Текст книги "Подарок для эльфа (СИ)"

Автор книги: Таэль Вэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

– Можно мне стонать? – попросила жалобно.

Он оторвался от моей груди всего на секунду – чтобы посмотреть в глаза.

– Да. Хочу слышать, как тебе хорошо. Хочу, чтобы ты стонала только для меня.

И я застонала. Сначала низко, грудным звуком. Потом сильнее, чаще – каждый раз, когда его пальцы внутри задевали нужную точку, когда его язык возвращался к соску, обхватывая его до самого основания, втягивая внутрь, как будто ему жизненно необходимо держать меня во рту.

Мои бёдра начали двигаться сами – едва заметно, но отчётливо: я подмахивала навстречу его пальцам, будто просила глубже, сильнее, больше. Он чувствовал это, и я слышала, как сбивается его дыхание, как напрягаются его мышцы, как член в моей руке пульсирует всё чаще.

Сжала его сильнее, повела ладонью по всей длине, обратила внимание на головку – и почувствовала, как он сотрясается. Его голова откинулась назад, бедра дёрнулись – и сперма вырвалась наружу, горячими, вязкими толчками, заливая мне пальцы, кожу, стекая по внутренней стороне руки.

А в следующую секунду и я кончила. Внутри сжалось, мои мышцы сдавили его пальцы, как будто хотели удержать их в себе. Живот подрагивал, ноги обмякли, бёдра затряслись. Я обвила его шею руками, прижимаясь к нему, вся в огне и дрожи.

Он не вынул пальцы. Удерживал меня, как будто внутри него всё ещё пульсировало эхо моего оргазма, и он хотел впитать его до конца. Он не позволил мне отстраниться, пока я не затихла в его объятиях.

Лишь тогда он позволил себе отстраниться. Вынул пальцы, провёл ими по внутренней стороне бедра, как будто проверял, всё ли с ней в порядке, и встал. Я осталась сидеть на полу, тяжело дыша и с каплями его семени на руке.

Он отошел, вернулся из ванной с влажным полотенцем и молча протянул его мне. Я вытерла кожу – между ног, грудь, ладонь. Он смотрел на меня, не торопя, наблюдая за каждым движением.

– Сними, – сказал он, кивнув на чёрный комплект. – Пока не будет одежды, ты будешь в моей футболке.

Подчинилась, стягивая с себя лиф и трусики – промокшие, смятые. Он протянул мне свою мягкую футболку. Она пахла им: телом, мускусом, чистотой. Я натянула её на себя и почти сразу почувствовала себя уютно и защищённо.

– Сядь, – приказал он, указывая на ковёр у его ног.

Устроилась у кресла. Он вернулся с миской фруктов – виноград, кусочки персика, ломтики груши. Присел обратно, взял плод и, не торопясь, протянул мне. Я уже тянулась, чтобы взять, но он прижал палец к моим губам.

– Только с моих рук и когда даю – соси пальцы.

Я кивнула.

Каждый кусочек он подавал мне сам. Погружал пальцы в мой рот вместе с фруктом, глубже, чем было необходимо. Я втягивала их, облизывала, скользила языком между суставами. Не играла – выполняла приказ. Послушно, старательно. Иногда задерживалась чуть дольше, чтобы ощутить, как его пальцы напрягаются, как он замирает, будто мой рот делал для него больше.

Он откинулся в кресле, наконец позволив себе расслабиться.

– Хочешь что-то почитать? – спросил вдруг.

Подняла голову с надеждой глядя на него.

– Да, господин и можно мне одежду? Что-нибудь, если у вас найдётся.

Он усмехнулся, но не злорадно, а скорее снисходительно.

– Посмотрю, что можно найти, но футболка пока остаётся. Ты в ней выглядишь слишком соблазнительно, чтобы менять на что-то ещё.

Опустила глаза и улыбнулась – чуть-чуть от растущей уверенности: он доволен. Я сделала всё правильно, и он хочет меня снова.

Когда он ушёл кровати, я осталась одна, на полу у кресла. Внизу всё ещё горело, в теле гуляло тепло, грудь покалывало от посасывания, но самое главное – в голове. Не просто след от секса, а ощущение: он зависим и поддаётся мне.

