Текст книги "Кровь от крови Мантикоры (СИ)"

Автор книги: Светлана Мартын

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Конечно, может быт ьи такое: – в лесу, за холмом еще остались гленсин и красные колпаки.. Но, вряд ли. Долго прятаться в лесу Дорван тоже не сможет.. Битва на исходе и Бессмертные уже совсем скоро вспомнят о том, кто должен стать «козлом отпущения». Его будут преследовать. Нечего рассчитывать, что Зарьян забудет о нем и предоставит своей судьбе. Он припомнит Дорвану все: и то, что когда-то отпустил, и то, что Дорван набрал столько Силы, и то, что решил бросить ему вызов. А после исчезновения Мантикоры справедливого суда ждать нечего. Надо бежать. Бежать как можно дальше и быстрее . Пора искать портал. Хотя, быть может там, его будет ждать засада. Но если повезет , то Дорван все-таки успеет уйти в Человеческую часть мира и затеряться среди людей. А что? У многих это получалось. Получиться и у него.

Их осталось немного. Они были примитивными созданиями с минимальным набором инстинктов и низким интеллектом. Даже собачьей преданностью Дорвану не могли похвастаться. Но именно в оставшихся еще в живых существах вспыхивало осознание бессмысленности того, что происходит сейчас.. Они ощутили себя преданными и эта предсмертная агония налетела на Дорвана двойной порцией боли. Он согнулся пополам, словно ему кинжал вонзили в живот. Он готов был вывернуть себя наизнанку, выблевать желчь со слезами вперемешку, так сильна была она от вновь вернувшейся связи с его подопечными.. С трудом принимая эту связь, Дорван вспомнил о том, что теперь он снова может создавать телепорты. Проверять получилось ли у девчонки сотворить хоть кого-то он не хотел. Пусть сдохнет от голода и жажды, сойдет с ума в том плену океанического неба и рыжего песка. Обратно ей уже не вернуться. Ну хоть какую-то неприятность он подарил своим врагам. Остатки своих монстров он решил пощадить и забрать с собой. В ближайшее время он не вернется в Нулевую часть Резервации, а слуги и охрана ему сейчас необходимы. Как бы ему не хотелось навсегда избавиться от связи с ними, он не стал этого делать. Потянув за последние поводки, он приказал всем возвращаться на холм. Дорван задумался куда же ему телепортироваться сейчас, чтобы затаиться и ждать когда предоставиться новая возможность отомстить семье Зарьяна. пусть пока упьются горем , оплакивая дочурку. Он удовлетвориться и этим. Амбиции амбициями,, но здравый смысл терять не стоит. Подопечные его услышали, даже вампы, которые успели удрать в лес пошли на его зов. Предатели! Ну , да ладно! Дорван поступил бы точно также на их месте. К тому же ни ему нужны. Надо торопиться пока Бессмертные не сообразили что происходит Чтобы расквитаться с Дорваном. Сам Зарьян постарается явиться сюда поскорее, чтобы придушить его собственными руками. Но вот тутт-то подопечные и послужат ему щитом. А сколько получиться он уведет с собой через портал.

Додумать свою мысль он не успел. Чей-то сильный кулак обрушился ему на загривок и яркие искры вышибло из глаз фонтаном. Падая на землю, он успел решить, что в каждом гениальном плане могут быть недочеты, а разрушить его может любая непредвиденная мелочь

Прим 1 – Паркер – американская фирма по производству пишущих предметов, одна из четверки крупнейших в мире производителей . ручки этой фирмы называют также – паркером.

Прим 2 – Баст – египетская богиня веселья, любви, красоты. домашнего очага и кошек. Богиня изображается с головой кошки.

Прим 3 – набу – в аккадской мифологии Набу бог знаний, письменности. каллиграфии и пророчеств. сын Мардука, в браке с Нисабой.

Глава 18

Дорван очнулся и тут же пожалел об этом. Слишком много разных ощущений обрушилось на его многострадальное тело и душу. Он уже не мог отличить одно от другого. Боль метафизическая от связи с его подопечными уже изрядно перемешалась с реальной физической болью в теле. Он лежал на земле, в луже растаявшего снега и холодная влага уже пропитала черные одежды. Голова раскалывалась так, будто его огрели не кулаком по шее, а как минимум кувалдой по черепу и он раскололся, мучая нестерпимыми страданиями в обеих половинках. Кроме того, ныли все ребра. Понятно,что он ударился и очень, при падении, но ведь не сразу же всем телом. А подвластные звери рвали его на части предсмертной агонией; они никак не могли к нему добраться.Поддавшись их зову , Дорван приложил все усилия для того, чтобы подняться. Шатаясь и с трудом удерживая свое тело на ногах, он огляделся и увидел все.

