Текст книги "Безмолвие Веры (СИ)"
Автор книги: Светлана Шёпот
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)
Глава 15
Нить по какой-то причине получилась ровной и мягкой. Она выглядела так, будто Вера использовала мягчайшую шерсть для ее создания. Во время своей задумчивости ей удалось накрутить довольно много.
Желая убедиться еще раз, она осторожно развернула нить, проверяя ее. Спустя время она дошла до места, где нить снова становилась неровной и липкой.
Задумчиво оглядев свою работу, Вера посмотрела на стену и попыталась вспомнить, как ей это удалось. Ничего в голову не приходило. Она действовала на автомате, в то время как все ее мысли были сосредоточенны на одном конкретном человеке.
Размышляя, она проверила нить на прочность. Та оказалась не слишком крепкой, но достаточно для того, чтобы вещи из нее не рвались от легкого воздействия.
Немного недоумевая, она свернула все в клубок, а сама подхватила очередной пучок, решив, что следует повторить все, что она делала не так давно. Она надеялась, что в процессе все вспомнит. На всякий случай даже начала думать о всаднике. Мало ли, может быть, это его светлый образ так воздействовал на паутину.
К ее огорчению, чуда не случилось. И образ никак не помог. Вера понимала, что не все так просто. Несмотря на то, что она старалась думать исключительно о мужчине, все равно постоянно концентрировала внимание на своем занятии. Так она пыталась отследить момент, когда все начнет получаться. Видимо, это так не работало.
Разочарованно вздохнув, она попробовала еще раз, потом еще и еще. Вивьен застала ее сосредоточенно работающей. Отвлекать не стала, но когда дочь не пришла к завтраку, решила, что это не дело.
Вера удивилась, когда поняла, что прошло так много времени. Оглядев свою работу, она удрученно покачала головой.
В итоге, все получилось только тогда, когда она в очередной раз полностью отвлеклась от работы, не заметив этого. Ее руки в этот момент делали все самостоятельно, в то время как голова думала о совершенно посторонних вещах.
В прошлой жизни Вера узнала много полезного о способах концентрации, поэтому, когда обнаружила нужное состояние, то не стала резко переводить внимание на пряжу, лишь мимолетно взглянула на то, что происходило с ее руками.
Концентрация спала не сразу, но, как только это произошло, нить снова стала получаться липкой и кривой, но Вере было уже все равно, ведь она успела понять принцип работы.
– Ты слышала, кстати, что племянник булочника все еще болеет? – спросила Вивьен, подходя ближе и рассматривая ее работу.
Вера замерла на миг, а потом опустила руки. Глянув на мать, она качнула отрицательно головой, посмотрев после вопросительно.
– Никто не знает, что с ним такое. Многие опасаются, что это может быть заразно. Просто все его тело покрылось гнойниками. Говорят, он сильно похудел. Весь желтый, лихорадит его страшно.
Вера нахмурилась. Пожелтел? Это может быть проблемой печени. Гнойники? А вот тут все сложнее. Они могут быть как следствием какой-то болезни, так и самостоятельным заболеванием. Раз есть температура, значит, организм пытается бороться. Вполне возможно, что это инфекционное заболевание.
Отложив пряжу в сторону, Вера повернулась к матери.
– Давно это у него? – спросила она знаками. – Другие не болеют?
– Ни у кого больше нет ничего такого, – ответила Вивьен. – Или никто не знает о таких людях, – добавила она спустя время. – Пару недель как.
Вера задумчиво кивнула. Ей не хотелось снова столкнуться с чумой. От нее люди умирают достаточно быстро, особенно без должного лечения. Впрочем, некоторых и оно не спасает.
Раз за две недели нет больше заболевших, то это вряд ли она, но посмотреть на парня все-таки стоило бы. Жаль, что теперь у нее нет привычного зрения. С ним было бы проще все понять.
К сожалению, взять и прийти в гости было не просто. Это могло дать понять родственникам юноши, что она согласна на его ухаживания, а то и вовсе дает положительный ответ. Выходить за него замуж она не планировала, но и игнорировать вероятную угрозу никак нельзя. Нужно было придумать способ, с помощью которого она могла спокойно проведать парня.
– Травница у него уже была, – продолжала между тем Вивьен. – Но толку от лекарств никакого. Как у тебя получилось?! – воскликнула она, ощупывая небольшой клубок.
