Текст книги "Наследник Тумана (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Я стоял чуть в стороне, наблюдая. Прислонился к фонарному столбу, скрестив руки на груди.

Женщина с парнем отсчитывали Бивню купюры, но руки у них все еще подрагивали. Деньги выглядели обычно. Рубли, насколько я мог разглядеть. Правда, портреты на банкнотах были незнакомыми.

Катя тоже расплатилась. Сунула пачку денег в руку Бивню и, не прощаясь, ушла. Только бросила на меня странный, изучающий взгляд напоследок. И кивнула. Я кивнул в ответ.

Маг просто пожал здоровяку руку. Между ними явно был какой-то отдельный договор. Старик что-то негромко сказал, Бивень кивнул, и на этом они разошлись.

Потом Бивень повернулся ко мне.

– Твое, Койот.

Бивень сунул мне деньги. Я пересчитал – двести рублей. По старой памяти сумма выглядела смешной, а память нынешняя тут же поправила: не смешная. Если жить без барских замашек, месяца на два-три хватит.

– Полтинник накинул, – сказал Бивень. – Сам понимаешь, за что.

– Понимаю. Спасибо.

Здоровяк переступил с ноги на ногу, поскреб ногтем щетину.

– И это… хороший отзыв о тебе оставлю. Заслужил. Понадоблюсь, в «Якоре» спросишь.

Что за «Якорь», я не знал, но уточнять не стал.

– Давай, Бивень.

– Не пропадай.

Он ушел и теперь я действительно остался один. Чужое тело, чужая Рязань и двести рублей в кармане. Негусто, хотя могло быть хуже. Мог вообще остаться лежать возле броневика.

Я отошел от людского потока и достал кожаный кошелек. До этого момента у меня даже не было времени в него заглянуть, да и делать это при всем честном народе не хотелось.

В кошельке нашлось пятьдесят рублей мелочью, несколько визиток и карта Российского имперского банка с картинкой двуглавого орла с коронами. Значит, здесь не только наличные. Но посмотреть, сколько там на ней денег, я не мог – пин-код не помнил. Ладно, вспомним еще. А теперь надо бы добраться до дома…

Странное дело – ноги сами понесли меня.

Маршрут я не выбирал. На первом повороте ноги сами свернули к газетному киоску, потом протащили меня через двор. Ржавые качели, перекошенная песочница, три бабки на лавочке. Одна проводила меня таким взглядом, будто Койот задолжал лично ей.

За двором стояла «Березка». Вывеска облупилась, возле входа пустые ящики. Здесь тело снова повернуло без команды – и вывело к серой пятиэтажке.

Значит, приехали.

На первом этаже горела вывеска «Приют усталого путника». Буква «П» мигала, поэтому приют через раз становился просто «риютом». Дверь была приоткрыта; оттуда тянуло жареным мясом. Желудок потребовал спуститься немедленно, но я сперва пошел наверх.

Подъезд встретил зелеными стенами и запахом кошек. На площадке между вторым и третьим этажами валялась бутылка. Квартиру номер семь я узнал еще до того, как разглядел цифру.

Я не вошел, а сперва заглянул внутрь. Мало ли кого Койот оставил дома.

Никого.

Комната крошечная. До окна пять шагов, поперек четыре. Диван продавлен, зеркало на шкафу с отколотым углом.

– Михаил, ну ты и свинья.

Тишина. Прежний хозяин спорить не стал.

Я распахнул форточку. В комнату потянуло сыростью и выхлопом со двора.

За фанерной перегородкой уместилась кухня. Две конфорки, раковина и кран, отсчитывающий секунды: кап, кап, кап. Холодильник гудел так, будто собирался взлететь. Дверь рядом вела в ванную. Жить можно.

Я снял куртку и бросил ее на диван. Из кармана выскользнул телефон. «Руском Ф200». Корпус весь в царапинах, зато экран цветной. Заряда – половина. В углу мигал конверт.

Первое сообщение пришло от неизвестного «Ш»:

«Койот, ты где, заказ горит. Перезвони. Ш.»

Через час тот же человек прислал второе:

«Перезвони срочно!!! Ш.»

