Текст книги "Безмолвие Веры (СИ)"
Автор книги: Светлана Шёпот
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)
Глава 11
Что делать с новой догадкой, она не знала. Скептически покосившись на очищенный угол, Вера попыталась понять, чем могут быть полезны пауки. Ничего дельного вот сразу на ум не приходило. Да и еще непонятно: правда ли она причина или ей только так кажется.
Уже дома, выслушав вопросы матери о том, как прошла ночь, она забралась на чердак, объяснив это тем, что не выспалась ночью. Частично это было правдой, ведь ей пришлось работать половину ночи, а встала она все равно рано.
Повалившись на спину, Вера посмотрела на потолок. Паутина была на месте. И здесь, над ее кроватью она была гуще, чем где-либо еще. До этого Вера как-то не особо обращала на такую мелочь внимание.
Прикрыв глаза, она постаралась ощутить то, что трепетало где-то внутри нее. Еще в первый день своего пребывания в этом мире, Вера поняла, что обладает какой-то силой. До этого момента у нее как-то не нашлось времени проверить себя. Поначалу привыкала, потом мысли об Эрионе затмили все. В общем, сейчас был идеальный момент для подобного. Жаль только, что никаких книг в наличие не было.
Маги, наверное, где-то обучались, но простые люди ничего об этом не знали. Учебников о том, как овладеть своим даром попросту не продавалось. Да и не только их нигде не было. Никто еще не додумался составить, например, тот же справочник растений. Ну, это естественно. Травникам не нужны были конкуренты, как и другим мастерам. Так что всем этим людям ни к чему было записывать свои знания. Обычно они просто передавали их из уст в уста своим наследникам.
Но подобное практиковалось только среди простолюдинов. Вере казалось, что при дворе короля должны быть какие-то книги. Да и всякие лекари с магами должны ведь где-то обучаться своему делу. С трудом верилось, что все происходит как у простых людей.
Попасть в высшее звено в ближайшее время ей точно не светило. Впрочем, существовала большая вероятность, что так будет не только сейчас, но и всегда. Все-таки аристократы сильно ценили кровь, а она была простой…
Вера притормозила в своих размышлениях. Насколько она помнила, магический дар передается исключительно от родителей к ребенку. О магах в народе мало что знали, но ей казалось, что те давно уже образовали какую-то свою касту. Раз у нее есть какой-то дар, это значит, что хотя бы один из родителей этого тела обязан был быть магом.
На ум пришел тот самый черный колдун, который хотел купить младенца для ритуала жертвоприношения. Небесный клерк ничего ей не говорил, но ведь вполне могло быть, что ему требовался ребенок, рожденный от него самого (не от клерка, естественно, а от колдуна). Если это так, то все происходящее выглядело еще более скверным, чем поначалу.
Открыв глаза, Вера поглядела на паутину. Что-то ей подсказывало, что ее мысли недалеки от правды. Уверенность в том, что ее сила не слишком светлая, крепла все больше.
Впрочем, все могло получиться так, как есть исключительно из-за ее вселения в тело.
Вздохнув, она снова погрузилась мысленно в себя. В районе солнечного сплетения ощущался теплый комок. Сейчас, когда она обращала на это внимание, то он чувствовался весьма отчетливо. И, как казалось Вере, намного сильнее, чем в первый день.
Дотронувшись мысленно до него, она с удивлением осознала, что вполне может что-то с этим сделать. Вера много лет занималась созданием пилюль, поэтому не стала спешить. Она попробовала выпустить немного силы.
В тот же миг шарик внутри запульсировал. Во все стороны от него потекло тепло. Вера стиснула зубы. Ощущения напоминали легкое возбуждение. Она даже немного заерзала на месте, приоткрывая рот.
Ей хотелось верить, что она не залезла по незнанию туда, куда не следовало. Так как никаких учителей на пороге не стояло, а редчайшие талмуды на голову не валились, приходилось действовать по старинке, то есть методом проб и ошибок.
Оглядев себя, она не заметила никаких внешних проявлений энергии.
Пропустив через тело еще пару приятных волн, Вера попыталась направить все в одну руку. Ничего не получилось. Магия растеклась по телу, совершенно не желая делать так, как ей хотелось. Наверное, можно было сдаться, ведь не все в мире должно подчиняться человеческому разуму, вот только Вера краем сознания знала, что эта энергия просто обязана делать то, что надо. Нужно просто потренироваться.
