Текст книги "Горничная для Медведя (СИ)"

Автор книги: Светлана Становая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 12

– Отдохнёшь, выспишься и всё пройдёт, – уверяла подруга, выставляя на низкий столик бутылки из бара и два бокала. – Какой коктейль хочешь? Будем, как дамы высшего света, красиво вкушать изысканные напитки.

Таня встала, открыла стеклянную дверь посудной горки:

– Не получится как дамы, у тебя для коктейля бокалов нет, – улыбнулась она.

– Доставай какие есть, не привередничай. Тогда полусвета, какая нам разница? Чего ты куксишься, подруга? Чего тебе не хватает? Муж есть, сын, пусть ты его не рожала, зато вырастила. Не надо было говорить, что ты ему неродная мать.

Юля старательно отмеряла в бокал ингредиенты для коктейля – научилась у повара в замке. Добавила лёд, украсила долькой лимона.

– Нельзя было скрывать, он, конечно, маленький был, но остались родственники по материнской линии, и вообще мы не хотели, чтобы ему кто-то чужой рассказал правду. Саша бы нас не простил.

– За что? – хмыкнула Татьяна. – Что выкормили, выучили? Жалко, у тебя своих нет.

– У тебя тоже нет, почему не рожаешь, ждёшь, пока состаришься?

– Успею, лет пять форы ещё есть. Я, Юленька, замуж хочу.

– Тань, у тебя постоянно кто-то есть, выходи, раз хочешь!

Таня стряхнула на тарелку лимон, залпом выпила коктейль, налила себе ещё один.

– Ага, есть, как же! Или женатые, приходящие-уходящие, или старики. Если помоложе, так обязательно альфонс попадётся. Вот чего мужикам надо, скажи? Я молодая, красивая, ухоженная, одежду только в бутиках покупаю. Готовлю – пальчики оближешь. Что им ещё надо, а?

– Не знаю. Наверное, ты ещё не встретила своего единственного. Знаешь, как бывает? Люди ищут друг друга, ищут, иногда даже живут с кем-то. Потом встречаются и понимают, что это судьба.

– Судьбу в молодости хорошо искать, когда мозгов нет и каждый второй предложение делает, – вздохнула Таня. – Сейчас за кого выходить? Или женатый, или разведенный, или другой ориентации.

Юля устроилась в кресле поудобнее, поджала под себя ноги, опустила голову на спинку. Бедная, разочарованная в жизни её подруга. Опять захотелось плакать, да что это такое?

– Всегда есть шанс встретить своё счастье, – возразила она. – Одни сразу влюбляются и живут душа в душу, другие притираются долго, не могут общий язык найти, хоть и любят друг друга. Есть такие, что до развода доходят, разведутся, поживут раздельно и понимают, что друг без друга не могут…

– Всё, закрыли тему, – решительно перебила её Татьяна. – Ты у меня платье покупаешь или нет? Бери давай, пока не продала. Хочешь ещё примерять?

– Сейчас?

– Почему нет? Когда на душе тошно, самое время купить себе новую красивую вещь, желательно подороже. Шубу, или колье, которое на витрине в отдельной ячейке лежит. Я, например, иду в салон красоты. Массаж, спа-процедуры, можно и ванночку лечебную, главное ни в чём себе не отказывать. Выхожу молодая и красивая!

– Ты без ванночки молодая и красивая, – засмеялась Юля. – Уговорила, давай своё платье.

Надела, покрутилась у зеркала, полюбовалась собой. Может, в самом деле купить?

– Таня, у тебя телефон звонит, – Юля кивнула в сторону прихожей. – В сумке, наверное, слышишь?

Татьяна подорвалась, побежала за телефоном. Звонок явно был важный: она заглянула в комнату, кивнула Юле, мол, сиди, я сейчас, скрылась на кухне. Через тонкие стены Юля услышала как изменился голос подруги: от удивлённо равнодушного стал воркующим, с мурлыкающими нежными интонациями.

