355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ширли Басби » Сердце обмануть нельзя » Текст книги (страница 27)
Сердце обмануть нельзя
  • Текст добавлен: 7 сентября 2016, 18:54

Текст книги "Сердце обмануть нельзя"


Автор книги: Ширли Басби



сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)

– Ну хорошо, не улизнула – упорхнула… Тебя это больше устраивает?

– Ты дразнишь меня? – грустно спросила Леони.

Он кончиками пальцев нежно провел по ее щеке.

– А что, нельзя? Я думаю, после сегодняшних событий мне можно немножко и подразнить тебя. Муж имеет на это право, не так ли, моя киска?

Она печально улыбнулась, затем прижалась щекой к его груди.

– Мсье, вы имеете все права, какие пожелаете, и даже те, какими я до сих пор не позволяла вам пользоваться…

У Моргана перехватило дыхание, он придвинулся к Леони и шепотом спросил:

– Даже право прикасаться к тебе, вот так? – Он погладил ладонью ее грудь и коснулся губами ее губ. – И право целовать тебя, вот как сейчас?

Леони закрыла глаза, почувствовала губы Моргана на своих губах. Одной рукой она обхватила его шею, а тело изогнула так, чтобы быть еще ближе к Моргану. Она страстно любила его и больше ни в чем не хотела ему отказывать. Огонь желания заглушил все мысли об Эшли. Осталось только яркое сильное чувство – любовь.

Находиться рядом с Морганом, знать, что он любит ее, чувствовать тепло его рук было верхом блаженства. Леони на этот раз не пыталась заглушить горячее желание, которое все сильнее овладевало ею. Она нетерпеливо расстегнула его рубашку…

Пылкие ласки Леони разожгли страсть Моргана, сдерживаемую последние несколько недель. Он торопливо расстегнул застежки ее платья, и его теплые руки стали нежно гладить ее шелковистую кожу. Затем, горя от нетерпения, он окончательно освободил ее тело от одежды…

Зеленые глаза Леони были полузакрыты, рот замер в ожидании поцелуя. И он вновь и вновь целовал эти нежные губы. Руки Моргана гладили ее грудь, бедра. Оставшаяся одежда стала нестерпимой для Моргана, и он с нетерпением стал срывать ее с себя.

Повернувшись лицом к ней и закусив губы, он с восхищением смотрел на открывшуюся бесстыдную картину. Леони сидела на корточках, золотисто-каштановые волосы были рассыпаны по плечам, возбужденные коралловые соски ждали его ласки, глаза затуманились от желания. Морган притянул ее к себе. И хотя в его крови бушевал огонь, в прикосновениях не было насилия. Это была ласка, о которой мечтает каждая женщина. Морган нашел губы Леони, и его язык начал нетерпеливо впитывать сладкий мед ее рта. Пальцами он слегка массировал соски ее грудей, пока она не задрожала от нетерпеливого желания. Только потом его рука коснулась заветного треугольника между ее ног. Он нашел его и начал гладить и ласкать…

Не в силах сдержать обуревавшую страсть, Леони возвращала Моргану все его поцелуи, а руки ее скользили по его телу, по мускулистой спине, напряженным ягодицам, бедрам. Она наслаждалась прикосновениями к его сильному мужскому телу.

Соски ее были подобны двум бутонам, готовым вот-вот раскрыться. Когда ее маленькая ручка сомкнулась вокруг его затвердевшей мужской плоти, Моргана захлестнула горячая волна желания. Его руки стали двигаться с нарастающей интенсивностью, стараясь дать Леони то же ощущение блаженства, которое она дарила ему.

Его губы и язык ласкали самые интимные места ее тела, и Леони без смущения принимала эти ласки, горя от бесстыдного желания разделить с ним радость любви. Затем Морган обхватил тело Леони и, держа его в плену, перевернулся в душистом сене.

Руки Леони какое-то время беспомощно блуждали по его телу, наконец сомкнулись на шее. А Морган раздвинул коленями ее бедра и со стоном вошел в ее нежное горячее лоно, которое уже давно ждало его. Их губы соединились во взаимном страстном поцелуе… Он продолжал свои плавные ритмичные движения так долго, как только мог, а потом сжал дрожащее тело Леони и, потеряв всякий контроль над происходящим, содрогнулся в блаженном экстазе…

Когда они наконец отправились на ночлег, у них уже не возникло вопроса, спать ли им вместе. Вновь и вновь их горячие тела сплетались в страстном любовном порыве. Каждый раз им казалось, что новое соитие было еще более сладостным, чем прежние.

