Текст книги "Предатель. Ты солгал всем (СИ)"
Автор книги: Стася Бестужева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)
Глава 20
Глава 20
Когда я выхожу из офиса адвоката в груди разливается странное чувство… смесь облегчения, радости и какой-то щемящей грусти. Как будто я вдруг осознала, что целая глава моей жизни подошла к концу. Глава, полная боли, страха и отчаяния. Но также и надежды, любви, силы.
Сев в машину, я набираю номер Алины. Ей первой хочу сообщить новость.
– Мам? Ну что? – дочь отвечает после первого гудка. В ее голосе тревога пополам с надеждой. Бедная моя девочка, сколько ей пришлось пережить за эти месяцы. Они со всеми нами.
– Все хорошо, милая, – говорю я, и слезы сами собой наворачиваются на глаза. – Дело закрыто. Кирилл свободен.
В трубке повисает долгая пауза. Потом судорожный вздох и всхлип.
– Мам, господи... Мамочка...
Алина плачет, и я плачу вместе с ней. Плачу от облегчения, от осознания, что самое страшное позади. Что жизнь моего сына, моя жизнь, наша семья… спасены.
– Поверить не могу... – лепечет дочь сквозь слезы. – Столько всего было, столько всего... А теперь все закончилось?
– Да, милая. Самое страшное уже позади. Теперь нам предстоит долгий путь... Нужно помочь Кириллу восстановиться, вернуться к нормальной жизни. Нам всем нужно учиться жить заново. Но мы справимся. Обязательно справимся. Потому что мы вместе.
– Конечно, мам. Мы теперь всегда будем вместе. Ты, я, Кирилл, Маша. Мы справимся со всем. Мы ведь такие сильные, да?
Я улыбаюсь сквозь слезы. Господи, когда моя маленькая девочка успела так повзрослеть? Стать такой мудрой, такой храброй?
– Да, милая. Мы очень сильные. Сильнее, чем сами о себе думали.
Мы долго говорим… о планах, о будущем, о том, что теперь изменится. Голос Алины постепенно теплеет, обретает живые, радостные нотки. Я слушаю ее и чувствую, как сердце наполняется светом. Несмотря на все, что нам пришлось пережить, мои дети – мое главное сокровище и радость. И теперь, когда опасность миновала, я сделаю все, чтобы сохранить эту радость. Оберегать ее, как зеницу ока.
Следующие несколько дней проходят как в тумане. Встречи, звонки, оформление документов. Забрать Кирилла из СИЗО, отвезти его на первый сеанс к психотерапевту, договориться о программе реабилитации. Столько всего нужно сделать, решить, предусмотреть. Но теперь мне все по плечу. Теперь, когда страх и неизвестность больше не давят многотонным грузом, я чувствую в себе силы свернуть горы.
И я сворачиваю. Шаг за шагом, день за днем. Незаметно вливаюсь в рабочий ритм в новом издательстве. Моя колонка о женских судьбах становится одной из самых популярных, приходит первое предложение об издании книги. Я веду семинары, тренинги, делюсь своей историей, вдохновляю других женщин. И сама вдохновляюсь, глядя на их преображение, их путь к внутренней силе.
Постепенно жизнь обретает новый смысл, новые краски. Мы с Алиной становимся еще ближе, делимся всем, поддерживаем друг друга. Кирилл выглядит лучше с каждым днем, возвращается интерес к учебе, к жизни. Он начинает улыбаться, шутить – впервые за долгое время я вижу проблески прежнего, веселого и доброго Кирюши. Маша во всем помогает, часто приезжает, водит младших по врачам, в кино, по магазинам. Мы много разговариваем, проводим время вместе – как настоящая семья. Та семья, которую я всегда мечтала иметь.
И только одно черное пятно омрачает эту идиллию. Анатолий. Мой бывший муж, отец моих детей. Человек, предавший все, что у нас было, разрушивший нашу семью. Он не появляется, не звонит, не пытается увидеться с детьми. Как будто вычеркнул нас из своей жизни, как неудачный эпизод. Хотя нет, даже не так. Просто заменил на другую семью – молодую любовницу, ребенка, которого она, по словам Лены, ждет от него.
