Текст книги "Горничная для Медведя (СИ)"

Автор книги: Светлана Становая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 17

Эвелина Платоновна ничего не успела подсказать – мама Димы приехала внезапно, без предупреждения.

К счастью, в квартире был порядок – Юле всё-таки пришлось воспользоваться услугами приходящей помощницы, обед готов и Дима дома. Если бы он отсутствовал, Юля, наверное, в самом деле бы спряталась в вентиляцию. Пока она предоставила Диме встречать Елену Яковлевну, а сама шмыгнула в боковую комнату.

– Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед идёт к горе, – громко сообщила Димина мама. – Можно войти?

От вопроса Юля содрогнулась. Дима пригласил маму в гостиную, Юля затаилась в холле.

Сейчас он один на один будет объясняться с мамой. Юля ещё не видела Елену Яковлевну, но одного её голоса хватило, чтобы понять: она пришла не поздравить сына с благополучным возвращением. Уйти в спальню и подождать, пока гроза пройдёт мимо? Другая, прежняя Юля так бы и сделала, но сегодняшняя Юля говорила Диме, что ничего не боится. Что же она сейчас прижимается к стене и испуганно прислушивается к голосам из гостиной?

Юля переодела домашнее платье, заплела волосы в косу – для более изысканной причёски не было времени, и решительно пошла в гостиную, знакомиться.

– Ого! Вот и яблоко раздора явилось, Алёнушка твоя, – сказала Елена Яковлевна.

– Я – Юля.

– Знаю, милочка, кто ты. И что здесь делаешь, тоже знаю. Не смущает, что Дмитрий женат, ребёнок есть?

– Смущает, – призналась Юля.

– Тогда зачем согласилась? До чего молодежь наглая пошла! Уехала с чужим мужем, бросила своего, насколько я знаю, и дети есть? Что это, милочка, у вас на лице? Любовники побили, за безобразное поведение?

– Мама! – Дима вскочил с кресла. – Немедленно прекрати! Юля, сделай, пожалуйста, нам чаю.

– Пусть лучше пылюку протрёт, чай у неё не факт, что получится, – ехидно заметила Елена Яковлевна. – Дима, ты теперь всех горничных будешь привозить? Из каждой поездки?

– Юля, пожалуйста, – ещё раз попросил Дима, не обращая внимания на мамин вопрос.

Юля вышла. За спиной Елена Яковлевна, на повышенных тонах, продолжала допрос.

– Чего же ты у него собак не забрал? Безродные блохастики нам бы тоже ко двору пришлись.

Юля зашла на кухню, закрыла дверь. Отсюда слышны громкие голоса но, к счастью, не разобрать слов. Чай Елена Яковлевна ждать не стала: высказала сыну всё, что она думает об их с Юлей отношениях и ушла, громко хлопнув дверью.

– Юланя, не переживай, – сказал Дима. – Остынет, я с ней поговорю.

Юля кивнула. Обидно, но чего ещё она могла ожидать? Что Елена Яковлевна бросится к ней с распростёртыми объятиями?

Синяки прошли и Юля, наконец, смогла поехать в федерацию. Работа захватила, закружила и утянула за собой, как водоворот. С первого дня Юля почувствовала себя в родной стихии: здесь она была нужна, здесь на неё надеялись и рассчитывали. Коллеги охотно помогали советами, Юля с удовольствием влилась в большой дружный коллектив. Она часто задерживалась на работе, но теперь никто не требовал ужина, не ожидал, что она, забыв про отдых, ломанётся решать все накопившиеся за день бытовые проблемы.

Юля решила позвонить домой. И пусть обида всё так же пряталась в груди острой колючкой, Юля хотела знать, что там без неё происходит. Как бы она не обижалась, но у неё остались обязательства перед сыном и бабулями. Ивану она больше ничего не должна, с той самой минуты, когда он с размаха ударил её по лицу.

Она набрала номер домашнего телефона. Трубку взяла тётя Люда.

– Во, очнулась, – зло ответила тётя на приветствие. – Что, выгнал тебя твой мужик, прощение просить собралась?

– Позовите маму.

