Текст книги "Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу (СИ)"

Автор книги: Софья Романцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

30

Мартин ставит меня около моих покоев и открывает дверь. Там меня уже ожидает горничная, знает в котором часу я возвращаюсь в рабочие дни домой.

– Вы сегодня пораньше, Ваша Светлость, – спокойно говорит она, бросая тревожный взгляд на мужа. – Ванна уже почти готова…

– На сегодня ты свободна! Я сам поухаживаю за женой, – безапелляционно говорит муж. И я не возражаю.

Горничная опускает глаза в пол, я успеваю заметить улыбку. Слуги все знают о своих господах! И уж моя горничная точно знает, что мы не проводим ночи вместе.

Дверь закрылась, и в комнате повисла тишина, густая, как пар от ванны.

Мартин стоит за моей спиной, и я чувствую его взгляд, будто он уже касается меня. Не руками. Дыханием.

– Ты пахнешь дождём, – сказала я, не оборачиваясь. – И холодом. И… магией. Твои крылья всегда такие яркие?

– Нет. Я редко применяю магию снежных крыльев. Но сегодня я был близко к тебе, – ответил он, и его голос прозвучал мягче, чем раньше. – Чем ближе ты, тем сильнее она откликается.

Даааа. Именно поэтому мы поженились. Не из-за любви, не из-за страсти, а потому что магия требует баланса. Условие брака – это завтрак и ужин вместе. Минимум. Чтобы стабилизировать потоки. Хоть и не всегда получается поужинать вместе.

– Давай помогу с платьем…

– Мы плащи оставили в моем кабинете…

– Ничего страшного…

Его пальцы коснулись первой пуговицы у шеи. Холодные. Уверенные. Я не дышу. Он замечает. Замирает.

– Я не хочу торопить, – тихо говорит. – Мы можем просто… посидеть в ванне. Поговорить.

Тишина.

Платье сползает с плеч. Я снимаю его, оставаясь в тонкой нижней рубашке. Мартин молча снимает свой камзол, рубашку. Шрам на плече…

Стараюсь не опускать взгляд, рассматриваю мужа.

– Откуда он?

– Армэль постарался, – усмехается он. – На боевом экзамене. Он тогда не сдержал удар. Мы с академии вместе – я, Эрик и Армэль.

И я между вами двумя…

– Ты его простил?

– Он мой друг Габби. Лучший друг! Мы не раз прикрывали спины друг друга и спасали жизни.

– Хочешь, я прекращу с ним общаться? У меня есть управляющий и шеф-повар. Они вполне справятся без меня.

– У Армэля тоже, – грустно улыбается он. – Я жалею, что просил его присмотреть за тобой, пока я был в командировке, сразу после свадьбы. Он любит тебя Габби. Любит, именно поэтому не отступает.

– Но я не люблю…

Пока муж снимает брюки в моей спальне, я спешу в ванную. Прямо в рубашке погружаюсь в воду. Глупость, конечно: намокнув, ткань становится прозрачной и облепляет тело.

Муж тянется, берет кувшин с водой, медленно льет на мои волосы. Я закрываю глаза. Его пальцы в моих волосах, смывают пыль города, тревоги.

– Расскажи мне про таверну, – шепчет он. – Про твою мать. Про отца. Про кота, который воровал сосиски.

Я улыбаюсь. Наши голоса звучат тихо, спокойно и доверительно что ли…

– Откуда знаешь?

– Ты забыла, как я тебя встретил? В таверне твоих родителей!

– Его звали Бруно. Он жил под стойкой. И каждый вечер отец ставил ему миску с похлебкой.

– А ты?

– Я учила гостей петь. Маленькая, сидела на скамье и кричала: «Эй, вы не так поете».

– А я учился стоять прямо. Не сутулиться. Не смеяться громко. Не быть собой.

– И всё же ты был собой. С Эриком. С Армэлем.

– Только с ними. А еще иногда с дедом.

– А с родителями?

– Иногда и с родителями, но больше с дедом.

– А теперь?

– А теперь с тобой.

– Иди ко мне, – зову его в ванну, двигаюсь освобождая место. Мне немного страшно, но я решаю рискнуть и наладить наши отношения. Я хочу, чтобы Мартин стал мне настоящим мужем! И чтобы дети, когда они у нас будут, обязательно будут жить с нами и знать, что мы их любим…

Ведь то чувство, что столько томилось во мне, та ревность и тоска, а еще счастье внутри – тихое и безмятежное, как сейчас – это любовь?

