Текст книги "Кровь от крови Мантикоры (СИ)"

Автор книги: Светлана Мартын

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

–Продолжай думать о нем. – волнуясь , с придыханием прошептал Мирах.

– Так Ты тоже это видишь? – уточнила Анелита.

– да. Вижу через Тебя.

Его ответ натолкнул ее на мысль воспользоваться его даром, но пока не понятно какой будет результат, она отмела ее в сторону. Важнее сейчас был тот . кто пытался собраться из белого дыма, откликнувшись на ее призыв. Этот туман как будто сам волновался, перемещаясь, клубясь , смешивая маленькие облачка в более плотную форму и снова разрывая их. Постепенно силуэт начал приобретать отчетливые формы, затем уже можно стало различить тяжелую одежду Риотарума и черты его лица., очень напряженного от усилий. Видимо материализация давалась Чародею не без труда. Анелита и Мирах терпеливо дожидались окончательного проявления. В конце концов, Риотарума можно было рассмотреть достаточно подробно : каждую складку на полах расшитого серебряными лунами плаща и глубокие морщины испещряющие его руки крепко сжимающие волшебный посох. Он прожил много лет прежде чем " перешел завесу» и много после. Мало кто верил, что этот посох , увенчанный вставкой с крупным аметистом, исчерченный символами и обвитый по всей длине серебряной коброй с изумрудными глазами положили в гроб Риотарума.. Редкая мощь и магия заключалась в нем. Заполучить такой артефакт в свои руки желал бы каждый волшебник в Резервации, но никто не посмел нарушить последнюю волю величайшего из Чародеев и взять на свою душу тяжкий грех клятвопреступника. Несмотря на это Риотарум оставался полупрозрачным и бледно-сливочным как и положено призраку.

– Простите за любопытство. – обратилась к нему Анелита. – Я вот встретила недавно свою бабушку. Она была так реальна, словно никогда не жила в Стране Почивших. А, Вы, извините, как будто не доделаны слегка..

Мирах издал очень странный звук. То ли посмеялся над ее невежеством, то ли попытался таким способом заставить ее приостановить поток неучтивых высказываний. Ну, конечно! С Великими волшебниками так не разговаривают. Однако женское любопытство, всегда оказывается сильнее хорошего воспитания, даже если Ты из семьи ведьм. Но Риотаркум не обиделся и терпеливо пояснил:

– Бриана никогда не умирала по-настоящему. В мире Мертвых ее удерживает ее собственная воля и Сила. Я же «перешел завесу до второго порога». Оттуда возврата нет.

Мирах похлопал себя по карманам, ища на чем бы ему записать слова Чародея. Видимо информация о «втором пороге» явилась для него новостью, а уж если он об это ничего не знал, то навряд ли кто-либо из Чародеев знвл об этом вообще, из живых разумеется. Блокнот и карандаш оказались в его теплом плаще, который он отдал Анелите. Она подала ему найденные письменные принадлежности и снова обратилась к Риотарукму.

– Так ее можно вернуть?

– Можно.Но не советую этого делать. Бриана желает быть рядом с Элерисом, стоит уважать ее выбор и только она решает, когда ей покинуть его. Что же касается других покойных…. Нас можно вызвать на короткий срок, материализуемся мы настолько, насколько вообще были одарены магией Вам еще повезло, что я Чародей. – он надменно сверкнул глазами. – Дом Арауна « запечатал и держит» Врата в мир Мертвых. Мало кому бы удалось сейчас вырваться оттуда.

– Мы нисколько не умаляем Ваших достоинств, Риотарум, и , поверьте, осознаем высочайшую Честь,кКоторой Вы нас удостоили. – играла в шахматы словами Анелита. Профессиональный навык подбирать нужные выражения сработал в ее пользу. Чародей был заметно доволен и снисходительно кивнул:

– Времени мало. У Вас есть другие вопросы?

– Да. Скажите, Риотарум! В Вашем последнем гримуаре описаны ландшафты необычайной местности, о которой никто в Резервации не знает. Как Вам довелось там побывать. Мы полагаем, что еще один Чародей открыл для себя доступ к ней.

– Он создает телепорты?

