Текст книги "Академия Черной птицы. Бойся света"

Автор книги: Стелла Так

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Глава 33. Лиф

Демоны 3-го уровня

Призраки

Духи

Духи стихий

Духи земли

Виттель. Духи, которых можно сравнить с земляными гномами. Считаются родственниками веттирам, но более пугливые и живут под землей. Только они могут добывать темную руду, которая является сильным блокатором темного Арканума. Она используется для изготовления оружия и строительных материалов.

Вздохнув, я посмотрела на свой чемодан, в котором лежали лишь черные и серые брюки и рубашки. Мои влажные волосы были завернуты в тюрбан из полотенца. Я размышляла, что надеть на свои возможные похороны? Я должна надеть что-нибудь красивое? Почему никто не сказал мне об этом раньше? У меня нет с собой ни косметики, ни платья. Кто бы мог подумать, что в борьбе за жизнь и смерть мне придется быть красивой?

Крэйн и Зэро еще не вернулись, но сейчас я была бы рада их присутствию, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями. С того момента, как Фалько ушел, напряжение во мне только нарастало, и я накручивала себя все сильнее с каждой минутой. Мне хотелось выбежать из Академии, прогуляться по Лондону, словно меня там что-то ожидало. Я нервничала, при этом испытывая страх из-за неизвестности. Что же со мной будет там, за дверями этой комнаты, и как себя поведут со мной экзорцисты? В Нью-Йорке они хотя бы терпели меня. Для них я стала чем-то обыденным и скучным. Здесь же все иначе. Я была нежеланным гостем.

От негромкого стука в деревянную дверь я подпрыгнула на месте. Надежда на то, что это вернулся Фалько, улетучилась почти сразу, поскольку в комнату проникла копна зеленых волос.

– Живая? – поинтересовался Крэйн.

– Нет, – буркнула я.

– Ты голая?

– В нижнем белье. Заходи.

Дверь открылась шире, и Крэйн прислонился к дверному косяку. Он окинул меня взглядом, задержавшись на моей заднице лишь на миллисекунду дольше необходимого, и вздохнул. Хоть его дорожная сумка и лежала нетронутой, экзорцист уже был в черном костюме и зеленом галстуке, хорошо подчеркивающим его гетерохромию. Похоже, последние несколько часов он набирался сил, а мне вот только удалось отойти от смены часовых поясов, поглазеть на потолок и порассуждать, а не поздно ли свалить из экзорцистов.

– Секси, – отметила я, и Крэйн довольно улыбнулся.

– Ты тоже ничего, но экзорцисты старшего поколения не сильно оценят твой наряд.

– Не издевайся. Мне нечего надеть, – разочарованно простонала я и улеглась на кровать.

– Дома забыла или…

– Или у меня ничего нет, Крэйн. Я потеряла все, когда попала в Академию. До сего дня мне было все равно, ведь надо было носить только эту убогую форму. Это все, что у меня есть. И то не мое личное. Какое платье, если тут даже футболки нет.

Экзорцист оттолкнулся от косяка и подошел к груде одежды в моем чемоданчике. На каждом предмете гардероба красовался знак Академии Черной птицы.

Крэйн свистнул.

– Почему ты молчала? Мы бы принесли тебе чего-нибудь.

– Я вечно забывала из-за стресса. Когда постоянно боишься умереть, об одежде думать особо не приходится, – ответила я.

Парень провел ладонью по волосам, затем достал телефон и мимолетом глянул в экран.

– У нас еще много времени.

– На что?

– На шопинг. Быстро одевайся, – он указал на кофту и брюки.

Я быстро переоделась, натянула ботинки, и экзорцист тут же потащил меня за руку из комнаты.

– Не уверена, что у нас есть время ходить по магазинам.

– Мы успеем, не волнуйся, – заявил Крэйн, увлекая меня вниз по винтовой лестнице в вестибюль.

– А нам можно без разрешения покидать здание?

– Нет, думаю, нет, – весело ответил экзорцист, и мы почти сразу наткнулись на Зэро, который складывал стопку книг в виде опасно качающейся башенки. Он быстро сбалансировал ее и довольно хмыкнул.

– А вы что тут делаете? И почему это уже выглядит как нечто запрещенное? – подозрительно спросил Зэро.

– Мы идем за покупками.