И я научусь этим пользоваться.

Хозяин держал в руках плед. Швырнул его в мою сторону.

– Ложись у камина. Там теплее.

Устроилась на мягком ковре, завернувшись в плед. Горячее тело, влажная кожа, затухающая дрожь – всё это я свернула в клубок и улеглась, чувствуя, как огонь в камине отражается на лице.

Он лёг на кровать, не сказав ни слова, но я слышала его дыхание.

Глава 4: Сброс напряжения

Прошло два дня.

Раэля не было. Его группа выехала на практику ближе к границе – отрабатывать применение силы в условиях нестабильного магического фона и оказывать помощь пограничной службе. Он уехал – не попрощавшись, потому что не считал нужным.

Служащие Академии – те, кто обслуживал аристократические покои, – появлялись утром и вечером. Я уже знала – быть подарком магу его ранга означало не только принадлежность, но и определённые привилегии. Всё, что я просила, было доставлено без слов.

На низкий стол у стены уложили аккуратную стопку. Шёлковое бельё, тонкое, почти прозрачное. Платье – светлое, при движении оно скользило по телу, как вода. Поверх – тёплая накидка, с меховой оторочкой и застёжками на груди. Можно было подумать, что меня собирали на прогулку в оранжерею, но знала, для чего всё это на самом деле.

Ещё принесли четыре книги.

Взяла первую – обложка была мягкая, пальцы приятно проскальзывали по гладкому материалу.«Письма наложницы. Восточные хроники страсти». Вторую —«Кровь и шёлк: Хроника одной фаворитки». Третья – исторический детектив, чуть тяжеловатый, но с намёком на интригу в спальне. А четвёртая – вовсе без иллюзий:«Искусство интимных мышц: как быть нужной телом».

Читала днем и тренировалась ночью. Лежала у камина на меховом ковре и сосредотачивалась на собственных мышцах, училась управлять собой для него.

В приюте учили теории по управлению интимными мышцами, но теперь, когда я больше не была девственницей, всё ощущалось иначе. Я начала чувствовать своё тело по-новому: как оно сжимается, отзывается, подстраивается. С каждым днём мне казалось, что становлюсь лучше. Ближе к той, кто сможет удержать его и удержать власть над тем, что он чувствует рядом со мной.

Когда утром на третий день дверь распахнулась, я уже была одета.

На мне – тот самый чёрный комплект, в котором он не так давно обещал оттрахать мои груди. Запомнила и сегодня хотела, чтобы он тоже вспомнил.

Поверх – лёгкая накидка, но не закрывающая – скорее намёк. Волосы оставила распущенными. Они струились по плечам и спине, сползали по ключицам, будто медленно растекались по коже. Чуть влажные после утреннего умывания, они пахли тонким травяным настоем. Эльф любил мои волосы. Любил вдыхать их, наматывать на пальцы, зажимать в кулаке. Знала это и потому дала им свободу – пускай соблазняют. Я выглядела, как и должна была – привлекательная и доступная.

Эльф вошёл, и по одному его виду было ясно, он злой и раздражённый. Дверь с глухим стуком ударилась о косяк. Куртка, сорванная с плеч, полетела на спинку кресла – резко, без лишних движений, с той злой небрежностью, которая выдавала накопившуюся ярость.

Он весь будто был натянутой струной: походка рубленая, движения отрывистые, сдерживаемые усилием воли, но в каждом – едва уловимый отголосок силы, которую он держал внутри, как дикого зверя на цепи. От него пахло улицей и потом, сырой тканью и остатками чужой магии – и всё это сливалось в резкий, мужской, грубый запах, в который хотелось вжаться телом, как в укрытие, даже когда оно грозило обжечь. Взгляд – угрюмый, с тенью раздражения, ни слова, ни кивка, только плотная, почти зримая тишина, растекшаяся по комнате вместе с его шагами. Понимала, что он пришёл за сбросом.

Он схватил меня за запястье и дёрнул так сильно, что я едва не потеряла равновесие, полетев в сторону окна, развернул к себе спиной, а его рука легла на мою поясницу, надавила вниз – и я сама, подчинившись жесту, наклонилась вперёд, опёрлась руками о край подоконника, уткнулась лбом в холодное стекло.