– Что-то вроде этого.

– Давно?

– Мы не знаем. Довран исчез на много лет. Никто не знал где он и что с ним, а потом он объявился, да не один. Рядом с ним всегда пребывают толпы чудовищных существ.

– Это фантазии!

– Как Вы сказали? –переспросила Анелита.

Мирах тоже поднял лицо, на время оторвавшись от блокнота.

– У той Части Резервации нет ни названия , ни номера , и никто из Бессмертных не может добраться до нее. Она есть– ПЕРВОЗДАНИЕ! ПЕРВОПРИЧИНА и ТВОРЕНИЕ. Она мысль воплощенная с помощью ЖИВОТВОРЯЩЕЙ СИЛЫ НИЧЕГО.

Для жителей Резервации все языки мира и здесь, и в Человеческой его части звучат одинаково, потому все так легко понимают друг друга. Такое у Бессмертных третье их особое врожденное качество после бессмертия и магического дара. Объяснить природу этого явления пытались все мудрые Чародеи изучающие строение ушей Бессмертных, а также бесполезно пытались копаться в лабиринтах психологии различных рас. Уж если для человеческого психолога это задача не простая, то для чародеев она и воссе почти не разрешимая. До сих пор в исследованиях не преуспел никто. Зарьян считал, врожденную способность к языкам редким даром и гордился им. Первое время, попав в Резервацию он искренне верил, что все здесь говорят исключительно на русском. Он лишь иногда улавливал разные акценты и благодарил Небеса за свой талант, пока не узнал, что все Бессмертные наделены им тоже. Анелита же с детства об этом знала и в Человеческой части мира пользовалась что называется « на всю катушку», объясняя всем, что изучала языки с малолетства , имея к ним невероятную тягу и мол, даже хотела поступать на факультет « Иностранных языков», но любовь к филологическим дисциплинам победила. Сейчас же, слушая речь Риотарума, она ощутила странное чувство: как будто слышит знакомый язык, но слова в ее голове не складываются в стройную фразу.. Мысль плавала на поверхности, а уловить ее не получалось. На лице Мираха тоже читалось недоумение. Приятно знать, что « тупишь» не одна.

– Простите, что Вы сказали?

Риотарум вздохнул. Возможно объяснить очевидные лишь для его мудрого сознания вещи другим, ему приходиться не впервые. От этого усталого вздоха силуэт пошел рябью и слегка притух, словно слабый свет фонаря с улицы погас,И, хотя он не освещал предмет в достаточной степени, но перестав гореть, сделал его еще более тусклым.

– Резервация появилась очень давно. Когда мир разделился, сидхе открыли порталы и все мифические животные и магические расы оставшиеся в параллельной Человеческой части мира получили возможность возвращаться к людям. Так Бессмертные скрылись от Смертных. Но и сами мы появились когда-то не случайно. Существовала энергетическая субстанция., пропитанная посылом мыслей. Она трансформировалась в бесконечное пространство, порождающее миллионы Бессмертных ежечасно, если не чаще. После разделения Двух Частей мира – Перворпичина была откинута в Резервацию и закрыта от людей порталами и границей , которую установили все мы. Не то ,чтобы Бессмертные перестали материализоваться, но почти. Это случается так редко и не имеет закономерности, что иначе как чудом это не назовешь. Впрочем, почти все Бессмертные умеют размножаться и сами. Но посыл мыслей из Человеческой части мира , из фантазий жителей Резервации продолжается и они накапливаются. Но вот портала к этой части Резервации, не имеющей названия нет. Однако способности к телепортации разрывают пространственную материю настолько, что способны достичь Первопричины.

– А почему Дорван материализовал именно Человеческие фантазии?

– Здесь могут быть целых две причины. У него очень скудная фантазия и рядом с ним воплощается то, что уже придумали когда-то. А вторая – это те существа, которые близки ему, его собственным наклонностям, они могли быть придуманы кем угодно,

– Да. Второе как раз очевидно. А как туда попасть?

– Честно, не знаю. Мои способности начали проявляться слишком поздно и в результате болезни. У меня появилась опухоль в коре головного мозга. Путешествия в Превопричину только ухудшали мои мыслительные способности и даже ускорили кончину.

