Текст книги "Заклятие для змея Горыныча (СИ)"

Автор книги: Стася Ким

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 13

– Просыпайся, дорогая.

Утро для меня было ранним, лекарь подняла меня в семь утра и помогла собраться. Принесла мне мои вещи, дала небольшой флакончик с зельем и велела принимать одну чайную ложку в день. После этого всего мне разрешено было отправиться домой.

Я посмотрела на вредный портрет на стене рядом с кроватью и заметила, что он значительно уменьшился до размеров моих учебников. Кошки немного поскребли мою душу, и я, решив, что если не заберу его, то потом буду себя винить, всё-таки положила портрет в сумку с учебниками. Её для меня, оказывается, собрала Ярина и передала лекарю ещё вчера. Какая предусмотрительная у меня подруга. Надо будет не забыть сказать ей спасибо.

У выхода из корпуса меня уже ждали. Герман, нервно листая какие-то бумаги в зоне ожидания, поднял на меня глаза, чем сразу смутил. Всё потому, что его взгляд горел. Мужчина словно раздевал меня, напомнив о том, что недавно произошло между нами.

– Я рад, что ты в порядке. – Сказал он, поднявшись со своего места, и передал мне форменный плащ.

– Да, спасибо. Ты проводишь меня на занятия?

Я немного удивилась, всё же он декан, по-идее сейчас его рабочий день, который он тратит на меня.

– Не совсем так, нас ждёт завтрак с семейством Керц.

У меня натурально дёрнулся глаз, уже и забыла, что такое нервный тик. Но тут я не смогла сдержаться. После рассказов Ярины пересекаться с семьёй рода Кощеев не очень хотелось. Вернее, вообще не хотелось. Я нехотя кивнула и взяла мужчину за локоть, который он предложил. Мы находились достаточно близко, я снова ощущала его аромат. И тревожность постепенно сходила на нет.

Мне не сказали, где будет проходить событие. Как только мы прошли через всё учебное здание под округлившиеся глаза студентов, я поняла по направлению, что завтрак предполагался в кабине моего чешуйчатого. Собственно, как я и думала, семейство Керц уже нас ожидало, чинно рассевшись на том самом диване, где я проснулась в первый день своего пребывания здесь. Рядом с ними стоял столик с чаем и разными небольшими закусками.

Помимо блондинки и уже знакомого, так напугавшего меня брюнета, между ними восседал мужчина в чёрном деловом костюме. Своей бледностью и зачесанными назад чёрными волосами он дико напомнил мне наших киношных вампиров. Даже глаза у него были тёмные, они контрастировали с его бледностью, а острый нос хищной формы делал его облик ещё более опасным. Мужчина был высокого роста и жилистого спортивного телосложения. Как я успела заметить, все, кто имел отношение к корпусу Кощеев, имел схожий тип внешности. Отталкивающий.

И дело далеко не в чертах лица, в них, конечно, тоже имелось что-то общее. Куда больше напрягал взгляд, он пробирался в душу, вызывая неприятный липкий холодок в районе спины. Тёмный цвет глаз добавлял этому ощущению больше тревожности.

Мужчина при виде меня поднялся и слегка кивнул. Я так понимаю, это для него было единственное приветствие, которого я достойна.

– Добрый день, Герман, рад вас видеть.

От жениха не укрылось пренебрежительное отношение ко мне. Он слегка поморщился, словно съел лимон.

– Не сказал бы, что это взаимно.

Мужчина замер, не решаясь вступать в открытую пикировку, и только тогда обратил внимание на меня.

– Собина Яг. – Обратился он ко мне и попытался поцеловать руку, которую я тут же отдернула.