– На это нет времени.

– Я так ему и сказала! – возразила я.

– Да мы быстро. Нам очень надо.

– Зачем? – поинтересовался Зэро.

– Потому что Лиф выглядит как пугало.

– Эй! Совсем обалдел?

– Ты прав, – согласился Зэро.

– Эй! – снова возмутилась я.

Зэро колебался.

– Я в любом случае опоздаю. Минуток на пять – максимум. Мы идем к Зельде.

– Кто такая Зельда? – спросила я, но мой вопрос проигнорировали.

Кто бы ни была эта Зельда, но Зэро выглядел более убежденным, чем секунду ранее. Он кивнул.

– Я сообщу Фалько, чтобы он с ума тут не сошел.

– Спасибо, дружище.

– Но не смейте опаздывать более чем на пять минут! – крикнул нам Зэро, но Крэйн уже тащил меня вниз по лестнице.

Пара экзорцистов застыла на месте при виде нас.

– Они пялятся, – пробормотала я.

Крэйн посмотрел на меня, словно я сказала самую очевидную вещь на свете.

– Конечно, они будут пялиться. Ты – знаменитая одержимая демоном шлюшка, а я – печально известный сынок Интенданта. Было бы странно, если бы они не пялились.

– Одержимая демоном шлюшка? – потрясенно переспросила я, чуть не споткнувшись о собственные ноги. Крэйн ловко поймал меня под руку и пожал плечами.

– Не зазнавайся. Меня так тоже называют.

Его теплая ладонь на моей руке слегка успокоила жжение в груди.

– Эй, Лиф, – Крэйн сжал мое плечо, и я посмотрела на него. – Не принимай такой бред близко к сердцу. Чем отвратительнее слухи, тем тебе лучше. Ты можешь позволить им ранить тебя или же защищать. В конце концов, о тебе всегда будет больше мифов и легенд, нежели правды, и это отлично. Это делает нас неприступными, они будут бояться нас и восхищаться нами из-за историй, которые они же сами и придумали.

Крэйн улыбнулся мне, и в этот момент я задумалась, есть ли люди, помимо Зэро, Фалько и меня, которые действительно знают Крэйна. А еще сильнее задумавшись, я размышляла, а знаем ли мы настоящего Крэйна или это просто одна из его версий?

– Звучит одиноко, – призналась я. Экзорцист насмешливо улыбнулся.

– Да, но бывают судьбы и похуже.

– Пошли, пустим новый слух. Да такой, что Фалько поскользнется о собственную слюну.

Уголки моего рта дернулись, я схватила его большую мозолистую руку и, охваченная неясным порывом, обняла его за шею. Экзорцист был таким высоким, что моя голова оказалась чуть ниже его грудины.

– Спасибо, что ты мой друг, – тихо сказал Крэйн и обнял меня. Так мы стояли какое-то время.

Прочистив горло, мы оба попятились назад. Перед нами стоял студент в коричневой форме, то есть британец, и поправлял очки.

– Простите, вы же из Нью-Йорка, верно? Полагаю, у вас другие правила, но в нашей Академии не принято публичное проявление близости. Если не хотите, чтобы на вас нажаловались, то занимайтесь этим за закрытыми дверьми, – проворчал студент.

Его взгляд задержался на мне, и он добавил:

– А что касается близости с демоном, то для этого необходимо подать официальное заявление в Орден.

Я ухмыльнулась, а Крэйн драматически схватился за грудь.

– Ах, ты слышала это, прекрасная дева? Наша любовь запрещена.

– Я не это… – начал студент, но Крэйн повысил голос, и он эхом разносился по всей Академии.

– Ах, душа моя, эти негодяи хотят разлучить нас, но я им не позволю! Я лучше вонжу кинжал в свое сердце, чем буду разлучен с тобой! Давай сбежим к нашему железному коню из этого ужасного места в закат!

С этими словами он прижал меня к себе одной рукой.

– Боже, Крэйн, что ты творишь? – со смехом воскликнула я, пока экзорцист размахивал одной рукой, словно в ней был меч.

– En garde![6]6
  Защищайтесь! (Фр.)


[Закрыть] Я брошу вызов любому негодяю, кто попытается встать на пути нашей любви! Чтобы избавиться от моих объятий, он должен сначала ощутить холод моего клинка!

