Текст книги "Искатель 15 (СИ)"

Автор книги: Сергей Шиленко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4

Я стоял у края портала, наблюдая, как армия Бастиона нескончаемым потоком вливается на вражескую территорию. Зрелище выглядело внушительно и даже в какой-то степени завораживающе.

Лорды региона не поскупились: доспехи сверкали, оружие заточено и, где возможно, усилено чарами. В воздухе висело густое, почти осязаемое напряжение, смесь страха, решимости и адреналина. Знакомое ощущение, такое же, как перед важным рейдом в старой жизни, только здесь цена ошибки не потеря пикселей, а вполне реальная смерть.

Я ждал, тоже находясь в полной боевой готовности. Моё снаряжение привели в порядок, а заплечный мешок приятно оттягивали туго набитые колчаны и несколько драгоценных зелий, которые удалось выторговать или выбить из монстров за последние месяцы. Каждая склянка на вес золота, и тратить их предстояло с умом. Жаба душила, но жизнь дороже.

Мой отряд выстроился рядом. На лицах людей я видел ту же смесь эмоций, что и у остальных. Нам нечасто приходилось иметь дело с разумными противниками, тем более с теми, кто был нашего уровня или даже выше. Такие твари, в отличие от тупых монстров, обладали опытом, тактикой и умели работать в команде. Я сделал всё, что мог, чтобы подготовить своих ребят: мы до тошноты отрабатывали нестандартные манёвры, учились прикрывать друг друга в хаосе боя.

Особенно жёстко я вбивал в них необходимость постоянной коммуникации. Наша система сигналов и коротких сообщений через Щелчок обещала стать спасательным кругом, когда вокруг закрутится кровавая карусель. Я изо всех сил надеялся, что этого хватит, а чёртова надежда – единственное, что остаётся, когда всё предусмотреть просто невозможно.

Кору уже отделилась от основной группы, присоединившись к Илину и новобранцам из Тераны. Их задача была хоть и несколько специфической, но важной не менее других: отбить у врага украденных рапторов. Эти твари, как объяснила Кору, для её народа не просто ездовые животные, а настоящие боевые товарищи. Орки целенаправленно качали своих ящеров, помогая им охотиться и набирать уровни. Некоторые из рапторов уже достигли двадцать пятого уровня, и если Изгои пустят их в бой, они станут серьёзной проблемой, особенно для легкобронированных бойцов и беззащитных пленников.

Кору с уверенностью заявила, что сможет успокоить зверей и вывести их из-под удара, а самых сильных, возможно, даже убедить сражаться на нашей стороне. Что ж, удачи ей. В конечном счёте её миссия второстепенна, главный замес ожидался в туннелях, и командовать штурмом одного из них предстояло именно мне.

Поток бойцов из портала иссяк, и на смену им потянулись отряды поддержки: целители, снабженцы, инженеры. Их задача – закрепиться в захваченном лагере и начать эвакуацию пленников и раненых. Рисковали они не меньше нашего. Если мы проиграем, они окажутся в ловушке в самом сердце вражеской территории без малейшего шанса на спасение. Требовалась особая смелость, чтобы добровольно пойти на такое.

Наконец Джинд Алор отдал приказ строиться. Закалённый в боях маршал, командир Истребителей выглядел скалой посреди бушующего моря. Его голос, усиленный артефактом, разносился по всему плацдарму. Лучшие бойцы находились впереди, танки и латники в авангарде. Всех по максимуму обкастовали усилениями и защитными барьерами, в воздухе мерцали десятки предбоевых аур.

Я сделал то же самое, активировав Быстрый выстрел. Пять стрел легли в левую руку, удобно устроившись между пальцами. С моим основным луком, Железным Исполином, развернуться в седле не представлялось никакой возможности, уж слишком он громоздкий, поэтому для кавалерийской атаки я взял рекурсивный лук сорок четвёртого уровня. Урон у него заметно поменьше, да и бонусов никаких, но для начала сойдёт. Главное – добраться до туннелей.

