Текст книги "Знатный квест (СИ)"

Автор книги: Сергей Зыкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

– Так, допустим, я тебе поверил, – после пары секунд молчания продолжил полуэльф, – и прямо сейчас не пойду к мастерам-магам. Но, сам понимаешь, после всего произошедшего полной веры тебе нет!

– Как это «нет»? – показательно изумляюсь я. – А как же проверки? Зелье правды и Осколок Тьмы тебе уже больше не показатели? Вот же, буквально тройку часов назад было!

– И то верно... – пораженно отвечает юноша и временно затихает, погружённый в свежие воспоминания, видимо, прошедшие мимо его осознания.

«Уфф… Тс-с-с, пока юноша в лёгком ступоре, поведу это тело обратно в покои: кормить, а то вон – живот урчит, настроение скачет», – тайно думаю я и, перестав изображать неуместную статую, отправлюсь обратно в покои.

– Что ж, – несколько десятков спокойных шагов спустя раздаётся внутренний голос Таора, полный уверенности, – пересмотрев заново наши, получается, совместные воспоминания, могу с тобой, Сандр, согласиться: ты действовал разумно и вполне законно, без вреда мне и народу Подземья. Посему я, понимая и принимая ответственность, – чуть пафосно продолжил он, – даю тебе, душа-посланец, позволение участвовать в моей жизни словом, делом и мыслью! В моих покоях ты принесёшь магическую клятву! – сверкнув довольной улыбкой, закончил полудемон.

– Я прямо сейчас искренне клянусь своим сознанием в неукоснительном соблюдении твоих интересов и полном отсутствии ущерба Подземью и Тени! Обязуюсь приложить все свои знания и умения для всестороннего твоего процветания! – не менее пафосно и радостно ответил я.

– А теперь – скорее есть! – голодно рыкнули мы оба.

Глава пятая

Добрый сосед

В этой главе главный герой готовится сдаваться.

Вернувшись в покои, Таор привычно, а я малость удивлённо, отметили расторопность слуг, предугадавших потребности всё ещё растущего организма мага-воина: на столе затихающе шкворчала толстостенная сковорода с потрясающей глазуньей из пяти крупных яиц – «желтки» были густо-малиновые, что вызвало одобрительный хмык полудемона. Также рядом исходила паром и бодрящим ароматом кружка для нужд гигантов – больше литра! Завершал сей соблазнительный натюрморт ещё тёплый хлеб и пара небольших продолговатых плодов нестерпимо-синего цвета.

«Как всегда Илл, наш мастер-повар, выше всяческих похвал! – неторопливо насыщаясь, думал Таор. – Вкусно, как у дедушки на Озере! Именно он научил меня так зажаривать яйца водных ящериц и есть их вприкуску с острейшими плодами йяай – редкого кустарника закрытых долин Великих Гор».

Имея всю полноту доступа к ощущениям тела, я изумлённо восторгался способности некоторых разумных получать удовольствие от поедания материи звёздной короны и думал: «Есть у меня одна знакомая, что примерно так же радостно любит огненно-бритвенно-острое… Надо ей при случае порекомендовать!»

«Не стоит, – катая во рту отвар бобов ко, обратился ко мне полудемон. – Плоды йяай не предназначены в пищу, их используют алхимики в сложных зельях и лекари – как шоковое средство. Едим же их во всём Подземье лишь дед мой да я».

Завершив нехитрый и весьма взбодривший завтрак, Таор поднялся и адресовал мне ясную мысль: «Теперь же я займусь подготовкой магической клятвы. Не мешай мне, ограничившись только наблюдением. Понимаю – ситуация невероятно странная, но мне так будет намного спокойнее, – неторопливо транслировал юный маг, направляясь к своему рабочему столу. – Как не раз говорили мастера Врачеватели Духа: “Как можно меньше тревог”, вот и займусь их устранением разумным и законным способом», – привычным оборотом закончил он.

«Да, конечно, – соглашаюсь я. – Пусть это станет первым шагом к доверию друг другу!»

И обращаюсь в зрение.