Вера, выдернутая из размышлений, непонимающе глянула на мать, а потом посмотрела на пряжу в ее руках. Улыбнувшись, она пожала плечами. Способ, с помощью которого она смогла сделать то, что сделала, не подходил для Вивьен. А все потому, что весь секрет крылся в магии.
Оказалось, что во время бездумной работы Вера по какой-то причине выпускала из кончиков пальцев тонкий поток энергии. Эта сила впитывалась в паутину, а потом будто меняла свойства материала, делая его более мягким и совершенно нелипким. Идеальную форму создавала уже сама Вера – все-таки ее предшественница умела прясть как настоящий мастер.
Вивьен еще какое-то время расспрашивала ее, а потом, поняв, что внятного ответа ждать ей не стоит, отступила. Когда дочь снова принялась прясть, женщина села неподалеку, внимательно наблюдая за работой. К ее удивлению, ничего необычного она не увидела, а нить получилась не очень хорошей.
Пряжа не получалась идеальной. Просто у Веры пока не выходило осознанно направлять энергию только в пальцы. Если она делала это, то всем телом сразу.
Вскоре стало понятно, что ей не стоило прибегать к этому при матери. Просто пауки, почувствовав разлитую в воздухе силу, выползли на свет. Вивьен, увидев их нашествие, дико перепугалась и едва не упала в обморок.
Вере пришлось в срочном порядке останавливаться, а потом выводить мать из дома. Давить паучков Вивьен даже не пыталась. И дело не только в нежелании потерять источник необычного материала, но и в банальном страхе и брезгливости.
Когда они вышли из дома, то первое, что увидели, это несколько стражей, идущих по улице. Вера не обратила на них особого внимания. Служители порядка, как им и положено, время от времени ходили везде.
Вот только на этот раз они явно не стремились пройти мимо. Один из них подошел к Вере с матерью и произнес:
– Именем закона вы арестованы! Вы обвиняетесь в краже и мошенничестве!
– Что?.. – непонимающе спросила Вивьен, а потом перевела вопросительный взгляд на дочь.
Вера качнула головой, давая понять, что не знает, о чем тот говорит. Хотя кое-какие мысли у нее уже были.
– Пройдемте с нами. И лучше бы вам не препятствовать правосудию, иначе нам придется применить силу.
С каждым новым словом, настроение Веры падало все сильнее. Происходящее ей не нравилось совершенно. Она понимала, что их может ждать дальше. В том, что никто из них ничего не крал и тем более никого не обманывал, она была полностью уверена. А значит, их сейчас арестовывают вовсе не по этой причине. Ждать справедливого суда в таком случае – бесполезно. Вероятнее всего, их просто закроют где-нибудь и забудут об этом. Дом переоформят на кого надо, отчеты напишут правильные, не докопаешься.
Вот только что тогда делать? Убежать? Двум женщинам, которые никогда особо не занимались физическими нагрузками, убежать от двух мужчин будет просто нереально. Привлечь к ним внимание? Как и сказал страж, их, скорее всего, просто лишат сознания, оформив это потом, как противостояние стражам порядка.
– Но… – Вивьен явно была растерянна.
– Это ткач, – сказала Вера ей жестами. – Он натравил их на нас.
Других идей у Веры попросту не было. Мужчина явно решил действовать быстро. Раз здесь стражники, значит, у него есть среди них знакомые. Возможно, даже родственники.
– Но почему? – возмутилась Вивьен.
Вера качнула головой и вздохнула. Женщина была неглупой, но слегка наивной. Вера давно избавилась от этого недостатка. Хотя, стоит признать, что порой и ее можно было легко обмануть.
– Вы тянете время? – угрожающе спросил стражник и сделал шаг в их сторону. – Ждете подельников?
Вивьен посмотрела на него, как на сумасшедшего, а потом обратилась ко второму служителю закона.
– Мы соберем вещи?
– Они вам не понадобятся, – резко ответил тот.
– Не волнуйся, – прошептала она, когда они уже были в пути. – Я уверена, что все обойдется. Они разберутся, что это простая ошибка и отпустят нас. Ох, вот только соседи еще несколько месяцев будут судачить. Вряд ли после такого у нас будут заказы, – совсем расстроилась она.
