Текст книги "Академия Черной птицы. Бойся света"

Автор книги: Стелла Так

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 39. Лиф

Похитители разума. Способны красть воспоминания. Но никому не известно, как именно они это делают…

– Что-то не так.

Демонесса беспокойно шагала взад-вперед, пока мы дрейфовали по бесконечной черноте нашего совместного разума.

– Правда что ли? Ты это поняла только сейчас? – мрачно сказала я.

Демонесса недовольно посмотрела на меня и остановилась.

– Кто-то или что-то пыталось украсть у нас.

– Украсть у нас? Что ты имеешь в виду?

– Разве ты не заметила? В нем чего-то не хватает.

– Ты имеешь в виду Фалько…

– Все внутри него было разорвано в клочья, его душу обыскали, а мысли были в беспорядке. Что-то сделало это и не оставило ничего после себя. Нам надо найти это и вернуть то, что принадлежит нам.

– Понятия не имею, что ты хочешь этим сказать, – огрызнулась я на демона, и она прикрикнула на меня:

– Хватит валяться без дела! Найди вора!

Я резко вдохнула и рывком села, открыв глаза. Яркий солнечный свет ударил в глаза, зрачки сузились так быстро, что лоб пронзила острая боль. Опустив голову на мягкую подушку лицом вниз, я ощутила запах стирального порошка и дезинфицирующего средства.

– Она проснулась.

– Наконец-то.

Раздался глухой звук, похожий на звук захлопывающейся книги. Шаги приблизились, и в следующее мгновение руки обхватили меня за плечи.

– Лиф? – зов заставил меня открыть глаза, и я уставилась на белые простыни.

Странный запах окутал меня, прежде чем я смогла повернуться. В глаза снова ударил солнечный свет, но я подавила желание спрятаться от него. Вместо этого я вгляделась в размытые лица Крэйна и Зэро.

– Что случилось? – прохрипела я.

– Как ты? – тактично уклонился от ответа Зэро.

Я сглотнула и почувствовала тянущую боль в кишках. Голод. Глубокий и стремительный, как у животного.

– У меня болит голова, – призналась я.

– Держи, выпей, – предложил Зэро, поднося прозрачный стакан к моим губам. Я хотела взять его в руки, но что-то удерживало меня.

Цепи. Мне сковали руки. Я чувствовала, как по ним гудел Арканум, удерживая меня на месте. Цепи были прикреплены к полу кольцом.

– Что это?

Зэро мрачно усмехнулся.

– Мы попытались их убедить отпустить тебя, но Интендант согласился лишь на то, что тебе можно остаться в лазарете, если будешь прикована цепями. Иначе бы тебя отправили в подземелье.

Я тряхнула головой, чтобы привести мысли в порядок. Зэро поднес к моим губам стакан с водой. Я выпила и огляделась по сторонам. Я находилась в каком-то лазарете, хоть он и напоминал скорее здание старой церкви: высокие окна выстроились в ряд, пропуская яркий свет, потолок устремлялся вверх, опираясь на деревянные колонны. Каменные стены. И больше ничего, кроме рядов больничных коек, которые можно было отделить друг от друга белой шторкой и…

Я застыла, когда в голову резко ударили воспоминания. Вампиры, Фалько, Темпест, вор…

– Там был парень! – я буквально выкрикнула, Крэйн и Зэро вздрогнули.

– Какой парень? – переспросил Крэйн.

– В зеркале, – ответила я. Оба экзорциста уставились на меня, и я не стала подавлять раздраженный вздох. – Я была в комнате и следила за вампиром, как вдруг услышала странный крик. Когда я вышла в коридор, то увидела парня, который убежал через зеркало и через секунду пропал в нем.

– Он исчез в зеркале? – повторил Крэйн.

– Да.

Зэро провел пальцами по светлым волосам и пожал плечами.

– Если это зафиксировали камеры, то мы сможем оправдать Лиф.

Я старалась сохранять самообладание, несмотря на прикованные руки. Помимо цепей, в мои запястья были воткнуты иглы. Это будет болеть еще несколько дней.

– А что с Фалько? Как он? Где он? – завалила я вопросами ребят. Крэйн сжал мою руку.

– Он очнулся. С ним все в порядке. Сейчас он у Интенданта делает заявление по делу.

