Текст книги "Эпоха перемен (СИ)"

Автор книги: Шерил Винд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Лес закончился у разбитой дороги, окружённой с двух сторон забором старого ранчо. Кораль пустовала – одна из стенок была сломлена. Это давало шанс животным разбежаться в поисках спасения и новой жизни за пределами ранчо. Старая усадьба обветшала и чудом ещё стояла. С пробитой крыши свисали доски и поваленные деревья. Находиться внутри было опасно. Патрон ранчо встретил свою смерть у камина с фотографией жены в руках – не выдержало сердце.

Рядом с жилой постройкой осталась небольшая конюшня, прилегающая к ней западной стеной. Она пребывала в лучшем состоянии и не грозила упасть на головы незваным гостям. Распахнув двери, Каин закрыл нос рукавом – конюшня дыхнула сладковатым запахом. Осмотревшись, Седьмой нашёл причину – кобыла сослужила службу хозяину и сопроводила его в мир мёртвых на своей спине. Она мучительно умирала, угасая от жажды и голода. Голодное животное собрало всё сено с пола, не оставив ни соломинки. Пыталась грызть дерево своей клетки и высвободиться, но не хватило сил. Над её осунувшимся телом роилась стая мух; паразиты поедали мёртвую плоть, превращая красавицу в уродливый кусок гниющего мяса.

Никого живого здесь больше не было.

***

С наступлением ночи воздух стал холоднее. Карлин смотрела в сторону ранчо, но в сгустившейся темноте не различала образов. Всё слилось. Любой шорох привлекал внимание, порождая страхи. Всего лишь пролетела птица, а сердце пустилось в пляс, выбивая тревожное дыхание. Остаться одной – страшнее, чем вновь пережить оккупацию. На открытой территории девушка чувствовала себя беззащитной.

– Карлин, – он позвал её по имени, и все её страхи исчезли с волной дрожи и камнем облегчения. В тёмной фигуре она узнала Каина.

Заброшенное ранчо – неплохой вариант устроить привал. Седьмой вытащил наружу тело лошади и оставил конюшню проветриваться, надеясь, что полы и стены не успели пропитаться смертью.

– Это всё, что я смог найти.

Пара банок с консервами и одна стеклянная с чем-то тёмным. Девушка удивлённо посмотрела на содержимое последней банки, перевернула его, наблюдая за тем, как тёмная жидкость вместе с кусками чего-то похожего на фрукты, перекатывается со дна банки к крышке. Слишком жидкое для варенья.

Крышка сдалась под напором. Потянуло сладким запахом слив. Придирчиво принюхиваясь, Карлин сделала пару глотков, пробуя на вкус.

[Disturbed – The Sound of Silence]

– Компот, – констатировала девушка. – Как в детстве, – она улыбнулась, переведя взгляд на Каина.

Беспечное прошлое казалось таким далёким. Сидеть на крыльце дома, слушать, как стрекочут сверчки. В небе горят звёзды, и светит молодая луна. Расслабленно откинуться на руки и вытянуть уставшие ноги. На несколько мгновений забыть о войне и смертях. Забыть о потерях и том, что в их жизни никогда не настанет покой.

– Добавить объятия и можно вспомнить первое свидание с Лораном Милзом, – усмехнулась девушка.

– И как это было?

Карлин не ожидала вопроса. Простые беседы не в духе Каина.

– Что? – опешила девушка.

– Свидание, – он оставался таким же невозмутимым; смотрел на неё, ожидая объяснения.

Её ответ мог уложиться все в одно слово – «ужасно». Милз с его манерой самолюбования, отцом-шерифом и поцелуем со скобами был самым ужасным вариантом. Атмосфера покоя и юношеский романтизм напомнили ей об этом.

– Ты другой.

Брови универсала подлетели вверх – изумление и недоумение.

– И как я должен это понимать?

– Ну… Во время поцелуя с тобой я не боялась, что у меня язык застрянет в скобах и нас так застукает мой отец.