Саму Веру заказы и сплетни волновали в последнюю очередь. Конечно, им в какой-то мере повезло, что знакомые у ткача были среди стражи, а не среди, например, матерых преступников. Так у них хотя бы существовал шанс выжить. Хотя и тут все неоднозначно. Их вполне могли просто заморить голодом или приписать больше преступлений, за которые назначалась смертная казнь. Да их банально могли сослать куда-нибудь на рудники. В таких местах люди долго не живут. Женщин, может быть, будут беречь, вот только их судьбе нельзя будет позавидовать.
Она вздохнула. И ведь думала, что опасно без сильного покровителя влезать во все это, но в ней жила надежда, что люди не станут обращать внимание на мелочи.
Все-таки наивности в ней тоже было слишком много. А ведь ей казалось, что она почти избавилась от этого.
Никто не стал с ними сильно церемониться или о чем-то спрашивать. Их привели к большому каменному зданию. Внутри мужчина скрупулезно записал их имена, не слушая причитания Вивьен о том, что все это какая-то ошибка.
– Все вы так говорите, милочка, – безразлично буркнул он и поставил на бумагах размашистую подпись. – А эта чего молчит? – заинтересованно спросил он, окинув Веру пристальным, неприятным взглядом. – Немая, что ли? – он хохотнул, явно оценив собственную шутку на высший балл.
– Именно так, немая, – произнес один из стражей, тоже слегка засмеявшись. Видимо, шутка и ему пришлась по вкусу.
– О, как, – мужчина слегка удивился, но довольно быстро снова вернул на лицо скучающую маску. – Идите.
Они шли мимо многочисленных камер. В одних сидели люди, почти все какие-то бродяги, в других никого не было. Их конвоиры не остановились, провели их до самого конца. Там обнаружилась дверь, ведущая на подземный уровень.
Внизу очень сильно воняло, а еще там стояла давящая тишина, нарушаемая лишь звуком их шагов и редким клацаньем металла. Видимо, в этом месте сидели особо опасные преступники, которых заковывали в кандалы.
– Стоять, – приказал стражник. Отыскав в связке ключей, которую ему дал мужчина на входе, нужную отмычку, он открыл дверь и подтолкнул Веру в спину. – Заходи, – бросил он. – А ты стой, – новый приказ, на этот раз адресованный Вивьен. Она хотела войти в камеру вместе с дочерью. – Будешь сидеть отдельно.
Вивьен, находящаяся все еще под большим впечатлением от происходящего, попыталась возмутиться, но стражники быстро скрутили ее и увели дальше по коридору. Перед этим они, конечно, заперли дверь в камеру Веру.
Когда тяжелая, окованная металлом дверь закрылась, Вера приникла к небольшому зарешеченному окошку, прислушиваясь при этом. Как она поняла, Вивьен посадили через пару камер от нее. Спустя время оба стражника прошли мимо. Воцарилась тишина.
Вера прислонилась лбом к проржавевшему местами металлу и прикрыла глаза. Теперь оставалось только ждать дальнейших событий и думать, как выбраться из не самой приятно ситуации.
Глава 16
Просьба короля взять с собой младшего принца не вызвала в Риноне никаких эмоций. Конечно, обстановка в четвертой зоне была сейчас напряженной, но маг понимал, что для Кириота везде… неспокойно. Он знал, что правитель только за последние годы тайно казнил около двенадцати человек, которые пытались каким-либо способом убить его ребенка. Так что угроза поджидала второго принца за каждым поворотом. Возможно, что рядом с ним среди порождений мальчику будет даже более безопасно, чем в королевском замке.
Впрочем, возиться с ним Ринон не собирался. Не сказать, что он не любил детей, просто воспринимал их как обычных людей, которые не успели пока стать взрослыми. А так как люди Эйбрасона, в принципе, волновали очень и очень мало, то можно было сделать выводы, что и к детям он относился с обычной для него отстраненностью.
Больше раздражения в нем вызвала новость, что им придется добираться до зоны верхом на лошадях – стационарный портал находился на плановой проверке.
Второй принц был еще мал для того, чтобы провести две недели пути верхом. Именно поэтому для него и его друга, который увязался следом, хотя и трясся при этом от страха, заложили карету. Естественно, она замедляла движения, но Ринон не имел ничего против. Его вообще мало что могло вывести из равновесия. События, происходящие с ним или вокруг него, воспринимались как нечто обыденное. Раздражение, гнев, негодование – он не видел смысла в этих эмоциях, ведь они никак не могли помочь положению, только тратили его энергию.