Спустя время, устав, она ощутила дикий голод. Попытавшись встать, отметила легкое головокружение. Шар внутри запульсировал, но при этом она четко осознала, что новый орган слегка перенапряжен. Примерно так же болят мышцы на следующий день после первого занятия.
На следующий день Веру ждал новый сюрприз. Паутины в доме стало гораздо больше. Настолько много, что потолок теперь был полностью скрыт, как и все углы.
Привыкшая за последние дни к странному явлению Вивьен снова напряглась. Не трудно было заметить на ее лице легкий страх и непонимание.
– Они скоро замотают нас в кокон, – с нотками неуверенности произнесла женщина, возясь около очага.
Судя по всему, ее уверенность в правильности недавнего решения перенесла ощутимый удар, способный пошатнуть даже такую сильную волю. Вера не была удивлена. Страх перед чем-то неизвестным был вполне нормален.
Поглядев наверх, она покачала головой. Вере не нужны были больше опыты, чтобы понять, что происходит. Этих пауков явно привлекала ее энергия, которую до недавнего времени она излучала в мир неосознанно. Вчера этой силы рядом с ней стало больше, соответственно и количество паутины увеличилось.
Либо ее энергия столь благотворно влияет на них, либо они каким-то образом переводят ее энергию в паутину. Как растения углекислый газ в кислород.
Сунув в рот румяную булочку, она расчетливо покосилась на угол. От всего этого должна быть хоть какая-то польза. Пока на ум ничего толкового не приходило. Может быть, паутина лечебна?
Ночью Вера решила провести еще один эксперимент. Для этого она села прямо на пол посередине мастерской, предварительно подстелив под себя больше соломы. Не закрывая глаза, она выпустила немного силы, стараясь придержать ее. Та все еще не поддавалась. Впрочем, Вера не слишком расстроилась, понимая, что любое умение необходимо тренировать и развивать.
Сначала ничего не происходило, а потом она увидела приближающихся со всех сторон паучков. Невольно сглотнула. Нервы натянулись. Хотелось немедленно встать и оказаться как можно дальше от возможно ядовитых созданий. Заложенная в глубинах сознания программа самосохранения билась в оковах воли, успешно подавляемая ею.
Пауки, между тем, остановились неподалеку от нее и в самом прямом смысле слова окружили. Весь пол был усеян ими. Опустив руку, Вера поставила указательный палец возле одного из них. Тот, недолго думая, воспользовался приглашением и шустро вскарабкался наверх.
Почувствовав движение на себе, Вера едва сдержала себя. Хотелось немедленно встряхнуть рукой, сбрасывая паука. По ее телу прокатились мурашки. Волоски встали дыбом. Дыхание перехватило так, будто ее горло приготовилось к крику.
Совладав с собой, она приблизила руку к глазам и посмотрела на храброе создание.
Паучок был совсем маленьким. Лапки были небольшими и пушистыми, тело белым, и лишь на голове выделялись темные бусинки глаз. Если не думать о том, что это такое, то создание выглядело даже по-своему мило.
«И что мне с вами делать?» – подумала Вера, рассматривая крохотного ткача.
В голову почему-то настойчиво лезли мысли о какой-то богине, которая повелевала пауками. Вера не помнила ее имени, в памяти отложилось только то, что она как-то была связана с эльфами.
Ухватившись за слово «повелевала», она решила попробовать свои силы в этом деле. Мало ли, ее магия окажется не такой бесполезной, как казалось именно сейчас.
Мысленно попросив паука сместиться влево, она выжидающе замерла. Ничего не происходило. Вздохнула и попробовала еще раз, стараясь визуализировать картинку. Ноль эмоций. Тогда Вера заставила свой источник исторгнуть еще одну порцию энергии, при этом повторяя на все лады просьбу о движении.
Дальнейшее, наверное, навсегда останется в ее памяти.
Все паучки вокруг нее единым порывом отпрыгнули (Вера никогда не видела прыгающих пауков) в сторону. Даже тот, что до этого момента сидел на ее пальце. Потеряв опору под собой, он свалился на пол, но это не принесло ему никаких проблем.
После все снова замерло. Вера ощущала только, как в груди колотится чуть перепуганное внезапностью сердце.
