Текст книги "Забыть обиды"

Автор книги: Сьюзен Мейер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

– Кэл считает, тебе нужно с кем-нибудь поговорить.

Грейс подняла голову. Перед ней стояла Мэдисон. Она пришла с дочуркой полутора лет на руках, предвидя, что иначе Грейс отмахнулась бы от нее. Ребенка она родила еще до того, как вышла замуж за Райана. И мама, и дочка были белокурыми, с голубыми глазами и ангельскими личиками.

Грейс протянула руки и взяла Лейси.

– Я понянчу крошку и с удовольствием послушаю, как у вас прошел медовый месяц. Но говорить о чем бы то ни было не хочу, да и не о чем, собственно.

– Знаешь, Ангус до сих пор еще переживает, что его не оказалось рядом, когда ты в нем так нуждалась…

– Я уже говорила, что сама виновата. Я подгадала так, чтобы поехать к Нику, когда никого не будет дома, – ответила Грейс. И, чуть помедлив, продолжила со вздохом: – Мэдисон, представь себя на моем месте, и ты поймешь, что в каком-то смысле я сама загнала себя в угол. Я скрывала, что вышла замуж в восемнадцать и муж сбежал от меня на следующий же день после свадьбы. Каково было мне? Я чувствовала себя полной дурой. И не хотела, чтобы кто-то прознал про это. А тут как раз вы с Райаном отправились в свадебное путешествие, а Ангус с Кэлом улетели в Хьюстон. Мне представился прекрасный случай, чтобы разобраться с давними проблемами. Никто из вас не виноват в том, что я осталась одна, ни Ангус, ни ты, ни Кэл. Вина целиком и полностью на мне.

– Это так, и все же… мы чувствуем себя виноватыми.

– И напрасно. Скажи, Лейси? – Грейс покачала девочку на коленке.

Мэдисон коснулась руки Грейс.

– Грейс, ты, видно, не доверяешь никому из нас настолько, чтобы поделиться своими тревогами.

– Мэдисон, все случилось десять лет назад…

– Я знаю, ты думала, Ник остался в прошлом, – прервала ее Мэдисон. – Но Райан рассказал, что за все эти годы ты так ни с кем серьезно и не встречалась. Училась, потом делала карьеру, ставя профессиональный успех превыше всего.

– Я жила, как хотела.

– Правда? – не поверила Мэдисон и снова коснулась ее руки.

Устроив Лейси поудобнее у себя на коленях, Грейс вздохнула.

– Ах, Мэдисон, дело даже не во времени. Просто я боялась снова обжечься.

– И обожглась.

– Да, – задумчиво согласилась Грейс. Ей не удалось избежать боли, только на этот раз она была глубже, сильнее. И все потому, что Грейс узнала – Ник любит ее. Тогда, девчонкой, она еще не была уверена в глубине его чувств. Теперь же он признался ей и она поверила ему. Но, так же как и в первый раз, он не поверил в ее любовь настолько, чтобы рассказать правду. – С воспоминаниями или без, но мне трудно будет снова встретиться с Ником.

– Но ты все еще любишь его, – рассудила Мэдисон.

– Да, – признала ее правоту Грейс. – Глубоко внутри мне всегда будет восемнадцать и я останусь влюбленной в него до беспамятства.

– А смогла бы ты дать ему еще один шанс?

Грейс покачала головой. Как объяснить Мэдисон, что Ник все решил за нее? Он даже не попытался ее удержать. Когда чувства Грейс немного поутихли, она осознала, что Ник даже не удивился ее отъезду. Он лишь пожал Ангусу руку и вернулся в дом. Как будто знал, что именно так все и кончится.

– Он должен был сказать мне, что мы не виделись десять лет. И сделать это до того, как… – Грейс не дала Мэдисон возразить. Она передала ей девочку и поднялась. – Дело даже не в том, что я оказалась в глупом положении. И даже не в предательстве. Мне трудно примириться с тем, что он скрыл от меня свою жизнь. – Впервые Грейс открыто высказала истинную причину. – Даже когда мы встречались в школе, я понятия не имела, как он живет, что он за человек на самом деле. Весь секрет в том, что он боялся довериться мне в жизни, а точнее, в любви. Будь он с самого начала честен со мной, проблемы не выросли бы как снежный ком. Он не смог быть честным даже после того, как я вывернула перед ним наизнанку собственную душу и умоляла его о любви. Уверена – он никогда не доверится мне.