Когда они выезжали из города, Ринон ощутил странность. Еще некоторое время назад он чувствовал нечто необычное где-то в городе. Он никак не мог понять, что это такое, поэтому грешил на предупреждающую о чем-то интуицию. За воротами его чувствительность усилилась.
Ему не составило труда найти глазами раздражитель, а так же понять, что именно все это значило.
Она смотрела на него большими глазами, в которых плескалась смесь различных эмоций. Ринон краем сознания отметил, что девушка очень красива, но дело было не только во внешности, а особой энергетике, которую она буквально источала.
Справившись с легким удивлением, Эйбрасон постарался запомнить как можно больше деталей. Ее лицо словно отпечаталось в его голове. Он был уверен в своей памяти и знал, что сможет узнать ее даже спустя много лет. Да и внешность у девушки была весьма приметной.
Но кроме внешности Ринона волновало кое-что более важное. Девушка явно был темным магом. Слабым пока, необученным, едва пробужденным, но совершенно точно темным магом. С мирной направленностью, что само по себе казалось чем-то нелогичным.
Как только Ринон увидел все это, он сразу понял, что именно его так тревожило в последнее время. Любой боевой маг на уровне инстинктов ощущает темные проявления энергии, поэтому пробуждающийся маг с таким вектором силы никак не мог остаться им незамеченным.
И неважно, что дар девушки едва проснулся. С силой самого Ринона не заметить ее было попросту невозможно. Он сомневался, что другие маги хоть что-то почувствовали. Слишком слабым было излучение. Нет, не потому, что сила девушки была незначительной. Все дело в необычной для такого типа магии направленности. Все боевые маги чувствуют злонамеренность, которой в этом случае по какой-то странной причине совсем не было.
Когда девушка осталась позади, Ринон задумался над странным решением магии.
Магия – часть человека. Она, находясь внутри него с самого рождения, формирует его мировоззрение наравне с окружающей средой, воспитанием родителей и прочими факторами.
Все лекари милосердны. Это будто заложено в них. Они не могут видеть чужое страдание, инстинктивно пытаясь облегчить состояние больного.
Артефакторы немного не от мира сего. Они постоянно увлечены расчетами, теориями, какими-то сложнейшими задачами. Такой человек очень просто может забыть поесть, если сосредоточен на чем-нибудь. Их легко отличить от других людей банально по внешнему виду.
Маги пространства обычно любят сидеть спокойно и смотреть в никуда. В такие моменты может показаться, что они заглядывают куда-то за пределы мира.
Барьерщики закрытые, необщительные люди. Они всегда стараются держать расстояние между собой и остальными. Такие маги не заводят отношений, предпочитая общество самих себя.
У темных или черных магов тоже есть свои особенности. Для начала многие из них становятся исследователями. Они проводят множество ритуалов, чаще всего включающих в себя жертвоприношение. Расчеты этих ритуалов требуют особого склада ума.
Но такие маги не стремятся делать что-то во благо другим. Наоборот, вся их сущность словно желает причинить боль как можно большему количеству людей. Они могут создавать – порождения тому доказательство, – но даже их создания хотят лишь крови и убийств.
Темная магия разрушительна.
Вот только девушка, которую он увидел, была будто бы иной. Темная магия обычно ведет себя совершенно иначе. Она никогда не будет спокойно витать вокруг своей хозяйки, ластясь к ней, как мелкий домашний питомец. Обычно черная энергия даже без желания владельца стремится навредить людям вокруг. Она вгрызается в чужие ауры, повреждая их. Проходит это незаметно, вот только последствия могут быть серьезными.
Именно поэтому довольно легко узнать, когда в населенном месте появляется черный маг. Хотя многие из них с возрастом учатся контролировать свою силу, но даже так она обычно витает вокруг владельца, агрессивно щерясь на каждого, кто приблизится.
За всю свою жизнь Ринон не встречал ни одного доброго темного мага. Они могут сдерживать свой нрав, но в глубине души никто из них не видит ничего плохого в том, чтобы убить человека ради своих желаний. И им безразлично, кто станет жертвой – мужчина, женщина, младенец. Люди для них лишь материал, полезный или не очень.
По-хорошему, он обязан был сейчас же остановиться и заключить девушку под стражу. Для таких людей как она был предусмотрен только один конец – казнь.