Он выглядел так, словно хотел что-то добавить, но просто улыбнулся.

– Слава богу, – пробормотала я с тяжелым выдохом. Может, я неправильно истолковала увиденное, и ущерб оказался меньше, чем я думала. – Но, раз я прикована, они думают, что я к этому причастна?

Крэйн похлопал меня по плечу и уселся на стул рядом с кроватью, а Зэро устроился поудобнее на краю мягкой постели.

– По крайней мере, они не позволили тебе появляться в городе, пока ведется следствие. Я даже успел позавидовать тому, что ты была в отключке по время всей этой драмы. Темпест была в бешенстве. Нам еле-еле удалось удержать ее, чтобы она не разорвала тебя на мелкие кусочки. Они отпустят тебя, как только изучат записи с видеокамер и показания станут не такими запутанными.

– И что уже успели выяснить?

– Ничего особенного. Только заявление Темпест, что ты якобы пыталась убить Фалько.

Я фыркнула.

– Я кое-что видела, но не думаю, что могу поделиться с Интендантом.

– Почему?

– Когда Фалько лежал там, я видела его раны, но они были не поверхностными. Они были в его душе.

– Что? Откуда ты знаешь? – спросил Крэйн, и я долго всматривалась в экзорциста.

– Я съела столько энергии Фалько, что знаю его душу лучше, чем свою собственную. Я знаю, как она должна выглядеть, и в тот день она выглядела крайне потрепанной. Не хватало каких-то кусочков… не знаю, как еще это вам описать.

Зэро и Крэйн переглянулись.

– Да, думаю, ему не стоит знать о твоем рационе питания, – наконец согласился Крэйн.

– Как он сейчас? Вы уже говорили с ним о том, что произошло в отеле? – спросила я, вновь выпрямляясь.

Зэро и Крэйн странно друг на друга посмотрели.

– Что? – подозрительно спросила я.

Что-то здесь не так.

– Ничего… Тебе лучше самой у него спросить.

– Есть проблема, – поняла я.

– Ну, нет, ну, то есть не напрямую, – уклонился экзорцист.

– Крэйн, что значит «не напрямую»? – раздраженно спросила я.

– Геморрой?

– У Фалько геморрой?

– Не знаю, сама у него спроси.

Зэро уставился на Крэйна, словно не мог поверить во весь бред, вырывающийся изо рта его друга.

– Крэйн, объясни, что происходит, – надавила я.

Экзорцист помрачнел.

– Дай себе еще пять минут, прежде чем вернешься в сложный мир, – посоветовал он мне.

Я вздохнула, пытаясь разобраться, готова ли я к новой порции проблем.

– Эээ… Лиф? – обратился ко мне Крэйн со странным выражением лица.

– Что?

– Почему ты дымишься?

– Что? – переспросила я. В тот же момент я почувствовала, как что-то шепчется в моих волосах. Нежное поглаживание, сопровождаемое знакомым чувством, когда дым стелется по моим волосам. Я рывком подняла голову. – Генри?

Дым передо мной обрел смутные очертания пса. Не окрепший, еще слишком маленький, едва ли больше щенка, но в глазах отражалась все та же преданность.

– О, пес-монстр вернулся, – воскликнул Крэйн.

– Слава богу, с тобой все в порядке, – с облегчением всхлипнула я, и дым коснулся моей щеки. Я наслаждалась приятным знакомым ощущением от его возвращения, и в то же время стало тесно в груди.

Словно Лор утешал меня.

Я тяжело вдохнула.

Может, мне стоит просто полежать в постели и отдохнуть? К сожалению, я не могла сделать лишнего вдоха даже тогда, когда отдых от жизни отлично бы сказался на моем ментальном здоровье.

– Как закончилась игра? Мы выиграли или я могу избавить себя от лишних хлопот и начать собирать пожертвования на свои похороны? – спросила я, потирая виски, за которыми пульсировала мигрень.

– Удивишься, но мы победили, – сказал Крэйн с широкой ухмылкой. – Наверное, я никогда в жизни не видел настолько взбешенных вампиров, да и собственного отца. Это было волшебно! Жаль, что фотика не было с собой. Я бы распечатал кадр с его лицом, положил рядом с кроватью и…

– Это становится странным, Крэйн, – предупредил Зэро.