Я стараюсь не думать об этом, не бередить старые раны. В конце концов, он сделал свой выбор. Дети уже взрослые, я не стану настраивать их против отца или запрещать общаться. Но и принуждать прощать, принимать тоже не буду. Пусть решают сами. А я... Я должна идти вперед. Ради себя, ради своего будущего.
И все же какая-то часть меня не может смириться, отпустить. По ночам, когда я лежу без сна, перед глазами встают картины прошлого. Наша свадьба, рождение детей, семейные праздники, отпуска. Неужели все это было ложью? Неужели он никогда не любил меня по-настоящему?
Эти мысли отравляют, разъедают душу. Но я не даю им воли. Нельзя застревать в прошлом, нельзя жить обидой и ненавистью. Нужно искать новый смысл, новую опору. И однажды я ее нахожу. Самым неожиданным образом.
Это случается на одном из моих семинаров. Я только закончила выступление, отвечаю на вопросы, и вдруг замечаю в толпе знакомое лицо. Высокий мужчина с проседью в висках, внимательные карие глаза, волевой подбородок. Я видела его пару раз мельком, он всегда сидел в последних рядах, не задавал вопросов. Но сейчас он подходит ко мне, протягивает руку.
– Ксения? Меня зовут Михаил. Я... Я уже давно хотел с вами поговорить. Поблагодарить вас.
Я удивленно смотрю на него, пожимая протянутую ладонь. Поблагодарить? За что?
Как будто прочитав мой немой вопрос, он улыбается – открыто и как-то грустно.
– Видите ли, моя покойная жена... Она очень любила ваши статьи. Всегда их вырезала, перечитывала. Говорила, что вы даете ей силы бороться. Мы потеряли ее два года назад. Рак, неоперабельный. Но до последнего вздоха она сражалась. И во многом благодаря вам.
У меня перехватывает горло. Я смотрю на этого мужчину… уже немолодого, но такого красивого и печального, и вдруг понимаю, насколько он мне близок. Его боль, его потеря – все это так знакомо, так откликается в душе.
– Мне очень жаль, – тихо говорю я, сжимая его руку. – Правда, очень жаль. И я благодарна, что смогла хоть чем-то помочь вашей жене. Поддержать ее.
Он кивает, на миг прикрывая глаза. А потом снова смотрит на меня – прямо, открыто.
– Ксения, я пойму, если вы откажете... Но могу я пригласить вас выпить кофе? Мне бы очень хотелось поговорить с вами. Рассказать о Тане... и, может быть, услышать вашу историю. Если вы не против.
Секунду я колеблюсь. Мой привычный страх, неуверенность так и нашептывают: откажись, беги, ты не готова, слишком рано. Но что-то в его взгляде, в его голосе заставляет меня задвинуть эти страхи подальше. Кто знает, может, это и есть мой шанс? Начать все сначала, впустить в свою жизнь что-то новое?
– С удовольствием, – отвечаю я и улыбаюсь. Смело и открыто, так, как уже давно себе не позволяла. – Я знаю одну хорошую кофейню неподалеку.
Мы идем по улице, разговаривая так, будто знакомы сто лет. Mikhail рассказывает о жене, о ее болезни, о том, как ему приходится в одиночку растить двоих детей. Я делюсь своей историей, говорю об изменах мужа, о нашем разводе, обо всем, через что пришлось пройти. И чем дальше, тем больше понимаю… передо мной тот, кто действительно может меня понять. Не осудить, не пожалеть свысока, а именно понять. Потому что сам прошел через боль и потери.
За разговорами мы не замечаем, как пролетает время. Уже вечереет, когда мы выходим из кафе… взбудораженные, переполненные эмоциями и какой-то неясной надеждой.
– Спасибо вам, Ксения, – Михаил берет мои руки в свои на прощание. – За этот разговор, за то, что поделились. Не знаю, чувствуете ли вы то же, что и я... Но мне кажется, это начало чего-то очень важного.
Его слова вторят моим мыслям. Да, это начало. Возможно, начало моей новой жизни. И я хочу в нее шагнуть: смело, решительно. Несмотря на все страхи и сомнения.
– Я чувствую то же самое, – тихо отвечаю я. – И я хочу продолжить наше общение, Михаил. Давайте... давайте пробовать. Шаг за шагом.
Он улыбается, сжимая мои пальцы. В его глазах я вижу отражение своей надежды.
– Договорились. Шаг за шагом.