Пару секунд Карлин смотрела на перекошенное лицо универсала, а после произошло что-то невероятное – она услышала смех. Смеялся Каин.

– Что-о?? – улыбка наползала на её лицо. От его смеха ей самой захотелось рассмеяться. – Ты себе даже не представляешь, насколько это было ужасно.

Отсмеявшись, Каин с улыбкой посмотрел на девушку.

– Не представляю.

***

Ночь на конюшне прошла спокойно. Свободное стойло, подстилка из сена вместо постели; пыльный плед заменил одеяло. Если не смотреть в опустошённое стойло – всё не так плохо. Карлин давно спала, прижавшись к нему. Он не хотел её тревожить, но смог осторожно выбраться из объятий и вернуться в дом. Универсал хотел сделать это ещё до того, как показал девушке ранчо. Найти нитки с иглой, спички и бинты. Застоянная вода в бочке лучше, чем грязь в ране. Промыть, освободить рану – небрежно извлечённая пуля осталась где-то на дороге. Оценить состояние и самостоятельно зашить, надеясь, что сможет протянуть и регенерация справится.

Утро наступило слишком рано – Каин чувствовал усталость во всём теле и нахлынувшую на него апатию. Он крутил в пальцах чип Шары, неотрывно смотря на него. Седьмой потерял весь свой отряд. Не смог выполнить возложенную на него задачу и лишился своей цели. Мог ли он назвать их друзьями, зная правду?

– Каин.

Он отвлёкся, зажав чип в кулаке, и перевёл взгляд на девушку. Карлин – всё, что у него осталось, и он должен был защитить её. Вот только как? Каждое его движение, его борьба, неизменно приводили их к смерти, словно ею он платил за то, что сам ещё жил. Можно ли назвать это жизнью?

Им нельзя задерживаться даже в таком месте, не представляющем ценность для других. Их никто не ищет, но они должны быть осторожны.

Каин принял решение – они отправятся в восточный Ридриган. В военном городе больше шансов выжить, чем с мирными, питающими иллюзии и не приспособленными к жизни в новом мире.

– Каин… – тревожный шепот. Он тоже это слышал. Машина. Совсем близко. Внедорожник. Он остановился перед конюшней.

С улицы доносились мужские голоса. Каин поднялся, подобрался ближе к двери, выглядывая наружу через щель. Двое вооружённых мужчин покидали машину. Никаких обозначений. Больше похожи на гражданских, но в военное время нельзя доверять человеку с оружием.

– Что мы забыли в такой глуши? – недовольно протянул молодой мужчина, с недовольством захлопывая дверь машины.

– Легче! Или я тебе руки в задницу затолкаю.

– Нельзя туда затолкать то, что уже оттуда выросло, – посмеялся другой.

Первый замахнулся, собираясь припечатать обидчику, но был остановлен вторым.

– Крег! Иди лучше посмотри, что здесь есть полезного. Я займусь домом, а ты посмотри, может, какой скот остался поблизости.

– Нахрена мы сюда приехали, – бубнил Крег. Сплюнув на землю, он глянул в бочку с водой, поправил волосы, всматриваясь в своё отражение, и пренебрежительно пнул ёмкость ногой. Она опрокинулась, расплескав воду по песку и земле.

– Ну и нахрена ты это сделал?

– Она всё равно грязная.

Второй закатил глаза.

– Пойду, посмотрю, что в доме.

Мужчины разбрелись по ранчо.

Крег не торопился присоединяться к товарищам и помогать им с поисками. Он крутился у машины, недовольно осматривая местность.

– Какая срань… – выдохнул мужчина. Его взгляд пал на конюшню. Считая, что тратит время впустую, он направился к строению.