– Вампиры были похожи на облитых из фонтана пуделей, – заключил радостно Крэйн.

– Теперь у нас будут неприятности? – мрачно поинтересовалась я.

– Ну и что? Наши действия не противоречили правилам, и по этой причине нас не дисквалифицировали. Но если бы это не было частью Игр, мы бы наверняка развязали войну.

Я побледнела.

– Правда?

– Почти, но опрыскивание Дофины святой водой стоило того, – весело сказал зеленоволосый экзорцист.

– Тем не менее вы выбрали очень креативный подход. Было интересно наблюдать за вашей игрой, – мягко добавил Зэро.

– А когда мы вернемся, я заново освою первый семестр, потому что я при всех освятил туалет. Двух зайцев одним выстрелом убил.

Я нахмурилась.

– Ты не перейдешь дальше?

Его улыбка показала пугающее количество зубов.

– Никогда. На самом деле, я хотел подольше протянуть и побыть с тобой, но придется в следующий семестр идти без меня, – сказал немного грустно экзорцист и подмигнул.

– Они не могут… – начала я, но дверь открылась, и Генри исчез.

Директриса Хардвуд вошла в лазарет вместе с Тахиром Чепешем. Он был на две головы выше хрупкой спиритуалистки, и его тень, казалось, поглощала пол под ним, пока они приближались к нам.

Наши взгляды встретились, и лучи солнца упали под таким углом, что его глаза на мгновение показались черными. В нос ударил мощный запах его Арканума, от силы которого волоски на моих руках зашевелились; казалось, воздух заряжался статическим электричеством от одного его присутствия. Я подавила дрожь. Судя по всему, у меня началась паранойя.

Крэйн убрал ноги с моей кровати, а Зэро почтительно встал и отошел. Взгляд Тахира был таким же непроницаемым, как у его сына, а Серафина явно старалась натянуто улыбнуться мне.

– Мисс Янг, как вы? – поинтересовалась она, когда они остановились перед моей кроватью.

– Нормально, учитывая обстоятельства. В основном я не понимаю, что происходит, – честно ответила я.

Улыбка директрисы дрогнула.

– Я приношу свои извинения и надеюсь, что вы понимаете, что мы не могли оставить вас без присмотра, пока выясняются обстоятельства Игр в отеле Лэнгхам.

Я решила не упоминать о том, что меня можно было бы держать без этих болезненных цепей, но экзорцисты – странные ребята, так что я была рада, что нахожусь в лазарете, а не в подземелье.

– Так что, обстоятельства выяснили? – поинтересовалась я.

Серафина помрачнела.

– Боюсь, что нет, – призналась она.

– Должна быть видеозапись. В ней человек, который…

– К сожалению, возникли некоторые проблемы с камерами видеонаблюдения с того момента, как включилась спринклерная система. Камеры перестали функционировать из-за влаги, и мы не смогли просмотреть данные по всему этажу. Как итог: нам не известно, что именно произошло, и мы просим вас дать показания. После этого мы начнем расследование. Однако из-за этого мы, возможно, не позволим вам продолжать участвовать в Играх, мисс Янг.

Я резко вздохнула и покачала головой.

– Там был человек. Он напал на Фалько.

– Вы знали этого человека? – наконец заговорил Тахир с бесстрастным выражением лица.

Я напряглась.

– Нет. И лица его я не видела.

– Тогда почему вы решили, что это был человек?

– Это было просто предположение, судя по тому, как он двигался.

– Зачем незнакомцу нападать на моего сына?

– Я не знаю. Может, вы мне скажете?

– У нас нет информации, мисс Янг, помимо показаний Темпест, в которых она уверяет нас в том, что именно вы пытались убить Фалько.

– Как раз наоборот! Я пыталась помочь Фалько. Мы друзья. Он мой наставник. Я никогда… никогда бы не причинила ему вреда. Вы должны поверить мне, – сказала я, пытаясь сохранить самообладание, в то время как в желудке заурчало так сильно, что я зажмурилась.

– Почему мы должны верить тебе, мисс Янг? – просто спросил Тахир.

Я стиснула зубы и почувствовала, как в уголке глаза собирается тьма.

– Если бы я попыталась убить Фалько, у меня бы это получилось, – огрызнулась я.

– Лиф! – предостерегающе вмешался Крэйн, и я замолчала. Мне не следовало этого говорить.

