Текст книги "Кровь ведьмы (СИ)"
Автор книги: Светлана Эйри
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Глава 19
На следующий день Мирон вернулся около полудня и сказал, что в деревне собирают отряд воинов для убийства упырей. Мол, совсем те замучили ближайшие деревни, никакого спасу от них уже нет.
– И я решил, раз виноват в том, что нежить на волю выбралась, то помочь должен. Так что сегодня в ночь с ними пойду на охоту, – воодушевлённо закончил Мирон.
– Ты же ещё только учиться начал с мечом обращаться! Какая охота? – опешила Власа, едва не выронив из рук зерцало, которое одолжила вчера у Агнии, встретив её у шатра Хельги. – Тебя же убить могут!
– Я не один пойду. Яромир сказал, что настоящие воины в бою учатся, он хочет меня в деле увидеть. Вот и докажу ему, чего я стою! – гордо заявил Мирон. – Если охота будет удачной, то мне позволят в деревне остаться и дальше обучаться мастерству.
– Неужели нет другого способа остаться? – Власа подошла к Мирону и положила ему руки на плечи, заглядывая в глаза. – Ты ещё не готов к бою с упырями. Не ходи на охоту.
– Я не передумаю. – Мирон сжал её руки в своих и улыбнулся. В его глазах была такая уверенность, что стало ясно – не переубедить. – А когда вернусь, то возьму и женюсь на тебе. Пойдёшь за меня?
– Ты это серьёзно? – не поверила Власа.
– Ну, так пойдёшь? – нетерпеливо переспросил Мирон.
Власа почувствовала, как сердце забилось в груди от волнения. Неужели правда? Что же ответить? Она так хотела этого, представляла в мечтах, а тут раз – и не знает, что сказать.
– А вот узнаешь ответ, когда вернёшься, – придумала Власа, хитро улыбнувшись.
– Вот как, значит? – растерялся Мирон, несколько сбитый с толку.
– Да, вот так, – подтвердила Власа, с трудом сдерживая смех, до того озадаченным выглядел Мирон. Небось, думал, согласиться сразу, да на шею ему бросится. А вот и нет. Ничего, пусть подождёт ответа, поволнуется… Не даром же говорят, что слишком легко даётся – не ценится потом.
– Ну что ж, я своего решения менять не стану, – произнёс, наконец, Мирон. – Как вернусь с охоты, так и свататься буду.
– Ты главное вернись целым и невредимым. А там уже видно, – вздохнула Власа, вспомнив про упырей. Отговорить бы Мирона от риска напрасного, да упрямый он, не послушает. – Долго охота будет?
– Да нет, через пару ночей уже вернусь.
– Тогда соберу тебе припасов в дорогу, – решила Власа, про себя подумав, что надо бы и мешочек с полынью приготовить для Мирона. Или, может, ещё какой оберег от зла сделать…
– Приходи тогда на закате к воротам. А мне сейчас к Яромиру надо, он обещал надёжную кожаную броню подыскать мне для охоты, – добавил Мирон уже на ходу и поспешно вышел из дома.
Власа взглянула в окошко, наблюдая за тем, как он быстрым шагом идёт на поле для тренировок. Давно она не видела Мирона таким собранным, уверенным, словно у него в жизни наконец-то появилась цель. Только вот цель это была опасная – не то, что в городе в княжеской дружине месяцами похода ждать, а то и годами. Здесь Мирону даже на обучение времени не дали! Это и понятно – нежить-то уже рядом с зубами и клыками, ждёт тёмного часа, чтобы напасть на людей честных…
– Лучше бы князю служил. Всё спокойней, – покачала головой Власа и стала готовить тесто для пирожков, чтобы потом Мирону в дорогу отнести. Благо сегодня не было занятий у Хельги – разрешила ей ведьма отдохнуть немного, после того, как в прошлый раз Власе случайно вызвала духа. И хоть разговора путного не вышло – не удалось понять, что чужая душа сказать хочет, Хельга всё равно осталась довольна. Сказала, что и дальше будет учить этому Власу.