Таор же, всего пару мгновений проведя в глубочайших раздумьях, начал действовать с точностью и аккуратностью, достигаемой сотнями часов тренировок и повторений. Он взял из стопки на краю стола тонкую каменную пластину примерно книжного формата и, положив её на другой стол вплотную к багряно мерцающему кристаллу, уверенно начертал чёрным стилосом, оставляющим глубокие рдеющие следы, ажурную рамку магической вязи, состоящую из миниатюрных язычков пламени. Не менее чётко и споро внутри рамки был написан достаточно длинный текст на тёмноэльфийском. Глаза фиксировали привычные обороты: «клянусь своим сознанием», «ни словом, ни делом, ни мыслью не причинять вреда», «совершать всё возможное для процветания». Завершил каменный документ искрящийся росчерк подписи и личная печать полудемона – три языка пламени в круге, – проявившаяся под его указательным пальцем.

«Теперь твой черёд, – серьёзно обратился ко мне Таор. – Бери гравёр, влей в него мельчайшую крупицу силы, впиши своё Имя в начале, где я оставил место, и подпишись в конце, справа. После – коснись камня и максимально чётко, честно и открыто скажи: “Клянусь!”», – проинструктировал меня он.

И я понимаю, что вновь полностью властен над телом. Ничуть не сомневаясь, хватаю заметно тёплый чёрный металлический стилос. Пользуясь памятью тела, специальным внутренним усилием выделяю из источника в солнечном сплетении малую искру силы и направляю её по руке. Слабо сверкнувшим кончиком вывожу вначале «Сандр» и ставлю размашистую подпись внизу.

С трудом изгнав из головы формулировку: «Торжественно клянусь, что замышляю только шалость!», я всё же сосредотачиваюсь на тексте клятвы, кладу левую ладонь поверх подписи и тихо, внятно и предельно искренне произношу:

– Клянусь.

Лёгкий, почти за гранью слуха, гул, как от басовитого гонга, ясно дал понять, что клятва принята. Тому же свидетельствовала и проявившаяся ниже моего росчерка пустая окружность, будто выполненная уверенным мазком широкой кисти, щедро оставившей след ярко-оранжевой краски. Чуткое обоняние уловило истаивающую ноту сандала.

«Не-ве-ро-ят-но! – по складам подумал Таор. – Кто же ты на самом деле, раз получил тройное подтверждение?» – удивлённо спросил он.

«Я – это я, и никто более», – отвечаю слегка туманно.

Несколько секунд помолчав в глубокой задумчивости, полудемон-маг разразился чуть торопливым монологом: «Я лишь изредка ловил намёки в старых трудах предков, что возможно подтверждение клятвы не только личным знаком. А сейчас ясно услышал и уловил ещё два: звуком и ароматом! Теперь у меня нет сомнений в твоей искренности и честности, и я хочу назвать тебя соседом. Да, делим мы не один дом, но одно тело, как бы странно это ни звучало. Верю, что впереди нас ждёт путь, достойный легенд!» – мечтательно замер юноша.

И тут же продолжил, сменив восторг на вполне официальный тон: «Я, Таор, сын-по-закону Владыки Подземья и Тени, говорю тебе, Сандр, душа-посланник – добро пожаловать в Подземье».

А после добавил, обращаясь больше к самому себе: «Что ж, великие свершения ещё далеко впереди, а прямо сейчас меня ждёт самое нелюбимое, но неизбежное, ведь “должность от слова долг”, как гласит мудрость основателя Подземья…»

«Письменные отчёты о светлых эльфах главе Стражи и Владыке лично?» – Понимающе спросил я.

«Да, таков порядок… – тихо выдохнул Таор. – Начну с полного и обстоятельного, максимально подробного для Онна, затем краткий – для отца. К вечеру как раз завершу оба и пойду к Владыке – сдаваться, он наверняка будет ждать меня в своё свободное время».

«Сдаваться? – несколько всполошился я. – В смысле?»

«А? – не понял юный полуэльф. – А! Нет, это просто выражение – сдам отчёт и расскажу отцу о результатах поездки. Твоё же появление и наш договор – это только наши и ничьи более дела!» – успокоительно завершил полудемон, уже сидящий за столом перед внушительной стопкой чистого, чуть сероватого пергамента и держащий в правой руке странноватого вида багровое перо.

Глубокий вдох спустя, Таор стал строчка за строчкой, лист за листом превращать полгода своей жизни в чёткий и предельно лаконичный текст, построенный лишь на фактах и только на них.