– Юляшка, извини, в следующий раз досидим, – Таня расцвела улыбкой, глаза загорелись, лицо помолодело и похорошело. – На свидание приглашают, сама понимаешь, не могу отказаться.

– Так и не можешь? – засмеялась Юля. – Что, уже надо идти? Бросишь подругу и смоешься?

– Подруга никуда не денется, а мужчина личность непредсказуемая, – в тон ей ответила Таня. – Не обидишься?

Таня не стала ждать ответа, распахнула шкаф, потянула с вешалки светлый льняной костюм. Она умела создать лоск за несколько минут: немного макияжа, красивая одежда и несколько взмахов феном, и Таня предстала перед подругой во всей красе.

– Как я тебе? – спросила она, сделав оборот вокруг своей оси.

– Писк! – восхитилась Юля. – Тань, я куплю у тебя платье. Отдашь сейчас, в нём уйду?

– Конечно, раз оно теперь твоё.

Расстались у подъезда: Таня предлагала подвезти, но Юля отказалась. Подруге не по пути, да идти было недалеко, пару кварталов. Погода хорошая новое платье приятно шелестело, струясь по ногам воздушными сиреневыми складками юбки, хотелось гулять, любоваться ранним вечером и ни чём не думать.

Возле дома её кто-то окликнул. Дима?

– Ты же улетел?

– Улетел и прилетел, – улыбнулся он, подхватывая её под руку. – Вернулся, надо было кое-что подписать. Садись в машину, покатаемся. Можно болящего нашего навестить, если хочешь.

– Не хочу, где это видано, чтобы горничная без приглашения визиты наносила? – Юля попыталась забрать свою руку, но Дима только плотнее прижал к себе её локоть. – Дима, никуда я не поеду, это неприлично. Поздно гулять, уже темнеет.

– Что, конкретно, ты находишь неприличного? Доехать до парка, погулять по аллеям? Или выпить чашку кофе в кафе, съесть мороженое? Хочешь мороженое? Пошли, я угощаю, – смеялся он, настойчиво подводя её к машине. – Юля, не смотри на меня так, боишься, что завезу в лес и жестоко расправлюсь с тобой в овраге? Я похож на маньяка?

– Ну, есть немного, – хихикнула она.

Наверное, платье повлияло на её настроение. Захотелось всего: парка, фонарей, загадочно отбрасывающих жёлтые блики на выложенные плиткой узкие парковые дорожки, тающего во рту сливочного мороженого. Обязательно пломбира, неровных белых шариков политых густым сладким сиропом. Кофе, горячего, ароматного, сваренного на песке. Добавить сахар и медленно пить, наслаждаясь каждым глотком. Когда она последний раз ела мороженое? Запивала его кофе и никуда не спешила? Три в одном, одни сплошные удовольствия. Дома никого нет, никто её не ждёт, что плохого, если она немного прогуляется, поговорит с интересным собеседником? Юля решилась.

Они неторопливо шли по аллее, говорили о городе, о погоде, о лете, о детях. С Димой было легко общаться, он оказался хорошим рассказчиком и внимательным слушателем. Мимо пробежала девочка в нарядном, белом в синий горошек, платье. За ней, переваливаясь, как уточка, с боку на бок, семенила то ли бабушка, то ли няня, уговаривала не бегать и грозила всё рассказать матери.

– Лет пять, как моя Катя, – заметил Дима, с улыбкой наблюдая за девочкой.

– Она на тебя похожа?

Дима улыбнулся:

– И да и нет. С неё тоже глаз нельзя спускать. Знаешь, она в прошлом году мне с телефона чуть акции не купила, какой-то непонятной компании. Сам виноват, не надо было давать. Играла-играла, тыкала своим маленьким пальцем по экрану и оказалась на бирже. Катя очень общительная девочка, а уж болтушка! Любит, когда мы с ней придумываем разные истории, мультики любит, как все дети.

