Текст книги "Безмолвие Веры (СИ)"

Автор книги: Светлана Шёпот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц)

Глава 13

Через пару дней, Вера решила, что пора попробовать. Ничего сложно в том, чтобы сделать нить с помощью обычного веретена не было. По крайней мере, так казалось.

Собрав хороший пучок паутины, она привязала его к палке, отщипнула немного и приступила к работе. Поначалу ничего не получалось. Во-первых, паутина хоть и была чем-то похожа на шерсть, но все-таки ею не являлась. Стоило ее сжать сильнее, чем следовало, как все слипалось. Во-вторых, в отличие от Верайи сама Вера занималась чем-то подобным давно – ей требовалось время, чтобы вспомнить, как это делается.

На первый раз нить получилась не слишком длинной. Кроме того в одних местах она вышла слишком толстой, в других опасно тонкой. Но даже такой вариант весьма воодушевил Веру.

Вивьен поначалу смотрела на ее работу с недоумением, потом интересом, а под конец задорно сверкала глазами, то и дело пытаясь отобрать у дочери веретено.

– Думаю, не стоит снимать паутину со стены, – внесла предложение женщина, новым взглядом окидывая неожиданный материал для работы. – В месте перевязки она вся слипается. А сама нить?

Вивьен взяла то, что получилось у Веры, и задумчиво помяла тонкую веревочку в руках. Нить тоже обладала легкой липкостью, кроме того гнулась, а после не принимала изначальную форму. Вере она напоминала чем-то скрученную пищевую пленку, которой в ее первой жизни обматывали различные продукты.

На несколько дней новая задача настолько увлекла их обоих, что и Вера и Вивьен проводили все свое свободное время в попытках сделать качественную нить, из которой потом можно было что-нибудь связать.

От этого занятия их отвлек очередной заказ. Ничего необычного, просто одна из соседок захотела себе новое платье. Обычно Вивьен не бралась за что-то сложное, ограничиваясь самыми простыми работами. Как она сама объясняла, клиентам, а особенно клиенткам было очень сложно угодить. Поначалу она пыталась шить платья, но многие отказывались потом от результата, объясняя это тем, что вышло совсем не то, что они хотели. Потом, чтобы вернуть потраченные на материал деньги, приходилось потратить много времени.

В итоге Вивьен начала работать с тем, что не вызывало особых сложностей. Ничего проще, чем сделать тот же чепец или мешок для овощей не было. Впрочем, многие женщины вполне справлялись с такой работой сами, поэтому Вивьен и не могла похвастаться большим количеством заказов.

Вера не разделяла мнение матери. Она считала, что так работать нельзя. Да, в пошиве платьев был определенный риск, но без него никак не заработать нормальных денег. Если всю жизнь шить мешки для картошки, то к концу жизни так и останешься нищим. Это, конечно, если речь не идет о массовом производстве.

В итоге ей все-таки удалось уговорить Вивьен – та приняла заказ. Женщина была недовольна происходящим, но не стала сильно сопротивляться, решив, что позже порыв дочери пройдет, и она перестанет грезить о чем-то заоблачном.

Ткани Вивьен сама не делала, покупала их у ткача, живущего вверх по улице. Мужчина, как и остальные мастера, держал рецепт изготовления материала в строгом секрете. Готовую ткань он сам красил, и только потом продавал.

Вера понимала, что матери, привыкшей долгие годы работать по одной схеме, будет сложно вносить какие-либо изменения, поэтому она решила действовать постепенно.

Для начала купила ткани чуть больше, чем им требовалось для простого платья. Часть попросила оставить неокрашенной, якобы для украшения платья. Ткач не стал спорить, но посмотрел чуть недоуменно. На его лице так и было написано, что он не понимает, зачем кому-то может понадобиться украшать свою повседневную одежду.

 Материал, который она приобрела, был обычного коричневого цвета. Лично самой Вере такой цвет не слишком нравился. Слишком уж он оказался блеклым.

Вивьен хотела сразу приступить к работе, но Вера не дала ей сделать это, попросив ничего пока не трогать. После она пару дней ходила по улицам, рассматривая горожанок. Она понимала, что им нельзя сразу шить что-то революционное, это только оттолкнет людей. Нужно было придумать нечто простое, но чуть более красивое, чем обычная одежда женщин этого мира.