Только Власа после этого общения с духом еле до дома доплелась, до того тяжело ей было, что вымоталась и обессилила вся. Но что поделаешь? Раз Хельга так решила, то всё равно придётся…
Вечер наступил незаметно. Власа к тому времени три мешочка с травами и солью подготовила. На платке защитные символы успела вышить, читая заговоры и наполняя каждый стежок силой. Потом завернула в платок остывшие пирожки с разными начинками, и поспешила к воротам.
Там уже собрался отряд из воинов во главе с Яромиром. Среди них и Мирон был в кожаной броне с мечом на поясе – самый молодой из всех. С некоторыми воинами прощались их жёны и матери, одевали мужчинам обереги на шею.
Власа тоже повесила на шею Мирона оберег с красным камнем, который ей дала Зарина перед походом. Хотя сила в обереге была не то, что в первую ночь, но Власа надеялась, что сумела частично восполнить её. Может быть, даже от Черномара помочь сможет.
Сама же Власа решила, что ей пока и без оберега можно, в деревню ведь Черномар не проберётся – защита здесь была магическая, надёжная.
– Береги себя, – прошептала она Мирону и обняла, быстро поцеловав на прощание.
– Всё хорошо будет. Вернусь скоро и женюсь на тебе, – шепнул ей Мирон, поцеловав в ответ.
– Ну, всё, выдвигаемся! – раздался голос Яромира. Ведьмак первый пошёл за ворота, за которыми виднелся густой, тёмный лес. Воины последовали за ним, среди которых был и Мирон.
Оставшиеся стражи деревни захлопнули за ними ворота, с лязгом задвинули тяжёлый засов. Вот и всё.
Какое-то время Власа смотрела, как расходятся женщины, проводившие своих мужей и сыновей. Некоторые вздыхали, причитали, мол, откуда столько упырей вылезло? Недавно же их всех упокоили. Власа слышала по отголоскам разговоров, что месяц назад с охоты не вернулся кто-то из воинов…
Но в целом женщины выглядели спокойно, никто не утирал платком выступившие слёзы, не прятал всхлипы. Будто ничего особенного не произошло. Не впервой, видимо, они провожали воинов в ночь.
Власа тоже побрела домой, думая о том, что если она станет женой Мирона, а он воином, то ей придётся также каждый раз провожать его на опасную охоту, не зная, вернётся ли он вновь…
Конечно, и в обычной деревне охотники не всегда возвращались домой. Но одно дело, когда шли ловить простого зверя и совсем другое – нечисть.
Следующие два дня Власа как могла, занимала себя делами. Училась в шатре Хельги вызывать силу рода из птицы-оберега. Один раз у неё получилось даже прикосновением руки разжечь огонь, а потом потушить пламя. Кроме того, Власа пробовала снова общаться с духами, но пока так и не научилась их понимать.
– Когда сможешь говорить с ними, так силу и обретёшь. Много мудрости они тебе поведают о том, что было, и о том, что будет, – нравоучительно говорила Хельга.
– Я только не пойму, зачем мне это? Прошлое я и так знаю, а о будущем ведать не хочу. Пусть лучше будет как должно.
– Не понимаешь ты силы своей, – махнула на неё рукой Хельга. – Обереги хоть научилась плести, какие я тебе в прошлый раз показывала? А порчу с вещей снимать пробовала?
– Обереги получились. От сглаза, от бедности, от любви несчастной, от неурожая, – начала перечислять Власа, протягивая готовые обереги ведьме.
– И правда хорошо сплела, – внимательно изучила Хельга работу. – Скажу, чтобы их в деревню за лесом людям отнесли. У нас одна знахарка ходит туда каждую неделю, людей лечит, а обереги толком сплести не может, силёнок не хватает. Вот отнесёт твои обереги, люди за них заплатят. Часть денег ей останется, часть тебе. Поняла?
Власа с готовностью кивнула. Хоть какая, а денюжка будет, уже хорошо.
– А вот порчу с камня снять не смогла, – вспомнила Власа про второе задание ведьмы. – Как поселилась в нём тьма изнутри, не хочет уходить.
– Ну ничего, скоро и этому научишься, – успокоила Хельга. – На сегодня хватит с тебя, отдыхай. И так силы много потратила, вон уже под глазами синяки.
Хотела Власа сказать, что не от ворожбы это, а от того, что вторую ночь не спится ей, с тех пор, как Мирон на охоту ушёл… Да не стала. Поблагодарила ведьму за науку и пошла домой.
