Текст книги "Его маленькая заложница (СИ)"

Автор книги: Софи Росс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

– А что, боишься?

– Да, – честно выдыхаю, параметры его тела как-то снова начинают давить.

– Правильно делаешь, котенок. У меня спина в лоскуты, а у тебя задница не настолько красная, как мне хотелось бы.

Он сдергивает с крючка какой-то старый ремень с впечатляющего размера бляхой. Складывает его пополам.

– Нет… – хнычу жалостливо, забиваюсь в угол, в красках представив будущую экзекуцию.

– Твое мнение не учитывается.

Ринат ставит одно колено на диван, тянется ко мне, силой выдернув одеяло из моих рук.

Один раз меня так уже наказывали. Отец отхлестал ремнем за то, что я не доглядела за младшим братом на улице. Он разбил себе губу, упав с качели, а папе как-то удалось выяснить, что я в этот момент отошла поговорить с одноклассницей, которая проходила мимо. Больше он так никогда не делал, потому что ему влетело от мамы, но это чувство полной беспомощности жило со мной очень долго.

А хлесткие удары я помню до сих пор.

– Ина?

Закрываюсь руками, прижимаю голову к подобранным к груди коленям. Мне очень страшно сейчас.

Глава 23

– Девочка, ты чего так испугалась? – звучит как-то обманчиво ласково.

Такая смена настроения Рината пугает еще больше. Я не хочу открывать глаза, не хочу поддаваться на его провокации.

Боже, как глупо было устраивать эту дурацкую истерику. Меня ведь никто не сможет от него защитить, в этой деревне никто просто не осмелится выступить против него.

– Ина, посмотри на меня.

Сиденье дивана рядом провисает, Ринат садится в опасной близости от меня, вытянув ноги вперед, одну согнув немного в колене. Я подглядываю сквозь растопыренные пальцы.

Ремень из его рук куда-то исчез, и мне, наверное, можно выдохнуть, но я понимаю, что это еще ни о чем не говорит. У него и без лишних девайсов слишком много силы. Скорее всего, Ринат одним ударом мог бы запросто уложить взрослого мужчину, что уж обо мне говорить.

– Кто делал с тобой это раньше? – дотрагивается до моих волос, все-таки вынуждает отвести ладони от лица.

– Н-не…

– Твои родители? Парень? – настаивает он.

– Отец, – спешно выдыхаю. – Я все поняла, – отвожу взгляд в сторону, пугаюсь, когда мужские пальцы обхватывают подбородок. – Не надо так больше, пожалуйста.

– Не собирался я тебя пороть. Уж точно не всерьез. Давай, котенок, приходи в себя. На тебя смотреть страшно, даже вчера бодрее выглядела.

Предпринимаю попытку вырваться из рук Рината, но он контролирует каждое мое движение. Замираю, вслушиваясь в удары его сердца, когда он вынуждает прижаться щекой к широкой груди.

Мое дыхание выравнивается постепенно, зубы перестают стучать. Между ног только немного тянет после недавнего утреннего секса, но это даже приятно в какой-то степени. Отголоски удовольствия, которое я получила, все еще гуляют по внутренним мышцам.

– Почему ты мне раньше об этом не говорила? – пальцы Рината зарываются мне в волосы. – Ты знаешь, что девочки очень часто проецируют поведение своего отца на мужчину, который находится рядом?

– Ты неправильно понял. Отец так серьезно наказывал меня только один раз, младший брат тогда получил травму из-за того, что я отвлеклась во время прогулки с ним…

– Хватит, Инь. Что ты сейчас пытаешься сделать? Оправдать взрослого мужика, который поднял руку на ребенка? Такое не должно происходить ни при каких условиях.

Слишком сложная тема для меня. Я стараюсь не держать зла на родителей, каждый день пытаюсь отпустить ситуацию с нашими сложными отношениями, а слова Рината прорывают плотину обид внутри меня.

– Так что ты там унюхала, сладенькая? – тянет немного с издевкой.