– Ни звука, – команда, которую нельзя не исполнить.

Молча подчинилась, чувствуя лёгкий страх от его состояния – злость исходила от него так ощутимо, что казалось, любая мелочь способна стать спусковым крючком.

Пальцы легли на бёдра, подхватили и развели шире, чуть приподняли таз. Трусики грубо, наскоро оттянулись вбок, и прохладный воздух коснулся влажной кожи между ног, а следом касание. Два пальца вошли во влагалище, раздвигая вход изнутри.

Вводил в меня пальцы, двигаясь ритмично и жёстко, так что внутри всё распухало и наливалось жаром. Он чуть загибал их вверх, цепляя чувствительное место, массировал плотными, быстрыми движениями, заставляя мои мышцы сжиматься и разжиматься в такт. Влага собиралась и стекала по бёдрам, а каждый толчок пальцев в глубину был чуть сильнее предыдущего – до дрожи в коленях, до того, что ноги начинали подрагивать сами, не выдерживая напряжения.

Таз подрагивал, мышцы сжимались, и я ощущала, как моё тело раскрывается, становится готовым.

Видимо, он уловил это – услышал влажное, непристойное хлюпанье, с которым мои мышцы принимали каждый его толчок. Пальцы исчезли, оставив пустоту и жгучее ожидание.

Тишина и только наше дыхание.

Шорох ткани, тихий лязг пряжки. Я не оборачивалась, но знала – он расстёгивает штаны. Сердце стучало в ушах, а внизу всё пульсировало в предвкушении.

И вдруг – тёплая, упругая головка коснулась входа, слегка потёрлась о набухшие губки, намазываясь моей влагой. Он переступил, встал так, чтобы войти глубже, и его бёдра упёрлись в мои. Головка вжалась в мокрый вход, и он рванулся вперёд.

Вскрикнула, едва не потеряв хватку на подоконнике – он вошёл резко, до упора, скользя по влажным стенкам и прижимаясь венами к каждой точке, раздвигая меня изнутри так, что тело выгнулось само.

Он начал двигаться в чётком, выверенном ритме, словно считал удары. Живот с глухими ударами бился о подоконник, грудь дёргалась в воздухе, не находя опоры. Каждый толчок уходил в глубину, звучал влажно и хлёстко. Внутри всё сжималось, будто пытаясь удержать его, но он был слишком толстым и твёрдым, и я ощущала, как он задевает каждую складку, давит на шейку, растягивает внутреннюю стенку.

Сжимала его внутри, принимая каждый толчок, но сила его движений смешивала наслаждение с болью. Я инстинктивно пыталась чуть отодвинуться, уйти от этого напора, но он держал крепко и не смягчал темпа – погружался в меня с той же силой, что и в первый раз, и, если бы не вцепилась в подоконник, меня бы отбросило вперёд.

Он намотал волосы на кулак и дёрнул на себя так сильно, что я выгнулась назад, поворачиваясь вслед за этим движением, ведомая желанием хоть чуть ослабить натяжение. Это фиксировало корпус и одновременно создавало натяжение в шее. Сила рывков ограничивает движение вперёд, и я фактически была «насажена» на его член и принимала всю амплитуду толчков.

От его толчков дрожали колени, а таз снова и снова с глухим стуком сталкивался с моими ягодицами. Лобковая кость давила в клитор при каждом движении, заставляя его наливаться и пульсировать.

В животе разгоралось жаркое кольцо, вибрации расходились по костям таза, стекали в крестец, в бёдра, и будто замыкались в одной точке. Клитор стал твёрдым, выпирал, и даже мимолётный поток воздуха между телами был обжигающим.

Я напрягала бёдра, но он удерживал за талию и вжимался глубже, пока не ощущала его в самой глубокой точке. Каждый толчок отзывался в клиторе, словно он был соединён с самой сердцевиной моего тела.

Выгнулась, сдерживая стон, пальцы мёртвой хваткой держали край подоконника. Если бы отпустила – меня бы унесло этим ритмом, этой сладкой пыткой, которая нарастала с каждым движением. Клитор стучал, будто второе сердце, а его член снова и снова бил в самую уязвимую, самую живую часть меня.

