небольшой материк в океане, поближе к единственному уцелевшему источнику магии. Вернее, уцелевшему в полном объеме. Остальные теперь имеют лишь крупицы магии от былой мощи.
В сердце Имборна находится один из старых источников. Но его заслоняет чья-то тень. Феечки могли бы наколдовать и восстановить его магию самостоятельно, но тень не подпускает их к нему. Все понятно. Необходимо уничтожить какую-то тень. С остальным феи справятся сами. Когда она завершила рассказ, спросила.
– Готова? – кивнула ей в ответ, хотя до конца не понимала, к чему надо быть готовой. Но не успела я даже засомневаться, как фея взмахнула крыльями, открывая светлую тропу. Мужчины среагировали на появление короткого волшебного пути, перестроились, но меня вновь оттеснили в центр отряда. Мы перешли по тропе за считанные секунды, затем вышли у водопада. Такое себе чудо посреди леса. Фея счастливо улыбнулась, – сердце нашего леса, Сариш. Теперь дело за тобой.
Лес, веточки деревьев, цветы ожили. Ввысь устремились колонии фей. Как их много! Мы замерли, наблюдая, как удивительные создания скрываются в лесной чаще, оставляя нас один на один с тенью злого чужого заклинания. Я видела, чувствовала его. Тень обволакивала водопад, закрывая силу источника. Но ведь к воде ничего не могло прилипнуть. Если только в ней не скрывается кто-то темный или не увяз в мелких камнях темный артефакт.