– Про мать вспомнила? Анна! Аннушка! Юлька звонит, будешь говорить? – прокричала тётя Люда. – Кивает, ага, ну на тебе твою маму, распутница.

Мама сразу начала плакать:

– Юля, как ты могла, Юля, как же так…

В груди защемило, Юля поняла, что сейчас тоже зарыдает. Собрав всё мужество, набрала полную грудь воздуха и перебила маму:

– Послушай меня, пожалуйста, – попросила она. – В комоде, в верхнем ящике, лежит моя банковская карта. Получу зарплату, положу на неё деньги, вы каждый месяц будете снимать. Пинкод я тебе на мобильный скину.

– Юля, ты когда приедешь? Завтра? Я с Иваном поговорю, ты его не бойся.

Кажется, мама её не слышала. Юля повторила про деньги ещё раз, медленно, чётко, внятно. Громко, так, чтобы и тётя Люда слышала, она, наверняка, приложила ухо к трубке, или включила звук на громкую связь, бывает у неё такое.

– Не знаю, но точно не скоро, – твёрдо сказала Юля.

– Немедленно возвращайся, слышишь? Хватит по мужикам путаться! – влезла в разговор тётя Люда. – Анна, что ты ноешь, скажи ей как мать. Прикажи! Юля, домой, я кому сказала!

Сегодня был долгий и насыщенный день, но до сих пор Юля не чувствовала усталости, а сейчас навалилось. Голова стала тяжёлой, в висках медленной тянучей волной наливалась боль. Не надо было звонить, положила бы деньги Татьяне, попросила передать, та бы не отказала.

– Мама, тётя Люда, вы меня услышали? Я пришлю вам денег, как только заработаю.

– Обойдёмся без твоих подачек, – заявила тётя Люда.

– Юля, ты от нас откупаешься, что ли? – голос мамы, из слёзно-печального, поменялся на обиженный. – Нате вам и не мешайте мне жить? Мы тут слегли с Людой, по квартире еле ползаем, а тебе и дела нет?

Она что-то ещё говорила, тётя Люда её перебивала и вставляла свои реплики. Юля прикрыла рукой трубку. Ей надо время, чтобы успокоиться. Они уверены, что Юля должна вернуться домой? Приехать, как побитая собака, поджав хвост и виновато заглядывая в глаза? Да в чём она виновата? В том, что только здесь узнала, что на свете бывает другая жизнь?

– Не забудьте в следующем месяце проверить карту, – сказала она и отключилась.

Следующий звонок был Татьяне.

– Ох ты, Юля! Ну даёшь, мать! Я чуть не рухнула, когда узнала! Давай, рассказывай, как ты устроилась. Богатый он? Дом большой? Машину тебе уже купил? А шубу? Или ты сразу яхту запросила, чего скромничать?

– Зачем мне летом шуба, Таня? У меня всё хорошо, у тебя как? Бабули не болеют, не знаешь?

– Чего с ними сделается, их палкой не перешибёшь. Молодые ещё тётки, больше ноют и притворяются, не переживай. Юль, ты молодец, я тобой прям горжусь. Смотри, не вздумай возвращаться, держи характер! Тянет, небось, домой, да?

– Нет, не тянет, – честно призналась Юля.

– Правильно! Нечего здесь делать. Тётя Люда твоя когда позвонила, я поверить не могла, что ты решилась. Не зря говорят: в тихом омуте черти водятся, пошла на свидание и даже мне ни словечка не сказала.

– Не ходила я на свидание!

Таня не дала продолжить:

– Я же не в осуждение я, наоборот, тобой восхищаюсь! Звони чаще, подруга, сейчас мне пора. Это ты у нас теперь миллионерша, а я на работе сижу, на жизнь зарабатываю.

Саше Юля звонить не стала, а о муже старалась вообще не вспоминать. Получалось не всегда, в голове застрял вопрос: почему? Иван и раньше её ревновал, мог позвонить с проверкой или долго выспрашивать, с кем она разговаривала по телефону. Мог распсиховаться и не пустить на посиделки с коллегами. Но никогда не поднимал на неё руку, самое большое – накричит, разозлится. Мирились они быстро – Юля подробно отчитывалась мужу, доказывала, что повода для ревности нет, и Иван успокаивался. В этот раз он не потрудился её выслушать, закидал упрёками, как будто ни в чём не сомневался и её измена – доказанный факт.

