Текст книги "Безмолвие Веры (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Глава 59

– Что мы тут делаем? – шепотом спросил Ринон.

Он даже не думал ощущать себя неуютно или глупо, хотя ситуация, к слову сказать, было несколько… необычной. Сконцентрировавшись на жене, он не обращал внимания на взгляды многочисленных слуг, которые то и дело пробегали мимо. Конечно, их с Верайей поведение не было оставлено без внимания. Люди явно не понимали, что они делают. Впрочем, как он сам.

Услышав его, Верайя обернулась и приложила палец к губам, требуя от него тишины. Ринон нахмурился, а потом качнулся немного и сам заглянул на кухню, около которой они и стояли.

На первый взгляд внутри не было ничего необычного. Многочисленные повара и их помощники готовили. Ринон раньше не особо задумывался, сколько этим людям приходится работать, чтобы накормить всех, кто живет в замке. По всем подсчетам выходило, что работать они должны в несколько смен круглые сутки.

– Что?.. – начал он и осекся, заметив кое-что интересное.

Интуиция подсказывала ему, что именно за этим они сюда и пришли. Правда, он все равно не понимал желание жены сделать это тайно.

Все дело в матери Верайя. Вивьен Шеро в данный момент стояла около одного из очагов и что-то помешивала в большом котелке. Казалось, ничего необычного в этом картине нет, ну, кроме того, что женщина не обязана была работать на кухне.

Если так подумать, то он немного не понимал эту женщину. Ее новый статус был достаточно высок, чтобы оставить все заботы и жить так, как мечтают многие. Но вместо этого Вивьен зачем-то оставила за собой должность служанки. И она не просто числилась таковой, а действительно убиралась в комнатах и прислуживала. Это было выше его понимания.

Сам Ринон предпочитал держать со слугами нейтралитет. И не потому, что презирал их или что-то подобное, просто считал, что каждый должен делать свое дело, а остальным лучше в это не лезть. Слуги явно больше него знали, как приготовить еду, постирать вещи и убраться в его комнате. Конечно, он всегда благодарил их, когда о чем-то просил, но в остальном старался просто не мешать.

Он прекрасно знал, что слуги не бесчувственные существа, созданные только для того, чтобы угождать своим господам. Это люди, как и всем им свойственны чувства и эмоции.

Ему совершенно не хотелось беспокоиться о пыли по углам, мятой одежде или влажной постели. И это только малая часть неурядиц, которые могли постигнуть того, кто переступит черту. Понятно, что чаще всего виновные находились, но Ринону не хотелось тратить свое время на что-то подобное.

Когда он был гораздо моложе, то узнал, что мстительный слуга может даже плюнуть в суп. После того, как ему стало это известно, он старался никоим образом не обижать прислугу.

Кроме того, слухи о неугодных господах очень часто раздувались до неимоверных размеров, причем очень и очень быстро. Ринон знал, насколько эффективной может быть людская молва. Она способна вознести человека на самый верх, а может низвергнуть, оставив ни с чем.

Тех, кто не понимает всего этого, Ринон считал полными глупцами.

– Что происходит? – прошептал он, склонившись ближе к жене. Приятный цветочный аромат тут же атаковал его. Не помогли даже насыщенные запахи еды.

Вместо ответа Верайя показала пальцем на повара, который о чем-то говорил с Вивьен. Ринон оглядел мужчину.

Повар был довольно… крупным. Рядом с ним мать Верайя казалась совсем маленькой.

Мужчина что-то рассказывал Вивьен, отчего та время от времени смотрела на него и смеялась. Не забывая при этом помешивать какое-то варево.

Ринон не видел во всем этом ничего странного. Видимо, женщине стало совсем скучно, вот она и пришла на кухню, чтобы помочь поварам. Разговорилась с одним из них, может быть, даже подружилась. Ничего подозрительного. И уж точно не основание, чтобы подсматривать за ними из-за угла, стараясь быть как можно незаметнее.

– Верайя, – позвал Ринон, решив, что стоит прекратить все это. Пусть многочисленные взгляды его не особо волновали, как и слухи, которые неизбежно появятся, просто так стоять ему не нравилось.

Жена поглядела на него, а потом вздохнула и выпрямилась. Она выглядела немного раздосадованной – ей явно хотелось понаблюдать чуть больше, – но при этом в ее глазах светился какой-то подозрительный восторг.

