Текст книги "Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты (СИ)"

Автор книги: Сергей Сухонин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Один из них был явно немолод, со следом ожога на лице. Но при этом он был высоким, крепко сбитым и каким-то… основательным что-ли? Взгляд уверенный, женственный, ни следа мужской жеманности или страха. Второй и третий – парни помоложе, примерно ее возраста. Оба симпатичные, хотя средний, тот, что поплотнее и с русыми волосами – вообще красавчик. Второй, черноволосый, пожалуй, чересчур худощав, но тоже очень даже ничего. Все трое смотрят на нее с любопытством и почему-то с явным облегчением. Но без особого страха, выглядят спокойными, а то и вовсе рады ей. У Теймы аж голова слегка закружилась – это же парни! Всё взаправду! Настоящие, живые парни, сразу трое! Стоят и ждут её распоряжений. Ну и день сегодня выдался, она такое точно до конца жизни не забудет.

– Госпожа официра, разрешите обратиться? – четко, по-военному сказал мужчина со шрамом, когда молчание слегка затянулось.

– О-о…обращайтесь, – Тейма почувствовала, как у нее ослабли коленки, а голос дрогнул. Комполка было хорошо общаться с парнями, у Тании все же муж есть. А ей как быть? Она так близко к мужчине никогда в своей жизни не стояла. Сердечко бьется как сумасшедшее.

– Вы наш «покупатель» из части, госпожа? – спросил тот, кто постарше. – Какие будут приказания?

«Встряхнись, дурочка!», – мысленно отругала себя Тейма. «Ну же, возьми себя в руки! Забудь, что перед тобой парни, командуй уже что-нибудь комбата»!

– Оставьте нас, – сказала ведьма, повернувшись к охраннице. – Дальше я сама справлюсь, возвращайтесь к своим обязанностям. А вы, – обратилась она к парням, – переоденьтесь в форму как положено военнослужащим. Она вот в этих пакетах, в коробках обувь. У вас есть пять… нет, – вспомнив анекдот о том, что нормальному мужчине даже за полчаса никогда в жизни не переодеться, он будет столько времени только сумочку выбирать, – десять минут, – поправилась Тейма. – Я подожду вас за дверью.

– Вас понял, госпожа! – кивнул парень. – Мужики, выполняем приказ.

К удивлению Теймы, они успели за пять минут. Но еще больше ведьма удивилась, когда увидела всех троих в пошитой для них парадной форме ведьм морской пехоты Асталии. Точнее, уже не ведьм, а ведьмаков, конечно же. На старшем из них она сидела почти идеально и как-то по-особенному органично. Опытный глаз ведьмы не обманешь, – парень выглядел так, как будто он раньше проходил в военной форме не один год. Русоволосый красавчик тоже выглядел в военном облачении вполне естественно. А вот на худощавом брюнете форма смотрелась мешковато, как на только начавшей служить ведьме. Но ни один из них не выглядел в мундире смешно, это уж точно.

– Раз вы переоделись, то пора подписывать контракт, – Тейма выложила на стол шариковую ручку, три тонкие стопки листов и футляр с окрашенной в красную краску влажной губкой. – Не в пижамах же такие документы подписывать, в армии это торжественное событие… Значит, так, парни. Расписываемся на каждом листе там, где галочка. Окунаем большой палец правой руки в губку и ставим отпечаток пальца рядом с каждой подписью. Кто из вас Лебедев Тимофей Петрович? Приступайте, вот ваш контракт…

– Поздравляю вас, парни! Теперь на ближайшие три года вы военнослужащие морской пехоты ее Величества Кальтинии Третьей, – приняв листы, заявила Тейма, когда всё закончилось. – Меня зовут Тейма Рея, я комбата третьего батальона шестого полка морской пехоты, где вам предстоит служить. Воинское звание ведьма-тактик. И я потребую от вас уважения и полного послушания! Имейте в виду, ваша служба уже началась. Если вы сейчас или позже решите сбежать или самовольно покинуть расположение части, то пойдете под суд как дезертиры, без скидки на то, что вы парни. Понятно?

– Так точно, госпожа ведьма-тактик! – почти в унисон ответили двое парней, а третий повторил то же самое, слегка замешкавшись.

– А раз понятно, то идите за мной. Я приехала за вами на машине, и сейчас отвезу в часть. Познакомимся поближе по дороге.