Мы прощаемся, и я ловлю себя на странном чувстве. Легкости, окрыленности, какого-то душевного подъема. Как будто что-то сдвинулось с мертвой точки. Как будто жизнь, так долго казавшаяся беспросветной, вдруг заиграла новыми красками.
Конечно, я понимаю, что наивно полагать, будто все сразу наладится. Что одна встреча может в корне все изменить, залечить все душевные раны. Но это первый шаг, первый луч света. И я хочу за него держаться.
Потому что я научилась бороться. Научилась не сдаваться, идти до конца. И теперь я точно знаю – нет ничего невозможного. Было бы желание жить, любить, становиться сильнее. А его у меня теперь хоть отбавляй.
Я шагаю по вечерней улице, вдыхаю морозный воздух, ловлю губами редкие снежинки. И чувствую, как сердце наполняется надеждой.
Что бы ни ждало впереди… я справлюсь. Потому что я… это я. Ксения. Мать, подруга, женщина. Бесконечно сильная и стойкая. Готовая принять новую себя и новую жизнь, во всей ее непредсказуемости.
И пусть весь мир подождет. Я иду навстречу счастью. Своему личному, выстраданному, заслуженному счастью.
А все остальное... Да будь оно неладно.
Глава 21
Глава 21
Утреннее солнце врывается в окна моего нового кабинета, освещая строгую и элегантную обстановку. Кто бы мог подумать ещё пару месяцев назад, что из домохозяйки и жертвы обстоятельств я превращусь в успешного автора колонки в крупном издательстве? Что моя боль и опыт станут источником вдохновения и поддержки для тысяч других женщин?
Но вот я здесь. Сижу за большим столом красного дерева, просматриваю свежие газеты в поисках новых историй, новых судеб. И внезапно мой взгляд цепляется за знакомое имя на страницах экономического раздела. Анатолий Смирнов, генеральный директор крупной строительной компании, подозревается в финансовых махинациях...
Сердце пропускает удар. Анатолий? Махинации? Этого не может быть. Или может? За годы брака я привыкла видеть в нем идеального семьянина, успешного бизнесмена. Но после его предательства уже ни в чем не уверена. Неужели та маска, что я принимала за истину столько лет, скрывала ещё более тёмные секреты?
Руки слегка дрожат, когда я дотягиваюсь до телефона. Этим же утром договариваюсь о встрече с журналистом, писавшим статью. Мне нужно знать больше. Если Анатолий и правда замешан в чем-то незаконном... Что ж, видимо, это судьба даёт мне шанс. Шанс не просто освободиться, но и восстановить справедливость.
Разговор с журналистом только укрепляет мои подозрения. По его словам, в прокуратуру поступил анонимный сигнал о серых схемах в компании Анатолия. Завышение смет, вывод средств в офшоры, подставные фирмы-однодневки. Классический набор для тех, кто хочет нажиться за счёт других.
– Пока это только слухи, – предупреждает меня собеседник. – Доказательств маловато. Но если информация подтвердится, тут такое начнется... Репутация вашего бывшего мужа будет уничтожена.
“Бывшего мужа”. Как непривычно и горько звучат эти слова. Неужели наш брак, наша семья стоили так мало, что он готов был разменять их на интрижку и подлость в бизнесе? От этой мысли внутри поднимается тёмная волна. Обида, злость, жажда мести. Я хочу, чтобы он заплатил. За всю ту боль, что причинил мне. За слезы наших детей. За разрушенное доверие и искалеченные судьбы.
Тем же вечером я начинаю собственное расследование. Используя старые связи Анатолия, оставшиеся в моей записной книжке, аккуратно наводя справки через знакомых. Крупица за крупицей, собираю доказательства его махинаций. Тайком пробираюсь в наш бывший дом, подбираю забытые им в сейфе бумаги. Зацепка за зацепкой, выстраиваю картину обмана и преступлений.
Я словно раздваиваюсь. Днём я все та же Ксения – любящая мать, вдохновляющий автор, сильная женщина. Но ночами я превращаюсь в мстительницу, скрупулёзно готовящую возмездие для человека, разрушившего мою жизнь. Эта тайная миссия придает мне сил. Даёт цель. Не даёт раскиснуть и забыть, через что мне пришлось пройти.
