Текст книги "Барон Дубов 10 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Михаил Капелькин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

Особняк Кротовых

Некоторое время назад

Комната, которую они заняли, была небольшой. Василиса чувствовала себя в старом, заброшенном особняке не очень уютно. Ей всё казалось, что где-то бродят призраки бывших владельцев, недовольные, что у них не спросили разрешения заселиться сюда.

Княжна тут же одёрнула себя. Ей больше не нужны ничьи разрешения. Она откупилась от своего рода и теперь вольна делать что угодно. Хотя она всё равно любила своих родителей и не хотела их расстраивать. Чувствовала, что и они её любят и продолжают заботиться.

Она снова тряхнула головой с короткими голубыми волосами.

– Ты в порядке? – участливо спросила Лакросса, помогавшая Дубову готовить небольшой перекус из сухих пайков. Она мешала кашу в котелке на газовой горелке.

– Да… Да! Всё хорошо, – поспешила заверить её Василиса. – Просто не выспалась.

– Да уж, здоровый глубокий сон – моя несбыточная мечта за последние сутки. Хорошо было в особняке Дубова, правда?

– Казалось, что так будет всегда, – поддакнула Лиза.

Она разливала горячий чай по кружкам, стоявшим на большом старом столе. Его протёрли от пыли, да и саму столовую наспех прибрали и обставили небольшими нагревательными приборами. Они работали на мана-кристаллах. Специальные, военные обогреватели, не дававшие магического излучения. Хотя дом и так экранировался.

– Хорошо было, – согласилась княжна. – Будто дома оказалась.

– Точно… – вздохнула Лакросса.

– Вы там болтаете или готовите? – рыкнул Дубов, корпевший над плитой с большой кастрюлей. От неё шёл просто изумительный аромат.

Княжна и подруги после окрика тут же замолчали, похихикав на этого тирана, и продолжили готовку. Вскоре едой заставили весь стол, и они пообедали. Или поужинали? Или это был ранний завтрак? Василиса уже потеряла счёт времени.

Как всегда, барон Дубов сумел из не очень вкусного пайка приготовить нечто очень вкусное! Вроде простые макароны с тушёнкой, но какие ароматные! Княжна ела и причмокивала от удовольствия. Да и не она одна. В столовой небольшого особняка на время смолкли все разговоры и остались только чавканье и довольное мычание. Дружинникам Мечникова тоже немного досталось. Дубов слишком много приготовил, и князь позвал пару своих солдат.

– Боже… – стонал один, невысокий, но мускулистый, – Ваше Сиятельство, возьмите Его Благородие поваром! Пожалуйста! Можете не платить мне жалованье целый год!

– Я и так тебе его не плачу, – едко отвечал князь. – Ты у меня, Митрофан, в долг, помнишь, сколько взял? Минимум год ещё будешь расплачиваться.

– Господин, – вторил другой дружинник, тощий, но жилистый, – возьмите моё жалованье!

– Так, всё! – стукнул по столу Мечников и взашей выгнал упирающихся дружинников. – Совсем я вас разбаловал. Как закончим с заданием, прикажу сотнику с вас по три шкуры каждую тренировку спускать!

– Блин… Поели, называется… – хмуро пробормотал толстый и плечистый воин и ушёл, повесив голову.

– Повара им подавай, как в ресторане… – пробурчал Мечников и вновь взялся за ложку, уплетая макароны. – Чёрт! Ну как же вкусно! – следом простонал он.

А все, кто остался в столовой, расслабленно засмеялись. На миг Василиса даже забыла, что им предстоит. Но стоило взглянуть на Дубова, как она опять всё вспомнила. Просто столкнулась взглядом с Колей, который хмуро смотрел на неё и ничего не говорил. Его взгляд был куда красноречивее. Княжна знала, что ему не нравится идея отпускать её одну. Но таков план, разработанный ими в дороге.

Вскоре все поели. Осталось немного времени, и все легли спать. Княжна улеглась на живот Лютоволка, но заснуть не смогла. Пошла к Дубову, который уже храпел, развалившись в кресле, и забралась к нему на колени, где свернулась калачиком под его руками.

– Не спится? – тут же проснулся он.

– Ага.

– Волнуешься?

– Да. Я ведь ещё не воевала с людьми. Не… убивала людей, – произнеся это, Василиса ещё плотнее свернулась калачиком.