Когда-то короли прошлого пытались жить мирно с темными магами, но результатом стали закрытые зоны, полные порождений, которые постоянно пытаются выбраться на волю и сожрать все, что им попадется. Многочисленные жертвоприношения, массовые убийства, непонятные самоубийства среди мирного населения, целый список болезней, которые раз за разом волной прокатывались по странам – это только часть того, что творили черные маги, когда другие люди старались принять их и дать возможность спокойно жить среди остальных.
В конце концов, правителям это надоело, и был принят закон, запрещающий само существование черных магов. Понятно, что они не исчезли с лица земли по одному лишь желанию, но после принятия закона короли могли бороться с тем, что не давало людям покоя.
Девушка, несомненно, его заинтересовала. Она не выглядела опасной, поэтому он оставил все, как есть, решив, что потом, когда вернется в столицу, обязательно отыщет ее и узнает лучше.
В пути он то и дело возвращался мыслями к ней, пытаясь разобраться, как возможно ее существование. Ничего определенного в голову не приходило. По всем законам магии ее сила должна была действовать иначе, но не делала этого.
В итоге он пришел к двум выводам. Либо она настолько хорошо способна управлять своей силой, что может обмануть даже его. Либо восприятие мира у нее по какой-то неизвестной причине совершенно отличается от того, каким должно быть у обычного темного мага. В пользу последнего варианта говорило то, что девушка ощущалась едва пробужденной.
Четвертая зона как и остальные подобные места не вызывала ничего, кроме желания покинуть ее как можно скорее. От нее до ближайшего поселение было почти неделя пути. На подходах границу сторожили специально отобранные люди, которые следили за тем, чтобы жители королевства не приближались к зоне. Существование этих мест король держал в секрете от простых граждан. А все из-за того, что понимал: стоит всем узнать о таких местах, как пограничники замучаются ловить любопытных. К сожалению, люди так устроены. Они мало думают об опасности, лишь стремятся удовлетворить жажду к чему-то сокрытому.
До сих пор им успешно удавалось хранить в секрете расположение зон, заполненных порождениями. Увы, но уничтожить их полностью было не так просто. Приходилось тратить много сил для того, чтобы барьеры всегда были активными.
Глава 17
Надеяться им было не на кого. В правосудие особо не верилось. Оставалось лишь ждать самого худшего.
Оттолкнувшись от двери, Вера повернулась и внимательно оглядела камеру. Каменный мешок полностью соответствовал ее представления о том, как должно выглядеть подобное место.
Узкое окно под самым потолком. Ни мебели, ни банальных удобств, лишь горсть трухлявой соломы в одном углу и старый почти развалившийся на части горшок в другом. На стене справа можно было увидеть вбитую в камни цепь с кандалами на концах.
Судя по тому, что она видела, в этой камере давно никто не сидел. Это было как-то просто узнать. Не было здесь людского духа, только пыль, паутина и ощущение заброшенности.
Подойдя к соломе, она перетряхнула ее, отбрасывая в сторону непонятные комки. Расправив ее, подобрала юбки и села, прислоняясь спиной к стене. На руку тут же запрыгнула земляная блоха. Правда, не успела Вера ощутить прилив брезгливости, как насекомое свалилось с нее.
Подавив желание немедленно вскочить, она медленно встала и обернулась юбками более тщательно, не желая облегчать насекомым жизнь.
К ее удивлению, даже спустя минут пять она не ощутила ожидаемого дискомфорта. Для верности даже встала и проверила кожу на ногах, но нет, никаких пятнышек, которые неизменно должны были появиться из-за укусов.
Когда нервы немного успокоились, Вера принялась думать о том, как им с матерью выпутаться из этой ситуации. Так как никаких покровителей у нее не было, приходилось полагаться исключительно на себя. Физически она не могла ничего противопоставить стражникам. Закон на ее стороне, но люди, которые этот закон представляют – нет. А это значит, что о справедливом суде можно забыть.
У нее оставался только один козырь в рукаве. А именно ее магия. Никто ведь не знает, что у нее есть какие-то силы. Вот только чем может быть полезен призыв пауков? Нет, несомненно, для того, кто работает в сфере пошива одежды, такая магия может быть и полезна, но что насчет самообороны?
Не желая привлекать к себе слишком много внимания, Вера сосредоточилась и лишь слегка усилила естественный поток энергии. Почти сразу из щелей показалось несколько десятков мелких ткачей. Они подобрались к ней ближе и замерли на некотором расстоянии.