Ринон еще раз посмотрел на Вивьен и повара, но не увидел ничего, что могло так сильно порадовать Верайю.

Вышагивая рядом с женой, он то и дело поглядывал на нее, пытаясь разобраться во всем самостоятельно. Ничего не выходило. В конце концов, он сдался.

– Расскажи мне, – вздохнул он, и почти сразу заметил, как жена хитро сверкнула глазами. Создавалось такое впечатление, что она только и ждала, пока он сдастся и спросит ее.

Из торопливых объяснений Верайи Ринон понял, что совершенно не разбирается в женщинах. По ее словам выходило, что Вивьен влюбилась. Новое платье, загадочные улыбки, хорошее настроение, смех и частые отлучки на кухню – не казались Ринону убедительными доказательствами в пользу влюбленности Вивьен.

Разве женщины не постоянно носят новые платья? Так как Верайя занималась одеждой, он теперь обращал на них чуть больше внимания, чем раньше. Но даже так порой не мог отличить одно от другого. Конечно, ему нравилось, когда жена выглядит красиво, но разбираться в моде легче ему не стало.

Сейчас, вспоминая Вивьен, он помнил, что она выглядела веселой, но при этом совершенно не мог сказать, какое платье было на ней надето.

Улыбки, смех, хорошее настроение тоже заставляли сомневаться в выводах жены. Ему казалось, что в данном периоде времени у Вивьен нет ничего, что могло бы заставить ее грустить. Так что и улыбки и смех вполне закономерны.

Частые отлучки на кухню лично для Ринона совершенно не выглядели как доказательство. Он считал, что женщина просто скучает в замке, вот и занимается разными делами, которые должны скрасить ее время. Раньше ей приходилось бороться с разными трудностями, сейчас этого нет. Неудивительно, что она не знает, чем себя занять.

– Ты уверена? – с сомнением спросил он. – Думаешь, твоя мать влюбилась в того повара? – в его голосе отчетливо слышался скепсис.

Верайя вскинула на него взгляд и нахмурилась.

– Я не против, – быстро постарался откреститься Ринон. – Просто твои доводы кажутся мне… надуманными.

Жена немедленно насупилась, а потом сложила руки на груди и притопнула носком правой ноги. Ей явно не понравилось, что он сомневается в ее выводах.

В итоге Ринону пришлось поспорить. Это была не его идея, если что, хотя ему понравилось условие. Одно желание в случае, если он прав. А он точно прав. Так ему казалось. Настолько сильно, что он даже позволил себе немного помечтать, выполнение какого именно желания потребует от жены.

К его глубочайшему сожалению, на землю его вернули очень быстро. Буквально тем же вечером Вивьен созналась, что в последние дни действительно уделяет господину Роберу повышенное внимание.

Чем больше он смотрел на женщину, тем больше убеждался, что Верайя оказалась права – ее мать на самом деле влюбилась. Резко вспыхнувшее лицо даже он не мог не заметить.

– Она не созналась, – коварно произнес он той же ночью, обнимая любимую. – Значит, я победил.

Верайя возмущенно встрепенулась, принимаясь активно жестикулировать.

– Покраснела? – не ожидая от себя столь умелого лицедейства, удивился Ринон. Кажется, ему даже слишком хотелось получить приз. – Не видел. Не было такого. Да и этого ничего не доказывает, – заупрямился он.

– Разве тут нужны лишние слова, чтобы понять? – изумилась Верайя.

«Не особо», – подумал Ринон, но говорить вслух нечто подобное он не собирался.

– У нас был спор, – педантично произнес Ринон. – Она не сказала прямо, значит, не влюблена. Ты проиграла. Я прошу отдать мой выигрыш.

Верайя явно хотела возмутиться, но застыв на мгновение, прищурилась и окинула его подозрительным взглядом. Она явно все поняла, так как тут же толкнула его, зафыркав. Ринон, наблюдая за ней, внезапно подумал, что это выглядит невероятно мило.

Наклонившись к ее уху, он принялся нашептывать ей свое желания. Вернее, целую взаимосвязанную цепочку. От него не укрылось, как ее дыхание стало поверхностным, это только распалило его интерес.

– Ну что? – он поднялся и посмотрел на нее хищно и пристально. – Признаешь свое поражение?

Верайя трепыхнулась, явно желая возразить, но, заметив голодный взгляд мужа, слегка кивнула.