– Я тоже люблю мультики, – сказала Юля. – Особенно про принцесс и про животных. Саша маленьким обожал всё ломать. Что в руки попало, считай уже нет. Я по всем знакомым собирала испорченные телефоны, будильники, кофемолки, чтобы ему было чем заняться. Потом прошло, перерос.

– О! Раз ты любишь мультфильмы, я сейчас расскажу тебе замечательный мультик! Слушай внимательно.

– Расскажу или покажу?

– Всё в комплексе, – пообещал Дима. – Жила была принцесса, звали её Юля. Юль, ну что ты стоишь, ты принцесса или нет? Делай загадочное лицо.

– Ты меня потом дракону не скормишь? – спросила она.

– Это как получится, хочешь мультик или нет?

– Хочу.

Юля оглянулась по сторонам – они свернули с аллеи на боковую дорожку, поблизости никого не было, задрала вверх подбородок, сложила губки бантиком и округлила глаза.

– Похожа на принцессу? – спросила она.

– Очень, принцесса так на себя не похожа, – похвалил Дима. – Принцесса Юля была очень красивая, она умела летать и любила петь. Однажды случилась беда – принцесса Юля потеряла свои крылья.

– Ничего, что мне медведь на ухо наступил? Кстати, с крыльями тоже засада, – веселилась Юля.

Она похлопала себя по бокам, показывая, что ей чего-то не хватает, прижала ладонь к горлу.

– Значит, она ещё и голос потеряла, – добавил Дима. – Принцесса Юля сначала долго плакала, но потом подумала и поняла – если она потеряла, значит, кто-нибудь их нашёл?

Они вышли на людное место, Юля сразу перестала изображать принцессу и сделала серьёзное лицо.

– Что случилось? Тебе разонравился мультфильм? – спросил Дима.

– Не могу же я на людях гримасничать, что они обо мне подумают?

– Ты уверена, что тебе есть до этого дела? Смотри, видишь двух женщин? Тебя волнует, что они о тебе думают?

– Вообще-то нет. Я их вижу первый и последний раз. Но, Дима, если бы мы жили в одном доме, меня бы волновало.

– Почему? Они твои работодатели? От их мнения зависит твоя жизнь? Твои успехи? Здоровье? Если они сейчас думают, что ты глупая и вздорная, что для тебя изменится? Если, что ты умная и самостоятельная, тогда что?

По дорожкам прогуливались люди, бегали дети. Двое мальчишек, наверное, близнецы, ехали на одинаковых трёхколёсный велосипедах и отчаянно сигналили, требуя уступить дорогу. Юля и Дима отошли в сторону, пропуская лихих гонщиков.

Глава 13

Юля задумалась. Она с детства привыкла заботиться о постороннем мнении, но ведь Дима прав. Какое дело ей до этих женщин? А женщинам до неё? Если она сейчас попрыгает мимо них на одной ноге, что произойдёт? Ровным счётом ничего.

– Юля, ты чего притихла?

– Мне очень хочется найти свои крылья, – улыбнулась она.

– Найдёшь, я тебе помогу, – прошептал Дима, глядя ей в глаза.

Юля смутилась, отвела взгляд:

– Смотри, кафе! Зайдём? Я хочу пить, – сказала она, только для того, чтобы Дима не смотрел так пронзительно ласково, как в пучину, затягивая Юлю взглядом.

Вечер был тихий, безветренный. После парка они поехали на речку. Лодочная станция вот-вот должна была закрыться, но Дима договорился со сторожем и взял лодку. Он грёб, Таня сидела на носу и наблюдала, как нос лодки завораживающе рассекает воду. Ровная гладь делилась на две части, расступалась, маленькие волны ловили последние лучи закатного солнца, загадочно блестели и сливались в одну ровную тёмную полосу.

– Юля, ты решилась? Извини, что тороплю, но важные решения иногда надо принимать быстро, как в твоём случае. Обстоятельства могут измениться, желаемое перенестись на неотделенный срок, да много чего.

– Давай больше не будем об этом говорить? Дима, я тебе очень благодарна, правда, очень. За сегодняшний вечер, за то, что хотел помочь. Но я не поеду.