Ей не сложно было сделать из всего происходящего вывод. Управлять этими созданиями она могла. Для подобного требовалась крупица энергии и мысленный посыл. Видимо, сила связывала ее с крохотными ткачами. Был еще вариант, что магия просто на мгновение овладевала паучками и заставляла их делать то, что хотела Вера. Самой ей нравился все-таки первый вариант.
Покосившись в сторону окна, она пришла к выводу, что спать еще рано. Кроме того взбудораженный мозг вряд ли позволит ей вот так просто уснуть.
Подумав немного, Вера решилась на очередной эксперимент. Она отделила часть паучков, и попросила их сплести паутину в определенном месте. После этого ей только и оставалось, что с удивлением наблюдать за быстрой работой трудяг.
Она не знала в чем дело, возможно, в разлитой рядом с ней магии, но те действовали быстро и четко. Спустя какое-то время она могла полюбоваться на очень даже красивое полотно.
Рассматривая результат их трудов, Вера сожалела, что паутина такая непрочная. Иначе она вполне могла бы отыскать для этих созданий применение.
Под утро, убрав следы своей деятельности, она распустила своих крошечных товарищей и легла спать. Ей все еще было непонятно, что все это может дать, но наделась, что в будущем найдет ответ на этот вопрос.
Утром она под внимательным взглядом Вивьен убрала всю паутину, а ночью приказала ткачам обойтись исключительно одной стеной. Те не выказали никакого неудовольствия, просто покрыли поверхность стены белыми нитями, а потом спокойно, видимо, потратив всю разлитую в воздухе силу, убрались куда-то за пределы дома.
Лицо Вивьен на следующее утро нужно было видеть. Она явно не ожидала такого. Женщина еще пару часов косилась на стену, а иногда даже подходила и трогала ее, но ничего не убирала.
Вера была только рада этому, так как собиралась провести еще один эксперимент.
Ночью она указала ткачам на ту же стену, велев им наносить новый слой. Паутина не была прочной, но ведь из нее можно было попробовать сделать нити с помощью прялки.
Вера не знала, получится ли, но собиралась попробовать. Кто знает, насколько хорошей выйдет нить, сделанная из паутины таких необычных созданий.
Глава 12
Огонь качнулся, когда мимо прошел человек. Потревоженные тени немедленно заметались на стенах. Замок в это время был совершенно тих. Звенящая тишина разбавлялась лишь треском огня в факелах и шагами молчаливой стражи, прохаживающейся время от времени по коридорам. До утра оставалось всего полчаса.
Дойдя до тяжелой двери, мужчина бросил короткий взгляд на двух стражников, а потом вошел в помещение, не удосужившись даже постучать.
– Ваше величество, вы звали? – спросил он, закрывая за собой тяжелую дверь и поворачиваясь к человеку, сидящему за столом.
Король поднял голову еще в тот момент, когда услышал звук открываемой двери. Узнав того, кто вошел, он расслабился.
– Эйбрасон, проходи, – произнес он, а потом потер переносицу. Ночь работы давала о себе знать. Если он не ляжет в ближайшее время, то вскоре у него начнет болеть голова. Правитель отлично знал, насколько ему будет плохо из-за отсутствия сна, но ничего не мог поделать – работа.
Когда мужчина приблизился, король ощутил уже привычное давление силы. Она была тяжелой и ощущалась так, будто кто-то внезапно вздумал подогреть воздух, забыв при этом добавить температуру. Рядом с главой боевых магов всем было трудно дышать. Правитель не исключение. А ведь тот сдерживал свою магию как мог. Просто силы в этом теле было столько, что она не помещалась в нем полностью, даже ужатая до предела.
Слегка поморщившись от неприятного ощущения, правитель расслабился. Любой другой король на его месте возмутился бы подобному, но Карот хорошо знал ситуацию Эйбрасона, поэтому спокойно терпел столь неподобающее и даже вызывающее давление чужой силы.
Глава боевых магов сел в кресло напротив короля и замер, ожидая разговора. Сапрат внимательно оглядел одного из своих самых ценных людей. Эйбрасон выглядел хмурым и сосредоточенным. Серые глаза слегка мерцали из-за переполняющей человека силы. В остальном тот выглядел как обычно.