* * *

Самым неприятным из того, что случилось после того как Петрович и мы с Кимом заявили о своем желании подписать контракт с Вооруженными Силами, стал полный бойкот со стороны ЦВСиО. Хотя нет, еще меня неприятно удивил тот факт, что мы трое оказались единственными, кто пожелал изменить свою судьбу. Ни один из страйкболистов и бизнесменов нас не поддержал. Не знаю, о чем они думали. Может быть, мечтали о будущих гаремах красавиц или боялись связываться с ведьмами. Может быть, рассчитывали еще на что-то… не знаю. Но как бы то ни было, никто кроме нас не встал в том зале. А потом сделавшая предложение ведьма ушла, а нас троих развели по своим комнатам. И на этом всё закончилось.

Меня больше не выводили на занятия. Со мной не разговаривала ни Гайна, ни другая кураторша, ни даже охранницы. Мне не сообщали никакой информации. Разве что кормили по-прежнему, и на этом все. Так прошли долгие пять дней, в течении я сидел в камере в полном одиночестве и терялся в догадках.

Но всё когда-то кончается. Когда незадолго до полудня за мной пришли и по-прежнему молча вывели в коридор, я был морально готов к чему угодно. А когда собралась вся наша троица, и нам приказали идти к выходу, я грешным делом подумал, что нас ведут на обещанную бракованным парням кастрацию. Вдруг сделанное ведьмой предложение было провокацией, а сама она ряженной? И мы трое не сдали последний, самый важный экзамен на лояльность перед свадьбой? Может же такое быть? Конечно, почему бы и нет? Или все еще проще, и нас просто шлепнут у стенки, как непригодный материал?

Однако, нас просто довели через все посты до проходной, где я увидел ведьму в той же черной форме, как и та, что звала нас служить. Разве что новая женщина оказалась моложе, симпатичнее и с двумя звездочками на погонах. В руках у нее были какие-то пакеты, в одном из которых я разглядел торчащий краешек черной формы. Ведьма почему-то смотрела на нас чуть ли не с восторгом, не говоря ни слова. Увидев ее, я испытал самое настоящее облегчение. Все же нам не соврали!

– Госпожа официра, разрешите обратиться? – спросил её Петрович, когда наше взаимное молчание слишком затянулось…

Глава 8

Забиравшая нас в часть «покупательница» выглядела мило. Черноволосая, стройная девушка, среднего роста, с приятным лицом, красивыми зелеными глазами и угадывающейся под черной формой небольшой, но крепкой грудью. Вот только мне казалось, что она слегка не в себе. И, похоже, причиной этого поведения были мы с Кимом и Петровичем. Я даже не знаю, как это описать. Она смотрела на нас как… Наверное, такими глазами смотрела бы корейская школьница на любимого айдола, плакатами с которым увешаны стены в её девичьей спаленке, если бы тот вдруг каким-то чудом повстречался с ней. Тут и радость, и смущение, и восторг, и неверие своему счастью. Вот так и наша официра явно «плыла» в нашем присутствии. Ее глаза блестели, голос периодически сбивался, на щеках алел румянец. Похожее поведение я видел у моего «Лисенка», когда она собиралась меня потрогать. Что же это тут с женщинами-то творится, а?

Хотя, не со всеми – персонал ЦВС был гораздо спокойнее, а кураторши и вовсе общались с нами совершенно нормально. Может быть потому, что они каждый день работали с мужчинами? Впрочем, вербовщица тоже не демонстрировала таких уж сильных эмоций. Возможно, лидер-тактик Тания замужем? Или просто старше и спокойнее? А, нет смысла гадать…

Видимо, тут у каждого своя история. Но соотношение один парень на пятнадцать девушек само по себе убойное. Не исключено, что приехавшая за нами официра парней так близко в жизни не видела, если она не замужем. Если верить кураторше, то в этом мире немногочисленные мужики, как правило, по домам сидят. Где она могла их увидеть? В школе? Нет, парни учатся отдельно. На работе? Так мужчины не работают и не служат. На дискотеке, в клубе? Ха, кто их туда пустит! На улице, в магазине, в кафе? Ну, разве что так… И то, мельком, в сопровождении других женщин. Которые попытку незнакомки не то что познакомиться, а даже откровенно поглазеть на их парня воспримут, мягко говоря, отрицательно…

Впрочем, несмотря на душевные метания девушка, как и положено бравой официре, старалась держаться молодцом и командовала уверено. Мы переоделись в черную военную форму, подписали контракты и тогда она наконец-то представилась. Оказывается, по нашу душу пожаловала ведьма-тактик Тейма Рея, аж целая комбата из шестого полка морской пехоты. После чего мы наконец-то вышли на волю, покинув надоевший до печеночных колик ЦВСиО. Я аж вздохнул полной грудью, словно с зоны откинулся! Наконец-то свобода, пусть и весьма относительная.