Небо на востоке светлело, окрашиваясь в золотистые цвета рассвета. Мирон устало провёл рукой по лицу. Вся одежда была перепачкана в крови упырей, хотя несколько ран от их зубов получил и он сам. К счастью, раны были не глубокие. Их было достаточно перевязать смоченной в зелье тканью, да и самому выпить особое снадобье, чтобы вывести упыриный яд.
Впереди с факелом шёл Яромир, он был единственным ведьмаком в отряде и владел магическим даром. Это позволяло ему легко находить дорогу.
Вскоре впереди показались ворота деревни. Яромир постучал в них кулаком, и ему сразу открыли.
На этот отряд вернулся с охоты без потерь и с добычей – клыки и когти упырей использовалась в магических ритуалах и стоили почти как золото.
У Мирона тоже было два таких клыка – он лично убил одного из упырей и теперь был очень горд собой. Да и другие воины тоже стали относиться к нему с уважением. Но главное – Яромир дал добро, чтобы Мирон остался в деревне.
Раздались приветствия от стражников, когда отряд вошёл в деревню. Они вернулись через главные ворота, но, как узнал Мирон, были ещё и другие старые ворота, что находились в противоположной стороне деревни и вели к полю и лесным озёрам, где местные ловили рыбу.
Уходить далеко от деревни местные решались нечасто, и в основном это были либо люди с даром, либо по особому делу в составе отряда, как в этот раз.
Уже в деревне, воины ещё раз поздравили друг друга с удачной охотой, похлопав по плечу, и стали расходиться по домам. Мирон же вспомнил, что обещал жениться на Власе и решил купить ей подарок.
– Кузнец где живёт? – обратился он Яромиру.
– Через три дома отсюда, – указал тот.
Мирон кивнул и пошёл. Солнце уже взошло над лесом, деревня постепенно просыпалась, на улице появлялись люди – кто за водой шёл к колодцу, кто выпускал скотину из сарая на выгул. Добравшись до нужного дома, Мирон увидел кузнеца, который открывал кузницу.
– Здравствуй, добрый человек. Кольцо у тебя купить можно? Невесте в подарок.
– Можно, отчего ж нельзя? Деньги-то у тебя есть? – оживился кузнец, взглянув на Мирона. – С охоты что ли?
– С охоты, – кивнул Мирон и достал свою добычу – упыриные клыки, завёрнутые в кусок ткани. – Только у меня не деньги, а два клыка упыриных. Возьмёшь? Или сперва местных ведьм поискать, а потом к тебе воротиться?
– Да, нет. Давай хоть клыками. Потом сбагрю их ведьме, что по соседству живёт. Она как раз чёрной магией балуется. Скверная старуха, но своим не вредит, – согласился кузнец, принимая клыки. Он зашёл в кузницу, а через минуту вышел оттуда и показал Мирону три серебряных кольца. – Выбирай любое, для невесты!
Мирон выбрал одно – тоненькое, изящное, украшенное красным камешком.
Обменявшись с кузнецом, Мирон забрал кольцо и поспешил домой. Про себя же думал, что скажет Власе. Согласится ли она или решит его ещё помучить? Видно же, что любит, а всё равно так просто ответ не даёт.
Внезапно, на пути Мирона уже около дома появилась Агния.
– Ой, а я вам как раз хотела заглянуть с утра. Справиться, как поживаете… – приветливо улыбнулась она.
– Отлично поживаем. Вот с охоты вернулся, Яромиру теперь служить буду, – похвалился Мирон.
– Это что же… ты воин теперь? – потрясённо выдохнула Агния. – С нечистью бороться будешь?
– Так уже борюсь. Упыря вот зарубил, – с гордостью отозвался Мирон.
– Ох, молодец ты какой. Сильный, да смелый, – приблизилась к нему Агния, с восхищением глядя. – А я вот взвар медовый сделала, хотела угостить как раз… Отведай с дороги.
Она протянула кувшин, из которого сладко пахло мёдом. Не хотелось Мирону брать напиток её рук, вот не хотелось и всё. А в то же время отказать неудобно, ещё и правда пить хочется после похода… Взяв кувшин, он всё-таки решил сделать небольшой глоток. Только на вкус варево оказалось настолько отвратительным и горьким, что у Мирона аж в горле перехватило.