Там внизу у подножия холма умирали остатки его армии. Он понял теперь почему они не могут прийти на его призыв. Они бросались вперед , но нарывались на острые когти и яростный меч. На пути . преградив им дорогу встали двое: покрытая кровавыми латами озлобленная большая птица, о нет, это была гарпия и златогривый молодой мантикора, так похожий на ненавистного Зарьяна. Помочь им Дорван уже ничем не мог.

Он обернулся . В паре шагов от него, не обращая на него внимания, стоял чародей. Он был высоким, изможденным, лохматым с всклокоченной бородой и обезумевшим взглядом. Широко расставив ноги и разведя в разные стороны руки, словно пытаясь объять необъятное , он силился открыть телепорт. Новичок, совершенно не знающий , что для того, чтобы сделать то, что он задумал, вовсе не обязательно размахивать руками. Однако у него получалось.

Ткань пространства уже изрядно разошлась и продолжала увеличиваться на глазах. Сквозь нее . как сквозь рану на животе из которой лезут внутренности, вываливалось знакомое небо – грозное, тяжелое, зловещее небо Нулевой Части Резервации. Слишком хорошо Дорван знал это место, чтобы не понять, чародей пытается выпустить из телепорта девчонку – мантикору. И. скорее всего предательский удар в спину, точнее по шее Дорван получил именно от него. Думать было некогда. Стремясь ему помешать, Дорван бросился вперед, вытягивая руки и спешно нащупывая внутри себя ту Силу, которая помогала ему не только открывать, но и закрывать телепорты.

Магическая способность создавать телепорт. Достаточно редкое явление среди чародеев. Впрочем, это мало кого удручало. Дар этот сродни Силе сидхе, чародею он ни к чему.Потому то боевых магов пруд пруди, а вот хорошей ведьмы управляющей погодой еще поискать. Способности открывать и закрывать телепорты и вовсе были исключительной редкостью. Никто и не потрудился изучить природу этого дара. Никто не знал, почему безобидная вроде бы способность сводит с ума ее обладателя или почему достается таким злобным личностям как Дорван и таким слабым, не готовым принять его как Гуэрс. Никто не учил его владеть даром. Никто также и не мог ему рассказать, что может случиться , если два чародея с таким редким даром вступят в противоборство. Дорван тоже об этом не знал.

В какой-то момент все было именно так, как и предполагал злобный чародей. Их Силы сцепились как две мужские ладони в метафизическом армрестлинге, пытаясь пересилить друг друга, а потом они слились воедино. Это было совсем уж неожиданно для самих чародеев. Сила . вдруг, перестала быть управляемой вовсе, она ударила в небо, телепорт рухнул и Нулевая часть Резервации соединилась со Второй. Как в страшном фильме Океан Творения в небе, начал пожирать свинцовую тучу, не успевшую разразиться дождем. Рыжий песок заполнял покрытый местами снегом холм. А с неба посыпались ангелы, почему-то у них оказались кошачьи морды. Превопричина росла, а Сила обоих чародеев обратилась против них, пожирая их энергию, вытягивая из них жизненные соки и это было нестерпимо больно. Гуэос пытался это прекратить, но не мог. Он бы сейчас отдал бы все что угодно лишь бы этого не было. Но мольбы и усилия оказались тщетны. Да и кого молить о милости. елси причина мучения в тебе самом Он уже давно обливался слезами, но вместо о соленой влаги из глаз лилась кровь, сквозь , которую он едва мог видеть как вопящего Дорвана схватили Котоангелы.

– Это он! Конец света! Тот о котором писали в человеческих книгах. – решил он, сдаваясь убивающей его Силе. А вокруг уже царила паника. Кто-то бросился бежать, надеясь спастись от надвигающегося поглощения, а кто-то завороженно смотрел на небо, ожидая того момента, когда Небесный океан поглотит целиком все, что есть во Второй Части Резервации. Над ним кто-то склонился. Касаясь лба, убирая мокрые слипшиеся волосы. Он с трудом разомкнул тяжелые веки:

– Анелита! Прости меня! Прости за все! Я не справился.