В воскресенье Дима обещал в офис не уезжать. Юля обрадовалась: они смогут провести вместе целый день. Она приготовит вкусный обед, всё то, что он любит, а потом и ужин. Красивый романтический ужин, со свечами, розами на высоких стеблях и приглушённым светом. Дима включит медленную музыку, они будут танцевать и обниматься.

– Юланя, я Катюшку урывками вижу, и то не каждый день. Давай её на выходной заберём от бабушки? – предложил Дима.

То есть романтика отменяется? Ну и ладно, успеют ещё, не последний у них вечер. Юля с удовольствием познакомится с Катей, но забирать-то её надо от Елены Яковлевны!

– Ты сам за ней поедешь, хорошо, без меня?

– Мама при ней ни слова не скажет, не волнуйся. Она считает, взрослые разногласия детям слышать ни к чему. Когда отец был жив, они при нас с братом никогда не ссорились. Дождутся, пока мы спать пойдём, закроются на кухне и шипят друг на друга, как змеи, – засмеялся Дима.

– Почему шипят?

– Так мы же не дураки, могли подслушать! Вот они и говорили тихо, для конспирации. Ладно, тогда я заберу Катю, и мы за тобой заедем.

Пятилетняя Катя оказалась совсем не похожа на своего отца: светленькая, голубоглазая, наверное, на маму похожа. Зато характер, как заметил Дима, был его. В детстве с него тоже нельзя было спускать глаз. Из программы, предложенной Димой, Катя выбрала аквапарк.

– Дим, у меня купальника нет.

– Купим по дороге.

В магазине Юля взяла первый подошедший ей по размеру купальник. Обычный, скромный и недорогой. Юле он понравился и она не стала больше ничего примерять.

– Юля, ты как метеор: зашла в отдел и вышла, – засмеялся Дима. – Так в аквапарк хочется, давно не была?

– Никогда не была, – призналась она.

– Ура! – обрадовалась Катя. – Я тебе буду всё показывать, а ты меня на ватрушке катать, хорошо?

Юля согласилась. В аквапарке ей сразу всё понравилось: «весёлая речка», по которой можно было плыть на ватрушке, то и дело попадая в маленький искусственный водоворот, шум воды, жемчужные брызги водопадов, весёлые крики и атмосфера праздника, как в детстве. Юля поднялась вместе с Димой и Катей на горку и остановилась: стало страшно. Глупо бояться обычного развлечения, с горки, с воплями и визгами, скатывались дети и взрослые, но Юле было не по себе.

– Боишься, да? – догадалась Катя. – Не бойся, я с тобой поеду, будем вместе кричать.

Кричали они от души. Катюшке вопли явно доставляли не меньшее удовольствие, чем сам процесс, орать она начала в самом начале. Когда их выкинуло в бассейн, Юля от нежданности нахлебалась воды, судорожно вынырнула, разыскивая глазами ребёнка. Катю уже выхватил из воды Дима.

– Теперь на ту! – пальцем показала девочка. – А потом на синюю! И на зелёную тоже хочу!

После горок решили поплавать в бассейне. Дима с телефоном устроился на топчане, Юля с Катей играли в рыбок.

– Я маленькая рыбка, а ты большая, ты меня догоняй. А потом наоборот – я буду тебя догонять, – на ходу придумывала Катя условия игры.

– Ты меня догонишь и я тебя съем, ты же маленькая, – засмеялась Юля.

– Я маленькая, но ядовитая!

Дима подошёл к бортику, махнул им, чтобы подплыли.

– Девочки, мне очень жаль, но нам пора ехать, мне срочно надо в офис.

– Ааааа! – Катя сразу заплакала. – Ты обещал! Ты сказал!

Юля обняла девочку, прижала к себе:

– Дим, можно мы тебя здесь подождём? Сделаешь свою работу и приедешь к нам.