Протянув руку, она дождалась, пока один из них вскарабкается на палец, а потом приблизила его к своим глазам. Паук не выглядел опасным. Впрочем, Вера никогда особо не любила их, поэтому даже такой маленький пушистик не вызывал у нее умиления.
Можно было наслать на стражников пауков, а самим, пока те отвлекаются, сбежать. Нужно лишь выбрать удачный момент. В конце концов, это не единственная страна в мире. В мыслях тут же мелькнул образ всадника, но Вера запретила себе думать о нем. Даже если это Эрион, то она не должна подвергать свою жизнь и жизнь Вивьен опасности лишь потому, что хочет встретиться с ним. Когда все утихнет, можно будет вернуться. Наверное.
Она опустила одного из своих маленьких помощников обратно на каменный, покрытый старой грязью пол. В этот момент ее взгляд натолкнулся на кое-что необычное. А точнее на паука, находящегося в некотором отдалении. Он заметно отличался от остальных. В первую очередь размером.
Вера все еще не привыкла к тому, что теперь эти создания будут окружать ее всегда, именно поэтому все в груди нее дрогнуло, а сама она чуть нервно сглотнула и, подтянув к себе ноги, обхватила колени руками, словно хотела оказаться как можно дальше от опасности.
Все дело в том, что паук был не просто больше остальных своих товарищей, а заметно больше. Размером примерно с ее ладонь. Настоящий гигант в мире пауков! Одно Вера знала точно – брать его в руке ей совершенно не хотелось.
Через пару минут она вздохнула и обругала себя мысленно. В конце концов, эти создания подчиняются ей, чего бояться?
Она знала, что Вивьен сейчас очень сильно волнуется. Ей нужно было придумать способ успокоить ее. Вера не придумала ничего лучше, чем послать некоторое количество мелких паучков в ее камеру для того, чтобы те сплели немного паутины. Она надеялась, что мать, увидев это, хоть немного перестанет нервничать.
Сама, оставшись один на один с гигантом, встала и подошла к нему, присаживаясь напротив. Паук, словно только этого и ждал – он сразу же зашевелился, а потом взобрался на стену, замерев прямо напротив ее лица. Протянув руку, она осторожно погладила его по головогруди, чувствуя при этом не самые приятные эмоции.
Дождавшись пока желание отойти подальше хоть немного утихнет, перевернула руку ладонью вверх и послала к существу короткий импульс силы. Паук моментально перебрался к ней на руку. В этот момент все ее тело вздрогнуло.
Она не успела ничего толком решить, когда вдалеке послышались шаги и чьи-то голоса. Вскинув голову, Вера моментально забыла о существе у себя на руке. Встав, отошла подальше от двери, прислушиваясь к происходящему за пределами камеры.
Вскоре стало понятно, что это пришли стражники, причем не одни, а уже со знакомым ткачом. Они прошли мимо ее камеры, явно отправившись сразу к Вивьен. Вера напряглась, а потом прищурилась.
Поглядев на паука на своей руке, она прикрыла глаза и представила себе картинку, передавая ее с помощью силы в маленький мозг напротив.
Через несколько секунд паук выбрался из камеры и поспешил вслед уходящим людям. Она не знала, ядовит ли он, но надеялась, что тому удасться хотя бы напугать тех, кто будет переходить границы.
Спустя какое-то время до нее донеслись крики. Вера буквально прилипла к зарешеченному окошку на двери, пытаясь понять, что там происходит. Кажется, ее подарок стражники вместе с ткачом не оценили.
Услышав звук закрываемой двери и торопливые шаги, она отпрянула от двери и отошла к противоположной стене, напряженно при этом замирая. Двое буквально пробежали мимо, а еще пара остановилась напротив камеры. Зазвенели ключи.
Вера прищурилась. Ей не сложно было догадаться, что может произойти дальше.
Вскоре дверь открылась, и внутрь вошли два человека. Один из них был стражником, а вот второй был одет как состоятельный горожанин.
Подойдя ближе, стражник схватил ее за руку и дернул в свою сторону, выводя в центр камеры. Горожанин – пузатый, низкорослый мужчина лет пятидесяти – поднял пухлую руку и потер пальцами подбородок, оглядывая ее так, словно она была товаром в лавке.
– Как и просили, господин Аймак, – зачастил охранник. – Молодая, стройная, здоровая девица.
– Ты проверял? – спросил мужчина, глянув так, будто способен был понять ложь только по выражению лица.