Они забыли обо всем на свете, и лишь под утро Морган спокойно спросил:

– Леони, что ты думаешь о том богатстве, которое тебя ждет во Франции и которое тебе предлагал Эшли?

Голова Леони уютно покоилась на плече Моргана. Ее усталое тело отдыхало после безумных любовных ласк. Слова Моргана доходили до нее с трудом. Наконец она произнесла:

– Ничего. Франция и все, что с ней связано, слишком далеко от меня, от того, что мне дорого. С тех пор, как мой прадед прибыл в Америку, именно эта земля стала родиной его потомков. Здесь мой дом. Я родилась здесь и не желаю отсюда никуда уезжать!

Глава 31

Эшли встал до восхода солнца и через час, вскочив на коня, направился к плантации Сант-Андре. К семи часам он уже был недалеко от усадьбы, но вместо того, чтобы двигаться по дороге, направил своего коня по лесной тропинке. Ехать стало труднее, но в конце концов Эшли почти достиг дома. Спешившись, он привязал коня к нижней ветке молодого дуба и подкрался ближе.

Расположившись так, чтобы дом был хорошо виден, он стал следить за всеми входящими и выходящими из него обитателями. Эшли еще окончательно не решил, как будет действовать, но твердо намеревался увидеться с Леони и убедить ее всеми правдами и не правдами в необходимости получить французское наследство.

Когда Эшли увидел, что Морган около часа дня куда-то уехал, у него отлегло от сердца. До его возвращения следовало объясниться с Леони.

Эшли подождал еще некоторое время, желая убедиться, что его кузен не собирается возвращаться назад, а затем решительно направился к дому. Он нагло поднялся по ступеням подковообразной лестницы и вошел в холл.

Везде сновали слуги и рабочие. Эшли справедливо рассудил, что они примут его за Моргана, особенно если он будет достаточно осторожен.

Нацепив на лицо доброжелательную улыбку, он пошел наугад и, к своему удовольствию, обнаружил Леони одну в маленькой гостиной. Она рассматривала образцы обивочных материалов. Когда Эшли вошел, она подняла голову и ласково улыбнулась ему. Не разобравшись, что перед ней Эшли, она спросила:

– Для стен в столовой выберем розовый шелк, или ты предпочитаешь зеленый?..

Осторожно прикрыв за собой дверь, Эшли ухмыльнулся, взглянув на Леони. Молодая женщина, сидящая на мягкой софе в абрикосовом муслиновом платье, облегающем ее бедра, выглядела весьма эффектно.

– Да ты, оказывается, хозяйственная женщина, моя дорогая? – язвительно произнес Эшли.

Леони вздрогнула, немедленно узнав насмешливый голос. Быстро вскочив на ноги так, что образцы тканей полетели на пол, она взволнованно произнесла:

– Вы? Что вы здесь делаете? Да Морган убьет вас, если застанет!

– Не застанет! – возразил Эшли. – Я довольно осторожен. Прежде, чем войти, я убедился в его отъезде. Поверь, я уйду раньше, чем он вернется.

Леони не слишком уж испугалась Эшли. Она была больше возмущена появлением этого негодяя. Кроме того, в доме были люди, которых всегда можно было позвать на помощь.

Не скрывая презрения и ненависти, Леони сухо спросила:

– Что вы хотите? Здесь вы не найдете для себя ничего интересного.

– Как не найду? В конце концов здесь находится моя жена, – с усмешкой ответил Эшли.

Увидев, что руки Леони непроизвольно сжались в кулаки, а глаза яростно сверкнули, он сухо добавил:

– Ну, ну, моя дорогая. Не стоит сердиться.

Я понимаю, что начало было у нас не слишком хорошее. Но так сложились обстоятельства, что иного выбора у меня тогда не было… – Ласково улыбнувшись, Эшли приблизился к Леони, но та немедленно отступила. – Я не буду утверждать, дорогая, что до сих пор представлял собой образец примерного мужа, но если вы предоставите мне шанс, то я докажу вам, что могу исправиться.

Ни на грош не веря словам Эшли, но решив подыграть ему, Леони любезно поинтересовалась:

– О! Значит, вы решили вернуть мне приданое?

Эшли нахмурился. Откашлявшись, он сдержанно произнес:

– Не совсем так. Твое приданое, моя дорогая – это сущий пустяк по сравнению с тем, что я предлагаю тебе во Франции. Поедем со мной, и я введу тебя в мир богатства и могущества.