Но где-то в глубине души я понимаю – одной местью сыт не будешь. Мне нужно искать и другие точки опоры. Учиться не только разрушать прошлое, но и строить будущее. И судьба, словно услышав мои мысли, подбрасывает мне подсказку. Совершенно неожиданную, но такую своевременную.
Шаг за шагом. К новой жизни, к новой себе. Параллельно с расследованием и планами мести, я начинаю выстраивать хрупкий мостик к чему-то светлому. Михаил становится моим другом, моей поддержкой. На наших встречах, прогулках, задушевных беседах я впервые за много лет чувствую себя по-настоящему живой. Вспоминаю, каково это – доверять и мечтать.
Но впереди ещё много испытаний. Борьба с прошлым и поиск будущего. Смогу ли я довести задуманное до конца? Разрушить Анатолия, не разрушив себя? Дать шанс новой любви, не предав память о старой?
Время покажет. А пока я просто делаю то, что должна. Иду вперёд. Верю в себя. И не забываю главный урок, преподанный мне судьбой.
Я Ксения. Мать, подруга, женщина. Несгибаемая и несокрушимая. Готовая преодолеть все.
И теперь весь мир об этом узнает.
***
Расследование продвигается семимильными шагами. Чем глубже я копаю, тем больше грязи всплывает на поверхность. Оказывается, финансовые махинации были лишь вершиной айсберга. Анатолий не гнушался и другими способами “оптимизации” бизнеса… взятки чиновникам, подкуп проверяющих органов, использование некачественных материалов в строительстве. Десятки, сотни документов, свидетельствующих о его преступлениях. Как он умудрялся столько лет скрывать свое истинное лицо? Носить маску порядочности, разыгрывать идеального семьянина?
Иногда мне хочется позвонить ему, закричать в трубку: “Я все знаю! Знаю, какой ты на самом деле!”. Но я сдерживаюсь. Месть… это блюдо, которое подают холодным. Пусть думает, что все схвачено. Пусть чувствует себя неуязвимым. Тем слаще будет его падение.
И пока я терпеливо собираю доказательства его вины, жизнь преподносит мне неожиданный сюрприз. Михаил, ставший за последние недели моим близким другом, вдруг переходит к решительным действиям. Приглашает на романтический ужин при свечах, дарит цветы, признается, что я – первая женщина после смерти жены, с которой он может быть собой. С которой чувствует надежду и радость.
– Ксения, – его глаза смотрят пронзительно и нежно, – я знаю, как тяжело открыться после предательства. Как страшно снова довериться. Но жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на страх. Ты удивительная, сильная, прекрасная. Я восхищаюсь тобой. И очень хочу быть рядом. Если ты позволишь.
Его слова находят отклик в моей душе. Трепет, волнение, желание рискнуть. Впустить в сердце нечто новое, неизведанное. Я смотрю на Михаила и вижу в нем то, чего так недоставало в Анатолии все эти годы. Искренность. Надёжность. Готовность быть партнером, а не хозяином.
– Я тоже этого хочу, – слышу свой шепот будто со стороны. – Давай пробовать. Шаг за шагом.
И мы пробуем. Встречаемся чаще, узнаем друг друга глубже. Говорим не только о прошлом, но и о будущем. Строим планы, делимся мечтами. Я знакомлюсь с его детьми – двумя чудесными мальчишками, так похожими на отца. Он с замиранием сердца ждет встречи с моими.
Первое знакомство проходит напряженно. Кирилл и Алина настороженно относятся к новому мужчине в жизни матери. Еще слишком свежи воспоминания об отцовском предательстве. Но Михаил находит подход к каждому – с Кириллом говорит о машинах и футболе, с Алиной – о живописи и путешествиях. Постепенно лед тает, и я с облегчением вижу, как дети оттаивают, начинают общаться более свободно...
Только Маша держит дистанцию. Ее недавний опыт с разводом родителей научил не доверять изменениям. Но и она не может долго сопротивляться обаянию и искренности Михаила. Особенно когда он приглашает всех нас на семейный пикник и проводит целый день, играя с детьми в мяч, жаря шашлыки, рассказывая забавные истории.
– Он хороший человек, мам, – говорит мне Маша на обратном пути. – Не похож на... на папу. Но будь осторожна, ладно? Я не хочу, чтобы тебе снова сделали больно.