Пока мы вчетвером шли по улице до парковки, я с интересом разглядывал окрестности. Вдоль одной стороны улицы тянулась ограждающая ЦВСиО унылая стена с колючей проволокой поверх неё, вдоль другой виднелся небольшой сквер и пара одноэтажных домиков, на одном из которых над крыльцом висела вывеска: «Кафе Фиалка. Мороженное, соки, воды, свежая выпечка».

– Ух ты, в этом мире тоже мороженное есть? – зацепился я взглядом за вывеску. – Здорово! Я бы сейчас поел фисташкового, мужики, – сказал я по-русски Киму с Петровичем.

– Что ты сказал, Алексей? – Вдруг замерла на месте Тейма. – Говори на асталийском.

– Я сказал, что хочу мороженного, госпожа официра, – перевел я.

– Что⁈ – наша комбата неожиданно побледнела, а потом вдруг вся пошла красными пятнами. – Ты? Хочешь? Мороженного⁈ – Пристально посмотрела на меня она.

«Блин, что случилось? Я что, какой-то косяк упорол»? – встревоженно подумал я. «Да нет же, совершенно невинная фраза».

– Ну, да… хочу.

Тейма аж покачнулась на месте. Потом вдруг как-то встряхнулась и сказала.

– Так! Все трое идите за мной! Это приказ!

Перейдя узкую улицу, ведьма решительно вошла в «Фиалку», и мы последовали за ней. Внутри, в небольшом сводчатом зале, я разглядел прилавок у стены, закрытые стеклянные витрины с выпечкой, воду с соками в бутылках и треугольных картонных пакетах на полке за продавщицей. А еще там же имелись пять столиков со стульями, за тремя из которых сидели женщины и ели мороженное и булочки, потягивая какие-то напитки из небольших керамических чашечек.

Тейма подошла к стойке и, окинув взглядом меню на листочке, повернулась ко мне.

– Есть клубничное, малиновое, шоколадное и ванильное мороженное. Какое ты хочешь, Леша?

– Э… – замялся я. – Может не стоит, неудобно…

– Выбирай, я угощаю! Говори, какое ты хочешь!

– Тогда ванильное.

– А вы, парни?

– Я тоже буду ванильное, – кивнул Ким.

– Присоединяюсь к остальным, – Петрович улыбался до ушей и, казалось, сейчас рассмеется в голос. Похоже, этот старый жук что-то понял и теперь веселился от души. Вот только что именно?

– Нам четыре порции ванильного мороженного! – сделала заказ продавщице Тейма. – А порцию для этого парня – указала она мне пальцем в грудь, – кленовым сиропом полейте, пожалуйста. Чтобы ему послаще было! А еще дайте четыре горячие булочки с корицей, кувшин ибра со стаканами и с собой четыре бутылки минералки. И побыстрее, пожалуйста…

Продавщица, глядя на нас со слегка отвисшей от удивления челюстью, стала в темпе собирать заказ, раскладывая из морозильника шарики мороженного по серебристым тарелочкам. Затем обильно полила одну из порций густым темным сиропом и положила на поднос булочки, ибр и воду. Тейма расплатилась с ней купюрой в двадцать талов – серо-зеленой бумажкой с чьим-то женским портретом на одной стороне и рисунком развесистого дерева на другой, приняв на сдачу пару монеток. Прихватив заказ, мы сели за свободный столик у окна. Оглянувшись, я увидел, что не только продавщица, но и все до одной посетительницы в зале смотрят на нас, забыв про свою еду и разговоры, и мне стало крайне неловко. Блин, зачем я вообще вспомнил про это мороженное? Ладно, чего уж теперь… Взяв с подноса чистую ложечку, я начал есть свою порцию, запивая ее ибром из стакана и закусывая булочкой.

– Госпожа ведьма-тактик, благодарю за угощение! – тем временем начал разговор Петрович, шустро управляясь с мороженным. – Можно задать вопрос, пока мы, так сказать, в неформальной обстановке?

– Конечно, – кивнула ведьма.

– Скажите, а денежное довольствие нам по контракту положено? – спросил Петрович. – Пусть немного? А то мыльно-рыльные принадлежности или подворотнички мы на что себе покупать будем? Я контракт толком прочитать не успел…

– Поддерживаю вопрос насчет зарплаты госпожа – отозвался Ким. – Какие-то карманные деньги нам понадобятся…

– Нет, парни, – вздохнув, огорошила нас ведьма. – Никакого денежного довольствия вам не предусмотрено. Только двадцать тысяч талов в конце контракта по именному указу ее Величества.