Едва скрипело перо, шуршал пергамент, чуть слышно потрескивало пламя светильников, час сменялся часом. Повторяющиеся формулировки, описывающие однотипный и размеренный быт светлых и Её Высочества, подёрнутый флёром таинственно-молчаливой усталости на грани измождённости, ввёл и меня, и юного мага в некий бюрократический транс, из которого нас не вывел даже обед, будто сам собой появившийся в столовой наших покоев. Пара блюд изрядной питательности и очень приятного вкуса были поглощены мимо осознанности, которая продолжала с монотонностью метронома чеканить: «В сороковой день пятьсот первого года Эпохи Добрых Соседей, в три часа пополудни проходил второй приём пищи…»

Ещё тремя часами позже, закончив строчить на пергаменте сером, полуэльф взял пяток листов едва-фиолетового цвета и на них ещё лаконичнее изложил ключевые события и наблюдения уже лично для Владыки.

«На этом всё!» – с наслаждением потянувшись, подумали мы.

«Теперь пора к отцу, – добавил Таор. – Как раз после заката он не будет занят».

Сложив краткий отчёт меж двух каменных пластин и закрыв необычную папку магией личной печати, полудемон и я отправились на встречу с Эрром Первым.

Глава шестая

Отец и Владыка

В этой главе сочетаются традиции тёмных и светлых.

Тихими тоннелями и переходами, не встретив никого по пути, Таор-я миновал ещё несколько ярусов пещер, поднимаясь к самой значимой вершине Великих Гор, несущей в себе Дворец Владыки. Уважительно кивнув Арру, стоящему на посту у бокового входа, тремя лестницами и двумя коридорами спустя я-Таор невольно сбился с шага у двери, отмеченной личным знаком Эрра Первого: три чёрных горных вершины с белоснежными пиками в фиолетовом круге. В центр коего и положил правую руку ничуть не сомневающийся полуэльф.

«Так, пора с этим завязывать! – пронеслось в моём сознании. – Личные границы – это, конечно, хорошо, но так мы в руках и ногах запутаемся. Сознание! Слушай мою команду: отставить двойственность! С сего момента воспринимать себя и Таора как единое целое! Мыслить симбиотически, обе памяти использовать равноценно!»

Из-за грани: «Стук-тук-тук… восемнадцать!»

«Есть! – лихо гаркнуло в, казалось, рептильной части мозга. – Исполняю!»

И три удара сердца спустя, я один стою, спокойно ожидая разрешения отца войти.

Дверь мягко открывается внутрь, явив моему взору отлично знакомые обсидианово-черные покои. Привычный минимализм и мягчайшее освещение, оставляющее больше теней, чем света, настроили на мирный лад. Оставив отчёт на рабочем столе, я прошёл анфиладой комнат и обнаружил Эрра в дальней – совершенно пустой за исключением нескольких шкур скальных котов, устилающих пол.

Первый час свободного времени Владыка Подземья и Тени Великих Гор по обыкновению своему проводил в отрешённом спокойствии и медитации, играя на той или иной поющей чаше. Сегодня монарший слух услаждала невиданная мною ранее: тёмного, глянцевато блестящего камня с крохотными белоснежными вкраплениями, причём она казалась не выточенной, а выдутой, словно стеклянная рюмка изрядной величины.

Басовитое гудение распространялось волнами и смывало даже тень тревог и напряжения.

Проведя по ободку последний раз и дослушав затихающий звук, отец открыл глаза, окинул меня строгим и любящим взглядом, чуть кивнул и просто сказал:

– Сын, рад видеть тебя. Садись, – указал он рукой напротив.

– Отец, рад видеть тебя, – я уважительно кланяюсь и усаживаюсь.

– Подарок твоего деда, – отвечает Эрр на невысказанный вопрос. – Плод его экспериментов со снежным обсидианом и магией огня. Превосходная работа, как и всегда.

В задумчивости Владыка извлекает ещё пару долго угасающих нот и вновь обращается ко мне:

– Через час я ужинаю с Её Высочеством, сиятельной Алуринель, в её покоях. Расскажи о ней то, что мне должно знать.

– Как я увидел – Её Высочество тиха, спокойна и достаточно проста на первый взгляд, но вместе с тем духовно сильна и магически развита, – сухо рассказываю итоги своих наблюдений. – Не вызывает сомнений её полная преданность Светлому Лесу и его народу и готовность сделать всё для блага светлых эльфов. По косвенным признакам, – добавляю я, – можно уверенно говорить о тщательно скрываемом локальном кризисе в Светлом Лесу, что оттягивает на себе большую часть магического потенциала всех светлых, – уверенно завершаю доклад.