Дубов погладил её по спине. Его прикосновения успокаивали.

– Это не просто… – сказал он и надолго замолчал. – Пойми вот что. Ты и твоя семья выбрали свою сторону. А эти люди выбрали свою. И теперь обе стороны хотят убить друг друга за «неправильный» выбор. А «неправильного» выбора нет. Есть просто выбор. И если сделал его, то будь добр держаться этого выбора. И принимать последствия. Даже если ты убьёшь кого-то, то не вини себя. Просто они сделали свой выбор. Ты ведь не будешь жалеть, если вдруг убьёшь человека, решившего убить тебя, чтобы обогатиться? Например, получить вознаграждение от другого, конкурирующего рода за твою смерть.

– Нет, не буду.

– Вот и тут не жалей. Солдаты Деникина сделали свой выбор. И не бойся. Я буду рядом и успею тебя защитить…

Но княжна уже не смогла ответить. Лишь частью сознания ощутила, как проваливается в тёплую, уютную темноту.

* * *

Тоннели

Николай

– Ну, понеслась! – рыкнул я, выскакивая первым из дыры в земле, как чёрт из табакерки.

За мной следом вырвались Альфачик и Гоша, готовые рвать и метать. Но войска противника были от нас в доброй сотне метров. Маршировали по выжженному лесу.

В небе раздался рокот орудий, и тут же послышался свист падающих мин. Огненным валом они накрыли колонну мятежников. Это стреляли автоматические миномёты. Мечников расположил их в нескольких километрах от целей, глубоко в лесу. Сейчас машины дадут ещё пару залпов и закатятся обратно под землю, будто их и не было.

Впереди слышались взрывы и крики раненых. Стонал разрываемый металл.

«Козлы, Коля! У меня не хватает сил управлять ими! – раздался в голове голос Маши. – Прости…»

«Война – фигня, главное – манёвры! Где эти козлы? И я про бронированных тварей!»

«К северо-востоку от тебя».

Так. Понятно. Если козлы не хотят идти к колонне, то я их сам сюда приведу. Мысленным приказом подозвал Альфачика и взобрался зверю на холку, крепко обхватив его мускулистый торс ногами. Повинуясь моей воле, Лютоволк с радостью побежал в указанном направлении.

– Эй, куда это он? – возмутился один из дружинников, но Мечников его одёрнул:

– Не твоё дело! Значит, так надо! Вперёд, в атаку! Дадим прикурить гадам!

Я не видел, но знал, что бойцы и девушки с Гошей двинулись сквозь заросли к колонне. Те перед ними услужливо расступались – спасибо дриаде.

Бронированные козлы в количестве двух десятков паслись в нескольких сотнях метров от выхода из тоннелей. Бронированными их называли за пластины природной, тёмного цвета с синим отливом брони, покрывавшей всё их тело. Эти монстры напоминали броненосцев. Только в сочленениях между пластинами росла бурая курчавая шерсть. И рогов у них не было.

Зато были два больших нароста, которыми козлы легко могли пробить небольшое дерево насквозь. Или стену толщиной в несколько кирпичей. Правда, пробивали они только головой, поэтому легко застревали в дырах, которые сами и сделали.

В целом, как и броненосцы, они были безобидными. Если не подходить к ним ближе чем на дюжину метров. Если всё же это сделать, то у этих травоядных включался какой-то режим берсерка, и они начинали преследовать не осмотрительного человека. Преследовать до победного конца.

Сейчас двухметровые козлы мирно сдирали кору с деревьев и с тупым выражением морд жевали и чавкали. Мягко ступая лапами, Альфачик прошёл под низко нависающими ветками, заставив меня пригнуться, и вышел на крохотную полянку. Через нашу связь я чувствовал, что он всё это воспринимает как увлекательную игру.

Ну, почему бы и нет?

Вдруг под лапой Лютоволка хрустнула ветка. Козлы синхронно подняли головы и уставились на нас горизонтальными зрачками. Довольно зловеще уставились.

Странно, что они на бой никак не реагировали. Вообще, это довольно тупые твари. А тут ещё и густой лес хорошо глушил рокот боя. Словно где-то далеко просвистела ещё кучка снарядов, и глухо, будто за много километров, донеслись взрывы. Козлам было по фиг. Их куда больше интересовали мы.