Память на букву не отозвалась. Я полез в телефонную книгу. Несколько контактов с неизвестными мне именами, отдельно «Ш» и еще один контакт – «не звонить».

Вот на последний палец так и просился. Поэтому я благоразумно закрыл список.

Нажал на значок браузера. Вместо интернета получил серое окошко: «Недостаточно средств на счету».

– Ну и ладно.

Телефон отправился на стол. Сначала в душ, потом буду разбираться с заказами и людьми, которым якобы нельзя звонить.

В ванной вода сперва шла ржавая. Я дал ей стечь, разделся и полез под душ. Грязь уходила с кожи бурыми ручейками. На боку вместо рваной раны осталась тонкая темная полоса. Петрович залатал меня хорошо, но усталость никуда не ушла. Плечи тянуло, ноги гудели.

Минут через двадцать я закрутил кран.

В шкафу нашлись джинсы, серый свитер и чистые носки. На нижней полке стояли коричневые кожаные ботинки – почти новые. При всей своей бедности Койот, похоже, не любил ходить в чем попало.

Грязные вещи я запихнул в стиральную машину. Обычный автомат: три программы, русские надписи, пожелтевшая кнопка пуска. Нажал ее – машинка загудела и принялась набирать воду.

Я остановился перед зеркалом.

– И снова здравствуй, – сказал своему отражению. Голос прозвучал хрипло, чуждо. – Давай знакомиться, Койот.

Отражение, понятное дело, не ответило.

Немного подумав, я решил более внимательно осмотреть свою новую квартиру и в комоде около кровати обнаружил небольшой сейф. Кодовый замок на шесть цифр. На удивление они быстро всплыли в памяти Койота.

В сейфе лежала небольшая бархатная коробочка. Открыв ее, я уставился на массивный золотой перстень с печаткой. На печатке был выгравирован знак летящего грифона… Это вообще что такое? Но память Койота молчала.

Надел перстень на безымянный палец, и тот сел как влитой. Но вот ощущения после того, как я его надел, появились странные. Мне вдруг захотелось убрать этот перстень обратно в сейф. Почему-то чувствовал какую-то опасность, исходящую от него… Очень интересно, но ничего не понятно. Ладно, разберемся. Убрав перстень в сейф, направился к выходу.

В «Приюте» было шумно, душно и привычно – хотя я здесь, считай, впервые.

Слева тянулась стойка. За ней лысый бармен протирал стакан тряпкой, делая вид что больше его ничего не интересует. Пластиковые столы и такие же пластиковые стулья.

Я занял дальний угол. Стена за спиной, вход справа, стойка перед глазами. Удобно. Не знаю, Койот так привык сидеть или это я после баргестов стал слишком предусмотрительным.

Ко мне подошла официантка и стукнула карандашом по блокноту.

– Кухня нужна?

– А что, есть другая причина сюда приходить?

Она улыбнулась.

– Борщ, пельмени, пюре с котлетой. Щи вчерашние, зато дешевые.

– Борщ. Котлету с пюре. И светлое пиво.

Карандаш заскрипел, официантка ушла. Я устроился поудобнее и принялся разглядывать соседей.

Ближе всех сидели двое работяг в спецовках. Один ковырял черный ноготь, второй ругал начальника: трубу опять прорвало, а чинить велели до утра. За соседним столом заржали стриженые парни в спортивных костюмах. Один опрокинул пиво, другой тут же вытер лужу рукавом. Гопники как гопники – только поглядывали они не на девчонок, а на дверь.

Напротив них смуглая брюнетка водила пальцем по строчкам толстой книги. На каждом пальце по серебряному кольцу. Прочитала абзац, нахмурилась и едва слышно повторила пару слов. У стойки татуированный мужик опрокинул очередную рюмку.

– Еще, – сказал он бармену.

В дальнем углу сидели пятеро в серых куртках. Эти не пили и не шумели. По всему было видно непростые ребята.

Принесли борщ, котлету и пиво. Я потянулся сперва к кружке, но потом передумал и взял ложку. С утра в животе был один бутерброд, да и тот, кажется, достался еще прежнему Койоту.

Борщ выглядел аппетитно – чеснок, мясо, нормальная сметана. Вот сейчас хотя бы поем.