Цвет, которым была окрашена их ткань, имел максимально возможную для этого мира яркость, но Вере хотелось большего. Пусть местный мастер и хранил молчание, но она все равно знала, что именно люди обычно используют для того, чтобы придать своим вещам цвет.

Конечно, Вера не помнила точных названий трав, но кое-какие знания у нее все-таки были. Например, для того, чтобы получить коричневый цвет, можно воспользоваться корой дуба.

Дуб в этом мире если и был, то явно назывался как-то по-другому. И тут ей помогли ее вылазки за пределы города вместе с мальчишками, работающими поставщиками растений для травницы.

Она, как могла, объяснила мальчишкам, что именно ей требуется. Для лучшего понимания даже нарисовала, как должны выглядеть листья дерева.

– Я знаю, где такое растет, – внимательно рассмотрев рисунок в пыли, произнес Шито. Он важно приосанился, а потом выжидающе на нее посмотрел. – Показать?

Вера кивнула. Она уже единожды ходила с мальчиками за город, поэтому больше так сильно не волновалась, как в первый раз.

В следующий четверг вся группа снова покинула пределы города.

Лес находился на некотором расстоянии от столицы. Было понятно, что сделано это для безопасности, ведь если враги подступят близко, то лучше, чтобы их было видно хорошо.

На воротах их никто задерживать не стал. Жители города могли беспрепятственно покидать город и возвращаться обратно. Гости обязаны были заплатить за это. Всех, без исключения впускали только после досмотра.

Насколько Вера знала, любой человек, желающий что-то продать в столице, обязан был оплатить при въезде налог на товар. Некоторые пытались хитрить. Они нанимали не слишком обеспеченных жителей города, которые за плату проносили вещи под своими рубахами. По этой причине всех входящих начали досматривать.

Конечно, делалось это не слишком тщательно, а тех, кого стражники хорошо знали и вовсе пропускали просто так, но все равно лучше было не рисковать.

Рано утром около ворот уже толпились люди. Одни спешили на работу за пределами стен, другие возвращался домой, решив выйти или выехать пораньше, третьи, наоборот, возвращались домой откуда-то. Были и те, кто прибыл в город по каким-то своим делам.

Благополучно минув ворота, они уже намеревались двинуться дальше, как услышали сзади какое-то волнение.

– Лучше отойти, – благоразумно заметил Шито и утянул Веру на обочину.

Только после этого все повернулись к воротам, высматривая причину волнений. Остальные люди, знающие, что сначала нужно позаботиться о своей безопасности, а потом уже выглядывать что-то интересное, так же разошлись в стороны.

 Спустя несколько секунд из ворот буквально вылетел человек верхом на черном мощном коне. Это оказалось настолько неожиданным, что все буквально отшатнулись, хотя сразу было понятно, что наездник никак не мог кого-нибудь задеть.

 Вера плохо рассмотрела всадника, так как от неожиданности слегка испугалась. В основном она смотрела на великолепного коня. Животное даже на расстоянии дышало какой-то дикой, необузданной силой, которая по какой-то неясной причине подчиняется человеку.

Все изменилось, когда человек был совсем близко. У Веры в горле внезапно пересохло. Казалось, кто-то взял и положил на нее пару килограмм лишнего веса. Ощущение было настолько реальным, что она повела плечами, будто пытаясь стряхнуть тяжесть.

Подняв лицо чуть выше, наткнулась на тяжелый взгляд, направленный прямо на нее. Дыхание перехватило. Тело содрогнулось, будто ей внезапно стало невыносимо холодно. Она вскинула руку, не зная, что делать, то ли прикрыть рот, то ли протянуть ее к всаднику. Из-за растерянности, она не сделала ничего из этого.

Мужчина промчался мимо. Чем дальше он был, тем слабее становилось давление. Внезапно Вера поняла, что ей этого уже сейчас не хватает. Она даже не заметила, что мимо них проехало еще несколько человек, окружающих местами оббитую фиолетовой тканью карету.

– Ничего себе! – воскликнул рядом Шито, чем вывел Веру из ступора. – Это же карета королевской семьи! Интересно, кто внутри?

– Наверное, его величество куда-то поехал, – предположил еще один мальчик.

– Или наследник.