– Тьфу, какая гадость! Что это за пойло? – с возмущением выпалил Мирон, возвращая назад растерявшейся Агнии кувшин.
В этот момент Агния глянула на его руку с браслетом-оберегом, который Власа подарила Мирону.
– А-а, вот оно что! – со злостью бросила она. – Повесила на тебя уже метку свою ведьмовскую! Да такую сплела, чтобы ни себе, ни людям.
Мирон удивлённо взглянув сначала на неё, а потом на браслет, постепенно начиная понимать.
– Погоди… ты что зельем меня приворотным опоить хотела⁈
– Ой, больно сдался ты мне, – оскорблённо фыркнула Агния, и, как ни в чём не бывало, пошла дальше.
Хмуро взглянув ей вслед, Мирон махнул рукой. Разбираться с этой ведьмой не было никакого желания. Хорошо, что Власа оберегла его от таких, а то глазом не успеешь моргнуть – как дурачком сделаешься.
Мирон вошёл и дом застал Власу за расчёсыванием волос и плетением косы.
Увидев его одежду, перепачканную в крови, она едва не выронила гребень из рук.
– Ты ранен? – бросилась к Мирону Власа, с тревогой осматривая повязки – одна была на руке выше локтя, вторая на груди.
– Ерунда, царапины. Тут больше упыриной крови, я убил одного из них, – похвалился Мирон, а сам от Власы глаз отвести не может – до того красивая она была с распущенными волосами, что залюбоваться можно.
– Тогда тебе надо снадобье ещё выпить, если упырь укусил, – тем временем всё беспокоилась Власа, осматривая его и проверяя повязки.
– Было у меня снадобье с собой. Ты же мне его в дорогу и дала, – с улыбкой напомнил Мирон, а сам незаметно достал серебряной колечко. – Обещала ты мне ответ дать, коль вернусь.
Он протянул Власе подарок.
– Выходи за меня.
Власа даже застыла от удивления, потом осторожно взяла кольцо, рассматривая его со всех сторон.
– Это откуда же? Из серебра… дорогое какое…
– Клыки упыриные продал, а тебе подарок купил. Так пойдёшь за меня? – нетерпеливо повторил вопрос Мирон.
– Пойду, – Власа одела колечко и обняла Мирона, уткнувшись в его плечо. – Какой же ты храбрый у меня…
– Я теперь воин, буду в отряде Яромира служить, – Мирон обнял Власу в ответ, зарылся носом в её русые волосы, что пахли, как полевые цветы. И до того казалась ему Власа худенькой, хрупкой, беззащитной… Но она может не волноваться – если надо, Мирон сумеет её защитить, теперь он в этом был уверен.
– Ой, тебе же переодеться надо, – внезапно вспомнила Власа про одежду Мирона, что была вся перепачкана в крови и пыли. – Я тут подготовила тебе новую рубаху и пояс, правда не успела расшить защитными узорами…
– Да мне и так сгодится, твой оберег – лучше всяких узоров действует, – похвалил Мирон, коснувшись браслета на запястье. – От всякой силы нечистой спасает. На славу получился.
Власа смущённо улыбнулась в ответ.
– Защитными узорами я рубаху тебе всё равно разошью. Будешь у меня самый красивый… – мечтательно сказала она.
– А так что, не красивый что ль? – развёл руками Мирон.
– Красивый, красивый, – засмеялась Власа. – А будешь ещё краше.
* * *
Вечером все жители деревни собрались на праздник в честь удачной охоты на упырей. В центре деревни разожгли огромный костёр, что поднимался огненным пламенем к небу. Сперва принесли на капище в жертву богам еду и вино, в благодарность за защиту. Обряд проводили двое – Старшая ведьма и самый сильный в деревне колдун, что был жрецом.
После этого началось уже само празднество. Вокруг огня на лавках и брёвнах расселись люди, они пели песни и хлопали в ладоши, наливали в кружки из бочек медовуху, и смотрели на выступления мастеров огня.
Несколько умельцев вышли на площадку перед костром, они крутили горящие шары и танцевали под улюлюканье толпы. За ними вышли несколько воинов, они упражнялись с мечами, после чего устроили шутливый бой на потеху толпе.