– Печалька, – нахмурился Ким. – Как же так-то?

– Понимаете, – смутилась ведьма, – парни в войсках дело новое, у вас правовой статус совершенно неопределенный. Мне самой много что непонятно. Вот смотрите, у вас на погонах по одной звезде. Это соответствует официрскому званию младший тактик, но вы-то не официры! Просто указ такой пришел – приравнять вас на время контракта к младшим официрам, потому что рядовая ведьма, которая управляет боевой группой – это нонсенс, а вам в «корсете» придется этим заняться. Ну, и чтобы вами каждая встречная ведьма не командовала, а только старший комсостав… иначе неудобно может выйти, – добавила Тейма. – Но это с одной стороны. А с другой стороны, в финансово-экономической службе части вы числитесь не официрами, а полковым имуществом. Вас купили у ЦВСиО как имущество, целевым платежом из бюджета в пятьдесят тысяч талов за каждого. Я это специально узнавала. А как можно выплачивать имуществу денежное довольствие? Никак нельзя, главбуха без приказа с разъяснениями сверху это делать отказывается наотрез. Так что сейчас вот так – виновато развела руками Тейма. – Погодите какое-то время, все уладится и станет понятно. У нас еще таких прецедентов в армии не было. Но вы не волнуйтесь. Говорите, что вам надо, и мы вам все это купим. В пределах разумного, конечно.

– «Мы» – это кто? – прямо спросил Петрович. – К кому обращаться, кто нам всё купит?

– «Мы», это значит я и прочие официры нашего полка, – пожав плечами, ответила Тейма. – Можете обращаться ко мне или к своей будущей комбате.

– А за чей счет банкет?

– Как за чей? За наш, конечно, – удивилась ведьма. – Прямо сейчас за мой, а потом все официры подключатся. Вы же парни нашего полка, верно? Мужчины сами за себя никогда не платят, им все покупают женщины. Значит, женщинам нашего полка и оплачивать ваше содержание. Пока из своих зарплат, а потом финансирование по программе «Корсет» откроют, а в нём будет заложен бюджет напарней-операторов.

– Так может быть лучше этот бюджет распределить нам на зарплаты? – живо сказал Ким. – Нельзя же быть парню без гроша в кармане!

– Ха! – усмехнулась Тейма. – Видно, что вы еще дикие. Деньги парню нужны не больше чем кошке! Что он с ними будет делать, а? Я же говорю, парень никогда за себя не платит. У любого мужчины всегда должны быть рядом женщины, которые его обеспечивают.

– А если их нет? – спросил Ким.

– Как нет? – удивилась ведьма. – Так не бывает.

– Всё равно, мы так не привыкли, госпожа, – покачал головой Петрович. – Какое-то денежное довольствие должно быть. Раз уж нас к официрам приравняли.

– А потом наш полк на всю армию ославят! Засмеют ведь! Скажут, в морской пехоте отъявленные жадюги служат, за полтала удавятся. Даже за своих собственных парней заплатить не хотят, поэтому эти бедолаги вынуждены сами о себе заботиться! Вы этого хотите? Оставим этот глупый разговор. Доедайте мороженное и поехали, – у Теймы явно испортилось настроение…

Выйдя из кафе, мы прошли вдоль сквера до парковки, и подошли к машине синего, с зеленоватым отливом цвета. Легковушка выглядела массивной, с узкими окнами, длинным капотом и дизайном чем-то неуловимо напоминала легендарную «победу», разве что с отдельным от салона багажником в комплектации седан. Тейма открыла двери и скомандовала:

– Леша, ты садишься рядом со мной. Тимофей и Ким – вы на заднее сиденье.

Петрович хитро подмигнул мне и полез вместе с корейцем назад. Я же развалился на мягком сиденье рядом с ведьмой и поискал глазами ремень безопасности, не уверенный, что он найдется в таком раритете. Однако он там был, так же как и подголовники. Пришлось пристёгиваться, а вскоре наша командирша завела машину и вырулила с парковки.

Город мы проехали минут за двадцать с небольшим. Он оказался немаленьким, по московским пробкам мы бы час выбирались. Но в этом мире движение было не столь интенсивным. Преобладал общественный транспорт, легковых автомобилей, конечно, хватало, но чрезмерного их обилия не наблюдалось.