В тот же момент ее притянули ближе и поцеловали. Спустя некоторое время она думать забыла о том, что они о чем-то там спорили. В тот момент в голове у нее не было никаких мыслей, только сладкий туман, заставляющий ее терять связь с реальность.

Глава 60

– Как твои дела? – поинтересовалась Вера у Кириота.

Мальчик довольно часто приходил к ним.

За время общения ей стало понятно, что ребенок весьма высоко оценивает ее мужа. Грубо говоря, он восхищается его силой. Именно поэтому Вера думала, что в их апартаменты его тянет из-за Ринона.

Позже, обращая внимания на теперь уже наследного принца, она поняла, что ошибается. Мальчик на самом деле приходил вовсе не к Ринону, а именно к ней.

На первый взгляд это выглядело странно. Всё-таки не так давно она была простой горожанкой. У принца, по сути, не должно быть таких привязанностей. Они ведь даже не особо дружили. По крайней мере, поначалу. Впрочем, это не мешало Кириоту постоянно задавать ей вопросы, мелькать где-то рядом и вести себя так, словно их общение – самая естественная вещь в мире.

Вера считала мальчика весьма смелым и умным ребенком. Тот совершенно не боялся, что аристократия осудить его за такую вот связь с простолюдинами. Да, Вера была магом, владела довольно прибыльным магазином, была замужем за титулованным человеком, но все это не мешало некоторым снобам воротить от нее нос, словно ее присутствие или даже упоминание могло запачкать их.

Она была уверена, что наследному принцу давно уже посоветовали не связываться со столь  неоднозначным человеком. Доброжелателей всегда много около того, кто однажды встанет во главе королевства.

Если судить по тому, что этот ребенок как приходил, так и приходит, то его отношение не так просто было поколебать. Вера уважала это в нем.

– Протемор снова заставил меня писать скучные строчки, – пожаловался Кириот и повернул голову в ее сторону, ожидая от нее «слов».

Мальчику нравился язык молчания, который ему удалось изучить. Иной раз он вставлял в свою жестикуляцию при разговоре с другими тот или иной жест. Ему казалось, что так он выражается яснее. К сожалению, немногие в замке знали этот язык, поэтому чаще всего старания оставались незамеченными.

– Ты должен звать его учителем или мастером, – руки Веры мелькнули в воздухе.

Кириоту не нужно было слышать голос Верайи, чтобы представить ее певучий звук. Он был уверен, что ее голос должен быть таким же завораживающим и красивым, как и движения рук.

Кириот фыркнул на ее слова. Называть скучного и нудного Протемора мастером он точно не собирался. Тучный, постоянно потеющий мужчина, помешанный на красоте почерка своих подопечных, раздражал его весьма сильно.

Наследнику не нравилось сидеть в душном классе по два часа, выписывая пером одно и то же. Это было утомительно и совершенно неинтересно, хотя глубоко внутри он и понимал, зачем все это делается. И дело не только в оттачивании навыков, а в том, что столь нудная работа вырабатывала у детей усидчивость и терпение.

Кириот полагал, что и то и другое ему не занимать, но даже так, порой к концу занятий ему хотелось убить Протемора.

– Что ты пишешь? – заинтересовался Кириот, оставив ее слова без какого-либо ответа.

Иногда ему казалось, что у них с Верайей какой-то собственный ритуал. Он приходил к ней, жаловался на Протемора, а та всегда делала замечания по поводу его неуважительного обращения.

Верайя подняла на него взгляд и ничего не ответила, вместо этого пододвинув к нему потрепанную книгу. Подойдя к столу, мальчик внимательно осмотрел предложенный фолиант. Обложка была очень старой. Кое-где не хватало целых кусочков. Темная кожа стала жесткой и практически вся потрескалась от времени.

Открыв книгу, он пробежался взглядом  по строчкам. Как он думал, написана она была еще на старом языке, который давно уже вышел из употребления. Его он тоже знал. В свое время пришлось потратить некоторое время для того, чтобы изучить язык древних книг. Сделал он это именно из-за желания изучать стародавние фолианты, не прибегая каждый раз к помощи переводчика.

– Духовные практики, да еще такие старые? – удивился Кириот. – Зачем тебе это?

Вера откинулась на спинку стула и постучала пером по пергаменту. При этом она рассматривала мальчика, решая, стоит ли тому говорить или нет.