– Р-р-р? – взрыкнул Альфачик, приглашая поиграть.

– МЕ-Е-Е-Е!!! – тут же взревел самый мощный, толстый и с самим большими наростами на лбу козёл. Вожак, стало быть.

Вспоров копытами землю, бронированная тварь устремилась к нам.

– Погнали! – завопил я Альфачику прямо в ухо.

Но зверь уже оттолкнулся от земли лапами и вбежал в чащу.

Деревья, ветви и корни уступали нам дорогу. С грозным грохотом копыт козлы преследовали нас. С каждым скачком шум битвы становился громче. А вскоре последний ряд деревьев расступился, и Альфачик выскочил на выжженную просеку.

И как раз вовремя! Здесь уже развернулось сражение. Миномёты сумели застать врага врасплох. Несколько машин горели, и валялись трупы деникинцев. Но погибло их относительно немного. Всё-таки это лучшая дружина в стране.

Была. И я позабочусь, чтобы это «была» закрепилось навсегда.

Многие дружинники имели при себе артефактное оружие и защитные артефакты. Ещё и шли в полной боевой броне, готовые сразу же вступить в бой. Это и спасло большинству жизни.

Небольшой отряд Мечникова открыл по врагам огонь из всех орудий. Завязалась жестокая перестрелка. Деникинцы уже опомнились после атаки с воздуха и стягивали силы к месту боя. Несколько броневиков и танков поддерживали пехоту.

Подруги тоже уже сражались. Лакросса запускала взрывающиеся морозом копья в огромных количествах, Лизины сферы упорно разряжали защитные артефакты врага, Агнес в одиночку поливала свинцом так, как будто вместо неё атаковала целая рота. Графиня Вдовина не отставала. Её духовные иглы летали чуть ли не чаще, чем копья Лакроссы. Но у деникинцев оказались и свои духовные практики! Они окружали воинов духовной бронёй.

К тому же нас было всего около трёх десятков, а их несколько сотен. Мятежников в смысле. И подтягивались ещё.

Также немилосердно хлестала метель. Колючий снег врезался в глаза, мешая видеть и своим, и чужим. Что-то Василиса там разошлась.

Всё это я увидел за доли секунды. Альфачик взмыл в воздух и перемахнул через броневик, экипаж которого заметил нас. Его башня уже наводилась на Лютоволка. А потом из леса выскочила стая бронированных козлов.

– Мать твою! – услышал я испуганный голос из броневика.

Сразу несколько козлов врезались в бочину машины. Броню не пробили, но оставили хорошие вмятины, а затем и перевернули её. Стая понеслась дальше, преследуя Альфачика. А мы скакали по полю боя, внося сумятицу в ряды врагов. Я ещё и зелья разбрасывал, сколько мог. Они взрывались, окатывая мятежников огнём, холодом и кислотой. А несколько дымовых бомб заставили врагов кашлять и хвататься за глаза. Да, этот дым помогла сделать Агнес, добавив в него какой-то перец. Глаза жгло просто немилосердно.

Ещё и Альфачик добавлял молниями. Враги, артефакты которых уже сдохли, умирали поджаренными его электричеством.

Козлы пробивали путь сквозь строй врагов, как нож сквозь масло. Топтали солдат так, что ни один артефакт не выдерживал. Переворачивали технику и ломали орудия. Простые пули не брали их броню. А вот артефактные…

В какой-то момент даже стало немного жаль бедных монстров. Одного за другим их начали убивать. Пули из трабеллуниума, заряженного магией, легко пробивали броне-пластины и оставляли рваные кровоточащие дыры.

Постепенно дезорганизованный первым нападением враг приходил в себя. Вдруг дорогу нам преградил целый взвод солдат с крупнокалиберными винтовками, направленными на меня. Их возглавлял мощный воин со сверкающим золотой маной мечом. Десятник. Если не сотник.

– Пли! – скомандовал он.

Альфачик шарахнулся в сторону. Большинство пуль свистнули мимо, но некоторые задели его по касательной. К счастью, шкуру не пробили, но всё равно было больно. Часть агонии передалась мне по нашей связи. Зато ему легче, а я потерплю. Да покромсаю ублюдков.

Заскулив, Лютоволк перекатился через спину, сбросив меня. Я вскочил на ноги, мгновенно вводя в Инсект всё тело.