Он трахал меня как объект желания, как тело, которое надо выжать и, наверное, я хотела именно этого. С трудом принимала такой бешеный темп, но текла от одной лишь этой ситуации.

В какой-то момент поняла, что тело готовится сорваться. Мышцы внизу напряглись, словно стянулись в узел, каждое его движение отзывалось глухим толчком вглубь. Дыхание стало рваным, тяжёлым – как будто не хватало воздуха. Влагалище казалось слишком тесным для него, внутри всё сжималось и дрожало, готовое вот-вот взорваться.

И я перестала контролировать себя. Мышцы сжались судорожно, с силой, что я даже сама ахнула – и услышала, как он хрипло втянул воздух, явно почувствовав, как я обхватила его изнутри. Волна оргазма ударила и прошла судорога, бёдра подрагивали в спазмах, ноги дрожали так, что я едва стояла, а внизу всё пульсировало, сжималось, выжимая из меня крик.

Он продолжал двигаться, вбивая в меня каждый новый толчок оргазма, и я больше не могла сопротивляться этому ритму – только выгибалась, дрожала и сжимала его всё сильнее, пока мир вокруг не растворился в этой разрядке.

Кончала рвано, с перебоями дыхания, пока он продолжал двигаться. Моя спина выгибалась, руки судорожно сжимали подоконник, тело металось между блаженством и перегрузкой, пока он не вышел из меня.

И почти сразу густые струи спермы ударили в спину: первая – выше, почти к рёбрам, остальные стекали вниз. Он держал меня за бёдра, тяжело дыша, а я стояла, согнувшись, ещё дрожащая в коленях, с пульсирующим лоном и горячими каплями на спине.

Он отпустил меня, выдохнул так, словно сбросил с себя часть ярости, и на мгновение остался стоять, тяжело опираясь на мои бёдра. Выпрямилась и осторожно повернулась к нему, чувствуя, как колени предательски подгибаются, а в бедрах сохраняется пульсирующее эхо только что пережитого.

Он смотрел на меня уже без прежнего бешенства – взгляд стал спокойнее и в нём скользнула удовлетворенность. Его грудь ходила ходуном, дыхание было хриплым, как после бега. Из-под приоткрытой ширинки, которую он так и не стянул, свисал всё ещё влажный от наших соков член, но не успевший до конца потерять твёрдость.

Раэль поднял руку, пальцами поймал мой подбородок и уверенно зафиксировал лицо. Большим пальцем провёл по губам, как будто изучая их рельеф, чуть надавливая на нижнюю, заставляя её приоткрыться.

Затем потянул меня ближе, и его рот сомкнулся с моим. Губы прижались плотно, сначала жадно, без прелюдий, а затем он чуть приоткрыл рот, впуская внутрь влажный жар своего дыхания. Кончик его языка легко скользнул вдоль моей нижней губы, выманивая, пробуя, дразня. Он углубил поцелуй, втянув мой язык в свой рот, обвивая его медленными, уверенными движениями, а потом менял ритм – то притягивал к себе сильнее, вжимаясь в мои губы, то отпускал, позволяя мне сделать короткий вдох, и снова возвращался, как волна, накатывающая на берег. Его язык двигался настойчиво и чувственно – скользил, обвивал, чуть царапал внутреннюю поверхность моих губ, и я ловила себя на том, что отвечаю ему, сливаясь с этим вкусом и теплом, забывая, где заканчивается моё дыхание и начинается его.

Вжалась в него, нарушая границу, которую сама же боялась переступить. Он – мой хозяин, и любое движение без его разрешения может стоить мне дорого, но желание оказалось сильнее страха. Хотелось ощутить его ближе, почувствовать его силу так, как только я могла себе позволить в этот миг.

Пальцы сами нашли путь к его волосам – нырнули в мягкие, густые пряди, слегка потянули, фиксируя его поцелуй. Я обняла его, прижалась всем телом, выгибаясь к нему так, чтобы ни миллиметра воздуха не осталось, между нами.

Он не отстранился, не остановил меня – наоборот, позволил и это молчаливое согласие только сильнее разжигало внутри.