Когда-то она считала, что ребенок тянется к ней как к матери. Всё-таки тот вырос в довольно сложной обстановке. Сын фаворитки, незаконнорожденный, но признанный своим отцом. В замке ему жилось не так сладко, как могло бы показаться. Это сделало ребенка очень умным и даже хитрым. Ему пришлось довольно рано повзрослеть. Впрочем, Вера сомневалась, что у Кириота вообще когда-нибудь было детство.

Вот только под всем этим вынужденным налетом скрывался добрый и чуткий мальчик, но даже так в своем выборе он опирался на жесткую логику.

Вера была довольно подходящей кандидатурой для того, чтобы получить от нее немного материнского тепла. Она была простолюдинкой, не связанной ни с одной из партий в замке. А значит, принцу не стоило опасаться, что она станет манипулировать им, надавливая на чувства близости.

Ни с одной аристократкой он не мог позволить себе подобного. Любая из них сразу бы попыталась отыскать выгоду в таких отношениях.

Приблизить к себе обычную служанку юный принц тоже не рискнул бы. Это было довольно опасно. Всё-таки прислуга подсознательно могла ставить любого аристократа выше себя. Да и слуги в замке тоже, по большому счету, имели весьма запутанные связи с аристократами.

Сама Вера всегда вела себя с наследником как с обычным человеком. Ей было все равно на его статус, и уж тем более она не собиралась выгадывать что-то из их странной дружбы.

Чуть позже она поняла, что Кириот видит в ней вовсе не мать, а скорее старшую сестру. Вера приняла правила, решив не навязываться излишне. Всё-таки мальчик являлся не ее сыном, да и ментальный возраст у него был гораздо выше, чем у обычных детей его возраста.

Тряхнув головой, она вернулась в реальный мир. Кириот по-прежнему стоял рядом, вопросительно глядя на нее.

Вера действительно заинтересовалась в последние дни духовными практиками. Пока Жаден вместе с Битеном создавали артефакт, она решила изучить все, что могла найти по этой теме.

Все дело в том, что ей в голову пришла одна, как ей казалось, интересная идея. Артефакт должен усилить и увеличить ее мозговые волны. Они помогут ей протянуть свои нити на нужное расстояние. Когда Вера размышляла об этом, ей подумалось, что так далеко нужно отправлять особенное существо. Более сильное и в то же время более… экономное.

Сколько бы она ни старалась, призвать в реальность нечто подобное у нее не получалось. Возможно, ничего такого на духовном плане не существовало, но ей хотелось взглянуть самой. Проникнуть туда и посмотреть.

Она сразу подумала о медитациях и об астрале.

Действовать опрометчиво не стала, для начала решив изучить вопрос глубже. Конечно, в этом мире никого особо не интересовала столь тонкая наука. В прошлом проводники встречали, но после себя они оставили весьма скудный пласт знаний.

Вера изучила все, что смогла отыскать еще в самом начале. Благо его величество дал ей беспрепятственный вход в королевскую библиотеку. Но в книгах она не нашла ничего, что помогло бы ей проникнуть в астральный мир. И тогда она решила зайти с другой стороны. О пользе медитация и особого дыхания здесь тоже знали, но не придавали этим знаниям большого значения. Всё это воспринималось лишь как способ для  расслабления.

А вот Вера надеялась, что все это поможет ей открыть путь в астральный мир.

Она не стала рассказывать Кириоту все, но примерной мыслью поделилась. Он знал, что она – духовный проводник. По идее, ее увлечение этими практиками можно было списать на специфику магии.

– А если это опасно? – запротестовал Кириот. – Вдруг этот твой… план кишит враждебными сущностями, которые до этого просто не отвечали на твой зов?

Отодвинув книгу, мальчик сел на стул и требовательно на нее посмотрел. Вера понимала, что он полностью прав. Такая вероятность существовала. Она никогда ранее не была в астрале, поэтому понятия не имела, чего ей ждать.

– Я сбегу раньше, чем кто-нибудь навредит мне, – пообещала она, улыбнувшись.

Кириот упрямо нахмурился, покусал нижнюю губу от волнения, а потом посмотрел на нее так, словно хотел впечатать свои следующие слова прямо ей в голову.

– Сначала попробуй поговорить со своими пауками, – подкинул он идею. – Может быть, они расскажут тебе больше, чем… – юный принц кивнул в сторону стопки книг, – все это.