Мужчина поднял на меня злой взгляд, но руки убрал. Герман сёл в кресло рядом со столиком, которое придвинул от своего рабочего стола. Я поняла, что больше мест нет, и невольно напряглась, что придётся соседствовать с неприятным семейством. Но Герман удивил всех присутствующих. Медленно поцеловав мне руку, он усадил меня к себе на колени. От этого у меня тут же загорелись щеки, а сердце сделало кульбит. Такой жест, судя по вытянутым лицам присутствующих, был не совсем приличным.

Младшие уткнулись лицом в свои чашки, предварительно хмыкнув. Старший представитель семейства остался невозмутим.

– Что ж, уважаемые, я думаю, то недоразумение, которое случилось в Академии, решается простыми извинениями. – Сразу взял быка за рога Керц.

– Вы издеваетесь!? Он меня лапал! – Возмущению не было предела, и только объятия Германа не позволяли сорваться и вылить горячий чай прямо в напыщенную морду.

Герман вложил в мои пальцы чашку и тихо шепнул на ушко, прося успокоится. Я постаралась довериться и замолчала.

– Я не думаю, что достаточно извинений. Если бы это был договорной брак, то, возможно, мы ограничились бы тем, что ваш племянник не знал, в чем дело. И извинения были бы приняты. Но он прикоснулся к "моей паре", сделал ей больно, а это уже совсем другой разговор.

На секунду мне показалось, что в глазах жениха снова полыхнуло уже знакомое пламя. Родион после его слов, кажется, подавился и начал надсадно кашлять. Я не знала, что значит эта "моя пара", но понимала, что статус явно отличается от простой невесты. Остальные, судя по опущенным уголкам губ и недовольному прищуру, тоже поняли, что так просто этот вопрос не решить.

А Герман продолжил:

– Помнится, мой прадед за прикосновение к своей женщине казнил несколько особо нерасторопных князей. А мой дядя Родерик казнил за любой косой взгляд на его жену, да что там, он казнил даже за сплетни о ней. За всё, что могло расстроить его пару. – Говорил Герман медленно, тягуче, но каждым словом давая понять, что грозит собеседникам.

– Я думаю, подвиги ваших родственников слегка преувеличены. – Керц не стушевался. Чем разжег ещё большее пламя в моём драконе. Мне на секунду показалось, что Герман стал горячим. Я словно к радиатору прислонялась, можно было обжечься.

– Смеете сомневаться?

Я кожей ощущала напряжение во взглядах собеседников, обстановка накалялась. Казалось, сейчас Герман снова вспыхнет, как тогда, в столовой, и я прижалась к нему плотнее, слегка погладив по руке, чтобы этого не допустить.

Герман поднял на меня глаза, и я отчётливо увидела, как его зрачки меняют форму, чётко вытягиваясь в полоску, становясь похожими на змеиные, а радужка глаза вспыхивает золотым цветом. Завораживающее зрелище. Я почувствовала волнение, и вдруг пришло чёткое осознание того, что жених не просто сдерживается, он на грани. Усталость, злость, раздражение, все эти эмоции принадлежали не мне, я удивлённо распахнула глаза, а поток эмоций продолжал заполнять сознание. Я поняла, что мой жених имеет только одно желание, остаться со мной наедине. Щемящая нежность, идущая от мужчины, заставила улыбнуться. Приятно, что наша симпатия взаимна, я немного сомневалась. Сейчас сомнения стали сходить на нет.

– Вальдемар, я думаю, наказание вашего внука должно быть равным его преступлению. – Герман говорил холодно. Тон, которым он сейчас разговаривал, не терпел возражений, слова падали как камни, придавливая своей тяжестью собеседника.

Вальдемар поморщился, но больше ничем своего недовольства не показал.

– У меня есть для вас выбор. Либо позорное отчисление, либо…

– Мы выбираем второй вариант. – Сказал старший Керц не задумываясь, нервно отхлебнул чай, мне даже показалось, что под взглядом Германа он едва не подавился этим напитком.

– Но вы даже не дослушали.