Авангард взобрался на коней. Мышцы боевых скакунов перекатывались под лоснящейся кожей, копыта нетерпеливо били по земле. Всадники, закованные в сталь, казались единым целым со своими животными. Пехота, бойцы более низких уровней, приготовилась к стремительному рывку следом за нами. План был прост: кавалерия прорывается к лагерю, спешивается на ходу и врывается внутрь, создавая плацдарм. Эти несколько лишних секунд, выигранные за счёт скорости лошадей, могли решить исход всей битвы.

Я держал лук с пятью стрелами наготове, одна уже лежала на тетиве, другой рукой сжимал поводья, чувствуя, как подрагивает от нетерпения мой конь. Джинд, сидя в седле, прокричал последние напутствия, и его голос утонул в рёве боевых рогов. Мы обогнули лесополосу, скрывающую нас от вражеского лагеря, и картина, открывшаяся в предрассветной дымке, заставила сердце ухнуть вниз.

Бесконечное хаотичное скопище палаток, клеток и грубых построек раскинулось перед нами.

В тот же миг маршал отдал приказ: – В галоп!

Копыта тысяч лошадей взбили землю, рёв тысяч глоток и лязг оружия оглушили.

– Пожалуйста, Мия, не дай мне здесь сдохнуть, – мелькнула в голове непривычно трусливая мысль, первая за долгое время пребывания в этом мире. Но её тут же смела другая, куда более сильная и важная: – Пожалуйста, пусть Лили будет в безопасности.

На рефлексе я пришпорил коня и выдвинулся чуть вперёд, прикрывая жену своим телом. Моя жизнь ничего не стоила по сравнению с её.

Вражеский лагерь взорвался как разворошенный муравейник. Я услышал крики надежды пленников, увидевших наше приближение, и яростные вопли часовых. Надсмотрщики выкрикивали приказы, пытаясь организовать оборону, из палаток выскакивали заспанные солдаты. Некоторые пытались построиться в линию по периметру, другие в панике бросились к туннелям или просто врассыпную, подальше от холма.

Но те, кто остался, явно являлись самыми верными псами Балора. Они собрались под знамёнами с изображением кроваво-красного кулака под ухмыляющейся паучьей мордой, гербом своего мерзкого предводителя, и начали колотить оружием по щитам и доспехам, впадая в боевой транс и скандируя в унисон: «Балор! Балор! Балор!» Этот ритмичный утробный рёв, казалось, сотрясал саму землю.

Как только мы вошли в зону досягаемости, наши стрелки открыли огонь, за ними ударили маги. Спустя несколько мгновений дистанция сократилась достаточно, чтобы и я смог пустить первую стрелу. Лили, моя верная кунида, разрядила свой лук почти одновременно со мной.

Наш авангард выбрал маршрут в обход основных казарм, которые просто кишмя кишели врагом. Ввязываться с ними в затяжной бой означало провалить главную задачу: прорваться к туннелям и заблокировать элиту Балора. Поэтому мы на скаку лишь осыпали казармы стрелами, оставив грязную работу пехоте, что бежала за нами.

В ответ на нас обрушился шквал вражеских атак: стрелы, проклятия, даже метательные копья. Большинство из них бессильно отскакивало от магических барьеров, не причиняя вреда, но некоторые находили свои цели. Я увидел, как несколько лошадей, сражённые мощными ударами, упали, сбросив своих всадников в самую гущу боя.

– Стой! – рявкнул Джинд, когда мы проскакали уже около пятидесяти метров.

Я с трудом нащупал поводья, обмотанные вокруг луки седла, и натянул их, замедляя бег коня. Маршал легко соскользнул с седла, даже не дождавшись полной остановки, и снова заорал во всю глотку.

– Спешиться и в атаку!

Это стало сигналом. Атакующие в авангарде все как один спрыгнули на землю и шлёпнули коней по крупам, чтобы те убежали в сторону и не мешали пехоте.

Мы помчались изо всех сил. Те, у кого имелись хоть какие-либо бонусы к скорости, тут же вырвались вперёд, создав клин, который должен был протаранить оборону противника.