Студент смотрел на нас, словно стал свидетелем ужасной автокатастрофы.

– Алкоголь и наркотики тоже запрещены, – добавил он и скрылся с глаз.

– Враг сдается! Мы победили, о прекрасная дама! Так давай же сбежим отсюда, – крикнул Крэйн, схватил меня за руку и побежал через Академию.

Я громко хохотала, а экзорцисты провожали нас недоуменными взглядами.

Я ожидала, что мы выйдем через центральные двери Академии, но Крейн повел меня окольными путями, по длинным коридорам, через бесконечное количество дверей, пока мы не остановились у старого, похожего на лифт подъемника.

– Куда мы едем? – спросила я, и Крэйн поправил мою потрепанную футболку.

Он усмехнулся, демонстрируя острые клыки.

– В гараж. Там есть кое-что, чем я давно не пользовался.

– Твои мозги?

– Лучше.

– Пенис?

– Близко, но нет.

Крэйн насмешливо поклонился, открывая решетку лифта. Эта штука была не просто старой, она была древней. Практически клетка, которая с грохотом спускалась вниз. Крэйн нажал на кнопку, и мы начали спускаться. Сквозь проемы виднелись другие этажи Академии, а снизу до нас доносился влажный, слегка затхлый запах подвала.

– Что там? – поинтересовалась я, указывая на коридоры, которые были слабо освещены старыми лампами и быстро исчезали из виду.

– Аудитории, лаборатории, многие спиритуалисты здесь занимаются. О, и склеп.

– Арена?

Крэйн довольно кивнул.

– Здесь также есть огромный архив драгоценностей и других опасных предметов.

– Не понимаю.

– Ну, каждый день по всему миру ловят множество демонов. Такие драгоценности не будут же просто лежать в свободном доступе, верно? Многие из них направляются в архив для хранения. У нас в Нью-Йорке тоже есть такой, под Розариумом. Если драгоценность необходимо вернуть, то придется сначала подать запрос, который проверяется директором, затем наблюдателем архива или Примусом, после чего драгоценность возвращается.

– Впечатляет, – честно призналась я.

Мы преодолели около пяти этажей, прежде чем остановились в бетонном гараже, который выглядел гораздо современнее всего здания.

Крэйн уверенно вышел, яркие лампы на потолке загорелись и осветили ряд припаркованных автомобилей: маленькие и ржавые, старинные и современные и даже «Феррари», причем некоторые выглядели так, будто не ездили на них уже давно. Здесь также стояла куча мотоциклов, которые могли бы доставить нас на место за час. Однако Крэйн безошибочно направился к чему-то у самого края, накрытому брезентом. Я слышала, как он что-то бормочет, затем экзорцист помпезно снял с транспорта брезент, и я увидела «Веспу».

– Вот ты где, – радостно проговорил он, поглаживая зеленый кузов миниатюрного скутера.

– Что это? – в шоке спросила я.

– Моя единственная настоящая любовь, – пылко сказал Крэйн. – Я купил ее на свои первые собственные деньги. Мне было всего четырнадцать. Продал мне ее нежить, что было совершенно незаконно, но я люблю в ней все.

Экзорцист с гордостью взял один шлем с заднего сиденья, а второй достал из коробки, висевшей на заднем сиденье этой ласточки.

Крэйн стоял рядом со скутером, как гордая курица-мать, практически сияя. Его любовь засияла в ответ. Экзорцист запрыгнул на сиденье и погладил рукоятки.

– И что нам с ним делать?

– Кататься, конечно же! Эта штука очень быстрая.

– Ты серьезно или придуриваешься? – спросила я, все еще сбитая с толку тем, как выглядел высокий экзорцист на маленьком скутере.

– Ты дискриминируешь маленькие транспортные средства, Янг? Я был лучшего мнения о тебе.

– Да. То есть нет. Просто я думала, что ты будешь гонять на каком-нибудь «Харлее» или еще на чем-нибудь, убийственно и ужасно перегруженном тестостероном. Это так… – я попятилась назад, пытаясь осознать разницу в размерах. Мышцы Крэйна, казалось, могли запросто сломать эту «Веспу» пополам.

Экзорцист посмотрел на себя.

– Ну, возможно, с четырнадцати лет я немного подрос, – признался он, пожав плечами. – Но эта малышка вытащит нас отсюда. Залезай.