Его руки скользнули вниз, сомкнулись на моих ягодицах. Пальцы вжались в плоть с такой силой, что он прижал меня к своему паху. Между нами, уже было ощутимо – там он стремительно наливался, превращаясь в напряжённый стержень, который упирается в меня.

Эльф подхватил меня под бёдра, как будто вес ничего не значил, и я сама, не думая, обвила его талию ногами. Поцелуй не прервался ни на мгновение – глубокий, властвующий, в котором он забирал всё, что хотел. Моя спина упёрлась в прохладное стекло, и в следующий миг я оказалась снова на подоконнике.

Он даже не отстранился – просто опустил руки вниз, ухватил ткань моих трусиков и рывком разорвал их, словно это был тонкий лист бумаги.

– Не смей больше без моего разрешения надевать трусики, – его голос был жёстким. – Они меня начинают раздражать.

Широко развёл мои ноги, зафиксировал их хваткой за лодыжки, и я увидела, как его взгляд опустился вниз – туда, где он водил собой по моей дырочке. Головка медленно, дразняще раздвигала влажные складки, чуть заходила внутрь, отступала и снова пробовала на прочность мой вход. Он смотрел, как головку обхватывает и отпускает мой тесный, влажный ободок, и уголки его губ едва заметно приподнимались от этого зрелища.

Он входил только на половину длины, словно смакуя каждое погружение, и тут же выходил, наблюдая, как я сокращаюсь вокруг него. Движения были не просто вперёд-назад – они шли волной, прокатываясь по каждой чувствительной точке, пока мой таз сам не начал поддаваться этому ритму.

– Смотришь на меня и стонешь, – приказал он, не поднимая взгляда, а я с удовольствием подчинилась, наполняя воздух звуками, которые он явно хотел слышать.

– Скажи… – он вошёл чуть глубже, и голос его стал мягче, но не менее властным, – как ты хочешь, чтобы я тебя трахнул в следующий раз?

Выдохнула, чувствуя, как слова сами просачиваются сквозь стон.

– Хочу твой член… между сисек… – губы растянулись в улыбке, – и в ванне…

Он хрипло рассмеялся, продолжая медленно двигаться внутри, словно запечатывая мой ответ в своей памяти, и сжал мои лодыжки ещё крепче, подаваясь вперёд так, что мои груди приподнялись, напоминая ему о выбранном мною желании.

Он не спешил, двигался всё так же размеренно, но взгляд его был прикован вниз: он явно любовался тем, как его член исчезает в моей плоти и снова появляется, блестя от влаги. Я видела, как его дыхание стало тяжелее, мышцы на руках напряглись, и это спокойствие вдруг дало трещину.

Вдавился чуть глубже, и в тот же миг я ощутила, как он напрягся весь, до кончиков пальцев. Его член дёрнулся внутри меня, как при судорожном спазме, и тёплые, густые потоки спермы начали заполнять меня внутри. Он выдохнул сквозь зубы, будто его прорвало, и ещё пару раз вжал бёдра вперёд, будто хотел влить в меня всё без остатка.

Я чувствовала, как он кончает и как каждая судорога проходит по нему, а он, не вынимая, чуть двигается, лаская головкой вход, скользя по моим распухшим, обхватывающим его стенкам. Это было уже не яростно, а медленно, почти мучительно приятно – он как будто дожимал оргазм, позволяя себе ещё раз прожить его, наблюдая, как мой вход бережно сжимает его.

Тепло его семени ещё оставалось во мне, растекаясь с каждой пульсацией его члена, а он смотрел туда же, не спеша поднимать взгляд, будто не мог насытиться этой картиной – моим телом, его плотью внутри и тем, как мы слились в этот момент полностью.

Он медленно вышел из меня, и тёплые потоки спермы тут же начали стекать по внутренней стороне бёдер, оставляя липкие дорожки на коже. Не дав мне времени вдохнуть поглубже, его руки уже крепко ухватили за талию, разворачивая и опуская вниз, на колени, прямо перед ним.

– Сегодня я крайне ненасытен, – произнёс хрипловатым голосом, в котором уже звучало обещание долгой, безжалостной ночи. – Магия сброшена лишь наполовину, так что готовься к марафону.

Он провёл головкой члена по моей груди, оставляя влажные следы, а затем нажал на плечи, заставляя меня сесть удобнее.