Не в силах более сдерживаться, Леони воскликнула:

– И это предлагаете мне вы? Думаю, что наследство моих предков принадлежит только мне!

Глаза Эшли сузились, доброжелательное выражение исчезло с его лица, и он резко возразил:

– Это твое наследство, но без меня ты его не получишь. Я знаком с могущественными людьми, с ближайшим советником самого Наполеона, и если я представлю тебя ко двору, то ему ничего не будет стоить отдать приказ о возвращении титула и имения Сант-Андре их законной наследнице.

– Понятно, – задумчиво проговорила Леони. – Конечно, без меня вы не сможете все это получить. – На ее лице мелькнула усмешка. – Теперь мне ясно, зачем после стольких лет вы начали разыскивать жену.

Ее слова разъярили Эшли, и он прошипел:

– Не пытайся играть со мной, моя дорогая! Мне нужны эти деньги, и ты поедешь со мной во Францию, чтобы их получить! Ты моя законная жена и твоя обязанность – следовать за своим мужем куда бы то ни было!

Леони громко рассмеялась. В ее глазах заплясали веселые чертики.

– Моя обязанность? А как насчет ваших обязанностей, мсье? Вы забыли, что бросили меня? Мы, кажется, договорились, что не будем предъявлять друг к другу никаких претензий. Но это соглашение касалось только Моргана Слейда, а не вас! Вы плут и самозванец самого худшего пошиба! Я даже пальцем не пошевелю, чтобы вам помочь!

– Мне кажется, что ты не правильно понимаешь ситуацию, моя прелесть, – воскликнул Эшли и, когда Леони насмешливо подняла бровь, продолжил:

– Я так просто не откажусь от задуманного! И то, что я тебя когда-то покинул, совсем не означает, что ты перестала быть моей женой, и что тебе позволено изменять мне с моим кузеном. – Злобно рассмеявшись, он добавил:

– Представьте, что об этом подумают добропорядочные жители Нью-Орлеана. Морган известен в городе благодаря своей матери, которая происходит из уважаемой креольской семьи. Сколько сплетен вызовет эта история! Конечно, людская молва оправдает Моргана… как, впрочем, и любого другого мужчину. Но не тебя! – Эшли мстительно улыбнулся. – На тебе на всю жизнь останется клеймо потаскушки!

Слова Эшли были подобны удару хлыста. Леони не сомневалась в том, что общество действительно отвергнет ее, если правда выйдет наружу. Но Леони постаралась скрыть от Эшли свои страхи. Нахмурив брови, она отрывисто сказала:

– Идите, распространяйте сплетни, но наследство Сант-Андре вы не получите!

Некоторое время Эшли не мог осмыслить происходящее.

– Нет, ты не посмеешь!.. Это же глупо! Поедем во Францию, получим твое наследство, и я немедленно дам тебе развод. Позволь мне получить деньги, и ты будешь свободна.

Леони с удивлением посмотрела на Эшли.

– Вы сумасшедший, мсье, – с отвращением выдохнула она. – Нет, вы просто дурак, если думаете, что я когда-нибудь соглашусь с вами хоть в чем-то!

Лицо Эшли исказилось от ярости. Он уже занес руку для удара, но в это время в комнату вбежал Джастин.

Совершенно не замечая напряженности, витавшей в воздухе, Джастин подбежал к Леони и, обхватив ее колени своими ручонками, радостно закричал:

– Ах, мамочка, вот ты где! Я тебя искал! Идем, посмотришь седло, которое купил папа! Оно красное и очень красивое! Ну, идем же!

Разжав руки малыша, Леони осторожно высвободилась.

– Не сейчас, Джастин! Я скоро освобожусь. Пораженный, Эшли уставился на ребенка. И когда Джастин повернулся к нему, тот с удивлением увидел те же зеленые глаза, что и у Леони. Эшли уже открыл рот, чтобы задать вопрос, но Джастин опередил его. Мальчик подбежал к нему, радостно крича:

– Папа! Ты уже здесь. Когда ты успел вернуться?

– Папа? – вырвалось у Эшли. Он разгневанно взглянул на Леони и злобно прошипел:

– Теперь понятно, милочка, почему тебя так спешили выдать замуж. Господи, оказывается, причина нашего брака стара, как мир…

Эшли захохотал, и Джастин остановился в испуге. На его детском лице отразилось замешательство. Пристальней вглядевшись в Эшли, мальчик отступил назад.