Стыдно очень. Повела себя как самая настоящая истеричка, хотя раньше я таким никогда не страдала. Всегда избегала открытых конфликтов, сглаживала все мирно. Мне не нравится тратить энергию на негатив.

Морщусь, когда тот же самый запах снова ударяет в нос. Черт, ну не просить же Рината раздеться, в самом деле. Как это будет выглядеть? Он там себе напридумывает всякое.

– От тебя пахнет другой женщиной. Я все понимаю, ты мне ничего не обещал, и между нами просто секс, но это очень меня унижает. Ты даже в душ после нее не сходил.

– В душ я не ходил, потому что его здесь нет, если ты не заметила. Баню снова топить посреди ночи как-то не с руки было.

Опять злюсь. Ринат даже не отрицает, что развлекался с кем-то на стороне.

– Меня запрягли беременную везти в больницу, после того как ты вырубилась. Девка начала рожать, муж в отъезде, я так и не понял, кем он работает. На меня накинулась ее сестра, обниматься лезла, когда мы орущую во все горло Надежду сгрузили врачам. Ситуация нервная, сама понимаешь.

– А дальше? – ежусь, неприятно все это слышать.

– А дальше я отвез эту невменяемую сестрицу обратно, припарковал машину на нашем участке и сразу завалился спать. Рубило жесть как.

История звучит складно, но я не верю. Где-то в груди поселился черный клубок, состоящий из моих страхов, и у меня ничего не получается с ним сделать.

Я вообще до этого не знала, какого это – ревновать мужчину. У меня и мыслей таких не возникало на фоне того, что никакого мужчины вообще-то в моей жизни и не было. Ни разу.

А сейчас я впервые столкнулась с этим, и мне не понравилось. Внутри все горит, поведение какое-то неадекватное, а утихомирить этот тайфун может только чудо.

На хмуром до этого лице Рината появляется подобие самодовольной усмешки. Он, конечно, старается скрыть признаки, но я все равно замечаю, как правая густая бровь дергается вверх и на губах играет что-то странное.

– Мне даже понравилось. Еще б не вопила так на всю деревню, – фыркает напыщенно, надавив подушечкой большого пальца на мою нижнюю губу. – Как только умудрилась до своего возраста девственницей доходить? С таким-то темпераментом.

– Просто никто меня не похищал и не запирал в чужом доме.

– Не шали, кошечка, – вторая рука плавно соскальзывает с талии на ягодицу. – Мне хоть и сорок скоро, одного раза с тобой явно недостаточно. Выберемся отсюда, и свожу тебя в какое-нибудь нормальное место. На море хочешь? Днем будешь валяться под солнцем, а ночами подо мной.

– Есть какие-то новости? – специально перевожу тему, потому что не хочется слушать о нашем будущем. Потому что на самом деле нет никаких нас.

– Барби с фотографий помнишь? Мои спецы говорят, она пропала. Вскрыли ее профиль, в переписках заказчики рекламы спрашивают, почему договоренности не были выполнены. Ты, кстати, правильно тогда нашла ее, – нехотя признает Ринат.

– Это все так странно… Как она может быть связана с вирусом? Там же…

Осекаюсь, мысленно ругая себя за то, что осудила девушку по картинке в интернете.

– Мозгов нет, ты хотела сказать? Суть в том, что эти две истории вообще могут быть не связаны. Твой дружок точно ничего такого не рассказывал? Вспомни, Инь. Сейчас любая мелочь важна.

– Об этой девушке я вообще ничего не знаю. Не так уж и близко мы с Максимом общались, чтобы он мне рассказывал подробности своей личной жизни. Тем более такие. Но…

Ринат снова заставляет запрокинуть голову.

– Интерьер на фотографиях больше похож на гостиницу или отель, чем на квартиру. Можно попробовать так поискать. Вдруг управляющий может быть в курсе ситуации? – хватаюсь за очень тоненькую соломинку.

– Вряд ли это приведет к чему-то. Надо мужика ее трясти, но для начала хотя бы узнать его фамилию.