Заметив приближение, Каин приказал девушке спрятаться и сохранять тишину. Карлин не перечила – свободное стойло для лошади стало для неё укрытием. Седьмой быстро оглянулся в поисках оружия. У него не было ни пистолета, ни ножа – остался в подарок хломуносцу вместе с продырявленной ногой. Только сейчас, столкнувшись с реальной проблемой, универсал осознал, что был слишком беспечен. Он не побеспокоился об оружии раньше, чем оно ему понадобилось. Рукопашный бой никогда не был его сильной стороной, а против вооружённого – вообще ничто.

Рискуя всем, универсал спрятался в тени за дверью, выжидая подходящий момент. Свет золотой нитью скользнул в помещение и разбился о тень Крега. Мужчина недовольно фыркнул, проходя внутрь.

– Старьё… – хмыкнул он, просматривая конное снаряжение, оставленное хозяином на двери пустующего стойла.

Каин сделал шаг к нему, стараясь не выйти из тени и не выдать себя. Шум. Старое ведро затарахтело. Крег напрягся, а следом довольно хохотнул.

– Детка, я мог пристрелить тебя.

«Карлин»…

Каин напрягся, заметив, что девушка показалась на глаза мужчине. Пользуясь отвлечённостью Крега, Седьмой схватил уздечку и в тот момент, когда Крег заметил, что его тень стала подозрительно больше, петля оказалась на его шее. Мужчина трепыхался, брыкался и хрипел, пытаясь освободиться и сбросить с себя палача, но не смог спасти себя от смерти.

Осмотрев его, Каин нашёл один пистолет и нож, быстро спрятал их, попросил девушку остаться в конюшне, пока он не разберётся с остальными, а сам пошёл за вторым.

– Крег! – крикнул второй, стоя на крыльце. – Где этого придурка носит.

Предусмотрительнее было выстрелить в него, но Септем не хотел тратить патроны и привлекать внимание шумом. Каин обошёл дом с другой стороны и подобрался к крыльцу. Крепко перехватив нож, он собирался вогнать его в тело мужчины – не успел. Убить его оказалось не так просто, как он надеялся. Мужчина, судьба которому благоволила, с размаху припечатал универсала к стене. Не давая Каину опомниться, передавил ему горло ружьём, не позволяя вырваться.

– Ты ещё кто такой!? – прорычал мужчина. Ответ его мало интересовал, но над своим несостоявшимся убийцей он планировал поиздеваться всласть. Одной рукой Каин пытался оттянуть от горла ружьё, чтобы не задохнуться, а второй дотянуться до выроненного ножа. Результата не было, а хороший удар в живот, прилетевший по свежей ране, выбил дух, окрасив кулак мужчины в свежую кровь. – Посмотри-ка… Кто-то тебя уже разукрасил, – ухмыльнулся он. – Повезло, но не в этот раз.

Два стальных штыря оказалось у самого носа универсала. Каин не сразу сообразил, что с них стекала свежая кровь и… они прошли через голову мужчины, который собирался убить его. Давление мужчины ослабло и он начал подаваться вперёд, сокращая расстояние до лица Седьмого. Каин вильнул в сторону, уходя от нежеланной встречи. Теперь он заметил, что Карлин держала в руках садовые вилы, которые всадила в голову мужчины, а ведь он просил её оставаться внутри…

Девушка тяжело дышала. Адреналин зашкаливал. Её руки дрожали. Похоже, это был первый раз, когда она убила человека. Чувствовал ли он что-то подобное, когда убивал? Нет.

– Уходим.

Нет времени на психологию и попытки привести её в чувства. Взяв девушку за руки, выудив в кармане убитого ключи от машины, он повёл Карлин к ней, собираясь убраться отсюда как можно быстрее.

Выстрел. Каин обернулся и выстрелил без сожаления – пуля угодила в лоб подоспевшего третьего. Вовремя. Мужчина упал на землю уже мёртвым. Не собираясь терять времени, не зная наверняка, нет ли поблизости ещё одной группы, Септем открыл дверь в машину, но помедлил. В отражении стекла дальнего вида он заметил бледное от ужаса лицо Карлин. Он совсем забыл о человеческом факторе. То, что для него нормально и часть работы, для неё – убийство. Обернувшись к ней, он понял, что причина была в другом – она зажимала рану. Первый выстрел третьего был нацелен на неё, а не на него и пуля настигла цель.