Не успел.

Кто-то выдвинул стул напротив меня и сел. Я поднял глаза. Светловолосая девица, коротко стриженная, кареглазая. Она посмотрела на меня и ухмыльнулась.

– Привет, Койот. А я уж решила, что ты в Тумане сдох.

Глава 4

Я замешкался с ответом и слишком долго разглядывал девушку. Она поначалу улыбалась, но потом наклонилась через стол, заглядывая мне в лицо.

– Миша, ты чего? Не узнаёшь меня? – Она попыталась усмехнуться, но вышло неуверенно. – Если решил пошутить, то давай уже заканчивай. Я к тебе нормально подошла.

– Извини, похоже, действительно не узнаю, – признался я. – На заказе головой приложился, теперь с памятью что-то не то. Какие-то вещи помню, а вот тебя никак не могу вспомнить.

– Даже имя? – Девушка выпрямилась и убрала руку со стола. – Подожди, а лекарь что сказал? Или ты после рейса сразу сюда пошёл?

– До лекаря пока не добрался. Думал, поем и немного приду в себя.

Она недоверчиво посмотрела на меня. Я понимал, как это выглядит: человек сидит над тарелкой борща и спокойно сообщает, что перестал узнавать знакомых. Только другого объяснения у меня не было, а память Койота именно сейчас ничем помогать не собиралась.

– Ты бы лучше с этого начал, а не пугал меня, – сказала девушка. – С виду вроде целый, хотя Бивень такого порассказал, что я уже не знала, чего ждать. Он про тебя теперь всем подряд говорит.

Представляю, сколько подробностей успел добавить. Но расспрашивать о собственных подвигах, не зная имени собеседницы, было неудобно. В голове вдруг мелькнуло что-то знакомое, и я решил попробовать:

– Ше… Подожди, сейчас вспомню.

– Шелест? – Она чуть улыбнулась. – Это позывной, Миш. Для тебя я вообще-то Мила. Уже два года как Мила.

– Значит, не совсем всё забыл, – я постарался ответить спокойно, хотя от облегчения хотелось выдохнуть на весь зал. – Иногда что-то всплывает, но ухватиться не получается. Будто знаю, а сказать не могу.

Мила провела пальцем по краю стола, разглядывая меня уже без обиды.

– Мне это не нравится. И говоришь ты как-то непривычно, раньше иначе отвечал. Давай хоть выясним, что помнишь. В какой гильдии состоишь, знаешь?

– В нашей, – ответил я и тут же понял, насколько глупо это прозвучало.

– Очень содержательно, – Мила покачала головой. – Гильдия экспедиторов и проводников, ГЭП. Здание в промзоне, где ты каждый раз ругаешься когда приходит время платить взносы. Теперь вспомнил?

Я кивнул. На этот раз притворяться не пришлось: перед глазами возник знакомый вход, а следом пришло раздражение из-за денег, которые опять нужно отдавать. Само здание я будто видел недавно, только дорогу до него пока представить не мог.

– Гильдию помню. С работой сложнее, – сказал я, возвращаясь к борщу. – Расскажи, как ты людей через Туман водишь. Хочу сравнить с тем, что у меня в голове осталось.

Мила посмотрела на ложку в моей руке.

– Ты так спокойно об этом спрашиваешь, что мне не по себе. Мы ведь одним и тем же занимаемся. Ты хоть понимаешь, что с такой памятью на следующий заказ нельзя?

– На следующий я пока и не собираюсь. Поэтому и спрашиваю тебя, а не проверяю всё на людях.

Она придвинула стул к столу и заговорила тише:

– Ладно. Мы видим путь там, где остальные его не найдут. Обычный человек сойдёт с дороги и уже не сможет вернуться, а проводник ещё разберётся, куда идти. Не всегда, конечно. Ты и сам знаешь, сколько наших не возвращается.

– А сам Туман откуда берётся? Это кто-нибудь выяснил?

Мила нахмурилась, но всё же ответила:

– Если выяснили, нам не рассказали. Учёные спорят, некоторые считают, что это прорывы из другого мира. Только пока они спорят, нам приходится работать. Туман появляется и из него выходят твари. По прогнозам можно примерно понять, чего ждать, но ты ведь сам видел их точность.

Я доел борщ и отложил ложку. Мила следила за мной, словно пыталась понять, насколько всё плохо, а я выбирал следующий вопрос. Спросить хотелось о многом, но лучше начать с того, без чего я вряд ли переживу ещё один выход.

– А нить у тебя постоянно видна? Или появляется на время?

– Вот про нить ты помнишь, – она немного оживилась. – Нет, постоянно не вижу. Иногда исчезает, особенно если отвлечёшься. Тогда идёшь по памяти, пока снова не заметишь.

– Получается, она только подсказывает, а дальше уж е сам разбираешься?

– Ну да. Не будешь же стоять на месте с караваном и ждать, когда она соблаговолит показаться. Поэтому надо смотреть, где проходишь. Если просто идти за линией и ничего вокруг не замечать, долго не проработаешь.

Это совпадало с тем, что я успел испытать на себе. Хотелось уточнить ещё, но Мила и так смотрела с подозрением, поэтому я решил пока остановиться.

– У меня она тоже пропадала. После удара всё казалось непривычным, вот я и засомневался.

– В таком случае тем более сходи к лекарю, – Мила положила ладонь на стол рядом с моей. – Не отмахивайся, пожалуйста. В зелёной зоне ещё можно выбраться, если что-то случится, а в синей ты без нити не только сам пропадёшь. За тобой ведь люди идут.

Ответить я не успел: подошла официантка с котлетой и пюре. Она забрала пустую тарелку и спросила Милу, не хочет ли та заказать что-нибудь. Мила отказалась, подождав, пока официантка отойдёт.

– Этот заказ я тебе нашла, – сказала она. – Тоже не помнишь?

Я уже взял вилку, но пришлось отложить.

– Нет. А что с ним было не так?

– По бумагам всё нормально. Прогноз зелёный, маршрут знакомый. Я сама проверила, прежде чем тебе предложить, – она отвела взгляд. – А потом синий уровень. Знала бы, что так получится, даже говорить бы не стала.

– Ты же не могла предвидеть смену уровня. Мы выбрались, и я сейчас здесь сижу. Не надо себя накручивать.

– После рассказов Бивня трудно не накручивать, – возразила Мила. – Он говорит, ты на вожака через огонь полез, а потом ножом ему в глаз попал. Я сначала решила, что он выпил и половину придумал.

– Он увлёкся, когда рассказывал.

– То есть вожака убил не ты? – Мила посмотрела мне в лицо, и отвернуться я уже не успел.

– Я, – признался я. – Только никакого красивого подвига там не было. Пришлось лезть, иначе нас бы сожрали.

Она откинулась на спинку стула и скрестила руки.

– Не обижайся, Койот, но раньше ты бы не полез. Ты от обычного рейса мог отказаться, если дорога не нравилась, а тут сам бросился на тварь с ножом. Я не говорю, что ты поступил плохо. Просто не понимаю, что с тобой случилось.

– А что мне оставалось? Ждать, пока она до нас доберётся?

– Раньше ты бы искал, куда уйти.

– В этот раз уходить было некуда, – я пожал плечами. – Всё быстро произошло, обдумывать некогда было. Повезло, наверное.

Мила тихо фыркнула и замолчала. Ответ её не устроил, что было вполне понятно. Она знала Койота два года, а я даже не представлял, как он обычно держался рядом с ней. Может, стоило рассказать чуть больше, но доверяться человеку, которого видел впервые, я не собирался. Сначала бы выяснить, кем они друг другу приходились.

– Ладно, не хочешь говорить – не надо, – наконец сказала она. – Я не выпытываю ничего, просто волновалась за тебя. А ты сидишь и отвечаешь так, будто я пристала с ерундой.

– Я не это имел в виду. Спасибо, что подошла, правда. Мне сейчас самому во всём разобраться бы.

Она немного смягчилась, но продолжать разговор не стала. Поднявшись, поправила сумку на плече.

– Завтра к десяти приходи в Гильдию. Тебя ждут, хотят о заказе поговорить.