Вера перестала обращать на разговор внимания, когда поняла, что детей волнует исключительно персона, сидящая внутри кареты.

Она все пыталась вспомнить, как именно выглядел тот мужчина, по какой-то причине так ее поразивший. Вот только кроме ощущения давления и пристального взгляда ничего в голове не отложилось. Вера даже не была уверена, что этот человек именно тот, кого она так отчаянно искала все эти недели. Возможно, что ее реакция обусловлена какими-то иными причинами.

– Жуткий какой, – выдернул ее из размышлений голос Шито. – Я почти упал. Что это было, вообще?

Она посмотрела на мальчика вопросительно.

– Ну, ты же почувствовала что-то странное? Дышать было трудно, страшно. И как будто… – мальчик нахмурился, явно подбирая слова. – Тяжело, в общем.

Вера вздохнула и кивнула. После слов Шито стало понятно, что она ошиблась. Раз все почувствовали странность, значит, это все-таки не Эрион.

Полностью выбрасывать идею из головы не собиралась, ведь за все время он первый человек, рядом с которым она ощутила что-то необычное, но в то же время решила, что не станет надеяться слишком сильно. Как всегда бывает, чем сильнее ожидания, тем мучительнее разочарование.

Мальчики всю дорогу до леса обсуждали увиденное около ворот. Их можно было понять. В их повседневной жизни не каждый день случалось что-то выбивающееся из нее, поэтому тема еще долго будет их будоражить.

Дуб она не нашла, но Шито привел ее к весьма похожему дереву. Набрав коры так, чтобы это никак не повредило дереву, Вера принялась собирать травы. С того времени, как она начала работать у травницы, ей удалось восстановить несколько лечебных составов. Она не собиралась их продавать, просто собирала для себя. Плюс пыталась создать что-то более сильное на их основе.

Домой они вернулись ближе к вечеру. Все это время Вера старательно отгоняла мысли о встреченном утром мужчине, но размытый образ то и дело посещал ее голову.

Сложив добытое, она быстро поужинала и легла спать. На следующий день у нее были большие планы.

Глава 14

Вера проснулась еще до того, как взошло солнце. Спала она не слишком хорошо. Всю ночь ей снились изматывающие сны. В итоге решила не мучить себя, а встать и заняться делом. Она надеялась, что хотя бы работа займет ее уставший мозг.

Спустившись вниз, она поставила на очаг самый большой котелок, какой у них только был. Пока вода нагревалась, подготовила кору. После закипания закинула ее и принялась ждать, иногда помешивая медленно окрашивающуюся в коричневатый цвет жидкость.

Через некоторое время вытащила размокший материал и загрузила еще коры, подумав, что вода должна быть максимально темной, иначе цвет получится как у ткача – слишком бледным.

На рассвете проснулась Вивьен. Она не обрадовалась тому, как жарко стало на первом этаже, но не стала упрекать дочь, позволяя ей экспериментировать сколько душе угодно. Женщина явно была уверена, что Верайи очень скоро надоест возиться с бесполезным делом, и она забросит все, вернувшись к обычным делам.

 На самом деле Вивьен немного волновалась за дочь. С того происшествия она вела себя немного иначе, чем до этого. Хотя постепенно ее поведение слегка выровнялось, но до конца прежней она так и не стала. У нее не было объяснений, с чем это связано, и Вивьен решила, что ее ребенок просто вот так необычно взрослее.

Дождавшись, когда вода станет совсем темной, Вера вытащила кору и положила еще немного, вместе с ней опуская в воду влажный кусок ткани. Сразу платье окрашивать не стала, подумав для начала попробовать с небольшим кусочком. Не зря ведь она взяла у ткача чуть больше, чем требовалось.

Время от времени она переворачивалась ткань, с любопытством проверяя, как идут дела. Все шло лучше, чем думалось изначально. Ткань становилась даже не коричневой, а темно-кирпичной.

– Как это так? – изумилась Вивьен, когда Вера в очередной раз слегка приподняла кусочек, рассматривая его. – Откуда ты узнала, как окрашивают ткани?

– Случайно услышала, – ответила Вера жестом,  не собираясь рассказывать правду. Мало ли, где она могла такое услышать. Люди бывают очень неосторожны, когда думают, что одни.