– Конечно, – не моргнув и глазом, соврал страж. – Только это… – он слегка стушевался. – Она немая.
Горожанин оживился. Встрепенувшись, он подошел к Вере ближе и схватил ее за подбородок, силой открывая ей рот. Ощущение, словно она лошадь на продаже только усилилось.
Не желая накалять пока ситуацию, она лишь гневно взглянула на него, но осталась на месте.
– С виду все в порядке, – пробормотал мужчина. – Почему тогда молчишь?
Вера посмотрела на него сверху вниз, выражая всем своим видом то, насколько глупо прозвучал его вопрос. Неужели он думает, что люди не могут говорить только тогда, когда у них отрезан язык?
Не дождавшись ответа, мужчина отошел на шаг, окидывая ее еще раз взглядом.
– Для мадам Тюго старовата будет.
Стражник нахмурился.
– Да вы что, господин? Молодая же совсем. Всего семнадцать…
– Семнадцать? У мадам в этом возрасте девочки уже того… не того, в общем, – хохотнул он.
Вере не составило труда понять, что тут сейчас происходит. Не зря она чувствовала себя лошадью на рынке. Ее действительно пытались продать. Мадам Тюго, как она понимала, была женщиной, держащей бордель.
Переведя презрительный взгляд на стражника, Вера слегка скривилась. Как же мерзко осознавать, что те, кто должен защищать, сами действуют как закоренелые преступники.
Наверное, в городе множество родителей, дети которых пропали. Вера не сомневалась, что искать их всех нужно именно в борделях. Еще живых, конечно.
– Так что ж, не возьмете? – кажется, стражник даже удивился слегка.
– Отчего же не возьму? – мужчина сунул палец в ухо и покрутил там. – Возьму. Что поделать. Будет посуду на кухне мыть, – он совершенно притворно вздохнул. Что-то ей подсказывало, что и он сейчас врал. – Только вот цена за такой старый товар больно уж высока.
Стражник немедленно оживился, начиная спорить с горожанином. Вера наблюдала за этим и удивлялась, насколько все омерзительно. Она всегда знала, что люди способны на подобную низость, но видеть это было невыносимо.
Спустя время торговец и покупатель пришли к соглашению. После этого стражник схватил Веру и потащил на выход. Она воспротивилась, но мужчина быстро выкрутил руки ей так, что на глазах моментально скопились слезы.
– Не глупи, будь послушной и никто не станет причинять тебе боли, – посоветовал он. – Мадам Тюго никогда не обижает своих девочек. Через пару лет, возможно, сможешь выкупить свою свободу.
Он хохотнул, явно снова солгав. Видимо, будущие перспективы не были столь радужными.
– Аккуратнее с ней, – потребовал горожанин, глядя на Веру с легкой тревогой. Ему явно она требовалась невредимой. – Иначе получишь еще меньше.
Стражник проникся угрозой и ослабил хватку.
Вера все равно еще раз дернулась. Пальцы сжали ее запястья чуть сильнее.
– А мама твоя тут посидит, – произнес стражник. – Мы ведь не хотим, чтобы с ней что-то случилось? – глумливо спросил он и сам же ответил на вопрос: – Не хотим. А значит, спокойно идем и делаем, что скажут. А она побудет у нас как гарантия, что ты не надумаешь сбежать и рассказать кому-нибудь. Ах да, ты же немая, – потянул он и засмеялся, будто действительно сказал что-то смешное.
Вера вздохнула. Заложник. Как предсказуемо. Вот только она сомневалась, что Вивьен долго останется живой. Никто не станет ее просто так кормить лишь для того, чтобы какая-то девчонка работала и не дергалась. Саму Веру будут пичкать байками, обещая встречи и скорую свободу. А потом кажут, что плохо старалась, долго работала, мама не дождалась. А может, вообще ничего не будут говорить, убьют в конце, чтобы проблем меньше было, и все.
Пока они шли, стражник с покупателем начали обсуждать произошедшее в камере Вивьен. Оказалось, что паук, которого Вера послала туда, укусил ткача, желающего силой выбить из женщины признание о новом цвете для ткани.
Вера притихла, внимательно слушая. Ее поразили и одновременно порадовали подробности. Оказалось, что от укуса ее помощника, рука ткача почти моментально покрылась волдырями и покраснела.
Очень хорошая новость, подумала она и улыбнулась.