– Кто именно? Хоть скажи, к чему готовиться.

– На месте объяснят, мне поручили только передать. И не опаздывай. После рассказов Бивня ещё решат, что ты теперь важный человек и можешь заставлять всех ждать.

– Постараюсь прийти вовремя, – ответил я. – Если дорогу вспомню.

Мила остановилась и посмотрела на меня так, что я пожалел о шутке.

– Миша, сходи к лекарю. Я серьёзно. Ты сейчас улыбаешься, а я даже не понимаю, можно ли тебя одного оставлять.

– До дома доберусь, не переживай. И про лекаря услышал.

Она ещё немного постояла возле стола, будто хотела что-то добавить, но в итоге только попрощалась. Я проводил её взглядом и вернулся к еде. Котлета успела остыть, зато теперь я хотя бы знал, кто такая Шелест. Правда, вместе с этим появились новые вопросы.

Доев, я допил пиво и попросил счёт. С чаевыми получилось пять рублей, и я некоторое время разглядывал оставшиеся деньги, пытаясь понять, дорого это или нет. Судить пока было не по чему.

Дома меня никто не ждал. Я разулся у порога и добрался до дивана, с которого вставать уже не хотелось. Но стоило закрыть глаза, как вспоминалось лицо Милы. Завтра в Гильдии наверняка встретятся и другие знакомые Койота. Придётся как-то разговаривать с ними, не зная даже имён.

– Ладно, сначала разберёмся с тем, что есть, – пробормотал я, устраиваясь удобнее.

Пока выходило немного. Меня занесло в чужой мир и поселило в теле проводника. Часть его памяти сохранилась, способностями я тоже мог пользоваться, только толком не понимал как. В Тумане приходилось действовать наугад, и хорошо ещё, что получилось выбраться.

В углу стоял телевизор с выпуклым экраном. Пульт нашёлся на подлокотнике, и я включил новости в надежде хоть что-нибудь узнать без расспросов. На экране появилась ведущая, за спиной которой висела карта России с закрашенными участками.

– … В районе Рязани обстановка стабильная, уровень угрозы зелёный. Туман сместился на восток и сейчас концентрируется в районе Владимира. Жителям рекомендуется…

Перед глазами возникло синее окно, закрыв половину телевизора.

Период адаптации завершён. Носитель стабилизирован.

Доступ к интерфейсу разблокирован.

Открыть меню персонажа? Да / Нет

Я выпрямился и провёл рукой перед лицом. Ладонь прошла сквозь надпись, а та осталась на месте. Стоило повернуть голову, как окно переместилось вместе со взглядом.

– Да, открывай, – произнёс я вслух и зачем-то покосился на дверь.

Хорошо, что никто не слышит. И без того забываю знакомых, теперь ещё разговариваю сам с собой.

Окно стало больше, вместо вопроса появились характеристики.

Имя: Михаил Рощин (Койот)

Уровень: 1

Опыт: 0/200

Состояние: здоров

Способности:

Путеводная нить – активный навык, уровень 1.

Дальность: 50 м. Стабильность: низкая.

Чутьё опасности – пассивный навык, уровень 1.

Радиус: 15 м. Точность: базовая.

Скрытые способности: недоступны. Требуется повышение уровня.

Я перечитал всё ещё раз, задержавшись на Чутье опасности. Пятнадцать метров – не так уж много. Баргест преодолеет это расстояние быстрее, чем я успею достать оружие. Но пусть лучше предупреждает хотя бы за секунду, чем совсем никак.

– А подробнее можно? Что они умеют и как ими пользоваться?

Ответ появился сразу.

Путеводная нить

Показывает безопасный маршрут в аномальной зоне. Работа навыка зависит от концентрации носителя и условий внутри Тумана.

Чутьё опасности

Позволяет ощущать приближение враждебных существ в пределах радиуса действия.

Значит, холод между лопатками перед нападением был не просто испугом. Тело предупреждало об опасности, а я едва успел понять, что происходит. Теперь хотя бы буду знать, на что обращать внимание.

С нитью всё тоже сходилось. Мила называла её точно так же и описывала примерно то же самое. Я задержал взгляд на названии, пытаясь мысленно открыть дополнительные сведения. С первой попытки ничего не вышло, зато со второй под описанием добавился текст.