– Гуэрс! – позвала она. – Послушай! Ты должен закрыть телепорт. Кроме тебя, этого не сможет сделать никто.

Он застонал. Сил уже не было ни на что. Боль не стихала.

– Он не может – сказала она кому-то и голос ее был преисполнен сострадания.

Из-за плеча на Гуэрса воззрился большой кот, серый, с огромными крыльями и очень узкими зрачками в глазах.

– Он должен. Иначе Первопричина поглотит не только Вторую часть Резервации, но и все остальные ее Части , а потом пойдет дальше. Это все равно когда-нибудь случиться, но время еще не пришло. Надо остановить Хаос!

– Так вот почему дар создавать телепорты так редок, он порождает тесную связь с Хаосом, отсюда и медленное умопомешательство Чародея. Любой из таких магов может стать причиной такого события как поглощение, стоит лишь открыть нужный телепорт. – увлекся неожиданной мыслью Гуэрс. То что он еще был способен впасть в размышления вселяло надежду.

– Гуэрс! – голос Анелиты отрывал от мыслей, он мучил и требовал его внимания. А так было легко сейчас уйти в философствование и ничего не предпринимать. – Гуэрс соберись! Прошу тебя! Поищи точку света внутри себя!

Точку света! Легко сказать. Как можно найти точку света , если в сознании сплошное кровавое марево. Это какой-то кошмарный сон в красных тонах, и пахнет здесь соответственно: парным мясом, железом и паленой плотью, но все же сквозь этот запах пробивается аромат озона и наплывают на красное бирюзовые слои океана в небе. В этом самом океаническом пространстве свет сам нашел ег., Сначала это была точка, затем она разрослась до светящейся нити смотанной в клубок. Гуэрс мысленно подцепил край этой нити и пустил по траектории, заставляя обозначить контур прямоугольника.

– Дверь! – произнес он едва шевеля пересохшими губами. Собственный внутренний голос спросил его озадаченно:

– Какая дверь?

Дверь! – громче и упрямей повторил Гуэрс.

На фоне соединившихся в его голове кровавого холма с багровым слоем воздуха повсюду. в которые вторгались небо цвета океана , грозящее раздавить своей тяжестью появилась распахнутая настежь дверь.

– Запечатано! – Крикнул Гуэрс. Метафизическая дверь поддалась легко. Она захлопнулась, ощутимо содрогнувшись. Небо Хаоса и рыжий песок просочились в щели вокруг нее, плавно утекая туда, откуда появились. Дверь обтекала густо красной жижей, застывая в щелях как расплавленный сургуч, Боги знают, что это была за субстанция. Гуэрсу уже было все равно.Небо наконец разревелось холодными каплями. Его же сознание постепенно меркло как затухающий свет лампады. Он подумал о новой смерти и как бы это было бы кстати, но он знал наверняка, провалившись в тяжелое забытье он вынырнет из него вновь с той же тяжестью на сердце, что не отпустит его никогда. Ему не суждено так просто уйти от предназначения.

– Анелита! – он слышал ее голос словно издалека, он доносился откуда-то из глубины. Как из колодца. Он хотел ей все рассказать сейчас,пока темнота не завладела им полностью. Но она не дала ему сказать ни слова – Я здесь Гуэрс! Ты молодец. А теперь отдохни. Сейчас подоспеют целители.

Гуэрс забывал слова, темнота спасала оттерзаний и чувства виныо От всего пережитого и от того, что еще только придется пережить когда-то . он смирился с ней и позволил себе в этот раз уйти в покой и забвение.