– Мне в душ хочется… – выдаю невпопад.

Кожа действительно липкая вся, даже удивительно, что Ринат не брезгует ко мне прикасаться после всего. Сначала настойка, потом целая ночь, в течение которой я, скорее всего, потела из-за остаточной температуры, и в заключение всего секс, с которым связаны всякие там жидкости.

Мне казалось, такие мужчины, как Ринат, предпочитают иметь любовниц из высшего общества. Ухоженных, с идеальной прической и свежим маникюром. А у меня на голове гнездо, и ногти я грызу. Из пяти баллов едва до тройки дотягиваю по этой шкале, и это еще в своем нормальном состоянии.

– Воду бы погреть. Я с тобой схожу, чтобы больше не смущать твой нос чужими духами.

Моментально сникаю и пытаюсь выкарабкаться из кольца мужских рук.

Жаль, что под рукой нет ноутбука, и у меня отсутствует возможность погрузиться хотя бы в работу. Это бы помогло отвлечься. Переключиться.

В бане я моюсь, повернувшись к Ринату спиной. Наконец-то распутываю волосы, вспениваю шампунь, смывая всю грязь. Даже будто легче становится. Слабость во всем теле по-прежнему присутствует, но ощущение чистоты немного поднимает настроение.

После обеда Ринат куда-то уезжает. Ничего мне не объясняет, просто велит сидеть дома и не высовываться. Не открывать, если вдруг кто-то постучит в дверь.

Единственное мое занятие здесь – книга, которую при любой другой ситуации читать я бы не стала. Но альтернатив нет, и я погружаюсь в горячую историю, краснея на некоторых особенно откровенных моментах, припоминая, что мне велели учиться по ней.

Ни за что я не буду делать все эти жуткие вещи. Ремня хватило за глаза.

Где-то через час раздается настойчивый стук в дверь. Сначала мне кажется, что это проверка от Рината и он сейчас войдет, но незваный гость не сдается, продолжая активно напрашиваться на разговор.

Отодвинув шторку, пытаюсь понять, кто стоит на пороге, но ничего у меня не получается. Угол обзора не тот. Накидываю на себя огромную куртку, чтобы не продуло ослабший организм, и все же отпираю дверь, вооружившись предварительно грязной кочергой.

– Ой, а ты та самая знакомая Рината? Я к нему пришла, – с неподдельным удивлением спрашивает какая-то девушка, держащая в руках большую тарелку, накрытую вафельным полотенцем.

– Его нет, – сухо выдавливаю из себя, делая шаг вперед.

Не показалось. Одинаковый запах.

– Ну, ты тогда передашь ему? – протягивает блюдо мне. – Пирожки, домашние. Моя благодарность за сегодняшнюю ночь.

Ловлю себя на том, что очень хочется вытолкать ее за порог и захлопнуть дверь. Жалею, что открыла.

– Я передам, – деваться некуда. – Мне нездоровится, так что не могу долго стоять…

– Да, извини. Ринат говорил, что ты болеешь. Выздоравливай.

– Спасибо.

Еще раз смерив меня липким взглядом, девушка разворачивается и идет к открытой калитке, пока я борюсь с желанием бросить пирожки вместе с тарелкой в дырку, предназначенную для справления естественных нужд. Им там самое место.

Злюсь очень, хоть и не имею права испытывать такие эмоции. Блюдо ставлю на стол, забираюсь обратно на диван и утыкаюсь в книгу, фантазируя о том, как Ринат после этих чертовых пирожков будет бегать в туалет каждые десять минут. Или лучше пять. Туда-обратно.

История на серых страницах начинает бесить сильнее. Даже здесь у героев есть любовь, которая меня ужасно раздражает. Что это вообще за чувство такое? Меня пугают настолько сильные эмоции. Особенно когда они связаны с другим человеком.

Это ведь никак нельзя контролировать. Прислушиваюсь к себе, стараясь понять хоть что-то, но вместо прояснения всей картины еще больше запутываюсь.