– Неважно, для нашей семьи главное репутация, вы должны понимать, что никакое наказание не идёт в сравнение с отчислением. Даже если вы пошлете его мыть конюшни, наш титул это не отменит.

Лицо парня, до этого момента молчавшего, показательно вытянулось, он явно не был согласен с доводами своего родственника. Крис же пакостно ухмыльнулась, словно всё происходящее приносило ей удовольствие. Воистину, некоторые люди неисправимы. Герман довольно улыбнулся, словно ожидал такой поворот событий, я почувствовала, как его напряжённое тело расслабляется.

– Ваше решение значительно упрощает дело. Отныне Родион Керц будет иметь для всех неказистую внешность, я бы даже сказал уродливую. Пока хотя бы одна девушка не возляжет с ним добровольно, заклятие не спадёт.

– Какого чёрта! Я не согласен! Отчисляйте!

– Заткнись, щенок. – Старший Керц остался невозмутим.

Я кожей ощутила ненависть, шедшую от мужчины. Но внешне Вальдемар остался невозмутим.

– Что ж, спасибо за ваше… кхм, великодушие. Встретимся с вами в суде на обжаловании вашего наказания. Даже для ректора академии то, что вы предлагаете, недопустимо.

– Возможно. – Не стал отнекиваться мой жених. – Однако, когда Родион выйдет из моего кабинета, его внешность изменится, и отменить вы этого не сможете. Этот урок он должен запомнить. Никто не смеет причинять боль женщинам моей семьи. На этом у меня всё.

Герман полностью переключил своё внимание на меня, крепко обнял и, склонившись к ушку, шепнул несколько комплиментов. Настроение начало стремительно подниматься.

Керц ещё некоторое сверлил нас взглядом, но потом вместе со своими красными от злости спутниками удалился из кабинета, громко хлопнул дверью.

– Жёстко ты с ними, они нас теперь возненавидят.

– Не без этого, наверное мне стоило просто их сжечь, как я изначально планировал. Но я подумал тебе это не понравилось бы.

– Ты прав. Герман, твои зрачки. – Я не знала, можно ли на такое указывать и опустила глаза вниз на наши сцепленые руки. Пока длился разговор, мы так друг друга и не отпустили.

– Ничего, я просто немного разозлился. Наглость некоторых не знает границ.

– Я понимаю.

– Может сходим на свидание?

– Давай.

Все-таки Герман умеет удивлять своими предложениями. После моих слов его зрачки вновь стали нормальными. Услышав мой ответ, он крепко меня обнял, едва не упав с кресла. Мы немного посмеялись.

– Куда пойдём?

– Это будет сюрприз, а сейчас тебе пора бежать на пары.

– Да… – Я с тоской посмотрела на накрытый столик. – Жаль, чая попить так и не удалась.

Герман нахмурился.

– Чай уже остыл, дай мне секунду. – Он поцеловал меня в макушку и вышел из кабинета.

Через несколько минут Герман вошёл в кабинет с подносом, на котором красовался уже другой чайник и чашки, а ещё тарелка с обалденно пахнущими пирожками. Желудок заурчал. Мужчина улыбнулся и поставил поднос передо мной.

– Герман, ты волшебник.

– Для тебя, маленькая, я готов быть кем угодно.

Смеющийся мужчина меня немного смутил. Смеялся Герман красиво, ямочки на щеках делали его просто милашкой. Герман медленно покорял моё сердце, с одной стороны это пугало, с другой мне нравилось это всё. Эта его ревность до мурашек, меняющиеся глаза, красивое тело, его уверенность в своей силе и то, как он бережно ко мне относится– всё это вызывало желание доверять. И сейчас, глядя на него, такого простого, жующего пирожок с чаем, я поняла, что если ещё немного задержусь, пары снова пройдут мимо меня.

Герман протянул мне пирожок, и я откусила не задумываясь.

– Мм, с малиной.

– Да, надеялся, что угадал.

– Угадал, я обожаю малину.