– За Альфачика вы мне ответите! – прорычал, доставая топор с молотом.

Не знаю, на кого я сейчас был похож, покрытый морёной плотью с зелёными трещинами, но в глазах стрелявших мелькнул страх. Даже с учётом, что большинство дружинников там бывалые.

– Целься! – снова заорал десятник (предполагаю, что он, сотники обычно отрядами покрупнее командуют). Высокий, мускулистый, седой. Лицо пересекали три длинных шрама, как от удара когтистой лапой. – Пли!

Но второй раз выстрелить они не успели. Сразу весь отряд в две дюжины человек накрыла принесённая метелью паутина. Защитные артефакты бойцов вспыхнули, сопротивляясь ей, но вскоре погасли. Паутина легла на пластины брони, открытые участки кожи, головы и руки. Всё, с чем соприкасались нити паутины, моментально начинало шипеть. А через мгновение раздались душераздирающие вопли людей, которых разъедала кислота.

Хрена себе, что теперь Гоша может! Мне так врагов не достанется, вообще-то!

В тон моим мыслям очухался Альфачик и шарахнул тугой, горячей молнией. Разряд побежал по паутине, и уже через секунду вместо стрелков лежали обугленные дымящиеся трупы. Только десятник выжил. Судя по магическому излучению, он был увешан мощными артефактами. Может, даже в какое отверстие на теле засунул. Потому что их было реально много!

Альфачик с появившимся из леса Гошей хотели наброситься на него, но я их отозвал. Этот – мой.

– Сегодня ты сдохнешь, чмо дубовое! – по-простолюдински оскорбил меня это гад и с рычанием бросился в бой с мечом наголо.

А я только этого и ждал. Мы схлестнулись так, что капли золотой и зелёной маны полетели в разные стороны, с шипением падая в снег.

Враг был быстрым. Золотой меч рассекал воздух так шустро, что становился почти неразличим. Но на моей стороне были многократные тренировки с Сергеем Михайловичем. Он куда шустрее этого десятника. Так что я с лёгкостью отражал атаки, но времени для контратак у меня не оставалось. Пришлось убрать топор в кольцо и вместо него призвать щит-корневище. Принял особо мощный удар, распоровший щит до половины. И меч застрял. Десятник попытался его вырвать, и ему это удалось.

Вот только он потерял одну десятую секунды. И мне этого хватило.

– Ку-ку! – гаркнул и вдарил по врагу молотом с широкого размаха.

Сразу три защитных артефакт вспыхнули, отработав своё, и погасли. А мана-взрыв, который, спасибо Веронике, наблюдавшей за боем из засады, стал ещё и морозным, впечатал десятника в сплошную стену деревьев и покрыл коркой льда.

Отпраздновать победу я не успел. Десятник стряхнул лёд, будто это был какой-то фантик!

– Такой хернёй меня не взять! – рыкнул он.

А я давно хотел попробовать одну штуку, о которой читал в архиве своего рода. Я же установил связь со своими предками, верно? По крайней мере, так сказала маленькая Мать Леса. А что, если я могу использовать их Инсекты? Хотя бы частично. Дедов, например.

И я решил попробовать.

Десятник подпрыгнул, упёрся ногами в ствол дерева, и оттолкнулся, превратив себя в летящее пушечное ядро. Я же в тот самый момент направил ману сразу в два места. Во-первых, дриаде, потому что у неё она была уже на исходе. А во-вторых, в землю прямо перед собой. Волна зелёной энергии прокатилась по растаявшей грязи, и следом оттуда полезли дубовые корни. Они выстреливали сразу на метр вверх – острые, как копья Лакроссы.

Десятник в полёте встретился с ними, и несколько штук пронзили его насквозь.

– Кха! – изумлённо закашлялся он, выплёвывая сгустки крови на землю. – Т-тварь! Ответишь… перед г-государем!

– Да вообще-то, он меня сюда и послал, – пожал я плечами. – Или ты про другого?

– Н-не важно… всё равно ты… сдохнешь! – последнее слово он почти выплюнул и умер.

А потом из корней начал расти дуб, питавшийся его кровью. Жесть какая. У деда такой жуткой фигни не было…

Тем временем сражение продолжилось, и я понял, почему десятник был уверен, что я умру. Прибыло подкрепление! Разорванная в этом месте колонна хотела соединиться. С одной стороны двигались сразу полдюжины танков в ряд. И они залпом выстрелили в меня.