Серафина улыбнулась.

– Мы посадим вас на судейский стул и тогда точно узнаем, лжете вы или нет.

– Я не лгу! Спросите у Фалько! Он все расскажет, – практически закричала я.

– Уверена, такой шанс у нас будет. Если вы в состоянии идти, прошу вас встать. Мы пройдем в зал суда.

Я стряхнула темноту с глаз, как слезы, и кивнула.

Тахир прошел мимо меня и поднял цепи с пола, но наручники оставались на месте. Он попытался помочь мне, но я напрягла свои больные мышцы и поднялась с кровати, пытаясь сохранить остатки достоинства. Я поняла, что кто-то переодел меня, пока я спала. На мне были спортивные штаны и черная рубашка. Вещи подозрительно пахли Крэйном.

Прочистив горло, Тахир подтолкнул ко мне пару кроссовок. Не моих, но когда я неуверенно натянула их, то они оказались впору.

– После беседы вы сможете освежиться и переодеться, – заверила меня директриса Хардвуд.

С наручниками или нет, она не уточняла.

Я не задумываясь пошла за ними на улицу, а Крэйн и Зэро обошли меня с обеих сторон и следовали рядом, как небольшой личный эскорт. Я чувствовала темные прикосновения Генри на своих лодыжках, но если я позволю ему появиться при директрисе, тогда мне точно конец.

Мы вышли в широкий коридор с таким же шахматным рисунком на полу, как и по всей Академии Черной птицы, и я решила, что мы вернулись в Хампстед. Впереди шла директриса Хардвуд, ее шпильки цокали по плитке, а хвост на затылке раскачивался из стороны в сторону. Тахир за все время не проронил ни слова, но его тень ни разу не отошла слишком далеко от меня. Ему не нужно было предупреждать меня, что, если я попытаюсь совершить какую-нибудь глупость, меня ждут неприятности. Да я и не собиралась. По крайней мере, пока.

Мы вышли из больничного крыла, затем оказались в большом центральном зале, где студенты не спеша шли по своим делам. Все они остановились и уставились нам вслед. Теперь некоторые лица казались мне более знакомыми, но все они отворачивались, когда мы проходили мимо.

– И эти маленькие ссыкуны хотят стать экзорцистами, – услышала я забавное замечание Крэйна.

– Я могу быть очень страшной, – сказала я.

Экзорцист рассмеялся.

– О да, ты можешь.

Тем временем директриса Хардвуд направила нас к старому лифту, который уже был мне известен. Как только я сделала шаг, чтобы присоединиться к остальным, Тахир удержал меня и покачал головой.

– Мы поедем вдвоем.

– Почему? – спросила я, искренне недоумевая.

Глаза Тахира слегка потемнели, и он отрывисто ответил:

– По соображениям безопасности.

– Мы будет ждать вас внизу, – подбодрил меня Крэйн.

Зэро сжал напоследок мою руку, и они втроем с директрисой направились вниз. Я некоторое время вслушивалась в скрипы и дребезжание лифта, прежде чем тихо сказала:

– Я не причиняла вреда вашему сыну.

Экзорцист рядом со мной молчал.

– Я не причиняла ему вреда, – повторила я, глядя на высокого мужчину, который был так похож на сына.

Надо было отдать должное Тахиру, он не постеснялся посмотреть на меня в ответ.

– Почему? – только и спросил он.

У меня заныло сердце, мышцы, челюсти напряглись, но колебаться я не стала.

– Потому что мне нравится ваш сын.

– Он вам нравится? – протянул мужчина, и я медленно вздохнула.

– Можно сказать, что у нас с Фалько больше общего, чем просто дружба.

– Мисс Янг, вы намекаете, что испытываете романтические чувства к моему сыну? – тихо спросил он.

– Да, – так же тихо ответила я.

Меня должен был шокировать собственный ответ, но в тот момент я знала, что это абсолютная правда.

Мы уставились друг на друга. Никто из нас не моргнул, пока лифт снова не остановился перед нами и приглашающе заскрипел.

– Значит, эти чувства взаимны?