Завтра утром она позвонит юристам Ангуса. Им хорошо платят за преданность и умение хранить чужие тайны. Итак, она доведет до конца дело, начатое ею еще до того, как заварилась вся эта каша.

Она потребует развода и отнятые у нее десять лет. Все, без остатка. Не кусочками-лоскуточками, а все.

– Что же, вы так и отпустите ее? – спросила Стелла у Ника, войдя к нему в комнату. Прошло уже две недели. Ник сидел за пианино, правой рукой перебирая клавиши. Пианино издавало звуки, лишь отдаленно напоминавшие музыку.

– Что же я, по-вашему, должен сделать? – возразил ей Ник и помахал официальной бумагой, недавно полученной им. – Юристы даже обязали меня ответить сразу по получении. Судя по всему, она настроена серьезно. Она действительно хочет этого развода.

– Она просто рассержена – ведь вы лгали ей, – бросила в ответ Стелла.

– Я не лгал.

– Но и всей правды тоже не сказали. А раз не сказали, она вольна понимать по-своему любое ваше высказывание. Даже если вы признались ей в любви, она не может быть уверена, правда это или нет. Потому что половина всего, что вы наплели ей, сплошные домыслы… или предположения.

– Да уж, это так…

– Еще бы, – съязвила Стелла. – Вы слишком дорожите своим покоем, зато готовы пожертвовать ее чувствами.

– С ее чувствами ничего не случилось.

– Ну конечно! – возмутилась Стелла. – Сначала вы ведете себя как образцовый муж, обожающий свою жену. И вдруг отпускаете ее на все четыре стороны. Так с ней ничего и не сталось, как же! Любая мечтает о таком муже. Не пытайтесь списать все на ее болезненное состояние или ранимость. Уверена, она вернется к вам.

– У нее замечательная семья. Они позаботятся о ней.

– А у вас никого, – заметила Стелла, на этот раз уже без издевки. – Вы с ней были другим… счастливым.А как она была счастлива с вами! И все же вы готовы отказаться от нее, даже не поборовшись. Неужто вы такбоитесь? Неужто тень папаши все еще висит над вами?

– Вы ничего о нем не знаете!

– Вы, видно, думаете, что я глупа или слепа? Когда ваша мать приезжает сюда, она только и болтает без умолку о муже. Джейк то, Джейк ее… А вы каменеете, точно кирпичная стена. Я, конечно, не была знакома с вашим отцом лично. Но за последние несколько лет столько наслушалась про него… И скажу вам прямо – он до сих стоит у вас на пути. Упустите Грейс – и он снова одержит над вами верх.

– Ты звал меня, папа?

– Я тут совершенно случайно снял трубку – оказалось, звонит наш юрист.

– Вот как? – Грейс опустилась в кресло перед столом Ангуса. – И что же сказала Шеррон?

– Твои бумаги они отправили и уже получили ответ от Ника – он переслал подписанную бумагу. – И уже помягче Ангус добавил: – Теперь дело за несколькими бюрократическими формальностями, и ты очень скоро станешь свободной женщиной.

Волна боли окатила Грейс, ей как будто дали пощечину. Еще немного, и она разрыдается. Две недели она думала, говорила с доктором Ринджером и Кристин Уорнер. Ей открылись два важных момента. Во-первых, Ник честно сделал все, что мог, ведь доктор Ринджер строго-настрого запретил ему говорить или делать то, что может расстроить ее. Во-вторых, она все еще любит его. Всегда любила и будет любить. Он так быстро подписал посланные ему бумаги на развод… И Грейс поняла кое-что еще. Он не приедет за ней. Он не верит, что его можно любить. Даже ей не верит.

Грейс меньше всего хотелось раскиснуть в присутствии Ангуса из-за человека, которого она должна была бы ненавидеть. Она сказала:

– Вот и хорошо, – и поднялась, собираясь уйти.