– Я буду пользоваться тобой столько, сколько нужно, – продолжил он, глядя сверху вниз. – Часы, а может, всю ночь. Пока магия не успокоится, а яйца не будут пустыми.

Его ладони легли на мою открытую грудь, обрамлённую тонкими ремнями лифа, и сжали так, чтобы мягкая плоть сомкнулась вокруг него. Чёрные полоски подчёркивали изгибы, а отсутствие чашечек делало каждое движение неприкрытым и бесстыдным. Он подался вперёд, и я прижала груди ближе, создавая для него плотный тоннель.

– Смотри на меня, – приказал он. Подняла взгляд, и, удерживая его, видела, как он начинает двигаться с наслаждением, наблюдая, как его плоть исчезает между моих сжатых, блестящих от смазки и спермы грудей.

Тонкие ремни, натянувшись, приподнимали их, делая форму ещё более соблазнительной, а кружевное обрамление только усиливало контраст с грубой, тяжёлой плотью, скользящей между ними.

– Чёрт… – он выдохнул, не отрываясь от зрелища. – Ты даже не представляешь, насколько это красиво. Как будто этот чёрный ремень сделан, чтобы я видел, как мой член проходит между твоими сиськами.

Он усилил хватку, плотнее сжал мои груди, и ритм стал чуть быстрее. – Посмотри вниз, – приказал. – Смотри, как ты их держишь и как моя головка снова появляется из-под твоей кожи.

Подчинилась, и картина, которую я увидела, разожгла меня не меньше его слов: плоть между моих приподнятых, подчёркнутых ремнями грудей, блеск смазки и капли, что стекали по коже.

Слегка подалась вперёд, чтобы ритм стал глубже. Он двигался без спешки, словно смакуя каждое погружение. Головка члена то скользила вверх, появляясь поверх приподнятых вершин моей груди, блестя от смазки, то снова уходила вниз, прячась в ложбинке. При движении вверх кожа на его стволе слегка натягивалась, открывая головку полностью, а при возвращении вниз медленно закрывалась, заставляя плоть выглядеть ещё более налитой и напряжённой.

Его дыхание становилось всё тяжелее, бёдра двигались чуть быстрее. Он стоял, слегка наклонившись ко мне, чтобы ладонями охватить открытую грудь. При каждом толчке его пальцы сжимали плоть сильнее, почти болезненно, а большой палец иногда проходился по соску, усиливая жар. Я видела, как вены на его члене наливались, как головка начинала едва заметно дрожать при каждом движении.

– Нравится, когда я так беру тебя? – спросил он, не отпуская, всё так же удерживая мои груди в своей хватке.

– Да, хозяин, – выдохнула я, ощущая, как его наслаждение передаётся мне, как меня заводит каждая секунда этого зрелища.

Он ещё раз глубоко вошёл между грудей, задержался на миг, и я, опустив подбородок, смогла дотянуться губами до головки, когда она показалась над вершинами моей груди. Лизнула, провела языком по напряжённой, налитой плоти и, задержавшись, обхватила её губами, слегка пососала, ощущая солоноватый вкус его смазки.

– Дааа… боги, как с тобой хорошо. – выдохнул он, с трудом удерживаясь, чтобы не кончить прямо в этот момент.

Рванул вперёд, стиснув зубы, и я отпустила его, вновь зажав между грудей. Его член дёрнулся, и горячая сперма ударила мне в шею, обжигая кожу. Первая густая струя легла чуть ниже ключицы, вторая – по линии горла, а остатки стекли по ложбинке между грудей, смешиваясь с нашей смазкой и потом, пока его ладони всё ещё жёстко сжимали мою плоть, будто не желали отпускать.

Я осталась сидеть, чувствуя, как его руки ещё держат меня, а дыхание гулко раздаётся над моей головой. Сперма остывала на коже, и мне нравилось это ощущение – как метка, как подтверждение того, что он получил со мной удовольствие до конца.

Сделал шаг назад, и его член выскользнул из плена груди. Я осталась сидеть на коленях перед ним, чувствуя, как ремни всё ещё туго стягивают грудь. Дыхание было тяжёлым, сердце гулко стучало в ушах – я и сама завелась не меньше его, даже несмотря на потрясающий оргазм, который недавно пережила.