Хороший вопрос. Были ли они? Не то чтобы Фалько и я обсуждали вопрос «Кто мы друг для друга?». Сначала потому, что никто из нас не хотел об этом говорить, а потом потому, что мы не могли об этом говорить. Но это явно выходило за рамки просто секса. Иногда чувства гораздо сложнее идентифицировать и подобрать для них наименование, это не просто любовь или ненависть. Иногда между ними находится что-то еще.

Я оторвала язык от нёба.

– Вам стоит спросить об этом сына, но я считаю, что наши чувства взаимны.

Тахир опустил голову. Тень опустилась на его лицо, затем он взялся за решетку и одним движением потянул ее на себя.

– Значит, вы куда опаснее, чем я думал, мисс Янг, – наконец произнес он.

Весь путь вниз он молчал, а когда лифт перестало мотать и Тахир вновь открыл решетку, мы вышли в круглый зал, напоминавший зал суда. Пол и потолок были выложены той же темной плиткой, что и на Блэк-Роке. Как только я ступила на пол, загорелись руны, образуя линии, круги и треугольники, которые сложились в символ спиритуалистов, похожий на глаз, глядящий на меня. Или мне так показалось. Вдоль стен стояли скамейки, на которых экзорцистов было больше, чем я ожидала. В их рядах я заметила Крэйна, Зэро и директрису Хардвуд. Мой взгляд встретился с взглядом красивой женщины, в которой я узнала Зельду; элегантная тетя Крэйна сидела в последнем ряду и весело помахала мне рукой. В центре комнаты стоял знакомый деревянный стул, прямо как в Нью-Йорке.

Вздохнув, я уже собиралась направиться к нему, но мой взгляд упал на знакомую фигуру, тихо разговаривающую с кем-то.

– Фалько! – мой голос эхом разнесся по помещению. Теперь я точно привлекла внимание. Плечи Фалько распрямились, прежде чем он повернулся ко мне.

Он выглядел здоровым. Не было видно ни одной раны или повреждения, что вызвало слезы облегчения, когда я подошла к нему. Поскольку я все еще была в цепях, пришлось довольствоваться тем, что смогла прижаться к его груди. Я вдохнула знакомый запах, а пульс мой сразу успокоился.

– Я так рада, что с тобой все в порядке, – прошептала я.

На мгновение я услышала, как участилось его сердцебиение, и почувствовала знакомую игру мышц, когда он зашевелился. Но вместо того, чтобы притянуть меня к себе, он оттолкнул меня и странно уставился.

– Это она? – спросил он, и тон его запутал меня настолько, что я так же странно смотрела на него.

Только сейчас я заметила Темпест рядом с Фалько, которая положила руку на то место, где секундой ранее была моя голова.

– Да, это тот демон, который пытался убить тебя, дорогой.

Дорогой?

Холодный взгляд Фалько пронзал меня настолько, что я невольно сделала шаг назад.

– Фалько? Что происходит? Ты же знаешь, что это не я, – обратилась я к экзорцисту, полностью сбитая с толку. Он ничего не ответил, я сделала шаг к нему. – Фалько…

Мужчина отступил от меня, словно я воняла.

– Что с тобой? – спросила я, почти умоляя.

Подбородок Фалько напрягся, и он ответил:

– Я понятия не имею, кто ты, но знаю, что ты такое. Если ты еще раз дотронешься до меня, я сломаю тебе руки.

У меня чуть челюсть не отвалилась, зато лицо Темпест расплылось в едва заметной улыбке, от которой по позвоночнику пробежала холодная дрожь.

– Ты шутишь? – спросила я, поворачивая голову к Темпест так быстро, что у меня хрустнули шейные позвонки. – Что ты с ним сделала? Что ты ему сказала?

Темнота стала давить на мой череп, заполняя собой все.

Темпест прищурилась.

– Это ты шутишь? Я спасла его. От тебя. Вот что я сделала.

– Ах ты маленькая прогнившая шалава… – прорычала я.

Вообще-то, я впервые публично оскорбила ее, но на меня накатила неконтролируемая волна гнева.

Экзорцистка лишь довольно прошептала:

– Скоро все будет так, как должно быть.

– Ты! – я не выдержала и закричала, делая шаг к этой сучке, но перед ней встал Фалько. Его взгляд был таким холодным и полным отвращения, что все внутри меня сжалось.

– Прочь, демон! – прикрикнул на меня экзорцист.