К счастью, Гоша успел выбросить паутину, перекрывшую просеку. Нити рассекли снаряды, а от шрапнели я закрылся щитом.

А потом сверху на танки обрушился огненный дождь. Реально огненный. С полсотни метеоритов рухнули на крыши танков, пробивая их броню. Машины загорелись, пехоту рядом тоже посекло, а из танков полезли горящие люди.

– Не благодари! – выкрикнул Павел, пришедший мне на помощь.

Неплохо он развил свой дар…

– Сзади! – вдруг раздался рядом с нами окрик.

Это кричал Верещагин. Он буквально из-под земли вырос рядом с нами, попутно разорвав изнутри какого-то бедолагу.

С другой стороны тоже подошли новые силы противника.

Всё. Эффект неожиданности исчерпан. Пора отступать. Думаю, мы наделали достаточно шуму, чтобы Деникин сам пошёл разбираться со своими тылами. Так, глядишь, и встретимся.

А если нет… Что ж, у нас ещё много идей для засад!

«Коля! Что-то не так!» – вдруг раздался в голове голос дриады. В тот самый момент, как я ударил в землю, вызывая стену из нескольких дубов, чтобы пережить залп орудий.

Там человек пятьдесят собирались по нам вдарить магией и оружием. Но… не вдарили?

«О чём ты?» – отозвался я Маше.

«Мои птицы… Они мёрзнут! И больше не видят княжну! Она должна быть в центре метели, но её там нет! И мой лес… он замерзает! Коля? Коля!»

Вот только дриаде я уже не отвечал. Смотрел, как с неба спускается до жути прекрасная Снежная Королева. По-другому даже не знаю, как назвать это существо. Полностью изо льда, с шикарными формами и развевающимися волосами из инея. Лицо светится строгой красотой и жестокостью. Вроде княжна, а вроде и нет…

Под её ногами воздух буквально звенел от холода. А солдаты врага превратились в жуткие ледяные статуи.

– Они сделали свой выбор, – сказала она. – А ты? Какой выбор сделал ты, Дубов?

Голос её был холоден как лёд и трещал, как восьмидесятиградусный мороз. Впрочем… Тут ощутимо похолодало!

Какое-то шестое чувство подсказывало мне, что это не к добру.

Глава 5

Центр метели

Несколько минут назад

Княжна с высоты сквозь рваные тучи видела, как пролетели первые снаряды, оставляя огненные росчерки в воздухе, и ударили по длинной колонне. Земля вздыбилась, вспучились огненные шары, а маленькие фигурки людей разлетелись в разные стороны. Некоторые фигурки вообще сами по себе в разные стороны разлетелись. Разорвало их, в общем.

Жуткое зрелище для Василисы. Прежде она такого не видела. Но слова Дубова её успокоили. Это их выбор.

В то же время Онежская упивалась своей силой. Здесь, наверху, она наконец могла отпустить себя. Перестать контролировать свой дар. А тот так и жаждал, чтобы его пустили в ход. Особенно после зелья Дубова.

Плавно взмахнув руками, Василиса породила мощный снежный вихрь и обрушила на головы врагов. Деревья гнулись под напором ветра, снежные шапки слетали с них и падали на головы солдат Деникина.

Потом началась атака Мечникова, Дубова и остальных. Василиса усилила метель, взмахивая руками и посылая всё новые потоки жуткого холода и колючего снега. От её усилий тучи стали плотнее, полностью закрыв солнце. Вражеские огромные дирижабли тяжело ворочались, пытаясь вернуться на курс, но их всё дальше сносило в сторону. Кто-то догадался, что в эпицентре метели находится её источник. Тяжёлые орудия огрызнулись огнём, и несколько больших светлячков ухнули в тёмное брюхо метели.

Они пролетели мимо, не причинив вреда Василисе. Она лишь направила ещё маны в змеиный пояс Дубова, чтобы её точно не заметили, и продолжила обрушивать вьюгу на вражескую колонну.

Вдруг она ощутила что-то странное. Как в тот раз, в особняке Дубова, когда напали монстры. Она тогда тоже почти отпустила себя. И сейчас вновь: чем больше морозной маны текло по её мана-каналам, тем отчётливее она ощущала, как что-то внутри хочет показать, на что способна Василиса Онежская.