Он похлопал себя по спине, и я рассмеялась.

– Ты такой странный, знаешь об этом? Каждый раз, когда мне кажется, что я знаю, как ты поступишь, ты снова и снова меня удивляешь, – с хохотом сказала я, пытаясь запомнить все детали этой восхитительной картины. Надо это запомнить. На очень-очень долго. – Просто чтобы убедиться, ты не пьян и не под наркотой?

Уголки его рта дернулись.

– Пока что нет, но ночь только начинается. Даже если мы куда-нибудь врежемся, то ты встанешь быстрее меня. Погнали. Вкусим свободу, пока есть возможность. И избежим лондонских пробок.

Вздохнув, я подошла к маленькому скутеру, надела шлем и неловко села позади Крэйна. Тут немного теснее, чем я предполагала. Экзорцист тоже надел шлем и похлопал меня по руке, которой я обхватила напряженные мышцы его пресса.

– Держись покрепче, остальное я сделаю сам, – пообещал он, и в следующее мгновение двигатель зарычал.

Скутер гудел и подрагивал подо мной, как бешеное животное. Я крепко прижалась к Крэйну, и, наверное, ему было больно, но виду парень не подал. Вместо этого он понесся по улице так, что шины завизжали. Я вскрикнула, когда мы буквально вылетели из гаража. Перед нами распахнулись автоматические ворота, и в следующую секунду мы уже мчались к выходу.

Ветер хлестал меня по лицу. Я оглянулась и увидела исчезающий Хампстед-Холл, пока Крэйн мчался по длинной дорожке из гравия и мелкого камня на своем коне… Хотя в нашем случае это был пони. Спустя несколько минут тряски экзорцист плавно пристроился к потоку машин на ровно асфальтированной дороге. Мотор взревел пуще прежнего, и мне пришлось напрячь все мышцы в теле, чтобы не упасть с «Веспы», пока гравитация и законы физики делали все возможное, чтобы сбросить меня.

Ради всего святого!

Как такая кроха может так быстро гнать?

Ветер приносил с собой сладкий запах Темзы, вместе с этим я чувствовала энергию Крэйна. Он громко хохотал, и я не могла не улыбаться от прилива адреналина и эмоций экзорциста. Я прислонила щеку к его спине, ощущая игру его мышц под костюмом и легкое покалывание Арканума на своей коже. Поездка заняла меньше ожидаемого времени. Через пятнадцать минут мы въехали на узкую улочку и остановились перед выкрашенным в синий магазинчиком, криво пристроившимся к ряду домов. Фасад здания был несколько перекошен, будто от тяжести прожитых лет. Старые круглые витрины, стекла которых напоминали мне крылья стрекозы, темная дверь. Внутри не было видно ничего, кроме пыльных полок. Казалось, что здание уже давно пустовало.

– Где это мы? – спросила я, когда Крэйн сполз с сиденья и снял наши шлемы. Мои наэлектризованные волосы тут же разлетелись во все стороны, как распустившийся одуванчик.

– В гости к моей старой подруге. Она нам поможет, – просто ответил экзорцист и пошел в сторону магазинчика. Над ним висела лишь неприметная вывеска «ТАЙНЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ И АНТИКВАРИАТ».

Колокольчик над входом тихо звякнул, когда мы ступили в помещение, которое, как казалось, было забито всякой всячиной: мебель, вазы, картины, вешалки с одеждой – все лежало и стояло в совершенном беспорядке. Густое облако пыли висело в воздухе и щекотало мой нос, смешиваясь с запахом старой бумаги и кофе. Как бы ни казался мал магазин снаружи, внутри он тянулся бесконечно. Не было видно ни конца, ни края, а когда я подняла голову, то увидела второй этаж.

– Эээй! Есть кто-нибудь? – крикнул Крэйн.

Для меня стало удивительным отсутствие эха в таком огромном помещении. Откуда-то из хаоса раздался громкий звон. Я испугалась и обернулась на звук. Послышалось недовольное бурчание, а затем нашему взору предстала маленькая женщина, состоящая из морщин и кривого горба. Длинные белые волосы были заплетены в тугую косичку, а костлявые пальцы удерживали трость.

– Кто это там? – проворчала она, моргая на нас темными глазами.