Он смотрел на меня прямо, глаза в глаза – взгляд властный, цепкий, как сталь. Кто ж знал, что меня так вставит и понравится этот грубый, жесткий секс, даже несмотря на то, что вначале было больновато.

– Полностью разденешься, – произнёс он ровно. – Подготовишь ванну. Я приду, когда буду готов.

– Да, господин, – ответила тихо, опустив глаза, но внутри уже знала – ожидание сведёт меня с ума не меньше, чем его прикосновения.

Быстро пошла в ванную, включила воду, добавив немного горячего, чтобы она обволакивала паром, и бросила в неё пару капель ароматного масла. Пена начала подниматься, а по комнате поплыл тягучий запах ванили.

Пока большая ванна наполнялась, я быстро сняла чёрный комплект белья, в котором он так страстно меня оттрахал, и приготовила для нас полотенца. Спустя несколько минут, когда уровень воды стал достаточно высоким, я выключила кран.

– Умница, – произнёс эльф, проходя мимо и входя в ванную.

Он вошёл в воду первым и устроился, откинувшись на спинку и положив одну руку на широкий борт. Другой жестом пригласил меня к себе. Я подошла, перекинула ногу через край ванны и, разворачиваясь к нему спиной, ощутила резкий шлепок по ягодице. Вскрикнула – скорее от неожиданности, чем от боли – и, обдав его быстрым взглядом, опустилась в воду. Легла спиной к его груди, устроив голову на его плече и вытянув ноги. Он тут же обхватил меня обеими руками, прижимая к себе, так что тепло воды и тепло его тела смешались в одно.

Ощущала его член у себя за попкой. Он уже начинал оживать под водой и моим телом.

– Так… – его губы коснулись моего уха, и едва тёплое дыхание обожгло кожу, по телу пробежала приятная дрожь. Мне стало невыносимо сладко от этой близости. Он медленно скользнул губами вниз, целуя шею, оставляя влажные поцелуи, а затем вернулся к уху и легко прикусил мочку. Я едва сдержала тихий стон.

– Второе желание… – его руки скользнули вверх, обхватили мою грудь, и он тихо выдохнул. – Хороший выбор.

Ладони сжали грудь так, что соски выпрямились под его пальцами. Он начал массировать медленно, обводя круги большими пальцами, иногда прижимая так, что кожа прогибалась под давлением.

– Раздвинь пошире, – велел он, голосом, в котором слышалось нетерпение.

Я подчинилась, чувствуя, как вода слегка колышется вокруг, когда он опустил ладонь и медленно провёл ею вниз от груди, скользнув по животу, к самым интимным точкам.

Его пальцы нашли мою промежность, обвели её кругом, будто проверяя, насколько я готова. Он дразнил меня: большим и указательным пальцем очерчивал мягкий контур, едва касаясь, а потом лёгким нажимом проводил подушечками по клитору. Иногда менял ритм, то быстрые короткие движения кончиком одного пальца, то широкие круги сразу двумя, усиливая давление на каждом третьем касании. Вода делала ощущения глубже – её сопротивление заставляло его движения быть чуть медленнее, тягучее, и от этого жар разливался по всему телу.

Застонала уже не сдерживаясь, и услышала, как он выдохнул чуть громче, будто эти звуки начали нравиться ему больше, чем тишина. Пальцы на мгновение остановились, он перехватил меня за талию, другой рукой направил себя и, не отпуская, вошёл.

Ощутила, как головка растянула нежную кожу на входе и, преодолев это тугое сопротивление, скользнула глубже, наполняя меня знакомым, томным ощущением. Он втянул меня к себе, так что я полностью прижалась спиной к его груди. Его дыхание стало глубже, а мышцы подо мной расслабленнее. Казалось, каждый сантиметр внутри был для него не просто удовольствием, а способом сбросить накопленное за день напряжение.

Пара неспешных толчков и снова ладонь между моих бёдер. Он продолжил ласкать меня, уже прижимая меня к себе бёдрами, чтобы я чувствовала его внутри. Теперь движения пальцев были точнее: он чередовал круги с лёгким постукиванием подушечками по самой верхушке, иногда чуть сжимая клитор между большим и указательным.