Он вздохнул, отрицательно покачал головой:

– Быстро не получится. Извини, неожиданно всё произошло, сейчас без моего присутствия не обойтись.

– Я не хочу домой! Не хочу! Не хочу! Не поеду! Я хочу быть рыбкой! – кричала Катя и била по воде руками.

Юля прижала её плотнее, подхватила и взяла на руки: в воде девочка была совсем лёгкой.

– Давай попросим папу оставить нас здесь? – предложила она. – Мы поплаваем, ещё покатаемся, а потом я отвезу тебя к бабушке.

Девочка настороженно затихла. Две пару глаз: голубые и карие, внимательно смотрели на Юлю.

– Ты будешь со мной кататься? А потом мы пойдём на «весёлую речку»? И обедать вместе пойдём? – недоверчиво спросила Катя.

– Обязательно. Когда нам надоест быть рыбками, пойдём с тобой в парк, хочешь?

Бассейн опять огласил визг – на этот раз восторженный.

– Юля, я оставлю с вами водителя. Если устанешь, он и один за ней присмотрит, – сказал Дима.

– От чего я устану? – улыбнулась она. – Не волнуйся, нам будет весело, хотя с тобой, конечно, было бы ещё лучше.

Дима уехал.

Глава 18

После аквапарка они с Катей поехали в детское кафе, есть хотелось ужасно. Катя пыталась заказать себе только десерты, но Юля уговорила девочку взять нормальной горячей еды, первое и второе. Потом отправились на аттракционы и укатались до головокружения. В перерывах между качелями, прыгалками, самолётиками и заездом на машинках пошли есть мороженое и пить лимонад. Катя хвасталась, что умеет считать, и по пути Юля задавала ей простые примеры.

– Три белки позвали гулять трёх зайцев в сад. Каждый взял в саду по груше. Сколько груш они унесли с собой?

Катя подумала, повторила условие, шёпотом сложила цифры:

– Шесть!

– Правильно. Выбирай, какой тебе рожок купить.

– Я хочу клубничное и шоколадное, – решила Катя.

– Два сразу? Как ты их будешь есть?

– Сразу и буду.

Девочка открыла оба рожка и по очереди лизала то одно, то другое:

– Юля, говори ещё задачу, – попросила она.

– Я купила четыре яблока. Твой папа купил два, а ты купила одно. Дома мы их помыли и положили на тарелку. Сколько яблок в тарелке?

Задача оказалась слишком сложной. Катюшка назвала несколько ответов и Юля поняла, что она пытается угадать.

– Нет, ты считай, а не угадывай. Четыре плюс два плюс один.

– Тогда держи мороженое, – Катя протянула её рожки. – Можешь полизать, только вафельку внизу не откусывай.

Девочка растопырила пальцы и, загибая, быстро нашла ответ:

– Семь!

К вечеру Катя и Юля, растрёпанные и счастливые, решили поехать домой.

В машине девочка заснула. Положила голову Юле на колени, обняла её за руку и засопела. Юля погладила свободной рукой мягкие светлые волосы. В следующий раз надо взять с собой раз расчёску.

Въезд в элитный дачный посёлок она увидела издалека: освещение, шлагбаум, охрана. Ничего себе – деревня бабушки! Они проехали по уютной, выложенной плиткой улице, свернули и остановились возле дома. Точнее, особняка: двухэтажного, с высокой крышей и кованными воротами, напоминающими ворота в питерском Летнем саду. Здесь тоже была охрана, во всяком случае, молодой плечистый мужчина, который вышел им на встречу, не был похож на садовника.

– Проводите, пожалуйста, Катю в дом, – попросила Юля водителя.

Она осторожно разбудила девочку.

– Котёнок, просыпайся. Иди, тебя бабушка ждёт.

Бабушка, Елена Яковлевна собственной персоной, вышла на крыльцо. Что делать? Подойти поздороваться, или не нарываться и по-быстрому нырнуть в машину? Проблема решилась сама собой: Катя побежала к Диминой маме, та взяла её за руку и, не обращая внимания на Юлю, увела в дом.