Я замерла, не зная, что делать, но лицо Крэйна расплылось в необычайно теплой улыбке, которую я видела крайне редко.

– Тетя Зельда! – крикнул парень, и старуха растерянно посмотрела на него.

– Крэйн?

– Иди скорее ко мне, тетушка, я тебя обниму! Ты опять забыла поесть? Выглядишь на сто двадцать лет, – весело воскликнул экзорцист и подхватил старушку на руки. Он был таким высоким, что поднял ее на несколько сантиметров над землей.

Бабуля вздохнула.

– Ох, здесь было так хорошо и тихо, пока ты не пришел. Разве ты не собирался уехать в Нью-Йорк?

– Меня не было три года.

Она фыркнула.

– Пф, что такое три года? Чих?

– Может, для тебя и чих, но, судя по твоему виду, ты не ела лет пять, – отчитал бабушку Крэйн и усадил на ближайший состарившийся бархатный диван.

– Вечно забываю, – призналась она.

Крэйн бросил на нее странный взгляд.

– Я дам тебе что-нибудь.

– Не обязательно.

– Считай это платой.

– За что?

– За моего друга, – сказал экзорцист и указал на меня. – Тетя Зельда, разреши представить тебе Лиф Янг – моя подруга. Нам нужно платье на сегодняшний вечер.

Я была настолько ошеломлена ситуацией, что просто приподняла руку и смущенно помахала.

– Эм… здравствуйте… мисс? – Взгляд ее остановился на мне, и через секунду я была повергнута в шок: Арканум ее был черным и пах разложением. – Вы демон…

Женщина скептически посмотрела на меня.

– Как и ты, дорогуша, только уточню, я – Стригои.

Я моргнула один раз. Потом еще. Посмотрела на Зельду, потом на Крэйна. Я никогда не видела такого старого вампира.

– Я… простите, не хотела показаться грубой. Приятно познакомиться с вами, мисс Зельда. Но, мисс Зельда, я правильно поняла, что вы – тетя Крэйна?

– Да, это правда. Немного дальняя, но тетя. Я была сестрой прадеда Крэйна, Интенданта Варфоломея.

Я снова стала моргать от полученной информации.

– Вы… ваш брат был Интендантом экзорцистов? – переспросила я. – То есть вы были…

– Экзорцисткой? О да, я была. Некромант. И чертовски хороший некромант, скрывать не стану, – сказала мисс Зельда и рассмеялась. Впервые я обратила внимание на ее зубы. Это были заостренные клыки вампира.

– Простите… я не могу не спросить, но как вы можете быть Стригои, если ваша семья – экзорцисты? – аккуратно спросила я.

Вампирша хмыкнула и посмотрела на Крэйна.

– Расскажи ей, а я пока платье поищу. Какой у тебя размер? Сороковой?

– Сорок второй, – уныло ответила я.

Мисс Зельда кивнула.

– Идите в примерочную, я сейчас подойду.

С этими словами она достаточно шустро исчезла в беспорядке своего магазина.

Крэйн радостно хмыкнул и потянул меня за локоть в глубь помещения.

– Крэйн, что тут происходит? Почему твоя тетя – вампир? – негромко спросила я у экзорциста, а тот лишь хихикнул.

Мы прошли мимо старого пианино, и Крэйн затараторил:

– Не надо смотреть на меня такими глазами. Во всех семьях есть белые вороны, и нет семьи прекраснее на свете, чем та, что ближе всех к дьяволу. То есть – моя семья. Я обожал это место в детстве. Это была моя первая работа, в основном я таскал хлам с места на место, – он снова огляделся вокруг, словно не было ничего очаровательнее в этом мире. – Все было просто замечательно. Мой отец предпочел бы заболеть сифилисом, чем войти в магазин. Тетя Зельда – причина, по которой я стал некромантом.

Парень счастливо выдохнул, и мы миновали более-менее расчищенное место, где действительно располагалась деревянная примерочная. Слева и справа от нее висели грязные зеркала, а рядом стоял старый диванчик, с которого поднялся клуб пыли, когда экзорцист плюхнулся на него.

– Но… как? – спросила я, усаживаясь рядом. Крэйн вздохнул и достал из кармана брюк стеклянную колбочку и перочинный нож.

– Что ты собираешься делать?

Я поспешно отодвинулась, и Крэйн подмигнул мне.