– Я хочу, чтобы ты взял своих людей и отправился в четвертую зону. Барьер в том месте ослаб. С тобой отправятся барьерщики. Сам понимаешь, для того, чтобы усилить стену, им придется заменить камни накопители. В такой момент может произойти, что угодно. Кроме того, отчеты стражей той зоны мне совершенно не нравятся. Порождения проявляют небывалую активность. Они могли заметить, что барьер ослаб. Во время замены камней вполне могут попытаться прорваться.
– Как прикажете, ваше величество, – без особых эмоций согласился Эйбрасон.
– Магам-барьерщикам понадобиться два дня для того, чтобы все подготовить. Будь готов к этому времени. Это все. Можешь идти.
Мужчина поднялся, обозначил легкий кивок и вышел из кабинета. Король вздохнул свободнее. Всё-таки ощущать на себе воздействие столь подавляющей магии было не так просто. Именно по этой причине рядом с главой боевых магов никогда никого не было. Люди просто не выдерживали постоянного давления.
Сбоку послышался шорох. Король замер, а потом нахмурился и поджал недовольно губы. Повернувшись в сторону висящей на стене картины, он вздохнул обреченно.
– Кириот, выходи, – приказал он, откладывая перо, которое не так давно взял, желая поставить подпись под очередным документом.
Сначала он услышал возню, потом картина резко съехала в сторону, а на пол вывалился клубок из тел. Маленьких тел, если точнее.
Карот наблюдал за этим, подавляя в себе зарождающуюся улыбку. Он должен быть строг со своим непоседливым и любопытным сыном и его товарищем, который, несмотря на свою легкую трусливость, всегда следовал за другом, будто привязанный.
Вид у мальчишек был такой, словно они собрали всю паутину и пыль в потайных ходах. Если бы он не был полностью уверен в верности герцога Атерна, то ему пришлось бы наказать своего сына за раскрытие секрета тайных ходов замка.
– Отец, – выдавил Кириот, выпрямляясь и сверкая глазами так, что сразу становилось понятно – что-то хочет. – Этой был Ринон Эйбрасон?
– Ты же знаешь, зачем тогда спрашиваешь? – сурово поинтересовался король.
Сын замялся, а его друг – Ленвай Атерн – уже привычно спрятался за его спину. С учетом, что ребенок герцога был заметно выше Кириота, выглядело это странно. Сапрат не знал, почему его ребенок дружит со столь несмелым молодым человеком, но не препятствовал этой дружбе.
Мальчишка на вопрос отца слегка смутился, но секундой позже он вскинул на него сияющий взгляд. Король сразу понял, что сейчас тот попросит что-то самоубийственное.
И в кого только таким смелым родился? Мелисса – его любовница – имела кроткий нрав и храбростью явно не отличалась. Сам он был, конечно, смел, но не безрассуден. А сын у них получился настоящим авантюристом. А ведь второй принц невероятно умный. Настолько, что даже в свои десять умнее, чем его старший брат.
Вспомнив о Дидионе, король ощутил уныние. Он столько сил вложил в своего наследника, а тот его почти разочаровал. Нет, по-своему, Дидион был даже умен, только совершенно не в тех областях, которые требовались для того, чтобы стать в будущем хорошим королем.
Чем дольше он наблюдал за своим старшим сыном, тем больше понимал, что тому придется передать титул наследника своему младшему ребенку. Карот не мог позволить, чтобы у власти был столь неоднозначный человек. Не в их время, когда любой неверный шаг может стоить многих жизней.
Сапрат надеялся, что со временем Кириот немного обуздает свою безрассудность. Вот недавно, взял и сбежал в город! И ведь как ловко обманул свою охрану, дав им с Ленваем время для исследований. Никто ведь поначалу и не хватился, о пропаже стало известно только спустя пару часов. Хорошо хоть не стал снимать артефакт-маячок, иначе пришлось бы его сыну месяц заниматься уроками стоя.
– Можно я отправлюсь с ним? – горячо спросил Кириот, подходя ближе к столу.
Карот моргнул, возвращаясь в реальность. Сначала он даже не понял, о чем попросил его сын, потом вспомнил недавний его вопрос. От осознания у бедного родителя волосы на голове зашевелились.
– Нет! – ответ его был однозначным.
Юный принц сжал губы, глядя на отца исподлобья, но короля этим нельзя было пронять. Он решил, что будет стоять до последнего, но не позволит своему ребенку отправиться навстречу такой большой опасности. Одно дело в городе погулять, а другое – побродить под носом у порождений. Совершенно разные вещи!