– Фалько… – я с последней надеждой протянула к нему руку, но он перехватил ее так сильно, что послышался треск.

– Держись от нас подальше.

После этих слов Фалько отбросил мою руку и прошел мимо, оставив меня в полном смятении. Сквозь дрожь я почувствовала боль в своей руке и то, как кости срастаются.

Он действительно сломал ее!

Темпест последовала следом, как верная шавка, и прошептала мне на ухо перед уходом:

– Вот и все. Теперь некому тебя защищать. Не знаю, что ты сделала с ним в отеле, но он ничего не может вспомнить о тебе. Я позабочусь о том, чтобы так оно и осталось.

Прежде чем я успела ее остановить, они промчались мимо меня. Я в ужасе смотрела им вслед. Они шли к скамье, на которой сидела Врэн. Она почти извинялась одним только взглядом, как будто не могла объяснить себе, что происходит. Я развернулась и пошла к Крэйну и Зэро.

– Что происходит? Почему Фалько ведет себя так, будто не помнит меня? – в истерике вскрикнула я на них обоих.

Крэйн сочувственно поморщился.

– Я не уверен. Он уже был таким, когда очнулся. У него провалы в памяти. В основном у него отсутствуют воспоминания о тебе. Это все, что я пока знаю.

– Как ты мог не сказать об этом?

– Я не хотел тебя расстраивать. Может, это просто травма черепа? Он скоро вспомнит. Надо сохранять спокойствие.

– Сохранять спокойствие? – повторила я, указывая большим пальцем за спину. – Он общается со мной как… как…

Как с демоном.

– …с незнакомкой, – наконец сказала я.

Крэйн вздохнул и выглядел так же недовольно, как и я. Он положил ладонь на мое плечо и крепко сжал его.

– Не переживай, мы выясним, что происходит. Сейчас нам нужно убедить всех, что ты невиновна.

– Но как это сделать…

Тахир Чепеш прервал меня, схватив за руку.

– Мисс Янг, вам нужно сесть. Суд вот-вот начнется.

– Еще одну минуту, – взмолилась я, но Тахир предупреждающе посмотрел на меня.

– Или вы садитесь самостоятельно, либо мы расценим это как отказ от дачи показаний.

Я заткнулась и пошла к стулу.

Давление под глазами усилилось, и темная пелена легла перед моим взором. Демон рвался сквозь кожу, словно червь. Я пыталась подавить гнев, который превратился в отвратительную дрожь. Только я коснулась стула, деревянные руки вырвались и крепко обхватили меня.

– Лиф Янг, вот мы и встретились снова. Должен сказать, я предполагал, что это произойдет позднее, но, возможно, мы немного сократим путь.

Интендант подошел ко мне, и во мне бурлило столько негодования, что оно приобрело горький привкус во рту.

– Поверьте, это излишне, – заверила я его.

Желчь поползла к желудку, и я проглотила привкус. Демон внутри меня прошептал:

– Выпусти меня.

Я затолкала ее поглубже, и от этого мышцы задрожали. По спине стекла первая капля пота. Интендант зловеще улыбнулся.

– Не сомневаюсь. А теперь не могли бы вы рассказать поподробнее о вашей версии произошедшего в отеле Лэнгхам.

– Я невиновна.

– Это было бы предпочтительно, но тем не менее вы не ответили на мой вопрос. Не могли бы вы дать показания?

– Будет толк от моих показаний или меня исключат из игры и казнят без объяснения причин? – хрипло спросила я, пока пленка на глазах становилась темнее, и все вокруг стало серым.

– Выпусти меня.

– Это зависит от того, что ты скажешь.

Мне хотелось выцарапать ему глаза. Я сделала глубокий вдох и почувствовала, как демон лез через поры в лице наружу. Даже кровь казалась густой и вязкой.

Вдох. Выдох.

Мой взгляд пробежался по комнате и задержался на Фалько, который холодно смотрел на меня. Как он мог забыть меня? Это же невозможно! Даже если бы мне попытались отшлифовать мои мысли наждачной бумагой, бугры, что оставил Фалько, стереть было бы невозможно. Но в глазах экзорциста не было ни капли узнавания, привязанности или гнева. Он просто… смотрел.

– Лиф Янг? – позвал меня Интендант.