Если бы Юлю не мучило беспокойство за оставленных домашних, всё вообще было бы замечательно. Разговоров о Диминой жене они оба успешно избегали, и пусть Димина мама приняла Юлю в штыки, Юля всё равно с интересом слушала его рассказы о домашних, о брате и племянниках, об Эвелине и Елены Яковлевне. В конце лета у Елены Яковлевны будет день рождения, и она ждала к себе всю семью.

– Это она сейчас скучает, а приедет братец со своим семейством, маме мало не покажется, – смеялся Дима.

– Почему?

– Он же у нас многодетный отец! Что ты удивилась, правда-правда. У них с женой трое своих, плюс двое приёмных.

– Они взяли детей из детдома? – удивилась Юля.

– Нет, это девочки её покойной сестры, сиротами остались. Точнее, двоюродной сестры, но какая разница? Когда все дети собираются у мамы, Эвелина просит отпуск. Говорит, её нервные клетки потом ничем не восстановить.

– Елена Яковлевна её отпускает?

– Отпускает, каждый раз целая история. Мама кричит, что Эвелина бросает её на произвол судьбы, Эвелина – что она компаньонка, а не нянька и не аниматор. Потом мама отпускает и, самое большое через неделю, требует вернуться. Представляешь, пятеро детей брата плюс Катя? Они мамин дом за один день разносят! Не знаю, когда она больше радуется, когда они приезжают, или когда собираются домой.

Ко дню рождения мамы Дима готовился серьёзно: заказал цветы, шоу с вечерним фейерверком, её любимую эстрадную певицу. Юлю попросил выбрать подарок.

– Откуда я знаю, что подарить твоей маме? – удивилась она.

– Я тоже не знаю. Юланя, ну помоги мне, придумай что-нибудь оригинальное.

Что можно подарить человеку, у которого всё есть? Юля бы легко определилась, что подарить бабулям или Татьяна, но Елене Яковлевне? Вся надежда была на Эвелину, может она подскажет правильный выбор?

– Завтра я на работе допоздна, послезавтра тоже, – прикидывала Юля. – Спроси у Эвелины, на следующей неделе она сможет со мной пойти?

– Позвони и спроси. Юля, ну что ты скуксилась? Не прячься за мою спину, тем более ты её знаешь, начинай контактировать напрямую.

– Мне неудобно.

– Неудобно на потолке спать, одеяло падает, – засмеялся Дима. – Завяжи мне галстук, пожалуйста.

Юля расправила на Диминой шее галстук, завязала аккуратный узел. От Димы приятно пахло свежестью и чуть-чуть горьковатым парфюмом. Так пахнет трава утром, когда ещё не высохла ночная роса, земля после ночи влажная и холодная, но солнышко уже пригревает, обещая долгий жаркий день. Вдруг остро захотелось такого дня: с бездонным голубым небом, облаками, лениво плывущими куда-то за горизонт, жужжанием насекомых, густым, вкусным горячим воздухом, поднимающимся от нагретой земли.

Дима потянулся к ней губами, Юля обняла его, уткнулась лицом в грудь, затихла.

– Дима, у тебя совсем-совсем времени нет?

– Ммм, – промычал он, покрывая поцелуями Юли шею. – Для тебя я абсолютно свободен на ближайшие сто лет.

Домашняя блуза мешала Диминым губам продвигаться дальше, и он стянул её с Юли. Подхватил на руки, понёс в спальню.

– Опоздаешь! – вырывалась она. – Дима, я тебя сейчас не отпущу, и провалятся все твои утренние планы!

– Не отпускай, – легко согласился он, развязывая галстук. – Фиг с ними, с планами. Зачем они нужны, если ты меня отпустишь?

Юля хихикнула, помогая ему раздеться. Ой, не знает Елена Яковлевна, как её сын стал относиться к своей работе! Дима говорил, что бизнес для мамы – святое. Что бы не произошло, дело прежде всего.

– Димочка, а твой этот, бизнес, не пострадает, если ты на совещание опоздаешь? – она потянула с него брюки и небрежно откинула их на кресло.

Брюки до кресла не долетели, упали как раз на вазу с лилиями. Идти сегодня Диме в другом костюме.