– Постой. – Ангус жестом пригласил ее снова сесть. – Я тут поразмыслил на досуге над тем, что ты мне рассказала, над тем, что случилось десять лет назад, когда меня увезли с сердечным приступом. Вспомнил, как ты поступила в колледж и уехала и как потом перевелась поближе к нам. Знаешь, мне совсем не нравится финал всей этой истории.

– Мне тоже не нравится, папа, – выдавила из себя Грейс.

– Я хочу знать, что же между вами произошло.

– Папа, я всей душой люблю тебя, но это касается только нас с Ником.

– Черта с два, ничего подобного! – И Ангус добавил уже спокойнее: – Грейс, эти две недели я промучился, думая, какой же я никудышный отец. Я не только последним узнал о твоей свадьбе, но и допустил, чтобы этот парень сделал тебя несчастной.

– Все уже в прошлом…

– Нет, – возразил ей Ангус. – Все снова в настоящем. Я смотрел этому парню в глаза и кое-что увидел в них. Он любит тебя. И твой отъезд убил его. А ты без него несчастна. Но почему-то звонишь адвокату и подаешь на развод, как будто ничего не было.

Грейс вздохнула.

– Ничего и не было.

– Не согласен, – возразил ей Ангус. – Было. Тебе представилась возможность снова увидеться с ним, не оглядываясь на события десятилетней давности. Ему представился случай все исправить, ну, или хотя бы попытаться. Я вижу, какая ты в последнее время. Ты вся извелась. Ты почти уже разобралась со своим прошлым, но в самый последний момент сбилась с пути истинного. Мне кажется, – Ангус встал из-за стола и обошел его, оказавшись прямо перед Грейс, – мы с Кэлом примчались слишком рано, надо было подождать еще денька два.

Грейс замотала головой.

– Даже если мы и любили друг друга, какое это имеет значение? – И воспользовалась самым убедительным предлогом: – Он лгал мне…

– Нет, – возразил Ангус. – Вчера вечером Мэдисон говорила с тобой. Кажется, он просто не смог вовремя сказать тебе всю правду. – Ангус помолчал, взяв ее за руки. – Грейси, за все десять лет у тебя ни с кем ничего серьезного не было. Это что-то да значит.

– Ангус, для меня это значит, как, впрочем, должно значить и для тебя, что я слишком занята работой…

– Грейси, – взмолился Ангус, сжимая ее ладонь в своих руках. – Не упусти того, кого любишь.

Грейс закусила губу; она не могла удержать слезы, давно уже стоявшие в глазах.

– Я не нужна ему, папа, – прошептала она. – Он отпустил меня без сожаления. Получив бумаги о разводе, он даже не позвонил. Подписал, не раздумывая. Он не любит меня.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Утром Грейс проснулась, твердо уверенная, что не может дольше выносить ни участливого Ангуса, ни мрачного Кэла. Она поняла, что сама тому виной – слишком загостилась. Пора домой, в Кроссроудз-Крик.

Она вышла во двор. Миновав хозяйственные постройки, Грейс подошла к загону. Она смотрела на небо, на деревья, на сухую техасскую землю и вслушивалась в тишину. Все это ее.

Она так долго была одна, даже самых близких не допускала в свою душу. Или ей придется на всю жизнь остаться в одиночестве, или она переживет разрыв с Ником и, приложив неимоверные усилия, станет ближе своей семье.

Но едва ли она переживет расставание с Ником на этот раз. А значит, неизвестно, когда станут возможными перемены в ее отношениях с близкими, если такое вообще случится.

– Привет.

Ник. Ей почудилось? С минуту она не двигалась, затаив дыхание, уверенная, что слышала завывание ветра.

– Привет, говорю.

Голос Ника проник в самую душу Грейс, разлившись приятным теплом. Но по спине пробежали мурашки. Если она поддастся, то снова нахлебается горя. Ведь она мечтает услышать от Ника слова о том, что он не может без нее, любит ее, что она нужна ему. Она не примет его, если только он не решился связать с ней свою жизнь раз и навсегда.