– Не волнуйся. Просто готовлю небольшую закуску.

В следующую секунду он сделал достаточно глубокий порез на предплечье. Рана побагровела, и пошла кровь, которую экзорцист стал умело собирать в колбу.

– Если я – паршивая овца, то Зельде приходится куда хуже, чем мне. Она стала козлом отпущения семейки Парацельс. Сестра Интенданта, ставшая вампиром, причем добровольно.

– Добровольно? – переспросила я, и Крэйн мягко улыбнулся.

Он сжал кулак, чтобы кровь не прекращала идти. Я почувствовала слегка солоновато-сладкий запах.

– Она была некромантом и ответственной за Синдикат Стригои в Лондоне. Она также была той, кто подписал Договор Красной воды.

– Погоди-ка. Что еще за Договор Красной воды? – спросила я.

– Ну, тебя ждет небольшой экскурс в историю. Он тебе нужен, чтобы понять всю картину. Итак, Договор Красной воды был подписан между экзорцистами под предводительством моего предка Интенданта Варфоломея, а также Вриколакс, потомками Синдиката Стригои и Морой. Это одна из причин, почему сегодняшний Лондон именно такой.

– А как появился договор? Что в нем важного?

Крэйн откашлялся.

– Подержи это.

Он вложил мне в руку полный бордовый пузырек, который оказался некомфортно теплым. Экзорцист достал из кармана новый пузырек, углубил надрез и начал заполнять следующий флакон.

– В период с 1560 по 1790 год большая часть Синдикатов Стригои и Морой базировалась во Франции. Популяция вампиров выросла настолько, что от голода они уничтожали целые регионы. К 1770 году они были сильны и смогли уничтожить всех экзорцистов и местную Академию, это позволило нежити беспрепятственно распространяться. Кульминацией всего этого стало принятие тогдашней Дофины Франции Марии-Антуанетты в Синдикат Стригои, который проник в ее дворец.

Я подавилась слюной во рту и прокашлялась.

– Хочешь сказать мне, что Мария-Антуанетта – вампир?

– Да, хочу. Ну да ладно. После этого Франция около двадцати лет находилась под властью нежити, что обескровила и уморила голодом всю страну. В это время Мария-Антуанетта, также известная как le Dauphine sanglant или Кровавая Мария, поднялась на верхушку Синдиката Стригои. Однако примерно в 1790 году экзорцисты из соседних стран организовали контрнаступление, которое завершилось публичной казнью Марии-Антуанетты путем обезглавливания в 1793 году во время Французской революции. Вместе с ней казнили парочку высокопоставленной нежити в Париже. К сожалению, при контрнаступлении действовали дилетанты. Мы все прекрасно знаем, что обезглавливания недостаточно.

– То есть Мария-Антуанетта жива?

– Живее всех живых, – подтвердил Крэйн. – Она бежала в Англию вместе с оставшимися из Синдиката Стригои. Нежить пыталась повторить историю с Францией, но им не удалось внедриться в королевскую семью. Тем не менее популяция нежити снова начала разрастаться, нависая над Англией тучей. Все это привело к стычке, получившей название «Вриколакские бунты». В итоге не только экзорцистам Англии грозила неминуемая гибель, но и Вриколакс под предводительством Марии-Антуанетты. С этого момента ее стали просто называть Дофиной. Так, держи…

Последние слова прозвучали так неожиданно, что я дрогнула, и экзорцист вложил мне в руку еще один пузырек, повторяя процесс в третий раз.

– Что? – спросил Крэйн, заметив мое выражение лица.

– Ничего. Просто никогда не думала, что услышу столько умных слов от тебя, – призналась я, вызывая у экзорциста смех.

– Ты вечно забываешь, что я уже обученный некромант. Я работаю по профессии, милая.

– Ага, – пробормотала я, не отрывая взгляда от пузырьков в руках, боясь пролить кровь. – А какое это отношение имеет к твоей тете?

– Ах, да, точно, тетя Зельда. Ну, надо же было как-то решать проблему, верно? И Интендант послал свою сестру к Дофине для ведения мирных переговоров, в процессе которых она влюбилась в вампира.

– О нет.

– Прям настоящий скандал, согласна? Учитывая, сколько недоверия было между двумя сторонами. В общем, все выплыло наружу, и Дофина сказала, что согласится подписать договор лишь в том случае, если экзорцисты будут готовы предоставить официального посредника и трансформировать его.