Я обнимаю дочь, тронутая ее заботой:
– Спасибо, милая. Я буду осторожна. Обещаю.
И я действительно осторожна. Несмотря на растущие чувства к Михаилу, я не забываю о своей главной цели. О правосудии, которое должна восстановить. Мое расследование выходит на финишную прямую, и пора действовать.
Через надежных людей я запускаю информацию о махинациях Анатолия в прессу. Анонимно, намеками, но со ссылкой на факты. Параллельно организую письма с доказательствами в прокуратуру и налоговую. Знаю, что Анатолий попытается замять дело, но слишком многое всплыло наружу. Слишком много влиятельных людей заинтересовалось “непорядочным” бизнесменом.
Следующие недели напоминают затишье перед бурей. Пока Анатолий судорожно пытается сохранить репутацию, я тихо скупаю его долги через подставные фирмы. Те суммы, что он так опрометчиво выводил из бизнеса все эти годы, теперь работают против него. Банки, партнеры, подрядчики – все хотят вернуть свое. А у него нет денег. Все ушло на любовниц, роскошную жизнь, сомнительные схемы.
Без названия
Глава 22
Я стою у окна своего офиса, наблюдая, как внизу кипит городская жизнь. В руках… свежая газета с кричащими заголовками: “Скандал в строительном бизнесе: крупный предприниматель обвиняется в мошенничестве”. Фотография Анатолия на первой полосе выглядит особенно жалко… растерянное лицо, помятый костюм, глаза, полные паники. Я должна чувствовать триумф, но вместо этого внутри странная пустота.
Телефон вибрирует. Сообщение от моего информатора из налоговой: “Счета заморожены. Активы арестованы. Он официально банкрот”. Я откладываю телефон и закрываю глаза. Вот и всё. Механизм запущен, обратной дороги нет.
Последние недели были похожи на военную операцию. Я действовала методично, хладнокровно, расчётливо. Каждый мой шаг был выверен, каждое действие продумано. Сначала утечка информации в прессу… небольшими порциями, чтобы создать информационный фон. Потом анонимные письма в контролирующие органы с копиями документов. Параллельно… скупка долгов через подставные компании.
Анатолий пытался сопротивляться. Нанимал дорогих адвокатов, давал опровержения в прессе, пытался договориться с чиновниками. Но было поздно. Слишком много грязи всплыло на поверхность. Слишком много людей хотели получить свою долю пирога от падающего гиганта.
Стук в дверь отвлекает от размышлений. Входит моя помощница Лена с подносом кофе и стопкой папок.
– Ксения тут пришли новые документы по делу Смирнова, – она ставит поднос на стол и протягивает папки. – И ещё... там внизу какая-то женщина просится к вам. Говорит, что это срочно. Представилась как Вера.
Вера? Я напрягаюсь. Чего она хочет? Неужели память вернулась? Или...
– Пусть поднимется, – говорю я после паузы. – Я приму её.
Лена кивает и выходит. Я быстро привожу себя в порядок, стараясь выглядеть спокойной и уверенной. Что бы ни привело сюда Веру, я готова к любому повороту событий.
Через несколько минут дверь открывается, и входит она. Боже, как она изменилась! Исчезла та ухоженная, самоуверенная женщина, которую я знала. Передо мной – бледная, осунувшаяся особа с потухшими глазами и трясущимися руками.
– Ксюша, – её голос дрожит. – Спасибо, что согласилась меня принять.
Я жестом указываю на кресло напротив. Вера садится, нервно теребя сумочку.
– Зачем ты пришла, Вера?
Она поднимает на меня глаза, и я вижу в них отчаяние.
– Я... я хотела предупредить тебя. Толик... он сошёл с ума. Когда начались проблемы с бизнесом, он стал невыносим. Обвинял всех вокруг, кричал, что это ты во всём виновата. Что ты специально его уничтожаешь.
Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть равнодушной.
– С чего он взял, что это моих рук дело?
Вера криво усмехается.
– Он не дурак, Ксюша. Знает, что у тебя были мотивы. И возможности. Те документы, которые попали в прессу... некоторые из них хранились только у него дома. В сейфе.
Я молчу, не подтверждая и не отрицая. Вера продолжает:
– Но дело не в этом. Я пришла сказать... я ухожу от него. Насовсем. Нашла другого. – Она опускает глаза, и на её щеках появляется румянец. – Он старше, но надёжный. Обеспеченный. Готов обо мне заботиться.
Внутри поднимается волна отвращения. Значит, вот какова настоящая Вера. Пока у Анатолия были деньги и положение, она цеплялась за него. А теперь, когда он падает, бежит к другому кормильцу. Как крыса с тонущего корабля.
– И ты пришла сообщить мне об этом? – спрашиваю я холодно. – Зачем?
Вера вздрагивает от моего тона.
– Я... я думала, тебе будет приятно узнать. Что он получил по заслугам. Остался ни с чем. – Она делает паузу, потом добавляет тише: – И ещё... я хотела попросить прощения. За всё. Я помню не всё после травмы, но... я знаю, что причинила тебе боль. Много боли.
Я смотрю на неё долгим взглядом. Искренна ли она? Или это очередная игра? Впрочем, какая разница. Её извинения ничего не изменят. Не вернут потерянные годы, разрушенную семью, подорванное доверие.
– Вера, – говорю я устало. – Я не держу на тебя зла. Но и прощать не собираюсь. Ты сделала свой выбор, я – свой. Теперь каждый пожинает то, что посеял. Иди к своему новому покровителю. И больше не появляйся в моей жизни.
Она кивает, встаёт. У двери оборачивается:
– Ксюша... будь осторожна. Толик в отчаянии. Не знаю, на что он способен.
И уходит, оставив меня наедине с тревожными мыслями. Анатолий в отчаянии? Что ж, это естественно. Человек, привыкший к власти и деньгам, вдруг теряет всё. Но меня это не трогает. Пусть испытает хоть часть той боли, что причинил мне.
Остаток дня проходит в обычной рабочей рутине. Встречи, совещания, работа над новыми статьями. Я стараюсь не думать о разговоре с Верой, сосредоточиться на текущих делах. Но где-то в глубине души растёт тревога. Предчувствие чего-то неизбежного.
Вечером, когда я возвращаюсь домой, меня встречает взволнованная Алина.
– Мам, тут папа приходил! Стучал, кричал, требовал, чтобы его впустили. Я испугалась, вызвала охрану. Они его выпроводили, но он сказал, что вернётся. Что ему нужно с тобой поговорить.
Сердце сжимается. Значит, он всё-таки решился прийти. Что ему нужно? Угрожать? Умолять? Требовать?
– Не волнуйся, милая, – обнимаю дочь. – Я разберусь. Если он снова появится, сразу звони в полицию.
Но мне не приходится долго ждать. Через час раздаётся звонок в дверь. Я смотрю в глазок и вижу Анатолия. Боже, как он изменился! Небритый, с красными от бессонницы глазами, в помятой одежде. От прежнего лоска и самоуверенности не осталось и следа.
Я открываю дверь, но не приглашаю войти. Стою на пороге, скрестив руки на груди.
– Чего ты хочешь, Анатолий?
Он смотрит на меня, и в его глазах столько боли, что на мгновение мне становится не по себе. Но только на мгновение.
– Ксюша... можно войти? Мне нужно поговорить с тобой. Пожалуйста.
Его голос дрожит. Великий и успешный Анатолий Смирнов умоляет меня о разговоре. Если бы кто-то сказал мне об этом год назад, я бы рассмеялась.
– Говори здесь, – отвечаю я холодно. – И быстро. Мне некогда.
Он сглатывает, опускает глаза.
– Я всё потерял, Ксюша. Всё. Бизнес, деньги, репутацию. Вера ушла. Друзья отвернулись. Я... я никто. – Он поднимает на меня взгляд, полный отчаяния. – Это ты сделала, да? Это твоя месть?
Я молчу, глядя ему в глаза. Пусть думает, что хочет.
– Я заслужил, – продолжает он глухо. – Знаю, заслужил. То, что я сделал с тобой, с нашей семьёй... это было подло. Низко. Я был идиотом, Ксюша. Слепым, самовлюблённым идиотом.
Слёзы текут по его небритым щекам, и это зрелище вызывает во мне странную смесь удовлетворения и жалости. Вот он, мой триумф. Человек, разрушивший мою жизнь, стоит передо мной на коленях. Но почему я не чувствую радости?