Я мог бы рвануть вперёд вместе с самыми быстрыми бойцами, используя свои навыки ускорения, но вместо этого держался рядом с Лили и чуть впереди. Моё тело стало живым щитом, готовым в любой момент активировать Песчаный щит, если её барьер не выдержит. На бегу я сменил свой рекурсивный лук на верного Железного Исполина и начал отстреливать цели, мелькавшие между палатками. Эта работа требовала предельной концентрации.

– Смотрите внимательнее, куда стреляете! – донёсся сзади крик Ванессы, нашей заклинательницы. – Думайте, что может находиться за целью!

Я и так об этом думал. Мощные стрелы, выпущенные из моего гигантского лука, могли прошить насквозь слабого врага и полететь дальше. В обычной ситуации это стало бы проблемой, но здесь, в толчее боя, являлось преимуществом. Правильно выбрав цель, я мог одной стрелой сразить сразу двоих, используя чистую физику для создания импровизированного урона по области. Такой вот лайфхак из геймерского прошлого.

И, конечно же, моя Лили, моя маленькая машина для убийств, тоже не отставала. Её Четверной выстрел отправлял на тот свет сразу четверых врагов, большинство из которых умирали на месте. На лице куниды застыла холодная решимость. Она опустошила один колчан и тут же потянулась за следующим, не сбавляя темпа.

Через несколько мгновений мы ворвались в сам лагерь и понеслись по узким проходам между клетками с пленниками и грязными палатками. Между прутьев к нам тянулись сотни рук, похожих на сухие ветки. Рабы, измождённые и сломленные, жалобно кричали, их глаза молили о спасении.

Вид их страданий, следы болезней, ожогов, жестоких побоев, вызвал у меня приступ тошноты и ярости. Хотелось остановиться, разнести эти клетки к чертям и вытащить каждого, но я не мог, не имел права сбить общий темп атаки. Сотни бойцов поддержки уже шли за нами, чтобы помочь этим несчастным. Помощь волонтёров не принесёт пленникам желанной свободы, если мы не убьём Балора и его элиту.

Из-за палатки выскочил воин тридцать третьего уровня, и моя стрела тут же вонзилась ему в грудь, заставив пошатнуться, но не остановив. С яростным рёвом он занёс топор над головой, целясь в Лили. Реакция опередила мысль. Я прыгнул, сбивая быкоподобного воина с ног, в падении выхватил копьё и вонзил его ублюдку в шею, в уязвимое место над краем доспеха.

Но тварь оказалась живучей. Он снова взревел и, извернувшись, рубанул топором мне по задней поверхности ноги. Острая обжигающая боль ударила кувалдой, на миг затмив все чувства, нога подогнулась.

Ах ты, сука! Подколенное сухожилие!

В следующую секунду в голову врага вонзилась стрела Лили, оборвав его мучения. С трудом встав, я, спотыкаясь и морщась от пронизывающей тело боли, вернулся в строй. Нога не слушалась. К счастью, Рывок Гончей позволил мне кое-как ковылять, не отставая от более медленных товарищей. В спину ударил тёплый поток исцеляющей магии от Карины, боль сразу отступила, оставив лишь лёгкую слабость.

Спасибо, дорогая!

Стиснув зубы, я побежал вперёд, карабкаясь вверх по склону холма, к зияющим входам в туннели, и выискивая новые цели.

– Каждая группа блокирует свой туннель! – прогремел голос Джинда над полем боя. – Видели, как мы смели рейдеров в лагере? То же самое сделают с нашими, если мы позволим элите вырваться из нор!

Я прекрасно понимал это, потому-то и гнал свой отряд, моих товарищей и лучших бойцов из Тераны, к назначенному нам входу.

Вход в туннель оказался достаточно широким, чтобы проехала повозка, о чём и свидетельствовали глубокие колеи, оставленные в грязи. Сам туннель и его деревянные опоры, сделанные грубо и небрежно, не внушали доверия. Даже кобольды, известные своей халтурной работой, постыдились бы такой лажи. Всё здесь кричало о безразличии и жестокости хозяев лагеря. Ну, ничего, главное, чтобы эта конструкция не обрушилась нам на головы.

Я как раз потянулся к сумке, чтобы достать несколько ловушек, когда из темноты туннеля на нас хлынул элитный отряд врагов все от сорокового до пятидесятого уровней. Но не это заставило меня и моих товарищей замереть от ужаса.