– Габби, не надо…

– Мы просто посидим вместе…

– Ты играешь с огнем, моя невинная жена!

Я слышу, как муж медленно ставит кувшин на пол. Потом шаг. Еще один. Вода колыхнулась.

– Можешь открыть глаза, – усмехается он.

– Я не закрывала… Просто прикрыла на мгновение. Устала…

Мартин резко разворачивает меня в ванной и усаживает между ног, а спиной я облокачиваюсь о его грудь.

– Тщ… все хорошо. Просто расслабься, – убирает волосы, целует меня в шею.

Толпа мурашек бежит вдоль позвоночника.

– Ты пахнешь лавандой, – шепчет он, и его дыхание щекочет кожу за ухом.

Я не отвечаю. Не могу. Его руки медленно скользят по моим плечам, вниз к локтям, к пальцам. Он берёт мою ладонь, целует каждый палец, будто пересчитывает.

– Я думал, ты никогда не позовёшь меня так, – говорит он тихо.

– И не позвала бы… Ни одного свидания у нас с тобой не было, – чуть обиженно ворчу. – Но сегодня решила дать шанс…

– И я не упущу его. И прости, что не было свиданий. Как-то не додумался!

Он внимательно смотрит на меня. Потом касается губами моих губ. Легко, но решительно.

Я отвечаю на поцелуй. Медленно. Нежно.

Он прижимает меня к себе крепче. Вода плещется через край. Его руки скользят под рубашку, и я не сопротивляюсь.

31

Совместный завтрак я проспала. Но стоило мне проснуться, как моя горничная внесла поднос с едой.

– Господин распорядился не будить вас, – улыбается она и ставит на столик еду. – Вы не торопитесь, ешьте…

– А Мартин уже ушел?

– Да, рано утром. Но сказал, чтобы к обеду вы были готовы к свиданию? – Клэр так радуется за меня, что мне становится немного неловко.

Я смотрю на поднос, там тарелка с тёплыми оладьями, сбитыми с медом и свежими ягодами, чашка ароматного какао с кусочком шоколада, брошенным сверху, чтобы растаял.

– Тут записка, госпожа, – кивает Клэр на столик и идет поправлять шторы.

«Ты так сладко спала, что мне стало жалко будить тебя.

До встречи в обед.

И помни, мне нужна только ты!

С любовью, М.»

Я прижимаю записку к груди. Сердце бьётся так, будто пытается выбраться наружу. Клэр тихо хихикает, поправляя шторы.

– Господин улыбался сегодня, – шепчет она. – Давно мы не видели его таким.

– Попроси мистера Ренарда, чтобы отправил записку Анне де Фуа об отмене прогулки.

– Слушаюсь, госпожа.

– Иди, я буду у себя. В полдень поможешь мне одеться.

Когда Кэр уходит, я смеюсь тихо, счастливо, как будто снова стала той девчонкой из таверны, которая верила, что любовь бывает настоящей.

Полдень пришел и ушел.

Солнце медленно склонялось к западу, отбрасывая длинные тени по паркету моей спальни. Я сидела у окна в платье из шелка, цвета неба, легком, с кружевами на рукавах, которое Клэр с таким трепетом помогла мне надеть. Волосы уложены, духи…

Я ждала.

Сначала с улыбкой. Потом с тревогой.

Потом с тишиной внутри, густой и липкой, как смола.

Клэр заглядывала дважды.

– Госпожа… может, вы поужинаете?

– Нет. Пока нет.

Третий раз она вошла с поникшими плечами.

– От господина нет вестей. Лорд Эрик приезжал, но уехал, не заходя.

Я кивнула.

Не сказала ни слова.

На глаза навернулись слезы…

Если узнаю, что тут как-то замешана леди Деверо, никогда не прощу!

Понимаю, что скорее всего что-то серьезное случилось и молюсь, чтобы все было хорошо. Но сердце все равно сомневается…

***

Поздно ночью, когда луна уже стояла высоко, я всё ещё сидела у окна. Платье помялось, волосы растрепались, но я не могла пошевелиться.

И вдруг… звук.

Не шаги. Не голос.

Знакомый запах озона в воздухе.

Он появился в комнате не через дверь.

Через портал.

Мартин!