Вера ненадолго задумалась, а потом кивнула. Идея ей понравилась, поэтому она собиралась воплотить ее в жизнь.

Глава 61

Медленно открыв глаза, Вера сначала замерла, а потом осторожно огляделась.

Не так давно она сделала то, что посоветовал ей Кириот. Конечно, общаться с духовными зверями оказалось не так просто, ведь мыслили они совершенно иначе, чем простой человек, пусть и маг.

Ей пришлось потратить некоторое время, чтобы узнать все, что ее интересовало. В конце концов, ей стало ясно, что на духовном плане живет большое количество разных сущностей.

На самом деле, узнав чуть больше о соседнем с их миром плане бытия, Вера внезапно засомневалась, что паучков можно называть именно духовными существами. Милыми они уж точно не были.

Пауки, как и прочие сущности астрала состояли из особого вида энергии. Магия этого мира помогала им совершенствоваться. Они брали ее, преобразовывали в своих телах и отпускали большую часть обратно в мир в виде паутины.

По сути, они питались магией, но не переваривали ее полностью. Вера подозревала, что духовные звери после поглощения расщепляют энергию на составляющие и берут что-то нужное для их существования, остальное отторгают.

Паучки признались, что с питанием в их мире все весьма сложно. Так-то энергия разлита у них везде, но она не подходит для развития, только для существования. Если зверь будет втягивать только ее, то он останется на том же уровне, не сделав ни шагу для того, чтобы подняться.

Некоторые жили так всегда, даже не стремясь, как-то изменить себя, усовершенствовать. И дело вовсе не в том, что они не хотели, просто не имели такой возможности.

Насколько поняла Вера, астрал весьма опасное место даже для самих духовных сущностей. Там постоянно идет борьба.

В человеческом мире все охотятся друг на друга. Травоядные едят траву, а хищники питаются уже травоядными животными. После смерти и тех и других, тела сгнивают и становятся пищей для растений. Вечный круговорот жизни. Можно сказать, что все в мире каждый день борются за свою жизнь.

 В мире духовных сущностей все точно так же. У слабого зверя при встрече с более сильным существом есть всего несколько вариантов. Он может попытаться сбежать или может просто стать обедом. Есть еще один вариант – случайность. Иногда происходит что-то необычное и сильный по каким-нибудь невероятным причинам становится обедом более слабого зверя.

Пауки на самом деле оказались довольно грозными сущностями, несмотря даже на то, что весьма малы по размерам. Для начала эти крохотные товарищи предпочитали жить большим скоплением, устроив себе натуральное паучье гнездо. Еще одним их плюсом был яд. Немногие сущности имели к нему иммунитет.

Казалось бы, все отлично, вот только другие духовные звери глупыми не были. Они просто старались обходить гнезда пауков стороной, не рискуя связываться с крохотными, но опасными созданиями.

Они вполне могли провести Веру в свой мир по каналу, который связывал их с ней. Вот только рядом с их гнездом она вряд ли могла кого-нибудь встретить.

С одной стороны, Вера была довольно горда своим призывом. Пауки поначалу казались ей бесполезными, но чем больше она о них узнавала, тем сильнее уверялась, что лучшего и желать не стоит. С другой стороны, она немного разочаровалась. Ей хотелось посмотреть на других духовных зверей, но если верить паукам, то надежды встретить кого-то неподалеку – нет. Уходить от безопасного для нее гнезда слишком далеко она точно не собиралась.

Авантюрная жилка если и была в ней, то ей вполне успешно удалось подавить любые ее трепыхания в пользу здравого смысла. Несмотря на все это, Вера решила, что стоит все-таки поглядеть, что собой представляет астральный мир.

И вот она тут. По крайней мере, на ее комнату это место точно не походило.

Она по-прежнему сидела в позе лотоса, только не на кровати, как до этого, а на белоснежном камне. Холода не ощущалось. Вокруг клубился молочный туман, скрывая почти все от ее глаз кроме громадного черного неба, усеянного миллиардами звезд.

Медленно подняв руку, Вера оглядела ее. Вид собственной конечности немного удивил. Она напоминала стеклянный сосуд, наполненный темной клубящейся дымкой.

Сжав и разжав несколько раз пальцы, Вера убедилась, что тело вовсе не стеклянное, просто так выглядит. Нетрудно было понять, что темный дым внутри – это ее магия. Видимо, в астральный мир перешел не только дух, но и часть энергии.