Герман улыбнулся, и я таяла, сидя у него на коленях, куда он меня вернул сразу после того, как принёс чай. Глаза моего мужчины снова сверкнули. Когда случился поцелуй, я резко потеряла ориентацию в пространстве. Всё-таки целовал Герман очень страстно, вкус малины добавлял поцелую романтичной пикантности. Когда я начала отвечать взаимностью, в порыве оказаться ближе случайно задела чашку на столике, та упала и разбилась с мелодичным звоном. Поцелуй прервался.

– Извини, надеюсь, это был не мамин сервиз? – Решила пошутить я.

– Нет. – Ответили мне хрипло. Герман после наших поцелуев был слегка растрепан, но доволен. Он поправил рубашку, чмокнул меня в нос и отправил учиться, а сам принялся убирать осколки.

– До вечера, Герман.

– До вечера, маленькая Яга. – Сказал он мне с тёплой улыбкой, я наконец нашла силы выйти из кабинета и пойти учиться.

Глава 14

На пары шла, витая в облаках. Нет, конечно, я не думала забивать на учёбу из-за отношений, научиться новому хотелось. Но мысли то и дело возвращались к Герману и его горячим поцелуям. Именно благодаря свой беспечности я и угодила в ловушку в одном из коридоров. Увидев фигуру ученика, я хотела спросить дорогу до аудитории, потому что в списках, которые лежали в сумке, были только номера кабинетов. И наткнулась на максимально уродливого парня, лицо которого сложно было описать словами. Из особо запоминающегося это то, что на всю правую часть лица у него был ожог. Уже старый, покрывшийся рубцами, но весьма внушительно и ощутимо портящий его внешность. Я присмотрелась повнимательнее и наконец-то поняла, кто передо мной. Родион Керц собственной персоной. Иллюзия Германа добавила ему несуществующее увечие, весьма правдоподобное, кстати. С учётом того, что Герман хотел сжечь парня, такой шрам, украшающий большую часть лица, весьма символичное наказание. Которое явно не работает, раз он стоит здесь и, полыхая ненавистью, смотрит в мою сторону.

Я отступила на шаг. Парень, явно запомнивший урок о неприкосновенности, подошёл ко мне вплотную. Настолько, что его дыхание опалило мне лицо.

– Думаешь, победила? Дешёвка! Такая. как ты, не может быть его парой, будь уверена! Когда он тебя выкинет, тебе конец. – С этими словами он ещё раз обжёг меня полным ненависти взглядом, развернулся и быстро зашагал прочь.

К своему стыду, я испугалась. Такая ненависть – я ощущала её каждой частичкой своего тела. Она была отвратительной и неправильной. После эмоций Германа я парила и чувствовала лёгкость, даже несмотря на то, что чувствовала злость и раздражение своего дракона. А после эмоций Керца меня словно в грязь окунули, срочно захотелось помыться с мочалкой, чтобы кожу натереть до скрипа и чистоты. Я несколько минут постояла, прислонившись к стене, дабы успокоиться. И после все-таки пошла искать нужную аудиторию. На пару я опоздала, впрочем, преподаватель на моё опоздание отреагировала понимающе, упомянув, что некоторые пары первое время не могут оторваться друг от друга. И тут я поняла, что все в курсе моего статуса невесты. И судят именно по нему. Немного обидно, но, надеюсь, если покажу, на что способна, это пройдёт.

Первая пара прошла быстро. Тут мы разбирали основные дисциплины и знания, которыми мы должны обладать. От знания растений и зельеварения до всевозможных видов гадания.

Знать должны всё, но пользоваться можно тем, что получается лучше всего. Мне, например, приглянулись в качестве инструмента гадания скандинавские руны старшего Футарка. Тянуло меня именно к ним. Преподаватель выбор одобрила. На половине пары мне стало жутко неудобно, имя учителя я спросить не удосужилась, справедливо рассудив, что узнать ещё успею.