Я открыла рот и рассказала все, что произошло, ни на секунду не отрывая взгляда от Фалько. Когда я закончила, в комнате воцарилась тишина.

– Значит, ты заявляешь, что злоумышленник скрылся в зеркале? – уточнил Интендант.

Стул не вредил мне, что подтверждало мою правоту, и по кислым лицам присутствующих я заключила, что такой исход их не устраивает.

– Да, – ответила я.

– Это абсурд, – фыркнула Габриела Халь, сидевшая в первом ряду.

Интендант нахмурился.

– Если только… – мужчина задумался, а затем повернулся и окинул взглядом ряды присутствующих. – Зельда Парацельс. Мне нужно кое о чем спросить вас.

– Я слушаю, мой дорогой, – ответила вампир и встала.

– Через отель Лэнгхам проходят лей-линии? – поинтересовался он.

– Проходят, – подтвердила женщина.

– А есть ли у нас карта лей-линий для подтверждения ее слов? – с наездом спросила Габриела.

Я хотела узнать, как связаны лей-линии и мои показания, но, похоже, никто не хотел объяснять мне ничего более.

– Есть. Я займусь этим, – отрывисто ответил Интендант и повернулся ко мне. – Лиф Янг, есть ли у тебя что-то еще в свою защиту?

– Я не знала, что сегодня меня судят, – честно сказала я. – Зачем мне причинять боль Фалько? Почему я тогда не трогала его предыдущие шесть месяцев?

– Должно быть, мистер Чепеш узнал то, чего ему не следовало, – предположил Интендант.

– В таком случае его стоило убить, разве нет?

– Ты попыталась, но тебя прервала Темпест.

– Она меня прервала от попытки спасти его. Вы же сами все должны были увидеть в прямом эфире!

– К сожалению, были проблемы с передачей изображения из-за кое-каких проблем с внезапной работой спринклерной системы, к которой ты тоже причастна, Лиф. Неужели это совпадение?

– Я уверена, что тот, кто напал на Фалько, знал, что делал и когда, – выдавила я.

Интендант уставился на меня, а я на него в ответ. Одно неверное движение – и меня накажут болью. Но в тот момент я не хотела доставлять кому-то удовольствие собственными криками.

– У вас нет никаких улик против меня, – тихо сказала я.

– Но и в твою пользу тоже. Пока нет.

– Отпустите меня, я найду нападавшего, и тогда мы узнаем, что происходит, – отрывисто ответила я.

– Нет, ты останешься здесь, в своей комнате, и завтра пройдешь второе испытание. И не дай бог произойдет еще хоть один инцидент. Тогда я не буду с тобой так щедр, – голос Интенданта эхом разнесся по комнате.

– После всего, что произошло, вы все равно позволяете ей участвовать в соревнованиях! – в ужасе воскликнула Габриела Халь.

Мужчина устало поправил галстук и строгим голосом произнес:

– Она не лгала. Пока дело не прояснится, мы не знаем, виновна Лиф Янг или нет. Если обвинений нет, то я не могу исключить ее из Игр.

– Это возмутительно! Я протестую. Она опасна для всех нас! – кричала бледная экзорцистка.

Интендант проигнорировал ее комментарии и обратился к Фалько:

– Синтоист Чепеш, учитывая обстоятельства, я полагаю, что вы больше не желаете быть наставником мисс Янг?

Фалько заколебался. Всего на какой-то миг, прежде чем покачать головой.

– У меня нет воспоминаний о ней, и я не буду наставлять демона. Не знаю, как я мог согласиться на такое.

Его слова ранили меня в самое сердце. В отличие от ран на теле, эта мгновенно зажить не могла.

– Фалько, прошу… – прошептала я, но так тихо, что мою мольбу слышала только я сама.

Интендант прочистил горло и обратился к толпе.

– Тогда не желает ли кто-нибудь взять шефство над Лиф Янг?

Наступила гробовая тишина, никто даже не перешептывался, пока Крэйн не поднял руку.

– Я буду ее наставником.

– Некромант Парацельс, вы сами являетесь студентом и не имеете права быть наставником, – грубо отрезал его отец.

– Но…

– Я займусь ею.

Мягкий голос донесся до нас, и к нам подошла Зельда Парацельс. Все взгляды были направлены на нее, а Интендант смотрел так, словно был готов в любую секунду выбросить всю свою семью в окно.