Почему меня вообще тянет к Ринату? Вдруг это обычный стокгольмский синдром? Психика жертвы подстраивается под ситуацию, и человек начинает испытывать странные вещи, лишь бы не сойти с ума.

Мой здравый рассудок, к которому я раньше старалась прислушиваться, уже давно бьется в истерике.

Глава 24

От книги и размышлений меня отвлекает вернувшийся в дом Ринат. Переворачиваюсь так, чтобы видеть его, замечаю большую дорожную сумку, которую он ставит на стул.

Ринат приподнимает полотенце над пирожками, склоняется над столом и принюхивается. Бросает в мою сторону вопросительный взгляд.

– У тебя внезапно прорезался скрытый талант?

– Их принесла твоя любовница. Приятного аппетита, – бросаю резче, чем задумывала.

– Началось. Мы пошли на второй круг, Ина? Какая еще, нахер, любовница?

– Та, которая благодарит тебя за прошедшую ночь. Надеюсь, готовит она лучше меня. Учти, оказывать первую помощь я не умею.

Разозлившись, Ринат сгребает все пирожки в мусорное ведро и кидает тарелку в раковину, где она разлетается на кусочки из-за силы удара. Прикусываю губу, чтобы не ляпнуть еще что-нибудь провокационное. Опасно это сейчас делать. Я, кажется, уже достаточно выбесила своего вынужденного соседа.

– Счастлива теперь?

– Мне все равно, – наблюдаю за тем, как Ринат дергает молнию и достает оттуда ноутбук.

У меня глаза загораются азартом. Выходит, он ездил именно за ним. Теперь интересно, что еще скрывается внутри потрепанной спортивной сумки.

– Даже не думай, котенок. Не заслужила. Плохие девочки не получают подарков, – несколькими фразами припечатывает меня Ринат.

Ну и пожалуйста, ну и не нужно. У меня от книги еще половина осталась, как-нибудь проживу без техники и интернета.

Настроив все для работы, Ринат ставит ноутбук на стол так, чтобы я ничего не видела, и что-то там делает на экране. Чем дольше я смотрю на это, тем сильнее понимаю, что у меня начинается ломка. Не привыкла я так долго не выходить в сеть. Мне бы почту проверить, вдруг там какой-нибудь новый «вкусный» заказ, или в соцсеть зайти… Хотя бы в одну.

– Долго хомяка изображать планируешь? – как бы между делом интересуется Ринат, отвлекаясь от своих издевательств.

– Никого я не изображаю.

– Щеки лопнут скоро, Инь. Ну я же выкинул эти гребаные пирожки. Чего ты еще от меня ждешь?

– Ничего не жду. Абсолютно. Ничего.

Взглядом бегаю по абзацам на очередной странице этой паршивенькой истории, но приходится перечитывать все по несколько раз, потому что сосредоточиться никак не выходит. Вроде читаю, даже вдумчиво, но смысл теряется где-то между строк.

– Нашли что-то? – Ринат прикладывает телефон к уху.

Подползаю поближе к краю дивана, он это сразу замечает.

Усмехнувшись, выходит на улицу, решив скрыть разговор от моих ушей.

Ну что за наказание?

Я вообще-то ничего себе не придумывала, пирожки были реальными. Как и та девушка, которая их принесла. В голове все еще звучит ее мерзкий голос.

Вот и где здесь справедливость?

– У меня есть кое-какие новости, – с ходу оповещает Ринат.

– Какие?

– Мы нашли мужика, с которым спала пропавшая блогерша. Черепанов владеет консалтинговым агентством, особо нигде не светится, но живет в трехэтажном особняке и ездит всегда с охраной.

– А девушка эта?

– Вроде как его постоянная любовница. Сдается мне, они на пару с твоим Максом решили поиметь Черепанова на серьезные бабки. Как я и предполагал, с вирусом это не связано.

– А кто тогда шантажировал Максима фотографиями?