Представив, как она в данный момент выглядит, Вера тихо хмыкнула. В тот же момент вокруг что-то зашуршало. Она напряглась, не сразу осознав, что слышит звук сотни маленьких лапок. Впрочем, даже когда поняла, не расслабилась.

Вскоре из тумана появились сами пауки. Их было много. Здесь они выглядели несколько иначе, чем в мире людей. Вера отчетливо видела, что они отличаются не только по форме, размеру, но и по цвету. В этом мире духовные звери были более темного окраса. Она сразу вспомнила о том, что разные сущности предпочитают разную энергию. Видимо, этот вид действительно тяготел именно к темной магии.

Заинтересовавшись странным явлением, Вера чуть повела рукой из стороны в сторону, наблюдая за тем, как часть ее магии просачивается через стеклянную поверхность, образуя тем самым что-то вроде шлейфа. Спустя ничтожное количество времени чернота стала серой, а после растворилась в окружающем пространстве без следа.

Стало понятно, что хрустальная оболочка защищает магию от утечки и двигать конечностями слишком резко все-таки не стоит. Кто знает, что будет, если вся ее магия уйдет. Вполне возможно, что она не сможет после вернуться обратно.

Если поначалу она думала, что у нее получится хотя бы немного пройтись, то сейчас Вера осознавала, что лучше не рисковать.

Снова обратив внимание на пауков, она подумала, что сейчас вокруг нее вовсе не привычные крошки, а довольно устрашающие создания. Этот вид несколько раз приходил на ее зов.

Она знала, что они не нападут, но даже так ощутимо нервничала. Инстинктивное желание отойти подальше от опасных существ Вера подавила с трудом. И это с учетом, что за последние годы немного успела привыкнуть, что они – часть ее нынешней жизни.

Поначалу ничего не происходило, но вскоре пауки снова зашевелились. Те, что стояли впереди нее, разошлись в стороны, будто кого-то пропускали. Туман вокруг заклубился вихрями, а потом Вера увидела то, что приближалось к ней.

Она застыла, ощущая, как на затылке зашевелились фантомные волосы. Вера сомневалась, что в этом обличье у нее остался волосяной покров. На короткий, просто мизерно маленький момент времени она заинтересовалась этой темой, но вспыхнувшую искру любопыства смысл ужас от того, что она видела.

Большинство людей боится пауков. И это справедливо, ведь многие из этих крохотных созданий ядовиты. Со временем страх перед пауками укоренился в людском сознании. Он начал передаваться его с кровью из поколения в поколение.

Вера и сама никогда не жаловала этих существ. Дикой боязни не было, но желание прикоснуться она тоже никогда не испытывала. Даже ее безобидные на первый взгляд духовные сущности поначалу вызывали лишь отторжение. Со временем она смирилась, даже начала считать, что уж теперь ее ничего не испугает и не удивит.

В тот момент, когда Вера увидела существо перед ней, ей пришлось пересмотреть свою убежденность. Паук был не просто огромен, а громаден. Страх липкой волной омыл ее изнутри. Инстинкт громко взвыл, буквально требуя, чтобы немедленно убралась от этого создания как можно дальше. Вопреки всему, Вера замерла. Она понимала, что бежать нет смысла. В конце концов, можно было просто вернуться обратно в свое тело. Эта мысль успокоила.

Создание не торопилось делать что-либо. Оно просто смотрело, словно пыталось что-то понять.

– Привет, – заговорила Вера. И сама же удивилась.

За несколько лет она отвыкла от звука своего голоса, поэтому звуки, слетевшие с ее губ стали настоящим сюрпризом. Сначала она изумилась, не понимая, как и чем может говорить дух, а потом вспомнила свои разговоры с небесными клерками и успокоилась. Там ведь в нее тоже не было тела, но это не помешало ей разговаривать.

Вместо ответа в мыслях замелькали сотни различных образов. Вера зажмурилась. Несмотря на то, что она тренировалась разговаривать со своими пауками, такой натиск оказался весьма болезненным опытом.

– Медленнее, медленнее! – взмолилась она, сразу выдыхая, так как поток мгновенно стал другим.

Кажется, ей не придется ходить слишком далеко, чтобы отыскать подходящее создание. Ее вполне устраивал и этот громадный паук. Вернее, как она узнала позже – паучиха.