Способность класса «Проводник».

С повышением уровня увеличивается дальность действия, нить становится устойчивее. Дальнейшее развитие позволяет находить обходные пути и скрытые проходы, а на высоких уровнях – распознавать ловушки Тумана.

Вот это уже интереснее. Нынешние пятьдесят метров не предел, да и исчезать линия будет реже. Если удастся развить навык, водить людей станет проще. Только как быстро растут уровни и что для этого нужно?

Я снова посмотрел на строку опыта и нахмурился.

– Погоди, почему ноль? Мне же за баргестов начисляли. Куда всё делось?

За обычную тварь давали пятнадцать очков, за вожака – восемьдесят пять. Эти сообщения я помнил хорошо. И уж точно не собирался делать вид, будто мне всё равно, что заработанное куда-то исчезло.

Опыт, полученный во время адаптации, израсходован на стабилизацию носителя.

– Даже не спросили, – проворчал я. – Хотя, наверное, спрашивать было некогда.

Система ничего не ответила. Я ещё немного посмотрел на нулевое значение, потом махнул рукой. Если благодаря этой стабилизации я сижу дома, а не лежу растерзанным в Тумане, то пусть. Обидно, конечно, но заново набрать опыт всё же лучше, чем погибнуть.

Меню удалось закрыть мысленной командой. В телевизоре уже показывали сериал про полицейских: двое мужчин бежали между гаражами, один отстреливался на ходу. Если бы не недавняя сводка о Тумане, можно было решить, что я никуда из своего мира не попадал.

Я пощёлкал каналы. На многих вместо передачи появлялось предложение оплатить подписку, а из бесплатного смотреть было почти нечего. Вскоре телевизор отправился отдыхать, и я снова оглядел комнату.

Жил Койот небогато. В прихожей я нашёл квитанции – тридцать рублей за квартиру каждый месяц. На телевизор он явно не тратился, с ремонтом тоже не спешил: над диваном тянулась трещина. Впрочем, жильё есть, с голоду пока не умираю. Для человека, который ещё утром не знал, где окажется к вечеру, вполне неплохо.

Я положил пульт рядом и попытался разобраться в услышанном. Названия городов знакомые, даже телевизионные передачи похожи на наши. При этом за городом бродят твари, а людей через опасные места водят проводники. Здешние к этому привыкли. Мила рассказывала про нить так спокойно, будто объясняла, как сверяться с картой.

Только вот о Системе она не сказала ничего. Возможно, потому, что я не спросил, но лезть с таким вопросом пока не хотелось. Мало ли, у неё никакого меню нет. Тогда как объяснять, откуда оно взялось у меня? Ссылаться на удар по голове можно, конечно, но после такого меня не просто отправят к лекарю, а ещё и за руку отведут.

С техникой тоже было непонятно. Всё, что я пока видел, напоминало начало двухтысячных, хотя делать выводы по старому телевизору было рано. Главное, интернет здесь есть. Найти бы место, где им можно воспользоваться, и спокойно почитать о мире. Компьютер хотя бы не начнёт тревожиться из-за моих вопросов.

Я поднялся с дивана и подошёл к окну. На площадке никого не было, под фонарём блестели мокрые качели. Над крышами виднелась светлая полоса, которую я почему-то сразу принял за Туман. Постоял ещё немного, пытаясь разглядеть её, но так ничего и не понял.

По телевизору обещали зелёный уровень. Мила перед заказом тоже проверяла прогноз, а в итоге пришлось биться с баргестами. Пожалуй, успокаивать себя словами ведущей не стоит.

Я задёрнул штору. На сегодня хватит размышлений: от них уже начинала болеть голова, а ответов больше не становилось. Раздевшись, лёг на диван и почти сразу уснул.

Ночью снилась дорога, по которой я всё никак не мог дойти до конца. Нить появлялась прямо перед ногами и снова пропадала, стоило попытаться рассмотреть её дальше. Потом дорога сменилась комнатой с зеркалом. В нём стоял Койот и двигался вместе со мной, а я никак не мог привыкнуть к его лицу.