– Почему?

– Дима, я не могу оставить близких, я говорила. Я им нужна, а они нужны мне, что тут непонятного? Если бы я на месяц уехала, лечиться, например, или в отпуск, ещё куда не шло…

– Кстати, куда ты ездишь в отпуск? – перебил Дима.

Никуда. Нет у неё отпусков, сто лет не было и ещё сто лет не будет. Моря она, наверное, никогда не увидит, ну и ладно. Живут люди без моря и она проживёт, очень даже прекрасно. Зато у неё семья есть, самая ценная жизненная составляющая. Юля желела Таню, как плохо и тяжело жить, когда ты никому не нужен, никто в тебе не нуждается, Юля бы не смогла.

– Тебе нельзя сидеть сложа руки, надо искать свои крылья, – сказал Дима. – Я помогу.

– Нельзя найти то, чего нет, – грустно ответила она. – Никто не найдёт, ни ты, ни я.

– Юля, ты меня мало знаешь, я ужасно нудный и настойчивый. Если что-то втемяшу себе в голову, не отступлю. А сейчас я втемяшил тебя, – обезоруживающе улыбнулся Дима. – Поэтому буду убеждать, пока не согласишься. Юля, ты должна поехать со мной.

– В качестве кого? – Юля решила не ходить кругами, спросить прямо. – Ты женат, хочешь привезти с собой любовницу?

– Я условно женат, – усмехнулся Дима. – Хорошо, что ты спросила, давно пора было выяснить этот момент.

– Что же сам не начал выяснять?

– Я не знал, с чего начать. Боялся, что ты не поверишь, скажешь, мол, вдали от дома все мужчины холостые.

– Ты холостой? Нет. Тогда о чём разговор?

– Официально у нас законный брак, неофициально – после рождения Кати мы практически чужие люди. Живём в одном доме, но в разных половинах, спим, конечно, в разных спальнях. Ольгу всё устраивает, меня тоже. Она ведёт тот образ жизни, который ей нравится, ездит по друзьям и салонам, отдыхает с подругами…

– И друзьями? – перебила Юля.

– Возможно. Во всяком случае внешне у нас вполне благополучная семья, всех это устраивает. Понимаешь, мы оба накосячили: я влюбился, как мальчишка, она хотела замуж. Когда поняли, что не совпадаем во всём, было уже поздно.

– Катя с ней живёт?

– Катя живёт со мной, но большую часть времени проводит с моей мамой. Ольга устаёт от ребёнка. Нервничает, злится, девочка её раздражает.

– Зачем рожала? – поразилась Юля.

Если бы у неё был ребёнок, она бы его не отпускала от себя ни на минуту.

– Ольга не хотела, я настоял. Кажется, я уже говорил, что от первого брака детей у меня нет, хотел сына или дочь, всё равно. Я познакомлю тебя с Катей, уверен, вы друг другу понравитесь.

– Дима, о чём ты? Как мы объясним твоей дочери, что рядом с папой теперь чужая тётя? Я что, буду жить на твоей половине дома? Представить страшно.

– Это не вопрос, не волнуйся, я решу.

– Я замужем. Ты хочешь, чтобы я ушла от мужа?

– Да. Брось его, он тебя не любит. Я не знаю твоего мужа, но знаю тебя, этого достаточно.

– Насквозь видишь? – грустно уточнила Юля.

– Я аналитик и, замечу без ложной скромности, неплохой. Раз говорю, значит уверен.

Что же ты, аналитик, так с женой-то оплошал? Связал свою жизнь с женщиной, которая не хочет от тебя детей. Теперь решил увезти чужую, и не знаешь самого главного – детей от неё у тебя не будет. Если бы Юля могла рожать, у них с Иваном были бы и сын ещё, и доченька.

– Разворачивайся, Дима. Домой пора, совсем стемнело.