Медленно она повернулась к нему.

– Зачем ты приехал?

– В общем-то у меня к тебе кое-что есть. – Он показал ей бумагу, ту самую, что подготовила Шеррон, юрист Ангуса. – Подписанное свидетельство о разводе.

– Насколько я знаю, оно давно уже у моего юриста.

– Было, – подтвердил Ник. – Но друг моего друга, у которого тоже есть друг, раздобыл эту бумагу для меня. Я не спрашивал у него – как, а он не рассказывал мне.

– Другими словами, кто-то проник в кабинет юриста и…

– Не знаю, да и знать не хочу, – прервал ее Ник. – Бумага понадобилась мне для того, чтобы вручить ее тебе лично. Я хочу предоставить тебе выбор. Можешь выбрать это, – он взмахнул листком. – А можешь это, – он сунул руку в передний карман джинсов, достал оттуда простенькое обручальное колечко и протянул его Грейс. Точь-в-точь такое же колечко он надел ей на палец десять лет назад!

Грейс в недоумении уставилась на него.

– Тебе выбирать, – медленно произнес Ник. – Я дам тебе развод, если ты в самом деле того хочешь. Но я хочу попытаться еще раз.

Грейс вспомнились боль, сомнения, страдания. Понимает ли Ник, что ему необходимо научиться доверять любимому человеку даже в мелочах? Если нет, ничего, кроме разочарования и горя, ее не ждет.

– Не знаю.

– Грейс, прошу тебя, не говори так. Не покидай меня. Возможно, я не заслуживаю второй попытки. Я не заслуживаю даже твоего прощения. Но я не могу без тебя. Мне никто не был так дорог. Ты первая, с кем я вообще поговорил по душам. Я никогда не знал, как это – быть откровенным. Меня пугает сама мысль о необходимости раскрыться тебе, но еще больше меня страшит жизнь без тебя.

Грейс смотрела на Ника, на его волосы, блестевшие в лучах солнца. Его глаза излучали искренность. И ей столько всего вспомнилось. Как они сидели на кровати и уплетали булочки. Как смеялись над тем, что он целых три месяца напролет не ел ничего, кроме яблочного джема, потому что его отца уволили с работы.

Грейс вспомнила, как он каждый день приносил ей в клинику одежду и свежую пижаму. Как бегал для нее за завтраком, обедом и ужином в уличное кафе.

Ей вспомнилось выражение муки в его глазах, возникавшее каждый раз, когда она ждала от него поцелуев…

– Я беру его с одним условием. – Грейс взяла кольцо.

– С каким же?

– Мы будем готовить соус для спагетти, – ответила Грейс и направилась к дому. Как будто не было ничего необычного в ее словах.

– Соус для спагетти? – Ник не поспевал за ней.

– Ну да, я тут выискала потрясающий рецепт. Но на этот раз надо будет покрошить свинины.

– Ты шутишь!

– Нет, правда. Надо будет добавить свинины.

Ник схватил Грейс за руку и развернул к себе.

– Грейс, постой. Ты меня с ума сводишь. Должно быть условие посерьезнее, чем соус.

– Другого я не знаю. – Она привстала на цыпочки и поцеловала его в губы. – Я люблю тебя. Всегда любила. И буду любить. Я не хочу постоянно возвращаться в прошлое. Не хочу больше и слышать о том, что было. Нас ждет будущее. А это значит – соус к спагетти. Домашние хлопоты.

– Домашние хлопоты – утешительные хлопоты.

Грейс улыбнулась.

– Нет. Домашние хлопоты – счастливые хлопоты. Это то, что один делает для другого из любви. Вот какова настоящая жизнь. Какой она и должна быть.

Ник склонился поцеловать ее. Она потянулась к нему навстречу; ее сердце пело от счастья. Ему понадобилось десять лет, чтобы прийти в согласие со своим прошлым. Но ему это удалось, и теперь у них будет все, о чем они когда-либо мечтали.

Домашние хлопоты.

Счастливые хлопоты.

И, может статься, ребеночек, один или два.

КОНЕЦ

Внимание! Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.