– Мне нравятся твои стоны, рабыня, – прошептал он, двигаясь внутри. – Они заводят похлеще многого.

Но терпение закончилось. Его хватка на моих бёдрах стала железной, и он пошёл быстрее и мощней, жадно, расплескивая воду, которая стекала с наших тел на пол. Я слышала его глухое постанывание прямо у уха, и от этого по коже безостановочно бегали мурашки.

Моя грудь качалась в ритме движений, дыхание сбивалось, а знакомое, горячее чувство стремительно нарастало внутри.

– Хозяин… я сейчас… – выдохнула, с трудом сдерживая крик.

– Кончай на мне, мой сладкий подарок, – прохрипел он, вжимая меня в себя ещё сильнее.

Едва успела услышать его, когда волна оргазма поднялась от живота к груди – резкая, как ток. Мышцы внутри сжались вокруг него, и я застонала, выгибаясь, чувствуя, как тело рвёт в судорогах. Он продолжал двигаться, и слышала, как он тоже начинает дышать прерывисто.

Он сильнее сжал мою грудь, вошёл ещё пару раз и замер, резко выдохнув. Горячая судорога прошла по его члену, выплескивая семя внутрь, а бёдра мелко подрагивали, продлевая этот миг, пока тёплая вода мягко колыхалась вокруг нас от последних толчков.

Мы остались так – он, обнимающий меня сзади, и я, прижатая к нему. Вода успокоилась, а наши тела постепенно отпускало из этой горячей разрядки.

Он ещё несколько секунд держал меня в воде, а потом отпустил и вышел из меня. Мы выбрались из ванны.

Обернулась и широко раскрыла глаза в удивлении. Его член, несмотря на недавние оргазмы, вовсе не собирался терять твёрдость. Наоборот, он все еще стоял с выступающими венами, словно только начинал.

– Хозяин? – я не успела сдержать удивления в голосе.

Он провёл рукой по волосам, стряхивая капли воды, и усмехнулся.

– Я же предупреждал. Сегодня ты у меня на марафоне.

Я знала, что у магов, особенно сильных, после практик сила накапливается в теле, требуя выхода, но у эльфов это обострялось в разы – магия вплеталась в их плоть, разгоняла кровь, делала желание почти болезненным. Он вернулся с практики злой, разгорячённый, и то, что мы уже сделали, только подстегнуло его.

– Четыре раза? – Он шагнул ко мне, заставив меня отступить. – Это смешно. Магия сброшена едва наполовину и, поверь, я не успокоюсь, пока не выжму из тебя всё.

Прижал меня спиной к стене ванной комнаты, и я почувствовала, как горячая, твёрдая головка упирается мне в живот. Его руки снова легли на мою грудь, сжали сильнее, чем следовало, сминая плоть так, что я тихо втянула воздух, и он наклонился к самому уху.

– Слушай внимательно, рабыня, – сорвалось с его губ тихо, но с такой тяжестью, что у меня по спине пробежали мурашки. – Сегодня я буду спускать в твою киску столько, сколько нужно, пока магия не успокоится, а мои яйца не опустеют до дна. Готовься к тому, что завтра ты не сможешь свести ноги вместе, сорвёшь голос, а грудь у тебя будет вся в засосах и помята так, что ты будешь помнить каждое моё прикосновение. Потому что эту красоту я буду мять и ласкать ртом и пальцами всю ночь.

Его дыхание стало тяжелее, и я поняла – он действительно не собирается останавливаться. Конечно, я хотела, чтобы он стал зависим от меня, а если повезёт – полюбил, но уж точно, чтобы запомнил меня как самую умелую и чувственную женщину в своей жизни. Вот только я не предполагала, что это обернётся таким количеством раз за ночь и уже мысленно готовилась к длинной, изнуряюще сладкой, бессонной ночи.

Он уже взял меня четыре раза: сперва – раком у окна, так жёстко, что стекло дрожало; потом – лицом к нему, в сладком поцелуе, в позе наездницы, когда держал мои ноги и чувствовала каждое движение глубоко внутри; потом – между грудей, заставив испытать от этого своё особое наслаждение; и ещё раз – в ванной, где вода не смогла смыть жара между нами.