– Я стану наставником Лиф Янг, – повторила свое заявление Зельда.

– Вампир не может быть наставником на Играх, – вмешалась Габриела Халь.

– Кто это сказал? – спросила Зельда и встала рядом со мной. От ее лавандовых духов у меня заложило нос.

– Это Игры Экзорцистов. Если вампир будет наставником демона, то это будут не Игры, а какой-то фарс.

– И все же нет правила, запрещающего это, – спокойно возразила Зельда.

– Это нево… – начала Габриела, но Интендант поднял руку и прервал ее.

– Достаточно, Габриела. Вы забываете, кто такая Зельда и что она сделала для Ордена. Она может быть вампиром, но подозрения в ее адрес должны основываться не только на факте ее существования. Она знакома с правилами и если желает представлять Лиф Янг, то имеет полное на это право. Если только члены Ордена не захотят выдвинуть против нее обвинения.

– Я выражаю вотум недоверия, – сказала Габриела.

– Отклоняется. Что-нибудь еще?

Габриела недовольно сверлила взглядом Интенданта, словно теперь она представляла, как выкидывает его из окна, но покачала головой.

Зельда улыбнулась и хлопнула в ладоши.

– Спасибо, дорогой мой. Теперь, когда все улажено, я отведу свою студентку в ее комнату. Она выглядит немного хуже обычного.

Интендант кивнул мне.

– Ты свободна. Наручники можно снять. Увидимся завтра, Лиф Янг.

Руки стула вернулись на место, и я с облегчением сделала глубокий вдох достаточно прохладного воздуха. Тахир Чепеш шагнул вперед, вытащил иглы из моих запястий и снял наручники. Боль была отчасти приятной. Помассировав руки, я встала на ватные ноги и устало двинулась к Зельде.

– Почему ты мне помогаешь? – поинтересовалась я, и женщина улыбнулась, показав ямочку на щеке.

– Скажем так, у меня есть личный интерес: мне слишком любопытно и слишком нравится раздражать Черных птиц.

Это не было настоящим ответом, но на данный момент меня устроил и он.

– Спасибо, – тихо сказала я.

Зельда щелкнула языком и погладила меня по щеке.

– Не стоит. Пойдем, пока они в нас еще кол не вставили.

– Постойте, я должна… – начала я и обернулась, но слова вновь застряли у меня на губах, когда я увидела его.

Фалько стоял в темном углу помещения, обхватив Темпест обеими руками, и целовал ее.

Он целовал ее.

Мой мир остановился. Просто перестал двигаться, когда я уставилась на них.

Его губы на ее губах.

Ее губы на его губах.

Она целовала того, кто принадлежит мне.

Демон чуть не вырвался из моей кожи. Я перестала что-либо видеть, а сердце бешено гоняло кровь, и от этого звенело в ушах. Я видела себя, разрывающую ее на ошметки, слышала ее сладкие крики, а вкус крови утолял мою жажду.

Она прикасалась к тому, кто принадлежит мне!

Мне!

– Лиф, что происходит? Лиф?

Рука схватила меня за локоть. Я резко повернулась и услышала хруст собственных позвонков. Это был Крэйн. Мое зрение было таким мутным, что я едва понимала, о чем он говорит. Его губы шевелились, но из-за темноты я не могла разобрать ни слова. Адреналин бил по ушам, повышая градус с каждым новым приливом крови.

Я убью их!

Я убью их всех!

Потом посмеюсь, когда они будут молить о пощаде и захлебываться собственной кровью. А потом я заберу того, кто принадлежит мне. Мне, мне, мне…

– Что ты делаешь? – зарычал Фалько на Зэро, который оттаскивал его от Темпест.

Крэйн тем временем потащил меня за локоть прочь из комнаты.

– Идем, Лиф, идем. И не забывай дышать. Правильно, дышать, пока все экзорцисты в этой комнате не захотели изгнать демона из тебя. А мы же этого не хотим? Правильно, не хотим. Именно поэтому мы сейчас убедим всех, что ты не сумасшедшая убийца, – шептал мне Крэйн, пока я плелась за ним.

Что бы ни сказал Зэро, Фалько посмотрел на меня. На его лице появилось выражение шока, но в тот же момент решетка лифта прервала наш зрительный контакт, и мы поднялись наверх.