Вивьен скептически на нее посмотрела. Ей хотелось узнать больше, но по виду Верайи было видно, что она ничего не скажет. А ведь это не единственная странность. Взять хотя бы лекарственные смеси. Вивьен не представляла, как можно вот так просто подобрать состав, но Верайя как-то это делала. Дочь оправдывала наблюдательностью и хорошим обонянием, но сама Вивьен все равно относилась к подобному с настороженностью. По ее мнению, самостоятельно воссоздать сложный набор – нереально. Нужен наставник, который все покажет и расскажет. Она подозревала, что дочь ее обманывает и на самом деле травница учит ее, но обе по какой-то причине молчат.

Когда дочь отправилась к ткачу, Вивьен не придала этому большого значения. И вот сейчас Верайя спокойно занималась тем, о чем знать никак не могла без наставника. Услышала случайно? С трудом верилось.

Когда ткань перестала темнеть, Вера достала ее из воды, выливать которую не стала – пригодится еще. Насколько ей помнилось, цвет нужно было закрепить, но вот как – она понятия не имела. В голове вертелось что-то про уксус. Что-то подобное в этом мире тоже имелось.

Когда Вивьен увидела, как дочь наливает в чашку кислую воду, а потом опускает туда кусок ткани, то у нее речь отнялась от неожиданности и возмущения. Кислая вода стоила неимоверно дорого, переводить ее вот так просто – настоящее расточительство! У нее даже слов не нашлось, чтобы возмутиться.

Подняв негодующий взгляд, она увидела, с каким серьезным лицом дочь стоит над чашей. Казалось, что ее девочка полностью поглощена процессом. Вивьен вздохнула и отвернулась. Воду все еще было жалко, но вид дочери заставил ее молчать.

Подержав ткань в воде полчаса, Вера аккуратно достала ее и расправила.

– Какой необычный цвет, – восхитилась немного оправившаяся от удара женщина. Подойдя ближе, она осторожно прикоснулась кончиками пальцев к мокрой поверхности, будто не верила глазам. – Никогда такой не видела.

Вера кивнула. Цвет действительно получился очень красивым. Не таким темным, как ей хотелось бы, но достаточно ярким.

До этого ей никогда не приходилось красить ткани, поэтому она понятии не имела, нужно ли еще что-то с ней делать. На всякий случай, прежде чем полоскать в обычной воде, дала кусочку высохнуть. После высыхания цвет немного изменился, стал не настолько насыщенным, приглушенным, но все равно выглядел весьма симпатично.

После этого Вера прополоскала ткань в простой воде несколько раз. От такой процедуры цвет сгладился, но все равно не стал слишком блеклым и будто бы выцветшим.

Спустя время вода перестала окрашиваться, и Вера посчитала, что миссия выполнена. Результат порадовал ее более чем.

Конечно, не обязательно делать все именно так. Можно попробовать добавить больше коры или кипятить дольше. Тогда цвет обязан стать еще насыщеннее. Кто знает, возможно, если держать ткань в кислой воде дольше, например, всю ночь, то цвет закрепится намертво. В общем, нужны были еще эксперименты.

Увидев результат, Вивьен порадовалась. Кислую воду все еще было жалко, но она решила, что ради такого вполне можно и пожертвовать столь ценной жидкостью.

Сразу красить ткань полностью Вера не стала. Для начала переговорила с заказчицей, показав ей и цвет и рисунок того, как будет выглядеть ее новое платье. Рисовать пришлось угольком на достаточно большом кусочке коры.

Заказчице новый вариант платья понравился, даже довольно глубокий круглый вырез. Нечто подобное тут носили, но при этом всегда надевали под низ белую рубашку с горлом.

Согласовав все, Вера принялась за выкройку. Чего-то подобного она тоже никогда не делала, если не считать опыта самой Верайи.

С выкройкой пришлось повозиться. Сделать ее, оказалось, не проще, чем сшить новое платье. В итоге Вера купила самую дешевую ткань, какая только существовала, а потом на глазок сшила из нее примерное то, что им требовалось.

Заказчице пришлось несколько раз приходить и покорно стоять, пока сама Вера подгоняла шаблон по фигуре. Она понимала, что все должно работать как-то не так, но других идей у нее не было, как и знаний.

Им повезло, что женщина попалась спокойная и любопытная. Ей самой было интересно, что в итоге получится. Поэтому, когда приходила, всячески содействовала в работе.