Пара была вводной, в основном для подготавливающихся к поступлению новичков. Именно поэтому я не нашла в аудитории свою соседку. Как мне объяснили, я буду учиться с первым курсом и дополнительно посещать вводные занятия. С одной стороны, это достаточно удобно, с другой, учиться я должна была так, как-будто мне не нужно даже есть.

Столько было всего записано в мой табель. У меня в вузе столько пар не было. Следующие занятия я посещала уже с первым курсом, даже старательно всё записывая о травах, рунах, оберегах и талисманах, я ни черта не понимала. Пересказать могла, на память никогда не жаловалась. Но вот сделать руническую формулу уже нет. Формулы из рун дико напоминали линейное уравнение с неизвестным решением. Проще всего было с оберегами и прочими вещами, которые нужно было изготавливать с определёнными целями. Там не было формул, не считая фаз Луны. Например, вещи, которые должны приносить удачу, лучше изготавливать на растущую Луну, потому что тогда магия начинает расти и входит в силу. Бытовые очищающие амулеты лучше делать на убывающую Луну. Также надо обращать внимание на дни, намерения и материалы изготовления, которые тоже играют важную роль.

Помимо этого, мы ещё изучали дорогие ингредиенты, такие как перо жар-птицы, чешую русалки, усы дракона. Оказывается, наши сказки были отголоском материи этого мира. И не имеют ничего общего с реальностью. Были ещё пары, где развивали взаимодействия со стихиями. К вечеру моя голова натурально закипала, а от усталости я валилась с ног. В комнату возращалась вместе с соседкой, которая уверяла меня, что тяжело только сначала. А ещё она обещала помочь мне со всем. Это радовало и внушало надежду, что учиться я буду хотя бы на средний балл, совсем скатываться и быть в отстающих мне не хотелось.

Приняв душ, я почувствовала себя куда как бодрее, оказывается, в воде специальные травки, заговоренные для бодрости и улучшения кожи и волос. Это очень удобно. Вышла из душа и сразу – лучшая версия себя, без прыщей, чёрных точек, шелушений и прочих проблем, с которыми я вечно сталкивалась, будучи дома. К свиданию готовилась с волнением. Ярина исполняла долг подруги и с завидной регулярностью давала мне в руки явно уменьшенные версии платьев. Потому что в них либо грудь была наружу, либо бельё видно. Нет, платья были красивые, дорогие. Но хотелось быть не только сексуальной, но и не претерпеть конфуза в виде случайно выпавшей сиськи. Видала я во времена студенчества такие истории. Не была на месте этих девушек, но со стороны было заметно, что им очень стыдно. Я никогда не забуду, как на студенческой весне у Даши, моей одногруппницы, порвался топ. Как сейчас помню, мы танцевали танец в блестящих топах-бра с застежкой на шее, у нас ещё были серебристые лосины с высокой посадкой, скрывающие живот, и чёрные босоножки на каблуках. После танца начиналась конкурсная программа, мы с Дашей воодушевленно проигрываем текст, и тут я слышу лёгкий треск. Боковым зрением замечаю, как с одногруппницы начинает падать топ, оголяя грудь, что вызывало у присутствующих удивление. Поймать топ ей удалось, мы перевели ситуацию в шутку, но ей потом долго это припоминалось.

Хочу ли я на первом свидании испытать что-то подобное? Однозначно нет. Конечно, те платья, что у меня шкафу не топ-товары с озон. Но какая разница, зная свою способность попадать в неловкие ситуации, я предполагала, что может случится всё что угодно из разряда "нарочно не придумаешь". Поэтому когда я увидела в её руках белое платье из блестящей ткани, которая переливалась, словно в ней есть крупинки серебра, длиной до колена, небольшим вырезом сбоку и открытой спиной, я решила, что это будет именно то платье, которое я сегодня надену на первое свидание. Платье было слегка прозрачным. И всё застопорилось на поиске подходящего белья. Дело в том, что всё бельё, подходящее по цвету, было сплошным набором ленточек и кружева. На мой взгляд, оно было не совсем удобным. Перерыв несколько коробок, я поняла, что другого нет и взяла первый попавшейся комплект.