– Я же не первый день в бизнесе. И, вообще, о чём ты думаешь? Ты должна обо мне думать!

– Я и так о тебе думаю, только и делаю, что думаю о тебе. Ты как тот день, в который я хочу.

– Какой день? Потом расскажешь.

Юля закрыла глаза, обхватила Диму руками и ногами, чувствуя каждой клеточкой, как горит его кожа. Вот так бы раствориться в нём сейчас, впитаться, как вода в песок, чтобы всегда, каждую секунду, чувствовать его рядом, близко настолько, что ближе и быть невозможно. Ощущать его сильные широкие ладони на себе, плавиться от его прерывистого дыхания.

– Юланя моя, Юланя, я люблю тебя, – шептал Дима.

– Я тебя люблю…

– Никому не отдам.

– Не отдавай…

Как она раньше жила без него? Без его рук, без его губ? Без их объятий и поцелуев, без утреннего ожидания ещё одного чуда, которое подарит новый день? Без вечернего всепоглощающего счастья, когда они, наконец, встречаются, Дима выключает на телефоне звук и принадлежит только ей? Без его тёплых, уютных рук, без его ласкового взгляда? Почему они раньше не встретились?

Костюм, разумеется, пришлось надевать другой.

Уже на пороге Дима спросил:

– Юль, что ты говорила про моё время и про день, я не понял?

– Иди уже, – развеселилась она. – Ты хоть и большой начальник, но сам же говорил: работа ждать не может.

– Не в нашем случае. Не волнуйся, без меня не начнут. Так что про время?

– Когда у тебя будет свободный день, давай поедем загород? В лес, или в поле, мне всё равно. Выедем пораньше, на рассвете, будем лежать на траве и смотреть, как встаёт солнце. А потом будет жарко, но мы всё равно останемся валяться. Только надо подальше от людных мест уехать, вдруг мы будем неприлично себя вести? – засмеялась она.

Карие Димины глаза потемнели, стали непроницаемыми, чёрными. Он глубоко вздохнул, мотнул головой, словно ему жал шею узел галстука:

– Юленька… Что ты со мной делаешь? Ты понимаешь, соблазнительница, что от твоего предложения мне сейчас совещание придётся отменить? – простонал он.

– Я же не говорю – сегодня, сегодня уже поздно, и вообще тебе пора ехать! Всё, иди, вечером скажешь, получится у нас или нет.

– У нас всё получится, так получится, как никогда ни у кого не получалось, – пообещал Дима на прощание.

Юля посмотрела на часы: сегодня она дежурит с двух, можно ещё немного поспать, если не вызовут по экстренным обстоятельствам. Она сладко потянулась и не спеша пошла в спальню. Ну и поросята они с Димой! Ваза перевёрнута, брюки от костюма промокли и испачкались цветочной пыльцой, кровать не убрана, на полу лужа. Какой тут сон, надо уборку делать!

Эвелина от похода по магазинам категорически отказалась, пришлось ехать одной. Юля обходила один магазин за другим, пока не устала. Нет, так не пойдёт, она потратит весь день и ничего не купит. Дима сказал, что обычно дарит матери украшения, какие Юля не уточняла, понятно же, что дорогие и изысканные. В этом году Елена Яковлевна заявила, что побрякушки ей надоели, она их редко носит и скоро в доме придётся стоить бронированный отсек, чтобы хранить все эти цацки. Мама желала необычный подарок, приятный и душевный. Дима растерялся, Юля посмеивалась, предлагая котиков, кроликов и мышек. Чем не душевно? Или набор для бани, тёплый и нужный подарок. Но к его просьбе она отнеслась серьёзно – Дима слишком занят, чтобы убивать время в магазинах, к тому же мужчине трудно понять, что понравится женщине, особенно такой обеспеченной, как его мама.

В отделе рукоделия Юля задержалась. Витрины ломились от наборов для вышивания, они лежали яркими стопками: большие и маленькие, совсем крошечные, сложные и простые. Когда-то Юля мечтала купить себе готовый набор, она умела вышивать, но ей всегда не хватало то времени, то денег. Стоило рукоделие недешёво, для Юли недёшево, зато для Елены Яковлевны сущие копейки!