– Да, это так, – соглашается отец и замолкает на долгую минуту, наполненную поистине волшебными звуками.

– Ты проделал отличную работу, благодарю тебя, – вновь заговорил он. – Прочие донесения подтверждают твой доклад. Могу добавить, зная твоё любопытство – высока вероятность, что в Светлом Лесу зреет прорыв Бездны невиданных ранее размеров. И маги светлых кладут всех себя на сдерживание, – выдал Владыка, слегка ошарашив меня не до конца проверенными сведениями.

– Благодарю, отец, я поразмыслю над этим.

– Ну а теперь нам пора, – сказал отец, легко поднимаясь. – Впереди ужин, и не стоит пропускать его.

Поднявшись следом и поклонившись, я отправился к выходу, а в спину мне донеслось донельзя привычное:

– Таор, будь добр: впредь обсуждать свои шутки до их свершения.

– Пап, тогда они перестанут быть шутками! – мягко улыбаясь, ответил я и был таков.

Держа путь в родные покои, я размышлял и вспоминал всё, что знаю о Бездне и её прорывах в этот Мир.

Обобщая, получалось, что бескрайняя Бездна являла собой хаотическое межмировое образование с относительно стабильными якорями – Доменами, населёнными демонами. Пользуясь той или иной частью Сил Бездны, стабилизируемой структурой Домена, дети Хаоса совершают проколы или прорывы в различных местах Мира с, конечно же, самыми воинственными целями: грабёж, убийства, захват рабов и прочее подобное. В целом, нападения демонов далеко не редкость: и одной полной луны – местного месяца – не проходит, чтоб не случилось пары-тройки боевых столкновений то с десятком, а то и с крупными отрядами порождений Бездны.

Остаётся вопрос: что же за прорыв такой, что продолжает «зреть» при всей подавляющей мощи магов Светлого Леса?

«Но, за недостаточностью фактов и непроверенностью сведений, стоит прекратить ловить скального кота ночью в тёмной пещере, – думал я, вернувшись в свои покои, – и сосредоточиться на текущей действительности. Благо она хороша и благоуханна».

И впрямь – в центре стола второй комнаты исходило немыслимым ароматом каменное блюдо с горкой изжаренных до прозрачного золота некрупных рыбёшек. Свитой вокруг стояли мисочки с различными соусами и солёными грибочками, один вид из которых достаточно ярко светился. Почётным караулом по бокам замерли привычные хлеб и лёгкое игристое.

«Как же хорошо дома, – неторопливо насыщаясь, наслаждался я покоем, – можно есть без оглядки на сложносочинённый этикет. Никак не возьму в голову – зачем светлым СТОЛЬКО условностей? Вот под сенью Великих Гор еда – личное дело каждого тёмного, максимум – его семьи. Разве что за исключением открытых кулинарных поединков на звание мастера. Тут уж всё строго и регламентировано тысячи лет назад».

Сыто щурясь и лениво допивая вино, я задался интересным вопросом: «Как же отец и сиятельная Алуринель проведут ужин? По-светлому или по-тёмному? Как мне кажется, даже четырёх видов ложек достаточно для нервного подёргивания глаза… А уж семь разных вилок! Ох, папа, да поможет тебе Тьма!»

***

Получасом ранее и полулигой восточнее Дворца детей Владыки, на балконе, выступающем из нетронутых рукой разумного скал, среди пышнейших кустов, густо зеленеющих и цветущих всеми оттенками янтаря и золота, зажав в руках уже давно утративший так и не проявившую себя хоть как-то влагу волшебного родника платок, замерла принцесса Светлого Леса. Глубокое дыхание и полуприкрытые глаза цвета утреннего неба выдавали по-настоящему сильную внутреннюю борьбу решительности и обстоятельств.

Несколько минут спустя, когда чуткий слух эльфийки уловил завершение сервировки стола в её покоях для ужина на двоих и, пожалуй, специально заметный стук входной двери, она вернулась внутрь.

В привычных для Алуринель порядке и виде на столе располагались мисочки и тарелки, кубки и вилки, ножи и ложки. Но вот сами блюда оставались для памяти принцессы совершенно незнакомыми. Что уж говорить о Цапле, занявшей её место!