Дорван блуждал во тьме и пустоте. Эта пустота отличалась от того мира, что пребывал « за завесой», где пустота была обманчива, где повсюду ощущалось незримое присутствие Богов. Ему довелось побывать во многих Частях Резервации,, но,конечно же, не во всех. Но это место отличалось и от самых необыкновенных ее мест окутанных магией различных рас, будь то сидхе или лесные нимфы. В этой темноте жили Жуткие твари. Они чем-то походили на драконов. Но только выглядели совсем иначе. У них были львиные, бычьи головы , паучьи тела, змееподобные волосы, а иногда все существо состояла из одного единственного глаза, смахивающего на глубокую красную пещеру с мохнатым веком вместо тела. Они ужасали. Но не своими отвратительными образами, а тем что исходило от них волнами, безумной силой эмоций. Его охватывали то злость, то похоть, то гнев, то униженное отчаяние, то все вместе. И, было во всем этом примесь первородного страха от которого волоски вставали на теле дыбом. Ощущения были таким реальными, хотя тела он не чувствовал вовсе. А потом его окутал поток тепла. Этот поток обволакивал, проникал сквозь поры, которых тоже не было и согревал каждую клеточку его существа. Тени отступали куда-то вглубь. Как будто падали на дно колодца. А тепло тянуло его наверх, подальше от них. Дорван словно оттолкнулся от самого дна и теперь стремительно поднимался к поверхности, поднимаемый невидимыми руками.

– Как же ужасает Твое безумие! – произнес кто-то , склоняясь над ним.

Дорван открыл глаза. В теле пульсировала тупая боль, но ощущение теплого кокона в котором было так комфортно, не давало ему поддаться паники или же разозлиться. В слабых по-весеннему ярких, но еще слишком холодных лучах солнца над ним покачивалось знакомое лицо: узкие скулы, бледные щеки забранные в хвост волосы и глубокие темно-карие печальные глаза за оправой очков из клюва грифона.

Дорван не видел его много лет. Бывший соперник, претендовавший на сердце Ясмин. Они в равной мере пострадали от коварства одной и той же женщины, но судьба повела их разными путями. Дорван уже давно не испытывал к нему ненависти, но сейчас выражение лица Мираха его раздражало.

– Я вернул его! – поставил он в известность кого-то. кого Дорван пока не увидел. Ему было все равно. Впервые за последние годы ему было просто хорошо и спокойно.

– Ты уверена? – снова спросил Мирах у кого-то.

– Да! Он сможет встать? – услышал чародей знакомый голос. Теперь уже сомнений не осталось. Как бы не было ужасно блуждать в замкнутом пространстве собственного разрушенного разума, встречаясь со своими демонами, реальность будет еще хуже. Мирах пожал плечами.

– Не знаю. Он не слаб, просто одурманен целительной Силой.

– Тогда поднимите его – снова раздался голос девчонки мантикоры совсем рядом. Она обращалась к кому-то еще. Его грубо схватили пушистые лапы. Два огромных кота, с гигантскими крыльями подняли его и поставили на ноги. Дорван им даже не удивился.Ноги держали не твердо, но коты не давали ему снова упасть.

– Где я? – спросил Дорван не узнавая пейзаж вокруг него.

Эндорфины начинали выветриваться и как это случается , когда эйфория от алкалоидов уходит, опьянение сменяется горьким осознанием, что жизнь – поганая штука. Оно приходит впечатлениями от всего, что окружает: солнце светит слишком ярко, звуки раздражают, а свежий воздух отдает несвежими примесями ароматов в нем. Дорван облизнул пересохшие губы, что не ускользнуло от взгляда мантикоры.

– Мы достаточно далеко от поселений и от лагеря тоже. Ты хочешь пить?

Дорван мог бы огрызнуться, гордо отказаться от ее милостей, но на гордость сил уже не осталось. Она поднесла к его губам серебряный кубок, совершенно непонятно откуда взявшийся. Вода в нем была удивительно чистой и освежала. Дорван пил жадно. Ему казалось вода вымывает из горла всю грязь , что накопилась в его душе и давно уже стояла комом в горле, который он все не мог проглотить. Именно сейчас он бы отказался от своей вендетты, поселился бы где-нибудь в глуши, совсем один, но уже слишком поздно. Он протянул до самого конца упустил шанс начать жить. Что-то подсказывало ему шансов больше не будет.

Мантикора смотрела вдаль. Предаваясь раздумьям. Ее не торопили.

– Здесь, мы с Гуэрсом прошли сквозь портал, который был закрыт. Он снова открылся и теперь здесь появился водопад. Слышишь? -произнесла она.

Дорван слышал шумящие потоки воды вбивающие себя в поверхность озера. Это было совсем близко. Они стояли на вершине скалы, из которой хлестали подземные воды. Он хотел было придать своему лицу выражение недоумения, но получалось неубедительно. Собственно ему уже было безразлично все. Она пожала плечами.

– Это мой Первый Дар родной Резервации! – с чувством произнесла девчонка. Дорван не удержался и хмыкнул презрительно. Он знал ее родителей, ни Ясмин, ни Зарьян не были настолько тщеславны, чтобы превозносить свои заслуги. Этот порок как -то миновал даже Зарьяна в пору когда он был на вершине славы. А вот юная мантикора страдала этим грешком. Ее уникальность признали недавно. Она увлеклась, воображая себя теперь Спасительницей Мира. Что ж. Когда Дорван вернулся «из-за завесы», обрел дар открывать телепорты и армию подвластных существ он тоже ощущал собственное величие. И что теперь? Со злорадством он подумал, что мантикора с ее склонностью к тщеславию еще упадет с собственного Олимпа(прим 1 ) и больно удариться при этом. Жаль только он этого не увидит. Она заметила его ухмылку

– Считаешь, я перебарщиваю? – он не ответил ей.

Она передала кубок Мираху. Ну теперь хотя бы понятно откуда он взялся здесь.При этом они соприкоснулись лишь кончиками пальцев и оба вздрогнули. В глазах Мантикоры отразилось лицо Мираха, она покраснела и посмотрела на него с бесконечной нежностью. А Верховный Жрец двух кланов, глава Старейшин и Тайный Советник правителя ответил на ее взгляд собачьей преданностью в щенячьем взоре , разве, что хвостом не завилял. Дорвана аж затошнило от этой идиллии.

Тьфу! – не выдержал он и плюнул себе под ноги. – Ты такая же шлюха, как Твоя Мать!

Конечно же, в его положении пленника позволять себе подобные высказывания он не должен. Это могло ухудшить и без того не самое выгодное для него положение. Но его возмущению не было предела. От Мантикоры он другого и не ожидал бы. А вот Мирах, разочаровал его окончательно. Он и раньше не особо-то его уважал. Но считал до некоторой степени собратом по несчастью . пострадавшему от коварства одной женщины. И, потому он не мог понять как можно после этого соблазниться дочерью Ясмин. Разве же он оне видит что это за порода женщин такая! Да он и устал уже бороться за свою жизнь. Какая ему разница, что с ним будет, так почему же не высказать им сейчас все, что еще можно сказать.

Мирах разозлился. Его глазах полыхнули звездным светом. Он хотел было что-то ему ответить , но мантикора остановила его жестом руки. Она сама ответила:

– Дорван! Полагаю бесполезно Тебе напоминать. Что Ты не имеешь права судить ни меня, ни мою мать, но я тебе об этом напоминаю. – Она помолчала минуту. А потом добавила уже мягче и печальнее – мне жаль Тебя! Ты не способен любить хоть кого-то, даже самого себя.

Дорван пытался изо всех сил смотреть на нее презрительно. Но уязвить ее было трудно и он не понимал сейчас ее отношения к себе: то ли она его жалеет, то ли презирает. – Ты хочешь знать зачем ты здесь? – сменила она тему.

Водопад, если Ты успел заметить впадает в озеро. Оно здесь было всегда. Подземные воды омывают Вторую Часть Резервации возвращая ей жизнь. Ты конечно же, родился здесь и не знаешь древних традиций Человеческой Части мира, существовавших в ней еще до разделения миров. Так вот, одна из традиций такова: побежденный король должен быть принесен в жертву. Это была Великая Честь! Мой отец считает, что ты такой Чести не достоин. А я считаю иначе.

Ты очень постарался опустошить Резервацию: убийства, грабежи, пожары – все это на твоей совести. Но еще ни одному узурпатору не удалось избежать той участи, когда приходит срок платить за содеянное.

Теперь Ты умрешь. Твоя кровь прольется в воды озера и впитается в почву, это будет символический акт жертвоприношения. И природа возродиться когда закончатся Хладные дни. По– моему это справедливо.

Если бы Дорван мог. Он бы не разговаривал с ней, да и не смотрел бы в ее сторону. Но отказать себе в возможности высказаться на прощание он тоже не хотел. потому произнес:

– ну и что!? Давай, доставай свой ирландский ножичек, Можешь перерезать мне горло или пронзить сердце, если духу хватит. Думаешь я испугаюсь и буду умолять о милости. Не дождетесь. Плевал я на Вашу честь! Да, и на Тебя я уже насмотрелся, ты надоела мне до чертей.