Разбудил меня будильник. Пришлось пошарить рукой рядом с диваном, прежде чем нашлась кнопка. Сам я его не заводил – видимо, Койот оставил повторный сигнал ещё до поездки. Собирался вернуться и жить дальше по привычному распорядку.

За окном было пасмурно. Я сел, поморщившись от боли в пояснице, а когда потянулся за одеждой, напомнило о себе плечо. Ран уже не было, но чувствовал я себя так, будто вчера действительно подрался с огромной собакой. Впрочем, так оно и было.

После умывания немного полегчало. Я побрился и пошёл искать завтрак. На кухне обнаружились яйца и остаток колбасы, который отправился на сковородку. Хлеб успел зачерстветь, пришлось макать его в желток, иначе жевать было совсем невесело.

Пока ел, присматривался к квартире. Денег у прежнего хозяина, похоже, было немного, зато порядок он любил. Грязную посуду не копил, вещи на стуле лежали сложенными. Я тоже вымыл за собой тарелку и вернулся к бумагам в прихожей – вдруг там найдётся что-нибудь полезнее квитанций.

Под ними лежал ежедневник. Обложка потёрлась по краям, несколько страниц были загнуты. Я открыл его в надежде узнать о Койоте хоть что-то личное, но тот в основном записывал поездки и заработок. Иногда рядом стояло имя заказчика, никаких пояснений не было.

Последняя запись гласила:

«16/09. Коломна – Рязань. Бивень. 150 ₽»

Сто пятьдесят за рейс, который едва не закончился смертью. Бивень добавил сверху, так что вернулся я с двумя сотнями. Если сравнить с платой за квартиру, сумма неплохая. Вместе с тем, что осталось от Койота, на первое время должно хватить. Главное – не тратить бездумно, пока не разберусь в местных ценах.

Я полистал ежедневник дальше, но ничего, что помогло бы подготовиться к встрече в Гильдии, не нашёл. Пришлось закрыть его и снова вызвать меню.

Уровень всё ещё первый, опыт – ноль. За ночь ничего само собой не прибавилось. Если за обычного баргеста дают пятнадцать очков, для повышения придётся убить немало тварей. Хорошо бы опыт начисляли ещё за что-нибудь, кроме драки, но пока Система об этом не сообщала.

Убрав окно, я принялся собираться. Пересчитал деньги и положил телефон во внутренний карман. Потянулся проверить нож, прежде чем вспомнил, где тот остался: в глазнице вожака. Значит, нужен новый. Заодно стоит узнать, сколько здесь просят за нормальное снаряжение, а то без оружия ходить было как-то неуютно.

Ключи нашлись возле двери. Я запер квартиру и спустился по лестнице, стараясь не придумывать заранее разговор с гильдейскими. Всё равно не угадаю, о чём спросят, а лишний раз нервничать незачем.

На улице шел мелкий дождь. Я поднял воротник и дошёл до перекрёстка, где остановился, не понимая, куда дальше. Уже собрался ругать память Койота, но заметил вывеску магазина и вдруг вспомнил нужный поворот. Потом стало легче: знакомые места подсказывали дорогу. Объяснить её кому-нибудь я бы пока не смог, зато сам шёл почти без остановок.

До Гильдии было около двадцати минут пешком. По пути пришлось отскочить от лужи, когда мимо пронеслась маршрутка. Водитель даже не притормозил, а мужчина на остановке высказал ему вслед всё, что думал. Я невольно усмехнулся. Вот это точно ничего нового.

Зато реклама отличалась. На щите возле дороги предлагали страховку от Тумана, а чуть дальше «Госэкспресс» приглашал пассажиров в поездку. На фотографии семья улыбалась в салоне броневика, словно впереди их ждал отдых, а не дорога через аномальную зону. Я вспомнил вчерашний рейс и отвёл взгляд.

В Гильдии меня ждали люди, которые знали Койота куда лучше, чем я сам. Придётся слушать и поменьше торопиться с ответами. Удар по голове пока объяснял забывчивость, но постоянно прикрываться им вряд ли получится. Сунув руки в карманы, я прибавил шаг. Опоздать после предупреждения Милы было бы совсем глупо.