Странное чувство. Слишком чужое для неё. Будто какая-то её часть не желала контролировать свою силу, а всё больше и больше жаждала использовать Инсект на полную. Без всяких ограничений.

Но пока что княжна могла удержать себя. Просто, чтобы случайно не заморозить своих друзей.

А потом она увидела в дыру меж туч, как мятежники внизу организовались, собрали силы в два кулака и атаковали сразу с двух сторон её друзей. Если ничего не сделать, их возьмут в клещи и перебьют!

Тогда княжна сжала ледяные кулаки и позволила всей своей мощи обрушиться на колонну Деникина.

Ведь мятежники сделали свой выбор. Так пусть теперь ответят за него.

* * *

Сейчас

Николай

– А ты? Какой выбор сделал ты, Дубов? – вновь повторила свой вопрос ледяная леди, лишь отдалённо напоминающая Василису.

Она, кажется, даже выше стала. Грудь и бёдра точно стали больше. Не скажу, что мне это не нравилось, но блин… Всё-таки это не княжна.

Женщина вскинула ледяную руку, и с кончиков пальцев сорвался поток холода. Мы с Павлом и Алексеем рефлекторно спрятались за укрытием из небольших дубов, но… Холод оказался настолько лютый, что деревья полопались, распираемые замёрзшей внутри влагой. Затем попадали, снесённые сильным ветром. Новый поток холода устремился к нам, и я едва успел вскинуть увеличенный до двух метров щит-корневище. Упёрся ногами в мгновенно замёрзшую грязь, пытаясь удержаться на одном месте.

Паша и Лёха так же укрылись за щитом, помогая удержать его на месте. Позади меня, уперевшись мне в спину четырьмя парами лап, встали Альфачик и Гоша. Мимо с рёвом летел поток голубой энергии.

Повернув голову, увидел Мечникова и его людей в полусотне метров позади. Они сражались с солдатами Деникина врукопашную. Из-за деревьев их прикрывали мои женщины, включая Лакроссу с её копьями, Веронику, Агнес и графиню Вдовину.

– Князь! – проревел я, привлекая внимание Мечникова, который одним ударом своих гибких клинков рассёк сразу троих солдат. – Уводите людей! Быстрее!

Анатолий Петрович оглянулся, увидел ледяной апокалипсис, побледнел и кивнул.

– Отступаем! Отступаем! – понеслась команда.

Видел, как Лакросса, отправив несколько копий в монструозный танк противнка и раскурочив его броню взрывами, рванулась в мою сторону. Но остановилась, натолкнувшись на мой суровый взгляд.

– Уходи… – шепнул я одними губами.

Девушка всё поняла по моему взгляду, схватила выбежавшую Веронику в ледяной броне с ледяными шлемом, сползшим на глаза, и утянула её в лес. Как раз за миг до того, как в них ударил поток холодного воздуха, перемешанного со льдом.

Так. Ладно. Люди Мечникова тоже свалили, а деникинцы, с которыми они дрались, тоже охренели не меньше и предпочли отступить. Остались мы. Точнее, я, Лёша, Паша и два зверя, подпиравшие меня.

Холод хоть и летел мимо, всё же был к нам очень близко. Даже мою толстую кожу уже неприятно покалывало. Щит же вовсе начал промерзать насквозь, и Паша с Верещагиным не могли больше помогать. Чуть не примёрзли к покрывшимся инеем корешкам.

– Чёрт, холодно-то как! – взвыл Павел.

– Ау-у-у… – печально вторил ему Альфачик.

– Я могу… – стонал Алексей, превратив свои руки в алмазы и помогая держать щит, – попробовать подобраться к ней и…

Я одним глазом взглянул на поток, мчавшийся мимо.

– И что потом? – оборвал я Верещагина. – Заморозит тебя, как полуфабрикат, и всё. Фиг вытащишь.

– Тогда, может, обрушить на неё метеоритный дождь? – зябко ёжась, предложил царевич.

Его броня, на которой сияли огнём руны, пытаясь защитить от холода, покрылась инеем и местами ледяной корочкой.

– Ты дурак? – удивился я. – Это же Василиса! А если убьёшь её?

– Но делать-то что-то надо! – взвыл царевич, чуть ли не прыгая на одной ноге от холода.