Придерживая девушку, он опустился с ней на землю, зажимая рану.

– Карлин, я остановлю кровь и зашью рану, но сначала мне нужно достать пулю.

Дрожа, она сжала его руку и кивнула. Закрыла глаза, полностью доверившись ему. Он знал, что ей будет больно, но не мог ничего изменить.

Пустынное ранчо тонет в женском крике.

***

– Все вещи, окружающие нас, состоят из Ки – жизненной энергии. Она не имеет ни начала, ни конца, не увеличивается и не уменьшается.

– Но если она не имеет конца, то она бесконечна? Значит, я смогу стать сильнее?

– А разе может быть что-то больше или меньше бесконечности?

Неизменный пейзаж на протяжении многих дней пути. Несколько часов через пустыню, пересекая прошлое. Каин смотрел на дорогу; запыленное лобовое стекло требовало больше внимания к себе. Джет бы уже крутился возле новенькой машины, оттирая каждое пятно и любовно копаясь в движке, но Седьмой мало что смыслил в машинах, и ещё меньше – в жизни.

Чужой внедорожник пришёлся им кстати. Запаса бензина хватило до первой остановки, чтобы найти там старую залежь и воспользоваться ей. Новый проложенный маршрут уводил их всё дальше от Арионтаса.

Универсал перевёл взгляд на девушку. Карлин лежала на опущенном сидении рядом с ним. Рыжие волосы, спутанные и местами слипшиеся от старой крови, спадали на лицо, пряча его с глаз Септема. Не отпуская руля, Каин бережно поправил куртку на девушке – она послужила ей одеялом, создавая слабое подобие тепла.

Долгая дорога по намеченному пути. Железные стены на двадцать футов возвышаются над городом – его щит. Каин остановил машину недалеко от въезда. Двое вооружённых солдат стояли на главных воротах и не ждали новых гостей. Рядом с ними – два задержанных подростка лет шестнадцать – парень и девушка. В спущенное окно машины долетали лишь отголоски их разговора – универсал не вслушивался.

Игнорируя их, он достал из кармашка солнцезащитного козырька старую фотографию. Он перевернул её и всмотрелся. На нёй были все они перед первым заданием. Такие, как есть. Их застали врасплох; фото вышло несуразным. Сэт смотрел на задницу Тересии. Шара снова уткнулась в монитор, который привлекал её больше окружения, и показывала что-то Первой, наклонившейся к ней. Он сам стоит в стороне и смотрит куда-то в сторону. Ворчливый и недовольный Рик в окружении смеющихся Алеит и Отто запрокидывает в себя содержимое банки с содовой. Всего лишь похожи на людей, но давно уже ими не были.

Убрав фото во внутренний карман, универсал вышел из машины и направился к солдатам. Подходя, он слышал разговор солдат с подростками.

– Что вы здесь делаете в комендантский час?

– Идём домой.

– Что. Вы. Здесь. Делаете.

– БЫСТРО идём домой.

– Документы.

– У твоей гранаты такая красивая чека… – отшутилась девушка.

– Пошутить решил, умник?!

– Да ладно вам, – вмешался парень. – Вы же нас уже давно знаете. К чему это всё?

– Коленз, если твой отец…

– Да моему отцу и дела нет, где я шатаюсь и…

Разговор прервало появление Септема.

– А ты ещё кто? – пренебрежительно отозвался один из солдат, забыв о подростках.

– Лучше бы за чужаками так следили, как за нами, – хмыкнул Коленз. – Не заметили, как машина подъехала. Балваны…

– Угу, – поддакнула девушка.

– А ну пошли вон отсюда оба! – рыкнул на них солдат. – И чтобы больше мне на глаза не попадались! – проводив взглядом спешащих внутрь подростков, мужчина перевёл взгляд на чужака. – А твоего имени я так и не услышал.