Убрав почти истерзанный платок за манжету эффектного в своей простоте платья изумрудного бархата со вставками солнечного шёлка, доставленного среди прочих её вещей, Света сделала решительный шаг к столу.

И тут в дверь уверенно постучали: раз, два, три.

Будто сама собой фигура светлой эльфийки выпрямилась ещё сильнее и приняла «вид, соответствующий её достоинству», а Цапля спокойно сказала:

– Прошу.

Дверь открылась, и вошёл тёмный эльф, одним видом внушающий уважение: высок, идеально сложён, осанист и величественен. Чёрные одежды с антрацитовой вышивкой и лёгкой искрой магии подчёркивали высокий статус пришедшего. Острые, чуть угловатые черты лица несли печать строгой властности, а глаза оттенка поздней лаванды выдавали спокойную, добрую мудрость. Высокий лоб Владыки пересекал неширокий каменный обруч цвета первозданной Тьмы, белоснежная коса сложного плетения спускалась почти до самого пола.

Миновав пару начальных комнат, тёмный приблизился к столу и умеренно торжественно произнёс на певучем языке светлых:

– Ваше Высочество, сиятельная Алуринель, рад видеть Вас, – Эрр значительно кивнул и продолжил: – Добро пожаловать в столицу Подземья и Тени Великих Гор.

– О Эрр Первый, Владыка Подземья и Тени Великих Гор, рада видеть Вас, – официально ответила принцесса на тёмном наречии и совершила церемонный поклон.

– Прошу Вас, принцесса, разделить со мной сей скромный ужин, – глубоким тоном сказал тёмноэльфийский Владыка, приглашая светлую к трапезе мягким жестом.

Снова склонившись в знак согласия и подождав пару ударов сердца, Цапля выпрямилась, и чуть позже тёмного эльфа уселась за стол напротив него, потупив взор и исподволь изучая представленные яства, понемногу догадываясь, что всё несколько проще, чем казалось: вот понятное мясо, жареное крупными ломтями, вот странноватого вида некрупная рыба, золотящаяся хрусткой корочкой, вот чуть сероватый свежайший хлеб. Мисочки с густым разноцветьем – точно соусы, а оригинальной нарезки смутно знакомые плоды на плоских блюдах – местные овощи. Смущали лишь ярко светящиеся лиловым светом небольшие грибы в одной из прозрачных розеток.

Меж тем Владыка лично разливал едва-едва фиолетовое вино по резным кристаллическим кубкам и неторопливо вещал:

– Этой трапезой, сиятельная Алуринель, я решил совместить традиции Леса и Подземья, оставив присущую светлым сервировку, но приказав подать блюда тёмных. – Эрр, с ловкостью, выдающей небывалый опыт обращения со всем сонмом столовых приборов, откладывал себе мяса и овощей, поливая их одним из соусов. – Понимая Вашу озадаченность, готов дать пояснения, – задавая чуть неформальный тон общения, закончил он.

– Благодарю Вас за столь высокую заботу, Владыка, – тихо ответила светлая. – Меня знакомили с кухней Подземья, но я с радостью выслушаю Вас, как настоящего знатока и ценителя, – продолжила также тихо Цапля, неосознанно добавив голосу играющих глубин.

Благодаря памяти тела Алуринель и кое-каким навыкам её, всё же доставшимся Светлане, ей не менее ловко удалось совладать с вилками-ложками и ножами. Через полминуты она уже неторопливо вкушала нежнейшее, буквально тающее мясо под бордовым соусом кисло-сладкого вкуса и слушала неспешный монолог Эрра Первого, не забывающегося так же спокойно насыщаться в паузах, отчего повествование затянулось вплоть до десерта.

– Прямо сейчас мы кушаем мясо телёнка долинного тура, томлёное на углях. Я – под пряным соусом с восемью горными травами, Вы – под кисло-сладким из ягод го́ринки и мёда, – чуть помолчав, Владыка заметил: – Отличный выбор, как мне думается.

После паузы он продолжил:

– Овощи же вполне обычные: красные бодренцы и зелёные люблоки, которые можно встретить и на границе Светлого Леса и Тени Великих Гор, разве что Илл, мастер-повар, даже меня удивил сегодня нарезкой.

Цапле стоило большого труда сдержать удивление узнавания огурцов и томатов, поменявшихся цветами и обретших неоднозначные названия.