– Ты не мой папа, – решительно заявил он. – Ты только похож на него! Кто ты?

Эшли с неприязнью взглянул на ребенка.

– Не твое дело, щенок! – и, взглянув на Леони, усмехнулся. – Ты, кажется, назвала меня лжецом? А кто же тогда ты, моя дорогая? Навязывать своему мужу ублюдка – это по-твоему честно? Шлюха! Представляю, как ты плясала от радости вместе со своим дедом, когда я попал в ловушку, приготовленную для Моргана!

Джастин подбежал к матери и, вцепившись в ее юбку, закричал:

– Уходи! Ты плохой!

Ослепленная ненавистью, Леони грозно закричала:

– Немедленно уходите отсюда, негодяй! И не смейте больше так говорить о моем ребенке.

– Прекрати истерику, – пробормотал Эшли. – Если ты обещаешь поехать со мной во Францию, я буду держать язык за зубами.

– Никогда! – в ярости закричала Леони. – Вон из моего дома, пока вас не выгнали силой!

С искаженным злобой лицом Эшли подскочил к Леони и закричал:

– Кто его отец, шлюха? Кто!

Понимая, что все его планы рушатся, он изо всей силы ударил Леони по лицу.

Это было весьма неосмотрительно с его стороны. Как Леони, так и Джастин отреагировали молниеносно. Инстинктивно рванувшись вперед, Джастин вонзил зубы в запястье Эшли, а Леони вцепилась в его волосы. Взревев от боли, тот рванулся, пытаясь стряхнуть Джастина. Но забыв о Моргане, уверенный, что он находится далеко, Эшли допустил большую ошибку…

На самом деле всадник, которого он видел отъезжающим от дома, был не Морган, а Доминик. Морган все это время был на конюшне и, вернувшись, решил заглянуть к Леони. Он открыл дверь как раз в тот момент, когда Эшли ударил Леони…

Не успел Эшли и краем глаза заметить разъяренного кузена, как получил в лицо сильнейший удар, который отбросил его к стене.

Лежа на полу и судорожно глотая воздух, Эшли пытался осмыслить, что произошло.

– Леони, возьми Джастина и выйди отсюда.

Мы кое о чем потолкуем с моим кузеном, – донесся до Леони грозный голос Моргана.

Не мешкая ни минуты, прихватив Джастина, она выбежала из комнаты, чтобы позвать

Роберта и Доминика.

Едва только Леони и Джастин покинули комнату, Морган, не сводя глаз с распростертого у стены на полу Эшли, подошел к нему. Опустившись на колено, он одним движением руки достал из-за голенища сапога спрятанный нож и прежде, чем тот понял, что происходит, приставил его к горлу Эшли:

– Не двигайся, Эш! А еще лучше – не дыши!

Тот затих, следя за рукой Моргана. Впрочем, Эшли хорошо знал своего кузена, поэтому, стараясь казаться спокойным, произнес:

– Ты ведь не собираешься убивать меня. Так что давай все спокойно обсудим, как джентльмены.

Оставив на шее Эшли тонкую полоску крови, Морган убрал нож и угрожающе улыбнулся.

– Ты испытываешь мое терпение, Эш! Ты, наверное, не знаешь, что я несколько лет провел среди команчей? Нет? Так вот, я жил среди них, и они научили меня неплохо обращаться с ножом. Если я захочу, то смогу снять скальп, оставив тебя при этом живым. Но я не желаю пачкать кровью пол комнаты, которая должна стать моим кабинетом. Поэтому я предупреждаю тебя, что просто перережу тебе горло, если ты еще хоть раз прикоснешься к Леони. Обещаю тебе, Эш!

В спокойном голосе Моргана было столько уверенности, что Эшли вздрогнул. Прищурившись, Морган некоторое время наблюдал за ним, а затем, вскочив на ноги, скомандовал:

– Вставай!

Не сводя глаз с ножа, Эшли осторожно выполнил приказ. Коротким резким движением отряхнув одежду, он пробормотал:

– Все равно это ничего не меняет. Она остается моей женой.

– Да, это так, – согласился Морган. – Но ты, подонок, не создавая лишних хлопот, дашь ей развод и немедленно уедешь отсюда. – Осторожно спрятав нож за голенище сапога, Морган закурил дорогую тонкую сигару и сквозь ее голубой дым продолжал следить за кузеном. – Ты ведь не дурак, Эшли. Думаю, тебе удастся сесть на первый же корабль, отплывающий из Нью-Орлеана. – Голос Моргана стал железным. – Мне все равно, куда он будет направляться, но ты должен быть на нем. Назови мне любой банк в Англии, и я переведу туда на твое имя определенную сумму денег. Надеюсь, все ясно?, .