– Но, отец!.. – начал мальчик.
– И слушать ничего не хочу, – перебил его правитель. – Это опасно, Кириот. – Ты ведь уже знаешь, насколько кровожадными и сильными могут быть порождения темной магии, тогда почему просишь о чем-то подобном?
– Знаю, – согласился принц. Картинки в книгах были весьма впечатляющими. Кириот ощутил легкий страх, который, впрочем, не мог его остановить. Он, как принц королевства, обязан был побывать везде и увидеть все своими глазами.
Вздохнув, он подошел к креслу, на котором еще недавно сидел глава боевых магов – кстати, кумир практически всех мальчишек двора. Забравшись на него, Кириот сел ровно и серьезно посмотрел на отца. Им с Ленваем просто повезло оказаться в нужном коридоре тайного прохода и подслушать разговор короля и Эйбрасона. Юный принц давно мечтал побывать хоть в одной закрытой зоне, поэтому он не желал потерять такой великолепный шанс.
Вдохнув воздух, он принялся обстоятельно все объяснять своему коронованному родителю. Судя по лицу отца, тот не был впечатлен аргументами.
– Что мне может грозить рядом с Эйбрасоном? – уже ни на что не надеясь, спросил принц. – Это же самый сильный боевой маг за всю историю существования Амитерна. Я обещаю, что буду держаться только рядом с ним. Не буду отходить от него ни на шаг!
Карот покачал головой. Мальчик даже не понимал, о чем говорит. Давление магии Ринона не позволит юному принцу оставаться поблизости долгое время. Он просто не сможет сдержать свое обещание.
С другой стороны, в словах Кириота был смысл. Нельзя оградить детей от всего, иначе они вырастут слабыми и инфантильными. Королю хватит и одного подобного ребенка. Эта мысль заставила его подумать, что он сам виноват в том, что его старший сын вырос таким, какой есть сейчас. Впрочем, стоило ему глянуть на Кириота, как эти мысли вымело из головы. Не сказать, что воспитание сыновей сильно разнилось. Видимо, дело тут все-таки в чем-то другом.
– Возле четвертой зоны сейчас очень опасно. Барьер ослаб. Большой шанс, что порождениям удасться выбраться за пределы огражденной территории.
– Ринон Эйбрасон, – Кириот посмотрел на отца со значением. При этом имя главы боевых магов он произнес так, будто это было какое-то заклинание абсолютной защиты.
– Я подумаю, – чуть раздраженно сказал король, давая понять, что больше не желает ничего слышать.
Кириот подавил улыбку. Он был уверен, что отец согласен отпустить его, только не желает говорить об этом сразу.
Соскользнув с кресла, он схватил стоящего с открытым ртом Лени и потащил его в сторону потайного входа. День, по мнению Кириота, начинался просто отлично. Если бы он сказал это вслух, то король вряд ли бы с ним согласился.
Пока правитель размышлял о том, как обезопасить своего сына во время поездки, а сам мальчик думал о будущем путешествии, Ринон Эйбрасон готовился к операции.
В данный момент он разбирал оружие, которое, по сути, не так уж ему и требовалось. Его магия была сильна, но мужчина все равно не любил оставаться без подстраховки. Мало ли что может произойти. Он знал, что существуют артефакты, способные подавлять магию людей. Вот на такие случаи ему и нужны были всевозможные ножи, меч и арбалет.
Приказ короля не слишком его удивил. Ринон уже слышал об ослаблении барьера около четвертой зоны. Было понятно, что рано или поздно король решит заменить в том месте накопители, подпитывающие ограждение.
В последние недели его что-то тревожило, но Ринон никак не мог понять, что именно. Какое-то странное ощущение будто бы щекотало на грани подсознания. Оно было столь неуловимо, что он никак не мог поймать и понять, что это.
Нахмурившись, Эйбрасон сел на кровать и задумался. Странное чувство могло быть криком интуиции, которая о чем-то пыталась его предупредить. С ним подобное уже бывало. Правда, ощущения в этот раз отличались.
Почему-то ему казалось, что нечто, не дающее ему покоя, находится где-то совсем рядом. Это весьма раздражало. Ринон не любил чего-то не понимать или о чем-то не знать.