– Я думала – произнесла Анелита. – Чародеи не болеют вовсе. – Мирах глазами начал показывать ей, что она снова говорит лишнее.

– Иногда это все же случается. грустно отозвался Риотарум – Я всю свою жизнь, несколько тысяч лет, между прочим, посвятил алхимическим опытам. -Анелита взглянула на Верховного Жреца, тот кивнул , подтверждая слова призрака. – Ядовитые пары, средства . которые я часто старался испытать на себе, сделали свое дело.

– Мне жаль, что так… – как можно искренней постаралась произнести Анелита. Но Риотарум перебил ее. – Я ученый. Для меня, цель оправдывает любые средства.

Она в ответ только кивнула. Силуэт Риотарума таял стремительно. У Анелиты оставались вопросы и глядя как призрак испаряется она попыталась выбрать и как-то сформулировать хоть один из них. Но в конце концов оставила все попытки.

– Спасибо! Вы очень помогли нам. Я не хочу Вас больше утруждать!

– Тебе спасибо! За такое чуткое обращение с Призраком – ответил Чародей, прежде чем исчезнуть окончательно.

– Мирах! – попросила она осторожно, переводя взгляд с опустевшего пространства, где минуту назад находился Риотарум на Верховного Жреца. – Я хочу увидеть, как попасть в эту нулевую часть Резервации, как ее там Превопричину Творения. Мне нужен Твой дар Ясновидца. Я заберу его. Если Ты не против, но это будет очень неприятно..

Ничего страшного , Дорогая! Все мое – Твое по праву.

Он по привычке помешал в кубке свое зелье и выпил залпом, даже не поморщившись, в отличии от Анелиты, которая тут же скривилась наблюдая за ним. Мирах протянул одну рук к ней, второй коснулся гримуара. Анелита потянулась к его Силе.

Сначала она ощутила миллиарды кошачьих. Ее сознание словно растянули в разные стороны, заполнив запахом меха, видением сотни поднятых к небу внимательных глаз. Где-то далеко-далеко в Саранске, ее почуял любимый кот Буня. Он вскочил, замяукал в пустоту жалобно и тоскливо, прося хозяйку вернуться и знакомый голос соседки уговаривал его успокоиться. У Анелиты была лишь минута, чтобы сообразить, что ее кот почему-то не дома. А потом струйки горячего потока поползли вверх по рук и так быстро, что она даже не успела осознать, что ее собственные руки прижаты к груди, жестом вселяющим надежду, что отобранный дар Мираха не сведет ее с ума внезапностью. Мозг взорвался. Ее глаза ослепли, а когда проморгавшись она начала различать очертания комнаты в которой находилась она поняла, что очнулась, задремав. Она была внутри сознания Риотарума. За окном глубокая ночь. В причудливой форме лампе играет огонек, напоминающий уменьшенную шаровую молнию. За спиной лаборатория. Книги навалены грудой прямо на рабочем столе рядом с реактивами и безжизненной субстанцией в пробирках. Было несколько безуспешных попыток превратить ее в живую, реагирующую на свет, тепло и т.д, но эффекта не было. Анелита просто все это знала. Мозг Риротарума измучен больше тела, но заснуть, отключиться не получается. Глаза ноют. Волшебнику не надо смотреть в зеркало, чтобы увидеть, что они воспалены и красные. Он прикасается к затылку, тупая нестерпимая боль мешает соображать и перемещается в область висков. Риотарум встает, чтобы найти мазь, потереть виски, вдохнуть запах трав и забыть о боли хоть не надолго. Очень хочется крепкого вина и поспать как когда-то, но от него будет только хуже. Перед глазами все плывет. Поначалу Риотарум смотрит в середину размытого пятна и пытается сфокусировать взгляд, а потом понимает, что это не галлюцинация и головная боль тут не причем. Что-то происходит с пространством и прямо в его доме. Границы размытого пятна проявляющиеся прямо в воздухе были четкие и ясные, а вот сердцевина какая-то не понятная ; слои атмосферы в ней не просто двигались , а образовывали воронку, причем растущую стремительно. Что это? Риотарум протянул руку, погрузил ее в воронку.

Через мгновение он уже стоит напротив неясного водоворота из воздуха где-то в ином мире. Он решил, что заснул: разбился как опустевший сосуд и теперь его наполняют блаженные видения. Только во сне цвета могут быть настолько яркими, а линии четкими и образ шевелящегося на небе океана таким живым. В его глубоко ученом сознании даже и фантазии такой не допускалось. Океан в небе. Потрогать его нельзя, но взгляд его словно осязал: плотный как вода, но податливый как слои воздуха. Но жар раскаленной пустыни не давал ни капли надежды на прохладу, которую ощущаешь возле водоема. А песок? Риотарум наклонился, боль в спине отозвалась тоской.. Но он все равно зачерпнул горсть почвы, встряхнул на ладони и просыпал обратно сквозь пальцы. Песок был твердым как очень мелкие камешки или скорее даже как железные опилки. Слишком реальные были эти ощущения,чтобы верить , что это всего лишь сон. Может он умер и это и есть та самая « страна за завесой» Так должно быть? Пусто. Одиноко, Не понятно.Риотарум побрел вперед. Сгустки радужного тумана прошили тело как молнии, когда он задел одно из них плечом. Поначалу именно эти облака он принял за галлюцинацию. Слишком много книг изучил Риотарум, слишком много опытов он провел с энергией разного рода, чтобы не понять, что этот сгусток цветного тумана обладает какой-то мощьностью. Но в то же время он был живой не просто как энергия а как что-то обладающее разумом. Он проникал внутрь, струился по венам, заползая в мозг. Боль в голове усилилась. Никогда еще боль не вгрызалась в его сознание голодными зубами, разрывая на части. Риотарум схватился руками за череп готовый треснуть как переспелый арбуз. В глазах потемнело. Последнее, что он увидел перед тем как потерять сознание – это как сгусток тумана сформировался в силуэт четвероногого существа, Но чего –то ему не хватало до завершения .Океан на небе загудел ,Силуэт рассеялся и исчез, словно его никогда и не было.

Анелиту вышвырнуло из видения прошлого прямо на холодный пол Башни. Она продолжала ощущать эту боль в голове Риотарума , даже теперь. Она могла бы ее описать в самых мелких деталях и все равно слов было бы мало. Обеспокоенное лицо Мираха возникло в поле ее зрения. Он коснулся ее щеки смахивая текущие по ним слезы.

– Он был слишком слаб и болен. Его мозг утратил способность к воображению. Разве так бывает? – хрипло произнесла она. Горло жгло слезами. – Я все чувствовала и его физическую боль и душевную. Это так ужасно.

– Я знаю! Я видел все Твоими глазами. Но сегодня мне было легче, ни как обычно. Все воспринималось отстраненно, словно я смотрю на весь спектр этих эмоций сквозь мутное стекло.

Анелита приподнялась с пола, чтобы заглянуть ему в глаза:

– Мирах! Какой у Тебя Дар! Опасный! И, прежде всего, для тебя самого. Как же Ты не сходишь с ума от того, что видишь все это годами..

Мирах как будто даже смутился, то ли из-за вопроса, то ли о пристального взгляда Анелиты, который проникал в самые глубины его подсознания о которых она еще и не догадывалась. Он опустил глаза

– Не знаю.. Я живу с этим всю жизнь и не понимаю как это бывает иначе.

Она обвила его шею руками, прижалась к нему , вдыхая горьковатый запах его волос.. Он обнял ее в ответ , не задумываясь.

– Я люблю Тебя, Мирах! Еще больше люблю теперь, когда лучше понимаю.

Он прижал ее к себе так отчаянно крепко и слова им были не нужны. Анелита знала все его эмоции: благодарность и счастье, что он отныне не одинок, даже в своем Даре и Проклятии и есть на свете женщина, которая может разделить с ним даже это.

– Пойдем отсюда. Пойдем домой, Мирах! – поднялась с пола Анелита.

Они вернулись в дом, который стал их общим, местом где они принадлежали лишь друг другу. Здесь все еще было тепло., хотя камин давно прогорел. Уже светало. В это утро они не занимались любовью. Упав на кровать прямо в одежде, они обвились друг вокруг друга, словно две змейки. Это давало им ощущение, что можно вот теперь стать сиамскими близнецами, неотделимыми друг от друга. Они уснули держа друг друга в объятиях. Ведь каждый миг, проведенный со своей половинкой бесценен, а впереди темная надвигающаяся враждебная туча войны.

Все , что удалось им узнать была информация ошеломительная, но мало полезная. Совет спорил и очень долго все больше запутываясь в выводах. Получалось, что существует неизведанная часть Резервации, нулевая, создающая иллюзию воображения. Но об этом знали и раньше. Риотарум только подтвердил ранние предположения Зарьяна. Безусловно он дал им в руки секрет Дорвана, но ниточка эта была тонкой-тонкой. Где найти волшебника с больным воображение и даром " разрывать ткань пространства»? Это очень редкий дар, даже для Резервации. Но, даже если такой волшебник найдется, сможет ли он помешать Дорвану? Сможет ли он провести сквозь этот портал хоть кого-то не говоря уже об отряде воинов. Было принято решение, единственно рациональное , для данной ситуации его искать и продолжать готовиться к войне.

Прим 1 Ледянка – пластиковая круглая тарелка, предназначенная для катания с горок.

Прим 2 Багз Банни – мультипликационный персонах созданный в конце 1930 годов.

Прим 3 – Марихуана. -психоактивное средство, получаемое из конопли.

Глава 14

Уже посыпалось небо бисерным ледяным конфетти.Этот бисер ложился плотным скользящим ковром и в поселении, да и в лагере тоже добавилось работы. Сформировались группы уборщиков. Трудившихся день и ночь, как заправские таджики дворники. В основном это были низкорослые фейри,( прим 1) леприконы ( прм 2) и гномы; те кто понимал, что в предстоящей войне они могут стать бесполезными из-за своего низкого роста. Они умело орудовали метелками и лопатами, покрикивая на зевак прохожих, мешающих их работе.

Отсутствие теплого плаща не помешало Анелите присутствовать на церемонии « перехода завесы» Гуэрса.. Старый Храм за территорией поселения давно пустовал. В последние годы мало кто «переходил завесу». Зарьян первым же распоряжением сделал этот ритуал добровольным, установив возрастные рамки для ведьм не раньше двадцати пяти лет, для чародеев тридцать пять . Старейшины возмущались очень долго, Ведь это была многовековая традиция и кто достоин «перейти завесу» решал Совет. Поскольку дней рождений у ведьм не было, определить готовность по возрасту и вовсе было невозможным. Потому « перейти завесу» мог лишь тот , кто объявит себя зрелым и жаждущим его совершить. Как ни странно испытывать судьбу никто не рвался. Гуэрс стал первым за много лет объявившим себя готовым к «переходу»

Гости из других частей Резервации тоже вблизи Храма не селились, они избегали даже появляться поблизости. Все в той или иной мере обладали метафизической чувствительностью и место, видавшее столько смертей, иногда с воскрешением, иногда нет всех пугало. Огромный каменный круг, возвышающийся на восьми столбах напоминал о языческих праздниках в Человеческой части мира. Из тех времен, когда оба мира были едины. В центре стоял жертвенный алтарь:-огромный прямоугольный черный камень. Ничего особенного в нем не было, но это лишь на первый взгляд. Окропленный кровью волшебника, он работал как аккумулятор. Все восемь столбов активизировались и вытягивали душу вверх, в круг, в воронку « завесы». Глаза видели лишь черную плиту, а внутреннее зрение весь спектр образов смертельного ритуала.

Изумрудно –зеленое бархатное покрывало и мягкая подушечка под головой Гуэрса – сомнительное удобство. Но он был умиротворен как никогда. Ни тени сомнения, ни капли недоверия. Хотя даже сам Верховный Жрец немного нервничал. Нововведение Зарьяна по поводу данной традиции он считал благом. Когда-то должны уходить в небытие пережитки старых времен. Он понимал, что Зарьян конечно же, озаботился всеми судьбами ведьм, но прежде всего не желал , чтобы эту процедуру прошла Анелита. Сам же он когда-то настаивал, что необходимо провести эту церемонию для девушки, пока она чиста душой. Время распорядилось ее судьбой иначе, и этому он тоже был рад. Но в Анелите он всегда был уверен, а вот в Гуэрсе нет. Слишком уж амбициозен молодой волшебник, слишком уж охвачен духом авантюризма. Хотя, кто знает? Боги судят иначе и не всегда возвращают обратно сильных и мудрых, чаще случалось наоборот. Много лет прошло с тех пор как он проводил последнюю церемонию.

По понятным причинам на церемонии таинства не было представителей разных рас. Пришла лишь Гелиодора, да и кто мог бы помешать этой женщине, властной и упрямой по своей природе. Хотя в последнее время Анелита и Мирах много времени проводили с ней наедине, обучаясь владеть своей общей Силой. Она оказалась совсем не такой, какой ее увидели все поначалу. Не было в ней и тени высокомерия свойственной сидхе. Она была в достаточной мере терпелива со своими учениками и рассудительна. Рядом с ними она не проявляла даже свою порочную хищность до мужского пола или Мирах не интересовал ее вовсе. А вот к проявлениям нежности между влюбленными, они не могли не держаться за руки, ни обнимать друг друга , она относилась с умилительной снисходительностью. Хотя причина таких перемен в ней, возможно, лежала сейчас на алтаре , готовясь умереть. Красавица куталась в меховое манто и прятала беспокойные глаза под черной вуалью. Анелита гадала, как же далеко у нее все зашло с Гуэрсом, что оня явилась сюда.

Ни Старейшин, ни Мантикор здесь тоже не было. От первых присутствовал Мирах, от вторых, равно как и от лица всей правящей семьи, здесь находилась Анелита. Накануне войны у всех нашлись дела по-важней. Зарьян лишь выразил уверенность в том, что все пройдет благополучно и пожелал удачи.

Снег падал все медленнее. У Мираха от волнения, заставляющего его дышать глубже, запотели очки. Он снял их, протер и вернул обратно. Ресницы Гуэрса подрагивали, руки и ноги , закрепленные стальными обручами и подтянутые к бокам алтаря цепями оставались расслабленными. Мирах в белой , чистой мантии подошел ближе, вынимая острый ритуальных нож из подзабытых ножен. Гуэрс вытянул шею так, чтобы его окладистая борода не помешала Жрецу перерезать ему горло одним быстрым движением. Время остановилось.

Мирах не дрогнул. Гелиодора не справилась и отвернулась. Глаза Гуэрса оставались безмятежными еще пару минут, а потом он словно погрузился в благословенный сон. Жрец прочитал заклинание «провода». Затем пропел гимн Богам. Певец из него , конечно , еще тот. Голос у Мираха был слабым.перебор слов в гимне монотонным, но годы проведения подобных ритуалов помогли отточить мастерство ведения последнего до совершенства. С того момента, как последний звук, словно капля упал в Храме, воцарилась мертвая тишина. Капли крови стекали по жертвенному камню, заполняя в нем все углубления. Пространство звенело от энергии держащий круг, через который ушла душа Гуэрса., чтобы она могла вернуться обратно. Выждав нужное время, Мирах начал читать заклинание « призыва» Круг заработал как воронка, втягивая назад энергию "той стороны». Анелита положила на рану пластырь, предварительно обработав ее ранозаживляющим зельем и влив немного целительной Силы, что должно было ускорить процесс выздоровления. Рана затянулась, но душа Гуэрса не возвращалась. На На помощь поспешила Гелиодора. Возложив руки на грудь Чародея, она вливала в него свою древнюю Силу, но Гуэрс не подавал признаков жизни.

– Нет, Нет и нет. – закричала она в отчаянии, вдавливая ладони в бездыханное тело, Гэрс был мертв.

– Мне жаль! -произнес Мирах осторожно, чтобы не ранить глубже расстроенную женщину и не навлечь на себя гнев ее страданий. – Такое бывает.