– Ты пришёл извиняться? – спрашиваю я. – Слишком поздно, Толя. Твои извинения ничего не изменят.
– Я знаю! – он почти кричит. – Знаю, что не изменят! Но я должен... должен сказать тебе. Я любил тебя, Ксюша. Всегда любил. Просто... просто я запутался. Кризис среднего возраста, страх старости, желание почувствовать себя молодым... Вера была рядом, красивая, доступная. Я поддался. И это стало началом конца.
Я слушаю его сбивчивую речь и чувствую, как внутри нарастает гнев. Кризис среднего возраста? Страх старости? Это его оправдания за три года лжи и предательства?
– Не смей, – говорю я тихо, но в голосе звучит сталь. – Не смей оправдываться передо мной своими комплексами. Ты предал меня, наших детей, нашу семью. Ты выбрал. Сознательно, день за днём, выбирал ложь вместо правды, предательство вместо верности. И теперь пожинаешь плоды.
– Ксюша, прошу тебя... – он делает шаг ко мне, но я отступаю. – Я готов на всё. Буду работать, восстанавливать бизнес. Буду хорошим отцом, верным мужем. Дай мне шанс. Один шанс всё исправить.
Я смотрю на него… жалкого, сломленного, умоляющего. И вдруг понимаю главное. Мне его не жаль. Совсем. Эта мысль освобождает, словно тяжёлый груз спадает с плеч.
– Нет, Анатолий. Никаких шансов. Ты сжёг все мосты, когда выбрал Веру. Когда солгал детям, что я виновата в распаде семьи. Когда обвинил меня во всех грехах, лишь бы оправдать себя. – Я делаю паузу, собираясь с силами. – Я вырастила наших детей. Спасла Кирилла от тюрьмы. Начала новую жизнь, новую карьеру. Научилась быть счастливой без тебя. И знаешь что? Это лучшее, что со мной случалось.
Его лицо искажается от боли. Он опускается на колени прямо на пороге, хватает меня за руку.
– Ксюша, умоляю... не бросай меня. Я пропаду без тебя. Ты моя жизнь, моя опора. Без тебя я никто!
Я вырываю руку, чувствуя отвращение. Вот оно, истинное лицо Анатолия. Не раскаяние движет им, а страх остаться одному. Страх потерять удобную жену-спасательницу, которая всегда вытаскивала его из передряг.
– Именно, – говорю я холодно. – Ты никто. И это твой выбор, твоя вина. Не моя. Уходи, Анатолий. И не возвращайся. Если будешь преследовать меня или детей, я обращусь в полицию.
Я захлопываю дверь, оставив его на коленях в коридоре. Сердце колотится как бешеное, руки дрожат. Но внутри – странное спокойствие. Будто я наконец поставила точку в этой истории. Закрыла эту главу своей жизни окончательно и бесповоротно.
Возвращаюсь в гостиную, где меня ждут дети. Алина бросается ко мне, обнимает.
– Мам, мы всё слышали. Ты была такой сильной! Я горжусь тобой!
Кирилл тоже подходит, неловко обнимает нас обеих.
– Мам, он больше не придёт? Не будет тебя доставать?
– Не думаю, – отвечаю я, гладя сына по голове. – Но если придёт, мы готовы. Мы справимся. Вместе.
Мы стоим, обнявшись, и я чувствую, как сердце наполняется теплом. Вот она, моя настоящая семья. Мои дети, которые любят и поддерживают меня. Ради них стоило пройти через все испытания.
Телефон вибрирует. Сообщение от Михаила: “Как ты? Волнуюсь. Если нужна поддержка, я рядом”.
Улыбаюсь, набирая ответ: “Всё хорошо. Расскажу при встрече. Спасибо, что ты есть”.
И это правда. У меня есть дети. Есть работа, которую я люблю. Есть мужчина, который искренне заботится обо мне. Есть будущее, полное возможностей.
А прошлое... прошлое пусть остаётся там, где ему место. В прошлом.
Я иду на кухню готовить ужин, напевая под нос. Дети удивлённо переглядываются – давно они не видели меня такой лёгкой и радостной. Но я не могу сдержать улыбку. Потому что знаю… самое трудное позади.
Теперь начинается новая жизнь. Моя жизнь. И я проживу её так, как хочу я. Без оглядки на прошлое, без страха перед будущим.