Среди воинов-быков и рептилий-драконидов, что неслись на нас, сверкая оружием, пёрли три настоящих кошмара, три арахнида. Огромные восьминогие твари, гибрид человека и паука, двигались дёргано, резко, с неестественно быстрой скоростью. Их хитиновые панцири отливали тусклым блеском, а множество глаз горели зловещим красным огнём.

Мороз пробежал у меня по коже. Я видел таких тварей раньше, и воспоминания были, мягко говоря, не из приятных.

Глава 5

Ну вот и довелось мне наконец-то увидеть своего первого арахнида вблизи. И, скажу я вам, зрелище оказалось ещё то.

Если обычные земные пауки представлялись мне верхом уродства и вызывали инстинктивное омерзение, то по сравнению с этими шустрыми тварями они выглядели просто плюшевыми щеночками. Теперь я отчётливо понял, откуда Изгои Балора черпали вдохновение для той уродливой демонической хари, которую малевали на своих знамёнах, и для тех граффити, что оставляли в захваченных деревнях.

На самом деле человеческие части тела, спаянные воедино с паучьими, пугали едва ли не больше, как если бы они выглядели полностью как пауки, потому-то твари и казались омерзительнее любого самого жуткого арахнида из моих ночных кошмаров. Длинные тощие серые лапы с задранными высоко над раздутым брюхом суставами двигались дёргано, прерывисто, словно в кошмарном сне. С них сочилась тошнотворно-белая сукровица, но самые кончики были угольно-чёрными, и у меня возникло страшное подозрение, что это запёкшаяся кровь их жертв.

Раздутое серое тело с бледно-сизой кожей, как у покойника, пролежавшего неделю в воде, венчал дряблый гуманоидный торс. Жуткую харю, отвратительную помесь худшего от обоих видов, даже с большой натяжкой трудно было назвать лицом гуманоидного существа. Шесть мертвенно-тусклых чёрных глаз, жвала и хелицеры, частично скрытые гладкими грязными седыми волосами вызывали мурашки по всему телу и наводили ужас.

Арахниды нас заметили. Их пасти, похожие на трещины, разъехались неестественно широко, и оттуда ударило такое жуткое шипение, что у меня зазвенело в ушах. Они вскинули оружие и, резко ускорившись, рванули прямо на нас.

– А вот хрен вам! – выплюнул я и, раскрутив свой легендарный сундук, со всей дури швырнул его в массивную опорную балку у входа в туннель. – Расти!

Сундук, набитый свинцовыми чушками и весящий под пару тонн, врезался в неё со скоростью курьерского поезда. Раздался оглушительный треск, будто лопнула гигантская кость. Сундук пробил опору насквозь и бахнулся на склон холма позади. Мой отряд инстинктивно рухнул на землю. В воздух взметнулись тучи пыли и щебня, а земля под нами заходила ходуном, когда туннель начал рушиться. Приближающийся элитный отряд арахнидов оказался в ловушке. Их предсмертные панические вопли на мгновение перекрыли грохот, а потом склон холма обвалился, похоронив их заживо.

– Твою мать! – крикнул Владис, пытаясь перекричать звон в ушах. – Ты что, с любым предметом так можешь?

Хотел бы я сказать «да», но Система, как обычно, имела своё собственное мнение.

Когда грохот стих и пыль осела, воздух пронзил резкий системный сигнал. Знакомый, но всегда неприятный.

Всемирное оповещение. Команду «Рост» особых предметов теперь запрещено использовать применительно к движущимся объектам, если это может вызвать значительный урон от столкновения или смещение при увеличении размера.

И почти сразу же прилетело личное сообщение, написанное тем же бездушным строгим тоном.

Вы получили статус «Замеченный 4».

Дерьмо, ну вот опять!

Я, конечно, догадывался, что если снова использую свой легендарный сундук как кинетическое оружие, то Система это мигом прикроет, и что, скорее всего, получу очередной ранг Замеченного. Но, чёрт возьми, всё же где-то в глубине души надеялся, что когда я использовал его, чтобы проломить стену во время битвы за Тверд, походя прибив пару-тройку монстров рейдового уровня, эта тактика останется в «серой зоне».

Видимо, нет. Оставалось только уповать на то, что он всё же сохранит часть своих функций, иначе дело дрянь.

Я оставил пару новобранцев из Тераны следить за обвалом, так, на всякий случай, вдруг оттуда кто-нибудь выкарабкается, а сам повёл свой отряд к другому входу в туннель, где нас уже ждал Джинд Алор. Половина его лучших бойцов уже находилась там, зачистив свои участки, и все готовились ворваться в логово врага.

Я распустил свой рейд, чтобы помощник Джинда, Калор, мог включить меня и моих людей в состав основной, более крупной группы маршала, затем оставил Владиса командовать нашими, а сам занял позицию рядом с Джиндом, Калором и магом воздуха. Воздушник усиливал команды в грохоте битвы, моей же задачей было снабжать командование информацией о врагах, которую я получал через Глаз Истины.

– В ближнем бою действуем жёстко и быстро! – скомандовал маршал, выстраивая перед собой авангард из бойцов 50-го уровня и выше. – В этих туннелях полно узких мест, и они нас немного затормозят, так что никто не останавливается, даже если придётся прорываться мимо засевших в нишах врагов. Бойцы позади вас их зачистят.

– А если нас зажмут? – крикнул кто-то откуда-то из задних рядов.

– Тогда оставим достаточно сил, чтобы держать оборону, и быстро найдём обходной путь! – маршал вскинул руку. – Вперёд, уничтожим заразу Балора! За Бастион!

– За Бастион! – взревела толпа, устремляясь в тёмную пасть туннеля.

С моей позиции в авангарде обзор оказался куда лучше, чем у тех, кто шел в середине колонны. Конечно, это означало и больший риск, но я всегда хотел знать, что происходит в бою. Я хотя бы видел поле боя, а не только спины товарищей и мелькающие стены туннеля, как большинство бойцов позади. Им придётся идти почти вслепую, надеясь, что впереди появится место, где можно будет развернуться и вступить в бой.

Впереди, в туннельном сумраке, замелькали тени дюжины крупных фигур: орки, быкоподобные твари, несколько драконидов и, конечно, пара мерзких арахнидов. Они с рёвом бросились на авангард. Трудно сказать, на что они рассчитывали, то ли всерьёз думали победить, то ли просто пытались выиграть время, затормозить нас.

Джинд и Калор мгновенно оценили угрозу, враги около 40-го уровня. Пока маршал выпускал одну стрелу за другой, я присоединился к нему, одновременно снабжая их информацией. Глаз Истины подсвечивал все уязвимости: вот этот заклинатель владеет «стеклянной пушкой», а вон тот опасный кастер, которого нужно заткнуть в первую очередь.

Приоритетными целями, как обычно, стали контроллеры, лекари и всякая поддерживающая шушера. Но главный приз – это, конечно, маги и кастеры. Огненные заклинания оставляли жуткие шрамы, поэтому их старались убивать сразу. Туда же, в расход, шли ядоплюи, кислотники и прочие любители экзотических атак.

Калор, усиленный магом воздуха, выкрикивал цели, и в такой тесноте его команды отлично доходили до всех. Впрочем, для нашего авангарда из бойцов 50-го уровня и при поддержке стрелков, которые могли вести огонь поверх голов, эта элита низкого пошиба представляла собой не более чем досадную помеху.

Заминка длилась меньше минуты. Бой был яростным, но до смешного односторонним. Я всадил очередную стрелу в голову солдата-арахнида 42-го уровня, последнего, кто ещё стоял на ногах, затем, используя Кувырок и выстрел, сместился на пару дюймов в сторону и почти без паузы выпустил ещё одну стрелу. Тварь дёрнулась и рухнула на каменный пол, а наша группа снова рванула вперёд.

Пока мы бежали, Калор, сверяясь с данными аналитики рейдов, раздавал указания целителям и бойцам поддержки: кого подлечить, кому восстановить барьер. Я держался рядом, то и дело перепрыгивая через трупы врагов. Тяжеловооружённые бойцы, идущие следом, так не заморачивались, просто втаптывая тела в пол, превращая их в кровавую кашу.

Один из мёртвых пауков неестественно дёрнулся, и я рефлекторно отшатнулся, когда его лапа хлестнула совсем рядом.

Гадость какая!

Наконец впереди забрезжил свет, знаменуя выход из туннеля в более просторную пещеру. Авангард, предвкушая свободу манёвра, с ликующими криками вырвался наружу.

Но почти сразу же ликование сменилось криками, но не боевыми, а полными ужаса и омерзения. Воздух пронзил женский вопль, полный такой боли, что у меня внутри всё похолодело.

Натиск на мгновение захлебнулся, несмотря на яростный рёв маршала, требовавшего освободить проход.

Что, чёрт возьми, там такое? Что могло заставить этих закалённых в боях мужиков так заорать? С колотящимся сердцем я протиснулся вперёд, готовый ко всему, но то, что увидел, выходило за рамки любого, даже самого больного воображения.

В нос ударил концентрированный смрад, смесь сырости, нечистот, пота и безнадёжности. Огромное пространство пещеры заполняли десятки, если не сотни клеток. Они стояли на земле, свисали с потолка на цепях, громоздились друг на друге, образуя многоярусную шевелящуюся конструкцию из прутьев и живой плоти.

И в этих клетках сидели, стояли и лежали женщины.

Женщины всех рас, которые я только видел в этом мире: люди, эльфийки, кошкодевочки, даже несколько гномок. Все они были нагими, и большинство на поздних сроках беременности. Они жались друг к другу, пытаясь согреться в промозглой пещере. Но самым страшным казались их лица, застывшие, с абсолютно пустыми расфокусированными глазами, смотрящими в никуда. Женщины, скорее всего, не заметили ни шума битвы в десятке метров от них, ни нашего появления, находясь в полной кататонии, явившейся результатом долгого чудовищного насилия и сломленной воли.

Среди несчастных я заметил и арахнидок, но их, в отличие от остальных, просто приковали прямо к стенам так туго, что они не могли пошевелиться. На их телах виднелись следы жестоких пыток и увечий, и, насколько я мог судить по уродливым гуманоидным торсам, многие из них тоже были беременны.

Меня затошнило. Я отвернулся, сглотнув подступивший к горлу ком желчи, вспомнились слова Зары и Беллы. Когда-то они рассказывали, что женщины, попавшие в плен к паукам-самцам, часто предпочитают покончить с собой. Тогда мне это показалось ужасным выбором, но теперь, глядя на страшный конвейер сломанных жизней, я понимал их. Чёрт, я и сам, наверное, на их месте выбрал бы смерть.

Сжав зубы до скрипа, заставил себя снова посмотреть вперёд, фокусируясь на других туннелях, ведущих в пещеру. И как раз вовремя. Оттуда с яростным рёвом хлынули новые отряды элитных воинов Балора. При виде их мои глаза налились кровью.

Наконец-то! Наконец появился осязаемый враг, на которого можно выплеснуть всю клокочущую во мне ярость!

У входа в пещеру образовалась настоящая пробка. Люди, вырвавшись из туннеля, застывали в ужасе при виде представшего их глазам кошмара. Они спотыкались, падали, создавая затор, и только давление тел сзади, а не приказы командиров, заставляло их сдвинуться с места и временно освободить проход, пока следующие не видели то же самое и не замирали в свою очередь.

Я отступил в сторону, освобождая место и одновременно занимая удобную позицию для стрельбы.

Первая Земляная стрела ушла в ближайшего паука-евнуха. Сработав Быстрый выстрел, я начал нашпиговывать тварь стрелами, не замечая, что кричу от ярости. Просто хотелось наносить урон, рвать эту мерзкую плоть, заставить их заплатить за то, что они сделали. Все, кто стоял рядом, с такой же ненавистью набросились на врага, вымещая свой гнев.

Продолжая выкрикивать данные о целях, я вдруг заметил особо опасного противника.

– Вон там! – заорал я, указывая пальцем. – Арахнид 50-го уровня, с белыми полосами на брюхе! Это заклинатель, он кастует Метеор!

Калор тут же передал команду прервать каст, но тварь пряталась за спинами нескольких целителей и бойцов поддержки. Я только что потратил свою Земляную стрелу и видел, что никто из наших не успевает среагировать. А хуже всего было то, что мой отряд, включая Лили, как раз выходил из туннеля прямо в зону поражения. Заклинатель явно целился туда, чтобы закупорить проход.

Чёрт! У меня оставался ещё один, но очень хреновый способ прервать его заклинание.

С рёвом я бросился прямо на кастера, на ходу отстреливая других элитных бойцов, мешавших под ногами, схватил мерзкого паука, его дряблая серая кожа на ощупь оказалась такой же склизкой и омерзительной, как и на вид, и повалил его на землю. Он зашипел мне прямо в лицо, оглушая своей яростью.

– Да подавись ты своим шипением, тварь! – рявкнул я в ответ и, используя Кувырок и выстрел, отпрыгнул в сторону. В ту же секунду в тварь врезалось с десяток заклинаний контроля и столько же прямых атак от бойцов Джинда.

Но я не успел уйти далеко. В воздухе меня сбил орк-шаман 47-го уровня, ударив баклером, закреплённым на предплечье, и швырнул на землю. Спасибо Стремительному, я успел сгруппироваться, но удар всё равно выбил из меня дух. Откатившись к стене, я застонал. Руку и бок пронзила острая боль, там явно появятся здоровенные синяки.

Чёрт, как же больно!

А в следующую секунду я ослеп – один из вражеских жрецов наложил на меня Ослепление. Это означало, что следующие десять, а то и тридцать секунд станут очень, очень тяжёлыми, особенно учитывая то, что я валялся посреди толпы вражеских кастеров.

Вслепую активировав Песчаный щит, я, шатаясь, попытался встать. Тут же послышался скрежет, будто когтями скребли по доске. Лапы гигантского паука царапали мой барьер, затем какой-то удар, скорее всего от того самого шамана, снова отправил меня на землю.

Щит лопнул. Бдительность Жертвы дёрнула меня в сторону, я вскрикнул, когда спину обожгло острой болью, и почувствовал, как что-то холодное и острое вонзилось между лопаток. Сердце бешено заколотилось.

В тот же миг на меня обрушился поток исцеляющей магии, удерживая на краю. Я услышал глухой стук и чей-то хрип, когда клинок вырвали из моей спины. Боль тут же отступила, здоровье почти полностью восстановилось, а эффект кровотечения исчез.

Я отчаянно откатился назад, когда прямо над головой затопали тяжёлые сапоги, затем закричал и как попало взмахнул луком, но чьи-то сильные руки схватили меня и рывком поставили на ноги.

– Спокойно, лучник! – раздался человеческий голос. Судя по лязгу оружия, кто-то из бойцов Джинда, прорубающихся через толпу врагов, в которой я только что барахтался. – Беги вперёд метров на пять, если сможешь, а потом пригнись и жди, пока зрение не вернётся!

Я, шатаясь, побрёл вперёд, вытянув перед собой руки и натыкаясь на людей. Кто-то раздражённо отталкивал меня, кто-то, наоборот, пытался помочь, направить.

И тут зрение резко вернулось. Конечно, я сразу вновь увидел этот кошмар, пещеру, полную сломленных пленниц, и кровавую бойню вокруг, но, с другой стороны, теперь смог увернуться от стрелы, просвистевшей прямо у виска. Я выхватил свою, и не целясь, послал её в драконида-лучника, который только что в меня стрелял. Чешуйчатая тварь взвыла от боли и ярости, вцепившись когтями в древко, торчащее из груди, впрочем, элитного воина высокого уровня такая мелочь почти не замедлила.

Плюнув на драконида, я рванул обратно к Калору. Нужно возвращаться к своим обязанностям.

Следующие несколько минут превратились в калейдоскоп ярости и концентрации. Я расстреливал приоритетные цели и одновременно сканировал ГлазомИстины каждую новую тварь, появляющуюся из туннелей, выкрикивал Калору данные о кастерах, контроллерах и самых опасных бойцах, а он транслировал их рейду, направляя целителей к тем, кто получал урон.

В отличие от нашей скоординированной тактики, неорганизованные отряды Балора действовали примитивно: бросались на ближайшего врага или пытались задавить числом более слабых бойцов. Отчасти это работало, наши люди падали, но в целом, в этом бою против элиты высокого уровня враг терял гораздо больше.

Из туннелей хлынули новые подкрепления. Маршал приказал небольшим группам отступать к этим проходам и перекрывать их, создавая узкие места для облегчения обороны.

Джинд, Калор, я и маг воздуха оказались у небольшого бокового туннеля, где противник не мог отправить в бой больше пяти-шести бойцов одновременно. Я быстро собрал остатки своего отряда и нескольких крепких ребят из новобранцев Тераны, чтобы оттеснить врага обратно вглубь.

– Владис, держи проход! – крикнул я танку и бойцам ближнего боя. Стрелки образовали оцепление в форме полумесяца вокруг входа, что помогло нам всем сосредоточить огонь на тех, кто пытался прорваться, а также позволило бы мне оставаться рядом с Калором, выкрикивать цели и сражаться бок о бок со своими товарищами.

Несмотря на выгодную позицию, бой получился тяжёлым. Уровень врагов, в основном арахнидов, на пять единиц превышал уровень Владиса, к тому же они имели преимущество в росте и длине конечностей.

Один из мечников рядом с танком, резко вскрикнув, упал замертво, а через мгновение и Владис отшатнулся от входа с ошеломлённым лицом. Его отрубленная кисть, всё ещё сжимающая дубину, отлетела в сторону. Он рухнул на пол, и пауки с победным шипением хлынули вперёд.

– Ванесса, бери двух левых! – крикнул я, бросая Дикуюловушку под ноги твари справа.

Паук заметил опасность и попытался отскочить, но другой, напиравший сзади, сам же втолкнул его в ловушку. Тварь издала пронзительный визг, когда одна из её лап намертво прилипла к земле.

Но лишь на мгновение. К моему ужасу, арахнид просто оторвал себе ногу и, оставив её в ловушке, снова рванул вперёд на оставшихся семи.

Владис, уже подлеченный, но всё ещё безрукий, с рёвом врезался в покалеченного паука сбоку, ударив его щитом в дряблый торс. Тварь упала, отчаянно засучив оставшимися лапами, а танк, ревя от ярости, принялся избивать её, не давая подняться.

Я, Лили и Харальд сосредоточили огонь на этой же цели. Пока Калор вызывал подкрепление для удержания туннеля, моё внимание привлекла Ванесса. Она как раз сконцентрировалась на заклинании, собираясь использовать свои лозы, чтобы сокрушить сразу двух врагов, но в этот момент ей за спину зашёл драконид с занесённым мечом.

Наскок и Взрывная стрела находились в откате, а остальные ловушки где-то в рюкзаке, потому всё, что я мог сделать, это переключиться на драконида и выпустить Взрывную сстрелу, чтобы отвлечь его, одновременно выкрикнув предупреждение.

Я опоздал, но это оказалось неважно. Драконид, похоже, удивился не меньше меня, когда Ванесса, словно имея глаза на затылке, ловко увернулась от удара и отскочила на безопасное расстояние.

Точно, её повязка! Она наловчилась использовать вшитое в неё зеркальце, чтобы следить за тем, что происходит сзади. Этот урод выбрал не ту цель для удара в спину.

Драконид взревел от неожиданности, когда в него попала моя Взрывная стрела. Он развернулся ко мне и с яростным рёвом бросился в атаку.

Внезапно, откуда ни возьмись, наперерез ему метнулся какой-то Следопыт, которого я раньше не видел. Он сбил драконида с ног и обездвижил, я тут же воспользовался моментом и обрушил на врага шквал стрел.

За мгновение до того, как способность Следопыта закончилась, он откатился в сторону, метнув в драконида кинжал, который замедлил его. Противник взревел и попытался вскочить, но тут же снова упал, когда я, Лили и Харальд почти одновременно ударили по нему. Урона хватило, чтобы серьёзно ранить и оглушить врага.