– Это пока остается под вопросом, – Ринат проводит ладонью по волосам. – Девку бы найти, но вполне возможно, что она уже кормит где-нибудь рыб не по своей воле. Телефон ее отследить не удалось, консьержка в доме утверждает, что она несколько дней назад уехала куда-то на такси и больше не появлялась.

– То есть у нас снова тупик?

– Не совсем. Завтра я сгоняю в город, встречусь лично с этим Черепановым. Может, удастся что-то выяснить.

– Но это ведь опасно, – прикусываю кончик языка, потому что зря я дала понять Ринату, что волнуюсь за него. – Кто-то хотел тебя убить. Из-за меня… А если он захочет завершить начатое? Тебе нельзя отсюда уезжать. Я ведь правильно понимаю, что ты специально залег на дно?

– Залег на дно, – хмыкает он. – Сериалов пересмотрела? Где ты набралась таких выражений, малышка?

– А что, нельзя так говорить?

– Да почему, развлекайся. Просто не вяжется это с тобой.

– Могу я тоже воспользоваться ноутбуком? И интернетом.

– Зачем тебе?

– Нужно.

– Так дело не пойдет. Что я получу взамен? – Ринат подходит к дивану и забирает книжку у меня из рук, пока я размышляю над ответом. – Смотрю, решила прислушаться к моему совету? Вряд ли, конечно, у тебя с первого раза получится глубокая глотка, но есть, к чему стремиться, девочка.

– Чего? – хлопаю ресницами.

Ринат зачитывает несколько предложений из книги, и я вся покрываюсь густым румянцем, потому что вот надо было мне остановить чтение и сделать закладку именно на моменте… Боже, даже думать о таком стыдно.

– Это подло.

– Что конкретно? Открою секрет, любому мужику нравится, когда ему отсасывают. Я не стал исключением. Так что, Ина, насколько сильно ты хочешь добраться до ноутбука?

– Обойдусь, – вырываю книжку из наглых лап и сразу же пролистываю закладку на несколько страниц вперед.

Ни про какой…оральный секс я читать не собираюсь.

– Яр сказал, что счетчик обнулился раньше времени, и вся наша система полетела, – теперь Ринат хватается за одеяло и пытается лишить меня хлипкой защиты. – Проблем прибавилось. Я очень злюсь, сладенькая, практически в гневе, – он явно шутит. – Ты же помнишь, что расплачиваться за все тебе?

– Можешь меня насиловать, но я ни за что больше не стану добровольно заниматься с тобой сексом.

– Правильно, малыш, мы не будет заниматься сексом. Мы будем трахаться. Много и жестко. А продолжишь дерзить – останешься без трусов еще до наступления темноты.

Раздражающе щелкнув меня по носу, Ринат возвращается за стол, а я все же выползаю из постели, чтобы поесть. Кое-как разбираюсь с устройством переносной плитки, грею картофель с мясом, нарезаю в тарелку несколько небольших соленых огурцов. Уже предвкушаю, как от души набью желудок, который до этого видел один только бульон.

Я отвлекаюсь на то, чтобы убрать в холодильник открытую банку солений, и тарелка за эти несколько секунд успевает исчезнуть практически у меня из-под носа. Вижу Рината, накалывающего зубчиками вилки кусок курицы, его усмешку в чуть прищуренных глазах, когда наши взгляды сталкиваются.

Он просто взял и своровал мою еду! Даже поблагодарить не потрудился.

Рыкнув себе под нос какое-то проклятие, делаю все в точности по схеме второй раз и усаживаюсь с тарелкой напротив Рината.

– Ты такая смешная, когда дуешься, – он хрустит моими идеальными кружочками огурцов.

– Я не дуюсь.

– А что ты делаешь?

– Ем, – сухо констатирую факт. Очень хочется запустить в него кусочком мягкого картофеля.

Я чуть ли не в красках представляю, как он прилипает к небритой щеке, а потом пачкает обычную черную футболку, которая, если говорить откровенно, невероятно идет Ринату.

До позднего вечера мы больше не разговариваем. В какой-то момент Ринат заваливается на диван рядом со мной и включает фильм на ноутбуке, подключив к нему наушники.