Без плаща. В разорванной рубашке, с кровью на виске, с лицом, почерневшим от усталости и боли. Его снежные, полупрозрачные крылья дрожат за спиной, как раненые птицы.

Я вскочила.

– Мартин Что случилось?!

Он не ответил. Только сделал шаг, пошатнулся. И упал…

Я едва успела подхватить, чтобы немного смягчить удар.

32

Я подхватила Мартина, с трудом удержав его вес. Он был тяжёлым не от массы тела, а от изнеможения, будто вся сила ушла из мышц.

– Мартин! – я опустилась рядом с ним на колени, дрожащими руками пытаясь нащупать пульс на шее. Он был, слабый и неровный, но был. – Клэр! Скорее!

Горничная появилась в дверях почти мгновенно, видимо, не ложилась, ожидая новостей. Увидев Мартина, она побледнела, но быстро взяла себя в руки.

– Воды, бинтов, настойки арники, – быстро проговорила я. – И пошлите за лекарем! Нет, стоп. За магом-целителем. Обычного лекаря тоже, но сначала мага!

Клэр бросилась прочь, а я осторожно перевернула Мартина на спину. Кровь на виске была свежей, но рана не выглядела слишком глубокой. Гораздо больше меня тревожили его крылья: полупрозрачные, снежно‑белые, они дрожали, теряя яркость, словно угасающий свет. Почему они не исчезают, сразу после перехода портала?

– Мартин, очнись, – я слегка потрясла его за плечи. – Ну же, любимый, открой глаза!

Он застонал, ресницы дрогнули.

– Габби… – прошептал он хрипло. – Прости. Я не хотел пугать тебя.

– Молчи, – я смахнула слезы, которые всё-таки скатились по щекам. – Не трать силы и крылья убери. – И тут же противореча сама себе, спрашиваю. – Что произошло?

– Засада, – выдохнул он. – На границе. Кто-то слил информацию, мы просто с проверкой хотели, но попали в ловушку. Армэль… он прикрыл меня.

Моё сердце сжалось.

– Он жив?

– Да. Но ранен. Я отправил его через портал первым. Сам задержался, нужно было убедиться, что преследователи не пойдут следом.

В покои забежал наш дворецкий и камердинер Мартина.

– Помогите мне раздеть мужа и перенести на постель, прошу я.

Сняли сюртук и рубашку. Под ними обнаружились не только следы крови, но и тёмные, багровые синяки, видимо, от удара магией или каким‑то тяжёлым оружием. Я сглотнула, стараясь не выдать страха.

– Осторожно, не заденьте раны.

Дворецкий и камердинер действовали слаженно. Они перенесли его на кровать, уложили, подложив подушки под спину. Клэр с тазиком, водой и тряпками подоспела во время. Я начала аккуратно смывать кровь с его лица и шеи.

– Габби, – тихо произнёс Мартин, перехватывая мою руку. – Не надо так смотреть. Я в порядке.

– В порядке? – мой голос дрогнул. – Ты едва стоял на ногах, когда появился здесь!

Он попытался улыбнуться, но гримаса боли исказила его лицо.

– Поверь, могло быть хуже. Армэль… он принял на себя основной удар. Если бы не он…

Я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Вместо этого крепче сжала его руку.

– Мы должны послать весточку его семье. И узнать, как он.

– Отправь слугу к Эрику. Он все сделает.

В этот момент в дверь постучали. Вошел целитель, тот самый, который лечил меня, когда меня отравили. Мартин хоть и поменял место работы, но, столько лет проработав бок о бок, Эмиль, не раздумывая, пришел к нам. Все это мне, конечно, позже рассказала Клэр. За ним следовал лекарь с чемоданчиком в руках.

– Ваша Светлость, как же так…

– Эмиль, тебя случайно к Армэлю не вызывали? Как он? – интересуется Мартин.

– Отправил его в магический сон. Он все порывался отправиться за вами. Я итак собирался к вам, когда приехал слуга.

Эмиль поднял руки, и над ними засиял мягкий голубой свет. Целитель сосредоточенно водил руками вдоль тела, проверяя внутренние повреждения.

– Переутомление всё ещё даёт о себе знать, – констатировал он. – Магический резерв почти на нуле. Но кости целы, внутренние повреждения минимальны. Ему нужен покой, обильное питье и легкая пища. Через пару дней будет как новый.