– Но это невозможно! Он был сильным! – обратила Гелиодора к нему умоляющий взгляд, как будто, если жрец сейчас с ней согласиться, то позволит Гуэрсу вернуться обратно. Такое случалось часто и Мирах набрав в грудь побольше воздуха начал было терпеливо отвечать: – Воля Богов не зависит от наших надежд и …

– Подожди! – прервала его Анелита. – Здесь что-то не так. Мирах кивнул, он доверял ее интуиции, а Гелиодора хваталась за любую надежду , как утопающий за соломинку.

Анелита сосредоточилась и призвала Гуэрса. С тех пор как они с Мирахом призвали Риотарума в Башне Видений, она делала такое впервые. Но то ли смерть была еще такой свежей, то ли Храм Смерти очень мощный, Сила Вызова поддалась легко, словно узнала ее и обрадовалась. Тело Гуэрса не шелохнулось. Труп – он был только им и никем больше. Но душа , отошедшая от тела так недавно с легкостью отозвалась на зов. Он соткался из тумана, но облик его был таким же реальным и почти ощутимым, как когда-то предстала перед Анелитой Бриана. Это вселяло слабую, но надежду. Его глаза смотрели прямо в глаза своей подруги с такой глубокой болью, что ей стало страшно.

– Гуэрс! Что случилось?

– О! Боги! – прошептал Мирах. Он тоже мог видеть Гуэрса, через свою связь с Анелитой. Гелиодора побледнела и перестала ронять слезы. Гуэрса она не видела, но достаточно понимала природу Дара общения с Миром «за завесой», чтобы догадаться, что что-то происходит.

– Анелита! Я не вернусь. Прости! – ответил призрак.

– Но почему? Ты такой же – она поискала подходящее слово – почти живой, как и Бриана, а значит еще не перешел Второй порог!

– Все верно! – кивнул Гуэрс. – не перешел.– Но я перейду его.

– Нет. Так нельзя Гуэрс. Ты нужен всем нам здесь.

– Пойми, Анелита! Мой геас. Я не могу, не хочу его выполнять. Поэтому я должен уйти. Мне жаль!

– Должен же быть другой выход, Гуэрс.

– Нет. Его нет. Мне пора!

Гуэрс рассеялся как туман. Может быть ему уже не хватало сил сохранять облик, а может просто не желал больше спорить и все решил.

Но упрямство Анелиты иногда сильнее даже смерти.

– Мы попробуем оживить его, все вместе. – твердо заявила она.

– Но ты его слышала! – возразил Мирах – Это его выбор..

– Я не могу позволить ему умереть Мирах! Не могу и пожалуйста не спорь!

Мирах спорить не стал. Во еремя обучения владением целительной Силы, Гелиодора не раз показывала как усиливать магию не только вдвоем , но и соединять ее с другим целителем. Они соединяли свои Силы.

Теперь пришло время усвоить урок. Они подошли к телу. Взялись за руки и опустили кольцо рук на тело Гуэрса. Как это всегда и бывает вспыхнул и замкнулся круг Силы.. Анелита осторожно начала вливать в его тело той магии, что помогает ей ощущать мертвых. Она чувствовала как мертвая плоть жадно вытягивает из нее эту Силу, как очень сильно проголодавшийся вампир. Что-то заискрило в небе. Раздался гром, которого не может быть зимой. С вершины столбов посыпались камни. Тело дернулось как от прошедшего сквозь него электричества.

– ну же! – взмолилась Анелита,, добавляя силы Арауна в бездыханный труп..

Гуэрс содрогнулся всем телом и открыл глаза.

– Ох! – только и выдохнул Мирах. А Гелиодора упала на грудь Гуэрса и зарыдала. Очень слабая рука Гуэрса потянулась к ее волосам, поправляя на них сбившуюся вуаль.

– Геля! Ну что Ты! Не плач так как будто я действительно умер уже.

– Геля? – удивленно переспросила Анелита и поймав лукавый взгляд Мираха ответила ему на его мысли..

– Даже не смей придумывать мне прозвища, коверкая мое имя.. Понял?

Взглядом Мирах давал понять, что он все услышал и все понял, но попытаться все же постарается. Она нахмурилась, когда услышала скользящие сквозь сознание Мираха первые варианты придуманных имен: – Аня! Лита!

– Мирах! – зашипела она , злобно полыхая гневом глаз на Верховного Жреца.

– Ладно. Ладно – сдался тот. Но вы же понимаете! Мы совершили невероятное,, даже для Резервации Бессмертных. Мы оживили мертвого!

Снег улегся мягкими сугробами поверх остывших полей. Костры теперь не прекращали гореть ни днем, ни ночью. Хотя, толку от них совсем не было.. Ветра и морозы в этот раз оказались особо лютыми. Если Дорван придерживается хоть какой-то стратегии и не окончательно обезумел, следует ожидать, что он постарается напасть как можно скорее; пока Хладные дни не поменяли свой вектор на потепление. Рассчитывать на весенние хляби, таяние снего,. слякоть и дожди не имеет смысла. В Человеческой части мира весна была бы ему на руку, . Но здесь, в Резервации Бессмертных, Хладные дни быстро сменялись летней жарой. Впрочем, монстрам из мира темных фантазий любая погода нипочем.

Анелита с легкостью преодолевала сугробы. Наконец-то она сшила у портнихи роскошный кожаный плащ с меховой подкладкой. Мех был очень нежный, короткий и белоснежный. От тепла теле он нагревался и щедро возвращал сокровенное тепло. Она не знала, какое мифическое животное подарило ей свою шкурку и как погибло. Впрочем она и не хотела это знать. Но, Анелита чувствовала связь с тем существом постоянно. ! Это животное было кротким. Кротость не к лицу Мантикоре. Но все равно, даже в эти предвоенные дни она наслаждалась долгожданным счастьем в объятиях Мираха, признанием и уважением со стороны жителей Резервации, близостью семьи.. Никогда еще жизнь ее не была настолько спокойной, безмятежной и умиротворенной. Анели никогда не любила зиму, но сейчас ни холод, ни вьюги, ни холодные ветра не портили ей настроения. Не хватало разве немного предновогодней суеты: гирлянд. елочных базаров и ожидания праздника. Она так надеялась, что им с Гуэрсом удастся устроить вечеринку в духе Нового года, скромную для своих.Собрать за одним столом Мираха с Анелитой, Гуэрса и Гелиодору, Зарьяна и Ясмин, да и брата с его гарпией можно было бы позвать. Но Гуэрс теперь избегал ее.

Он вообще очень изменился после того дня, когда вернулся « из-за завесы». Гуэрс стал замкнутым, нелюдимым, перестал появляться на Совете, и казалось бы. все утратило для него какой-либо смысл. Он с каждым днем все больше уходил в себя; мог запереться в доме и не выходить сутками. Его это устраивало. Но Анелита рвалась поговорить с ним и тогда он начал исчезать. По-видимому, Гуэрс нашел в пределах поселений место, где мог оставаться один и проводил там все свое время.

– Я не могу это так оставить, Мирах! – говорила Анелита Жрецу, заламывая руки. Мирах все понимал. Но старался отговорить ее от попыток разобраться с тем, что же произошло в тот день, когда Гуэрс «перешел завесу».

– Дай ему время, Котенок! Он же пережил такое…! « Переход завесы» для любого сильное потрясение, а для Гуэрса оно оказалось особым.

Но Анелита не могла понять, почему Гуэрс не желает рассказать ей все, почему винит ее в том. Что она вернула его обратно.. она никогда не предавала его, но взгляд Гуэрса ,теперь постоянно хмурый и укоризненный ,давал ей почувствовать себя причиной его настроений. Она пыталась объяснить свои причины, но Гуэрс отказывался даже слушать. Да и времени уже почти не осталось. Разведчики, из тех фейри , что умели прятаться на виду каждый день сообщали, что Дорван продвигается в сторону Второй части Резервации, не без труда пропихивая свое войско через телепорты. Война уже началась! А что ждет их всех в предстоящих битвах? Есть ли шанс уцелеть им обоим? Так стоит ли дуться враждовать, игнорировать ее сейчас. Поверить в то, что их дружба может вот-вот перестать существовать, ей было не выносимо тяжело. Но Гуэрс забыл и о войне тоже. Все перестало иметь для него значение, только его собственное великое потрясение, только сожаление о том, что он остался и пребывает в месте, где быть не должен. Величайший из возможно существующих ,эгоизм!