Власа с Мироном сидела во втором ряду – они по незнанию опоздали на праздник и только чудом сумели занять место на лавке.
После воинов на площадку вышел Ерофей в обличии медведя, встал на задние лапы и грозно зарычал, мол, кто сразиться со мной? К нему вышел ведьмак Яромир и встал напротив. Толпа замолкла в ожидании, бой обещал быть интересным.
С грозным рёвом Ерофей кинулся на Яромира и сбил с ног, они покатились по земле, яростно сцепившись друг с другом. Пыль поднялась столбом, слышался рык не то медведя, не то человека, после чего ведьмак поборол медведя, оказавшись сверху. Люди захлопали и восторженно закричали, радуясь его победе. Однако не успел Яромир поднять руки, чтобы помахать людям, славившим его, как Ерофей извернулся и поднялся, отчего ведьмак внезапно оказался на его спине.
Люди ахнули, когда медведь с отчаянным рыком бросился бежать вокруг костра, таща на своей спине Яромира, едва успевшего вцепиться в его шерсть.
– А ну прекратил, Ероха! Совсем сдурел, болван косматый⁈ – кричал ведьмак, с трудом удерживаясь на медведе, под всеобщий смех зрителей.
После представления с медведем народ начал водить хороводы у костра. Власа тоже хотела присоединиться и потянула Мирона за собой, как вдруг он остановился.
– Ты пока без меня начинай, а я потом, – шепнул он и выпустил её руку.
Обернувшись, Власа увидела, как Мирон быстрым шагом пошёл к Яромиру, что ждал его за лавками. Видно что-то обсудить хотел. Как будто это не мог подождать окончания праздника…
«Ну и ладно, буду сама веселиться, раз Мирон нашёл дела поважней», – подумала про себя Власа и схватилась за первого, кто протянул ей руку, увлекая за собой в хоровод…
Глава 20
Голоса и песни постепенно стали отдаляться, когда Мирон подошёл к Яромиру, что ждал его в тени, вдали от шума.
– Ты дал мне знак, чтобы я пришёл. Случилось чего? – напряжённо спросил Мирон, заметив мрачный взгляд ведьмака.
– Случилось. По дороге в нашу деревню девицу мёртвую нашли из местных с вырванным сердцем.
– Что⁈ Опять⁈ – вырвалось у Мирона.
– В смысле «опять»? – нахмурился Яромир.
Мирон замялся с ответом, да только раз уж проболтался, то всё равно говориться придётся. А хоть бы и не проболтался, негоже от своих правду скрывать.
– В деревне, где мы жили, такое уже случалось, – честно признался Мирон, опустив взгляд.
– Значит и правда пришёл он за Власой. Зря сомневались в её словах, – покачал головой Яромир. – Силён Черномар, раз даже здесь учуял её.
– И что теперь делать? – встревожился Мирон.
– К деревне он не подберётся, защита у нас надёжная. Главное, чтобы Власа никуда из деревни не уходила, – задумался Яромир, поглаживая бороду.
– Это я понял, прослежу, – кивнул Мирон и добавил с досадой: – Неужели никак нельзя победить эту нечисть поганую?
– Да, можно. Только нечисть эта на живца ловится, – серьёзно сказал Яромир, мрачно взглянув на Мирона.
– Нет, я жизнью Власы рисковать не позволю! Ещё чего! – возмутился Мирон, сжав кулаки.
– Тогда береги её лучше, потому как иного выхода нет.
Мирон кивнул и пошёл к костру, где местные продолжали водить хороводы. Не хотелось ему сегодня тревожить Власу тяжкими думами, а всё ж таки сказать про Черномара надо. Чтобы осторожней была.
Вернувшись к костру, Мирон стал высматривать Власу среди танцующих, да так и не увидел. Прошёлся по рядам – тоже нигде нет. Увидел захмелевшего Демьяна – одного из воинов с которым в поход ходил.
– Власу – невесту мою не видал? – спросил у него без особой надежды.
– Отчего ж? Видал. Ходила она тут с Агнией…
– Куда ходила? В какую сторону пошла? – нетерпеливо уточнил Мирон.
– А я пошто знаю? – развёл руками Демьян, глядя на него пьяными глазами. – Пошли они в сторону ворот, что за капищем.
– Каких ворот? – не понял Мирон.