Лекарь тем временем осмотрел раны на виске и плечах, обработал их настойкой арники и наложил свежие повязки.

– Никаких резких движений, – предупредил он. – И ни в коем случае не используйте магию хотя бы неделю. Иначе последствия могут быть необратимыми.

– Неделя? – Мартин нахмурился. – Это невозможно. У меня дела…

– Твое здоровье важнее, – твердо перебила я. – Никаких дел. Никаких границ. Только отдых.

Он хотел возразить, но, увидев мой решительный взгляд, вздохнул и кивнул.

– Хорошо. Как скажешь.

Эмиль дал Мартину зелье и мой муж уснул.

33

Я сидела у кровати Мартина, держа его за руку. Его дыхание стало ровнее, лицо немного порозовело, зелье Эмиля действовало. Клэр тихо прибрала следы нашей ночной суеты: унесла тазик с окровавленной водой, сложила в корзину испачканные тряпки, поправила сбившееся одеяло.

– Госпожа, может, вы отдохнете? – тихо спросила она, склонившись ко мне. – Вы сами бледная, как полотно.

– Я рядом полежу Клэр, отдохну, – не отрываю взгляда от лица мужа. – Буду здесь, на случай, если станет хуже.

– Давайте помогу вам снять платье, – я только сейчас заметила, что я в том же платье, только оно все в крови, помятое и восстановлению не подлежит.

– Спасибо, Клэр.

Сняв платье, горничная бесшумно вышла, оставив меня наедине с Мартином. А я быстро приняла ванну и надела ночную рубашку.

В комнате царила тишина. Я осторожно провела пальцами по его лбу, убирая прядь волос. Он выглядел таким уязвимым во сне, не могущественный чиновник на службе короны, а просто мужчина, который устал, изранен и нуждается в заботе. Прилегла рядом и уснула.

Ближе к рассвету, дверь тихонько приоткрылась. На пороге стояла Клэр.

– Госпожа, – прошептала она, – там лорд Эрик. Просит разрешения войти.

Моё сердце ёкнуло.

– Помоги надеть мне домашнее платье и проводи его сюда.

Через несколько минуту в комнату вошел Эрик. Его лицо было серьезным, под глазами залегли тени, видно, он тоже провел бессонную ночь. Он окинул взглядом Мартина, спящего на кровати, потом перевёл взгляд на меня.

– Как он? – спросил шёпотом.

– Лучше, как уснул еще не просыпался. Эмиль дал ему зелье. Теперь спит. Армэль… как он?

– В магическом сне, – ответил Эрик, осторожно присаживаясь на край кресла у окна. – Эмиль говорит, что поправится, но потребуется время. Он потерял много сил, прикрывая Мартина.

Я сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает комок.

– Спасибо, что сообщили, – прошептала я. – Эрик, вы… вы знаете, кто устроил засаду?

Он помрачнел ещё сильнее, провёл рукой по лицу, словно стряхивая усталость.

– Пока нет. Но мы выясним. Дело в том, что Мартин не должен был идти туда, его ведь только -только назначили на должность главы тайной канцелярии. Зачем он пошел с Армэлем? Пока много вопросов.

– Армэль… Мартин злился на него за то что…

– Он постоянно крутится около вас? Знаю.

– И он говорил, что теперь при его новой должности он его отправит на границу служить, – и зачем я это говорю племяннику короля? – Может поэтому…

– Нет, тут все штатно было. Армэль просто должен был проверить, как там дела. Не переживайте, главное все живы, здоровы. И, Габриэлла, как только Мартин проснется, прошу, отправьте ко мне слугу с весточкой.

– Конечно, спасибо, герцог де Моне.

– Для вас я просто Эрик, Габриэлла.

Эрик еще раз посмотрел на моего мужа и вышел.

Я осталась стоять у кровати, задумчиво глядя на дверь, за которой исчез Эрик. Его слова не давали мне покоя. Зачем Мартин поехал на границу вместе с Армэлем, засада… А ведь они вернулись через портал, магия Мартина, и слишком мало времени прошло, чтобы успели доехать до границы, а значит и туда порталом. Мартин не должен был ехать, а значит и ловушка могла быть предназначена не для них!

Клэр проводила герцога и вернулась.

– Госпожа, – тихо произнесла она, – может, позавтракаете? И отдохнете немного? Вы, наверное, не спали всю ночь.