– Скажи главному, что у меня к нему разговор.

– Что?.. – мужчина опешил от наглости чужака.

– С чего ему говорить с тобой? – скептически задал вопрос второй.

– Меня зовут Септем. Он поймёт, – Каин оставался непреклонен. У него не было времени на пустые разговоры.

Второй солдат с неохотой заговорил по рации, связываясь с базой. Седьмой ждал результатов, игнорируя направленный на него изучающий взгляд первого солдата. Мужчина глянул за его плечо, присматриваясь к машине, в которой приехал чужак. Играя роль крутого вояки, он направился осмотреть внедорожник.

– Шевельнёшься и выпущу тебе пулю в лоб, запомни, – пригрозил он, но не получил желанной реакции – чужак скосил на него безразличный взгляд и вновь сконцентрировал внимание на втором солдате, ведущем переговоры с базой.

Солдат хмыкнул и занялся работой; он открыл дверцу переднего сидения.

– Да он тут не один, – ухмыльнулся мужчина. – Вылезай, красавица.

Не получив желанной реакции, мужчина сдёрнул с девушки куртку и испуганно шарахнулся в сторону.

– Чёрт!! Да она же дохлая!!

– Отойди.

Солдат перевёл взгляд на Каина – не заметил, как он подошёл. Пистолет смотрел прямо ему в лицо, как увесистое средство внушения.

– Ты хотя бы представляешь, чем это для тебя обернётся? – прошипел солдат, сверля универсала предостерегающим взглядом. Не зря ему хотелось всадить пулю в дерзкого чужака сразу, как только он осмелился заговорить.

– Каин, – прозвучал позади радостный голос.

Не опуская оружия, универсал перевёл взгляд на говорившего мужчину.

– Рад снова видеть тебя у нас в гостях, – мужчина в белом халате широко улыбался, будто бы не замечая щепетильной ситуации. Доктор Кротан. Раньше он присматривал за универсалами в Сорахане, но интерес его к ним был весьма специфическим. – Прошу. Проходи.

Септем не разделял его радости от встречи. Опустив пистолет, он наклонился, чтобы бережно взять на руки девушку, и последовал за приветливым мужчиной.

– Я надеялся, что вы вернётесь все, – всё так же радостно вещал мужчина, ведя универсала с девушкой по знакомым коридорам базы. – Но ты почему-то пришёл один.

– Они погибли.

– Как жаль…

На пару секунд Каину показалось, что на лице вечного весельчака и немного сумасшедшего появилась грусть, но любая эмоция на лице Кротана выглядела с реалистичностью циркового клоуна.

Они остановились у знакомых дверей, ведущих в личный кабинет главы.

– Он уже ждёт тебя. И… если ты позволишь… Мы хотели бы помочь тебе с… этим, – продолжая улыбаться, Кротан показал на девушку в его руках. – Уверяю тебя, что мы не причиним ей вреда.

Парадоксально звучит, учитывая контекст смерти, но даже так Каин не хотел её отдавать и в то же время… Он уже принял решение. Девушка оказалась в руках подошедшего медбрата. Проводив её взглядом, Каин отвлёкся на Кротана – мужчина настаивал на разговоре.

Ни тени радости, но у него осталось одно неоконченное дело. Сжав в руке содержание кармана, универсал прошёл в любезно открытую дверь. Кроман остался снаружи, до последнего провожая Седьмого улыбкой сумасшедшего. Дверь следом закрылась.

– Я слышал, что ты потерял свою команду, – спокойно и безучастно подал голос Артонис. Стоя спиной к универсалу, он не опасался за свою жизнь, хотя именно их последняя встреча привела к цепочке ситуаций, унёсших жизни большей части отряда. Мужчина спокойно взял со стола бутылку бурбона и налил её в стакан. – Но я не совсем понимаю причину твоего визита. Объяснишь?