– И Зельда вызвалась?

Он кивнул и серьезно посмотрел мне в глаза.

– Вызвалась. Она пожертвовала собой ради мира и любви. В итоге Договор Красной воды был подписан в 1880 году. Всем пришлось идти на компромиссы: Синдикат получил право жить в Великобритании, но под строгим контролем и запретом на размножение. Также для вампиров действовал комендантский час. Взамен Орден предоставлял заранее оговоренное количество крови, уменьшая его, если обнаруживались нарушения договора со стороны Синдиката. Неоднократно происходили восстания нежити в связи с нехваткой крови или ее ограничением, но до сих пор их удавалось подавлять. Мирное сосуществование висит на волоске каждый раз, поэтому Договор Красной воды подписывается заново каждые десять лет, чтобы напомнить вампирам и экзорцистам, насколько важен мир.

Мне нужно было все переварить. Я не отрываясь смотрела на Крэйна и только сейчас поняла, почему его отношение ко мне так отличалось от всех остальных, почему он не возражал, почему его лучшим другом был гомункул. Я наивно полагала, что все действия совершались лишь назло отцу, но это было не так. Это было из-за его тети. Он рос рядом с демоном. Демоном, которого он уважал и, если я не ошибаюсь, любил. Поэтому он реагирует на демонов иначе. От осознания я потеряла дар речи. Мой взгляд перешел к пузырькам с кровью, пока Крэйн продолжал беззаботно болтать.

– С тех пор Зельда является посредником между экзорцистами и Синдикатом Стригои, но ты наверняка понимаешь, что семья моя от нее не в восторге. Все считают ее нашим проклятьем, а я очень люблю ее.

– Потому что ты глуп, мальчик мой, – послышался голос вампира. Она подошла к нам с платьем переливающегося красного цвета в руках.

Все, что я чувствовала сейчас, – глубокое уважение к этой женщине, и в то же время я задумалась о собственной жизни. То, что произошло со мной, было ужасно, но я боролась только за себя, в то время как другие боролись не только за себя, но и за других, при этом жертвуя именно собой.

– В твоей жизни так много демонов, мальчик мой, – заметила мисс Зельда, а затем протянула мне платье. – Вот, дитя, примерь. Мне пришлось прикинуть размер обуви, но, я полагаю, тридцать девятый?

– Большое вам спасибо, должны быть как раз, – сказала я, передав пузырьки Крэйну, и взяла платье в руки.

– Иди переодевайся, иначе опоздаете. Отель Лэнгхам на другом конце города.

Меня удивило, что ей известно, куда мы едем, хотя я понятия не имела, что это за отель.

– Спасибо, – я взяла платье и ушла в кабинку.

Быстро сняв одежду, я вздохнула, увидев свои ноги. Надо было их побрить. По крайней мере, платье достаточно длинное и достает до лодыжек. Прохладная ткань приятно прижималась к коже. Погрузившись в мягкую ткань, которая струилась по спине, я почувствовала, что вырез на спине становится все более глубоким. Я сняла бюстгальтер и влезла в черные туфли на высокой шпильке. Давненько я не ходила в такой обуви и уже предвкушаю, сколько раз я скажу за сегодняшний вечер «ай».

Мягкий шепот Крэйна и его тети донесся до моих ушей, и я неуверенно вышла из примерочной. Экзорцист сосредоточился на мне, осмотрел со всех сторон, а потом довольно улыбнулся.

– Идеально.

– Спасибо, – улыбнулась я в ответ.

Крэйн сжал руку Зельды.

– Я знал, что могу рассчитывать на тебя.

Вампирша лишь хмыкнула и поднесла к губам пузырек.

– На вкус ты похож на моего брата, – заметила она.

– Приму это за комплимент.

– Это он и был. В твоей крови много силы.

На моих глазах женщина стала меняться: морщины на лице разглаживались, веки приподнялись, губы наполнились, появились скулы, а кости с треском выпрямлялись. Даже волосы обрели цвет. Я ошеломленно смотрела на преображение, пока Крэйн передавал своей тете вторую, а затем и третью колбу.