Бросаю на экран любопытные взгляды, которым, увы, не суждено остаться незамеченными.

– Тоже хочешь? – усмехается, выдергивая шнур из разъема.

Ринат немного прибавляет звук, устраивает ноутбук на свободной части дивана, а сам оказывается за моей спиной, припечатав сверху тяжелую руку, когда я осознаю угрозу такого положения и пытаюсь сесть подальше.

– Не брыкайся, – губами прижимается к уху. – На начало мотать не буду, так втянешься.

Чувствую, как после десяти минут ладонь на моем бедре приходит в движение. Шлепаю Рината по руке, и на короткий миг он даже прислушивается к моей немой просьбе прекратить все эти ужасные приставания.

В следующий раз он действует уже более решительно. Накрывает полушарие груди пока еще поверх футболки, сдавливает пальцы, одновременно врезаясь горячими губами в пульсирующую жилку на шее.

Меняет руки, притискивая меня к широкой груди, и сворачивает видео-плеер, открыв в браузере новое свободное окно для запроса.

Все становится еще хуже, когда из динамиков начинают раздаваться пошлые звуки.

– Не ерзай, – языком по моему плечу, прикусывая кожу. – Представь, что это практическое пособие. Как еще учиться, если со мной ты не хочешь пробовать?

Пытаюсь выбраться, зажмуриваюсь, чтобы не видеть этого ужаса на экране.

– Глазки-то открой, малышка. Для тебя стараюсь, – Ринат перехватывает меня рукой поперек живота, двигается вперед, прижимаясь к моим ягодицам уже заметно отвердевшей плотью. – Я звук сейчас прибавлю. Представляешь, как весело будет соседям?

– Нет!..

– Тогда смотри, – спускается пальцами к развилке между ног, надавливает, хоть я и протестую изо всех сил, сжимая бедра.

Перед моими глазами самое настоящее порно. Девушка стоит на коленях перед актером и…

– Не хочу я это видеть, – тянусь к тачпаду, чтобы свернуть ужасный ужас, но Ринат с легкостью перехватывает обе мои руки, из-за чего я немного на него заваливаюсь.

– И тебе совсем не нравится? Правда? – кончиками пальцев он проскальзывает по моим соскам, и я с ужасом понимаю, что мое тело отзывается на всю эту ситуацию.

Внизу живота рождается теплый трепет, и я уже сама подставляюсь под жадные голодные поцелуи Рината.

Он стягивает мои штаны куда-то к коленкам и заставляет прогнуться сильнее, вжавшись ягодицами в его напряженный подрагивающий член.

Сдвигает трусики, перебирает чувствительные складки пальцами. Находит клитор и умело выталкивает меня к новой ступени, когда я начинаю стыдливо постанывать в унисон с актрисой на экране.

Без предупреждения вталкивает в меня пальцы. Продолжает тискать грудь и скользить губами и языком по шее. Он даже не разделся, а я со спущенными штанами и в задранной футболке. На ноутбуке воспроизведено порно, где мужчина грубо трахает блондинку в рот, пока она лежит, запрокинув голову.

Запредельная порочность. Все это ужасающе пошло и очень откровенно, но я трусь промежностью о ладонь Рината и не могу прекратить все это.

Когда-нибудь я научусь ему отказывать.

Когда-нибудь…

Но не сейчас.

– Кайфово, а, зайка? Пищишь так, что охота тебе с размаха всадить, – грубый рокот рядом с моим ухом. – На экран смотри. В будущем и мы так с тобой попробуем.

– Ни…никогда…

– Упрямиться хватит, маленькая. Все равно же на моем болте окажешься.

Он надавливает пальцами еще жестче, крутит соски до боли, толкаясь членом вперед прямо в центр между прикрытыми трусиками половинками попы.

Я очень мокрая уже, а возбуждение растекается мурашками по всему телу.

Злюсь, что снова проиграла.

Кончаю так, что горло разрывают хриплые крики.