– Да, – несколько предостерегающе отметил Эрр минутой позже, – вон тот синий соус в крошечной плошке не рекомендую. Он из плодов йяай, острых будто все лезвия мира разом. Во всём Подземье лишь мой отец и сын-по-закону способны им наслаждаться.

– Вновь благодарю, Владыка, – уже чуть менее робко ответила светлая и, повинуясь смутному велению интуиции, добавила: – Таор рассказывал об этом.

– Не сомневаюсь, – одними глазами улыбнулся тёмный. – Главное, чтобы не пытался кого-нибудь ещё приохотить помимо воли.

Покончив с мясом и перейдя к рыбе, Эрр продолжил гастрономическое просвещение.

– А это любимая всем нашим семейством пряженая рыба булья, – с видимым удовольствием проговорил он, на мгновение показавшийся больше отцом, чем правителем, и дополнил: – к ней предлагаю белый соус из яиц водных ящериц.

Пару минут лишь деликатный хруст да мягкое бульканье подливаемого вина нарушали тишину покоев. Отдав должное второму блюду, тёмноэльфийский правитель указал на светящуюся розеточку:

– И десерт – грибы ньяам в собственном соку. Их сладость может соперничать лишь с их редкостью. Вот уже не одну тысячу лет мой народ пробует выращивать их специально, но безуспешно, а везёт только разведчикам Глубин да просто случайным разумным обнаружить сросток из двух-трёх грибов в абсолютно случайном месте.

Эрр, на пару секунд в кажущейся задумчивости опустив взгляд на лиловеющий на изящной вилочке гриб. После неуловимым движением рассёк его соответствующим ножом на равные кусочки и, прикрыв глаза, неторопливо съел, смакуя. Завершив трапезу и скупым жестом промокнув тонкие губы, Владыка, взяв кубок, обратился к принцессе, также оценившей мягкую и нежную сладость лилового ньяма и поднявшей на Эрра взор:

– Верю, что блюда понравились Вам, сиятельная Алуринель, а рассказ был полезен и интересен, – Тон тёмного снова стал чуть официальным.

– Да, Владыка, всё так, – склонила голову светлая. – Премного благодарю.

– Теперь же, Ваше Высочество, я задам Вам пару вопросов, – всё тем же тоном продолжил Эрр Первый.

– С радостью отвечу Вам на каждый во всей полноте, дозволенной мне клятвой Отцу-Свету, – ведомая смутной памятью Алуринель о магических обрядах и запретах, отвечала Светлана, так же переходя на тон попрохладней. – По заветам предков приносимые ещё в юности детьми Правителя Светлого Леса клятвы очень серьёзно ограничивают меня, Владыка, – чуть склонила голову Цапля и продолжила: – Мне позволено говорить абсолютно открыто лишь с отцом, братом и мужем. Иначе я уйду в Свет, – тихо закончила она.

Из-за грани: «Стук-тук-тук… шестнадцать!»

Хищно блеснув глазами и лишь этим выдав азарт своей крайней заинтересованности, Владыка Подземья и Тени проговорил, ещё немного построжев:

– В таком случае, Ваше Высочество, Сиятельная Алуринель, Первая дочь Правителя Светлого Леса, я откладываю этот разговор до нашей официальной помолвки, что снимет с Вас понимаемые мной ограничения.

После тёмный эльф поднялся, как и светлая вслед за ним, и спокойно сказал:

– Ваши покои – в Вашем полном распоряжении, они защищены самым лучшим образом от всех возможных угроз. Не стесняйтесь обращаться к слугам с любыми разумными просьбами и требованиями. Более никто не нарушит Ваш покой до прибытия Ваших соотечественников для проведения традиционного приёма в честь представления невесты Владыки ко Двору Подземья, – чуть помолчав Эрр добавил: – Как мне известно они будут здесь со дня на день.

Ошеломлённая Светлана, с трудом удерживая вежливо-нейтральное выражение лица, низко поклонилась и весьма твёрдо произнесла:

– Благодарю Вас, Владыка Подземья и Тени Великих Гор Эрр Первый, за столь высокую заботу.

Ответив церемонным кивком, тёмноэльфиский монарх понимающе посмотрел на светлоэльфийскую принцессу, развернулся и степенно покинул покои, оставив Цаплю фактически в заключении.