– А если я этого не сделаю? – холодно поинтересовался Эшли.

– Тогда я убью тебя, – равнодушно ответил Морган.

Эшли вспыхнул и в бессильной злобе сжал кулаки. Не сказав ни слова, он выскочил из комнаты, пролетев стрелой мимо Леони, Доминика и Роберта, открывающих дверь..

Весь следующий день Эшли провел у себя в комнате, стараясь придумать какой-нибудь способ победить Моргана и исполнить задуманное. Он считал для себя совершенно невозможным вернуться во Францию ни с чем. Даже деньги, обещанные Морганом, не развеяли его черных намерений. Его трясло от одной мысли о тех богатствах, которые могут ускользнуть, если он не привезет Леони во Францию. Дрянь! Если бы только застать ее одну…

– Она слишком хитра и изворотлива, чтобы попасться на крючок, – рассуждал Эшли. – Неужели нет способа заставить ее уехать с ним в Европу?!

И тут его осенило. Ребенок! Ну, конечно! Как он не подумал об этом раньше? Пропажа ребенка заставит ее прибежать туда, куда он скажет, и мигом сделает ее уступчивой. Злобно ухмыльнувшись, Эшли сделал изрядный глоток виски. Итак, корабль отплывает во Францию через несколько дней. Мальчишка должен быть с ним! А записка, оставленная матери, после того, как они отплывут, объяснит, что от нее требуется, если она захочет вновь увидеть своего ублюдка. Эшли спокойно решил, что главное – это рассчитать время. Захватить мальчишку надо в самый последний момент, чтобы не дать времени Моргану на поиски.

Корабль отправится через три дня, в четверг с вечерним приливом, значит, захватить мальчишку следует в тот же день, но так, чтобы хватило времени добраться обратно до Нью-Орлеана…

Со вторника Эшли был занят обследованием усадьбы Сант-Андре. Тайный наблюдательный пункт он облюбовал себе недалеко от дома, в зарослях жасмина. Большую часть времени он скучал от безделья, так как интересовал его теперь только Джастин. Эшли неплохо подготовился, прихватив с собой и еду и питье, что позволило непрерывно следить за домом. Эшли заметил, что днем Джастин обычно играет на зеленой лужайке возле дома. В четверг с восходом солнца он занял исходную позицию.

Он еще раз обдумал план и решил, что в нем нет изъянов. Ему, правда, не нравилось, что на протяжении всех предыдущих дней Джастина всегда сопровождал на прогулке один из братьев Слейдов и молодая мулатка, которую Эшли, впрочем, не брал в расчет. Что касается Слейда… Оглоушить, схватить ребенка и поминай как звали.

Впереди его ждет Франция и наследство…

Неожиданно его размышления прервал смех Джастина. Эшли замер, как кобра, приготовившаяся к прыжку, впившись взглядом в маленькую фигурку в десяти футах от него. Мальчик был один…

Эшли огляделся по сторонам. Отлично. Вокруг никого! Он знал, что одного из братьев Слейдов дома нет, так как видел, как тот рано утром уехал на охоту. А полчаса назад, к радости Эшли, и сам Морган ускакал куда-то в сторону реки. В доме остались только один из братьев, женщины и слуги.

Эшли поднялся с земли, отряхивая сухие ветки и мох, прилипшие к брюкам, вскочил на лошадь и выехал прямо на поляну, где играл Джастин. Мальчик увлеченно бросал камешки в нору, которая давно уже привлекала его внимание. Заслышав стук копыт, он поднялся на ноги и посмотрел туда, откуда слышался шум. На мгновение по ошибке он принял Эшли за Моргана, но через секунду он узнал злобную ухмылку и, испугавшись, бросился бежать к дому.

– Плохой дядька! – кричал он, стараясь бежать как можно быстрее.

В этот момент из-за угла дома появилась служанка Джули. Глядя только на мальчика, она не сразу заметила Эшли. Не успел Джастин пробежать и нескольких футов, как крепкая рука схватила его за шиворот, затем перекинула через седло. Эшли помчался мимо дома и по пути специально вытянул ногу и ударил ею Джули по голове. Со стоном женщина упала на землю, а всадник с мальчиком исчезли в лесу.