– Ну дык тех, что в лес ведут, к озерам. Может искупнуться решили… – заплетающимся языком поведал Демьян и прикрыл глаза, собравшись вздремнуть.
– Каким воротам⁈ Каким ещё озёрам? Да кто же купается средь ночи!
Мирон схватил его за грудки и хорошенько встряхнул.
– Руки убрал свои! А то это… как получишь… – вяло попытался бороться с ним Демьян. – Мне откуда знать? Пошли они туда, и всё!
Мирон похолодел от одной мысли, что Власа могла ночью в лес пойти. Хотел было броситься следом, да вспомнил, что меч дома оставил. А без меча – мало от него толку будет. Кинулся опрометью домой, благо недалеко было. Меч схватил, да так с ним наперевес и помчался за Власой.
По дороге увидел его Яромир, да перехватил на полпути.
– Ты куда с мечом⁈ Что случилось?
– Власа в лес ушла, я за ней…
– Эх, а говорил – убережёшь! Ладно, с тобой пойдём. Ежели что – один не сдюжишь. – Яромир свистнул остальным воинам и дал знак, чтобы все следовали за ним.
* * *
После нескольких кругов в хороводе вокруг костра у Власы всё закружилось перед глазами, а может от медовухи в голову ударило. Присела она на бревно передохнуть, утёрла пот со лба, до того жарко ей стало.
Рядом на бревно присела Агния, приглаживая распущенные тёмные волосы.
– Ох, хорошо как! На славу праздник удался.
– На славу, – подтвердила Власа, улыбнувшись.
– А меня Мирон к тебе послал, – внезапно сказала Агния и наклонилась к ней, заговорщики прошептав н ухо, – передать велел, что ждёт он тебя у озера, здесь рядом, за деревней. Подарок тебе приготовил.
– Какой подарок? – удилась Власа, вспомнив про кольцо, которое ей утром уже подарил Мирон.
– Хороший подарок, порадовать тебя захотел перед свадьбой. Идём, отведу тебя к нему, – заговорщики подмигнула Агния.
Растерялась Власа от её слов. Зачем Мирону куда-то звать её, да так поздно? А с другой стороны, зачем Агнии врать? Нахмурилась Власа, качнула головой. После медовухи тяжело ей было мысли собрать,
– А куда идти? – наконец спросила Власа, гадая про себя, что же там мог ещё навыдумывать Мирон…
– Так к озеру за деревней, – нетерпеливо повторила Агния и протянула Власе руку, предлагая последовать за ней.
– Зачем к озеру? – снова не поняла Власа, но руку приняла. Разморило её после праздника, никуда идти не хотелось, но раз Мирон ждёт…
– Да не слышишь меня что ли⁈ Говорю же – подарок тебе приготовил. Там у нас место есть, где все влюблённые клятвы друг другу дают. Ой, что я тебе рассказываю! Сама увидишь, – Агния нетерпеливо потянула Власу за собой.
На мгновение растерявшись, Власа всё же пошла следом. Не нравилось ей всё это, но если Мирон ждёт её, негоже от встречи отказываться, тем более теперь, когда она невеста его… Может, и правда порадовать её решил?
Вместе с Агнией она прошла мимо капища в сторону запасных ворот, через которые местные на озеро ходили – купаться и рыбу ловить. Только сейчас уже ночи холодные были, не купался никто, так зачем её Мирон туда звал?
Власа вышла за ворота вместе с Агнией и пошла по тропинке в лес. Справа простиралась поле, где местные выращивали урожай, но сейчас он был уже собран. Время жатвы прошло.
Постепенно поле скрылось за кустами и ветками, а они всё дальше уходили по тропе в чащу.
Наконец впереди показалось большое озеро. Остановившись у берега, Власа невольно залюбовалась чистой, тихой гладью воды, в которой отражался лунный свет, образуя сверкающую дорожку. Будто бы тропинка проходила прямо к звёздному небосводу.
Где-то в камышах квакали лягушки и стрекотали сверчки.
– А где Мирон? – она растеряно оглянулась на Агнию, что стояла мрачным изваянием за спиной.
Власа услышала всплеск воды, и с двух сторон на неё неожиданно навались две девицы со спутанными зелёными волосами, одетые в длинные рваные рубахи.
– Нет! Пустите! – закричала Власа, когда мавки повалили её на землю. – Агния, помоги!
Власа изо всех сил рванулась из цепких пальцев нежити, да только напрасно – мавки легко уложили её на землю, злобно шипя. Вспомнила Власа про оберег, призвала его силу и схватилась за руки мавки. Нечисть пронзительно завопила от её прикосновения, будто кожу ей огнём жгли, а Власа уже стала бороться со второй мавкой, как вдруг что-то тяжёлое ударило её по голове.
Перед глазами Власы вспыхнули искры, на какое-то время она словно упала во тьму, ничего не видя перед собой. Только слышала отголоски чужих голосов.
– Раз привела, то бери за работу и уходи, – сказал незнакомый женский голос. Звякнули монеты, после чего послышались торопливые удаляющийся шаги Агнии.
Власа приоткрыла глаза, чувствуя, что руки и ноги связаны водорослями. Она увидела незнакомую девицу с чёрными волосами, которая подошла к ней и срезала с шеи Власы птицу-оберег.
– Теперь тащите её к хозяину, – приказала она мавкам, что находились рядом с Власой.
– Куда вы меня тащите⁈ Пустите! Мирон! – закричала Власа, когда её схватили и поволокли волоком по земле дальше в лес.
– Нет здесь твоего суженого, – со злой усмешкой бросила ей черноволосая.
– Зачем… кто этот ваш хозяин, ай, – вскрикнула Власе, больно ударившись спиной о корягу.
– Так ясно кто – Черномар, что нежитью здешней теперь правит, – спокойно ответила черноволосая. – Украла ты с его поляны цветы колдовские, а заплатить забыла.
– А ты что, служишь ему⁈ Он же зло… – выпалила Власа.
– Служу. И он щедро платит мне за это своей силой. – Девица довольно усмехнулась, обернувшись. Власа увидела, как во тьме сверкнули её глаза желтым светом, точно черноволосая и сама была уже нежитью, лишь только внешне оставаясь человеком.
Мавки тоже обманчиво походили на людей – особенно спереди. Но стоило только Власе увидеть одну из них со спины, как через рваную рубаху показались белые кости скелета с давно высохшими внутренностями.
Власа обомлела от ужаса. Она пыталась читать заговор от нечисти, но слова путались и не складывались. Власа сбивалась каждый раз, когда больно ударялась об очередной камень или корягу. Казалась, что лишившись птицы-оберега, Власа потеряла и свою силу. Ничего у неё больше не осталось.
Мавки упрямо тащили её всё шли дальше в темнеющий лес по звериной тропе, что не видна была вовсе под опавшей листвой. Не ходили по ней люди, а значит, не будет никто Власу здесь искать… А если и будут с утра, то поздно уже…
Ударившись спиной об очередной камень, Власа тихо всхлипнула. Сколько же можно?
Внезапно её перестали тащить по земле, впереди показалась широкая поляна, залитая лунным светом. Едва Власа увидела её, как у неё перехватило дыхание – она видела эту поляну в страшных снах, что теперь становились пророческими…
От поляны веяло непривычным холодом смертью, будто они пересекли невидимую черту, где уже обитала тьма.
Дотащив её до середины поляны, мавки бросили Власу на землю и неслышно отступили назад.
Черноволосая девица поклонилась темноте впереди и тоже с почтением отступила.
– Мы привели её, хозяин…
Водоросли, связывающие Власе руки и ноги, ослабли. Словно уже не было нужды удерживать её силой – всё равно никуда не денется. Власа тут же села и подняла глаза – ветви леса раздвинулись, во тьме вспыхнули два голодных жёлтых глаза, и Черномар вышел на поляну.
Он походил на высокого человека, с длинными чёрными волосами и мертвенно-бледным лицом. На нём был одет давно истлевший тёмный балахон. В костлявой руке Черномар держал посох с угольным камнем на конце.
Взгляд его жёлтых глаз зачаровывал, подчинял, лишая остатков воли. Власа будто оцепенела в немом ужасе, не в силах пошевелиться.
Черномар двинулся к ней, его рот искривился в жуткой усмешке, показав острые треугольные зубы. Добравшись до Власы, он протянул руку, коснувшись её волос своими пальцами с острыми когтями.