– Вам для мастера или для новичка? Что хотите вышить? Цветочные композиции, животные, природа, у нас вчера поступила новая коллекция, сейчас я покажу! – обрадовалась её вниманию продавщица.

Юле нравилось всё, но, на всякий случай, она решила подстраховаться и позвонила Диме.

– Елена Яковлевна увлекается рукоделием?

– Что? – удивился Дима. – Чем увлекается?

– Она умеет шить, вязать, может готовить любит, или тортики печь?

– Кулинарную книгу точно не покупай, я первый ею по голове огребу, – хохотнул Дима. – Когда я в школу ходил, вязала, вышивать вроде начинала, точно не скажу.

– А потом?

– Потом папа умер и маме стало не до развлечений, пришлось всё дело на себе тащить. Мы с братом старались быть полезными, но толку, зелёные ещё были.

Если пробовала вышивать, значит, опыт, пусть совсем маленький, у неё есть. Тогда стоит брать не для начинающих, а что-то более существенное.

– Дима, скажи, что ей понравится? Природа, городской пейзаж, портрет? Может животные?

– Картину выбираешь? Тогда Айвазовского, само оно. Пойдёшь грабить музей – меня позови, – веселился Дима.

Точно! Как она сразу не догадалась? С этого и надо было начинать! Узнать её вкусы и выбрать подходящую композицию.

– Дима, какой у Елены Яковлевны любимый художник?

– Госзнак. Такие картинки печатают – загляденье, чем больше на них нолей, тем приятнее глазу. Американский, кстати, мама тоже ценит.

– Я серьёзно. Она любит Айвазовского?

– Юля, ты меня пугаешь! Третьяковку будем брать? Она любит природные пейзажи, море, в доме висит несколько картин, сама увидишь, когда на днюху пойдём. Ещё вопросы есть, а то я занят?

Вопросов больше не было, кроме одного: в качестве кого Юля пойдёт на день рождения Елены Яковлевны? Любовницы её сына? И почему Дима решил, что Юлю, вообще, туда пригласят? Она очень надеялась, что его мама не захочет её видеть, потому что добром их встреча закончиться не может.

Репродукции с водой Юля не рассматривала, кроме них было из чего выбирать. Она остановилась на осеннем лесу. Ещё зелёная, но местами уже пожухлая трава, высокие деревья в жёлтых, красных, багряных одеяниях, сквозь ветки, кое-где уже голые, пробивается золотистый свет утреннего солнца. Много красок и умиротворения. Правда, работы с такой картиной тоже много, но и торопиться некуда.

Подарок привёл Диму в замешательство:

– Ээээ, ты уверена? Почему вышивка? Давай тогда готовую купим, в хорошей раме, чтобы сразу на стену повесить.

– Дима, ты не понимаешь, здесь самое интересное – процесс.

– Ну, не знаю. С вами, женщинами, никогда на все сто процентов не угадаешь, понравится или нет. Предлагаю туда ещё что-то добавить, вопрос – что?

– Серьги, кулон, цепочку, вазу авторской работы, опять же картину можно. Точно Третьяковку не рассматриваем?

– Яхту, машину, виллу на берегу моря, – продолжил Дима. – С авторской работой интересная идея.

– Посуду! – осенило Юлю. – Все женщины любят красивую посуду. Я когда выбирала, заметила рекламу выставки, пошли туда сходим?

Посуду Дима утвердил, они выбрали шикарный чайный сервиз. В подарочную коробку к сервизу Юля добавила вышивку.

– Сама будешь объяснять, зачем она маме, – предупредил Дима с улыбкой. – Если что – я в группе поддержки.

– Дима, я не пойду её поздравлять. Это неприлично и неудобно, пойми.

– Юля, я тебе обещаю, что мама воздержится от замечаний, ты мне веришь?

– Верю, но всё равно не пойду.

Поздравлять маму Дима всё-таки поехал один. Зато назад вернулся с Катюшкой и они вместе прекрасно провели время.