– Вы сотрудничаете с Хломуносом. В день нападения на Сорахан это вы впустили их в город.

На губах Артониса появилась лёгкая улыбка; он сделал глоток, но ничего не ответил – ждал, когда важный гость доберётся до сути.

– Варуз знал об этом, поэтому нас перевели в Тигиран.

Артонис отставил стакан на стол и заговорил всё так же спокойно и размеренно:

– Твой отец был весьма наблюдателен. «Проект N8» не нравился ему изначально, но он заметно присмирел, когда мог потерять любимого сына.

– Вы не вернули ему сына.

– Нет. Не вернул, – мужчина обернулся и расслабленно опёрся бедром о стол, – но дал ему надежду, что когда-нибудь это произойдёт. И всё же… я не понимаю, зачем ты пришёл именно ко мне. Убить?

Каин не ответил. В несколько шагов он сократил расстояние между ними. Артонис не шелохнулся. Вещь из кармана универсала легла на стол рядом с ним.

– Надеюсь, вы знаете, что с этим делать, – чуть повернув голову к мужчине, негромко сказал Каин. Ему не нравилось то, что он делал, то, с кем собирался сотрудничать и на что подписывался своим поступком, но решение было принято уже давно.

Септем отступил и вышел из кабинета. Артонис усмехнулся. Он знал, что на его столе лежал чип Отто – последнего созданного ими универсала.

***

Воздух за воротами Сорахана обжигающе горяч. Солнце клонится к горизонту, окрашивая небо в алый. Каин смотрел на него, чувствуя прикосновение ветров пустыни.

Шаги за спиной по песку. Он повернул голову в сторону поравнявшейся с ним девушкой. Карлин остановилась в полуметре от него. Ветер трепал край чёрной формы. На тонкой руке с загорелой кожей знакомая чёрная метка «novem».

Переглянувшись, они перевели взгляд – пространство перед ними на сотни миль вперёд устлано телами погибших в войне. Будущее нового поколения вновь построено на костях своих предков.

Адам Линнер 2061 года рождения и Сэт, известный в кругу своих, как Четвёртый, не только были похожи внешне, но и являлись одним человеком. «ОТЦУ» – кругу создателей универсалов, удалось реанимировать тела погибших людей. Вживлённый им чип каким-то образом поддерживал в них жизнь.

Никто из нас не умер по-настоящему. Находясь на грани между миром живых и мёртвых, мы стали живыми мертвецами. Ни живой, ни мёртвый. Ни человек, ни машина.

ERROR

MEMENTO

MEMENTOMORI

Жизнь превратилась в полосу неопределённости: выживешь или нет – решать не тебе, и чей это замысел – устроить Ад на земле. За что проклятье тем, кто желал жить в мире?

Вера говорит, что на долю человека выпадают испытания, с которыми он может справиться. Правила войны смеются над религией, высмеивая её смертями – она решает, кто пройдёт испытание смертью, а кто – сгинет, веруя в обратное.

Будет ли считаться спасённым тот, кто пройдёт через сотни огней, кто рука об руку со Смертью выйдет из поля Войны и увидит, как бесплотный дух эфемерной Смерти растворится перед ним, став туманом незыблемого прошлого?

Они все мертвы, и датой последнего дня жизни на земле стало начало войны.

Я никогда не боялась пасмурного неба. Знала, что в мой город снова пришёл дождь. Он – это жизнь. Начало чего-то нового, потому что нет ничего чище слёз небес, пролитых на землю. Но небо всё чаще застилают не тучи, а дым. Яркая вспышка – я бы хотела, чтобы это была молния. Чтобы люди вышли на улицу умыться искренностью дождей, а не кровью утраченного безвозвратно и слезами боли уходящей надежды. Здесь, в новом мире, просвет – это ещё десяток душ, которые покидают родных и любимых. И мы исчезнем в новой вспышке, став закатом Эпохи перемен.

© Шерил Винд