– Вот ты и приш-шла. Встань ж-же предо мной, – торжествующе прошипел он, потянув Власу вверх за волосы.
Власа поднялась, не отрывая взгляда от его жёлтых глаз, которые словно околдовали её. Где-то внутри она кричала от страха, билась, пытаясь бороться с силой Черномара, но внешне Власа была словно безвольная послушная кукла в его руках.
– Моей станеш-шь… – удерживая её за волосы, Черномар наклонился, коснувшись Власы холодными губами. Ей показалась, что холод и тьма ворвались в её душу, вымораживая всё изнутри, отчего даже сердце перестало биться в груди. Тем временем, когти на другой руке Черномара уже вспороли одежду на её спине, намереваясь вонзиться в тёплую плоть.
– Власа! – сквозь пелену холода и смерти, она услышала голос Мирона…
Внезапно хватка Черномара ослабла, и он отпустил её. Вконец обессилев, Власа, как подкошенная, рухнула наземь. Словно через плену она видела, как Мирон вонзил меч в Черномара, да только без толку – сталь застряла в мёртвой плоти, а чудище стояло, даже не покачнувшись.
Замахнувшись острыми когтями, Черномар полоснул Мирона по плечу, повалив с ног. На смену Мирону выскочил второй воин с факелом и подпалил одеяние Черномара. Завопило чудище, заметалась и бросилось на того воина, полоснув когтями по его горлу, отчего алая кровь брызнула во все стороны. А на земле уже оживали коварные корни, готовые защищать своего хозяина. С другой стороны поляны послышались ещё несколько криков.
– Камень на посохе разруби! Разруби камень! – услышала Власа голос Яромира.
Мирон поднялся, схватил меч, на ходу разрубив один из корней, что пытался опутать его. После чего опустил клинок на посох Черномара, пока тот всё ещё отчаянно боролся с охватившим его огнём. Камень на посохе раскололся, и раздался страшный нечеловеческий вопль. Мгновение, и вихрь взметнулся вокруг Черномара, и рассыпалось пеплом его тело, один только балахон упал на землю, догорая в огне.
Мирон кинулся к Власе, опустился подле неё на колени. На его плече виднелась рваная рана от когтей, из которой текла кровь, окрашивая алыми пятнами белую рубаху.
– Власа, Власа, посмотри меня. Что с тобой? – шептал Мирон, коснувшись её щёк горячими ладонями.
Она попыталась улыбнуться сквозь пелену. Внутри был такой холод, что будто и не живая она была больше – отравил её поцелуй Черномара.
– В деревню её неси! Скорее, пока сердце бьётся… – как во сне услышала Власа, после чего её взор затуманился, и Власа провалилась в небытие, где перед ней, как казалось, были уже открыты ворота Нави…
* * *
Она видела призрачных духов, что крутились вокруг, словно стая птиц, и звали за собой. Одна из девиц с венком из трав на голове схватила Власу за собой и увлекла в хоровод.
– Оставайся в лесу, будешь с нами на полянах петь и плясать, да и путников случайных за собой зазывать, – хохоча, предложила ей лесная девица, – а потом их в лесу с тропинки уводить, чтобы сперва поплутали, прежде, чем дорогу нашли…
– Так леший потом наругает, ежели без ведома его, – задумалась Власа, кружась с ней в танце на поляне.
– Не наругает, я – лесавка, внучка его, мне всё можно, – снова засмеялась девица. – Так пойдёшь к нам в лес?
Власа задумалась, хотела было согласиться, да только что-то тянуло её, никак покоя не давало… А что – вспомнить не может…
«Власа» – раздалось где-то вдали. Власа обернулась, нет никого, а всё ж таки кто-то зовёт.
«Вернись, Власа!»
– Хорошо с вами плясать, да только ждут меня, воротиться надо… – Власа выпустила руку лесавки, отступила на несколько шагов и внезапно провалилась куда-то, утонув в белесом тумане, что подобно пушистому облаку, окутал её.
Вокруг было тепло и тихо. Власа осторожно приоткрыла глаза, увидев высокий потолок огромного шатра ведьмы Хельги с отверстием наверху, через которое уходил дым. Она лежала, накрытая тёплым одеялом и волчьей шкурой сверху, будто зима была на дворе.
Около её постели спал Мирон, уронив голову на грудь.