Я вздохнула, бросила взгляд на Мартина. Он по-прежнему мирно спал, дыхание было ровным, и кивнула:

– Да, пожалуй. Принеси что‑нибудь сюда, Клэр. Я не хочу уходить надолго.

Горничная склонила голову и бесшумно вышла. Я вернулась к кровати, села на край, снова взяла Мартина за руку. Его кожа была теплой, пульс ровным. Это немного успокоило меня.

Спустя четверть часа Клэр вернулась с подносом: лёгкий бульон, тосты, мёд, чай с мятой.

– Спасибо, – поблагодарила я. – Можешь быть свободна на час, отдохни.

– Слушаюсь, госпожа, – она поклонилась и вышла.

Я налила себе чаю, сделала глоток. Аромат мяты немного прояснил мысли. Взгляд снова упал на Мартина. Во сне он казался моложе, исчезли жесткие складки у рта, разгладились морщины на лбу. Я осторожно провела пальцами по его щеке.

Внезапно его ресницы дрогнули, он глубоко вздохнул и открыл глаза.

– Габби… – прошептал он хрипло. – Ты здесь.

Мое сердце подпрыгнуло от радости.

– Конечно, я здесь, – я наклонилась ближе, улыбнулась. – Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – он попытался сесть, но я мягко надавила ему на плечо и лишь подложила несколько подушек, чтобы удобнее было.

– Эрик заходил, он просил дать ему знать, как только ты проснёшься.

Мартин нахмурился, в глазах мелькнула тревога.

– Что он сказал?

– Ему интересно, зачем ты пошел с Армэлем? И Мартин, ты говорил о засаде, но вы пошли порталом, кто мог знать об этом?

– В том то и дело, знал ограниченный круг лиц, мы даже Эрика не предупредили. Я просто решил не тратить на это несколько дней, сам решил с Армэлем проверить, как дела в том городке, где пропадали девушки несколько месяцев назад. Отчеты отчетами…

Я кивнула, хотя внутри всё сжималось от тревоги.

– И там ждали вашего прихода?

– Не забивай свою голову, Габби. Это просто моя работа, Эрик разберется. У тебя есть ресторан, баллы…

– Я тебя сейчас побью, Мартин, – обидно, что он не собирается меня посвящать.

– Ты и так много узнала! Не переживай! Ты права, это была ловушка не для нас!

Понимаю, что он решил просто избавиться от меня таким образом, чтобы я не лезла, не переживала. Ладно, сейчас не время.

– Хорошо. А теперь ешь, – я подвинула к нему поднос. – Эмиль сказал, что тебе нужна лёгкая пища.

Мартин усмехнулся:

– Ты стала такой властной.

– Кто‑то же должен заставлять тебя заботиться о себе, – парировала я.

Он взял ложку, попробовал бульон, одобрительно кивнул. Когда поднос опустел, Мартин откинулся на подушки. Его глаза уже начинали слипаться.

– Останешься со мной? – попросил он, беря меня за руку.

– Конечно, – я устроилась рядом, осторожно прижалась к его плечу. – Спи. Я буду здесь.

Он улыбнулся, закрыл глаза и почти сразу уснул. Я лежала, слушала его дыхание и смотрела, как солнечный свет, пробиваясь сквозь шторы, рисует на стене причудливые узоры. И старалась ни о чем не думать.

34

Я осторожно поправила одеяло, стараясь не потревожить сон Мартина. Его дыхание было ровным, лицо расслабилось. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь тяжелые шторы, золотил пряди его волос, и на мгновение мне показалось, что всё снова хорошо.

Но тревога, словно змея, свернулась где‑то внутри. Слова Эрика не выходили из головы: «Зачем Мартин поехал на границу вместе с Армэлем?» И ещё эта засада… Слишком много совпадений.

В дверь тихо постучали.

– Входите, – прошептала я, не оборачиваясь.

На пороге появилась Клэр. Её лицо было серьезным, почти встревоженным.

– Госпожа, – она сделала шаг вперёд, – к вам леди Деверо. Говорит, что это срочно.

Моё сердце пропустило удар. Бывшая любовница моего мужа? Здесь? Сейчас?

– Что ей нужно? – я повернулась к горничной, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Она не сказала. Но настаивает на личной беседе, – опустила глаза Клэр. Она прекрасно понимала, кто такая Констанция!

Я сжала кулаки.