Дима послушно начал разворачивать лодку. Против течения грести ему было намного сложнее, Юля видела, как напряглась на лбу Димы тонкая голубая жилка. Зачем они уплыли так далеко? Ей хорошо сидеть на лавочке и чувствовать, как прохладная вода ласкает пальцы, а Диме ещё грести и грести.

– Надо было моторку взять, – вздохнула Юля. – У них есть, я видела. Устал?

– Ты меня, что ли, пожалела? – непонятно почему развеселился Дима. – Юля, я тебя обожаю! И я тебя отсюда увезу! По-любому!

Она смутилась, отвернулась в сторону и до самого берега больше не разговаривала.

Бабули вернулись с дачи к обеду. Довольные, возбуждённые и шумные, с покрасневшими от солнца лицами и тяжёлыми пакетами в руках.

– Тише, Саша спит, – попросила Юля.

– Опять в игрушках до утра просидел? Ничего, пусть просыпается, засоня. Юля, нам тоже надо купить дачу! – заявила мама. – Грядки засадить, сад вырастить, кусты всякие, цветочки. Ты не представляешь, какое удовольствие лежать в шезлонге и слушать, как поют птицы!

Тётя Люда кивнула на пакеты:

– Смотри, сколько всего дали: огурцы утром сорваны, кабачки, ягоды! Всё экологически чистое, без химии. Варенье будешь варить.

– Лучше компоты, я зимой люблю консервированный компот, – заспорила мама. – В варенье никаких витаминов не сохраняется.

– Можно и компоты, – легко согласилась тётя Люда. – Ой, Юля, это что у тебя?

Она схватила со стула сиреневое платье, встряхнула, приставила к плечам. Вчера Юля слишком устала, чтобы убрать его в шкаф.

– Новое платье? Красота какая! Примерь, я посмотрю. Когда купить успела?

– У Тани купила, ей велико, – объяснила Юля, с удовольствием ещё раз надевая платье. – Идёт мне?

– Юленька, ты красавица, каких поискать, – умилилась мама. Насторожилась, посмотрела в сторону прихожей. – Кто пришёл? Наши все дома.

В комнату вошёл Иван, с размаха швырнул в сторону дорожную сумку, та повалилась на бок, внутри что-то звякнуло. Юля испуганно прижала ладонь к губам – Иван был страшен. Бледное лицо, горящие яростью глаза, презрительно сжатые губы. Что случилось?

– Нагулялась? – прорычал муж, не сводя с неё взгляда. – Где ты была?

– Дома, – растерянно ответила Юля. – Ваня, что произошло?

– Я тоже хочу знать, что! Или, как водится, я должен узнать последним? – он повернулся к притихшим бабулям. – Когда вы приехали?

– Недавно. На электричке. Ваня, ты чего, как с цепи сорвался, команда проиграла? – спросила тётя Люда.

– Ты бы разулся, зятёк, не дело по ковру в уличной обуви ходить, – заметила мама. Кажется, она одна не испугалась. – Чего с порога орать начал?

– Ты у доченьки свой спроси – чего! Или давай я спрошу. Юля, где ты была ночью? Отвечай, чего молчишь!

– Дома я была, нечего на меня орать, – губы не слушались, дрожали.

Узнал, что она встречалась с Димой? Так ведь ничего не было, она сама всё расскажет, ей нечего скрывать. Только не надо смотреть на неё с такой злостью и презрением, она не заслужила!

– Дома, говоришь? А с мужиком своим тоже дома встречалась, на нашей кровати успели поваляться?

Бабули одновременно охнули и повернулись к Юле. Мама первой пришла в себя.

– Ванька, ты говори да не заговаривайся! Какие мужики, какие кровати? Нас не было, так у Саши спроси. Саша!

Сын зашёл в комнату, опёрся спиной о дверной проём:

– Чё Саша? Я пришёл и спать лёг, отстаньте от меня, – хмуро сказал он и удалился.

– Ты чего на жену наговариваешь, изверг? – возмутилась тётя Люда. – Юля девочка приличная, порядочная, как у тебя язык повернулся?