– Надо. Надо вам убраться отсюда подальше.

– Легко сказать… – прокряхтел Верещагин, переставляя ноги, чтобы удержаться на месте.

А нас начинало сносить всё больше. Я понемногу пятился. Сильна, ох и сильна княжна! Но что с ней случилось?

– Так. Я её отвлеку, а вы валите отсюда. У вас будет всего пара секунд. Уяснили?

– Ладно… – скрипя зубами, согласились эти вояки.

Зверям тоже дал мысленную команду сваливать, как только появится возможность.

Теперь надо отвлечь княжну. Но как? Выбор, выбор… неужели это после нашего разговора, когда она не могла уснуть? Блин, слишком превратно меня поняла, что ли? Кто ж знал!

Ладно, об этом потом. Если она хочет узнать, что я выбрал, то я ей скажу. Только… она же не уточнила свой вопрос, верно? Просто спросила, что я выбрал… Хех, есть одна идейка…

– Выбор! – попытался перекричать я рёв ледяного потока. – Я сделал выбор!

– Говори, – отозвалась ледяная леди. Поток иссяк.

– Я выбрал… – набрал побольше воздуха в грудь, выглянул из-за щита и проорал: – ГАВАЙСКУЮ ПИЦЦУ С АНАНАСАМИ!

– Чего? – скривился Верещагин. А я легонько подопнул его коленом.

– Ч-что? – замерла на месте ледяная женщина и склонила голову. – Пицца с ананасами?

– Сейчас! – грозно прошептал, пока та задумалась, и Павел с Алексеем сорвались с места. А следом за ними звери.

Красивое лицо через пару секунд скривилось от омерзения.

– Пицца с ананасами… Да это же отвратительно! Отвратительный выбор!

На меня вновь обрушился ледяной поток.

– Много ты понимаешь в еде! – кричал я из-за щита. – Ананасы придают пицце шарм! Так необходимую ей изысканность и пикантность вкуса!

– ФУ-У-У!!! – громыхала псевдокняжна, усиливая напор.

Почему я заговорил про пиццу с ананасами? Сам не знаю. Чувствовал, что это всё же княжна, хоть и немного другая. И хотел зацепить её чем-то и вытащить… наружу. Вот и вспомнил давнишний разговор в одной пиццерии. Лакросса и Василиса тогда спорили как раз об ананасах в пицце. И княжне они жутко не нравились. Впрочем, мне тоже, но о вкусах не спорят. Человек ест то, что ему нравится, и в этом нет ничего плохого. В Индийских королевствах вон до сих пор руками своё карру едят, и ничего. Нормальные люди… если не считать запаха специй и их первобытного страха перед твёрдым стулом.

Короче, я достиг сразу двух целей. Вывел из себя эту ледяную женщину и узнал, что княжна где-то там.

А вот что дальше делать? Меня опять тут сносит.

«Маша? – позвал я мысленно. – Тут с княжной что-то не так».

«А я что говорила? Мне пришлось отозвать птенцов, иначе она бы их заморозила! И чего ты всё это время молчал⁈ Я уж думала, что всё…» – взорвалась дриада длинной тирадой.

«Быстро ты меня со счетов списала, – крякнул я, всем телом удерживая на месте щит. Поток стал интенсивнее. – Ты случайно не в курсе, что с ней? Вроде и Василиса, а вроде и нет. И крыша у неё съехала капитально!»

«Слушай, я бы рада помочь, но я слишком далеко, чтобы что-то понять. Взгляни на её духовную ауру – она изменилась».

Я последовал совету дриады и прикрыл глаза, чтобы не отвлекаться. Взглянул на Василису духовным зрением, а затем ещё и магическим. Увиденное меня не обрадовало. Её магическая аура выглядела как фонтан морозной энергии, бьющей в небо. А духовная…

«Не могу понять, – говорил я дриаде, – но что-то не так. Она покрыта духовной бронёй, непроницаемой для меня».

«Вот чёрт… Сейчас бы какую-нибудь Мать Леса сюда. Они в духовных делах разбираются даже лучше меня. Всё что могу сказать отсюда: это княжна, но не совсем княжна… Чёрт, не знаю, как объяснить. Ощущение, что там есть кто-то ещё…»

«Ладно, строить догадки я и сам могу. Попробую подобраться поближе, а ты пока займись войсками Деникина. Они не должны подойти к нам, пока я разбираюсь с Василисой».