А потом Тейма вырулила на трассу и мы, разогнавшись километров до восьмидесяти в час, поехали вдоль пшеничных полей куда-то на запад. Мотор тянул слабовато, тяжелой машине явно не хватало мощности двигателя, если сравнивать с земными легковушками. Впрочем, нас никто не обгонял, видимо для этого мира такая езда считалась быстрой.

– Минут через двадцать будем на месте, – сообщила нам комбата. И как сглазила!

Машина вдруг затряслась, завибрировала, под её днищем что-то застучало и легковушку явно повело вправо. Тейма тут же сбросила скорость, прижалась к обочине и остановилась. Выключила мотор, вышла наружу, осмотрела авто и лишь горестно махнула рукой.

– Что случилось? – спросил я, приоткрыв дверцу.

– Колесо пробило, – убитым голосом ответила ведьма. – Всё, приехали…

Открылась задняя дверь, из нее вылез Петрович, подойдя к стоявшей, опустив плечи, мрачной девушке. Нагнулся, посмотрел на колесо, что-то пощупал…

– Ндя… действительно пробито. Запаска есть, комбата?

– Да, в багажнике.

– Домкрат, ключи?

– Должны быть.

– Ну, что, будем менять?

– Менять? – у ведьмы глаза от изумления стали круглыми. – Здесь? Самим? Я… я никогда такого не делала. Это же сложная техническая операция! Нужны специалистки из техобслуживания! Я свяжусь с дежурной в полку и попробую…

– Погоди, не волнуйся, командира, – усмехнулся Петрович. – Мы с Лешей всё сделаем. Не так уж это и сложно.

– Точно, был бы инструмент, – отозвался я. – Колесо заменить, это не в тайге слетевшую с бульдозера гусеницу на место поставить. Госпожа официра, откройте багажник.

– Не надо! – резко возразила Тейма, но багажник все же открыла. – Мужчины не умеют обращаться с техникой! Вы всё только испортите! Говорю же, нужно вызывать специалисток!

Однако, мы уже не обращали на суетившуюся ведьму особого внимания. Петрович достал ромбовидный винтовой домкрат, ловко засунул его под днище и вставил рукоятку. Я тем временем ослабил болты на колесе и вскоре мы подняли его, оторвав от земли и положив пока запаску под машину рядом с домкратом. Скрутили болты, сняли колесо, надели на ступицу новое, наживили болты, опустили машину и закрутили болты до упора.

– Всё, госпожа, можно ехать! – прокомментировал работу Петрович. – Только не гоните пока.

Тейма наблюдала за нами с абсолютно растерянным видом. Похоже, она не верила собственным глазам и впала в некий ступор, словно случившееся перевернуло всю картину ее мира.

Меж тем Петрович потянул меня за собой к багажнику. И, пока мы укладывали обратно инструмент и пробитое колесо, тихо прошептал по-русски мне на ухо – поздравляю, Ромео, хренов!

– Не понял? – так же шепотом отозвался я. – Что за поздравления и почему Ромео?

– Ты зачем просил командиршу тебя мороженным угостить, Леша? – ухмыльнулся он.

– Да не, я не хотел её просить. Просто перевел так… случайно получилось, – пожал я плечами.

– Случайно⁈ – осклабился Петрович. – Ты на самоподготовке чем, блин, занимался, ракетчик? Книги про здешний этикет внимательно читал?

– Не особо. Я всё больше про политику и экономику что-то найти хотел…

– Оно и видно, – хрюкнул мужик от еле сдерживаемого смеха. – А надо было почитать, да. Тогда бы ты знал, что попросить даму угостить тебя чем-то сладеньким, это верный способ обозначить свой любовный интерес к ней. Так тут парни делают, когда мамы их знакомят с претендентками в будущие жены. Устраивают свидание, разговаривают, и если дама понравилась парню, и он хочет на ней жениться, то говорит – я бы хотел, чтобы вы меня угостили тортиком, госпожа. Или кексиком. Или мороженным. Этакий светский способ выразить даме свой интерес…

– Ешкин кот! – я почувствовал, что вмиг покраснел до корней волос.

– Вот! – довольно сказал Петрович, глядя на мое ошарашенное лицо. – А если дама принимает предложение парня, то она его сладеньким угощает. И наша Тейма тебя угостила от души, даже сиропчику попросила подлить. Чтобы тебе, значит, послаще было. Так что можешь считать, что ты прилюдно сделал нашей ведьме предложение руки и сердца и она его приняла.

– Млять! – только и смог сказать я.

– Живи теперь с этим, Леша, – глаза Петровича откровенно смеялись. – Но вообще ты молодец! Настоящий гуру пикапа. Красиво у тебя с комбатой получилось, аж завидно.