– Порядочная? – Иван подошёл ближе, взял Юлю за вырез халата, подтянул к себе. – Ну, говори, порядочная, кто вечером тебя от дома на машине увёз? А потом привёз, у подъезда высадил? Молчишь?

Муж оглянулся, увидел новое сиреневое платье, стянул со стула и сунул Юле в руки:

– Для кого наряжалась? Мужа в халате встречаешь, а к хахалю обновочку надела.

– Ваня, я платье вчера купила, у Тани, домой в нём пошла, – оправдывалась Юля.

– Надевай, что стоишь столбом? Я тоже хочу посмотреть на тебя, красавицу.

В груди словно сжалась тугая острая пружина. За что он её оскорбляет, за что? Как-то Юля встретила Ивана в магазине с женщиной, он сказал, что одна из отдыхающих попросила её подвезти, хотела купить домой подарки. Юля не ревновала и не устраивала сцен.

Она скинула халат, надела платье:

– Смотри! – сказала с вызовом. – И не ори на меня больше! Я не буду с тобой в таком тоне разговаривать.

– Не будешь? Со мной не будешь, а с кем будешь? – прошипел муж.

– Отстанешь от жены или нет? – сердито заявила мама. – Сам себе выдумал, а её пытаешь! Может её перепутали с кем, платье такое же или ещё чего, мало ли что в темноте привидится. Один фонарь у подъезда, и тот еле светит.

– Защищаете? Ну, хорошо. Говори, честная и порядочная, встречалась ты вчера с посторонним мужиком или нет?

– Да, – как могла спокойно ответила Юля.

– Значит, вот откуда деньги посыпались? Горничной она устроилась, в доме убирает, а за отдельные услуги на карту получаешь? Я-то думал, с чего такие бонусы, верил тебе. Что поломойки теперь, как бизнесмены зарабатывают? Он тебе авансом проплатил, или уже отработала? Понравилось ему, старалась хоть? – злобно выплёвывал слова муж.

– Юля! – заголосили бабули. – Юленька, как ты могла! Да не голодали же, не бедствовали! Стыд-то какой, срам!

Они все сошли с ума? Разом, в один день? Она единственная, кто здесь в здравом уме и трезвой памяти? Как её родным близким людям могло подобное в голову прийти? Кому здесь должно быть стыдно?

Юля гордо вскинула голову:

– Ваня, если у тебя жена – проститутка, зачем на грязные деньги резину покупал?

Иван замахнулся и ударил её по щеке. Голова безвольно мотнулась, из глаз брызнули слёзы. Бабули заверещали, повисли на нём, пытаясь схватить за руки.

– Ваня, Ванечка, не надо! Ванька, успокойся! Убьёшь же, у тебя кулаки, как кувалды!

Юлю никогда никто не бил. Бабули, наказывая, могли лишить компьютера и прогулок, не выпускать из дома к подружкам и постоянно читать нравоучения, сменяя одна другую. Она всегда боялась драк, в юности, когда девчонки между собой разбирались, размахивая руками и ногами, она сразу сбегала.

Щека горела огнём, но это не сильно беспокоило. Острая, тугая пружина в груди вдруг распрямилась, в голову ударила ярость и злость.

– Не смей меня бить! – закричала она.

От неожиданности бабули выпустили Ивана.

– Кыш отсюда, – прикрикнул он на них. – Пошли вон обе!

– Пошли, Аня, – тётя Люда схватила маму за руку, потянула за собой. – Без нас обойдутся, милые бранятся, только тешатся.

Мама, то и дело оглядываясь, подчинилась. Едва за ними закрылась дверь, Иван медленно, крадучись, стал подходить к Юле.

– Не смей, говоришь? – тихо шипел муж. – Крутая стала, как хахаля завела, дерзкая?

Юля отскочила в сторону, схватила за ножки стул и выставила перед собой:

– Не трогай меня, Иван.

Стул в руках Юли ходил ходуном, она изо всех сил прижимала его к себе и отступала, пока не упёрлась в стену.