– Проведи ее в малую гостиную. Я спущусь через пять минут.

Клэр кивнула и исчезла за дверью. Я бросила последний взгляд на Мартина, он всё так же мирно спал, и быстро подошла к туалетному столику. Поправила волосы, вытерла следы усталости с лица. Нужно быть сильной. Нельзя проявлять слабость перед этой женщиной.

Спустившись вниз, я застала Констанцию у камина. Она стояла, небрежно опираясь на каминную полку, и разглядывала портреты на стенах с видом хозяйки. Её платье из темно‑бордового бархата подчеркивало фигуру, а в глазах светилось знакомое мне высокомерие.

– Леди де Лебре, – она повернулась ко мне с улыбкой, слишком сладкой, чтобы быть искренней. – Благодарю, что согласились принять меня.

– Чем обязана вашему визиту, леди Деверо? – я не стала тратить время на любезности.

Констанция медленно обошла гостиную, проводя пальцем по корешкам книг на полке.

– О, всего лишь хотела узнать, как здоровье Мартина. Бедняга… Говорят, он едва живой вернулся. Я так переживаю за него! Мы ведь с ним очень близки, вы же понимаете…

Она сделала паузу, давая мне прочувствовать каждое слово.

– Близки, – холодно ответила я, – вы забыли упомянуть, что так было раньше. Теперь у Мартина есть жена.

– Ах, жена… – Констанция слегка наклонила голову. – Да, конечно. Но некоторые связи, Габриэлла, строятся не на формальных титулах. Мартин и я… у нас давнее взаимопонимание. Он обещал помочь мне в одном деликатном деле. Очень важном для меня. И я надеялась, что он выполнит свое обещание как можно скорее.

Её взгляд стал пронзительным, будто она пыталась прочесть мои мысли.

– Какое дело может быть настолько деликатным, что его нельзя доверить другим? – я постаралась говорить нейтрально, но внутри всё сжалось.

– О, вы же знаете Мартина, – она улыбнулась краешком губ. – Он умеет хранить секреты. И… он всегда был особенно внимателен ко мне. Надеюсь, ранение не помешает ему сдержать слово. Иначе мне придётся искать другие пути решения проблемы. А это, увы, может оказаться… хлопотно для всех.

Шантаж? Угроза? Или просто попытка задеть меня?

– Уверена, когда Мартин поправится, он сам решит, кому и чем помогать, – я старалась говорить спокойно. – Сейчас его главная задача это восстановление.

– Да, конечно, – Констанция вздохнула с притворной заботой. – Но вы же передадите ему, что я жду? Я всегда жду Мартина и он с удовольствием проводит со мной время. Было бы жаль, если бы из‑за болезни он забыл о своих обещаниях…

Она сделала шаг ближе, понизила голос:

– Знаете, Габриэлла, некоторые обязательства сильнее брака. И Мартин это понимает. Он всегда умел разделять… обязанности и истинные привязанности.

Внутри всё закипело, но я сдержалась. Она играет. Пытается посеять сомнение. Не поддаваться.

– Я передам ваши слова, – твёрдо сказала я. – Но предупреждаю: не стоит давить на Мартина в его нынешнем состоянии. Это может только ухудшить его здоровье.

Констанция на мгновение замерла, потом рассмеялась – коротко, без радости.

– Как трогательно, что вы так заботитесь о его здоровье. Но не волнуйтесь, я всего лишь жду выполнения обещания. Отпуск. Ничего больше.

Отпуск? Она имеет ввиду вдвоем? Зачем она вообще явилась сюда?

Она направилась к двери, но у самого порога остановилась.

– Передайте ему, что я буду ждать весточки. И надеюсь, он не заставит меня ждать слишком долго.

Дверь за ней закрылась. Я осталась стоять посреди гостиной, сжимая кулаки. Её слова звенели в ушах: «некоторые обязательства сильнее брака».

Я позвонила в колокольчик.

– Клэр, – сказала вошедшей горничной, – проследи, чтобы леди Деверо покинула дом без задержек. И попроси мистера Ренарда удвоить охрану. Особенно у парадного входа и со стороны сада.

– Слушаюсь, госпожа, – поклонилась Клэр и поспешила выполнять поручение.

Я подошла к окну. Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени. Но одно я знала точно: я не позволю Констанции Деверо разрушить то хрупкое доверие, которое только начало складываться между мной и Мартином.