После того, как выкройка была готова, Вера с Вивьен приступили к самому шитью. Сначала, правда, сходила в лес за город, и набрали еще коры. Для того чтобы не вредить сильно деревьям, им пришлось немного побродить прежде чем они наткнулись на большую рощу.  После это купленную ткань раскроили и выкрасили. Нити для шитья тоже покрасили, так как Вере не хотелось, чтобы они были заметны. В конце приступили непосредственно к самому шитью.

Вера очень быстро поняла, что для такой работы требуется громадное терпение. Хорошо, что этого у нее всегда было много. Как в случае и с пилюлями, шитье обладало медитативными свойствами. Поначалу ей было непривычно, но потом даже понравилось. Не слишком аккуратные поначалу стежки становились все лучше и лучше.

Многие мастера делали швы наружу. Для подобного существовала серьезная причина. Все дело в том, что ткань верхней одежды была довольно грубой. То есть, швы очень сильно натирали.

Их ткань тоже не была мягкой, но Вере не хотелось уродовать платье некрасивыми выставленными напоказ швами, поэтому она решила действовать по-другому. Пришлось потратить больше времени и ниток, но она не захотела идти на компромисс.

Вивьен ощущала себя двояко. С одной стороны, ей нравилось то, что получалось. Никто до них точно не делал ничего подобного. По крайней мере, среди простых городских мастеров. С другой стороны, на выполнение заказа уходило еще больше времени и материалов, а ведь клиент не заплатит им больше, чем за простое платье.

Немного подумав, она решила оставить все, как есть. Ей просто хотелось увидеть окончательный вариант.

В итоге, такие швы только украсили платье. Не всегда, конечно, получалось сделать их идеально ровными, но если не присматриваться слишком пристально, то увидеть редкие неровности было очень сложно.

Вера понимала, что это не самый изящный вариант, но даже так платье смотрелось гораздо лучше, чем обычная одежда горожанок.

Заказчица осталась довольной, а вот Вера вспомнила свои мысли о том, что выделяться ей сейчас весьма опасно, ведь кому-то может не понравиться чужое благополучие.

Стоило женщине появиться в новой одежде на рынке, как на следующий день к ним в мастерскую пришли сразу три клиентки, желающие получить точно такое же.

Кроме них в гости якобы пришел и ткач. Он ни о чем не спрашивал, просто выпил отвара, поглядел по сторонам, а потом ушел. Если его и удивила затянутая паутиной стена, то он ничего не сказал. Существовал большой шанс, что мужчина просто не обратил на нее никакого внимания, так как искал, как подозревала Вера, кое-что другое.

Ей не составило труда понять, для чего именно он к ним приходил. Его явно интересовал способ, с помощью которого они смогли получить такой необычный цвет. Было ясно, что ткач вернется к ним в самое ближайшее время – он ведь так ничего и не узнал.

Брать сразу много заказов они не стали, объясняя это тем, что работа сложная, нужно много времени.

Сама Вера по-прежнему проводила какое-то время на трех других работах – в доме тринадцать, двадцать пять и у травницы.

Она понимала, что им не стоит слишком спешить, так что не генерировала больше никаких идей. Ей хотелось дать всем понять, что все вышло просто случайно. Правда, ткача это не могло обмануть. Все-таки одно дело швее придумать новый способ сшивания ткани и совсем другое – окрасить ее в незнакомый никому ранее цвет.

Свои опыты с паутиной она тоже не оставляла. Постепенно у нее получалось все лучше и лучше. В итоге, они с материю разделили работу. Вивьен трудилась над очередным заказом, а Вера пыталась сделать из паутины тонкую, но при этом ровную и крепкую нить.

Все получилось как всегда случайно.

Вере не спалось. Днем мысли удавалось контролировать, но ночью она раз за разом вспоминала встречу около городских ворот. Однажды ей надоело вертеться. Она встала и решила поработать немного, надеясь, что это нагонит сон.

Вот только, оказалось, для мыслей ночью нет никаких преград. Вера и сама не поняла, как принялась снова думать о том мужчине. При этом она крутила веретено, осторожно формируя из паутины нить.

Осознав, что она снова думает о всаднике, Вера рассердилась. Правда негодование ее длилось ровно до того момента, как она проверила результат своей ночной работы.