Надев его и посмотрев на себя в зеркало, я почувствовала себя уверенной, красивой и сексуальной. Все-таки вещи дают плюс к самоощущению, нет, не к самооценке, но к настроению определённо да.

В моей жизни были разные периоды, в том числе, когда я покупала самое дешёвое бельё. И только купив однажды дорогое и качественное, я наконец-то поняла, насколько это разные ощущения. Сейчас на мне красовался белый комплект тонкого кружевного белья, состоящий из бюстгальтера браллет и трусиков модели деван-дерьер, которые выгодно подчёркивали мои бёдра. Всё-таки правильно подобранное бельё делает фигуру более привлекательной. Комплект нежный и мягкий на ощупь, отлично сидит и практически не ощущается на теле. Я покрутилась перед зеркалом и надела платье. Платье полностью легло по фигуре, вырез игриво показывал колено, прозрачные рукава придавали образу воздушности. Я развернулась к зеркалу спиной и выдохнула, вырез на спине был неглубоким и бюстгальтер было не видно. Мне бы не хотелось переодеваться, тем более скоро уже должен был явиться Герман.

– Ты выглядишь потрясающе, хотя, думаю, могла просто пойти в бельё.

Я кинула в соседку подушку, та засмеялась, но увернуться не успела. Пока мы дурачились, в дверь постучали. Я обула белые туфли, которые Ярина последними достала из коробки, и побежала открывать.

Герман стоял на пороге нашей комнаты с красивым букетом каких-то золотых цветов, которые он сразу вручил мне. На нём была белая приталенная рубашка и брюки слаксы серого цвета.

– Ты прекрасно выглядишь. – Сказал он хрипло после того, как рассмотрел меня с головы до пяток.

– Ты тоже. – Я улыбнулась, он и правда отлично выглядел.

Я занесла букет в комнату.

– Накинь верхнюю одежду.

– Зачем?

– Мы отправимся в город.

Я удивилась, но виду не подала. Быстренько надела сапоги и накинула шубку. Шапка не предусматривалась, вместо неё был огромный капюшон с меховой отделкой и шарф. Как только оделась, почувствовала, как жарко в помещении. Ярина опасливо покосилась на дверь, она всё ещё использовала диван как убежище, и тихо шепнула:

– Удачи.

Я помахала ей и вышла к Герману.

– А где твои вещи?

– На мне. Осталось только пальто.

– А где оно?

– У охраны.

– Нам нужна охрана?

– Конечно, я же не сам еду в город, а с невестой. Я, знаешь ли, хочу беречь своё сокровище. – Сказал он, проникновенно заглянув мне в глаза, и взял за руку. Я почувствовала, как покраснели щеки.

У выхода нас ждали несколько мужчин в форме из кожи и меха, чём-то похожих на викингов. На поясе у них висели мечи, а на шее красовались какие-то камни. Наверное, так здесь выглядят артефакты. Герману подали пальто, которое он тут же надел, и мы отправились к нашему транспорту – на этот раз нас ожидала карета. Всё-таки я оделась немного не по сезону. Сразу начала ощущать, как ноги в колготках мёрзнут. В карете было тепло, но дрожь от внимательного взгляда жениха скрыть не удалось.

– Иди ко мне.

Он усадил меня к себе на колени и постучал три раза в дверь кареты, через пару минут один из охранников принёс нам плед. Надо было видеть мои глаза в тот момент.

– Это как? – Спросила я, пока меня укутывали в пушистую ткань.

– Это ментальный приказ, дорогая, потом я тебя этому научу.

– А "потом" – это когда?

– После свадьбы, маленькая, после свадьбы.