«Хоть бы „спасибо“ сказал…» – побурчала напоследок Маша.

Вот только её недовольства мне тут не хватало.

Блин, что же делать… Сюда бы какого-нибудь хорошего духовного практика…

– Кхм-кхм… – вдруг покашляли у меня за спиной и постучали по плечу.

– А-а-а!!! – от неожиданности завопил я и чуть не подпрыгнул.

Я же с закрытыми глазами стоял! Уже решил, что эта ледяная стерва до меня дошла.

Но нет. Стерва оказалась рыжей. Стояла передо мной, пытаясь спрятать красный нос в меховом воротнике дублёнки.

– Кажется, я могу помочь! – прокричала она.

– Чем? Довести до инфаркта⁈

– Какой ты нежный, Дубов. Нет, с ней.

Екатерина снова перешла на «ты». Ну да, в такой ситуации не до расшаркиваний.

Хм… Графине Вдовиной я пока ещё не доверял. Вот только ситуация сейчас казалась безвыходной, а она всю жизнь посвятила духовной практике. Думаю, уровень её знаний близок к Машиному. Вот только дриада в нескольких десятках метрах под землёй и несколько занята, сдерживая Деникинские войска от атаки на нас.

Хотя если деникинцы настолько тупы, чтобы сунуться в этот ледяной апокалипсис, то скатертью дорога. Правда, тут же встаёт вопрос о моих интеллектуальных способностях. И графини Вдовиной. Мы-то здесь. А эта редиска рыжая ещё и улучила момент, когда я отвлекал княжну, и подкралась ко мне, рискуя жизнью.

Ладно. Можно попробовать.

– Что ты предлагаешь? Убивать её я не дам, сразу говорю! – прорычал, держась за щит.

К слову, я уже второй щит-корневище создал, потому что первый превратился в ледышку и начал обжигать пальцы и предплечье левой руки.

– Это её Инсект, – запрыгнула мне на спину рыжая и говорила теперь в самое ухо. – Он стал слишком силён и завладел ею.

– Откуда ты знаешь?

– Слышал, как люди говорят? В отношениях больше всех разбирается тот, у кого их никогда не было. Так же и тут. Я много знаю об этих дарах, потому что… искала способ пробудить свой. Долго искала.

– Ладно, – хмыкнул я, – звучит почти логично. Погоди-ка…

Вдруг давление на щит снова пропало.

Княжна пришла в себя? Вот так просто?

Я выглянул и… никого не увидел! Кроме бушующей метели, конечно.

– Вижу, ты уже сделала свой выбор, – зловеще произнёс голос над нашими головами.

Едва успел щит поднять, как уже сверху обрушился новый ледяной поток. Ледяная Ккоролева летала над нами и атаковала уже оттуда.

– Странно, – сказал я, пригибаясь под напором стихии. – А меня она сперва спросила про выбор. Почему не спросила тебя?

– ТЫ СЕЙЧАС ХОЧЕШЬ ЭТО ОБСУДИТЬ?!!! – вскричала графиня, забираясь на меня и обхватывая шею руками.

Просто поток морозной маны княжны теперь бил в землю вокруг нас, там же образовывался ледяной нарост, опоясавший наши ноги, а клочья ледяной энергии протянулись к ногами. Теперь только моим, потому что графиня взобралась мне на закорки.

Не хорошо, но и не ужасно.

– Ладно. Что предлагаешь?

– Ты ведь в курсе что такое сфера души? И Инсект на этой сфере?

Я кивнул.

– Инсект – тоже маленькая сфера. Чем дар человека сильнее, тем эта сфера больше, и тем большее влияние она способна оказывать…

– Короче! Сейчас не до лекций! – взревел я, вставая на одно колено. Ух, холодно, блин!

– Ладно-ладно! Тебе надо достучаться до неё! Чтобы она пришла в себя и снова взяла свой дар под контроль! Со временем она научится держать его в узде, но сейчас ей нужна помощь!

– И как это сделать? Как достучаться до её души?

– Через Духовное пространство, – сказала, словно вынося вердикт, графиня. – Если подведёшь меня к ней, я смогу вас обоих отправить туда. Но для этого я должна коснуться вас одноврем… ай, задницу поддувает!