Ну умру я! Думаешь заживете спокойно. Не выйдет. Все равно моя смерть на вашей совести. Да и знаешь ли ты кого у себя на груди там пригреваешь* Я был безумен, но разве только я? Дар открывать телепорты не каждый разум выдержит, ты еще хлебнешь проблем со своим Дружком Чародеем. Но мне на Вас обоих плевать!

Она бросила обеспокоенный взгляд в сторону поселения. Этот взгляд говорил о многом. Отчего -то тот чародей, был ей не безразличен. Дорван задел ее за живое и в другой ситуации он бы этому порадовался. Но сейчас ему уже было все равно.

Верховный Жрец положил ей руку на плечо и что-то зашептал на ухо. Она как будто сразу успокоилась, глубоко вздохнула, закрыла глаза и прислонилась к нему. Он ее обнял, продолжая что -то ей говорить, и при этом старался коснуться ее волос губами.

– Да. Да. Ты прав. Мы найдем способ помочь Гуэрсу. – ответила она.

Но судьба Дорвана, решалась здесь и сейчас и проблемы Гуэрса ушли на второй план, лишая его шанса пожить подольше хоть немного. Коты принудили его опуститься на колени. Он не возражал. Так стоять было даже удобней, ноги перестали подгибаться. А его палачи все никак не могли договориться.

– Мирах! – обратилась Мантикора к Жрецу. – Я прошу Тебя уйти. Не хочу чтобы Ты смотрел на это.

Но тут жрец решил проявить настойчивость и отказался:

– Нет! Я не уйду. Я знаю, кто Ты. Анелита! Я люблю тебя и принял Твою суть. Я не буду отворачиваться от тебя из-за щепетильности всякий раз как Ты отпускаешь Зверя!

– Но Мирах! – пыталась возразить женщина. Еще бы, увидеть ее в облике животного. Это не то что с утра не причесанной. До Доврана смутно начало доходить, что обернуться Мантикорой сейчас она собирается не просто так.На сторону Жреца , вдруг встал Большой полосатый кот, с вертикальными зрачками.

– Он прав! – обратился он к Мантикоре. – Ты Рыцарь и Палач. Если он сможет смотреть на то. как ты вершишь правосудие, вы не расстанетесь никогда.

Мантикора колебалась. А Дорван в ужасе слушал их слова. Он поверить не мог в то, что с ним случиться вскоре. Но когда она приняла истинный свой облик Чудовищного Зверя ,он понял как его будут казнить. Вот тут он уже не выдержал. Взмолился

– Нет! Прошу тебя! Возьми меч и отруби мне голову, изруби на куски если хочешь, но только не это!

Один из его вечных кошмаров оживал сегодня. Он старался не вспоминать его. Но зря. Это снилось ему всю жизнь. Ее звериный облик, синие глаза, зловещая пасть полная острых зубов склонялась над его горлом. Раньше он мог проснуться. А сейчас уже нет. Он попытался вскочить Коты не дали. Дорван закричал истошно и громко.

– Дорван! – мурлыкала жуткая Зверюга. Подкрадываясь к нему на больших мягких лапах. – Я Тебе обещаю сделать все очень быстро. Если хочешь, закрой глаза.

Он продолжал кричать. Он кричал даже тогда, когда острые зубы сомкнулись на его горле. Горло гудело разрываемое криком. Он трепыхался в ее зубах как пойманная птица, достаточно долго, пока она не передавив его артерию, не вырвала его жизнь , расплескивая море крови. Он полетел лицом вниз прямо в водопад, наполняя потоки воды кровью.

Потом его выловили из озера и похоронили на берегу. Даже враг заслуживает того, чтобы не быть безымянным. По традиции на могильной плите значилось лишь имя. Ни дат. Ни заслуг. Солнце светило ярко. Озеро не замерзало даже в период Хладных дней, видимо причиной тому стали воды водопада бьющего из скалы.

Хорошее место, чтобы успокоиться с миром. – обратилась Анелита к тем немногим . кто присутствовал как на казни, так и на захоронении. – Надеюсь его могила будет здесь единственной и мне не придется хоронить здесь других своих врагов.

Но лишь время и только оно могло бы дать ответ на ее вопрос.

Прим 1 – Олимп Дом двенадцати Олимпийских богов Древнегреческого мира.