Она выпила все, и через несколько мгновений рядом с экзорцистом на диване сидела потрясающе красивая женщина. У меня чуть челюсть не отпала. Зельда Парацельс была невероятно похожа на своего племянника.

У нее такая же фигура, как у меня, но ни грамма жира на боках, кожа гладкая и бледная, а глаза обладали такой же особенностью, как и у ее племянника, – гетерохромия. Густые ресницы отбрасывали тени на высокие скулы, и женщина распустила косу.

– Лучше.

– Как всегда прекрасна, – заметил Крэйн, и она добродушно похлопала его по ладони.

– Мой добрый, глупый мальчик, однажды твое слабое сердце сведет тебя в могилу. Но ты мне так нравишься, что я приду на твои похороны.

– Я ценю это, – искренне сказал экзорцист, и Зельда усмехнулась.

Она встала, и я не могла оторвать глаз от ее плавных движений, как у танцовщицы.

– Дай-ка я посмотрю на тебя, Лиф Янг, – мисс Зельда обошла меня кругом, дернула за рукава и развернула к себе. – Нам понадобится еще ожерелье и что-нибудь для укладки. Секунду.

Она скрылась в магазине, и я посмотрела на Крэйна, который сразу же улыбнулся мне.

– Спасибо, – поблагодарила я от всего сердца, чувствуя щемящее приятное чувство в груди.

– Это просто платье.

– Я не про платье. За то, что показал мне Зельду, – прошептала я, и экзорцист грустно улыбнулся мне.

– Ты не одинока в своей судьбе. Если не будешь нарываться, то она настоящая душенька. Она поможет тебе, можешь просить у нее совета. Твое дело особенное, но моя тетя специалист по странным делам, – пошутил он.

Я удивленно посмотрела на шкатулку в руках мисс Зельды, когда она вернулась.

– Садись, – сказала она, толкая меня на диван. Она достала расческу и начала водить ею по моим волосам, болтая сама с собой, становясь еще больше похожей на своего племянника. – Так ты тот самый демон, о котором все говорят?

– Обо мне все говорят? – спросила я, поморщившись, когда расческа задела колтун в волосах.

– О, в этом не сомневайся. Сегодняшняя встреча состоится в отеле Лэнгхам, так что приготовься к пристальному вниманию, направленному на тебя.

– Что за отель Лэнгхам? – спросила я. Вампирша достала из шкатулки блестящие заколки и зацепила ими мои волосы.

– Отель Лэнгхам – штаб-квартира Синдиката Стригои. Там пройдет ваше первое испытание в честь продления Договора Красной воды. Дофина очень захочет познакомиться с тобой поближе. Могу лишь посоветовать вести себя с ней как можно более осторожно.

– Вкусного обеда не будет? – грустно спросила я, и мисс Зельда рассмеялась сладко и одновременно прохладно.

– Нет, моя дорогая. Вечер сегодня будет кровавым. Речь идет о политике, власти, престиже. Тебе придется тщательно обдумать, чью сторону ты примешь, потому что это сильно повлияет на твою репутацию среди демонов в Лондоне.

– В каком смысле?

Прохладная кожа мисс Зельды легонько коснулась моей.

– Друг ты или враг.

От ее слов у меня пробежали мурашки.

– Политическая ситуация стала самой напряженной за последние десятилетия, и пока они играют в свои нелепые маленькие игры, они будут внимательно следить за каждым твоим шагом. Ты демон, которого напоказ выставляют экзорцисты. Однако пока вампиры не знают, являешься ли ты хорошо обученной собакой экзорцистов, которую пытаются пропихнуть в ряды демонов в качестве шпиона, или же эта ситуация – признак того, что экзорцисты слабеют. Они также не знают, ты на стороне экзорцистов или демонов. Также они не знают, на что ты способна. Ты – неизвестная переменная в этой игре, что сделает все гораздо интереснее. Жди, что тебя будут пытаться запугать или завлечь, в то время как экзорцисты сделают все возможное, чтобы при каждом удобном и неудобном случае показать свое превосходство над тобой. Они собственноручно отправят тебя в ад и как только поймут, что ты вот-вот погибнешь, – протянут руку помощи и покажут свою благосклонность. Они будут топить тебя, постоянно указывать, что твое место у их ног, потому что ты им обязана жизнью. Поэтому, когда ты войдешь в отель, реши, что ты собираешься делать.