К счастью, Джули была лишь оглушена. Через несколько мгновений она неуверенно поднялась на ноги. С расширенными от боли и страха глазами, она, шатаясь, направилась к дому. На ее громкие крики со всех сторон стали сбегаться люди. Когда Леони и Роберт стрелой слетели со ступеней, вокруг мулатки уже собралась толпа. Ошарашенная, Джули только и могла проговорить:

– Плохой хозяин! Он пнул меня ногой и забрал с собой мальчика!..

Роберт остолбенел. Леони побледнела, все поняв.

. Готовая действовать, она приказала одному из конюхов:

– Коня, быстро! – а затем, глядя на Саула, бросила:

– Отправляйся за Морганом. Он у плотины. Скажешь ему, что Эшли похитил Джастина, а я их преследую.

Затем, повернувшись к всхлипывающей Джули, сказала чуть дрогнувшим голосом:

– Джули! Повтори, что случилось. Куда поскакал человек, который украл Джастина?

Джули повторила рассказ, перемежая его частыми вздохами и причитаниями, и закончила словами:

– А потом он поскакал через лес к болотам… Несмотря на протесты Роберта, Леони уже вскочила на свою серую кобылу. Внезапно подскакал запыхавшийся Морган и по-деловому бросил:

– Куда он поскакал?!

– Джули говорит, в сторону болот… Морган мгновенно развернул коня и приказал Роберту.

– Найди как можно скорее Доминика. Он поехал на Черную протоку охотиться на белок. А потом скачите вслед за мной. Найдете меня по следу.

– Я с тобой! – воскликнула Леони. Морган бросил на нее тревожный взгляд, но решил, что сейчас не время спорить.

– Отлично! – отрывисто бросил он, вонзая шпоры в гладкие бока коня. Заржав, конь устремился вперед. За ним последовала разгоряченная кобыла Леони.

Они без труда напали на след Эшли, отмеченный помятой травой, поломанными деревцами. Углубляясь в чащу леса, Морган и Леони перебросились всего лишь парой слов. Каждого из них одолевали собственные мысли. Сознание Леони было охвачено ужасом, но она в глубине души все же надеялась, что Джастина удастся спасти.

Морган тоже был сильно привязан к мальчику, к тому же в нем остро жила память о смерти Филиппа. И вот его ночной кошмар воплотился в жизнь. Им владело леденящее душу ощущение, что все это когда-то с ним уже происходило. Каждый зигзаг, каждый поворот их запутанного пути воскрешали в памяти отчаянную и безнадежную погоню за Филиппом. В этой бешеной скачке образы Джастина и Филиппа слились воедино.

Казалось, лес сомкнулся перед ними. Дремучие заросли преграждали путь. По мере того, как они углублялись в чащу, местность становилось все более болотистой. Лианы и дикий виноград словно змеи оплетали ветви кипарисов и платанов. Чем дальше они продвигались, тем все больше лес стал переходить в болото. Наконец Морган остановил лошадь и, хмуро оглядевшись, сказал:

– Мы потеряли след Эшли… Но далеко он не мог уйти…

Лицо Леони покрылось испариной, зеленые глаза расширились от ужаса.

Он потянулся и обломил небольшую ветку. Привязав к ней обрывок ленты, он произнес:

– Это чтобы Роберт и Доминик не сбились с пути. – Затем, взглянув на Леони, отметив ее порванное и запачканное зеленое платье, он неуверенно добавил:

– Я хочу, чтобы ты здесь дождалась Роберта и Доминика.

– Никогда! – Глаза Леони блеснули, как у дикой рыси, желто-зеленым огнем. – С ним мой сын.

Морган строго посмотрел на несчастную женщину, но, видя ее решимость, лишь произнес:

– Черт побери, Леони! Эшли опасен и… и…

Морган не мог сказать, что ее сын уже, возможно, мертв или может погибнуть прямо у нее на глазах. Даже мысль об этом приводила его в ужас, пострашнее кошмара, который много ночей преследовал его.

Леони почувствовала, о чем думает Морган. Повернув лошадь, она приблизилась и осторожно дотронулась до его руки. Прерывающимся от волнения голосом она проговорила:

– Я понимаю, от чего ты меня хочешь защитить. Но не лучше ли, если мы будем вместе? – На глаза Леони навернулись слезы, и она хрипло прошептала:

– Когда-то ты мне говорил, что вместе мы преодолеем все. И что бы ни ждало нас в конце пути, давай держаться вместе. Что бы нас ни ждало!..


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю